Velena: другие произведения.

Охота за тенью

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    (От автора: предыдущий файл "Охотница" был полностью переработан и заменен. Является предисловием к Нити кукловода) ...Говорят, что ордену охотников на нечисть даже смерть не помеха. Говорят, многие охотники после гибели своей возвращались, чтобы продолжить дело. Говорят, душа такого охотника вместе с его памятью возрождается не сразу, а словно бы по кусочкам, и потому возрожденный не помнит ни других, ни себя. Многое говорят, а Хельдин придется выяснить это лично, ибо ей выпала участь вернуться после смерти. И теперь нужно выяснить, кто смог ее убить, и что еще случилось с ней в той жизни.

  По разбитым дорогам, и тёмным лесам
  Ляжет путь мой, что вьётся еще с малых лет.
  Не увидеть мне пламя, что греет очаг
  И не ведать покоя.
  Мне - распутывать тайны, идти по следам,
  Мне - вершить приговоры и чтить свой завет.
  Но безмерно труднее - один сделать шаг
  Между мной и тобою...
  
  Часть 1. Закоулки памяти.
  Пролог.
   По извилистым сводам пещерных стен, отражаясь в глазах висящих под потолком нетопырей, плясали голубоватые отблески пламени. Костер питало особое, ценное в алхимическом смысле дерево, чьи сложенные ветви больше походили на иссохшие скрюченные ладони. Яркий огонь плясал у изголовья алтарной плиты, установленной на базальтовом основании. Помимо него горели обычные свечи, длинные и тонкие, расставленные широким кругом.
   По алтарю плелись вязью линии, вырезанные в камне, собираясь в узлы символов. В углублениях покоились прозрачные камни грубой огранки - пока еще пустые. На самом алтаре застыло обнаженное тело жертвы, привязанной крепкими ремнями. Она казалась совершенно неподвижной, и под действием дурмана должна быть без сознания. Но ее глаза были открыты.
   Зрачки медленно обводили круг, осматривая пещеру.
   У изголовья алтаря стояла фигура в черной мантии. В отличие от других, заканчивающих последние приготовления и раскуривающих нужные благовония, этот жрец изображал статую. Но вот и он пошевелился.
   Человек протянул руку и взял нож, аккуратно проверив остроту обсидианового лезвия. Итак. Все готово.
   Жрецы образовали второй круг, за свечами, и каждый держал в руках такой же ритуальный нож. Атмосфера стала накаляться, словно воздух сам собой задрожал от напряжения. Даже отблески пламени вдруг стали казаться телами призрачных змей. Тени бесновались по углам пещеры и за спиной каждого жреца.
   Жертва пристально следила за тем, как они сомкнули круг.
   Ее запястья были скованы браслетами из металла, похожего на зеленоватое серебро. На первый взгляд безобидные украшения связали ее хуже оков, и теперь не давали даже нормально мыслить. Холодное масло, которым начертили знак у нее на лбу, показалось касанием мерзкого щупальца. Она отдернулась и изнеможенно смежила веки.
   Так просто сдаться? Должен же быть выход. Освободиться хотя бы от одного ремня. Ударом в горло вывести из строя первого, выхватить нож у второго. С таким раскладом уже можно обороняться. А то и быстро полоснуть по остальным ремням, освободившись окончательно. Тут уж вволю разгуляться...
   Она открыла глаза.
  . Бесполезно. Вязали на совесть. От любого движения ремни только затягивались туже, не оставляя никаких шансов. А сил так мало...
   Раздались слаженные шаги вперед. Дрожание свечей. Колыхание черной ткани. Круг из жрецов стал сужаться.
   Тот, что стоял у ее головы, приблизился и нанес первый символ. Лезвие неторопливо коснулось кожи и выписало знак так аккуратно, словно он чертил стилом по холсту. Однако ей показалось, что лезвие было раскаленным.
   По пещере разнесся вскрик, сам собой вырвавшийся из горла. С деревьев снаружи вспорхнули ночным птицы.
   Она бессильно взирала вверх. Там, в потолке пещеры зияло отверстие, сквозь которое на нее взирали мерцающие звезды. Шевельнулись губы, начиная шептать старые слова, что всплыли в уме. Нет выхода - значит, нужно выдержать.
   Главный жрец, услышав ее, размахнулся и ударил по щеке, обрывая молитву. Она отвернулась и зажмурилась, чтобы не видеть, как ее коснутся склоненные ножи. На алтарь должна пролиться кровь. И сила в ней достанется кому-то, кому поклоняются эти фигуры. Остается только сжать зубы, пока лезвия покрывают кожу символами, и острая боль медленно сменяется холодом. Это не простые символы. Это метки...
   От стекающей крови каменная глыба алтаря медленно разогревалась и пульсировала собственным теплом. Откуда столько крови... Капает с углов плиты, обволакивает кристаллы-накопители, пропитывает светло-рыжие волосы, разметавшиеся возле плеч. И силы уходят с каждой каплей. Неизбежно. Даже открыв глаза не разогнать эту тьму, что медленно наползает со всех сторон, готовая вцепиться, забраться в саму душу, забрать все, что есть... Никогда!
   Нет! Не бывать этому!
   -Сердце темному! - Провозгласил главный, и занес нож в последний раз.
   В глазах жертвы мелькнула бессильная ярость, а потом раздался самый громкий крик, который тут же оборвался.
  
  
  
  
  Глава 1.
  
  Если вы искренне верите, что женщины - слабый пол,
  то попробуйте ночью перетянуть одеяло на себя :)
  
  
   В жизни каждого человека наступает момент, когда ему настолько не хочется просыпаться и отдирать себя от подушки, что проще задушить этой подушкой любого, кто покусится на сон. Вот и у меня сейчас такой момент наступил.
   Состояние такое, словно до этого я три дня без передыху работала на разгрузке в порту, потом подползла к самой мягкой и удобной в мире кровати, рухнула на нее, и стоило только погрузиться в сладкий сон, тягучий как патока, меня вырвал из него премерзкий птичий вопль.
   День, когда человек решил завести петухов в качестве домашней птицы, был черным. И даже петушатина на завтрак уже не исцелит моей сердечной боли!
   Я с глухим стоном нащупала одеяло и натянула его себе на голову. Не помогло.
   Как только я встану - если смогу, учитывая мерзкую ломоту в каждой косточке - то спущусь и переговорю с хозяином, который держит птичник вплотную к постоялому двору, или я не...
   Или я не буду... я?
   При попытке повернуть голову, затылок отозвался глухой болью, радостно кинувшейся грызть череп. Я с трудом раскопалась из постельных завалов и открыла глаза. Прикрыла их ладонью, чтобы привыкнуть к свету, поморгала и уставилась на потолок.
   Ничего не понимаю. Или я настолько еще не пришла в себя ото сна или я... не помню свое имя.
   Лоб не оказался ни горячим ни липким. Я дрогнувшей ладонью провела по нему, по волосам и уронила на подушку. Сон ушел - имя не пришло. Как и все остальное.
   Но... кто я?
   Я смутно припомнила, что родилась и выросла в какой-то деревне. У меня были проблемы с родными. Какие проблемы? Кто родные?
   Пусто.
   Смутные воспоминания оборвались где-то годах на шестнадцати. Вроде как до этого было спокойно, а потом что-то произошло. Почему-то кажется, что будет неприятно это вспоминать.
   И еще я уверена, что сейчас нахожусь далеко от дома и мне уже давно не шестнадцать. Но куда, блин, делись остальные годы!?
   Больше не вспоминалось ничего.
   Потолок. Смотрим на потолок, не паникуем, думаем... Потолок деревянный, в углу от сквозняка плавно колышется паутинка, в остальных местах она тщательно выметена. Раскрытое окошко, в нем утренний ветерок треплет ситцевые цветные шторки на веревочке. Значит, судя по тому, что постель мягкая и удобная, а из подушки в нос не лезут перья, ночлег неплохой. А как я тут оказалась, и кто за меня заплатил? И если я, то откуда у меня деньги?
   Напилась вчера, что ли!? Я дернулась и застонала от боли. Ломило каждую косточку. Что-то не похоже на похмелье...
   Встать.
   С трудом села на кровати, откинула одеяло... Так, стоп. Почему я сплю одетой и обутой?
   Ноги под одеялом оказались затянуты в штаны из темно-коричневой кожи. Они оказались так удобны, что я их почти не ощущала. Я в замешательстве провела пальцами по коже и нащупала тщательно зашитую дырку на шве.
   Недешевый наряд. Штаны, плотный корсет со шнуровкой впереди, и несколькими мелкими скрытыми карманами, поддетая под него рубашка, не иначе как шелковая. Кожаные туфли, тоже со шнуровкой и на мягкой подошве. Все сидит идеально, явно сшито по мерке. Запястья облегает по два браслета из кожаных ремешков, на одном набраны черные бусины. Теплые, хотя сделаны из какого-то камня. Непростые браслеты.
   Я почесала затылок, а потом схватилась за голову.
   Откуда у меня такие деньги!?
   Вперед на одеяло свесились светло-рыжие волосы. Я в замешательстве потянула за один завиток. Такие длинные... В детстве не было таких. Зачем, интересно, отрастила? Еще я уверена, что на левой щеке у меня будет шрам. Провожу по ней пальцами - ничего подобного не ощущаю.
   А мое ли это тело!?
   Действуя по наитию, повернула ладонь и вздохнула с облегчением. Память выдала информацию из детства, что на правой ладони, на мизинце у меня была парная родинка. Врезалась в память, наверное, удобная примета. Когда увидела ее наяву, стало спокойнее. Я знала, что окажись я в чужом теле, ничем хорошим это не закончится: оно рано или поздно отторгнет меня. Откуда мне это так хорошо известно - опять же, непонятно.
   Спустила ноги с кровати и увидела валяющийся на полу ремень с оружием. Узкий меч, короткий кинжал и с другой стороны крепкая трость с острым концом. Снова действуя по наитию, завела руку за спину и нащупала еще один кинжал, спрятанный в корсете и прилегающий лезвием к позвоночнику. Рукоять, по идее, маскировалась волосами или курткой.
   Так. Откуда у меня это оружие, и зачем?
   И что это на руке?
   На пядь ниже локтя, на правой руке по коже еще одним браслетом шла черная татуировка, напоминавшая одновременно змей, языки пламени и замысловатый узор. У меня снова голова заболела от вопросов: когда я ее себе сделала? Что она означает?
   Не хватало еще зеленых глаз к образу ведьмы! - Фыркнула я про себя.
   -А ты не думай, они зеленые и есть! - Фыркнул в ответ некий странный голос. То, что слышать голоса, звучащие из ниоткуда, это плохой признак, я тоже знала.
   Резко обернулась. Никого.
   -Кто здесь?
   Комната застыла в молчании. Потом раздалось задумчивое:
   -Я.
   Я тоже некоторое время помолчала, прикидывая, не сплю ли еще, а потом решила уточнить.
   -Кто это, 'я'?
   -Твой временный наставник.
   -Какой еще наставник?
   -Хороший. - Ядом в кислом голосе можно было отравить стаю волков. - У некоторых ведьм с проблемами, вот как раз у таких как ты, есть подобные наставники.
   -С проблемами?
   -Угу. В том числе и с головой.
   -Все в порядке с моей головой! - Возмутилась я, разглядывая татуировку. Что-то такое вспоминалось по ее поводу, вроде как это было очень больно, и наносилась она магически...
   -Нда? А скажи тогда, милая, как тебя зовут?
   Я запнулась, пытаясь придумать язвительный ответ, но собеседник снова фыркнул.
   -Во-первых, имя твое Хельдин. Во-вторых, я не называл тебя сумасшедшей или дурочкой, а имел в виду то, что у тебя стерта память, и нужна помощь. Обижаться бессмысленно.
   -Может, еще что интересное расскажешь? - я закинула пробную удочку и замерла в ожидании. Но в сознании было глухо, и я разочарованно выпрямилась с ремнем в руках, встала, чтобы его приладить... и чуть не выронила.
   На окне, которое вдруг оказалось полностью открытым, нагло сидел крупный ястреб, впиваясь когтями в дерево подоконника. Взгляд желтых глаз был до странности пристальным и тяжелым.
   -Нравлюсь? - уточнил голос, по-прежнему звучащий у меня между ушей.
   Я ткнула пальцем в птицу.
   -Ты!?
   -У тебя есть другие кандидатуры? - усмехнулся голос. Ястреб заинтересованно склонил голову набок.
   Я села обратно на кровать, забыв про пояс. Маразм крепчал, деревья ржали...
   -Можешь даже не задумываться, это тоже бессмысленно. Вкратце: у меня есть это тело, в котором я нахожусь, но если ястреб тебя на какое-то время покинет - ему нужно спать и охотиться - я все равно смогу видеть, где ты и что с тобой происходит. Возможно, смогу с тобой разговаривать.
   -То есть ты слышишь мои мысли - добавила я слегка упавшим голосом. Прощай, личное пространство.
   -Не стоит беспокойства. Я знаю, куда не следует лезть, и от меня никто ничего не узнает. А теперь послушай внимательно.
   Я подняла взгляд.
   -Ты состоишь в ордене охотников. Вот откуда столько оружия и специфичность в одежде. Орден стоит на страже этого мира, тех, кто его населяет, и основная его задача - истребление нечисти. Вы ходите по опасным местам и помогаете разумным расам, в основном в одиночку, в исключительных случаях собираетесь группами. Орден бессмертен. И это не метафора. Убитый охотник в большинстве случаев возрождается в прежнем теле, чтобы продолжить свое дело. Однако при перерождении стирается почти вся память о прежней жизни, и возвращается она не сразу.
   Я помолчала, потом снова рассеянно провела руками по волосам, отбрасывая их с лица. Хрипло спросила:
   -Меня убили?
   -Да.
   -И я просто этого не помню?
   -Именно.
   Я подумала.
   -Так... Я хорошо умею драться и наверняка имею весомый груз знаний о нечисти, зельях и амулетах. Не сомневаюсь, что браслеты на мне не простые. Но что-то мне подсказывает, что если сейчас я надумаю метнуть нож в двери, то он, скорее всего, вырвется из рук, улетит в окно и убьет кого-то из кур. Без своей памяти я сейчас не охотник, а беспомощный котенок.
   -Именно поэтому я здесь. И замечу, что ты не совсем беспомощна - ты охотник-маг, и пусть сейчас заклинания помнишь не лучше себя самой, способна на интуитивные реакции.
   В уме словно что-то щелкнуло.
   -Специализация - боевой стихийник?
   -Да. Вспомнила?
   Я покачала головой, морща лоб.
   -Только название, и что примерно это значит. Я управляю четырьмя стихиями, и заклинания у меня на их основе. Силу тоже могу черпать из них... точнее, смогу делать это напрямую, когда получу статус магистра первой ступени, а у меня пока только вторая. Я помню, что помимо боевой есть специализация теоретика и алхимика. Помню, что алхимию ненавижу всеми фибрами души. Что кроме стихийников есть еще некроманты. И кто-то еще... - растерянно протянула я. Небольшая порция информации, прорвавшись, тут же иссякла.
   -Больше ничего? Насколько я знаю, ты будешь вспоминать понемногу, и только то, что тебе нужно, или о чем подумала в данный момент. Больше ничего не пришло в голову?
   -Мое имя Хельдин, но оно звучит еще и как Хаэлд. Но второй вариант, кажется, лучше даже вслух не произносить... а я только что это и сделала.
   -Второе имя тайное, и я никому его не передам. Но на будущее да, никому его не рассказывай.
   Я подождала пару секунд, но внезапные озарения кончились.
   Вздохнула, наклонилась и подняла выпавший из рук пояс с оружием. Встала и вдела его в петли, для чего с одной стороны пришлось отстегнуть трость. Подумав, я решила пока не носить ее на бедре, а держать в руках - тяжелая палка с заостренным концом и массивной рукояткой вселяла оптимизм. Ей можно неплохо отбиться.
   Вынула меч, поднесла к лицу, чтобы лучше рассмотреть лезвие. Вытянувшись по долу телами и раскрыв крылья, на нем застыли силуэты трех птиц. Под одним углом они были белыми, при другом наклоне выцвели почти до прозрачности. Кажется, это что-то значило. Какие-то три качества? Три заповеди?
   Особого дискомфорта меч тоже не вызвал, но держала я его явно неуверенно. Эти руки словно не были с ним знакомы.
   -Тяжеловато как-то - пробормотала я.
   -Ничего пока не вспомнила?
   -Нет. Похоже, пока с меня хватит.
   Я обернулась к сумке, которая лежала на стуле ближе ко входу, и рискнула сделать к ней пару шагов. Ломота слегка отпустила, но движения все равно давались с трудом.
   -А что это со мной? Все тело крутит, как... как после отравления!
   От ястреба донесся щелчок клювом.
   -А ты думала, перерождение легкий процесс?
   В сумке обнаружился набор метательных ножей в чехлах, полировочная мазь для лезвий, связки сушеных трав в мешочке и пара пузырьков с подозрительным мутным содержимым. В одном даже какие-то червяки плавали. Варила я это, наверное, для заклятого врага.
   Обнаружив походное одеяло и посуду - маленький котелок, пару чашек и ложку с вилкой - я вздохнула. Даже не обращаясь к памяти, точно могу сказать, что не люблю ночевки в лесу и самостоятельную готовку.
   В куртке, что валялась под сумкой, нашла кошелек. Десять серебряных монет, шесть медных и ни одного золотого. Видать, не очень у меня шли дела в последнее время перед... мда. Смертью.
   -Называй это уходом, сейчас же все хорошо. - Посоветовал дух. Я молча кивнула. Да, так как-то морально легче. Уход и все.
   Захватив с собой несколько монет, я нашла ключ, который затерялся под подушкой, закрыла комнату, и вышла из комнаты, надеясь, что сейчас поем.
   Идти в этой непонятной обуви было удобно, одно удовольствие, да и походка получалась бесшумной. То ли навыки прошлой жизни не все ушли, то ли чтобы шумно идти на такой подошве надо постараться.
   Нет, все-таки, наверное, это навыки, впаянные мне на уровне инстинктов - я даже не шла, а перетекала, аккуратно перенося вес с одной ноги на другую, не скрипнув ни одной половицей. Причем - автоматически, не задумываясь. Услышав шаги впереди, поймала себя на том, что готовлюсь прильнуть к стене и затаиться в ожидании. Это паранойя? Наверное - прошагавший мимо со стопкой простыней паренек был того же мнения, окинув меня недоуменным взглядом. Я проводила его равнодушным. Итак, будем привыкать к этой жизни.
   Коридор, в который выходили двери всех комнат, и по которому я задумчиво кралась, вел к небольшому подобию баллюстрады. С обеих сторон от выступа вниз шли две лестницы, по которым можно было спуститься в общий зал. То ли это стандартное построение, то ли здесь я уже была, но это выглядит донельзя знакомо.
   Спустившись по той лестнице, которая выглядела более целой, а не стоптанной пьяными ногами, я неторопливо прошла к одному из столов, ловя на себе изучающие чужие взгляды. Одной из обслуживающих я явно не понравилось, так как несмотря на ее лицо, напоминающее о перепивших вурдалаках, внимание мужчин было приковано к ней, (формами девица, напротив, удалась, что и привлекало к ней это мужское внимание) а теперь некоторые повернулись в мою сторону.
   Ну, вполне понятно. Я рыжая, я необычно одета и обута, и держусь уверенно. А еще увешана оружием, как головорез. В любом случае буду привлекать внимание, хотя бы своим внезапным появлением.
   Я окинула ее взглядом, отметив про себя повадки, движения, манеру держаться, выражение лица, и подвела итог. Очевидно, умею я читать людей по их жестам, могу рассказать ей о ней самой много интересного, но не стоит тратить время. Одна из продажных девок, не люблю таких.
   Усевшись, я вполне вежливо подозвала ее. Та кивнула, и прошла мимо, подлить еще вина троим бородатым посетителям.
   Позвала снова. Девица окинула меня взглядом, в котором было озеро презрения, проходя мимо, бросила 'подождешь' и упорхнула на кухню, покачивая шикарными бедрами и гордо держа грудь. Я машинально опустила взгляд на свою.
   Та-ак. Трактиру не повезло, они получили на свою голову психованную ведьму. Мало того что у меня проблемы с памятью...
   Резко встав из-за стола, я сбросила куртку и широким, резким шагом направилась в сторону кухни. Мужики, сидящие за соседним столом, синхронно икнули, когда увидели татуировку. У меня не было времени выяснять почему, я собиралась закатить скандал и отыграться хоть на ком-то, пусть и понимала, что поведением напоминаю истеричку.
   Разгневанная ведьма - это что-то. Все рабочие на кухне это поняли, когда дверь рухнула на пол(ногой выбила, петли все равно пора было менять), а в воздухе потемнело, словно на солнце набежали плотные тучи. Встав на дверь, я уткнула руки в бока и обвела кухню суровым взглядом. Посудомойка спряталась за стол, повар, дегустирующий суп, едва не подавился ложкой. Та самая разносчица побелела, как лист бумаги. Все глаза уставились на грозную меня.
   -Та-ак! - От моего грозного рявка в обморок бы хлопнулся бешеный волк. - Кормить, значит, меня никто не собирается? Очень зря, когда голодная, я впадаю в бешенство!
   В подтверждение я с размаху шваркнула в пол комком пламени, и дверь прогорела насквозь вместе с полом. В пальцах уже плясал следующий огневик.
   Повар, откашлявшись, тут же заюлил, пообещал, что сейчас же все будет в лучшем виде, не соизволит ли госпожа охотница (как он узнал-то?) присесть за столик, любой, на выбор, и что сейчас же он сделает все возможное, чтобы я сохранила об этом месте самое лучшее впечатление. Только не надо делать еще одну дверь в стене, ее и так недавно починили. Бросив на грубиянку уничтожающий взгляд, и добившись того, что она таки рухнула в обморок, я вернулась на прежнее место.
   Повар очень дорожил сохранностью своей кухни, так как буквально через две минуты ко мне подлетела другая девушка, и поставила на стол поднос, источавший изумительный запах жареного мяса с картофелем, специями, и морским салатом. Я оценила, тут же подобрела и отдала ей две лишних медных монеты.
   Так уж и быть, больше зверствовать не буду.
   Оставив тарелки пустыми, я долго думала, задумчиво выжигая пальцем на столешнице тоненькие абстрактные узоры. Потом решительно смахнула крошки, вместе с ними убирая следы своего творчества, и выпрямилась, в упор взглянув на мужчин за соседним столом, которые до этого внимательно меня разглядывали и сейчас поспешили уткнуться в тарелки.
   -Эй, простите! Да, вы. Вы местные? Где здесь найти рынок?
   -А вы что, не помните? - спросил самый смелый, машинально потирая подбородок, видимо задумавшись о чем-то. - Ведь когда въезжаешь в город, проходишь совсем рядом. Или вы с северного тракта? Так ворота от него с другого конца города...
   -Я не заметила рынок. Так как?
   Они переглянулись, а потом осмелели, поняв, что наевшись, истеричка подобрела, и начали играть в игру 'кто лучший гид'. После пяти минут галдежа я устала слушать описание лавок и оружейных, куда можно заглянуть по пути, и, перебив их, объяснила, что мне нужен только рынок, а другие местечки, где явно работают их родственники, меня пока не интересуют. Тот, что заговорил первым, сказал, что идти нужно вначале направо по улице от выхода, потом третий поворот снова направо и прямо, пока не упрешься носом в крайнюю рыночную палатку.
   Я кивнула, поднялась с места, указала разносчице на стол, и направилась к дверям.
  Направо, значит.
   А город ничего, улицы мощены камнями, так что ногами грязь месить не придется. Вокруг аккуратные дома, в которых обычно проживают несколько семей сразу. Иные хозяева курят на балкончиках, переговариваясь через улицу. Навстречу мне проехали четверо всадников, за ними процокала по камням лошадь, запряженная в телегу с возницей в широкой шляпе. Я засмотрелась на один балкон, уставленный плетущимися цветами, и едва не врезалась в спешащую куда-то девушку с корзиной в руках.
   Теперь снова направо.
   Повернула. Это была улица поуже, потемней, дома придвинуты друг к другу и образуют коридор. Соседи здесь смогут не только переговариваться, но и перебрасывать друг другу трубки, если у кого-то не окажется. Если верить тому мужику, идти нужно прямо, но что-то в конце этой улицы кроме какой-то лавки талисманов ничего я не вижу.
   Вернусь - прибью!
   Я все-таки вошла внутрь и едва не расчихалась от тяжелого запаха сушеной травы и специй. Стены целиком были скрыты украшениями, амулетами, цепочками под амулеты, заготовками, и подобной дребеденью так, что рябило в глазах. За низким прилавком, под навесом из травяных пучков и мешочков со сборами сидела бабулька, с угрожающим видом размахивая спицами над каким-то багровым месивом... ах, кажется, она вязала. Виду бабки позавидовал бы самый мрачный и голодный вурдалак. Лучшая защита от грабителей, и собака сторожевая не нужна.
   -Как здесь найти рынок? - Робко поинтересовалась я, не спеша отпускать дверную ручку. Она, очевидно, не слышала, как я вошла, и подпрыгнула вместе со стулом. Чуть не уронила спицы.
   -О-о-о, милая, а купить ничего не хочешь? - Нараспев протянула женщина, отложив вязание и растянув губы в широкой улыбке. Подняв голову из тени, она тут же преобразилась в милейшую женщину. - Прикупи амулет, а я скажу, где рынок, и где продавцы честные, а где спекулянты...
   -Мне не нужен амулет. Мне лошадь нужна, и кое-что для пути еще, а в амулетах я не нуждаюсь, и...
   -Да как же не нужен, девчушка? - Удивилась смуглая старушка, явно имевшая цыганские корни и не собирающаяся так просто отпустить меня. - Вон на тебе, гляжу, меточного амулета нету, а без него ж охотнику на улицу выходить нельзя-а! Никто убийцу потом не поймает, похоронят тебя, неотомщенную, невинно убиенную, зарезанную, загрызенную... купи меточный амулетик! Недорого продаю, пять серебреников всего! Зато могу и на цепочке дать, и на кольце, и в сережке...
   -Сколько? - Я была немного ошеломлена потоком многообещающей информации о моих возможных смертях. Какое разнообразие... - Пять сребров? Обычное колечко? Да его что, архимаги заговаривали?
   Она заморгала с таким обиженным видом, будто я только что обозвала ее лавку помойкой.
   -Дак недорого же! На рынке тебе его за десять монет сунут, а у меня вдвое дешевле!
   Ну-ну. У меня всего на расход и есть десять сребров. Точнее уже девять; один разменяла на мелочь.
   -Бери - Вдруг ожил голос в моей голове.
   'Да зачем он мне?' - возмутилась я мысленно.
   -Потом объясню. Бери.
   -Давайте на кольце - Вздохнула я и полезла за кошельком. Бабуля нырнула куда-то под стол, загрохотала ящиками и прищурившись, метко цапнула из груды украшений изящное серебристое кольцо с прозрачно-зеленым камушком, которое с гордостью вручила мне. Убедилась, что кольцо подошло по размеру. Пересчитав монеты, сунула их куда-то под стол, и уставилась на меня, мол, еще чего купить не желаю?
   -Мне нужен рынок - Решила я напомнить.
   -А-а... - Продавщица поскучнела. - Идешь вон туда, потом у площади с фонтаном свернешь налево и там уже увидишь рынок. А не увидишь, так услышишь, сейчас самый торг. А не услышишь так носом учуешь, там неподалеку рыбные ряды.
   -Спасибо... - Проронила я рассеянно, толкая дверь.
   -И что это за камень? - спросила я уже на улице, оглядываясь. Ястреба не было видно.
   -Ты меня мысленно спрашивай, а не вслух, а то еще примут за сумасшедшую. Камень этот должен носить каждый человек, живущий в опасной или приграничной зоне. Хотя в последнее время их перестают использовать. Но охотнику пригодится. Если тебя убьют не из кровной мести, самозащиты, или находясь вне рассудка, то этот камень активирует вложенное в него заклинание, которое выжигает на виске и запястьях убийцы некий знак. Это значит, что его владелец убил невинного. Если ты увидишь такой знак, имеешь полное право, и даже должна убить его носителя. Работает против высших вампиров и оборотней, согласно заключенному с ними мирному договору.
   -Так это она имела в виду, когда говорила, что без амулета моего убийцу не найдут?
   -Да. Но помни, если тебя убьют... эм-м... ну, по уважительной, скажем так, причине, с камнем ничего не случится.
   -Ну, мне и под цвет глаз идет! - Я надела колечко на средний палец и полюбовалась общим видом ладони. Угадала продавщица; изгиб металлической веточки мне пришелся как раз по вкусу.
   -Одно слово - женщина! Да, и кстати, пошарь хорошенько по карманам во внутренней подкладке куртки. - Весело посоветовал голос. Я послушалась, стянув тяжелую куртку с плеч, и едва удержалась от восторженного присвиста. Золотые монеты!? Ну точно, сейчас пришло в голову, что я редко ношу деньги в кошельке, а запасы прячу в разные места. Вот один карман, другой, а тут еще подкладка порвалась, но что-то бренчит...
   Прислонившись к стене, перебирая монеты в ладони и складывая в отдельный карман, я смогла подсчитать свои запасы и похвалила себя раз шесть. С двадцатью двумя золотыми я и коня смогу приобрести! Кажется, прежняя моя кобыла недавно отжила свое, и я долго ходила безлошадной. Может, потому что откладывала на покупку? Что ж, время пришло. На какую-никакую лошадь вполне хватит. Где там рынок?
   Действительность оказалась даже лучше ожиданий.
   Ладный конь, способный на долгие переходы стоит от двадцати золотых, но слишком много от такого скакуна лучше не требовать. Я и рассчитывала на такой вариант, лишь бы не пешком. По цене подобрались две лошади, гнедая и чалая, но первая на вид совсем уж много голодала, а вторая оказалась уже куплена.
   Заметив мои сомнения, один из продавцов подошел сам и спросив пожелания, указал на стоящего в отдельном загоне золотисто-буланого жеребца. Тот неспокойно переступал задними ногами, когда покупатели пытались приблизиться к нему, но в остальном вел себя мирно, возвышаясь над перегородкой как изваяние.
   Я узнала цену и поспешила откреститься. Не помню, чтобы столько в руках когда-нибудь держала! Но мужик окинул меня недоуменным взглядом и повторил, что мне подходит только этот конь.
   -Уважаемый, даже если отдам вам все свои деньги, я останусь должна в два раза больше!
   -Это обученный боевой конь, госпожа. Не боится волков, может постоять сам за себя, и очень вынослив. То, что как раз нужно охотнику.
   -А откуда вы узнали что я...
   Он непонимающе нахмурился и кивнул подбородком на мой локоть.
   -Вы же метку как раз открыли.
   Я опустила взгляд на татуировку и догадалась сама.
   -И за сколько вы его отдадите? В долг я залезать не собираюсь, а на него у меня, повторяю, мягко говоря, не хватает.
   -Но вы же охотница - непонимающе повторил продавец. - Дадите, сколько сможете, и он ваш.
   В голове снова раздалось:
   -Не спорь. Соглашайся, пока предлагают. Это привилегия ордена, вам по возможности оказывают помощь. Отдай, сколько можешь себе позволить, а остальное считай скидкой.
   -Ничего себе скидка... - бормотала я, доставая кошелек.
   Полные двадцать золотых у меня даже не приняли, всучили обратно два. Решив не спорить, а брать пока дают, я убрала кошелек и приняла из рук продавца поводья.
   -Как его имя?
   Продавец пожал плечами, убирая деньги в поясной кошель.
   -Откуда мне знать? Я его от перекупщика взял, а от того знаю только, что прежний хозяин сгинул.
   Я вспомнила, что свою первую кобылу чистой вороной масти звала не то Сурьмой, не то Сажей. Потом у меня была саврасая Сивка. Может, стоит продолжить традицию и назвать по цвету?
   -И какого ты у нас колера? - Тихо пробормотала себе под нос. И сама же ответила. - Чистый янтарь. Значит, Янтарем и будешь.
   Конь мрачно покосился на меня, обнюхал руки, плечо и нехотя схрумкал сухарик, врученный мне продавцом. Только после этого свеженазванный Янтарь соизволил последовать за мной.
   -Совсем ничего не помнишь о метке? - поинтересовался голос. Я подняла голову и увидела птичий силуэт вверху, кружащий в потоках восходящего воздуха.
   -Нет. Объяснишь?
   -Получая ее, охотник получает то самое бессмертие. Подделать ее невозможно, насильно свести или закрасить тоже. Это твой пропуск в любые двери, как представителя охотничьего ордена. С внешней стороны в узор вплетен кошачий глаз с полумесяцем вместо зрачка, это знак того, что ты маг, и имеешь право на любое вмешательство в дела другого мага.
   -Вот ты говоришь, а у меня вообще никакого отклика. - Вздохнула я. - Глухо. Ничего не понимаю. Почему у этого ордена такие полномочия, что именно значит моя к нему принадлежность, как я вообще туда попала?
   -О твоем прошлом я не знаю ничего, но скорее всего, попала ты в охотники как и все - по рекомендации ведуньи или Видящей. Слишком жесткое обучение и большая ответственность, поэтому в охотники берут только тех, кто сможет это выдержать, и после не использовать себе на корысть. Охотники могут принимать участие в расследованиях, заменять как судей, так и палачей, имеют право на допрос любого, вплоть до императоров. Хотя это только в теории... В общем, ты вольна предпринять любые меры, если это необходимо для поимки и истребления нечисти, нежити и служителей темных сил. И действуешь при этом не просто как охотник, а как орден в целом.
   -Ого...
   -Вот именно. Отнесись к этому со всей серьезностью.
   -Не бойся, глупостей творить не буду. Постараюсь, по крайней мере. Ты вот как думаешь, кто меня убил?
   -Попроще что спроси.
   -Никаких мыслей?
   -Да кто угодно! Какая угодно нечисть, любой человек, который побоялся, что ты можешь узнать о нем нечто ужасное. И случиться это могло где угодно - к сожалению, место возрождения зависит не от места убийства, а от эмоциональной привязки. В той жизни ты часто бывала здесь, наверное.
   -И при этом меня до сих пор еще никто не узнал?
   -Говорю же, понятия не имею. Может, и не бывала, может тут твоя первая любовь жила. Или ты питала нежные чувства к местной печеной говядине с тмином.
   Я только фыркнула.
  
  ***
  Классифискация:
  1. Нежить - в прямом смысле слова 'не-жизнь', существа умершие, после смерти переродившиеся.
  2. Нечисть - 'не-чистые' создания, по некоторым свойствам близкие к нежити и к зверям, но обладающие так же магическими свойствами. Их существование, как правило, противоестественно.
  3. Звери - создания животного мира, опасные только из-за своей силы или предпочтений в еде. Не выбиваются из естественной экологической ниши.
  
  Степени опасности:
  1 - не опасен. (Пометка на полях: 'таких пока не выявлено!')
  2 - опасен для детей и слабых людей. (Например, слуна, молодой упырь, неялит)
  3 - опасен для обычных людей. (Люминор, стрыга, матерый упырь)
  4 - опасен для сильных людей, магов. (Химера, стригой, вурдалак)
  5 - повышенная опасность, малая степень уязвимости. (Молох)
  6 - категорическая опасность, практически неуязвим. (Дракон)
  Введение в содержание бестиария. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
  
   ***
   Конь вышагивал по дороге, убегающей вдаль по полю за самый горизонт. Я сидела в мерно покачивающемся седле, слегка откинувшись назад и подставив лицо солнцу. Пришлось слегка наклониться вправо, потому что на левом плече сидел вполне увесистый отдыхающий ястреб, читая мне краткую лекцию по истории. В ходе его повествования я сама вспоминала некоторые примечания, словно читала собственный, давно написанный конспект.
   -Вначале был один мир, в котором обитали люди, эльфы, драконы, дриады... много кто жил. В нем являлись ангелы и демоны, ведущие борьбу за души, и приходить им было легче, нежели в иных мирах.. Многие полагают, что именно это привело к появлению упырей, волкулаков и прочей нечисти. Ситуация накалялась, становилось опасно, и даже стены не были помехой. Появилась инквизиция, что впрочем, не очень помогло. Многие расы предпочли уйти в тень. И тогда множество магов решили собраться и объединить силы для того, чтобы сразу одним махом избавиться от нечисти.
   -И что многосотенная толпа сильнейших магов не перевернула мир?
   -Нет. Хуже. Они подыскали близкое измерение, которое никому не принадлежало, и решили притянуть его, навесить проход и отправить всю нечистую шушеру туда. Идея, конечно, оригинальная, а результаты оказались непредсказуемыми.
   -Даже я поняла, что у них ничего бы не вышло, а они-то как дошли до такой идеи?
   Если бы у него были плечи, он бы ими пожал.
   -Ну, я-то у них не спрашивал. Может, у них были другие знания. Может, все было так плохо, что они пошли на это от отчаяния. Ведь им пришлось почти век скрываться на изолированном острове, маскируя его всеми силами, а инквизиция только подбиралась ближе. В общем, вышло так, что в открывшийся проход утянуло не только нечисть. Все расы, которые имели хоть отношение к магии, исчезли вместе с островом, на котором провели ритуал, и магами, что его проводили. Исчезли люди из ближайших городов. Магический фон резко упал до критического уровня, и скорее всего, не оправился до сих пор.
   -И те, кто пропал в том мире, оказался в этом? - Угадала я.
   -Именно. Понадобилось долгое время на привыкание, борьбу с нечистью, которая скрестилась с местной и частично мутировала, но как ни странно, попавшие сюда расы смогли выжить и приспособиться к нечисти, новым условиям, и даже новым болезням. Маги, тоже попавшие сюда, защищали людей, изобретали новые лекарства и методы защиты. В общем, оправились.
   -А когда появился орден?
   -Не сразу. Сначала сущестовала только группа добровольцев, которые боролись с нечистью. Для этого они изучали боевые искусства, а так же методы борьбы, слабые места противника, работали над классификацией.
   -И много их было?
   -Сначала только четверо. Энтузиасты, наемные маги, которые со временем заработали себе имя и славу истребителей нечисти. Потом к ним присоединились еще трое, и они долгое время работали вместе. Со временем нашли других единомышленников. Обзаводились помощниками и просто полезными связями. Им удавалось зачистить те места, которые со времен Противостояния, случившегося на заре этого мира, считались неприступными и смертельно опасными. Потому их заметили боги нашего мира. Точнее, не боги а аватары, воплощения неких сил. Они устроили этим магам испытание, содержание которого держится в тайне. Те смогли его пройти. За это четыре божества, воплощения войны, огня, колдовства и возмездия, даровали им свою опеку и недоступные ранее знания.
   -И какие знания?
   -О бессмертии. Тебе об этом, кстати, знать необязательно. Вся информация об испытании, ритуале получения метки и бессмертия хранится в узком кругу старейшин. В общем, с того момента, уже четыре века орден охотников, стражей этого мира, и ведет свою историю.
   -С этим пока понятно. Выходит, нас воскрешают аватары?
   -Не совсем. Это заложено в метках. Ты думала, это просто рисунок?
   Я вытянула руку вперед, разглядывая рисунок повнимательней. Казалось, что поверх него черным по черному выбиты более мелкие завитки, которые под определенным углом связывались в символы и знаки, чтобы распасться и оказаться нагромождением хаотичных узоров. А под другим углом они вовсе пропадали, словно мираж. Проморгавшись, я решила особо не всматриваться, а то в глазах зарябит.
   -И как это работает?
   -Этого тебе тоже знать не нужно.
   -Я и так ничего не знаю, а тут еще какие-то ограничения! - Проворчала я и выдохнула. - Ладно, не оправдывайся. Все понимаю. Раз не надо знать, значит не надо. Это не жизненно необходимые сведения.
   --Спасибо за понимание - Отозвался ястреб. - Я в первый раз стал наставником, и не всегда точно знаю, что должен говорить и делать.
   Я заинтересовалась.
   -А тебя этому учили? И кто ты вообще? Тоже охотник?
   -Нет, меня не учили. И я не человек. У ордена на службе есть призванные сущности, и многие из нас назначены конкретному охотнику. Когда тот перерождается, сущность становится его помощником и помогает приспособиться, пока не вернутся память и прежние навыки.
   -Понятно... - протянула я, хотя чем больше получала ответов, тем больше копила вопросов. Но я решила не закидывать ими наставника, иначе тот вообще потеряется. Лучше буду задавать их постепенно и по ситуации. Время есть.
   А пока решила не сидеть на месте. Мне нужна практика, чтобы воспоминания приходили быстрее, и больше всего ее будет в пути. С направлением возникли трудности - по сути, все три стороны, куда от города уходили дороги, были для меня равноценны. Поэтому я решила положиться на случай и по совету духа просто покружилась с закрытыми глазами, чувствуя себя полнейшей дурой. Когда показалось, что я смотрю в подходящем направлении, открыла глаза - и это оказался путь к южным воротам.
   -Слушай, расскажи мне подробнее о меточных амулетах. Интересно, в чем их смысл.
   Ястреб перебрал лапами, впиваясь когтями в куртку.
   -Дело в том - Начал он - -что нечисть не разнородна, а делится на классы. В учебниках помимо степени опасности ставится разумность, потому что от разумной нечисти можно ожидать больше гадостей. И наряду с обычной нечистью, выделяются высшие вампиры и оборотни. Они не только разумны, а еще и очень сильны. К тому же среди них попадались те, кто не только жил, маскируясь, среди людей, но и помогал охотникам. А это, согласись, нетипично для нечисти. В общем, около трех веков назад орден решил, что с ними можно, и лучше договориться.
   Этому поспособствовала некая волчья королева. Она возглавила оборотней, настояв на их объединении с вампирами и заключении мирного договора. Смысл его заключался в том, что за счет вампиров и оборотней - а это было в их интересах - магами массово создавались меточные амулеты, которые раздавали людям, живущим рядом с Эргассом, новообразованным княжеством оборотней, и вампирьими кланами, которые поселились на островах и на севере.
   -И сейчас все успокоилось?
   -Можно так сказать. Амулеты имеют свой срок действия, и по его истечении камни нужно менять. Со временем за заменой стали обращаться все реже. Значит, люди уже не так боялись своих соседей. Сейчас такие амулеты и вовсе почти не делают. Только у охотников пользуются спросом.
  
  
   ***
  Как-то на дороге, девятого числа,
  Встретил добрый человек - человека зла.
  Добрый взял гранатомет -
  Бах!
  И нет козла.
  Вывод: все-таки добро сильнее зла.
   Когда я уже подъехала к воротам и встала в очередь после каравана из телег, спешащих войти в город до вечера, то меньше всего ожидала, что меня догонит посланник: мальчишка на черной лошади, взъерошенный и запыханный, словно преследовал меня пешком впереди нее.
   -Госпожа охотница! Госпожа охотница-а, подождите, не уезжайте!
   Да я и так не уезжала - ждала пока он подберется ближе, развернув буланого поперек дороги. Тот уловил момент и потянулся к придорожной траве.
   -Что за спешка, что случилось?
   -Гос... пожа... охотница, там... там за вами посла... послали, сказали по... помощь нужна! - Выпалил он, хватая ртом воздух. Похоже, и вправду несся за мной сломя голову. Лошадь вон тоже, почти в мыле.
   -Какая помощь, где?
   -Там - Махнул рукой - В деревне, вы ее вот недавно проезжали!
   Ну да, помню. Тогда я решила дать Янтарю отдых и шла рядом с ним. Прошла по главной дороге, остановилась у колодца, набрала воды в две дорожные фляги, напилась заодно, и напоила коня. По совету ястреба подождала, может, подойдет кто, но местные только косились на меня со смешанными чувствами. Мол, это что ж такое опасное могло завестись в этих краях, что охотники по дорогам уже ездят? Как я поняла, явлением охотники были пусть и обычным, но все же нечастым.
   Однако никто не подошел, так что я влезла в седло и направилась дальше. А тут нате вам. Спохватились.
   -И что-то не сказала бы, что там кто-то нуждался в помощи.
   -Да не подумали мы, не осмелились беспокоить. Думали, может, сами без приглашения заявились! А только вы от околицы на тракт лошадь повернули. А у нас денег мало, кинулись по домам собирать, думали, соберем да поворотим. А вы уже галопом, и за перелесок. Мне вот кобылу из старостиной конюшни выделили, сказали, скачи, Заром, как ветер, а то уйдет охотница-то! Еле нагнал вас, ф-фух...
   Ну да, больше ведь деревень по тракту перед городом не предвиделось. Я и решила не задерживаться в пути, добраться засветло. Добралась, ага.
   -Ладно. Поехали в деревню твою.
  
   ***
  Степени разумности:
  1 - низкая степень, примитивные инстинкты. (Пометка на полях: 'к сожалению, встречается редко. Разве что упырь... там из инстинктов только 'Пожрать, жрать, жрать!')
  2 - средняя, животные инстинкты включая осторожность (Пометка на полях: 'К примеру, слуна, неялит')
  3 - выше средней: инстинкты плюс навыки общения, способность хитрить. Примечание: как правило, эта степень находится не нижу 4 уровня опасности. (Пометка на полях: 'К примеру, люминор')
  4 - высокая, разумность на уровне человека. (Пометка на полях: 'Вурдалак, волкодлак.')
  5 - сверхвысокая, мыслит шире, чем человек.(Пометка на полях: 'Леший.')
  Введение в содержание бестиария. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
  
   ***
   В первую очередь меня встретил староста, прямо у ворот, вместе с половиной деревни. Пока я объясняла, что надо не стесняться и сразу меня окликать, а не раздумывать, пока я красиво уезжаю в закат, подтянулась и другая половина населения. Они там, конечно, делали вид, что заняты починкой створки ворот, слетевшей с петель, и советами тем, кто чинит, но все косились в мою сторону, так что работа шла из рук вон плохо. Охотники и впрямь явление нечастое. Особенно, наверное, здесь. Места спокойные, деревня не на тракте, а в стороне, так что спешащий человек в нее заезжать не станет. Тут и обычный всадник - событие.
   Как выяснилось, на местном озерке что-то завелось. Что-то водяное. Утащило в воду двух человек - рыбака, который устроил на воде едва ли не временное жилище, и его жену. Та ходила возвращать его домой - задержался со своими удочками еще со вчера. Как выяснилось, это его задержали. И ее. За ней потом пошла подруга, которой обещали помочь с ребенком, пока та будет чем-то там занята, к празднику готовиться, что ли... В общем, не нашла там ни рыбака, ни жену. А на мостках, что к постройке ведут, видела кровь и брошенную корзинку с едой. Так-то вот.
   Я уже жалела, что не пришпорила буланого еще больше - тогда бы точно не догнали. Идти на это озеро в неуютном лесу и бить неведомую нечисть, что запросто утянула здорового мужика (тот еще и оказался помощником местного кузнеца) было, мягко говоря, страшновато. Драться не умею. Знаний о нечисти и нежити - в принципе, ноль. Колдую из рук вон плохо, только на примитивных реакциях.
   Хотела практики - дохотелась.
   Ястреб, снова отставший и кружащий где-то в небе, не дремал и почуяв разлад в моих мыслях, тут же поспешил в них влезть.
   -Зря трясешься. У тебя одной здесь самые большие шансы эту нечисть истребить, даже с потерей памяти и знаний. Бери кинжал и трость, бери с собой сумку с зельями - я скажу, какие пить - и вся местная шушера только от твоего появления кверху лапками попадает.
   Мне бы такую уверенность.
   Но отступаться не годится. Согласилась ведь уже, да и кроме меня помочь действительно некому. Люди, как ни странно, куда больше боятся нежить, чем к примеру, здоровенного медведя-шатуна. Хотя тот упырей или даже жутких слун за пояс заткнет.
  
   К дорожке через пролесок, ведущей на озеро, меня проводили целой толпой. Но дальше никто не пошел. Даже Заром, поначалу прыгавший вокруг с энтузиазмом молодого охотничьего щенка. Так что я могла бормотать под нос успокаивающие фразы, нервно озираться и тяжело вздыхать сколько влезет - честь уже не пострадает. Только достоинство.
   Пролесок кончился, начался берег. Там все лето то ли коз выпасали, то ли косари регулярно наведывались, но место оказалось открытым и натоптанным. Частично утонувшие мостки тянулись по воде на добрых пять саженей, заканчиваясь у широкого настила с навесом, парой стульев и столом. Большие же тут любители порыбачить! Или не рыбачить. Плохо только что некоторые из них ходят по одному.
   Ну и что дальше? Прыгать по берегу и звать: Ау, неведомое нечто, ну-ка выползай на смертный бой?
   С неба спикировал ястреб, захлопал крыльями и сел на ближайший к берегу столбик.
   -Для начала прими одно зелье. Оно помогает унять страх, попутно улучшает реакцию и значительно повышает слух. Чтобы не навешивать на себя слишком много заклинаний. А потом попробуй сходить на помост. Может, найдешь что интересное.. Сомневаюсь, что местные там все детально обшаривали. Скорее всего так, с бережка посмотрели.
   Да, темные пятна и отсюда были видны. Но пока не могу определить точно, что кровь. Может не она, а только местное вино, и меня вообще зря сюда вызвали? А супруги вовсе не пропали, а уединились где-то в поросли? Может, сейчас уже и обратно вернулись, а я тут буду ждать, дура дурой.
   Вздохнула. Надежды, надежды...
   Внутри не пропадала странная уверенность, что оказалась я здесь не зря. И рыбака, как и жены его, в ближайших кустах нет. На дне они, на самом дне. И нужно вмешаться, пока к ним не присоединились другие.
   Я откупорила указанный ястребом пузырек - хвала небесам, не тот, что с червяками - и сделала небольшой осторожный глоток. Ну так, кисловатое. По телу прокатилось тепло и мягкое покалывание. Могло быть и хуже.
   Закрыла, положила сумку на тропе и пошла к воде.
   Сначала думала умыться, спасаясь от жары, потом передумала. Начну плескаться, только глаза прикрою, а меня хвать - и на дно.
   Вода, под вечер застывшая зеркалом, отразила взволнованную меня, с мечом наготове, когда я пробовала ногойдеревянный настил на прочность. Тот поскрипывал, где-то шатался, но в принципе, держал неплохо. Так что я добралась до темного пятна и убедилась, что это все-таки кровь. Для этого пришлось присесть и провести по пятну пальцем, шепча надиктованное ястребом заклинание.
   За мной он, кстати, не последовал. Остался на берегу и пообещал следить за обстановкой. Но я все равно сначала сама почуяла что-то не то и подняла голову, а толькопотом услышала его: 'Обернись' .
   Нечисть появилась из воды за моей спиной тихо, без единого всплеска. Вцепившись руками в настил, она подтянулась и уже выбиралась на доски.
   -Вот это да! - Выдохнула я, увидев перед собой ни много ни мало, утопленника! Не первой свежести, кстати. Синеватая кожа с темными венами, глаза затянуты белесой пленкой, и черные когти на тонких длинных пальцах.
   -Не трясись! - Рявкнул дух от берега.
   Я сжала пальцы на рукояти и изо всех сил попыталась не бояться.
   Утопленник выпрямился, уставив на меня эти жуткие зыркалки, и открыв пасть, дернулся в мою сторону. Вместо того, чтобы отбиться оружием, я швырнула в него огневиком. Как ни странно, сработало! Пламя зашипело, въедаясь в кожу, и нечисть с воплем отшатнулся. Но не упал, а заклокотал что-то и все равно попер на меня, вполне уверенно держась на ногах.
   У меня как-то не нашлось настроения обниматься. Я развернулась и побежала от него по утопленным мосткам, поднимая тучу брызг. Выиграв дистанцию развернулась, лихорадочно размышляя, что делать дальше. Подняла руку, формируя знакомый комок, но не стала сбрасывать его с пальцев сразу, а продолжила наращивать, пока огонь не раскалился до голубоватого. Размахнулась и бросила туда же, в грудь.
   Получилось: он захрипел и упал на колени, хватаясь за грудь и кашляя водой. Ха! Как я тебя, как я тебя!
   -А как сейчас ОНА тебя сделает! Смотри по сторонам!!
   К моей ноге из воды потянулась бледная рука с узловатыми пальцами, и я рубанула по ней мечом. Второй нападающий умудрился завизжать даже под водой, пуская пузыри.
   Я отскочила, чуть не свалившись с другой стороны деревянной дорожки, а нечисть, теперь вроде бы женского рода, подтянулась целой рукой и шустро вылезла на мостки. Не тратя времени на сверление взглядом, она сразу кинулась ко мне. Я встретила ее возгласом омерзения и мечом, всаженным в грудь. И тут же пнула ногой, одновременно отшвыривая ее и вытаскивая лезвие.
   С удивлением посмотрев на то, что как нечисть, булькнув, падает в воду и тонет, теперь уже окончательно, перевела на меч, вымазанный в темной крови.
   Время для воспоминаний было неподходящее, но меня как-то озарило. Перед глазами появилось закрытое помещение с металлическим столом, на котором лежит точно такой же утопленник с резаными ранами на горле и на плече. Неподвижный, худой и совсем не внушающий страха.
   -...Смотри - говорит кто-то. - Это всего лишь мертвое тело, какой бы жуткой нежитью оно раньше ни было. Оно убивало, из-за него проход через реку две недели был закрыт. Но теперь это тело мертво. Любую, самую страшную тварь, всегда можно убить. Зачастую ее вообще легко убить, особенно с навыками охотника. Так что в страхе нет смысла...
   Вдох. Долгий спокойный выдох...
   Я уже спокойней посмотрела на первого, который все еще кашлял и не разогнулся. Легко перепрыгивая по мосткам, подошла ближе, перехватила рукоять поудобнее и рубанула его мечом по шее. Хрипы затихли. Со второго удара голову удалось отсечь.
   Сзади раздался тихий всплеск. На настил вылезла еще одна нежить, какая-то более спокойная. И на вид сохранилась гораздо лучше...
   -Осторожнее. Это старшая, она опаснее молодняка и может помутить взглядом рассудок. - Предупредил ястреб. Да я и сама это поняла по ее движениям: как у хищного зверя, а не мертвого тела.
   Я ждала ее, глядя не в глаза а на шею, воспринимая облик в целом. Нечисть изогнула спину, зарокотала и побежала на меня. Ждать.
   Босые бледные ноги взрывают водную поверхность, над мостками разлетаются яркие брызги. Ждать.
   Утопленница уже совсем близко, когтистые руки тянутся ко мне...
   Я распрямила пальцы левой руки и ее оглушило ударом сжатого воздуха, взметнув темные волосы. Она по инерции продолжила бежать, а я сделала шаг в сторону и крутнувшись, встретила ее размахом лезвия. На сей раз голова слетела с плеч с первого раза, а тело пробежало еще пару шагов и рухнуло на доски.
   Тяжело дыша, я опустила оружие. Страх почему-то накатил только сейчас, и глядя на трупы, раскиданные по мосткам, я окончательно поняла, что такое охотничий орден. Именно в таких ситуациях это первые защитники. Когда обратиться больше не к кому, именно охотники приходят на помощь. И вообще.
   Я выпрямилась и гордо огляделась по сторонам. Да я охотник хоть куда! Я, оказывается, такое могу! Как-то даже жаль, что нечисть кончилась...
   В голове раздался ехидный смешок.
   -О-о, да ты даже меня поразила. Просто невероятная смелость при битве с такой... примитивной нежитью, на которой натаскивают младших учеников!
   -Это как так? - я еще раз огляделась. - Да их трое, а я одна, а они убили двух чело...
   -Да-да-да. Двух незнающих и не готовых к опасности людей, которых застали поодиночке. Не задавайся. Ты молодец, но это был несерьезный случай. И это не повод расслабляться.
   -Как хорошо, что в моей ситуации есть наставник, который всегда меня поддержит - пробурчала я, проходя мимо него. Он в долгу не остался:
   -Ты же не собиралась совать лезвие в ножны прямо в таком виде? Или я ошибся, и ты шла его чистить?
  
  
   ***
   В деревне меня встретили любопытными взглядами, отыскивая повреждения на одежде и теле. Не нашли. Ага, они-то не в курсе, что нечисть была мелкая...
   Ночевать здесь я отказалась: жалко терять версты пути, уже проделанного сегодня. Да и видя две заготовки под гроб, уже прислоненных к стене крайнего дома, становилось отчего-то неуютно. Не люблю похороны. Даже если им не удастся достать тела, и придется хоронить только личные вещи - все одно.
   Впрочем, и они недолго уговаривали. Скорее для вида. Зато в довесок к оплате, врученной мне в руки лично старостой, старушка, что стояла с ним рядом, не слушая возражений,сунула мне в дорогу сверток с ягодными пирожками, уверяя, что таких я больше нигде не попробую. Старинный семейный рецепт пышного теста!
   Так что забираясь в седло я не переживала, что солнце почти село, вокруг смеркается, а я устала как собака и до города, где меня ждет удобный ночлег, доберусь уже затемно. Я не думала, что для того, чтобы добраться до этого ночлега, мне придется стучать в закрытые на ночь ворота и убеждать стражу хотя бы выглянуть для того, чтобы я могла показать свою метку, с которой вообще-то должны пускать в любое время дня и ночи. Вместо этого мне грел душу и руки сверток с пирожками, и я думала, что в таких местах и таких случаях, где от моей помощи есть смысл, а люди умеют быть благодарными, приятно помогать даже за бесплатно.
   И путь до города я скрашу сладеньким.
  
  
   ***
   До города я уже доползла, и да, пришлось битый час материть сонных и ленивых стражников на вахте, чтобы те соизволили хотя бы высунуть нос из окошка, в которое я ткнула локтем с меткой. После чего оказалось, что механизм, открывающий ворота, клинит, смазать его должны только утром, а сейчас можно открыть только одну створку, и то если очень постараться... Я пообещала, что если они сейчас же не бросят карты и не постараются, то я перелезу через ворота и всем покажу шхарову мать.
   Потом стояла на темной улице и пыталась понять, была ли когда-нибудь в этом городе, и известно ли мне, где здесь ближайший хороший трактир. Не иначе как чудом, но не прошло и часа, как я его нашла. И после стука в двери, явления сонного хозяина и долгого пути наверх по темной лестнице, я наконец переступила порог выделенной мне комнаты и рефлекторно щелкнула пальцами, зажигая висящий на стене светильник.
   В неровном, разгорающемся свете, осмотрела комнату, свободную от всяких опасностей, и вздохнула. Щелкнул внутренний замок на двери, сумка полетела на лавку, там что-то звякнуло (удивляюсь, как ничего не разбилось). Я стянула с себя куртку и, на ходу разоблачаясь, плюхнулась на кровать. Уткнулась носом в подушку. Поворочалась в поисках удобного положения. Что-то не так.
   А, светильник потушить забыла!
   Вставать уже не хотелось. Я наугад швырнула туда какой-то силовой импульс, раздался звон разбитого стекла, зато вся комната погрузилась в темноту. Тишина и спокойствие. Все хорошо. Сегодня все хорошо кончилось. Можно отдохнуть...
  
  
  
  Глава 2.
  
   Темнота не принесла мне покоя. Казалось, стоило только закрыть глаза, как перед ними постепенно возникло ясное небо, зеленый лес, заросли малинника. Даже кожа ощутила призрачное дуновение ветерка...
   Я стою на открытом месте, оглядываясь по сторонам. Медленно выдыхаю: нужно сосредоточиться. Прикрываю веки, поднимаю вверх ладонь и дую поверх, словно сдувая с нее песчинки.
   Открываю глаза и прислушиваюсь.
  
   ...В городе пропали две девушки. Одна - целый месяц назад, и я, хоть и не сказала этого ее родным, была уверена, что несчастной уже нет в живых. Вторая исчезла только три дня назад, и я надеялась найти хотя бы ее...
  
   След уходит на запад.
  
   ...Именно сюда на малинник пропавшая ходила с подружками. Именно здесь ее видели в последний раз. По их словам, ходили и перекликались, все было нормально, а потом она вдруг замолчала. И никаких следов не нашли. Ни девушки, ходившие с ней и уверенные, что она только что была рядом, за соседним кустом. Ни следопыты, которые пришли сюда позже...
  
   Сейчас здесь я, и методы поиска у меня свои.
   Идем на запад.
   Путь уводит вниз в овражки, заросшие густым терновником, потом поднимается на пологий холм с лысой верхушкой. Оглядываюсь, стоя наверху. Отсюда хорошо видно окрестности, и даже город можно различить вдалеке.
   Если ее похитили, то зачем было нести именно сюда? Прикинуть, куда тащить дальше? Или она все-таки ушла сама? Но вопрос 'зачем?' тогда все равно остается открытым.
   Присаживаюсь на корточки, провожу ладонью над землей, читая энергетику следа, и досадливо поджимаю губы. На этот раз след двойной, и вторым отчетливо чувствуется варлак. Теперь неудивительно - эти умеют быть бесшумными. Значит, он унес девушку. Однако я не почувствовала ничего, похожего на смерть. Тащил живой.
   Для чего?
   Обычно варлаки съедают жертву под ближайшей удобной корягой, а этот нес ее столько времени, и даже не понадкусывал? К тому же, по словам горожан, да и по моим ощущениям, никакого дара у нее не было. А для этого перевертыша самое желанное - кровь колдуна или ведьмы. Или до того оголодал, что и такая сойдет?
   Я вздыхаю и снимаю щиты, прикрывающие меня от чужого взгляда, а потом сжимаю кулак и втягиваю заклинание, подвешенное на рефлекс. Чужую магию он может учуять раньше, чем я увижу его самого. Придется полагаться на себя и оружие.
   След спускается вниз, начинает петлять по урочищам и заворачивать в стороны, совершенно неожиданные. Будь я собакой, давно бы его потеряла - он два раза входил в ручей и долгое время шел вниз по течению. Давно не встречала таких предосторожностей со стороны нечисти. Но не на ту напал.
   Я нахожу его почти через час.
   ...Он не ушел далеко от воды, и пройдя по очередному ручью, судя по всему, свернул в заросли. Я чую, что он где-то рядом и подкравшись, наконец вижу. Растрепанный худой человек с длинными руками и слишком узкими ладонями, в рваной грязной одежде и без обуви. Припав к самой земле, пьет из ручья как собака, лакая языком. Ветер дует он него ко мне - хорошо.
   Метательный нож входит перевертышу в плечо, под ключицу, почти полностью. Он взвизгивает и отпрыгивает от воды, чуть не упав на спину. Тянется к ножу, хватается за кончик металлической рукоятки, но вытащить не может - тот стал скользким от крови.
   Второй он получает в бедро. Понимает, что возиться с ними без толку и вскинувшись, несется в ту сторону, откуда прилетели ножи, рыча от боли. Перепрыгивает через корягу, из-за которой я смотрела на него минутой ранее, приземляется и припадает к земле, принюхиваясь. Я оказываюсь уже позади него и третий нож всаживаю в спину, обездвижив на время. Хватаю руки, заламываю их за спину, и придавив к земле, склоняюсь к его голове.
   -Где девушка?
   Варлак взвизгивает, пытается оттолкнуться ногами - те плохо слушаются. Я тянусь к ножу в спине и продвигаю его глубже, в нужный нерв. Ноги замирают.
   -Говори. Где девушка.
   Говорить он не собирается. Лицо стремительно обрастает шерстью и вытягивается. Суставы под тонкой кожей смещаются и трещат, а мышцы каменеют. Морда оскаливается, щелкает зубами, и нечисть изо всех сил дергается. В волчьем облике чувствительность у них падает, и теперь он может шевелиться.
   Четвертый нож я всаживаю в горло, сверху вниз между ключицами. Тело подо мной вздрагивает и затихает.
   Вытащив оружие, быстро ополаскиваю лезвия в ручье, после чего подхожу к тому месту, где он пил, и озадаченно качаю головой. Не понимаю.
   Кувшин. Щербатый глиняный кувшин. Значит, он собирался отнести кому-то воды.
   ...Избушку лесничие давно бросили - это заметно по обомшелым стенам, срубу, ушедшему в землю на половину нижнего бревна, и грязным слюдяным окнам. Однако кто-то здесь все же бывал. Кто-то установил на это место легкие маскировочные чары. И двери явно обновили и укрепили замок - их пришлось выламывать.
   Внутри обнаруживаются стол, два лежака и пара стульев. Оглядываюсь от двери. Лежаки застелены. Печь вычищена, паутины внутри нет. Даже пол подмел, чистюля. Стол слева от меня, придвинутый к окну, занят несколькими сундучками, парой старых книжек и стеклянными колбочками, при взгляде на которые сразу вспоминаются лекции по алхимии и травоведению. Занятная коллекция для нечисти. Что-то не так. Интересно...
   Шорох. Где?
   Внизу. Под полом. Подвал!
   ...Поднимаю дверь, ведущую в подпол, и вздыхаю с облегчением. В углу, связанная по рукам и ногам, лежит давешняя пропажа - растрепанная, в рваном платье и с кляпом по рту. Испуганно мычит и жмется к стене, плохо видя против света, кто именно к ней пришел - но жива и целехонька.
   Нашла!
   Спускаюсь, развязываю, объясняю, кто я такая и зачем пришла. К сожалению, ничего путного она рассказать не может - только цепляется за меня в ужасе, пытается не рыдать и тянет из этого места. Под глазами синяки, бледная, как вурдалак, и вся трясется как осиновый лист. Многое пережила.
   Снаружи становится легче. Нет, она по-прежнему хочет удрать отсюда за горизонт, но пока рядом с ней кто-то, кто уверенно себя ведет, девушка находит в себе силы присесть на бревнышко и ждать, пока я закончу дела. Правда, как только возвращаюсь обратно внутрь избушки, подрывается и бежит за мной - одной куда страшнее.
   -Не знаешь, зачем ему все это? - Показываю на стол.
   Она мотает головой и хрипло объясняет:
   -Меня сразу кинули в подвал. Но он был не один, приходил еще кто-то и говорил ему, что делать. Этот... тот, кто меня принес, должен был сторожить, пока другой не заберет.
   -Куда заберет?
   Снова чуть не пускается в рыдания, но сдерживается. Только тщательно вытирает слезы. Последнее что мне нужно - это чтобы она расклеилась. Не время.
   Подношу ладонь к ее лицу, провожу по виску, убирая прядь с лица, и пускаю в пальцы легкий импульс. Она выдыхает и слегка успокаивается.
   -Не знаю. Этот... он приносил мне воду, но есть не давал. Я говорила, что внизу очень холодно, а он сказал, что уже неважно. Я ждала, что меня скоро убьют... - Она не выдерживает и закрывает руками лицо. Я снова легонько касаюсь ее плеча, прогоняя по пальцам успокаивающее тепло.
   -Тише, тише, Лаура. Тебя ведь зовут Лаура?
   -Да. - Глухо слышится из-за ладоней. - Откуда...
   -Я пришла сюда именно за тобой. Тебя ищут родные. Сейчас я осмотрюсь и уведу тебя отсюда. Но мне нужна помощь, постарайся ответить. Ты все время сидела здесь одна? С тобой больше никого не было?
   Она опускает руки.
   -Думаете... Думаете, Тильду тоже украли они? Она была здесь до меня?
   -Точно не знаю. Но тебя явно не для съедения похитили.
   Девушка бледнеет и прижимается спиной к стене. Обхватывает себя руками и спрашивает жалобно:
   -А вы правда охотница?
   Закатываю рукав до локтя, обнажая метку. Она вздыхает так облегченно, словно я щелкнула пальцами, и мы уже перенеслись к ней домой.
   -А...
   Вскидываю указательный палец, призывая ее замолчать и оглядываюсь на мутное окно. Она бледнеет еще больше, хотя казалось бы, куда уже?
   -Та-ам... что-то было?
   -Тихо. - Говорю еле слышно, одними губами.
   Она, кажется, даже дыхание задерживает. Я снова поворачиваюсь к двери.
   Там, снаружи кто-то стоит. Он шел сюда, но потом остановился и сейчас слушает так же внимательно, как прислушиваюсь я.
   Подкрадываюсь к окну и осторожно выглядываю наружу. Оно заляпано дождями, грязью, затянуто паутиной, так что мне удается увидеть только маячащее в деревьях темное пятно. Потом замечаю, что с одно краю слюда выбита, и оттуда тянет сквозняком. Сойдет за смотровую щель.
   Ножом его не достанешь, для размаха и броска нужно какое-то свободное пространство, а в эту дыру пролезет только монетка. Отстегиваю небольшой арбалет, висящий за плечом, и аккуратно взвожу механизм. Кончик стрелки подвожу к щели и нацеливаюсь на второго перевертыша. Он успевает заметить металлический блик в тот момент, когда я нажимаю на спуск.
   Раздается отрывистый взвизг, словно пнули собаку, и он бросается бежать наверх по склону. Я с коротким ругательством выскакиваю наружу, распахивая дверь, но он успевает скрыться в чаще как раз когда я вскидываю арбалет. Приходится опустить - стрелять уже не в кого.
   -Твою мать!
   Ушел! Я в бешенстве с разворота пинаю бревнышко, положенное в роли лавочки, и откидываю в сторону. Так. Успокоиться.
   Из избушки осмеливается выглянуть Лаура.
   -Госпожа охотница, но ведь он убежал, значит испугался! Это разве... плохо?
   -Плохо.
   Возвращаюсь обратно и, подумав, беру с собой только самый маленький сундучок, который можно легко унести. Вместе с ним захватываю те самые книжки.
   -Идем. Найдешь дорогу домой?
   Она едва не спотыкается на пороге.
   -Вы что, со мной не пойдете!?
   -Не надо выкать, я не настолько старше. - По крайней мере, внешне. - Я провожу до места, откуда ты сможешь найти поляну, с которой тебя утащили, а там близко до города. Защитный оберег с собой?
   -В тот раз он не помог!
   -В тот раз тебя выслеживали нарочно, и вас была целая группа. Сложно не заметить. Сейчас, если пойдешь тихо и быстро, ничего не случится. Здесь у нас не приграничье, чтобы людей утаскивали средь бела дня. А мне нужно разобраться со вторым.
   -Ну он же убежал! - Хнычет девушка, едва поспевая за мной. Я иду прямо, срезая дорогу к упомянутому месту. Там есть возвышенность, с нее покажу нужное направление - и пусть идет.
   -Вот именно. Убежал. Стрелку он вытащит, рану залижет, ночью наберется сил, и мне все равно придется бегать или от него или за ним. Лучше догнать сейчас, по свежему следу.
   Она бормочет себе под нос что-то успокаивающее, но больше не спорит. И правильно. Я сейчас и без того озабочена.
   Мне нужно выяснить, для чего они похищали девушек. Что-то здесь не так. Никогда не слышала, чтобы варлаки для чего-то объединялись. Скорее всего, был кто-то еще, кто ими руководил. Нужно добраться до второго перевертыша и выяснить у него, что тут происходило. Я, пожалуй, провожу ее до самого малинника, откуда начала искать, а потом вернусь обратно. На этот раз, чтобы найти избушку мне не нужно искать остатки следов, и на дорогу уйдет не больше получаса...
   Провал. Снова темнота. Новые образы.
   ... Я смутно понимаю, что меня привязывают ремнями к холодной поверхности. Попытка образовать заклинание оборвалась вспышкой жжения на запястьях. Браслеты из зеленоватого металла? Явно нитран. Блокиратор любой магии.
   Я хотела спасти девушку - я спасла девушку. Я хотела узнать, что здесь происходит - сейчас не только узнаю, но и поучаствую, ведь теперь я лежу на камне вместо нее.
   Только и могу, что поворачивать голову, следя за ними бессмысленным взглядом. Горит ритуальный костер, сложенный из нескольких веточек грозового дерева. Один из них аккуратно капает в пламя несколько капель чего-то темного и тягучего. Чую характерный отблеск силы - вампирья кровь.
   Я поняла - я попала. На этот раз не выбраться. Ремни держат руки, тело до сих пор сковывает дурман, силы кто-то высосал, а магия мне недоступна. Никакого выхода.
   Утешало только одно...
   ...-Я должна это взять?
   -Да, Лаура. Бери и спрячь куда-нибудь так, чтобы не смог найти никто кроме тебя. Маскировочные чары я уже на них наложила. Сможешь сохранить?
   -Да - кивает она горячо, прижимая к себе сундучок и книги, которые я взяла в той избушке.
   Я пару секунд думаю, что может, не стоило бы возлагать на нее такую ответственность, а передать вещи человеку ордена в городе, но... пусть лучше побудет у нее. Тайнички лучше делать в разных местах.
   -Иди. Никому не говори об этих вещах. Отдашь их только мне, или другому охотнику после того как он покажет метку - и никому больше. Поняла меня? Я могу на тебя положиться?
   Пристально смотрю на нее. Девушка горячо кивает:
   -Я обязана тебе жизнью. Помочь тебе мой долг. Спрячу и никому не покажу.
   -Хорошо. Иди. А я скоро вернусь...
   ...Вот и не верь после этого в то, что обещать в скором времени вернуться - плохая примета.
   Ритуал для меня проходит как в густом тумане. Монотонный речитатив жреца, треск свечей, еле слышный гул кристаллов-накопитилей. Символы на моей коже, вырезанные ножом - почему-то было слишком больно для обычных порезов. И вспышка бессильной ярости в тот момент, когда занесенный надо мной нож начал медленно, словно резал воду а не воздух, приближаться. И снова темнота.
  
   ***
   Я вскрикнула и сорвалась с кровати, выхватив из под подушки нож. Но упала неудачно, на колени, хорошенько ими ударившись. А когда начала выпрямляться, запуталась в волосах.
   -Хельдин? Что случилось? - Ожил ястреб на спинке стула. А я даже не помнила, что он сидел у меня на плече, когда я вошла в трактир...
   Я с облегчением откинулась назад, привалившись спиной к постели, и выдохнула.
   -Сон дурной.
   -Уверена, что это сон?
   Хотела быть уверена, но слишком многое сходилось. Не было смысла отрицать.
   -Я видела свою смерть.
   Последовала пауза. Ястреб смотрел на меня ясными желтыми глазами, больше похожими на кошачьи, не мигая.
   -Как ты?
   -Тебе по-честному или цензурно?
   -Понятно. Что думаешь делать?
   -По мне разве можно сказать, что я собралась что-то делать? - Я подняла и показала свои дрожащие ладони. И ведь на самом деле впечатления смазаны, боли не помню, но какое меня тогда переполняло отчаяние от того что глупо попалась, и как было страшно...
   -По глазам. Они у тебя открытые, хорошо их читаю. У тебя формируется намерение.
   -Может и так. Я просто думаю... - Я замялась, попробовав вспомнить что-то еще, но очевидно, впечатлений и так было слишком много. - Помню, что спасла девушку. Ее похитили и держали в лесу. Не убивали, давали воду, значит, она нужна была живой. Они чего-то ждали. Но еды не давали. Значит, тот момент, в который им нужна была ее смерть, должен был наступить совсем скоро.
   -Думай. Ты знаешь что-то еще. Что тебе стало известно?
   Я потерла лоб. Как и любой сон, этот начал меркнуть, и я уже не могла ясно и чисто вспомнить каждое мгновение. Нужно было как-то удержать это, запомнить, разложить на составляющие.
   -До нее была другая. Ее похитили около месяца назад. Точную дату мне назвать не смогли, да это и не казалось важным. Я грешила на нечисть. Многим видам достаточно питаться раз в месяц. Однако сейчас думаю, что дело в фазах луны.
   -Что могло зависеть от фаз?
   Я вздохнула.
   -Жертвоприношения.
   -В какие фазы совершаются жертвоприношения? Вспоминай.
   -В полнолуние либо новолуние. Пик роста луны, и ее убыли.
   -Когда тебя убили, какая была фаза?
   -Я не помню.
   -Нет. Ты не можешь не помнить. Это было слишком важно, ты должна была догадаться еще тогда и вбить себе в голову.
   Я схватилась за волосы. От затылка снова начал разрастаться сгусток боли.
   Не помню, не помню, не помню...
   -Не бойся. Подними глаза.
   -Я больше ничего не помню!
   -Смотри. Мне. В глаза.
   Я подняла голову. Желтые кольца радужек мерцали, светились в темноте, и затягивали. Боль слегка притупилась, и разум прояснился. Я сморгнула и начала осторожно, словно подбирала слова, говорить.
   -Над алтарем был проход наверх. Даже не проход, так, круглая дыра в потолке. Сквозь нее было видно звезды. Я помню, как на них смотрела.
   -Дальше. Думай.
   Я медленно вдохнула и прикрыла глаза, аккуратно уложив ладони на пол. Нет смысла бояться. В страхе вообще зачастую нет смысла.
   -Звезды были видны слишком отчетливо. А ведь была почти полночь, луна в такое время стоит над головой. Она бы светила в то окно.
   -Новолуние.
   -Да. Какая сейчас близится фаза?
   -Хочешь узнать, сколько времени прошло с твоей смерти?
   -Ага. Ты знаешь, какой сейчас день?
   -Тридцатый день зарника.
   -Чего?
   Мне показалось, что он и наяву вздохнул. А умеет ли это делать птица?
   -В краях, где ты родилась, этот месяц называли 'жнивец'.
   -Ясно... Так. Когда было новолуние?
   -Двадцать второго зарника. Прошло восемь полных дней, если не считать дня приношения.
   -И когда следующее новолуние? Сколько до него осталось дней?
   -Почти три недели.
   -Так... Значит, мне нужно будет прийти в город, откуда я начинала поиски. Как он хоть назывался-то? - Я наморщила лоб. - Вот хоть убей, а что за город, понять не могу.
   -Ты помнишь об этом городе хоть что-то?
   -М-м... - я терла пальцами виски. - Да как я вспомню-то?
   -Посмотри на меня еще раз.
   -Да ты у нас что, ловец разума!?
   -Почти. Смотри на меня.
   Я послушно уставилась на него.
   -Вспоминай. Что ты можешь сказать о городе? Что в нем тебе могло запомниться?
   У меня опять разболелась голова и вспоминать, да и вообще думать, не хотелось вообще. Но на этот раз нужное видение вынырнуло сразу, как рыбка из мутной воды.
   -Башня! Там на главной площади стояла башня с часами. Диск синего цвета, матовый, а стрелки с цифрами горят серебром. Я даже название материала помнила, как там его...
   -Темный лазоревик. Это скорее всего, город Тавер, на реке - Заключил ястреб. - Вот мы и выяснили, где можно найти этих жрецов. Я ведь правильно понял, ты намерена их отыскать?
   -Когда приду, нужно найти Лауру. У нее остались их вещи. Там должно быть что-то важное, другого не держали бы запертым. И книги полистать не мешает, они старые, истрепанные, а на обложке чья-то анаграмма. Значит, изготовлены по заказу, а не украдены в библиотеке. И в книгах многие хозяева делают пометки для удобства. Изучить их тоже будет нелишним. Тогда я пойму, с кем имею дело.
   Хорошо, что есть еще время.
  
   ***
  Слуна.
  Нежить. Степень опасности - 3, разум - 2.
  Место обитания: Синий лес, Эргасский и частично драконий.
  Мелкая, белая, похожа на хрупкого подростка или ребенка. Волосы длинные блеклые, ими обычно прикрывает красные глаза. Губы тонкие, клыки выпирают. Пальцы короткие, основная их длина приходится на когти.
  Охотится на людей, заплутавших путников, причем только одиночек. Даже если с человеком собака, или он на лошади - подойти не осмелится. Прикидывается потеряшкой, плачет сидя и закрывая волосами лицо. Этим отвлекает внимание. На жертву нападает вторая особь со спины - слуны охотятся парами. Рвут горло, питаются в основном кровью, мясо поедают только если сильно голодны.
  Оружие: когти. Зубы использует редко, т.к. они часто ломаются. (Пометка на полях: 'За длинные волосы хватать бесполезно, пряди-обманки легко слезают с головы')
  Уязвимость: Те же места, что у человека. У слун хрупкие кости, их легко ранить.
  Бестиарий, Глава первая. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
  
  ***
   Поутру выяснилось что встречая меня у дверей, хозяин не то что денег не взял, даже лицо не запомнил, и выяснил, в какой комнате расположилась ночная гостья, только опытным путем, обстукивая постояльцев верхних комнат - помнил же, что послал меня на лестницу.
   Я же поутру вспомнила, что несмотря на оплату убитых утопленников, с деньгами на хороший ночлег у меня до сих пор туго, а на завтрак вообще не остается. А ко всему этому с меня еще и возьмут плату за заботу о коне - сама вчера ляпнула, чтобы организовали 'все что надо'. Надеюсь они от энтузиазма и в предвкушении оплаты, ему племенную кобылу не привели...
   Так что в дверях комнаты, когда я соизволила их открыть, едва не разгорелся конфликт. Услышав, само начало моего виноватого 'Понимаете, тут такое дело...' вместо хотя бы 'Здрасьте', хозяин послал бы меня подальше, да еще и метлой дал вдогонку. Но метка убедила его в том, что надо слушать и кивать, а метлу придержать пока. Пока я не договорю, что сегодня же пойду искать здесь заработок - в более-менее крупном городе его не может не найтись - и проблем с оплатой не будет.
  Он задумчиво посопел а потом взял и предложил оставить жеребца у него в залог. Потом, когда я все оплачу, животину мне сразу же отдадут. Если я же смоюсь, то Янтаря он имеет полное право оставить себе. В ответ на то, что стоимость лошади, мягко говоря, больше самой шикарной комнаты, он обрадовано заявил, что все по-честному - он возместит еще и моральный ущерб, а я в следующий раз могу три дня жить за этот счет.
   Подумав - больше для вида - я согласилась, снова намекнув, что в желудке волки воют. Намек был понят, и меня наконец-то пропустили вниз.
   Правда, на завтрак в долг разносолов лучше не ждать. Я в этом убедилась лично, ковыряя ложкой кашу из неизвестной крупы, в которой по идее, где-то должны быть ягоды. Где, и какого они хотя бы цвета - так и осталось для меня загадкой. Что ж, хоть должна останусь не больно много...
   Итак, заработок.
   Если в городе есть какая-никакая центральная площадь - как в том же Тавере - изначально подработку наемнику, магу, или охотнику, следует искать там. За листок бумаги, на котором пишется объявление, платятся сущие копейки, после чего тот вешается на столб - или стену. Потом его срывает заинтересованный наемник/маг/охотник/кто-нибудь еще, и отдает обратно в канцелярию - для сведения чернил и повторного использования. Потому и платятся копейки, что бумага для объявлений многоразовая.
   В некоторых городах стена для объявлений разбивается на части, где вешаются объявления бытовые, специализированные, на продажу, о пропажах, и для магов. Помню, что специализация охотника-мага позволяет подрабатывать и на заказах вроде усмирения домового. А колдуны потом ругаются, что хлеб у них воруем.
   Надеюсь, эта информация мне действительно вспомнилась, а не нафантазировалась.
  Все дороги ведут к центру, я примерно сориентировалась, где этот центр, поэтому зашагала туда.
   А какая хорошая тем утром стояла погода! Солнышко ласково грело, не припекая, на небе растрепались легкие перышки облаков. Я шла, с удовольствием вдыхая по-утреннему свежий воздух, мурлыкая про себя какую-то мелодию. Волосы свободно трепал ветер, взбивая некоторые пряди в воздух, а я подставляла лицо солнечным лучам, и настроение было такое умиротворенное, что впору сидеть на бортике фонтана и плескать в нем ладони, наблюдая за рыбками. А не высматривать нужные листочки на стене объявлений.
   К тому же плохо представлялось, что именно высматривать. С нечистью на реке мне, по словам духа, просто повезло. Вспомнилось по поводу этих утопленников тоже - самый мизер. Хотя судя по сегодняшнему сну, несмотря на специализацию охотника-мага, дралась я тоже весьма неплохо...
   А попробуй не научись, с таким-то мучителем, что часами заставлял крутить палки, разминая запястья, отбиваться этими же палками от него, или неподвижно стоять на месте в самых нелепых позах, да еще с грузами на руках. Только и слышала: Упала-отжалась, вскочила-подтянулась, на старт, внимание, марш! Не отставать, не отставать!
   Изверг...
   При попытке вспомнить дальше, как переклинило. Я в ступоре остановилась, таращась в пустоту и пытаясь докопаться до своей памяти, но та казала мне жирный кукиш. Да твою ж налево, сколько можно!? Ладно. Пока придется обходиться без боевых умений.
   Судьба мне благоволила: объявление попалось как по заказу. За четыре золотых просили избавить помещение от мстительного духа. Сумма настолько обрадовала, что я сорвала листок почти не думая. Ну-ка, ну-ка, что там за адрес...
  
  
   ***
   -...а по ночам эта тварь наглеет окончательно: уже в стену дома начала стучать! Там с кухней стенка-то общая... Так вот, спускаюсь вчера ночью - ну так, чегось перекусить - а он стучит, зараза! Эдак скоро в дом переберется, а у меня тогда жена сбежит...
   Надо же, за жену волнуется. Пугливая, наверное. Я бы может, тоже испугалась, поселись у меня дома такая пакость.
   В мастерскую по словам хозяина войти в последнее время было невозможно. Заготовки раскидывались по углам, ножи целенаправленно слетали с подставок, уже повредив руку помощнику, сам собой загорался уголь, в последний раз едва не приведя к пожару, а второго дня рядом с хозяином сверху упала наковальня. Попала бы на голову, не дернись он в сторону из-за кошки.
   На вопрос, а что это наковальня делала сверху на полках, он возопил:
   -Да вы что, отродясь такого не было, это ж ведь оно ее подняло и на меня кинуло! Да я с тех пор вообще двери запер и носа туда никто не казал!
   М-да. Наковальня, весом наверное... пять, шесть пудов? Попробуй такую подними, а еще и держать... Ястреб вон, сказал, что в бестелесном состоянии на такие подвиги был не способен. Что же там в этой мастерской сидит!?
   Клиентом моим оказался некий Маррин, торговец сталью, металлами и железной рудой, и заодно мастер-оружейник. Пристройка служила ему запасным складом и кузницей, в которой работал он и еще трое подмастерьев. Точнее, уже двое. Третий сбежал от такой веселой жизни.
   -А не маловато будет здесь места, для кузницы-то?
   -А, так это ж не основная. Так, подточить-подогнать. Основная ближе к лесу, за самой стеной, там и материалу больше, и соседям не мешаем. Да и вредно возле дома держать кузницу, после такой работы ходить долго надобно.
   Ну да, слышала, что кузнецы частые гости целителей. Надышатся испарений от раскаленного металла со шлаками, а после работы сразу норовят прилечь. Целители же советуют ходить, дышать свежим воздухом, иначе от такой жизни и помереть недолго. Какой, однако, сознательный мне попался заказчик.
   В замке Маррин ковырялся с явной неохотой, а открыв двери, шагнул в сторону - мол, девушки вперед. Помещение у меня восторга не вызвало.
   -Говорите, никого после вас здесь не было?
   Мужчина охнул и подался вперед, оттесняя меня в сторону, так что пришлось шагнуть внутрь.
   -Журка! Кошка моя, думал, пропала со вчера!..
   С кошкой дух обошелся жестоко: отыгрывался, наверное, за то, что не дала убить кузнеца. В принципе, там и кошки больше не было. Так... Пятна на стенах, с клочками серой шерсти.
   За спиной, подгадав момент, захлопнулась дверь, наподдав нам в спины. В лицо дохнул теплый ветерок, похожий на дыхание, и сверху донесся тихий хрип, как будто кого-то душили.
  
  
   ***
  Отступление.
   Головы кузнец с охотницей задрали одновременно: под потолком ничего и никого не было. Но звуки же были, только что! Подавшись назад, торговец нащупал дверную ручку и попытался толкнуть. Та не сдвигалась ни на волос, будто срослась со стеной.
   -Интересно... - Задумчиво протянула девушка и вышла вперед, к свободному от полок и столов пространству. Огляделась по сторонам словно ища что-то, посмотрела наверх и наморщила лоб, будто решала в уме задачку.
   -Дверь не открывается. - Кузнец подал слабый голос.
   -И не откроется... - Пробормотала она как-то слишком уж спокойно, по-деловому. Оглянулась в сторону окна, будто услышала зов, и полезла в свою сумку. Достала какой-то флакон, открыла, поднесла к лицу. Гадливо сморщилась, закрыла. Кинула обратно. Покосилась на Маррина, который не теряя надежды, все еще пытался незаметно пихнуть двери. Вздохнула.
   -Вы мне постарайтесь только не мешать, хорошо? Не кричать, под руку не лезть, и хорошо бы не отвлекать еще. Ладно?
   -Тише мышки буду. - Мрачно отозвался мастер и тяжело вздохнул, не вовремя помянув мышек. Журка, изначально Журчалка, ласковая кошка, привезенная женой, постоянно их ему сюда таскала: хвасталась. И крыс носила. Больше не будет...
   Охотница тем временем с трудом начертила мелом круг, прямо на полу по утоптанной земле, после чего капнула из очередного флакончика чем-то вязким на четыре стороны круга. Капли тут же вспыхнули и загорелись зелеными огоньками.
   Ведьма с интересом ковырялась в сумке, словно ловила в ней тараканов или впервые видела ее содержимое. Вытащила горсть светлых камешков, похожих на морскую гальку, и уложила рядом с огоньками. Снова посмотрела наверх.
   И заговорила.
   -Alanesshinaan. Тeera. Тeeratalagas.
   У нее даже голос словно бы изменился. Какой-то глубокий, низкий, отдающий отзвуками со всех сторон. В середине круга после первого же слова задрожал воздух над полом, а потом кузнецу захотелось проморгаться: словно соринка на глазу, из воздуха появилось смутное пятно. Пыль в кругу приподнялась, потянулась вверх, закрутилась вихрем, формируя массивное, но бесформенное тело.
   Девушка вытянула руки перед собой, напряглась, словно пыталась его удержать. Голос и тон снова изменился - резкий, властный.
   -Кaaros, talagas! Weeart karet! Hesse.
   Туманное пятнышко стянулось в плотное облако, в котором зажглись алые точки глаз.
  Для ведьмы, это, похоже, стало неожиданностью, что было ясно по вытаращенным глазам и невольно вырвавшемуся 'Вот грыг!'
   Отреагировать как-то еще она не успела. Из круга во все стороны ударило порывом ветра вместе с тягучим воплем, и Маррина само собой вжало в дверь. Охотницу ударило сильнее - отбросило спиной на стол, да так что проломилась столешница, скрыв ее под обломками. Огоньки вытянулись в одну линию с полом и угасли, а пятно кинулось в землю. Воздух заполнился пылью, как от удара огромного молота.
  
  
   ***
   Ушел?
   Удар был неслабым, из меня даже воздух выбило. Я не сразу поняла, что лежу на полу поверх треснувшей столешницы, а в спину давят какие-то железные загогулины - это у него заготовки такие, что ли? Перед глазами клубилась пыль, так что я едва разглядела потолок.
   Стены словно сами собой качнулись навстречу - я встала. Отталкиваясь руками от обломков, поднялась на колени и тут же упала снова, прощупывая ладонями землю у круга. Мне только одно стало понятно: он слабее. Иначе бы не сбежал.
   Я приложилась к земле ухом и вроде бы уловила эхо того самого воя, который до сих пор отголосками звенел в ушах.
   Ушел!
   Куда он мог деться!? Проводников в круге нет. Значит, под землей! Ушел по грунтовой воде. Но далеко уйти не мог, я успела его зацепить.
   Куда?
   Тело словно само вскочило на ноги и понеслось к выходу. Я пнула дверь - ее уже никто не держал - пронеслась мимо ошалевшего Маррина и подбежав к колодцу, перегнулась через каменный край, заглядывая вниз. Далеко не ушел, голубчик!
   Внизу что-то плеснуло и с хрипом задышало. Не впечатлил.
   К изумлению торговца, выскочившего следом, я без объяснений перемахнула ноги через каменный край и спрыгнула вниз.
   Ощущение от ледяной воды, когда с жары ухаешь в нее с головой, сравнимы только с аналогичным прыжком в кипяток. По крайней мере, сначала кажется, что все тело ошпарило. Мне перехватило дыхание, но все-таки удалось в пару гребков вынырнуть на поверхность, глотая ругательства. Какая муха меня укусила, неужели нельзя было колдовать наверху, усевшись на краешек!?
   Сущность завыла рядом, по-прежнему невидимая, но напасть решилась не сразу. Я как раз успела продышаться. На горле сомкнулись ледяные пальцы, и меня с бульком уволокло вниз.
   Здесь, под водой, он был почти осязаем. Я смогла ухватить его за запястья и ударила через ладони простой силой, напитывая сущность и почти сразу перенасытила. Вокруг забурлила вода от излишков, которые он пытался бросать в разные стороны, но у нас были разные энергетики.
   Стон разнесся прямо под водой, и нечто в моих руках растворилось. Я в пару гребков вынырнула, отдышалась и огляделась.
   Кроме меня, в колодце теперь никого не было.
   Сверху донеслось недоуменное:
   -А вы... чегой-то там? Нежто так пить захотели, так я бы...
   -Веревку сюда кинь! - Выкрикнула я, и не сдержавшись, добавила пару комментариев к ситуации, которые заставили клиента шевелиться быстрее.
   Извлеченная наверх - причем тянул он плохо, так что, упираясь ногами в стены, я выбралась, считай, сама - я была похожа на водоросль. Волосы с одеждой обвисли, истекая мутной зеленоватой водой, и на земле тут же образовалась солидная лужа. Почуяв прилив слабости, я села на край колодца и пояснила:
   -Две недели отсюда пить будет нельзя.
   -Да я уже понял. - Тоскливо протянул торговец, глядя на стекающую с меня воду, когда-то прозрачную и чистую.
   -Лучше всего вам будет вызвать священника, пусть проведет обряд очищения. Иначе может завестись что похуже. На вас в последнее время наводили порчу? Может, конкуренты?
   -Было. - Кивнул мужчина. - Да только сняли уже все. А что?
   -Остаточный эффект сработал, или снимали порчу не очень добросовестно. В общем, две недели у вас на очищение. Иначе заведется кто похуже.
   -Ага. - Кузнец замялся, и по моему лицу понял: - Что-то еще?
   -Плата.
   Поскучнев, он ушел в дом за деньгами, попросив погодить. Раздалось хлопанье крыльев, на край водосточного желоба сел ястреб, метнул на меня взгляд, и я снова едва не свалилась в колодец от силы его вопля и степени его нецензурности.
   -...... в ......, ты чем думала, головой или задницей!? Жить снова надоело!!?
   Я поморщилась, собравшись возразить, что обошлось и к тому же ничего мне особо не грозило кроме простуды, как тут он добавил:
   -Прав был Маркус, стоит тебе почуять след, как голову теряешь! Твой азарт тебя когда-нибудь погубит! И в прошлый раз наверное, из-за него попалась?
   -Кто? - непонимающе переспросила я. - Что за Мар...
   ...Вспышка.
  
   ...Глаза ослеплены светом, не хватает воздуха - я лежу спиной вниз, на булыжном покрытии двора. Лежу, хватаясь за живот, в который огребла удар, когда опрометчиво рванулась вперед, надеясь миновать его блок. Рядом раздается вздох.
   -Чего и следовало ожидать. Ну и чем ты думала?
   Чуть погодя, когда я уже сижу на лавке, приняв зелье после занятий, тот же голос, снова сбоку, продолжает мысль:
   -Я понял, в чем твоя главная проблема. У кого-то это гордыня, у кого-то излишняя осторожность, кто-то поспешно судит, ну а у тебя явные проблемы с азартом. Учись его контролировать и трезво оценивать свои силы. Иначе этот удар тебе потом цветочками покажется.
   Я недовольно соплю, понимая что он попал в самую точку.
   -И еще. Запомни: впредь никаких азартных игр. Увижу когда-нибудь, что играешь в карты - переломаю руки.
   Человек встает, отходит, и я вижу только спину и не могу вспомнить его лицо.
   А ведь я с тех пор ни разу так и не решилась проверить, шутил он или нет.
   И наверное, надолго запомнят мои убийцы, как в ответ на ироничное предложение главного жреца 'Последнее желание?', с алтаря донеслось: 'А сыграем в карты?'
   ...Не помню его лица...
  
   Я помотала головой, и уставилась на духа.
   -Это мой учитель? Моего учителя звали Маркус?
   Птица молча снялась с места и обдав меня ветром, пронеслась над двором, уходя от ответа. Я непонимающе повернулась, проводив его взглядом.
   -Куда это ты собрался? Почему не отвечаешь на вопрос?
   -Я не имею права говорить о нем... То есть, о твоем обучении.
   -Почему!? - Недовольно прокричала я вслед, но он скрылся из виду. Мне оставалось только раздраженно топнуть.
   Что это за умалчивания!? И ведь даже не объяснил, почему!
   -Госпожа охотница - Озадаченно позвал меня кузнец. Он стоял на пороге. - Вы это с кем разговаривали?
   -С духами. - Буркнула я, принимая оплату. Он не стал допытываться.
  
  
   ***
   За комнату, завтрак, еду в дорогу и загадочное 'прочее' мне пришлось выложить серебр и шесть медных монет. Учитывая то, что один золотой равняется десяти серебряным монетам, а серебряная - пятидесяти медным, плата вышла вполне приличная. Ну, так и условия соответствуют. Резвого мне вернули сытым, вычищенным, с расчесанной гривой и лоснящейся, как атлас, шкурой. На таком красавце теперь было не стыдно и в столицу!
   Я собрала вещи, бросила мимолетный взгляд на светильник, который словно кто-то пытался выжимать - небезуспешно, кстати говоря - задумчиво покосилась на свои пальцы и накинула куртку на плечи, застегнув на горле тяжелый воротник. Серебряные заклепки на нем, в три ряда, защищали от слишком наглых нечистей, да еще в рукавах и на груди со спиной в подкладке прятались пластины из легкого и прочного сплава. К общему весу я еще не привыкла, и потому воротник слегка придушивал, отчего я машинально придерживала его свободной рукой.
   Хозяин с сожалением покосился на жеребца, может и не чистокровного, но точно в какой-то степени породистого, вздохнул и помахал мне от порога. Сначала рукой, а потом вытряхиваемым полотенцем.
   Ястреб за это время так и не объявился, хотя я чуяла, что он где-то неподалеку. Боится что ли, что начну пытать? Так сказал бы как в тот раз, что этого мне знать не обязательно, или же что должна вспомнить сама. А раз не сказал, значит, причины у его молчания другие?
   Я погрозила кулаком в сторону, где как думала, он был, и направила коня к нужным воротам.
  
   ***
  Неяра.
  Нечисть. Степень опасности - 4. Разумность - 3.
  Место обитания: Все известные крупные леса, кроме островов.
  Описание: Тварь с головой, плечами и руками человека. Голос и навыки общения отсутствуют.
  (Пометка на полях: 'Не отсутствует, а не выявлено, неяры явно общаются между собой разновидностью мяуканья и щелчков. Имеются очевидцы, утверждавшие, что неяры имитировали голоса людей, завлекая жертв.')
  Остальное тело птичье, строение близко к орлиному. Размер: с человеческого подростка. Практически всеядна, предпочитает мясо. Никогда не брезгует падалью.
  Оружие: Когти на лапах. Иногда бьет руками, но на пальцах когти небольшие. Может упасть с неба и бить крыльями, чтобы повалить на землю; главная ее цель - добраться до горла. Кроме него чует другие слабые места, где можно повредить артерии.
  Охотится преимущественно поодиночке, редко парами. Однако селятся вместе большой стаей, яростно защищают детенышей.
  (Пометка на полях: 'Поодиночке степень опасности можно отнести к 3-й, т.к. их легко отпугнуть, если твари чувствуют силовой перевес.')
  Уязвимость: крылья и живот. Если повредить крыло, неяра сражаться перестанет и постарается сбежать. Если сбить на землю, становится практически беспомощна.
  Бестиарий, Глава первая. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
  
  ***
   -А теперь выдохни и проделай то же самое, но медленно и аккуратно.
   -Аккуратней некуда! - Пробурчала я, но послушалась.
   Развернувшись, не спеша повела руками по воздуху, словно в разминке перед боем. Замедлилась и изогнула ладони так, словно наматывала на них тонкую веревку. Поймала... По вершинам деревьев зашелестел ветерок.
   Так же медленно и плавно повернулась вокруг своей оси, удерживая ветер, а потом завертелась, ускорилась и резко опустила руки вниз. Ветер сплошным потоком рванул ко мне, скрутился вокруг и упав к ногам, кольцом разошелся в стороны. Траву вплотную прижало к земле, а по сторонам разбросало моих гипотетических противников.
   -Недурно - Оценил наставник. А я пошатнулась и припала на одно колено от внезапного головокружения.
   -Ай-й! - пожаловалась я, прижимая ладони ко лбу. - Голова!
   -Что голова? Ну да, она у тебя есть. И что?
   -Болит!
   Заболела не только голова, но и все тело. Особенно худо пришлось в животе и груди: меня в них будто ударили чем-то тупым и тяжелым. По губам и подбородку покатилась теплая струйка крови.
   -Пока хватит. Если полило из носа - значит, основной запас сил исчерпала. Можем закончить.
   Я только изнеможенно простонала, усаживаясь на землю.
   Как оказалось, без тренировок мне и в этой жизни не обойтись. Чтобы скорей вспоминались нужные знания, необходимо постоянно расходовать силу, потом быстро восполнять, и опять колдовать. Ястреб уверил, что это полезно, да и резерв таким образом понемногу увеличивается.
   -Я отлучусь на охоту. А ты так и будешь валяться, или таки устроишься на ночлег? - Подначил меня упомянутый.
   -Еще не стемнело! - Отмахнулась я и стала медленно подниматься.
   ...За день я смогла преодолеть немалый путь, порядком углубившись в лес по проторенной дороге. Днем мне встречались встречные повозки и один раз спешащий всадник, по виду курьер. Но к вечеру, когда солнце уселось на макушки деревьев, дорога вымерла. Похоже, редко кому приходило в голову устраиваться в таком месте на ночь.
   Значит, посплю в тишине.
   Потратив около получаса на то, чтобы вспомнить курс на тему 'как поставить защитный круг с амулетом на месте привала', я разожгла небольшой костер, и вытащив походный котелок, поставила разогреваться будущий ужин. Пока ужинала, возилась с вещами, устраивала будущую постель и устроившись у огня, расчесывала волосы, сгустились сумерки.
   Отрастила на свою голову... Стоит только распустить на пару минут - все, сплошное мочало из узлов! Прямо сеть рыболовная... Что-то треснуло, и я с грустью уставилась на гребень с отломанным зубцом.
   Наверное, я часто их меняю.
   А вообще, процедура расчесывания успокаивала. Особенно к концу, когда пряди разгладились, как шелковые, и больше не приходилось их продирать. Я медленно водила гребнем по волосам, слушая звонкий хор сверчков и наслаждаясь свежим воздухом от далекого родника, а на коленях тем временем остывала кружка с целебным отваром по орденскому рецепту. Он восстанавливал магические силы, а еще неплохо расслаблял. Так что его рекомендовалось пить как раз на ночь.
   Итак, увлекшись сверчками и предвкушая отдых, я так расслабилась, что к мне бы, наверное, и пьяный орк подкрался. Не то что лесные разбойники.
   -Хельдин, опасность! - Вдруг крикнул невидимый наставник, и не дав опомниться, впереди щелкнул взведенный арбалет.
   Я подняла голову.
   Ну, шикарно...
   -Шикарно! - Повторив мои мысли, усмехнулся небритый рыжий мужик, расслабленно изучая меня взглядом. Чего ж ему нервничать, у меня-то оружия под рукой нет! Я бросила злобный взгляд на подлетающего ястреба, по чьей милости у меня сейчас и колдовать не получилось бы, и поспешила уделить внимание незваным посетителям.
   -Чем-то помочь? - Угрюмо поинтересовалась я. Они переглянулись и заржали.
   -Помочь-то ты можешь! Давай-ка посмотрим, что там у тебя в сумке, а потом - что под одеждой! И давай не рыпайся, а то человек я нервный! - Посуровел разбойник. - Того и гляди палец на спуске дернется, да подпортит твою милоту.
   -Не боишься, что я тебе тоже кое-что подпорчу? - Пригрозила я. Но недооценила их.
   -Не борзей, ведьмочка. - Посоветовал другой мужик, похожий на кочевника загаром и жгуче-черной шевелюрой. Он уже присел и начал ковыряться в моей сумке. - Наш Хорек видел, как ты недавно здесь упражнялась, а потом едва не сомлела. И дитю понятно, что после этого брать тебя можно голыми руками.
   Хорек, белобрысый тощий тип, оставшийся в стороне, торжествующе мне ухмыльнулся.
   'Ну и что ты мне посоветуешь, всезнайка!?' - Я мысленно съязвила в сторону ястреба. Он замер на ветвях изваянием, но в ответ на выпад повернулся ко мне и блеснул глазами.
   -Один я ничего не сделаю. Но помочь могу.
   Рыжий уловил мои взгляды в сторону и стал еще более нервным.
   -А ну, встань! Встань, чтобы я видел, что ты ничего не прячешь!
   Я медленно поднялась на ноги, демонстрируя ему пустую левую ладонь. В правой руке держала кружку с остывшим отваром.
   Уже двое людей рылись в моих вещах, выпотрошив сумку: смуглый и Хорек. Оставшиеся двое, лохматый и лысый, стояли у деревьев, то следя за мной, то жадно шаря взглядами по чужому имуществу. Я с сожалением проводила взглядом вышвырнутый в кусты пузырек с загадочным червячным содержимым. Так и не узнала, что это было...
   -Где кошелек? - Рыжий разбойник сурово ткнул меня стрелкой в плечо. Я медленно повернула к нему лицо, и он поспешил отскочить на шаг. На что я спокойно отпила из кружки.
   -Чего ты там попиваешь? - Он снова насторожился.
   -Чай. - Отозвалась я, и пригубила снова. - Кошелек в потайном кармане, вон там, сбоку у самого дна.
   Нашли не сразу: лесные крысы разодрали карман в попытках его расстегнуть. Нет, я их даже не оскорбляла. Крысами и татями сей дивный народ величают издавна.
   Набитый мешочек нашли, белобрысый поспешил открыть кошелек и с выражением лица далеко от счастливого осмотрел его подкладку. Больше там смотреть было не на что. Что ж я, так сразу и отдам им настоящий кошелек?
   -Я не понял. - Возмутился он. - Это ты пыталась пошутить?
   Воспользовавшись тем, что он отвлекся, а остальные отвлеклись на него, я шагнула к рыжему, вскинула ногу и с силой ударила по руке, держащей оружие, подбросив его вверх. На меня тут же с земли бросился смуглый, и тогда я выплеснула содержимое своей кружки ему в лицо.
   Он отшатнулся, упал спиной на Хорька и огласил поляну диким воплем. Мужчины даже на миг забыли, что меня нужно схватить и обездвижить, ошарашено уставившись на товарища. Тот ухватился за лицо и панически раздирал его, силясь убрать с лица едкую кислоту, которой для него являлось охотничье снадобье.
   Зато я отвлекаться не стала.
   Один шаг до растерявшегося рыжего, разворот, удар ногой в живот. Его отбросило назад, а я, выставив руку в сторону, поймала как раз упавший обратно арбалет.
   Расклад тут же поменялся.
   -Еще и двухзарядный. - Оценила я, взвешивая в руке оружие. - Сойдет, пожалуй.
   И наставила арбалет на его бывшего хозяина: он был ближе всех ко мне.
   -Ты смотри, я нервная. Палец-то как дернется. - В тон ему напомнила я. Он застыл, метнув взгляд на соратников, и приободрился: стрелком был не он один. Лохматый, оставаясь в отдалении, нацелил стрелу на меня.
   -У меня рука не дрогнет! - Ухмыльнулся он.
   Он едва успел договорить, как о себе заявил ястреб. Птица камнем упала на его арбалет, отчего болт, выпущенный от неожиданности, ушел в землю, а потом клубком жестких перьев и когтей атаковала лицо разбойника. Тот заорал, зашатался и завалился назад, а его сосед размахнулся и бросил в меня что-то неприятно блестящее. Я успела дернуться в сторону, и нож задел плечо по касательной, а метатель получил в ответ арбалетную стрелку в бедро.
   Вверх к деревьям скользнула тень. Ястреб поспешил убраться от загребущих лап пострадавшего.
   -Не хнычь, не позорься! - Скривилась я и шустро наставила оружие обратно на рыжего. - Не-а! Тебя я не забыла.
   Тот снова замер, явно лихорадочно раздумывая над новым планом.
   -Непростая у нас ситуация получилась. - Изогнула я бровь. - Вас было больше, но уже троим сейчас очень худо.
   Подтверждая мои слова, продолжал скулить арбалетчик, а смуглый, похоже, потерял сознание от боли и лежал неподвижно. Метатель, сидя на земле, зажимал ногу и старался не шевелиться, чтобы не спровоцировать кровотечение. Или меня.
   -Вы, конечно, можете попытаться меня скрутить. Но как минимум одного из вас я убить успею. - Я красноречиво качнула арбалетом. - Пока еще не определилась, кто именно из вас мне больше всех не нравится. А потом покажу еще парочку своих козырей. Как раз хотела их опробовать.
   Говорила я максимально уверенно и расслабленно, словно выступала перед ними, уже плененными и связанными по рукам и ногам.
   -Врет, гымрова девка - Неуверенно предположил Хорек. Но рыжий, находясь под прицелом, проверять не решался.
   -Вот шрааба. - Процедил он. - И что ж там у тебя за козыри?
   Держа арбалет одной, правой рукой, левой я медленно отвела край рукава, обнажая рисунок на коже.
   Нужно было видеть их лица.
   -Твою-то мать! - Судя по виду, рыжий разбойник готов был сожрать белобрысого за такую гнилую наводку. Тот понял и начал отползать к кустам, все больше сливаясь с ними цветом лица.
   -Так. - Вздохнув, подытожила я. - Мне сейчас настолько неохота с вами возиться, что забирайте своих подбитков, и пока я не передумала, убирайтесь. А я забуду об этом неприятном инциденте. До следующей встречи.
   Мрачный рыжий отступил к деревьям, где помог подняться стрелку и вместе с ним скрылся в зарослях. Сразу за ними поковылял метатель. Белобрысый Хорек дернулся встать и убежать, но я его остановила.
   -Не спеши, родимый! - Когда он обернулся, добавила: - Вот это мясо тоже забери.
   Он засопел, ухватил обожженного за руки и торопливо последовал за соратниками. Я провожала их взглядом через арбалетный прицел, пока не затих треск.
   -Ушли. Можешь расслабиться.
   Я медленно опустила дрожащую руку с оружием. Держать его ровно, не показывая своей усталости и слабости, в последнюю минуту было особенно тяжело. Хорошо, впечатленные моим хладнокровием разбойники даже не обратили особого внимания на красное пятно, быстро расползающееся по левому рукаву.
   Арбалет пристроила рядом, на всякий случай, а сама потянулась к сумке.
   -Шхаровы крысы! - Ругнулась я. В бардаке, который они умудрились развести, черт бы ногу сломал, а мне нужно найти лекарство. Ладно, потом поищу.
   -Предупредишь, если они надумают вернуться.
   Наставник снялся с ветки со словами:
   -Прослежу.
   Я скинула рубашку и аккуратно отодрав от ее подола полоску ткани, с помощью второй руки, зубов и такой-то матери, затянула жгут. После чего, поминая лесных крыс так, что, надеюсь, им икалось, собрала и отсортировала вещи, чтобы по порядку уложить в сумку. Мои лекарства они успели выкинуть, оставив, вроде бы, только обезболивающее. Я, конечно, попыталась поискать по кустам, но ни сил на заклинания, ни особого желания, уже не было. Им и так срок подходил. Сварю новые.
   На дне сумки обнаружилась фляжка; до нее загребущие чужие ручонки не добрались. Похоже, водка. Сгодится.
   Ястреб вернулся, когда я промыла из фляжки плечо и аккуратно сшивала края раны. Снадобье от боли, похоже, тоже было приготовлено давно и помогало плохо. Поначалу я дергалась, изнеможенно ругаясь лишь бы не заскулить. Потом как-то привыкла. Но с моим настроением впору было идти уничтожать все живое.
   -Их лагерь был разбит в двух верстах, если по прямой. Пришли туда, зализывают раны. Пока брать реванш не собираются.
   -Ладно.
   Он подлетел ближе и уселся прямо на землю.
   -Ты должна понимать. Я не всегда буду помогать тебе. И я не всегда замечаю опасность вовремя. Сейчас просто повезло, что их лагерь попался мне на глаза, и я вернулся. Здесь не следует расслабляться. Твой защитный круг не пропустит нечисть, но он рассчитан только на нее.
   -Ладно.
   Он склонил голову набок, наблюдая за моими действиями.
   -Как закончишь, ложись спать. Я прослежу за ними сегодня и чуть что, сразу предупрежу. А тебе нужно восстановить силы если не зельем, так хотя бы сном. И в следующий раз будь осторожней. Оружие держи при себе.
   -Хорошо.
   Я затянула узел и перерезав нить, с облегчением отложила иглу. Теперь еще жди, пока заживет.
   -Сама все понимаю. - Я вздохнула и пожала плечами. - Просто позабыла, что кроме нечисти есть еще и люди.
  
  
   ***
   Светлое платье Лауры скрывается в перелеске. Она поначалу оглядывалась, убеждаясь, что я стою и провожаю ее взглядом, а потом поспешила вперед, надеясь добраться до города как можно скорее.
   Разворачиваюсь и возвращаюсь обратно.
   ...Он тоже понимает, что я так просто отсюда не уйду, и нападает на меня первый, прыгая с дерева, как только я беру его след от той избушки.
   Но прежде чем устраивать засады наверху, нужно останавливать кровь, чтобы тебя не вычислили по темной лужице! Так что мне удается увернуться и ранить его заднюю лапу, подрезав сухожилие. Нечисть теряет запал и прихрамывая, с визгом удирает. Следую за ним.
   Он начинает петлять и уходит в густую чащу, но делает только хуже себе - ему мешает рана и густая шерсть, а я несусь среди веток легко. Он вылетает на открытое место, перепрыгивает упавшее дерево и снова скрывается в кустах с той стороны, но я за ним не бегу. Повинуясь внезапному ощущению, я резко торможу, падая на бок.
   Вытягиваю вперед ладонь, касаюсь прозрачной стены и та дрожит, как горячий воздух. Так и есть, капкан. Поставил маг, буквально только что, и я едва не попалась. Да что тут происходит!?
   Не сразу понимаю, что на этот раз это была настоящая засада. Некто сзади успевает подобраться и стальным капканом хватает меня поперек туловища, блокируя левую руку с кинжалом. Другой рукой он прижимает к лицу тряпку, промоченную чем-то резко пахнущим.
   Я дергаюсь, бью по нему свободной рукой, но тут на меня наваливается еще кто-то и наваливается всей массой. Они держат меня до тех пор, пока не обвисну в их руках тряпичной куклой.
   Раздаются голоса.
   -...она подевалась?..
   -...оде, убежала в сторону города. Послать Храна?..
   -Нет. Он ранен, а девка наверняка уже добралась до людей. - Мрачно отзывается кто-то еще.
   -Так она увела у нас жертву!?.. - вскидывается кто-то особенно нервный. Его успокаивает новый голос, низкий и хриплый.
   -...Жертва есть...
   Я не открываю глаз - я и так поняла, где кто находится. Сжимаю пальцы на рукояти кинжала и вскинувшись, с размаху бью ближайшего ко мне. Тот заваливается на бок, зажимая горло руками. Вскакиваю на ноги, прыгаю в сторону от броска другого и понимаю, что на поляне собралось уже не меньше четырех, и волкодлак среди них только один. Остальные куда сильнее.
   -Как ты очнулась!? - Изумляется хриплый, но я не собираюсь отвлекаться на разговоры и пространные объяснения о том, как на охотников действуют стандартные зелья, и как долго я могу не дышать.
   Стремительно свожу вместе руки и привожу в действие заклинание-рефлекс. Вокруг, в стороны от меня вспыхивает огненное облако, поглотившее добрую часть вопящих противников.
   Мне огонь не причиняет вреда.
   Я вылетаю из пламени, прыгаю на корягу, с нее - на волкодлака, который оказался крайним, и добиваю ударом лезвия в горло. Из ловушки первым выскакивает молодой человек с хриплым голосом. Бросаю в него метательный нож, но он падает на землю, сбивая пламя, и лезвие только задевает куртку возле шеи.
   В ловушку не попал только вервольф. Пока остальные разбегаются в панике, катаются по траве, он уже несется на меня. Я выбрасываю ладони вперед, воздушным ударом сбивая его с ног. Рычащий мужчина прокатывается по земле, трясет головой, оглушенный. Бросаюсь к нему, но тут меня сзади за горло хватает еще кто-то и берет в захват.
   Я почти не сопротивляюсь. Только разворачиваю нас так, чтобы оказаться лицом к дереву и взбегаю ногами по стволу, в конце переворачиваясь и бросая нас обоих на землю. Чужие руки от удара разжимаются. Бью его лезвием в бок, поднимаюсь и снова разворачиваюсь к оборотню. Самого опасного нужно вывести из строя раньше всех.
   Острая боль от иглы в шее останавливает меня.
   Миг - осознание. Одна из книг в зеленой обложке со знакомой руной- травы и зелья. Колбочки и ступки - среди них есть ведун. Наверняка затаился за спиной, пока я отвлеклась на его товарищей.
   Вот сволочь...
   Поспешно выдергиваю из кожи дротик, выпущенный из трубки. Оборотень успел прийти в себя и нападает сам, вместе с оставшимся в живых типом, которого я пока не опознала. Снова разбрасываю их в стороны волной плотного воздуха. Нагоняю-таки вервольфа, успеваю ранить, опрокинув на землю. Оборачиваюсь к оставшимся и тут меня от силы разворота бросает в сторону. Ноги моментально слабеют.
   Дротик. Поздно вытащила.
   Пока могу двигаться, бросаюсь в сторону хриплого. Он ближе всех, но почему-то медлит, стоит на месте.
   Как оказалось, среди них именно он был самым опасным.
   Шаг, и ноги вдруг увязают в земле, как в болоте. Губы человека шевелятся, а в глазах разгорается свечение. Маг!
   Потеряв равновесие, бросаю в него еще одним ножом. Сразу за ним, из той же руки швыряю пульсар, а сама выбираюсь из наколдованной топи. Слышу вскрик - нож миновал защиту. Еще бы.
   Взлетаю на корягу, снова метаю лезвие, и следом за ним бросаюсь на противника сама, на ходу извлекая из-за спины особый кинжал. Он понимает, что ему сейчас придет конец и разбегается сразу в три разные стороны вместе с мороками - поди теперь угадай, кто есть кто.
   Силы заканчиваются.
   Я бросаю кинжал, но не вижу, попала ли. Колени тут же подкашиваются, и меня швыряет на траву вниз лицом. Пытаюсь подняться - не могу пошевелить даже пальцем. В наступающей темноте разбираю, по шагам, как уцелевшие собираются кругом, не решаясь сразу подойти.
   Только и успеваю вяло выругаться, после чего окончательно теряю сознание.
   Темнота. Тишина. Пустота...
   Пустота снова наполняется содержимым - звуками, красками...
   ...Метательные ножи, в основном, носят на боку, пристегивая ремень с ними к внешней стороне куртки. Вроде как оттуда удобнее всего доставать. Но наставник считал, что ситуации бывают разные, чему научил и меня, так что я предпочитала распихивать их куда только можно, по одному-два. Сейчас, проверив заточку, запихиваю в чехлы, пришитые ниже колен.
   -Держи.
   Человек, помогающий в сборах (правда, по большей части, морально) протягивает боевую трость со стальным посеребренным кончиком. Я, подумав, отвожу ее в сторону.
   -Не думаю, что понадобится. Она удобнее против разумной нечисти, а таковая мне встречается очень редко. Оставь с остальными вещами.
   -Хорошо. Хотя я бы на твоем месте взял запас побольше.
   -Чтобы я потом с этой тяжестью и двух верст не смогла пробежать? - Я усмехаюсь. Во время обучения, конечно, бегала и не с такими. Но то - обучение, где целью было узнать наш предел выносливости и поднять его. А сейчас я иду на задание, и нужно максимально облегчить себе жизнь, чтобы сэкономить силы.
   Фарет поворачивается к столу, где я разложила свой арсенал, и его ладонь замирает над кинжалом.
   -Его берешь?
   -Да. С ним зачастую даже удобнее, чем с мечом. Кстати, насчет меча. Подай мне крепление на спину. Думаю, придется много ходить, а он мне своим покачиванием уже всю ногу отбил.
   -Сейчас принесу.
   Основная часть сборов проходит в молчании. Но я в этом доме далеко не в первый раз, и хорошо его знаю. Фарет очень похож на своего отца, который до него был доверенным лицом ордена, и я привыкла, что то один, то теперь другой, постоянно шутили на тему вроде: сколько голов я на сей раз притащу, и не взять ли с собой телегу для удобства?
   -Ты вроде как нервничаешь. Что-то случилось?
   Он молча складывает в мою сумку флаконы с зельями.. Пожимает плечами.
   -Так, нехорошее предчувствие. Почему-то кажется... Как бы не случилось плохого.
   -Фарет, я ведь уже не в первый раз оставляю у вас свои вещи. И не в первый раз ухожу охотиться на нечисть. Ты вроде как должен был давно привыкнуть.
   -Да, я знаю. Отец тоже говорит, что поначалу волновался за охотников из-за их предосторожностей, однако при нем не случалось ничего страшного. И даже раненными видел вас редко.
   -И к чему ты ведешь? Ты ведь хочешь сказать какое-то 'но'?
   Он садится на стул и сматывает в клубок тонкую веревку.
   -Но - я до сих пор думаю, что это дурная примета. То же самое, что писать завещание и надеяться, что вскроют его совсем нескоро.
   -Ну, в случае с завещанием смерти наследодателя часто способствуют родственники, которым страшно не терпится узнать и исполнить его последнюю волю. - Я заканчиваю с ножами и начинаю убирать волосы, заплетая в косу, чтобы не мешались. - А ты не думай плохого. Сам сказал, это всего лишь предосторожность. Мы так всегда делаем, если остаемся у людей ордена. Мол, лишним не будет.
   Закончив с волосами, ставлю на стол небольшое блюдце. Наливаю в него воды и кладу одну из своих черных бусин с обережного браслета.
   -Помнишь, что делать?
   Он кивает.
   -Да слышал уже не раз... Если с блюдца закапает кровь, значит, мне придется позаботиться о твоих вещах. Собрать в сумку, положить внутрь бусину, которая будет оберегом от воров, и доставить в город где охотник может переродиться.. У тебя это Рилас. Уверена, кстати, что он?
   -Да. Именно он приходит в голову. Если что - Я улыбаюсь. - появлюсь там.
   -Хорошо. Итак, если что доставить туда вещи и передать местному помощнику ордена. В Риласе это, по-моему, господин Гарак. Сказать, чтобы ждал. - Он задумывается.
   -Скажи, а если вам приходится оставаться на ночь у других людей? Или вообще в лесу. Опасность ведь везде может подстерегать. Как тогда будете...
   -Если меня прибьют в другом месте? Ну, придется собирать новую сумку. Подольше дело затянется. Так что помирать удобнее, когда вещички у вас! - Я развеселилась, но он только губы поджал:
   -Ну тебя, с такими шуточками.
   -Да не переживай ты!
   Я снова улыбаюсь, на этот раз ободряюще.
   -Задание ведь не такое сложное. Найти девушку. Возьму след от того малинника, где она пропала, и пойду по нему. Утащить ее должны были недалеко, так что скорее всего, вернусь уже к вечеру. Сто раз ведь так делала!
   -Как раз пироги с брусникой поспеют - Он тоже улыбается, успокоившись.
   Видение начало таять, комната померкла, и лицо помощника расплылось перед глазами. Последним послышался его голос, тягучий, словно доносился сквозь воду.
   -Будем ждать...
  
  
   ***
   Распахнув глаза, я не сразу пришла в себя и осознала, что нахожусь здесь и сейчас, в другом месте, другом лесу. Села, стянула с себя одеяло и уткнулась лбом в колени с глухим стоном.
   Игры памяти определенно не шли мне на пользу - я как-то теряла чувство времени. Казалось, что я до сих пор не выбралась из сна и все что в нем видела, пережила только что, один вздох назад. И вместе с тем видения казались запыленными временем, смутными, словно случились не неделю назад, а как минимум, десять лет. Никак не выходило понять, какой именно отрывок своей жизни я увидела, когда он произошел, и догадываться оставалось, только сопоставляя факты.
   И после сна не было чувства, что я отдохнула. Даже мышцы ныли, будто отбивалась от темных жрецов каких-то пару минут назад. Плечо разболелось тоже...
   Сверху захлопали крылья.
   -Пришла в себя?
   -Я даже не пойму, куда приходить.
   -Никто не говорил, что будет легко. Вставай. Рядом есть вода, освежишься... А лучше вообще с головой туда прыгни! - Неожиданно рявкнул он, да так, что я едва не подскочила, чтоб его послушаться. - Может и возьмешь себя в руки, а то взяла моду раскисать каждое утро, как размазня!
   -Ты даже не знаешь, что я видела! - Вскинулась я. Ястреб клацнул клювом.
   -Я знаю, что тебе еще многое придется увидеть. Это не жизнь сказочной принцессы была, ты вообще-то охотилась на нечисть! Кровь видела, и смерть тоже! И что теперь, на следующее утро реветь начнешь, а на третий день вообще повесишься!? Это твоя жизнь, понимаешь, твоя! Ты ее выбрала, ты и прожила, и это до сих пор ты, ничего не изменилось! Так что хватит себя жалеть и начинай благодарить судьбу, за то что при таком занятии тебя убили только один раз, а потом решили вернуть и позволили все продолжить!
   -И за такого заботливого наставника. - Съязвила я и встала. В чем-то он, конечно, был прав. Но черта с два я ему это скажу.
   Проследив за тем, что я уже вполне спокойно собираю вещи, и даже напеваю себе под нос, ястреб снялся с ветки и улетел, уже издалека обозначив, что ему нужно найти себе пропитание и он надеется, что за это время я никуда не встряну. Вот уж точно, сама заботливость.
   Поднять одеяло, встряхнуть, еще раз встряхнуть, аккуратно свернуть...
   Напевая под нос мотив, всплывший в памяти, я собралась, тщательно затушила костер, и только потом поняла, что эту мелодию я где-то слышала! И это важно! Но она как вспугнутая птичка, упорхнула тут же.
   Память дырявая, что поделаешь...
   Я влезла в седло и направила Янтаря к дороге, кусая купленную еще в городе грушу, и все силясь вспомнить, где и когда слышала эту музыку. И не обратила внимания на беспокойного, храпящего коня, который нервно оглядывался по сторонам.
   И тут...
  
   ***
  Небольшое отступление.
   Как в сказках появляется главный герой?
   В детстве этих самых сказок, после которых мы, маленькие девочки, мечтали о судьбе героини, было предостаточно. Так что вариантов тоже было вдоволь. Взять, к примеру, благородных принцев, которые чешут за тридевять земель неизвестно куда, вызволять из плена принцессу, которую, вообще-то, до этого в глаза не видели. А вдруг она страшная, старая, больна чесоткой, или это вообще переодетый тип нетрадиционной ориентации? Ни за что ни про что убивают несчастного дракона, который вообще, может быть, мимо проходил (сомневаюсь, что настоящего, потому что слишком уж легко у них это получается) а потом нагло шантажируют принцессу, мол, она теперь обязана выйти за них замуж. И, невзирая на вопли (кому охота выходить замуж за незнакомого и неадекватного, обгорелого инвалида? - а после сражения с драконом повезет, если отделаешься только одной конечностью) волокут ее в свой борде... пардон, дворец.
   Не то? Ладно.
   Может, взять за образец мечтаний рыцаря, который один на темной улице (позвольте только узнать, какого ляда он забыл на той темной улице) спасает даму (и к ней тот же вопрос) от разбойников, отважно начистив им всем морды... Потом видит даму, косеет, и начинает подумывать, как бы удрать за компанию с преступниками, потому что дама - мягко говоря, не в его вкусе (страшна как моровая вестница, больна, стара - все может быть). Он-то как и принц, не удосужился узнать, кого именно спасает!
   Тоже не то?
   Со мной, наверное, могла произойти только такая ситуация, когда два мага по найму гоняют вурдалаков, попеременно спасая друг друга от их зубов. Потом, повиснув друг на друге, уползают, попутно выяснив, что заказ, а следовательно и плата, одни на двоих. Возмущенные, идут разбираться с хозяином, получают каждый свои деньги, угрожая третьеклассными мороками (последнее, на что способны в таком состоянии). Потом вместе в трактире обмывают победу над злыми силами в лице нечисти и жадных заказчиков, и в процессе как-то все само собой заворачивается... И - нет. Тоже не тот случай.
   Раньше я мечтала, чтобы у меня, как и во всех историях было некое героическое спасение. Ну не героическое, просто хоть какое-нибудь!..
   Спасаться пришлось самой.
  
  
   ***
   Вспоминая мелодию, я не сразу обратила внимание на тревогу коня. И не знала, что кто-то, устроившийся среди ветвей раскидистого дерева, перестал дремать, открыл глаза и увидел меня.
   Вот почему почти всегда нечисть сыплется сверху!? С самого начала мне не нравились эти нависающие надо мной ветки!
   Стоит заметить, что я все же почуяла неладное за секунду до предполагаемого удара в спину. И не придумала ничего лучше, как попытаться спрыгнуть с седла. Мне помогли. Мне очень даже помогли, просто сбив на землю и прижав к ней же, родимой. Но меня в нее пока не шибко тянуло, так что я извернулась и наугад врезала локтем назад, весьма ощутимо попав. Левую руку тут же обожгло там, где была рана.
   Почуяв запах крови, нападающий озверел еще больше. Чужая рука рванула вбок за волосы, рассыпанные по плечам и забившиеся под воротник. Меня вжало в траву и щеку обожгло горячим дыханием. Честное слово, меня тогда спасли только волосы, от которых нападающий принялся отплевываться! Иначе быть моему горлу разорванным.
   Я торопливым жестом ладони швырнула в противника волной раскаленного воздуха, и когда эта тварь взвыла и откатилась, наконец, с моей спины, то с низкого старта рванула прочь в деревья.
   Сзади донеслось злобное шипение. Ну как же, обед дерется. Безобразие какое.
   Нужно оторваться. Нужен простор для маневра. Нужно придумать, что делать!
   Я стремглав понеслась по лесу, перепрыгивая через коряги, и едва не считая лбом деревья, пока за мной несся голодный и доведенный до ручки вурдалак. Я как раз краем глаза заметила алые точки светящихся глаз за спиной, а жажду крови ни с чем не перепутаешь. Пытался же он добраться до моей шеи.
   Правда, что-то слишком быстро он бежал... Я взвизгнула, когда он, только что отстававший шагов на пять, едва не цапнул меня за куртку.
   Вызвать ветер, нужно как-то вызвать ветер, как вызывают ветер!?
   -Aelldaas!! Less! - заголосила я, уворачиваясь от кровопийцы, как заяц от волчьей пасти, зигзагом.
   В лицо дохнуло прохладой, словно я пробежала насквозь стену морозного воздуха, но тут же сбилась, свернула вбок, уходя от броска. Однако нужные слова вспомнились тут же.
   -Hares faaros dart!
   Вурдалак уже почти догнал меня и кончиками пальцев схватил за рукав, но вихрь отбросил его и подтолкнул меня вперед. Я понеслась по земле с настоящей скоростью ветра, едва касаясь ее ногами.
   Тут бы мне и умчаться от него, но не тут-то было. За мной по-прежнему гнались по пятам, пальцы хватали воздух в какой-то пяди от волос. Пришлось снова уйти зигзагом, причем дерево, возле которого я свернула, подставив под удар, с грохотом треснуло, когда преследователь в него ударил. Я и сама, пока непривычная к такому ускорению, едва не вписалась в очередной дуб. Хищник не отставал. Да что ж это за вурдалак-то?
   Оторваться не получается. Придется отбиваться прямо сейчас.
   Я свела ладони перед собой, напрягая пальцы, и между ними возник смутный туманный шар. Жестом отправила его за спину, подвесив в воздухе как раз в тот момент, когда кровопийца меня догнал. Сети тут же скрутили его руки, поэтому он не смог меня схватить, а просто врезался и снова сшиб на землю.
   Да твою ж мать!
   Брыкнулась, перевернулась, скинув с себя рыкнувшее тело, и повернувшись следом, схватила за горло, удерживая подальше. Вторую руку отвела подальше, и пальцы начало стягивать судорогой и холодом от очередного заклинания.
   И тут он порвал мои сети, как простые нитки. Я оторопела и поспешила схватить его второй рукой, рассыпав вокруг искры нерастраченного колдовства, пока он шипел мне в лицо и пытался разжать хватку. В висках стучала кровь от напряжения.
   Я заговорила, выплевывая слова еще одного заклинания, изученного еще давным-давно, и с последним словом его наконец-то отшвырнуло в сторону.
   Попыталась подняться, но тут внутри словно что-то оборвалось. Меня обдало жаром, а потом по всему телу отдалась такая боль, что я завыла, впиваясь пальцами в траву. Что это!!? Я даже пошевелиться не могла, только лежала, тяжело дыша, распахнув глаза, а потом с силой зажмурилась. И когда боль ушла, я так и осталась в темноте, уйдя в беспамятство.
  
  
  ***
  Из объяснительной дворника:
  -Я вовсе не был пьян в конце смены, а
  лежал на газоне и ел траву, потому что
  сломалась коса, а план надо было выполнить любой ценой.
   Ух, как весело все плывет перед глазами!
   Пьяненько хихикнув, я полезла дальше.
   Никогда бы не подумала, что поход на кладбище по заказу и его зачистка вместе с магом выльется в грандиозную попойку с последующим разгромом одной таверны (но там мы были не виноваты) и последующим весельем в другой, последней целой таверне этого городка. В последнее время было много стрессов и вообще пришлось тяжело... В общем, мы нализались не только до зеленых, но и до красных, синих, и пятнистых чертей.
   И почти разгромили вторую таверну. И тут уже мы были виноваты.
   После чего, пока вокруг обратно приколачивали отодранные лавки, кому-то стало скучно. В компании ему отказали все разносчицы и в поле зрения осталась только слегка неадекватная я... Ну ладно, абсолютно ничего не соображающая. Последовало предложение в стиле: 'А д-давай я тебя поцелую? Ик! Чис-сто из уважения - ик! - как лучшего напарника за вс-сю неделю...'
   Соблазнитель из него оказался никудышный, (впрочем, он не сильно и старался) и с вершин своей славы напарник рухнул мордой в тарелку. Сейчас он безмятежно храпел за столом в трактире, посреди шелухи от семечек и скорлупок от вареных раков, а я, раз уж меня бросили и ушли в забытьё, вбила себе в голову, что прямо сейчас должна вернуть сбежавшую с моей сумкой лошадь. Ну и поплелась прямо на кладбище, передвигаясь по невообразимой траектории и чудом не врезаясь во все перебегающие дорогу деревья и заборы, вырастающие прямо из земли.
   Вырвавшись из плена жадных веток, так и тянущих колючками мою куртку, я споткнулась и упала, после чего пару минут созерцала зрелище из звезд, пляшущих по небу в хороводе. Помотала головой, перевернулась на живот и упрямо поползла дальше, пока не уперлась головой в преграду, похожую на чьи-то ноги.. Пободав их раза два и не ничего добившись, подняла голову.
   Хм, похоже, потеряв одного поклонника, я тут же обрела другого!
   Наклонив голову, на меня эдак по-особому, со смакующим прищуром смотрел какой-то худой молодой человек, бледного вида и с растрепанными темными волосами. Как раз вроде бы в моем вкусе...
   Только откуда он тут взялся?
   Я попыталась вспомнить, как нужно говорить, и озвучила вопрос.
   Он склонил голову к одному плечу и улыбнулся. После чего присел, чтобы наши лица оказались на одном уровне.
   -Буквально то же самое хотел спросить! Я думал, что ночной лес, а тем более кладбище, не место для прогулок такой юной прелестницы.
   Ух, как мне нравится, когда делают комплименты! Я польщено пригладила волосы, в которых до сих пор блестели стеклянные осколки (в первом трактире мне разбили о голову бутылку, что, впрочем, не помогло меня угомонить) и села назад, упираясь коленями в землю. Елки-палки, вспомнить бы, зачем я сюда вообще пришла...
   -А вы ло-шадь... лошадь тут не видели? - С трудом осилила я фразу и попыталась обворожительно улыбнуться. Даже в таком состоянии я оставалась вежливой.
   -Простите. Не видел. Помочь ее отыскать? - Уточнил он, придвигаясь ближе. - Ты же не хочешь бродить по этому опасному месту... в одиночестве? - Последнее он шепнул мне почти в губы. Какой-то сладковатый запах все время не давал сосредоточиться, затуманивая мысли...
   Я прикрыла глаза и даже подалась вперед. но когда наши губы почти соприкоснулись, он скользнул ими по моей щеке и потянулся куда-то вниз... И тут с меня слетел весь хмель.
   Я знаю этот запах дурмана и мертвечины.
   Зачистка не окончена.
   Я с силой ударила его в грудь и бросила нас в разные стороны. Он только и успел, что царапнуть клыками кожу. Отбросив маску обольстителя, вурдалак вскочил обратно на ноги и выскалив зубы, кинулся ко мне, уверенный, что отбиться мне нечем. Он, скорее всего, даже не понял кто я. Так, растрепанная и пьяная молодка, отбившаяся от компании.
   Где же ты прятался, молодчик? Как мы пропустили тебя? Или пришлый, прикинулся путником? Деревня большая, торговый тракт вместо главной улицы, легко затеряться чужому...
   Я отшатнулась, беспомощно выставив руки и опрокинулась на землю с глупым воплем, будто перепугалась до смерти. И сцепившись с его пальцами, пнула и перебросила чере себя. Вскочила, перехватила его за запястья и скрутила в болевом захвате. И пока он, придавленный мной к земле, пытался вырваться, прочитала то самое заклинание.
   Вурдалак замер, вытаращил испуганные глаза, а потом забился в судорогах и почти сразу снова затих, но на этот раз - мертвый. Щеки моментально впали, кожа начала сохнуть и проседать, обтягивая давно умершее тело.
   Я встала, отряхнула руки и пошатнулась - хмеля было слишком много, чтобы окончательно протрезветь.
   Неподалеку заржала лошадь.
   -А ну иди сюда! - Хищно обернулась я. - Иди сюда, скотина ты такая, хозяйку убивают, а ты в кустах ржешь! Дай сюда сумку, там противоядие. А то сама вурдалаком стану! И тебя в первую очередь зверски загрызу! Сюда, животное!
   В общем, в ту ночь мы с Сивой еще поиграли в догонялки, пока я не зажала ее в угол у кладбищенской ограды, где вернула себе сумку.
   Как итог - у меня есть опыт общения с вурдалаками, хотя другим о нем не расскажешь. Засмеют.
  
  
   ***
   Небо. Вот что я вижу в первую очередь, когда открываю глаза. Голубое, чистое небо, такое бескрайнее, что даже кружится голова...
   Кстати, голова и вправду кружилась. И снова болела, как и левое плечо, по которому будто ударили раскаленной кочергой. Может, это и пробудило меня? Я прикинула, что с такими приключениями обезболивающее среди охотников должно разлетаться как горячие пирожки.
   -Хельдин?
   Послышалось хлопанье крыльев и мне прямо на живот приземлилась очень когтистая хищная птица. Я охнула и попыталась скинуть его с себя.
   -Тяжело! Баррык, почему ты не вселился в тело стрижа!?
   -Это твое сознание выбрало такое тело - Отозвался ястреб, но с меня не убрался. - Я был далеко, когда на тебя напали, но все видел. Как ты?
   Я попыталась встать, и получилось только приподнять голову, после чего я уронила ее обратно. Что-то мне не нравится моя постоянная слабость.
   -Раз видел, объясни, что со мной творилось. Почему меня так скрутило?
   -Потому что швыряешься, сама не зная чем, направо и налево. У таких как ты, сильных магов, имеется два резерва сил, безопасный и критический. Второй - это твоя жизненная сила, которая содержится в самой крови. Когда берешь ее, то часть крови, что осталась пустой, выгорает. Поэтому так больно, и поэтому если переусердствуешь, то умрешь от отката.
   -У меня что, такой маленький безопасный резерв?
   Он наконец-то убрался с меня, и перепорхнул на ближайшее дерево, откуда объяснил:
   -Он у каждого свой. Тренировками его можно увеличить, чем мы вчера и занимались. А твой после перерождения вообще скатился до изначального размера. Придется наращивать заново. Но с этим я помогу. Как и... с этим.
   -С чем?
   -С этим бедолагой. - Уточнил он осторожно, словно не понимал, почему я спрашиваю.
   Я озадаченно повернула голову в его сторону.
   -Единственная бедолага здесь это я! - И тут же застонала, схватившись за голову. Он подождал, пока меня отпустит очередной приступ мигрени и заявил:
   -А ты посмотри направо. Не припоминаешь, как положено поступать в таких ситуациях?
   Я с подозрением обернулась и увидела того, кто меня недавно едва не загрыз. Преследователь валялся в паре шагов от меня без сознания, и теперь я точно с уверенностью могла сказать, что это не вурдалак. Тот бы не смог порвать сети. На такое способен только другой маг. Но с какого перепоя маг бы за мной несся через лес, так жаждая кровушки?
   -Есть еще вариант с существом, на которое плохо действуют заклинания от рядовой нечисти. - Добавил ястреб, поняв, что сама не догадаюсь. - А если говорить прямо, то это высший вампир.
   Я вытаращилась на бессознательного типа.
   -Я никогда не видела их на охоте, даже не знаю, на что они способны... Но догнать заклинание!?
   -Поверь, они еще не то могут. Вспомни, что еще я тебе о них рассказывал.
   -Ну-у...
   -Хельдин, приходи в себя! Я не должен думать за двоих. - Отрезала птица. Я поняла, к чему он клонит.
   -У него чистые виски, и на запястьях, вроде бы, тоже нет никаких меток. А значит... Это что выходит, я не имею права его трогать!?
   -У него истощение, а вампиры в этом состоянии за себя вообще не отвечают. Если бы он тебя таки догнал, метки тоже не появилось, потому что у него помутнение рассудка. Так что я тебя обрадую.
   -Чем это!?
   -Раз уж нашла такой экземпляр, придется помочь ему. Хотя бы выяснить, как он дошел до такого состояния.
   У меня перекосилось лицо.
   -Что!? Помогать кровопийце!!?
  
  
  
  Глава 3.
  '-Представляешь, вчера с парнем
  познакомилась, сразу перешли на
  'ты'!
  -Правда что ли?
  -Ну да. Так и сказал: да пошла ты...'
  
   Связав вампира еще раз, уже гораздо тщательнее, я с помощью заклинания (и наставника) смогла найти и зацепить сознание убежавшего Янтаря, после чего едва опять не сомлела от потери сил. Но удержалась на ногах, даже почти не шатаясь.
   В ожидании животного и своих вещей, сходила на короткий промысел, добыв себе будущий ужин и отыскав нужные травки для обезболивающего. Нашла родник, вдоволь напилась воды. Успокоив явившегося коня, решила, что пока есть время, не мешает пройти еще немного на северо-восток по тропе.
   Самым трудным было затащить в седло бессознательного 'бедолагу'. Откуда в нем столько весу-то!? Я, вцепившись ему в руки, затащила это тело с трудом, не то собственными силами, не то с помощью магии, не то ругательств. Если бы послушный конь не присел, облегчая мне задачу, не знаю что бы делала.
   За пару-тройку часов мне удалось более-менее расходиться и прийти в себя, а потом снова устать. Влезла бы в седло, да оно уже занято. Эх, может взять да и бросить здесь этот кусок... неважно чего именно... будто так и было? Будто я и не встречала никого?
   Вздохнув, взялась за поводья и поплелась дальше, другой рукой отводя ветки в строну.
   Очень скоро пришлось искать место на ночлег, потому что пока я валялась без сознания, прошла добрая часть дня и осталась недобрая. Мне предстояло дождаться, когда очнется кровопийца, допроси... в смысле, расспросить его, и что еще страшнее - самой приготовить себе еду.
   Значит, найти уютное местечко под раскидистой кроной старой пихты, остановить и разгрузить Янтаря, разложить вещи и развести костер. Можно сказать, что жизнь становится однообразной...
   Я знала, что умею готовить и в ворох угольков мясо не превращу, но заранее содрогалась, представляя себе процесс разделки. Странно. Главное, на совмещенной практике не раз трупы резала, а тут какой-то заяц...
   Где? Какая практика!?
   Я прикрыла глаза, пытаясь удержать в сознании смутную картинку: группа магов и мы, будущие охотники, в подвалах Магика. Каменные сырые стены, уходящие далеко вперед, стеллажи высотой в два роста, до самых потолков. А на освещенном металлическом столе лежит труп молодого мужчины, убитого после превращения в волкулака, и маг-практик подробно поясняет, где расположены уязвимые места...
   Помотала головой, пытаясь вернуться к реальности. Не стоит, конечно, удивляться такому подходу к нашей подготовке, ведь охотник должен быть готов ко всему, и брезгливость - последнее, что ему нужно... Но я знаю, что первое время меня постоянно тошнило после таких занятий. Тихая девочка из глуши, которая и в глаза раньше мертвых не видела, а тут такое. Каким же это, наверное, было для меня потрясением.
   И ведь не сбежала же - удивилась я сама себе. Значит, оно стоило того.
   Зато теперь наверняка могу похвастать крепкими нервами.
   Вампир открыл глаза, когда уже вернулся конь, я разожгла костер, приготовила отвар для обезболивания, расстелила себе одеяло и сидя на притащенном из леса бревнышке разрезала мясо на порционные куски, вполне сносно справившись с разделкой.
   Он сначала пошевелился, потом тихо застонал и протянул руку ко лбу. Думает, ощупывание поможет? Или ищет дыру в голове? А она наверняка должна быть, ведь улетели куда-то его разумность, осторожность и мозги!
   Потом вампир повернулся, и некоторое время наблюдал за мной, сидящей к нему спиной и на первый взгляд ничего не подозревающей. Я в это время тоже за ним наблюдала, но иным образом, не глядя.
   Посмотрел он на меня, посмотрел, а потом похоже, решил, что пора и честь знать. Но как только попытался ужом отползти в сторону, как его скрутило по рукам и ногам. Может, это даже было больно, потому что у него вырвалось нехорошее слово. И не одно.
   Я, не оборачиваясь, кивнула.
   -Поганый вечер.
   В ответ послышалось знакомое шипение и совсем уж неразборчивое ругательство, а потом он, наконец, подал слабый голос.
   -Мне нельзя находиться здесь. Пусти меня, ведьма.
   -Умница, а как догадался, что тебя держу я?
   -По-моему, больше некому. - Устало ответил кровопийца и попытался отодвинуться снова, как можно дальше, насколько позволяли сети, которые на данный момент держали его привязанным к одному месту.
   -Я бы и рада тебя отпустить. Да не могу. - Вздохнула я.
   -Поче... - начал он и замолчал, когда я наконец-то повернулась к нему.
   У него изменилось выражение лица, словно вампир увидел что-то, чего никак не ожидал.
   -Потому что, судя по тому, что за тобой до сих пор никто не явился, у тебя почему-то нет наставника. И мне придется передать тебя ближайшему клану, чтобы ты больше ни на кого не напал.
   Он медленно дышал, глядя на меня исподлобья. Явно о чем-то думал. Вдохнул, собравшись что-то сказать, и замер. Снова вздохнул, и снова промолчал, уставившись вниз. Поднял глаза, поймав зрачками блик от костра.
   -А... можно странную просьбу?
   -Озвучь ее для начала.
   -Можешь повернуться так, чтобы на тебя упал свет?
   Действительно неожиданно. Чего ему надо? Я обернулась и медленно убрала волосы с плеча, открыв лицо свету от костра. И следила за его реакцией. Что там было в его глазах? Смятение? Какая-то обреченность? Или просто задумчивость? Ясно только одно, он нервничал, однако это в его положении логично. Но откуда у меня странное чувство, что я что-то упускаю?
   -Разглядел?
   Он снова хотел что-то сказать, и промолчал. Я решила пока не обращать на это внимания и закончить готовку, а уже потом начинать задавать вопросы. И повернулась обратно к доске. Совмещать два дела сейчас не обязательно. А пока заняты руки, я подберу вопросы и подумаю, в каком порядке их задать.
   Он пошевелился, поднял глаза, и все-таки решился.
   -Хельдин?
   Ого! А вот это уже становится интересным! Я аккуратно отложила нож в сторону и повернулась.
   -Ты меня знал. - Констатировала я.
   -Ты меня не помнишь? - Осторожно уточнил вампир. Я нахмурилась.
   -Я должна тебя помнить?
   -Да в общем-то нет, наверное. - Он словно смутился и пожал плечами. - Мы так, виделись, и я слышал твое имя. Но виделись мельком. Знакомы не были.
   Ну, ладно. Надежда на то, что он расскажет мне про меня много интересного, отпала.
   -Где ты меня видел?
   -В Риласе.
   Такое знакомое название! Я совсем недавно его слышала. Что-то такое вертится в голове... Стоп.
   -Это город, в котором ты переродилась. Кстати. А не из-за него ли это произошло именно там? - Ожил голос в моей голове. Я покосилась в ветви, где виднелась фигурка ястреба, и фыркнула.
   -Если я его даже не знала, то с чего бы? Думаю, совпадение. Раз я там часто бывала, то много с кем общалась.
   -Может и так. Я просто ищу какие-то зацепки.
   Вампир, не слышащий нашего разговора, продолжал смотреть в землю и ждал новых вопросов. Я сняла с огня котелок с почти готовой кашей, выложила в него почти все мясо, добавила специй и подвесила обратно. Отряхнула руки и взяв испачканную посуду, пошла к ручейку в лесу.
   Пока ходила, определилась, что хочу выяснить у него в первую очередь, и когда вернулась, спросила с ходу.
   -Как давно ты здесь оказался, и почему? Что-то не верится, что просто заблудился, оголодал и одичал.
   -Я здесь девять дней.
   И замолчал.
   -Ла-адно. - Протянула я, убирая доску и доставая заранее чашку и ложку. - Допустим, ты и вправду шел-шел по делам, и заблудился. Но что с тобой такое, почему довел себя до такого голода? Ты ведь врожденный вампир?
   Он качнул головой.
   -Нет. Обратили.
   -Надо же. Как давно?
   Он поднял глаза, и они на миг блеснули красным.
   -Девять дней назад.
   Я едва не выронила чашку.
   Молодой обращенный вампир!
   Ассоциации с этим понятием не обнадеживали: неуравновешенность, вспыльчивость, агрессия, и постоянный, постоянный зверский голод. Да как он вообще может спокойно разговаривать, сидя так близко, после того что творилось утром!?
   -И... как ты себя сейчас чувствуешь?
   -Я из-за твоего заклинания тебя почти не слышу. Так что отлично! - Выцедил он сквозь зубы, и это смыслу слов как-то противоречило.
   -Отлично это если бы попытка нападения удалась. И кстати, скажи еще спасибо, что при защите не убила. Имела, кстати, полное право, ты был вообще невменяем! - Я пощупала затылок и добавила: - Чуть не прикончил. Еще и головой о землю шваркнул. Два раза.
   -Спасибо! - Ядовито отозвался вампир. Я недовольно на него посмотрела, но он уставился в деревья, оставив мне только половину лица, читать по которой было сложнее. С чего такой тон? Дать бы по морде хорошенько, чтобы перестал так кривиться, но это не наш метод. Ну, то есть не подходящий для ситуации. Надо как-то с ним договариваться, чтобы не было неприятностей.
   -Придется потерпеть, знаешь ли, и тебе меня, и мне тебя. Ну да ничего. Я как охотник должна тебе помочь, и помогу. По-моему, вампирий клан есть в Инарте, как раз ближайший крупный город. Доведу тебя к сородичам, и они помогут, раз твоего создателя здесь нет. Где он, кстати?
   -Не знаю. - Вампир передернул плечами и совсем отвернулся. Думал, я отстану.
   -И как же так? Если не ошибаюсь, вы своих отцов по крови должны даже на расстоянии слышать. Что, совсем ничего такого не чувствуешь?
   -Откуда тебе знать, что должен чувствовать вампир?
   -Теорию по иным расам хорошо изучала. Так как? Ты хотя бы попробуй.
   Он покосился на меня.
   -И как я попробую? Я даже не понимаю, о каком чувстве идет речь.
   Я почесала подбородок, по забывчивости - кончиком ножа. Была у меня, кажется, такая вредная привычка, использовать острые предметы не по назначению.
   -Нас в своем время учили закрыть глаза и прислушаться ко внутренним ощущениям. Правда, мы не связь искали, но думаю, принцип тот же.
   Он прикрыл веки и застыл изваянием на пару секунд. Сглотнул. Открыл глаза.
   -Нет. Глухо, ничего не чувствую. Только... - он снова метнул в мою сторону быстрый взгляд и отвернулся. - Есть хочется.
   -Сети не пустят тебя ко мне ближе, чем на сажень - предупредила я. Он только сжал челюсти, и я подумала, как ему, должно быть, трудно.
   Девять дней. Выходит, встречала я его еще человеком. Каким он был? Кем был? Наверняка тяжело вот так терять все, что у тебя было. Может быть, он сможет вернуться в свой город, увидеть близких или друзей. Но захотят ли они его видеть? Или решат, что лучше считать его погибшим? И захочет ли он сам показаться перед ними таким, совсем иным, почти чудовищем?
   Да, вампиров уже не так боятся, как пару веков назад. Но еще слишком многие не желают видеть их своими соседями.
   Передо мной сидел не только кровожадный хищник, который хотел перегрызть мне горло несколько часов назад, а еще и человек, который не знает, что делать и как принять то, что с ним произошло. Наверное, о том, как его обратили, лучше пока не спрашивать.
   Я помешала свой будущий ужин, подумала, и поинтересовалась гораздо мягче.
   -Как тебя зовут?
   Он помедлил, но все-таки ответил.
   -Лаурен.
   Имя не было знакомым. Или мы не представлялись, когда виделись, или я просто не вспомнила.
   -Сокращенно называли Рен. - Уточнил он.
  До Инарты почти неделя пути, а Тавер ближе, придется делать крюк, а это займет время. Лучше бы сдать его на руки кому-нибудь в ближайшем городе - предупредил дух сверху. Я недовольно встряхнулась, отбрасывая волосы назад.
   -Может, я все-таки сама решу, что делать?
   -Да зови как хочешь - недовольно отозвался вампир, снова потеряв свое мирное настроение. Я поморщилась: надо же было так забыться? Ну не привыкла я разговаривать мысленно ни с кем, кроме себя самой!
   -Рен, я не тебе.
   Он все-таки повернулся, с недоумением уставившись на меня.
   -А кому?
   -Видишь птицу на той ветке? Я с ним разговариваю.
   Он с трудно определяемым выражением лица посмотрел на неподвижного ястреба. Потом на меня.
   -Насколько сильно ты там ударилась головой?
   -Да это вообще не птица, это... мой помощник. Это он, кстати, сказал тебе помогать.
   Вампир нахмурил брови и прищурился, словно его по моему поводу посетила очень нехорошая мысль.
   -Вот жварр! А я и забыл совсем! На слово поверил! Откуда мне вообще знать, что ты охотница? Может, просто колдунья тронутая, которая вздумала шататься по лесу одна?
   Ястреб спланировал вниз, увесисто приземлившись мне на плечо - я качнулась в другую сторону - и расправил крылья, а на поляне, словно раскат грома, рявкнуло:
   -Не смей ее оскорблять, вампиреныш, если своих мозгов нет!
   Рен задумчиво поковырял в ухе.
   -А вот орать так не обязательно. Я пока еще человеческий язык понимаю.
   Я зашипела, пытаясь разжать когти, которые вцепились в куртку и пробили ее насквозь.
   -Ты же сказал, только я тебя слышу!
   -Это по моему желанию - отозвался дух, складывая крылья. - А ты, если сомневаешься, скажи прямо, чтобы показала метку. Можно опустить этап с детскими подначками.
   -Ага. Хельдин, ну-ка покажи свою метку.
   Я мрачно закатала рукав и вздернула руку вверх, еле удержавшись от того, чтобы оттопырить на ней средний палец.
   -А почему сразу не показала? - Агрессивно спросил вампир, снова чем-то недовольный.
   -А потому что отвали!
   -О-о, вот теперь видно, что передо мной сидит взрослый человек!
   -Кровопийца, не зли меня - я наставила на него вилку. - Я все еще могу передумать и оставить тебя здесь, привязанным к этому месту на пять лет!
   -Безумно страшно. Конечно, лучше быть привязанным к тебе!
   Нет, мне все больше кажется, что начистить морду - мой любимый способ налаживать контакты.
   -Послушай, что тебе не нравится? Есть варианты лучше? Тебе нужен надзор, и нужна помощь таких же как ты, иначе один ты долго не протянешь. Озвереешь и нападешь на кого-нибудь. И тебя убьют: при самозащите, или из мести, но в любом случае убьют.
   -Не такой уж плохой вариант. - Пробормотал он себе под нос. Но слух у меня хороший.
   -Это ты сейчас так думаешь. Но со временем жить все-таки захочешь, даже таким. Поэтому я хочу помочь и тебе, и окружающим, и доставлю к соплеменникам. А там поступай как знаешь.
   Вампир молчал, и я вернулась к ужину, решив пока на него плюнуть и не портить нервы зря. Он тоже не торопился начинать диалог, и мрачно, медленно разминал пальцы с раздражающим похрустыванием. Потом встал, прошелся по поляне, нашел еще одно бревнышко на пригорке, у самых зарослей, уселся. Начал отряхивать рукава от налипшего сора. А когда решил, что я расслабилась, шустро перемахнул ноги через бревно и исчез в чащобе.
   -Беги-беги, мышка. - Хмыкнула я, даже не подумав бросить чашку.
   Из зарослей донесся возглас, треск ветвей, и он показался снова, куда более помятый и злой.
   -Сети - нравоучительно заметила я - Держат тебя независимо от того, смотрю я, или нет. Сплю, или нет.
   -А если мне свернуть тебе шею? - зашипел он и засверкал глазами.
   -Останешься привязанным к одному месту. Лет так на пять.
   Срок я конечно, преувеличила, да и насчет привязки была не уверена, но главное - твердо говорить. Он опять зашипел.
   -А чего это ты такая самоотверженная, а!? Не боишься в одиночку тащить за собой вампира?
   Все-таки достал - я брякнула ложку в остатки ужина, и раздраженно повернулась к нему.
   -Только я и могу тебя тащить без опаски, причем хорошо еще, что я маг, и поэтому связала заклинанием, а не ртутными веревками! И до моей шеи тебе еще добраться надо. И вообще, что не так, чего ты никак не успокоишься!?
   Ох, у него много чего было мне сказать, судя по лицу, но он почему-то просто сел спиной к бревну и промолчал.
   Я решила, что сейчас с ним спорить бесполезно, и лучше вообще не разговаривать. Чем-то он ухитрялся меня постоянно раздражать, так что вполне возможно, что разговор закончится тем, с чего вообще все началось. То есть нападением и покушением на убийство.
   Где же это я, интересно, с ним в прошлой жизни умудрилась встретиться? Бросила взгляд - сидит, делает вид, что очень интересно разглядывать деревья. Значит, пока не расскажет.
   Ну и ладно. Утро вечера мудренее.
  
   ***
  Волкулак.
  Нечисть. Степень опасности - 3. Разумность - 3.
  Место обитания: распространен повсеместно.
  Низшая форма оборотня, имеет два облика, человеческий и звериный. Ведет ночной образ жизни. В человеческом облике пребывает в основном, днем, когда отсыпается в укрытии. Зверем обращается ночью, но по желанию. В полнолуние превращение идет независимо от желания.
  Может говорить, частично понимает человеческую речь, но сохраняет звериное чутье и повадки. (Пометка на полях: В человечьем облике достигает четвертой степени разумности)
  В зверином облике напоминает черного волка. Полностью теряет навыки общения.
  Популяция пополняется какестественным способом, так и через заражение. Жертва волкулака, которую он не успел добить, тоже становится волкулаком, но случается это очень редко.
  В питании предпочитает мясо, но в целом всеяден. На людей нападает редко, от крайнего голода или самозащиты. (Примечание на полях: В основном, на детей или заблудившихся, потому присвоена третья, а не четвертая степень опасности)
  Волкулаки прячутся в логовах поодиночке, иногда парами, но на охоту по возможности собираются в стаю.
  Оружие: клыки. Охотничьи повадки волчьи - волкулаки загоняют жертву, изматывают, после окружают и нападают.
  Уязвимость: горло и живот. К магии восприимчив.
  Бестиарий, Глава первая. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
  
  ***
  -Хочу пойти в охотники!
   Знахарка оторвалась от обрезания листьев у растения в кадке, и посмотрела на посетителя. Я отряхивалась от снега на пороге, в мужской одежде и обрезанном мужском плаще. Обкорнанные вихри во все стороны торчали из-под натянутой на уши шапки, щеки и нос покраснели с мороза так, что даже редкие конопушки почти не различишь.
   Женщина покосилась на оставшийся после меня сугроб, начавший потихоньку таять.
   -Заявление похвальное. А кто ты такая, и откуда?
   -А есть разница? - нагло отозвалась я.
   -Да вот думаю, с чего ты решила, что можешь стать охотником? - и она задумчиво отщелкнула ножницами еще один листик. Бережно уложила к остальным, на расстеленную ткань.
   -Потому что я ведьма. - Я плюхнула дорожный мешок с вещами на лавку, поставленную у стены, и уселась, со стоном облечения расправив ноющие ноги.
   -И я узнала, как это происходит. В обучение кого попало не пускают, потому что половина идет туда в поисках веселой жизни и бессмертия. Думают, что все так легко. Поэтому сначала нужно обратиться к ведунье, которая проверит человека и сообщит, может ли он стать охотником. После чего скажет о нем старейшинам в училище, и те его примут. Да? - Я жадно посмотрела на женщину. Ее поиски заняли у меня месяц, и вот я у цели.
   Путь до границы занял у меня почти неделю. Но удалось пересечь ее, не попавшись никому на глаза. Потом я пробиралась по околицам, скрываясь от посторонних глаз и совершенно не владея своей силой. Дрожала от страха, свернувшись в клубок под разлапистой елью в лесу и слыша чей-то хриплый вой. Из оружия у меня с собой был только отцовский нож, длиной лезвия всего с ладонь. Им же я обрезала волосы, чтобы сойти за мальчика.
   Потом часто пряталась в телегах торговцев, тайно от них самих, так как платить за то, чтобы подвезли, было нечем. Точнее, они-то нашли бы подходящий способ, но мне проще было удушиться своим рваным шарфом. Приходилось и ночевать по подворотням, складывая костерки из старых досок. Хотя я пыталась попадать в таверны, где под лестницами можно было устроиться, взамен вымыв хозяину посуду. Путешествие запомнилось надолго, да.
   А все потому, что после того как родные узнали, что я ведьма, житья мне дома не стало.
   -Все так - кивнула ведунья. - А в школу магов тебе, значит, не надо?
   -Ну... Оно же там все за одним забором вроде как, и если что, пойду к магам. Но хочу быть охотницей!
   Она вздохнула, словно слышала это тысячу раз, и посмотрела на меня с жалостью.
   -Ты хоть понимаешь что это значит, воробушек?
   Я непреклонно замотала головой.
   -Не надо меня отговаривать! Я все обдумала. И про охотников знаю. У них очень тяжелые тренировки, они постоянно пьют зелья, а потом всю жизнь ездят и сражаются с нечистью. Ни минуты покоя. Знаю. Меня с сестрой когда-то от слун маги спасли. Я у них расспросила, а они охотников лично знали. Так что я смогу!
   А сама так и сжалась за маской детской самоуверенности. Идти мне было больше некуда и не к кому, за спиной ничего - ни прошлого, ни имущества. Это был последний шанс. К тому же...
   -Ладно, подойди сюда. - Вздохнула старушка. - Бесполезно разубеждать. Ты у меня за этот месяц четвертая.
   Я встала, стянула шапку, оставила лежать на лавке.
   -И все неудачи?
   -Да. Ломитесь, не зная куда...
   Я послушно встала перед ведуньей. Она прошептала что-то и положила теплую ладонь мне на лоб. Прикрыла глаза. Я задержала дыхание.
   Вдруг все перед глазами поплыло, и я рухнула на пол, почему-то слыша вокруг грохот разбитой посуды.
   Глаза открыла и закашлялась от запаха бодрящего зелья, которое мне сунули под нос. Разбито ничего не было. Так наверное, полку только задела.
   -А-а-а... ой, голова болит!
   -Еще бы она не болела. В разум тебе не влезешь, крепкая защита от природы.
   Я испуганно повернулась к ней, и женщина успокаивающе кивнула.
   -Успела я увидеть, успела. Ты не как те, трое. Ты - сможешь. Хотя так и не сказала бы... Будет трудно, но если выживешь, обучение не бросишь. Так что я объясню дорогу. И даже могу дать на нее денег. Но ответь еще на один вопрос: ты уверена, что знаешь, куда направишься, и что там тебя ждет?
   -Нет. - Я шмыгнула носом, кляня холод и свою простуду, и поспешила добавить - То есть, я же не знаю точно, чему там учат, но понимаю, что будет гораздо хуже, чем в Магике. Конечно трудно будет, и больно, наверное, но... Я всю жизнь мечтала, что сделаю жизнь других лучше. Что...
   -Я видела. -Призналась ведунья. - У тебя убили отца. И теперь ты хочешь сделать так, чтобы у кого-то отец остался жив. Этого не осуждаю. Но я не зря сказала 'если выживешь'. Ты знаешь, что некоторые из учеников до получения метки просто не доживают? Когда ты ступишь на порог и заявишь о том, что пришла на обучение, обратной дороги не будет. Только в охотники, или в могилу.
   -А я понимаю. - Ответила я тихо. - Только все равно пойду. Там от меня будет какой-то смысл. А не здесь.
   Она махнула рукой.
   -Ты сама выбрала. Жди. Сейчас отправлю им послание, чтобы ждали...
   Снова темнота. Словно черный занавес перед глазами, словно кто-то спрашивает: а ты готова увидеть, что за ним?
   Не знаю, готова или нет. Но не прятаться же от собственного прошлого.
   ...На крыше было холодно. Только недавно с земли сошел снег, оставшись лежать во впадинах и оврагах грязными комками, и несмотря на солнце, здесь, на крыше корпуса, до костей пробирал промозглый ветер. Солнце катилось к закату.
  За толстыми каменными стенами, окружившими громадный, вымощенный камнем внутренний двор, простирался пустырь, еще прошлым летом выкошенный от травы. Слева он уходил до самой реки, далеко блестевшей под солнцем. А впереди, куда я смотрела, через пустое место заканчивалось, и начинался лес. Он густел, поднимал кверху кроны массивных сосен, и тянулся до самого горизонта.
   Над лесом уже почти час вился густой дым, плотным столбом уходя вверх. Там, наверное, ветра не было...
   Шаги были мягкими, как кошачьи, и почти неразличимыми, но я их узнала и вздохнула. Рано или поздно, он бы все равно меня нашел. Но лучше бы поздно.
   Он не спеша подошел ближе и сел рядом, тоже взглянув на лес. Дым уже начал истаивать, и легкий ветерок погнал его над кронами вдаль, к самому горизонту.
   -Почему ты не пришла на погребение? - Спросил учитель.
   Я поежилась. Очень не хотелось даже рта раскрывать, и выдавливать из себя какие-то объяснения было выше моих сил. Но он не требовал их, а просто спрашивал. Мягко, ненавязчиво, и вроде как оставляя возможность проигнорировать его.
   -Этого ведь могло не случиться. - Произнесла я тихо. - Всего лишь маленький промах. Всего лишь неосторожность. Сколько раз такая неосторожность сходила нам с рук? Откуда ему было знать, что рядом гнездовье? - На последнем слове мой голос чуть не сорвался.
   -Да, ты права. Это могло случиться с кем угодно. Даже со взрослым охотником. Но как ни называй, Хельдин, это была ошибка, совершенная из желания рискнуть и показать себя там, где это не требовалось.
   Я промолчала.
   Один из учеников, Дарис, во время учебной вылазки решил задержаться, и в одиночку расправиться с нечистью, которую мы называли 'неяра'. Нас учили драться с такими, и не раз. Мы их уже не боялись. Подумаешь, тело и крылья птицы, руки и голова от человека.
  Двоих он убил без особых задержек, но потом почему-то решил пойти глубже в лес. Удаляясь от своего наставника, который, дав задание, ждал его на условленном месте. И когда Дарис наткнулся на гнездовье неяр, никто его уже не услышал... Старший охотник уловил сигнал с амулета, который был зовом о помощи, но успел только отбить его тело у озверевших хищниц. Не бросил, дотащил до крепости и Целителей, но поздно.
   Сегодня тело сожгли, ас темнотой прах развеют по лесу. Его родным, оставшимся далеко на севере, сообщат о случившемся. Положенный срок в училище будет гореть свеча в его комнате на подоконнике, чтобы душа смогла найти это место и попрощаться с нами всеми.
   Потом свечу потушат. И все продолжится, как было - только уже без него. Словно его здесь никогда не было.
   -Я знала, что такое случается. Мне говорили, что некоторые ученики не доживают до конца обучения. Но я не думала, что это происходит так... неожиданно.
   -А смерть вообще внезапна. Ее редко ждут. И об этом следует помнить - вы будущие охотники, чей путь наполнен опасностью, и любой ваш шаг может вести к смерти. Но сейчас речь идет не об этом.
   Я молчала, подавленно разглядывая зубцы на крепостной стене.
   -Ты подумай о другом. Каким бы необдуманным ни был его поступок, и каким глупым - конец, Дарис твой соратник, который погиб. И все, что мы можем для него сделать - это позаботиться о том, чтобы отдать последнюю честь. И хотя бы присутствовать на сожжении.
   Я с трудом втянула воздух. Как объяснить, что я до сих пор не могу поверить, что тот вечно не унывающий паренек с живыми зелеными глазами, шутящий за компанию с Виктором и никогда не проигрывающий на спаррингах, сейчас просто перестал существовать? Еще вчера утром мы за завтраком перекидывались остротами, говорили о том, с каким удовольствием отдохнем, когда закончится очередной ряд учебных вылазок, и как побежим купаться на реку, когда потеплеет. Кто угодно мог погибнуть, но не он!.. А теперь Дарис догорает на той огромной поляне в окружении своих бывших соратников, и никогда больше не будет подбадривать нас на тренировках, да подкладывать лягушек девушкам в комнаты - его любимая шуточка, хотя мы давно перестали их бояться... И мне страшно запоминать его таким - бледным и безжизненным, на погребальном костре.
   Учитель протянул мне руку и я вцепилась в его рукав. Подтянулась поближе и уткнулась лицом в куртку, сдерживая всхлип.
   Дарис говорил, что терпеть не может сентиментальности и долгие прощания. Вряд ли бы он сказал мне спасибо за то, что я вместо того чтобы проводить его, отсиживаюсь одна и реву.
   Старший обнял меня за плечи, успокаивая.
   -Каждый переживает по своему. Не стоит себя винить. Я вижу, что тебе тяжело.
   Я тяжело вдохнула в последний раз, и решилась спросить:
   -Еще не поздно успеть на... последнюю часть?
   -Нет, еще не поздно. Пойдешь?
   -Конечно.
  
  
  ***
   Как бы ни бесили меня некоторые кровожадные личности, все-таки их бывает чуточку жаль. Вампир - то есть, Лаурен - похоже, так и продремал всю ночь, притулившись к бревнышку. Как-то бессовестно вышло. А у меня даже нет другого одеяла, чтобы поделиться им. Замерз, наверное.
   Да, утро тоже не задалось. Под косым взглядом мне даже кусок в горло не полез, так что обошлась глотком воды и начала, недовольно сопя, собирать вещи.
   Вампир без комментариев провожал меня внимательным взглядом, следя за тем, как я скидываю вещи в сумку, а потом замираю и оборачиваюсь к ястребу.
   -Это возможно?
   А когда я повернулась и уставилась испытующим взглядом, он явно испытал желание повторить вчерашнюю попытку побега.
   -Рен, ну-ка подойди сюда. - Я постаралась позвать очень ласково, но эффект был такой, словно я полезла рукой за спину и достала зазубренный тесак. Он мигом подобрался.
   -Что это у тебя за идеи?
   -Подойдешь, узнаешь.
   -Тебе надо, ты и иди.
   А я не гордая, я же подойду... Но стоило только встать и сделать шаг, как он вскочил и обежал кругом костер, так чтобы он остался между нами. Думает, я не смогу перепрыгнуть через огонь?
   -Я ведь как лучше хочу!
   -Отойди от меня!
   -Да стой ты!
   Еще круг у костра. Я под таким взглядом начала чувствовать себя кровожадным маньяком.
   -Кто бы видал! - мерзко хихикнул наставник с ветки, подливая масла в огонь. Я скрипнула зубами и толкнула ладонью воздух в сторону вампира, а потом сразу дернула обратно.
   Ну упал, ну связала я тебе ноги, но не повод же это так сквернословить!
   Он перевернулся, полулежа на земле и опираясь на выставленные назад руки.
   -Я сказал, не подходи!
   -Да ты не бойся!
   Лаурен смотрел на меня, как волк, затравленный гончими, явно готовясь дорого продать свою жизнь. Я присела перед ним, чувствуя себя неуютно.
   -Просто замри. - Попросила я, и протянула к нему руку.
   -Укушу. - Мрачно предупредил вампир.
   Да что ж такое.
   -Доверься мне.
   -Да при чем тут доверие! Я тебя серьезно укушу, ты же... Пахнешь! - Его глаза снова загорелись алым, а клыки вытянулись на последнем слове. И все черты лица на миг как-то заострились, делая его похожим на хищного зверя.
   Я едва не передумала, но виду не подала.
   -Пара секунд, и станет гораздо легче, поверь мне.
   Бр-р-р, взгляд словно прошел до затылка. Не знаю, что он там увидел, но вздохнул, закрыл глаза, и подставил лоб.
   -Вот сразу бы так. - Проворчала я, и положила ладонь ему на лоб.
   Он дернулся, лицо снова исказилось, но вампир остался на месте, сжав челюсти. С такой силой воли из него мог бы получиться охотник. Жаль. Сделанного с ним уже не воротишь.
   -Все. - Проронила я, спустя один удар сердца, и отодвинулась. Он облегченно вздохнул и замер. Осторожно втянул воздух еще раз и поднял голову, уставившись так, словно у меня над головой засиял нимб, за спиной распахнулись белые крылья, и я воспарила над землей.
   -Ты... ты вернула все... назад?
   Я оторвалась от озадаченного разглядывания своей ладони и в замешательстве уставилась на него. Потом до меня дошло. Я ведь не сказала точно, что собираюсь сделать, только то, что ему станет легче. А сейчас он после такой долгой жажды впервые ее не ощущает. И он решил, что я сделала его снова человеком.
   От надежды в его глазах мне даже стало стыдно.
   -Я временно заблокировала твое чувство голода. Это как обезболивающее зелье. Ты не чувствуешь боли, но она равно осталась. Это все, что в моих силах.
   Мне не доводилось видеть осужденного к смерти, которому сказали, что он свободен и может жить, а затем заявили, что перепутали. Но уверена, выражение лица у него было бы то же. Он даже сгорбился и сел на землю, опустив глаза. К сожалению, утешить его было нечем.
   Я снова задумчиво покосилась на ладонь.
   -А что это, кстати, на тебе?
   Он продолжал смотреть вниз, что-то тяжело обдумывая.
   -Рен!
   Вампир вздрогнул.
   -Рен, на тебя когда-нибудь наводили порчу?
   -Что? - он поднял голову, нахмурился. - Какую еще порчу?
   -Порчу, проклятие, может, накладывали приворот? В общем, что-нибудь темное.
   Он не сразу понял, а потом... Что-то такое промелькнуло в его глазах, что я чуть не уверилась в том, что он отлично знает, о чем я говорю. Но это было так быстро, что я не была уверена, что действительно это видела.
   -Ну-у, так что?
  Он нахмурился и озадаченно покачал головой.
   -Лично я ни о каких порчах не знаю. И на здоровье вроде бы не жаловался. А почему ты так решила?
   Но ведь он понял, о чем я? Или все-таки нет? Непонятно. Впрочем, может быть, на него наводили приворот, а потом неудачно сняли, и остался след. А приворотное зелье та еще мерзость. Я бы, наверное, тоже не признавалась, что когда-то ТАКОЕ пила.
   -Да так... - сжала пальцы, потом тряхнула ладонью, пытаясь убрать с нее ощущение чего-то липкого. - Показалось, что я не первая, кто над тобой поколдовал.
   -Не было никакой порчи. - Повторил он растерянно и отвернулся. Может, и в самом деле не помнит.
   Я повернулась к ястребу, неподвижно замершему на самой верхней ветке растущей рядом акации.
   А ты не заметил ничего странного?
   Хельдин, я вообще не маг. Если уж ты не поняла, что ощутила, то я подавно не разберусь.
   -Ну и толку тогда от тебя. - Проворчала я вслух, и вампир, само собой, вскинулся.
   -То есть?
   Я вздохнула.
   -Да я не тебе. Я ему - и кивнула наверх, на птицу.
  
  
   ***
   Когда я сказала вампиру, что ему придется следовать за мной, он не отреагировал. И так уже понял. Но когда до него все-таки дошло, что ему придется плестись за мной пешком (на Резвого вдвоем с вампирьем не сядешь, да и вампир не будет счастлив, а я пешком не всегда угонюсь, так что вариант один), то я стала свидетелем величайшего события, а именно вампирьей истерики из-за ущемленной гордости.
   -Да сдался я тебе! - взвыл Рен. -Почему просто не оставить меня здесь, в покое!?
   -Ты новоиспеченный, себя не контролирующий вампир, и решать сейчас не тебе, а твоему наставнику, но вместо него здесь я, так что слушай, что я говорю и скажи спасибо, что я вообще с тобой вожусь, потому что делать этого не обязана!
   -Ах, так я тебе, оказывается, должен за заботу!? - Он придвинулся так близко, насколько позволило заклинание, и проникновенно прошипел: - Единственной подходящей благодарностью будет то, что я убью тебя быстро и безболезненно, чтобы не мучилась!
   С ним, что ли, не мучилась?
   Я сглотнула - оказывается, сети работали не так, как я думала, и приблизиться он мог почти вплотную - но осталась стоять невозмутимо. Спишем эту его вспышку на молодую кровь.
   -Что ж, наверное, среди вампиров быстрая смерть считается за честь или за благо. Но предпочту без такой помощи обойтись.
   Он склонил голову к плечу, прищурив темные глаза.
   -Тебе же самой в тягость такая опека. У тебя наверняка есть еще какие-то дела. Зачем такие сложности?
   -Потому что я не единственная, кто ходит по этому лесу! - Огрызнулась я; снова не выдержала. - И мне не улыбается, что ты пойдешь свободно гулять и наткнешься на кого-то слабее! Так что хватит брызгать ядом, и иди спокойно, не создавай мне еще одной проблемы! Быстрее дойдем, быстрее и решим этот вопрос. - И я взлетела в седло, оборвав разговор, и наконец-то оказавшись от него подальше.
   Он тоже продолжать не стал, только проводил меня свинцовым взглядом.
   Путь выдался каким-то однообразным, несмотря на то, что виды открывались потрясающие - дорога убежала на невысокие холмы, и оттуда, когда мы оказывались на открытых местах, было видно блестящие протоки мелких речушек, пронизывающих весь лес, как вены, и дальние горы, плавающие в синей дымке. В правой стороне на возвышенности виднелись крыши далекого города. Ветер донес до нас звон обеденного колокола. Но мне туда было не по пути, так что заворачивать не стала.
   Вампир за моей спиной встал, пару мгновений любуясь алыми крышами и золотистыми стенами из дикого камня. Даже набрал воздуха в грудь, чтобы что-то сказать. Но не проронил ни звука. Вспомнил, наверное, с кем рядом находится.
   Ястреб парил в высоте едва различимой точкой, иногда спускаясь вниз и отдыхая на передней луке седла или моем плече. Парой слов я перебросилась с ним, уточняя дорогу. Потом путь вывел на небольшую деревню, наверняка из тех, что окружили красный город. Там я напоила коня, убедилась в том, что помощь не требуется, и пошла дальше.
   Все это время редкие взгляды, бросаемые спутником на меня, ощущались буквально кожей. Я пыталась не обращать внимания, и вообще не смотреть в ту сторону. Пару раз даже удалось убедить себя в том, что никого рядом нет, а я иду себе, по делам, и не нервничаю... В уме снова всплыла та самая мелодия, и я почти полчаса шла, еле слышно напевая ее себе под нос, вспоминая все новые и новые ноты. Спутник, услышав их, отчего-то едва не споткнулся, но я снова не обернулась.
   Как умею так и пою, так что извиняйте. Да и не пение это, так, мурлыканье под нос.
   Однако идти бок о бок в молчании весь день и для меня, и для вампира оказалось слишком.
   -Я ведь не ошибся, у тебя действительно есть какие-то важные дела? - Поинтересовался Рен, поднимаясь следом за мной на очередной пригорок. Я обернулась, держа Янтаря за повод: как раз решила пожалеть животное и пройтись пешком.
   -А почему тебе это так интересно?
   Он покосился вверх на ястреба, и опустил глаза на меня. Пожал плечами.
   -Просто понять не могу. Ты ведь наверняка спешишь. И не думаю, что в Инарту, иначе сразу бы сказала, что по пути. И все равно добровольно взялась решать мои проблемы: как ни крути, это мои личные проблемы.
   -А я не пойму, как ты не поймешь, что у меня и выбора-то особого нет. Я ведь говорила, что не могу рисковать и оставлять тебя без присмотра. Или тебе как-то на пальцах объяснить?
   -Нет. Я не об этом. Ты могла просто меня убить.
   Я даже споткнулась на ровном месте.
   -С чего это!?
   -Сама сказала - опасность, самозащита. Имела полное право. И шла бы сейчас свободно по своим делам.
   -У тебя нет меток на висках и руках. А такие отметины - единственный повод для охотника убить высшего вампира. - Язвительно процитировала я.
   -Как у вас там с этим строго. - С деланным уважением заметил вампир. - А ты у нас так уважаешь правила?
   Я остановилась; конь, уловив мою заминку и возможность ущипнуть сочный кустик, тоже застыл, как вкопанный.
   -Не пойму, ты уговариваешь, что ли? Я в любой момент могу передумать!
   На угрозу вампирище отреагировало до наглости бесстрашным смехом, обгоняя меня и даже не думая отвечать.
   -Смех без причины - признак дурачины. - Язвительно заметила я ему в спину. Он, продолжая смеяться, покачал головой.
   -А ты забавная!
   Тоже мне, нашел шута.
   -'Оказывается', то есть раньше я казалась тебе наоборот, серьезной?
   -Да не общались мы толком. - Он обернулся через плечо. - И считай, пару минут виделись. Что бы я там о тебе успел узнать?
   Я задумалась, машинально отмечая его манеру ходить. Он тянул шаг. И ничего знакомого в этом я опять не увидела.
   -А кем ты был? Где мы вообще пересеклись?
   -Никак не вспоминаешь?
   -Никак.
   -А как думаешь? - Он развернулся и пошел спиной вперед, с интересом глядя на мою озадаченность.
   -Руки вроде бы, не рабочего, не в мозолях... - Отметила я, и он тут же убрал ладони за спину. - Куда, так нечестно!
   -Не рабочие, это да. - Кивнул он. - Других выводов там уже не сделаешь. Что можешь сказать еще?
   -Откуда мне знать?
   Говоря это, я окинула его внимательным взглядом, подмечая то, что могло стать подсказкой. И склонив голову набок, стала размышлять вслух:
   -Одежда самая обычная, хотя не из дешевых. Обувь дорожная, значит, много ходишь пешком. Сейчас не скажешь ничего о загаре, но ты не слишком бледный, значит... - Я чуть не ляпнула 'при жизни' - ...значит, до обращения часто бывал на улице, под солнцем. Ближайшие поколения пустынников в роду не было. Эльфов, вроде бы, тоже. Шрамов не вижу. Скорее всего, не наемник. Судя по рукам, и не рабочий тоже.
   -Все?
   -А что еще должна заметить? - недовольно спросила я. Он как будто намекал на то, что я упускаю нечто существенное, отвлекаясь на мелочи.
   Лаурен снова покачал головой.
   -Да-а, с памятью у тебя что-то не то. - И повернулся ко мне спиной, зашагав нормально.
   -Но ты так и не ответил!
   -Я уличный музыкант. Ты недавно слышала, как я играю.
   -Не догадалась бы. - Пробормотала я себе под нос, и невесть почему спросила: - Случайно не скрипач?
   Он заинтересованно обернулся.
   -Вспомнила все-таки?
   Я покачала головой.
   -Если бы... Так, предположила. А что случилось потом? Как тебя обратили?
   Даже по спине было заметно, что его будто окатили водой. Он до этого словно забылся, а теперь вспомнил, что теперь, между прочим, является нечистью, и вести себя ему надо соответственно.
   -А вот об этом я говорить не хочу. - Отрезал он, и ускорил шаг.
   Коря себя за несдержанность (захочет - сам расскажет, а пока не хочет, лучше не допытываться) я влезла в седло и пихнула обленившегося коня, чтобы не отставал.
  
  
   ***
   До самого вечера из вампира, о нем самом, было не вытянуть и слова, но я завела разговор о том, бывал ли он в Тавере, и каковы особенности этого города. Так что подтвердились слова духа о том, что башню с синими часами я видела именно там.
   Когда солнце коснулось горизонта, я разыскала в перелеске удобное место для ночлега, и быстро разведя костер, отправила в котелок вторую часть вчерашнего зайца, которую до этого несла в теплонепроницаемом пергаменте. Потом откатала рукав и осмотрела зашитый порез. Из лекарственных средств у меня, конечно, имелась только пара травок и спирт во фляжке, но заживало плечо хорошо. Других средств и не нужно.
   Подвесила над огнем кружку с водой, покрошила туда растения, сыпанула алхимический порошок из маленького пузырька, который, слава высшим силам, хранила не в сумке, а в потайном кармане куртки. И достала фляжку.
   -Где это ты так оцарапалась? - полюбопытствовал вампир. Я смочила спиртом лоскут ткани и фыркнула, сдувая с лица прядь волос.
   -Познакомилась с лесными крысами.
   -Ты была одна? - Хорошее настроение с него как рукой сняло, даже встревожился. Я посмотрела на него с довольной усмешкой.
   -Поверь, меня и одной им оказалось много.
   -Тебе было бы не так весело без элементарного везения; у тебя из оружия имелась хотя бы кружка с драконьей кровью. Кабы не она, неизвестно, чем кончилось. - назидательно раздалось сверху.
   Я скривилась: и от его замечания, и оттого, что спирт обжег рану.
   -Что за драконья кровь? - переспросил вампир. Я удивленно уставилась на него, потом на ястреба.
   -Что за выступления на публику, почему он опять тебя слышал?
   -Давай уточним: ты удивилась тому, что меня услышал телепат?
   Я досадливо скривилась. Точно! Это как раз одно из тех свойств, из-за которых я недолюбливала высших вампиров. Правда, в детстве я верила, что они вообще способны достать из человека душу, неудивительно, что потом предубеждение держалось долго.
   -А разве все вампиры читают мысли? - снова встрял Лаурен. - Я думал, такое встречается очень редко.
   -Не совсем так. - Снимая закипевший отвар, осторожно ответила я. - Насколько я знаю, все вампиры могут чувствовать настроение собеседника, а это эмпатия. Так что эмпатами считаются все поголовно. А вот на чтение мыслей способно не больше половины. Причем из этой половины только немногие читают мысли четко, остальные слышат только обрывки.
   -А я телепат или эмпат?
   -Как минимум среднего уровня телепат. Но станешь им еще не скоро. А меня слышишь, потому что я не просто думаю про себя, а направляю мысли. - Объяснил ястреб. Вампир кивнул, и взглянув на меня, заинтересованно склонил голову набок.
   -Твои мысли я тоже буду слышать?
   Я шепнула пару слов, дунула на кружку и проверила пальцем - как и полагается, в конце приготовления лекарство стало холодным и вязким. После чего сложила пальцы в кукиш и показала ему.
   -Размечтался.
   Он вздохнул с притворным сожалением, словно хотел меня поддразнить, а потом в который раз изменился в лице и помрачнев, уставился вниз. Наверное, снова осознал, что с ним произошло, и что телепатия - так, лишь приложение к монстру.
   Я не знала, что ему на это сказать, и помедлив, продолжила обрабатывать рану.
   -Так что он говорил о драконьей крови? Где ты умудрилась ее раздобыть? - напомнил Рен.
   Я не знала, можно рассказывать это посторонним, или нет. Но так как ястреб беззаботно чистил перья, то я решила, что тайной ордена свойства нашего снадобья не являются. В отличие от рецепта, конечно.
   -Это средство, которое готовится охотниками для восстановления физических и магических сил. Я тогда как раз его сделала и собралась пить, когда появились эти любители легкой поживы.
   -И что было дальше?
   Я усмехнулась.
   -Снадобье не зря так назвали. Для неподготовленных людей оно действительно как чистая драконья кровь. Я вылила это средство на одного из них. Побегает по Целителям; ему теперь нужно новое лицо.
   Рен в удивлении покачал головой.
   -Неплохо.
   Я только вздохнула - лично мне было жалко зелья. Для него требовались такие составляющие, которые достать сложно, а у меня их уже не осталось.
   Закончив с лечением, перевязала руку и скатала рукав обратно. Вампир уселся поудобнее, спиной к дереву, и задумался о чем-то, глядя на огонь в костре. К этому моменту он, похоже, оттаял, и больше не косился на меня с непонятным выражением лица. Правда, у меня сложилось ощущение, что он специально поджидает момента, чтобы сразить меня внезапным вопросом!
   Я сидела себе, никого не трогала, отбирала в сумке связку травок для чая, и тут он, решил как бы вскользь поинтересоваться:
   -Ты уже вспомнила, как тебя убили?
   Сейчас уже меня будто облили холодной водой.
   -Откуда ты знаешь? - вскинулась я, и чуть не рассыпала половину сбора.
   Он продолжал спокойно смотреть на огонь, словно сквозь него видел что-то, мне недоступное.
   -Знаешь, о вас, охотниках, ходят легенды. Говорят, что когда охотник возвращается, его душа возрождается... - Он задумался, подбирая нужные слова - Не вся сразу. Она постепенно, по кусочкам срастается, и поэтому пока охотник не вернет себе всю ее и не станет вновь целым, он не сможет быть охотником. И именно потому, что душа не цела, он себя не помнит.
   -Интересное предположение. - Оценила я. - Поэтично, но далеко от правды. Душу на кусочки не разрежешь, как кусок холста. Но смысл я поняла. Догадался, в чем дело, потому что я ничего толком не помню? Тебя вот, не вспомнила до сих пор.
   Он опустил взгляд вниз, на свои руки.
   -Не только поэтому.
   -О чем ты?
   Вампир поднял голову и повернул правую ладонь ко мне тыльной стороной, проведя пальцем по белесому шраму, от запястья до пальцев.
   -Так и не заметила?
   Я хотела было сказать, что да, и при чем тут это, но осеклась. Шрам, я точно видела этот шрам, не просто видела, запомнила!
   Почему я его запомнила?
   Стукнуло в висках, заболело у затылка...
   Чадят причудливые курильницы, расставленные по углам плиты. Они пахнут удивительно сладко, миндалем и островными благовониями. Потрескивают огоньки на оплывающих свечах из белого воска. В изголовье алтаря, у разожженного ритуального огня главный темный жрец, тот самый хриплый маг раскладывает темные ножи на алом бархате.
   У меня тогда от этого дыма, и еще от какого-то зелья туманилось в голове, поэтому первое время я вообще не сопротивляюсь, только слежу глазами за тем, как они перемещаются вокруг меня, проводя последние приготовления.
   Поворачиваю голову набок, вправо, прикрываю глаза, чтобы хоть как-то привести разум в порядок. Когда открываю их, замечаю, что у стены, спиной ко мне, лежит кто-то связанный. Они приволокли его сюда только что, чтобы не оставлять без присмотра. Я вроде как даже помню когда это было. Меня тогда тоже только принесли.
   Кто это? Следующая жертва, после меня? Что за несчастный?
   Так путаются мысли, почти ничего не понимаю.
   Он тоже пришел в сознание. Он шевелится, и пытается нащупать веревки, которые держат его запястья. Я смотрю внимательно. Я могу еще вернуться, и когда приду сюда снова, то найду его родных и сообщу, что с ним случилось. Его же наверняка кто-то ищет. Надо только внимательно запомнить этот странно знакомый шрам у него на ладони...
   В следующий момент у меня перед глазами снова было место привала, догорающий костер и сидящий по ту его сторону вампир. Я потрясенно смотрела на него.
   -Ты там был? Это был ты!?
   -Вспомнила? - Он вскинул брови.
   -Ты был там, ты видел, как меня убили! Почему не сказал сразу!!?
   -Я не был уверен. Не запомнил лица.
   -Подожди. - Я в замешательстве подняла ладонь. - Когда ты вообще меня увидел, тебя же бросили с мешком на голове?
   -Но ведь... А, точно. Ты этого уже не застала.
   -Рен, расскажи мне с самого начала, как ты там оказался, и как так получилось, что ты остался живым!?
   -Ты сказала 'живым'? - едко усмехнулся он.
   Я сдвинула брови.
   -Нашел время. Если тебе интересно, то насчет высших вампиров у магов-теоретиков накопилось множество теорий, одна другой краше. Кто-то думает, что их породили вурдалаки, кто-то доказывает, что вампиры произошли от демонов, но почти все сходятся на том, что это уже не нечисть, а иная раса, форма жизни. Так что прекращай убиваться, тебе еще повезло.
   -То есть ты вот это считаешь везением!?
   -Так, иная форма жизни. Отвечай на вопрос!
   -А то что? Снова будешь угрожать мне вилкой?
   Ох, не дойдем мы спокойно до города, полезу его бить...
   -Пока - только вилкой!
   -Страшное оружие.
   -Рен!
   Он вздохнул. Было видно, что отвечать на вопрос ему очень не хочется. Даже в глаза не смотрит.
   -Это они меня обратили.
   Я замолчала.
  Сатанизм, жертвоприношения, отточенный ритуал, хорошая организация - я помню, что у них были все нужные материалы, даже дорогие обсидиановые клинки. Наверняка их цель вполне конкретна, и обращение в нечисть всех встречных-поперечных сюда не вписывается.
   -Зачем им это?
   Он нахмурился.
   -Я не уверен, что понял точно. Но, кажется, им нужна моя кровь.
   -Точно... Усиление ритуала. Я помню, там такое применялось.
   Рен вздохнул.
   -У них был какой-то запас, но они либо купили ее, либо взяли насильно. И тот, у кого взяли, не дался живым. В общем, осталось мало. Им нужен был кто-то без военного опыта, чтобы не смог отбиться, и без ближней родни, чтобы пропажу никто не заметил. Я им подошел. - Вампир передернул плечами. - Они смешали мою кровь со своим запасом, и пока я обращался, притащили в ту пещеру. Ты, наверное, попалась им неожиданно, и они очень спешили, так что решили пока оставить меня там.
   -И как ты выбрался?
   Он поднял голову, снова усмехнулся, но как-то невесело. Покачал головой.
   -Да ты просто не видела, что там творилось, когда тебя убили. - Он сделал неопределенный жест ладонью, пытаясь объяснить, потом развел руками, не найдя подходящих слов. - Что-то невероятное! Не знаю, как ты это сделала, но произошел какой-то выброс силы, или удар. Их всех оглушило и раскидало по углам. Даже алтарь сместился и пошел трещинами, и письмена на нем больше не горели. Ты сорвала им весь ритуал!
   Ого. Что-то не помню за собой таких подвигов. Вроде бы валялась себе, как тряпочка, а поди ж ты.
   -Ну... И что было потом?
   -Я как раз тогда и воспользовался шансом, пока они не пришли в себя. Руки смог перетянуть через голову, стащил с себя мешок и перегрыз веревки. - Он усмехнулся, показав волчьи клыки. - Единственный плюс моего нового состояния.
   -Хм. Понятно, что ничего не понятно. Погоди. - Я подняла голову. - Так ты выходит, помнишь где место ритуала? Ты можешь помочь мне найти их!? Расскажи, как найти эту пещеру!
   Он смотрел вниз, и ему почему-то не нравился мой энтузиазм. Вампир выпрямился, оглянулся.
   -А ты сегодня ставила свою защиту?
   Я тоже оглянулась, сморгнула. Когда открыла глаза, увидела знакомый тонкий купол.
   -Стоит она, не беспокойся, простоит до утра. Или ты опять уходишь от ответа?
   Лаурен поднял на меня мрачный взгляд.
   -Я знаю, где пещера, но тебе не скажу. - Прежде чем я возмутилась, он вскинул руку, и я не стала бросать в него пучком искр, что сам собой возник между пальцами. - Я покажу.
   -Ты имеешь в виду...
   -Да. Я иду с тобой.
   -Так, осади коней. С чего ты так решил?
   -А ты думаешь, нет причин? - он снова обжег меня взглядом. - К тому я не смогу объяснить на словах, как в глухом лесу найти пещеру. Что я, буду вспоминать, у какой по счету сосны свернуть? К тому же добираться до Инарты и сдавать меня с рук на руки, у тебя времени нет.
   -Почему? До новолуния еще три недели, я вполне...
   -Не новолуние. - Он покачал головой. - Я слышал их разговоры, пока меня тащили. Следующий ритуал будет в полнолуние. Один говорил, что нужно будет найти жертву подальше, потому что в Тавере уже пошли подозрения, а другой ответил, что все равно осталось немного, так что можно уже не осторожничать. Мол, уйдут потом, и пусть горожане ищут, сколько влезет. И ты еще повредила им алтарь.
   Вампир вздохнул и продолжил свои измышления:
   -Если у них какие-то сроки, значит, теперь они будут спешить, чтобы все успеть к нужному моменту. Может статься так, что и жертву украдут заранее. И если ты не успеешь, то упустишь их. А в чем цель их работы, наверное, лучше вообще не знать.
   -Не нравится мне эта идея. - Честно призналась я.
   -Но это логичная идея. Или у тебя есть другие предложения?
   -Не знаю пока. - Я поболтала ложкой остатки ужина, потеряв аппетит, и отставила чашку.
   -А что, не нравится, когда решение принимает кто-то другой? - прищурился вампир. Я недоуменно подняла глаза.
   -А при чем тут решение?
   -Ну, ты до этого так хорошо все продумала, настроилась, а тут раз, и оказывается, что нужно пересмотреть планы. И ты тут же скисла.
   Я едва удержалась от того, чтобы швырнуть в него ложкой.
   -У тебя с самого детства был талант моментально портить окружающим настроение, или ты специально тренировался?
   -А ты на вопрос не ответила.
   -А я не отвечаю на детские подначки! - буркнула я, плюхнулась под плащ, заменявший мне одеяло, и накрылась им до ушей.
  
   ***
  Варлак.
  Нечисть. Степень опасности - 4, разумность - 4.
  Место обитания: распространен повсеместно.
  Встречается редко.
  Происходит от волкулака: появляется в потомстве. (Пометка на полях: варлаки рождаются далеко не всегда, потому встречаются гораздо реже своих сородичей)
  Пополнение популяции возможно только естественным способом. Укус не заразен.
  Как и волкулак, это - низшая форма оборотня, которая имеет два облика. Обращается по желанию. Не зависит от лунных фаз и времени суток.
  Образ жизни преимущественно ночной.
  Свободно говорит и понимает человеческую речь, легко приобретает социальные навыки и маскируется под человека; зачастую так и делает.
  В человечьем облике его можно узнать по повадкам перевертыша: может принюхиваться, как собака, отлично видит в темноте.
  В питании отдает предпочтение человеческому мясу.
  Оружие: клыки. Охотничьи повадки: как таковые отсутствуют. Варлак действует по ситуации, может напасть и из засады, и открыто.
  Уязвимость: горло и живот.
  К магии абсолютно невосприимчив. Может чувствовать ее проявления на большом расстоянии.
  Бестиарий, Глава первая. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
  
   ***
   Отступление.
  Огонь почти угас, и только переливался оранжевым на углях, но даже в таком слабом свете он уже хорошо видел. Он с каждым днем все лучше и лучше видел в темноте.
   Вампир не спал. Подождав, пока уснет спутница, он тихо сел, подтянул к себе колени, и с тех пор сидел неподвижно, глядя на нее со странным выражением лица. Если бы она не спала, то не смогла бы понять, о чем он думает. Ну не жалеет же ее, в самом деле...
   Вампира мучили мысли.
   Рядом крикнула какая-то ночная птица, заставив его от неожиданности вздрогнуть. Оглянувшись, он снова бросил на охотницу взгляд, на этот раз близкий к раздражению. Встал, зачем-то двинулся к берегу речки, которую слышал неподалеку, но почти сразу горло стиснул спазм, а внутренности скрутило невидимой рукой. Такие же невидимые руки вцепились ему в руки и ноги.
   Скрипнув зубами, он потер запястья, пытаясь убрать с них ощущение призрачных пут, и остался стоять на месте, сжимая и разжимая кулаки от бессилия. И как это он мог забыть о сетях? Даже когда она спит, не слабнут.
   Упрямо поиграв желваками на щеках, вампир обошел поляну кругом, и заметил, что с другой стороны от нее заклинание держит его не так сильно. От чего это зависело, он не понял, но уже не было похоже на поводок, привязанный к колышку. Скорее на пятно, и покинуть его границы пока невозможно.
   Нужно выяснить эти границы.
  На этот раз крутило гораздо слабее, и несмотря на неприятные ощущения, он смог отдалиться почти на десять-двенадцать саженей. И с каждым шагом казалось, что если прошел так много, то пройдет и больше... Пока, наконец, не замер, словно налетел на стену, схватившись за горло. Как будто уже не невидимые руки, а удавка, которая с каждой секундой затягивается.
   Выругавшись, он упрямо качнулся вперед, сделал еще шаг, еще... Ну, еще немного и эта веревка порвется, ну же, ну!?
   Ему начало застилать глаза пеленой от бессильной ярости, и вот он, почти не помня себя, зашипел, упал на колени на следующем шаге, и рванулся вперед ползком с таким трудом, словно лез вверх по отвесной стене. Цепляясь пальцами за траву, впиваясь в землю, хрипя от удушья - он до последнего верил, что сможет освободиться, но настал момент, когда терпеть стало невозможно. Не было больше воздуха, не было сил даже протянуть вперед руку, и как бы надолго он ни умел задерживать дыхание, дальше двинуться не мог.
   Он ненавидел тот момент, когда сломался и рванулся назад, отталкиваясь от земли. Стоило оказаться буквально на пару шагов ближе к поляне, как удавка ослабла, и вампир смог дышать - пусть и по-прежнему словно придавленный мешком с камнями.
   Так просто он не сдастся!
   Он снова рванулся вперед, словно надеялся, что сети могут упустить его, потеряв бдительность, как сторожевой пес. И когда понял, что все равно не прорвется, зарычал от злости и продолжил на одном упрямстве бросаться вперед на невидимый барьер, еще раз и еще. И с каждым разом казалось, что по пяди, понемногу, расстояние увеличивается, и это придавало новых сил. Еще раз! Еще немного, и он сможет освободиться! Он даже счет потерял своим попыткам. А когда пришел в себя, то понял, что стоит на том же месте, где и в первый раз, хватаясь за шею, а в темноте перед ним, на суку сидит ведьмин ястреб.
   -Ничего не получится. Даже пытаться не стоило.
   Он и сам уже понял, что все бесполезно, но птица была неправа - попытаться определенно стоило. Хотя бы для того, чтобы быть уверенным, что выбора у него нет.
   Отшатнулся, упал на спину, отталкиваясь ногами, отполз подальше и снова задышал, приходя в себя. Голова кружилась, мутило, а хуже всего было от осознания собственного бессилия.
   Подождав, пока он встанет на ноги, странный ястребщелкнул клювом и снова подал голос - не громкий и ясный, а шелестящий, глухой, слышимый не ушами, а прямо в голове.
   -Если тебе так важно сбежать, то почему сам предложил показать ей дорогу? Ведь не она заставила - сам вызвался.
   -Тебе еще раз повторить, как плохо елочки подходят на роль ориентира, или сам вспомнишь? - отозвался вампир хрипящим голосом и прокашлялся.
   -Хочешь сказать, елочки вынудили? Допустим. Почему тогда не бросаешь попыток уйти? То доводишь ее, то сам силишься сбежать?
   -Пошел ты! - прошипел вампир и развернулся обратно к поляне. Сделал несколько шагов - впереди уже показался костер - но не выдержал, остановился, схватившись за ближайшее деревце, чтобы не упасть.
  Он не слышал никаких звуков, но когда выпрямился, ястреб сидел прямо перед ним, на суку соседнего деревца. И смотрел, не мигая.
   -Ты не все ей рассказал. Ты что-то явно скрыл... Уверен, это что-то было бы ей интересно.
   Рен не отвечал, пытаясь продышаться, но по тому, как он напрягся, несложно было понять, что дух прав. Тот и продолжал прощупывать почву.
   -В чем же дело? Ты на самом деле не хочешь идти к пещере, хотя говорил совсем другое. Тебе нужно в другое место? Кому-то в другом месте нужна твоя помощь? Не сомневаюсь, это важно, раз ты так рвешься.
  -Это не твое дело! - огрызнулся вампир, наконец-то выпрямившись, и медленно побрел обратно к поляне.
   -Я умею видеть в чужих душах.
   -Ни черта ты не видишь - с досадой отрезал Лаурен, проходя мимо странной, надоедливой, и слишком умной птицы.
  
  
  
  Глава 4.
  
   Я стою и смотрю на свои руки, которые опутали черные нити, как птицу силки. Пытаюсь выворачивать ладони, выгибать пальцы, снимая с них петли, а они только стягиваются, захлестывают, срастаются между собой.
   Что же это вообще такое? Не воспоминания. Не прошлое...
   И тут меня словно толкнуло в грудь, и спиной я провалилась в темную воду.
   Прошлого хотела? Получай.
  ...Я с воплем на вдохе выгибаюсь в судороге и впиваюсь пальцами в сырую землю. Земля застряла в моих волосах, которые я лихорадочно пытаюсь убрать с лица. На руке горит охотничья метка - в прямом смысле горит, светится и жжет кожу.
   Меня все еще трясет. Я не знаю почему, но тело все никак не может успокоиться. Я вообще ничего не знаю - где я, что я, когда я...
   Я долго пытаюсь встать, пытаюсь вспомнить, как должны шевелиться ноги. Хватаюсь за ствол тонкой березки, судорожно хватаю ртом воздух, кашляю. Долго иду в темноте, путаясь в собственных ногах, запинаюсь, падаю, кричу от бессилия и страха, а вдалеке мне вторит чей-то вой.
   Путь приводит к городским воротам, и пока я иду, эмоции угасают. Тело движется как ведомое чужой волей. Это не я наколдовала себе морок плаща, не я показываю метку стражам, не я стучусь в двери таверны и чеканю в смотровое окошко: 'Требуется помощь человека ордена'.
   Меня провожают к комнате, отдают тяжелую сумку и вещи. 'Нужно еще что-нибудь?'
   Кто-то вместо меня, слишком пустой, бесстрастный, отмахивается.
   'Оставьте'.
   Это словно не я, смыв с себя грязь в комнате наверху, облачаюсь, готовлю оружие, потому что собираюсь немедленно идти мстить. Это не могу быть я... Но когда этот кто-то поворачивается к двери, он понимает, что силы закончились. Даже идти больно. И это не я с трудом заползаю под одеяло. Зато именно я просыпаюсь наутро от крика петуха...
  
   ...Вскочив, схватила кинжал, но спросонья промахнулась и порезалась о лезвие, от чего экспрессивно выругалась в темноту. Вздрогнул и открыл глаза Рен, прикорнувший с другой стороны костра на моем одеяле.
   -Это что, месть!? - Он раздраженно сел. - Специально ждала, пока усну?
   Рядом, за деревьями раздавался какой-то визг, и странно, что он вообще смог заснуть под такое музыкальное сопровождение. Я проморгалась, привыкая глазами к слабому, неясному освещению от почти угасшего костра.
   -В смысле, какая месть?
   -Слыхал я о норове ведьм, и что с возрастом они становятся хуже. Или ты поговорить хотела, и не могла придумать повода поумнее?
   -Да плевать я на тебя хотела, сам подскочил! - возмутилась я. - Тоже мне, нежная барышня!
   -Иди тогда к черту со своими воплями, и дай мне хотя бы немного поспать! - и отвернулся, укладываясь обратно.
   -Смотри, как бы тебе вообще не проснуться - зловеще прошипела я. Он передернул плечами.
   -Замечательно! Хоть на том свете отдохну.
   -Да ты... - я оборвала себя на полуслове и обернулась.
   А почему это визг стих?
   Рен тоже насторожился, поднялся, не отрывая взгляда от зарослей. Я чуть позже, чем он, услышала довольное чавканье. Судя по всему, кого-то там все-таки догнали.
   -Что это? - спросила я вслух у ястреба.
   -Твои клиенты! - По ту сторону костра отозвалась иная форма жизни, донельзя мерзким тоном. - Иди посмотри, чего там, авось тебя сразу же и схарчат.
   Я ткнула в него пальцем, хотя он не смотрел в мою сторону, а снова улегся затылком к костру.
   -Пять лет! Ты потом просидишь здесь пять лет, не забывай!
   Он натянул на голову уголок одеяла, прикрывая уши, и уже в полусне, про себя, раздраженно пробормотал что-то на шалийском наречии.
   Шалия? Так что, все-таки были в роду пустынники?
   Хотя, какая разница. Хоть кикиморы!
   Я последовала его примеру, отворачиваясь и бормоча себе под нос, как
  же мне осточертел этот лес, и как я хочу обратно в город, к цивилизации и спокойствию.
  
  
   ***
  ...-Как же мне осточертел этот город... Как же я хочу куда-нибудь в лес, к тишине и спокойствию!
   -Поближе к комарам, клещам и диким змеям? - Иронично вопрошает молодой человек, расположившийся за соседним столом, боком к окну. В отличие от меня, сгорбившейся над бумагами, он откинулся на спинку стула и закинул ноги на стол. Видите ли он до того устал, что не может разбирать корявки молодых дежурных стражей. А я можно подумать, после слежки длиной в сутки, не устала!
   -К нечисти. - Мрачно поясняю я. - К привычной понятной, и считай уже родной нечисти, по которой сразу видно, что она - это она, и бить нужно именно ее. А вместо этого сиди здесь, прирастай к стулу, разбирайся в этом клубке и думай, выясняй, кто плохой, кто хороший, а кто ни то и ни это, просто мимо проходил!
   Я подпираю кулаком подбородок и тоскливо гляжу в окно, за которым мелькает и бурлит разношерстная толпа - окна управления городской стражи выходили прямо на центральную городскую площадь.
   -Тем более, уже давно не тальник. - Добавляю я задумчиво. - Можно с комфортом ночевать прямо в лесу, а не рыскать в поисках избушек лесников. Кстати, а какое сегодня хотя бы число!?
   -Сейчас первый день зарника.
   -Вот, я даже счет времени потеряла! - Я с тоскливым стоном утыкаюсь головой в стопку отчетов.
   -Так ты девятый ранг никогда не получишь - укоряет меня Виктор. - Простой путь, как правило, неверный. Обычную нежить и бить проще. Ее и ученики легко гоняют. А самый интерес как раз в сложности. Того же зубаря найти проще простого, а ты попробуй разыщи в городе замаскированную шайку вурдалаков, или как у нас, демонопоклонников!
   -Вот и искал бы, а не втягивал в это кодло простодушную меня! - Бурчу я, перелистывая страницу, исписанную убористым почерком. Экономят они эту бумагу, что ли...
   -А вы, женщины, более усидчивы - спокойно парирует охотник. - И внимательны к мелким деталям. Это известный факт. И если бы не ты, я бы не додумался, что в ритуале был использован порошок из корня ирмета. С обонянием у вас тоже как-то получше.
   -Не расхваливай, не куплюсь! - Огрызаюсь я вяло, но лесть все равно сработала. Становится как-то даже приятнее работать. Вот ведь зараза, как он хорошо меня знает!
   -Но знание того, что один из них настоящий колдун, пока ничего не дало. - Вздыхает он и морщится, потирая виски. - Второй уровень как минимум у одного, но я думаю, что их таких должно быть двое. Следы настоящей, а не заемной силы, слишком отчетливо чувствуются. И к сожалению, они в курсе, что я здесь, а тебя в лицо еще не знают.
   -Как ты говорил, легкий путь чаще всего неверный? Колдовали бы себе, наращивали резерв естественным путем, и лет через шесть дотянули бы по уровню силы до третьего ранга. Но нет, сила им нужна именно здесь и сейчас. И ничего умнее эти энтузиасты не придумали, чем призвать хаос.
   В дверях появляется молодой стражник:
   -Госпожа Хельдин, а вы еще не убирали мой рапорт? Я тут вспомнил, там бы дописать кое-чего...
   Я, не отводя взгляда от изучаемого отчета, протягиваю руку к краю стола, беру скомканный шарик дешевой бумаги. Подтягиваю его к себе и начинаю медленно разворачивать. Он до последнего не понимает, что это и есть тот самый рапорт, который он писал весь вчерашний вечер.
   -А... а чего вы сделали?
   -Там нужно не 'кой-чего дописать', а переписать его весь. Место происшествия - подворотня, на которую выходят окна двух домов на несколько семей, и у тебя только один свидетель!?
   -Так спали же все, госпожа Хельдин!
   -Спали поголовно, беспробудно, включая бдительных старушенций, которые круглую ночь, аки псы, бдят у окна едва ли не с подзорными трубами?
   -Да что нам, этих сплетниц опрашивать!? Они ж навертят с три короба, такого наплетут про весь дом, что волосы дыбом встанут!
   -Ваше дело - сурово отзывается Виктор из угла - выслушивать всех, кто хоть краем глаза мог видеть подозреваемых. И пусть они хоть всю улицу выставят упыриным кодлом, вы должны найти самого подозрительного упыря. Или вы старушке принципиально не поверите, даже если она увидит, как ее сосед тащит окровавленный труп по коридору?
   -Ну, труп-то это другое...
   В разговор включается второй страж, начав еще в коридоре:
   -Мы лучше знаем эту работу, знаем местных, кому можно верить, а кому нет, и методы у нас уже налажены свои!
   Я поднимаю голову.
   -Тогда как же так получается, что мы вынуждены говорить вам, что делать?
   Возмущенное лицо старшего стража явно говорит о том, что вместо моих слов он услышал что-то вроде: 'Заткнитесь и слушайте нас, заезжих молодых выскочек, потому что мы умнее!' Но почему-то молчит. Наверное, подавился. Зато воодушевляется первый, почуяв за спиной поддержку.
   -В отличие от ордена, у нас еще почти тридцать дел, из них восемь - убийства с грабежами, и нужно расследовать их все, а не только то, которое вам показалось интересным! А у нас и без того людей мало, и времени. - Добавляет он уже тише, поняв, что мы можем интерпретировать его слова как попытку обвинить орден в злоупотреблении полномочиями. Если захотим.
   -Ладно! - Я вскидываю ладони. - Я ни разу не говорила, что вы должны забросить все свои дела и носиться только с нами, помогая с расследованием и заваривая чай. Но и добросовестного отношения к этому делу тоже терять не надо. Как сказал ваш товарищ, вы здесь работаете долго, в курсе местных реалий, и без вас нам придется гораздо сложнее. Поэтому мы ждем качественной помощи - окажите ее нам. Не зря же вас так хвалило начальство.
   Осторожная лесть, даже не лесть, а похвала, иногда творит чудеса. Оба стража слегка расправляют плечи.
   -И поэтому, чтобы не загружать вас, я схожу на опрос свидетеля сама. - Я встаю из-за стола и с плохо скрываемым наслаждением разминаю шею. - Разогнать кровь точно не помешает, а то я скоро к этому стулу прирасту. А вы пока обновите рапорт. Надеюсь, все-таки выяснится что-нибудь новое.
   'И ты оставишь меня с этими бумажками одного!? А могла бы позвать с собой, хотя бы для моральной поддержки, предательница!!' - так и читается на лице Виктора. Но охотник решает не терять достоинства, выпрыгивая в окно, чтобы добраться до свидетеля раньше меня, а со вздохом опускает ноги со стола и подтягивает к себе стопу нечитанных отчетов.
   Драгоценный свидетель же, пойманный мной у порога таверны, где он снимал жилье, как-то мнется и тянет с ответами, словно за несколько часов потерял желание сотрудничать.
   Ну, понятно. Говорить на улице о том, что ты ночевал у чужой жены, и во время перекура на балконе увидел, что под ее окнами зарезали человека - наверное, неудобно. Так что я позволяю ему войти внутрь, и провожу до самой комнаты, чтобы поговорить в просит, и не напрягающей свидетеля обстановке. Но на пороге он опять мнется и попросил дать ему минутку, чтобы быстро убрать кое-что, потому что вещей у него там много, а в таком беспорядке говорить с девушкой как-то... неудобно.
   Пропустив краснеющего юношу внутрь, я в ожидании прислоняюсь к стене у двери и задумчиво смотрю на свои ногти. Потом вздыхаю, оттягивая вырез рубашки. Чертова жара. А ведь казалось бы, недавно пронесся сезон дождей, вместе с которыми должен был прийти холод. Хотя бы прохлада, нет? Но солнце припекает так, что сейчас, стоя в коридоре, я могу слышать, как на крыше потрескивает черепица. Не спасает ни расстегнутый ворот, ни убранные на затылке волосы. И обмахнуться нечем...
   С легким скрипом открывается соседняя дверь. В коридор выходит другой задумчивый человек. Я отмечаю про себя, что видела его внизу, входящим внутрь, когда задержала на пороге свидетеля. Чем-то он мне глянулся.
   Увидев меня, он останавливается и с интересом склоняет голову.
   -К Оливеру, что ли?
   -К нему - киваю я. Да, тот взгляд мельком меня не подвел. Симпатичный парень, глазастый такой, с живым лицом. Такие как раз вызывают меньше всего подозрений. А может, я вообще на нашего колдуна-демонопоклонника смотрю!?
   Взгляд у меня, наверное, становится каким-то странным, потому что он слегка теряется и застывает на пороге, не закрыв дверей.
   -Не думал, что у него днем бывают такие гости...
   -Какие?
   Но он озвучивает, а рассмотрев мое снаряжение подробней, отмахивается рукой.
   -Не то подумал. Водит он тут всяких дамочек. Но ты на них совсем не похожа. Наемница?
   Метка скрыта рукавом, не закатанным до конца, да еще и руки сложены за спиной, так что я не спорю.
   -Можно и так сказать. А с кем я сейчас разговариваю?
   -Я местный музыкант. - Парень обаятельно улыбается. - Живу здесь почти на постоянной основе, вот и знаю местных постояльцев. Только тебя здесь ни разу не видел.
   Я оглядываюсь на дверь. Долго он там...
   -И Оливера знаешь?
   -Да не очень - он с пренебрежением косится на дверь и пожимает плечами. - Этот фокусник не так давно сюда переехал, даже обжиться толком не успел. Из вещей - сундучок для работы, да то, что на нем. Весь заработок пускает на этих... Дамочек.
   Твою мать.
   Я бросаю в него напряженный взгляд.
   -Куда выходит черный ход?
   Он недоуменно хмурится, ступает в сторону, указывая подбородком на окно у себя в комнате.
   -Вроде бы там...
   Я проскакиваю мимо, ворвавшись внутрь без спроса, и подбежав к окну, распахиваю ставни. Забираюсь с ногами на подоконник и на миг застываю. Оливер как раз пробегает подо мной, ближе к стене, но обрушиваться сверху, ломая шею, на мой взгляд, не подходит к ситуации. Так что я жду и спрыгиваю уже за его спиной.
   Приземление со второго этажа трудно сделать бесшумным. Свидетель оборачивается, увидев, как я выпрямляюсь, и припускает по переулку так, словно я обернулась скальной химерой.
   Я и с места не сдвигаюсь. Только быстро отстегиваю с пояса самострел, вскидываю руку и замираю, ведя кончиком стрелки следом. Спокойный выдох...
   Щелчок и вскрик - человек припадает на левую ногу и припадает на колено. Я сдвигаюсь с места, и тут сверху окликают:
   -Госпожа охотница!
   Из окна выглядывает темноволосый музыкант, и опершись о подоконник локтями беззаботно скрещивает руки, глядя на меня с любопытством и легкой усмешкой - мол, раскусил.
   -Не буду сейчас отвлекать от работы, но приходите как-нибудь на мою игру! Вечером, на центральной площади.
   -Каким вечером? - уточняю я, краем глаза следя, чтобы свидетель от меня под шумок уползал не слишком быстро.
   Он снова улыбается.
   -На этой неделе - любым.
  
   ***
  Гарпия.
  Нечисть. Опасность - 3, разумность - 3.
  Место обитания: распространена повсеместно. Селится в скалах и на высоких многолетних деревьях, где строит гнезда и селится стаями по шесть-десять особей.
  Внешне схожа с птицей, или с вымершим грифоном. Имеет оперенные крылья и тело с хвостом и задними ногами крупной кошки. Передние конечности похожи на руки, светлого цвета, покрытые мельчайшей чешуей. Когти на передних конечностях прочные, темные и массивные. Голова похожа на орлиную, с таким же клювом.
  Оружие: всегда атакует когтями. Так же сбивает с толку громкими криками, налетая норовит сбить с ног крыльями и схватить передними лапами. Гарпии охотятся всей стаей. Могут согласовывать свои действия. Атакуют до тех пор, пока не смогут схватить добычу, или пока не получат отпор. Отступают сразу все вместе, по сигналу одной из особей.
  Уязвимость: крылья и живот.
  К магии восприимчива.
  Бестиарий, Глава первая. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
  
   ***
   За завтраком я постоянно посматривала на Рена, пытаясь отыскать в нем что-нибудь от человека, с которым виделась в прошлой жизни. Не только черты лица неуловимо изменились после обращения, но и что-то еще в нем самом. Да и лицо... Узнать его легко, однако несмотря на то, что превращение в вампира должно делать внешность более привлекательной, я бы не сказала, что этот субъект изменился к лучшему. Может, что-то в нем есть, но по-моему, с этими улучшениями пропало обаяние, которое мне тогда запомнилось.
   -Что? - недовольно обернулся вампир, почуяв мое внимание. Похоже, с утра он вспомнил, что терпеть меня не может, и надо держаться именно такой линии поведения.
   -Начала тебя вспоминать. - Отозвалась я. - У меня тогда расследование было?
   -Похоже на то. - Неприветливо буркнул он, снова отвернувшись к деревьям.
   -А куда девалась твоя скрипка?
   -Забрали эти сатанисты... А какая вообще тебе разница!? - Окрысился вампир, да так неожиданно, что я чуть хлеб не уронила. - Выпытываешь да проверяешь!?
   -С чего такая реакция? Обычное любопытство, я ничего плохого не имела в виду.
   -Много слов. - Буркнул он, передернув плечами. Так и захотелось кинуть в него чем-нибудь.
   Да ну его.
   В молчании я собралась, снарядила коня и взяв повод, повела его к выходу на основную тропу, решив пока пройтись пешком. Судя по тихому досадливому возгласу за спиной, упрямство во плоти, принявшее облик музыканта, ждало до последнего пока сети принудительно не потащили его за мной.
   -...как собаку на поводке... - разобрала я среди общего потока. И снова не смогла промолчать:
   -Да что ты бесишься-то все время? Никак гордость покоя не дает? Уже ведь обо всем договорились вчера! К тому же мне от твоего пленения тоже никакого удовольствия. Сколько говорила: это временная, вынужденная мера, и в твоих же интересах!
   -Ну да. В моих. - От его слов так и разило сарказмом. - А еще кто-то выслужиться захотел.
   -То, что я тебя терплю, зачтется мне только на небесах - парировала я. - Ордену до количества пойманных мной диких вампиров нет никакого дела.
   Он догнал-таки меня, и теперь уперся взглядом в затылок.
   -То есть, если бы не это дело с сектой, все равно довела бы меня до самой Инарты? Какая ты у нас бескорыстная. А вампирий клан совсем ничегошеньки не заплатит тебе за меня? Ведь оставь ты меня на свободе, я основательно подпорчу кровопийцам репутацию!
   -С чего это они обязаны мне платить? К тому же все деньги государства не стоят таких испытаний.
   -Ну так и сбросила бы под опеку первому же колдуну!
   -Принципы не дали бы.
   -Принципы! -Фыркнул он. - Какие принципы? Чем ты отличаешься от обычной наемницы?
   -Рукав закатать?
   -Вот-вот. Пока не видно знака, и не отличить.
   Я, прожевавшая эти сравнения и попытки упрека еще в той жизни, не спешила выходить из себя. Но он продолжал и продолжал меня удивлять. Я обернулась и столкнулась с недружелюбным взглядом. Впрочем, он почти сразу отвел глаза.
   Посчитав, что с утра ноги размяла достаточно, я забралась в седло. Сбоку снова прилетело:
   -Что? Молчание - знак согласия?
   Я обернулась снова - он постепенно поравнялся со мной. Посмотрела на него, словно пытаясь понять, с кем я вообще сейчас делю дорогу. Куда подевался тот музыкант, которого я встретила в Риласе?
   -Дать тебе успокоительного? А то ты сейчас так сам себя доведешь, что лопнешь.
   Он только закатил глаза с выражением лица 'все с тобой понятно'.
   -Ты связала меня и теперь за меня решаешь, что будет лучше. Твое право. К тому же тебе нужна моя помощь. Но у меня тоже есть право - мне все это может не нравиться. Я не обязан прыгать от счастья в виде тебя, которое на меня свалилось.
   -Ты раньше таким совсем не был, откуда эти мрачность и язвительность? - не выдержала я.
   -А у меня плохое настроение.
   Я непонятно отчего почувствовала себя не то обиженной, не то обманутой.
   -Ты сейчас все время такой.
   -У меня все время плохое настроение! - огрызнулся он.
   -И почему это?
   -А много поводов для радости?
   Я покосилась на него.
   -Ты это из-за музыки? Да не переживай, никуда твоя скрипка не денется. Ну, то есть, купишь новую. Или отнимем у них твою. И продолжишь играть. Даже лучше, чем раньше!
   Он прищурился, выпятив подбородок.
   -Ты что, хочешь сказать, что вампиры могут играть лучше людей!?
   -Эй, эй, не надо искать в моих словах смысл, которого нет! - я шутливо подняла ладони. - Я имела в виду, что у вампиров лучше и быстрее реакции, и двигаться они тоже могут стремительно. Ты это уже доказывал. Так что будешь играть просто те быстрые мелодии, которые раньше не мог освоить.
   -Я и так был хорошим скрипачом. - Едко ответил он. - Осталось очень мало того, что я не мог освоить.
   -Вот, а теперь и вовсе не будет. Видишь, сколько плюсов от твоего нового состояния? Когда-нибудь они перевесят минусы.
   -Ну, давай подсчитаем, сколько уже накопилось плюсов. - Он демонстративно поднял ладонь и начал загибать пальцы. - Умение быстро играть. Один.
   -Ты смог перегрызть свои веревки и сбежать от темных жрецов.
   -Ага, конечно... Один с половиной.
   -Почему с половиной, а не два?
   Вампир прищурился.
   -Мне почему-то кажется, что играть доведется гораздо чаще, чем грызть веревки.
   -Ладно. Ну... Ты сможешь отбиться от нападения?
   -До обращения на меня и не нападали!
   -А, да. Вспомнила. Неприкосновенность менестрелей и музыкантов. Очень удобная, кстати, для вас примета. Не удивлюсь, если изначально этот слух пустили вы сами.
   -Так же как вы пустили слух о себе?
   -Какой еще слух?
   -О-о, и не один. То, что помогать вам, значит помогать свету. Невероятно удобно! А вас потом бесплатно кормят, пускают в свои дома и делают скидки на нужные вам товары. Почему бы так и не жить?
   Я посмотрела на него внимательней.
   -Кто-то из охотников когда-то тебе насолил? Откуда такой взрыв эмоций?
   -Пока - только ты!
   -Ну да, вести к своим это великий вред.
   -Они мне не свои!
   -Это по привычке. Пройдет скоро.
   Он замер, будто я его ударила, а потом опустил взгляд, и дальше шел молча. Плохо. Никак не привыкну к тому, что он сейчас в первую очередь человек.
   Некоторое время так и шли в тишине. Но мне с каждым шагом становилось все более и более неловко. К тому же разговор остался незаконченным. Так что я все-таки подала голос первой:
   -И все-таки, откуда эта враждебность к охотникам?
   -Да не к охотникам. - Он устало махнул рукой, уже без прежнего запала. - Так, к ордену в целом. Просто я редко сталкивался с охотниками, и только пару раз за всю жизнь видел их помощь. И помощь была за плату. А на вас вдобавок идет приличная часть государственных налогов, и содержит вас каждое государство. Ведь попробуй заяви, что не намерен кормить орден, сразу станешь противником света. Даже эльфы вам выплачивают свою долю! О вампирах и оборотнях вообще молчу. Пока орден за них ручается, это гарантия их безопасности. Получается, что ни у кого нет иного выбора, кроме как содействовать охотникам.
   Я мрачно фыркнула.
   -Думаешь, мы получаем целое состояние и проматываем его в кабаках? Ну так и шел бы в охотники. Золотая ведь жизнь! А если бы пришел, то узнал бы, что содержание трех крепостей и десятков постов вылетает в очень круглую медечку. И ведь нужно лучшее оружие, запасы качественных зелий и амулетов, снаряжение, пропитание, да еще выплаты помощникам ордена, потому что за простое 'спасибо за помощь свету' работать мало кто захочет. Или думаешь, что охотники смогут так же работать с ржавым оружием и в дырявых сапогах? Много мы тогда навоюем...
   Я покачала головой и продолжила.
   -И даже с учетом помощи не всегда хватает. Ты не мог не слышать, что плата охотнику за работу сугубо добровольная, и если у человека нет средств, но необходима помощь, ее оказывают без платы. И знал бы ты, сколько щекастых морд прикидываются обездоленными сиротинушками без медьки в кармане! У кого-то хотя бы хватает совести потом накормить. Но таких добрых людей гораздо меньше, чем хотелось бы. А ты потом клянчи у доверенных ордена себе на покушать, на дешевый ночлег, одежду взамен изодранной, зелье для заживления, и обезболивающее!
   Теперь вампир удивленно посмотрел на меня.
   -Я смотрю, у тебя тоже нагорело?
   Я выдохнула и сбавила тон.
   -Да не так чтобы уж слишком. В общем, не жалуюсь. Сама такую жизнь выбирала. Пока мне на еду вполне хватает, и на сапоги тоже. А зелье и сама сварю.
   Вампир помолчал, продолжая молча смотреть вниз, словно считал шаги.
   -А ведь меня столько раз пытались доить стражники, называя это законными налогами. И попрекали именно тем, что я, недобрый человек, не хочу помогать ордену, на который идет, как они говорили, почти весь налог.
   -Ага, как же. Весь...
   Я повернулась к нему.
   -Тогда давай без обид?
   -Никаких обид - отозвался Рен, задумчиво глядя вдаль.
  
  
   ***
   К вечеру мы, наконец, добрались до жилья. Правда, не до города, и даже не до полноценной деревни, так - две улочки, крест-накрест, и десяток домиков, утопающих в фруктовых садах. Не удивлюсь, если раньше здесь были только сады, при каком-то князе, а когда хозяина у них не стало, прежние садовники и слуги поспешили обжить уютное местечко, торгуя теперь яблоками, грушами, вишней и прочим.
   Вообще-то изначально я собиралась проехать мимо. Спешилась у колодца, набрала воды, и думала двинуться дальше с тем, чтобы до темноты успеть до следующей деревеньки, размером побольше. А сейчас испытующе смотрела на старосту, строящего мне самые невинные глаза в стране.
   -Так все-таки, какая именно нечисть нападала на скот?
   -Откуда ж нам знать! - Развел он руками. - Волки, вроде как есть волки! Только черные, лохматые какие-то, и слишком для волков умные.
   -И как вы это узнали? - заломила я бровь. Браться за эту работку не хотелось. Но понятия 'хочется' и 'должна' не всегда совпадают.
   -Так это... - он помахал в воздухе руками, силясь подобрать объяснения, и попытался очертить контуры звериной башки; судя по расстоянию между точками, такой ряхе позавидовал бы и взрослый медведь. - Из окон же видели, они через забор перелезали, а как раз луна была, все на виду, а они черные, как угли!
   -Не цвет. Вы сказали, что они слишком умные.
   -А-а, ну так это просто! Мы кругом деревни, ближе к лесу капканов понаставили, и запрятали усердно. И дома заговором защитили как следует, и деревня кругом обнесена, как полагается, а они нашли лазейку к окольным гусятникам, и перебили за две ночи всю птицу!..
   Левую дорогу перешли смеющиеся над чем-то девчонки, скорее всего, сестры, подгоняющие хворостинками стаю упитанных белых гусей.
   -...эдак скоро и до другой половины доберутся, зимой есть нечего будет! - Нашелся староста. - И так уже думаем, пояса затянуть придется всей деревней. Помогите, госпожа охотница! Кроме вас нет надежды ни на кого.
   Конечно, кто ж еще в такое сунется?
   Усердно прибедняющийся староста не сразу 'признался' что денег на всю деревню - два ломаных гроша - потому что торговля еще не началась, да и торговать-то тут нечем будет. Но я и так это поняла, еще до его: 'Тут еще такое дело, вы только обиды не держите...'. Не в первый раз слышу.
   Зато хоть ночлег он нам быстро нашел. Это был домик пожилой вдовы с самого краю, хозяйка которого не против гостей. Старушке в принципе ни до кого не было дела, лишь бы не мешали спать и не шастали по ее части дома. Я разместила в ее горнице свои вещи и еще раз проверила плечо, не желая идти на дело, благоухая на весь лес свежей кровью. Однако рана благодаря зелью затянулась, а знахарская нить, которой я ее зашила, уже начала растворяться.
   После проверки, ободренная, споро собрала необходимое оружие, уже без подсказок ястреба.
   Тут правда, оказалось, что вампир моих взглядов не разделяет. Нет, против помощи бедным селянам он ничего не имел, но уперся рогом, что пойдет со мной.
   -Да ты же сама говорила, что не ничего помнишь! Ни как драться, ни как отбиваться от них, даже колдовать толком не можешь! И куда лезешь, еще раз хочешь умереть!? - возмущался он в ответ на мои возражения.
   -Если буду сидеть сложа руки, то ничео и не вспомню! Под лежачий камень и вода не течет - отбила я, на что немедленно получила:
   -А кровь как, потечет?
   -Ой, хватит тучи нагонять! А то с собой не возьму.
   -Давай-давай, угрожай сама себе, что лишишься единственной поддержки!
   -Ты же говорил, у тебя нет воинского опыта! - возмущенно вскинулась я.
   -Зато сил побольше будет!
   Я фыркнула, тем самым подсказывая, что не так давно даже я, без своего опыта, его скрутила. Он задрал подбородок, явно напоминая, каких усилий мне это тогда стоило.
  
   ***
  Химера лесная.
  Зверь. Степень опасности - 5. Разумность - 2.
  (Пометка на полях: 'Имеется слух, что некогда стая химер напала на молодого дракона, повредилаему крылья, и в итоге сожрала.' Вторая пометка, ниже: 'В стае было не меньше пятнадцати взрослых особей, к концу схватки в живых осталось шесть. Случай достоверный, однако является беспрецедентным.')
  Обитает на северных границах, в Синем и Энелайском лесу. (Пометка на полях: 'Информация сомнительная; эти твари легко мигрируют, и отлично себя чувствуют как на севере, так и на юге')
  В холке может достигать человеческого роста. Поджарая, мех средней длины и густой, подшерсток разного окраса от рыжего до сероватого. В шерсти по всему телу прячутся шипы, больше всего их на загривке и шее для защиты. Морда массивная, похожа на волчью, лапы длинные, мускулистые. Может втягивать и выпускать когти. Хорошо прыгает. Длинный хвост без шерсти, с короткими шипами.
  Ест любое мясо, но не трогает своих сородичей и почему-то собак с волками. (Пометка на полях: 'Повод отнести химеру к семейству псовых...'
  Пометка ниже: 'Может быть, но сюда мягко говоря, не вписывается способность втягивать когти, к тому же у других подвидов химеры строение тела более близко к кошачьему')
  Оружие - когти, чаще зубы.
  Укус молодой химеры ядовит; вызывает частичный паралич. При больших количествах смертелен. Химера может бить противника хвостом как бичом, но делает это редко. Охотятся стаей, разбиваются по ролям.
  Уязвимое место: живот. К магии восприимчива.
  Бестиарий, Глава вторая. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
   ***
   Под волчьи завывания где-то за дальними холмами, по ночному лесу хрустелось как-то особенно бодренько. Особенно если учитывать то, что среди следов обычных волкулаков выделялся один варлак. И если с его приятелями я справлюсь так же, как со стрыгами, то с ним самим придется повозиться.
   -У тебя вообще нет никаких страхов? - подозрительно спросил вампир, топая слева и чуть позади.
   Я то и дело склонялась к земле, проверяя след трех крупных особей. Пока он уводил строго на северо-восток, значит, следы они не запутывали, шли прямо и уверенно.
   -А ты все ждешь, пока я завизжу и полезу на дерево, как твои прежние знакомые? - Откликнулась я, демонстративно поправляя кинжал на бедре.
   -Да они не... откуда ты там знаешь, с кем я общался? - сморщился он. - И при чем тут мои ожидания? Я просто не пойму, как из обычных людей, которые наверняка ведь не лишены нормальных эмоций, делают вас.
   -А что с нами не так?
   -Сколько слышал об охотниках - правда, наверняка из того что слышал, нужно отнять половину, а потом снова разделить и отнять половину - никогда они не боятся и не брезгуют самыми мерзкими заданиями. Лезут на помойку, где завелось упыриное гнездо, по колено в грязи ждут в засаде на кладбище зубаря - часами! По дождем ли, в мороз - неважно, если надо, значит надо. Ну, ладно, ладно. - Он вскинул руки, показывая, что это не вопросы, и уж точно не в обиду мне, а скорее размышления. - Это, может быть, ваше чувство долга, воспитание. Но страх! Куда вы его деваете? Я думал, вы пьете какие-то зелья, которые притупляют эмоции, но за тобой такого не заметил. И как же тебе удается так отличиться от моих, скажем так, прежних знакомых? Тебе ведь придется очень туго с этим варлаком?
   Я задумалась. Рассуждал он слегка сумбурно, но в принципе, суть указал верно. Я и сама когда-то задавалась похожими вопросами.
   -Это правда, что говорят о вашем обучении? - Добавил он чуть тише. - Вас запирают в склепе, или в подвале с чудовищем, на ночь. Выпускают лишь наутро, и только если нечисть будет убита. И после этого вы уже не боитесь ничего. Я думал, это слишком жестоко...
   -Не помню такого. - Я отвела волосы с лица и остановилась, поправляя косу и затягивая так, чтобы не мешала. - И не потому что недавно переродилась, а потому что этого не могло быть. Если так учить, то на всю жизнь с человеком останется тот страх, который он испытает. Это может сделать его слабым. Особенно если потом он снова встретит ту же самую нечисть. Вытравить это из себя будет очень трудно. Нет.
   Я покачала головой, бросая на него взгляд через плечо. Рен слушал внимательно, ему явно было интересно узнавать все от непосредственного участника, а не через слухи.
   -У нашего обучения совсем другие принципы. Нас не заставляют преодолевать свой страх, а учат тому, что он только помеха. Нечисть учат не бояться, а сразу прикидывать, как именно ее можно убить, и как это сделать быстро. Даже не знаю, может, используются еще какие-то методы убеждения, но в итоге на любого монстра охотник смотрит как на задачку той или иной степени сложности. Может ли он вообще ее решить, как это сделать, и как затратить на это минимум усилий. Так что... - я развела руками. - Наверное, я просто отвыкла бояться.
   -По-моему страх темноты вытравить трудно. - Возразил он. - Все дети ее боятся.
   Я подумала.
   -Темнота лишь преграда, и ее легко преодолеть заклинанием или снадобьем. Я с самого обучения боюсь не темноты, а тишины. Когда вообще никаких звуков кроме собственного дыхания. Вот это - да. Это держит меня в напряжении. Тишина ненормальна, подозрительна, и может значить только то, что ко мне подкрадываются.
   -Надо же. То есть, если ты не видишь своего противника, тебя это не волнует?
   -Меня много раз тренировали с повязкой на глазах. Отучали полагаться на зрение. Так что да, мне неважно, что я не вижу противника. Лишь бы я могла слышать его.
   -Впечатляет.
   -Правда?
   Не то чтобы мне польстило, но...
   -Да. Для меня-то слух, конечно, важнее зрения. Но вот доведись драться с кем-нибудь, не хотел бы я делать это вслепую.
   -А я когда-то на месяц лишилась слуха. - Призналась я. - В лаборатории у нас разбился какой-то реактив, да еще так неудачно, прямо на порошок с катализатором. А я стояла ближе всего. Ну ладно: это я его и разбила. Рвануло так, что едва окна не вылетели. А я месяц общалась с другими при помощи записок или жестов. Вот тогда было страшно. Боялась, что если что-нибудь случится, я буду беззащитной.
   Бр-р, даже вспоминать не хочется. Сверну эту тему. След наверняка идет в сторону их кладбища, вон как заворачивает.
   -Давай не будем об этом. Предстоит дело.
   -А ты полна интересного! - Полушутливо заметил вампир, обгоняя меня на пригорке. Встал и повернул голову вправо, тоже увидев крышу традиционной часовни, где отпевают покойника, прежде чем отдать его земле.
   -И ты, господин музыкант. - Ровно ответила я. - Рен, я знаю, что ты этой ночью пытался сбежать.
   Его снова будто окатили из ведра: разом подобрался, напряг плечи.
   -Что ты скрываешь? Или уже успел вбить что-то себе в голову?
   Зыркнув в сторону подлетающего ястреба, Лаурен открыто выругался на пустынном наречии и ушел вперед, в сторону кладбища.
   Я непонимающе посмотрела в гордую, удаляющуюся от меня спину, и повернулась к сидящему рядом на ветке наставнику.
   -Похоже, кто-то решил, что если я пару раз позволила уйти от разговора из уважения к личному, то теперь так можно делать постоянно? - Уточнила я, нарочно не приглушая голоса, и мрачно размяла ладони, хрустнув костяшками пальцев. - Кажется, пора ему объяснить, что я умею угрожать не только вилкой.
   И решительно пошла догонять.
   Но вампир уже сам меня ждал, настороженно вслушиваясь в далекое переливчатое тявканье, и вскинув ладонь, чтобы меня не то остановить, не то не заткнуть.
   -Слышишь? Это не с кладбища, это еще правее. Наверное, стая собирается.
   Он повернулся ко мне, сверкнув глазами в темноте.
   -Зуб даю, пойдут в очередной набег на деревню. Может, одними гусями уже не обойдутся. Ты можешь их как-то приманить?
   Я вообще не об этом хотела поговорить, уже подхватив управление его сетями, но мысль он высказал дельную. К тому же не то время и место для допросов. Да и нужная формула тут же всплыла в голове, словно со стороны кто-то подсказал. Даже вспомнила, как записывала ее в конспект, а потом дописывала пояснения.
   -Нужный манок слеплю - кивнула я, соединяя кончики пальцев. - Но как-то их многовато, судя по голосам. Со всеми разом не справлюсь, подыскать бы место, чтобы удобно отбиваться...
   -Он говорил, часовня на кладбище не так давно ремонтировалась, стены крепкие. Туда! - и он побежал среди деревьев легко, словно не в густой ночной чащобе, а по тропинке днем. Со зрением у него все отлично.
   Часовня, как и полагается зданию, находящемуся на кладбище и используемому довольно редко, не выглядела новой даже после ремонта. Там и ремонта-то толкового не было, так, подлатали стены, крышу, и укрепили двери - да только закрыть их забыли, оставив нараспашку. Чем мы и воспользовались, войдя внутрь.
   Я стряхнула с пальцев несколько искр, развесив их в воздухе вместо светильников, и осмотрелась, пока за моей спиной вампир закрывал дверь, волоча нижний край по земле. Кажется, я знаю, почему ее не закрыли. Просто не смогли рассчитать с размером, и она оказалась больше косяка.
   Тут бы мне и засесть у окна, расстреливая врагов огневиками, но вот беда: из этого окна я бы их так просто не увидела. Куда там, до подоконника два человеческих роста! Зачем это окно было сделано, для освещения?
   Ну да, ни стекла ни слюды - еще и с проветриванием справляется.
   Я подошла к нему, подняла голову, прикрыла глаза, и заговорила заклинание. Оторвала носочки от земли и медленно поднялась вверх, остановившись, когда зависла в воздухе как раз напротив окна. Вытянула ногу и перешагнула на подоконник, словно с невидимого помоста.
   Лаурен, не мудрствуя лукаво, просто подпрыгнул и подтянулся, усевшись рядом со мной на корточки и держась за стену для равновесия. Оба изучили группу теней с бликами глаз, собирающуюся внизу среди крестов и памятников. Стая плотоядно изучала нас, пока самые крупные особи подобрались к двери и начали в нее на пробу скрестись.
   Я обернулась на вход, но старательный вампир ухитрился втиснуть дверь в проем, и по-моему ее там здорово заклинило. Когда будем уходить, придется выпрыгивать в окно. Хотя...
   Глядя на двери, уже дрожащие от ударов, я задумалась, набрасывая в уме нехитрый план и схему рисунка. Да так мне окно и не пригодится...
   Рен тем временем оглядел подоконник и осторожно разжал ладонь, отпуская стену. На пробу специально пошатнулся и очевидно, понял, насколько хорошо у него теперь с чувством равновесия.
   -Еще один плюс - не преминула я напомнить. Он рассеянно кивнул, рассматривая перевертышей.
   -Который из них неуязвимый?
   -Тот, крупный. Рядом держится. Видишь?
   Позор мне, как охотнице - вампир не спрашивая, развернулся на носках, выхватил кинжал у меня с пояса, а я спохватилась лишь тогда, когда он спрыгнул вниз, точно на указанного мной перевертыша.
   -Рен, придурок!!
   Он ухватил зверя за шею и то ли воткнул в него нож, то ли попытался порезать бок. Судя по темным брызгам, попал. Перевертыш взревел и покатился по земле, превращая себя с противником в неразличимый клубок. Я не заметила, как он отцепился от вампира, но вот варлак сбросил его с себя и кинулся следом, целясь ощеренной пастью в горло. Отдернул морду от замаха ножом. Сразу следом огреб удар ботинком в нос, и потеряв боевой запал, отскочил подальше, с воем потирая лапой морду и орошая траву каплями крови. Зато другие моментально бросились на моего спутника.
   -Рен, сюда! - рявкнула я и хлопнула в ладоши. От меня в стороны полетела волна сжатого воздуха, отбросив всех на землю, иначе на вампира навалилась бы уже вся стая. Он опомнился первым и вскочив, рывком оказался под стеной. Успел увернуться от щелкнувшей пасти и взлетел вверх в одно касание, как пружина.
   -Кинжал - я хмуро протянула руку и получила назад родное оружие, измазанное кровью и с налипшей на него шерстью.
   -Что, хочешь сказать, я это зря? - азартно вопросил слегка запыханный вампир, указывая на варлака, скрывшегося в лесу. Зверь заметно прихрамывал, пошатывался, и вообще имел побитый вид.
   Я обратила внимание, что у вампира тоже капает темным с локтя.
   -Тебя погрызли.
   -Да? - он быстро оглядел себя. Потрогал рваный рукав. - Даже не заметил. Так ты что, хочешь сказать, я не помог тебе? И что бы ты делала без меня с тем неуязвимым?
   Раньше я его таким оживленным не видела, даже в воспоминаниях.
   -Хорошо, хорошо, помог, а теперь слезай с насеста!
   И спрыгнула внутрь, подавая пример.
   Из того небольшого арсенала, что успела вспомнить, я выбрала самую простую ловушку из белых камней - надеюсь, в этот раз сработает лучше, чем со злым духом в кузнице. Когда все было готово, повернулась к сотрясаемой двери и мановением руки сломала все петли одновременно. Волки не сразу сообразили, что преграда больше не преграда, и влетели внутрь вместе с ней; причем она на них же и завалилась.
   За спиной восхищенно щелкнул языком Рен. Я развернулась на миг, сурово напомнила:
   -Держись у меня за спиной!
   -Отсиживаться!? - Возмутился он.
   -Да, потому что я маг, и вообще здесь главная! - огрызнулась я. За спиной в унисон рычали первые волкулаки, скребясь уже в стены ловушки, но тут к ним подоспели товарищи, и мне стало не до разборок.
   Ловушка была неплохая, но сработала она только на первых перевертышах и угасла от перегруза, а остальные побежали через линии свободно.
   Этих остальных я взмахом воспламенила, и косматые тут же попытались сбить огонь, но удалось это не всем. Уцелевшие начали окружать, смекнув, что я маг, и самая большая здесь угроза. Только один, не уделив мне особого внимания, побежал за спину.
   Видеть, чем Рен занимается, я не могла, только крикнула: 'Нож!' и бросила ему, рукояткой вперед. Краем глаза отметила, что поймал, и вроде бы рукой, а не затылком, и сосредоточила внимание на остальных.
   Выхватила меч, присела и с размаху стукнула ладонью по полу. Вокруг вспыхнул прочный щит, и первый нападающий врезался в него, растянувшись по прозрачной преграде. Я вонзила меч в мохнатую грудь и упершись ногой, вытащила обратно, отшвырнув его уже мертвого, пинком. Изнутри щит был очень даже проницаем, я очень долго отрабатывала это заклинание.
   Позади раздался рык и тут же оборвался, сменившись на визг - вампир тоже справлялся.
   Бросила призрачным ножом в одного, пока другой пытался проникнуть внутрь, царапая защиту. Щит начал гудеть - силы, которые он на себя тянул, быстро таяли.
   Я крутнулась, собрав все силы, что могла, выпрямилась и зашвырнула в последнего пульсаром, размазав его по стене. Пошатнулась.
   И тут с окна на меня бесшумно прыгнул еще один, который до этого притаился и ждал удобного момента. Дождался. Когда он шваркнулся сверху о щит, от неожиданности распластавшись по нему порожным ковриком, тот напряженно сверкнул и погас вместе с искрами-светлячками. Хорошо хоть от удара зверя оглушило, и я успела вскинуть навстречу руку. Коснулась его ребер, и послав в пальцы импульс, перебросила через себя дальше, за спину. На пол он упал уже мертвым.
   Быстро огляделась - больше живых волкулаков нет. Покачнулась еще раз и выдохнула: Да!! Первое по-настоящему серьезное дело, без промахов и ранений!! Если не считать царапин на левом плече, которое успел задеть последный, и занозы в ладони, но это не в счет. Ну и резерв исчерпала, чуть не ушла в критич...
   И тут я похолодела.
   До меня дошло, что я с пустым резервом и никудышным боевым опытом осталась наедине с вампиром. С очень голодным вампиром, и с него только что слетела моя блокировка.
   Сзади не доносилось ни звука. Но тишина повисла нехорошая.
   Я робко повернулась, надеясь, что ощущения меня обманули.
   -Рен?
   Волкулак лежал у его ног, а сам вампир неподвижно замер вполоборота ко мне, не успев выпрямиться. Но вот он расправил плечи и медленно, словно смакуя, втянул воздух, от вихря ощущений прикрыв глаза, словно в наслаждении. Помедлил, обернулся. И в нем не осталось ничего человеческого.
   Глаза горели красным, лицо исказилось, кожа стала какой-то полупрозрачной, как восковая, и под ней на миг проступила сетка темных вен.
   Я выставила вперед ладонь.
   -Рен. Я с оружием. Не дергайся. Я сейчас попробую обновить заклина...
   Тут он на меня напал.
  
   ***
   Я не ожидала, что новообращенный вампир, движимый одними инстинктами, будет двигаться так расчетливо. Но он не тянулся слепо к горлу, которое я заслонила в первую очередь, а кинулся вниз и сшиб меня на пол вместе с собой. Я тут же ухватила его за волосы, вцепилась в них обеими руками и изо всех сил ударила коленом в лицо - раз. Еще раз. Он зарычал, схватил мою руку в локте и дернул, судя по ощущениям, выломав плечо.
   От моего вопля едва повторно не задрожала часовня, и само собой, ему удалось вырваться. Он с силой толкнул меня в бок, впечатывая в ближайшую колонну. Заломил руку за спину, рванул за волосы. Сжал в кольце рук и вгрызся в горло.
   Он меня укусил.
   Меня от шока на миг сковало ступором. Затем накатило какое-то сонное оцепенение - но я поняла, что если его не остановить, то мне конец.
   Свободная рука сама собой скользнула к метательному ножу на другом боку, зацепилась за рукоять кончиками пальцев. Туго... Слишком неудобно дотягиваться... Достать нож я так и не успела.
   Рен вдруг снова оттолкнул меня и отскочил сам. Не удержался на ногах, упал на пол и вдруг зашелся в приступе жестокого кашля.
   Я быстро, не обращая внимания на боль в плече, стащила с себя куртку и скомкав, прижала к шее, останавливая кровь. Зашептала первое слово целебного наговора и досадливо скривилась: совсем забыла про истощение. Оставалось только надеяться, что у новообращенных вампиров сразу, а не после первой кормежки вырабатываются заживляющие вещества в слюне.
   А его тем временем все не отпускало. Более того, он уже выплюнул все, что успел проглотить, и теперь продолжал давиться воздухом и корчиться, не в силах даже разогнуться.
   Кровь перестала идти почти сразу, и я смогла, сжав зубы, вцепиться себе в предплечье и вправить сустав. После чего подбежала к нему, и пока не оправился, стянула руки выдернутым из петель ремнем.
   Его еще немного крутило судорогой, после чего Рен смог вздохнуть и начал выкручиваться уже намеренно.
   -Отойди от меня! - зарычал он.
   -И не подумаю.
   Из его горла вырвалось что-то среднее между шипением гарпии и сдавленным ругательством. Лицо опять исказилось, заострились клыки, но что удивительно - он уже мог говорить, а стало быть, соображать. Очевидно, первый порыв был вызван внезапностью голода, а теперь он опомнился и пытается взять себя под контроль. Получается плохо, но сама попытка уже вызывает уважение.
   -Да замри ты хоть на пару секунд! - рявкнула я. Он застыл на земле и в глубине его горла зарокотало, словно он не меня послушался, а собирал силы перед рывком.
  Пришлось накладывать новый блок, и на этот раз завязывать его на запасной резерв, а по-простому - теперь заклинание, имеющее постоянный характер, тихонько тянуло мои жизненные силы. И будет тянуть, пока не восстановится безопасный резерв.
   Стоило закончить, как вампир с облегчением выдохнул, пустив облачко пыли - оказывается, он все это время едва дышал.
   -А теперь моя очередь - пробормотала я и отползла в сторону. Вовремя - тело обдало жаром, а голову и живот стянуло такой болью, что я согнулась в три погибели. Но того, памятного приступа не случилось - почти сразу все прошло. Правда, слабость осталась, и продолжаться она будет как минимум до завтра.
   Я обратила внимание, что он так и продолжает лежать со связанными руками, и не шевелится. В полутьме сложно различить лицо, но видно, как блестят глаза. Спокойный взгляд. Блок исправно работает.
   -А что это с тобой случилось? - спросила я, подбираясь к нему. Он мрачно отвел взгляд, прижавшись щекой к полу.
   -Не знаю. Какое-то помутнение. Не понимаю, как так могло...
   -А, ты об этом...Тут как раз я могу объяснить. На последнее нападение у меня ушли все силы, и на твое заклинание ничего не осталось. Вот оно и исчезло.
   Он прикрыл глаза и кажется, с трудом удержался от того, чтобы не стукнуться лбом пару раз. Я тем временем принялась развязывать его руки.
   -Я про другое, что с тобой потом произошло?
   -Что бы ни случилось, это огромная удача для тебя - он снова повернул лицо, насколько мог, и недовольно на меня зыркнул. - Виноват я, совсем расслабился, но а ты чем думала!?
   -Это тебе повезло. Еще секунда, и я наделала бы в твоем боку множество лишних дырок. Так что не переживай за мою осторожность. И не дергайся!
   Ремень я затягивала, будучи слегка в панике, и сейчас развязать тугой узел было не так-то просто. К тому же он, когда вырывался, затянул его еще крепче.
   -Так все-таки, что это было?
   -Твоя метка, наверное. - Отозвался Рен, глядя куда-то в сторону.
   Я покосилась на татуировку, на браслеты с бусинами-амулетами, на кольцо с зеленым камушком. Поди теперь угадай, что именно меня защитило.
   Узел, наконец, удалось ослабить, и я его развязала. Вампир медленно опустил руки на землю, поднялся и отодвинулся, сев как и я, прямо на пол. На него как раз падал слабый свет луны из окна, и я заметила, что на нижней губе еще остались темные следы. Несмотря на то, что от него, как и от любой нечисти, веяло угрозой - сейчас больше, чем когда бы то ни было - вид у него был совсем не воинственный. Даже наоборот, пришибленный, словно я его только что отлупила.
   Я вздохнула, осторожно коснувшись раны на горле. Та больше не кровила, но все еще оставалась открытой. Нужно добраться до моей сумки. Но вставать и куда-то идти так не хотелось, что хоть тут и ночуй.
   -Мда. Насыщенный выдался денек, не думаешь?
   -И по тебе это видно - напомнил вампир, глядя на меня: всю в пыли и соре, с разодранной на боку рубашкой, заляпанную кровью и наверняка такую бледную, что еще непонятно, кто здесь вампир.
   Рен вздохнул, судя по покаянному виду собираясь начать извинения за свое нехорошее поведение, но вместо этого еще раз окинул меня взглядом и возмутился.
   -И тебе за это еще и ничего не заплатят!?
   -Вот видишь - я развела руками и поспешно схватилась за пострадавшее плечо. - О чем я и говорила. И не помочь я никак не могу. Ну, зажал староста деньги, так если я задеру нос и уйду, пострадает не он, а люди, что попадутся в зубы нечисти, которую я должна была уничтожить.
   Он покачал головой.
   -И как вы вообще живете?
   -Ну... У людей в большинстве случаев все-таки просыпается совесть, или же действует принцип 'еще пригодится, так что лучше не обижать'. Так что случаи с неуплатой довольно редки. К тому же есть на этот счет кое-какие приемчики...
  
  
   ***
   Уже окончательно стемнело, когда мы постучались в дверь старостиного дома. Внутри что-то уронили от неожиданности: обычно о гостях предупреждала визгливая собачонка на привязи, но сейчас эта мелкая, почуяв Рена, затаилась в конуре, усердно прикидываясь мертвой.
   Дверь открыл сам староста. Догадался, видимо, кого принесло так поздно. Позади него раздавались голоса детей, которых пытались уложить спать, пахло чем-то печеным, и вообще веяло уютом, так что контраст вышел хороший. Дождавшись, когда он в полной мере осознает плачевность состояния окровавленной охотницы, повисшей на чужом плече и из последних сил держащейся на ногах, я покачнулась и начала оседать вниз, выдавив:
   -Дело сделано. В меш...
   -В мешке доказательства - пояснил вампир, и подвинув упомянутые ногой ближе к хозяину дома, усадил меня на лавку в коридоре, старательно источая укоризну всем своим видом. Но, как мы и договаривались, вслух не возмущался.
   Староста подошел ближе, заглянул в мешок, содрогнулся и пробормотал, что можно было и не тащить такую пакость. Мол, и так понятно, что я не гулять ходила. У него заметно поубавилось нахальства, даже борода перестала топорщиться.
   Тут я открыла глаза и сделав жалобный взгляд, с надеждой просипела:
   -А можно водички? Чуть-чуть, и мы пойдем...
   Чуть позже я сидела с перевязанной и залеченной шеей за столом, перед тарелками с румяной картошкой, жареным мясом, квашеной капустой и тушеными в сметанке грибами - всем, что нашлось в доме местного главы. Бок грел приятно отяжелевший кошелек, а я мысленно воздавала почести такому прекрасному человеческому чувству, как совесть. Страшный ведь зверь, как возьмется кусать - за минуту облетишь деревню, собирая заслуженную награду героической спасительнице! Настроение слегка портил только Рен, сидящий по другую сторону с кружкой чая, из которой не сделал ни единого глотка.
   Он так ничего и не ел. Несмотря на уверения, что при нехватке нормального питания вампиры вполне могут поддерживать силы обычной едой, этот упрямец не взял и крошки, хотя ему наверняка пахло. Я видела, что он заметно ослаб, и едва не шатается, но повлиять на него никак не могла. Только скрипела зубами, надеясь, что хотя бы в клане ему помогут взяться за ум.
  
   ***
  Химера скальная.
  Зверь. Степень опасности - 5, разумности - 2.
  Обитает по всему горному хребту Антара.
  Шкура серая, покрыта прочными костяными пластинками вместо чешуи. Шерсть отсутствует. Шипы короче, чем у лесной, и не могут прижиматься к коже.
  Размер - с двухгодовалого теленка. Строение тела близко к кошачьему, пальцы на лапах напоминают пальцы ящерицы. По желаниюслегка меняет окрас, может сливаться с камнем. Цепкие лапы, подушечки могут прилипать к камню; зверь легко пробирается по скалам, и может часами висеть на отвесной стене в засаде. Хвост длинный, шипастый, но гибкий, может хвататься за выступы. (Примечание на полях: 'Вот тебе и пятая нога...')
  В еде предпочитает мясо, может подъедать грибные наросты. Охотится в одиночку, подкарауливает жертву в засаде, но при сильном голоде нападает открыто. Стаи не образует. (Примечание на полях: 'И правильно, на кой шхур собираться в стаю, если ты наиболее опасный подвид!' Примечание зачеркнуто. Второе примечание: 'Благодаря своей силе, легко обходится в одиночку без поддержки сородичей. Является второй по опасности среди подвида; первой считается островная')
  Оружие: зубы.
  Уязвимое место: под горлом у нижней челюсти. К магии слабо восприимчива.
  Бестиарий, Глава вторая. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
  
   ***
   Несмотря насыщенный событиями день, мне долгое время не засыпалось. То без одеяла сквозило от окна, то под одеялом душно, то подушку приходится поворачивать холодной стороной. Мысли тоже не позволяли уснуть; так и не давало покоя чувство, что я чего-то не понимаю, не вспомнила, упустила - а это очень важно. Я ворочалась, перебирала в уме то, что уже успела узнать, и ругала себя за глупость. Ну что, что не так!? Чего я еще не знаю? Почему никак не выходит вспомнить? Или понять.
   Так что в итоге я взяла пару тонких одеял с печи, вышла с ними в сад и устроила себе гамак между двумя яблонями. Может, здесь удастся расслабиться. Свежий воздух с пряным фруктовым привкусом, безветренное спокойствие, уютное покачивание гамака и возможность, наконец, вытянуть уставшие ноги. Чем не радость?
   Казалось, что здесь не место никакому беспокойству. Ну, не знаю я чего-то, так и что? У меня еще есть время разобраться. Воспоминания еще вернутся. Все нормально...
   Я поправила волосы, вытаскивая их из под затылка, повозилась, устраиваясь поудобнее, и заметила в темноту:
   -Тебе, мягко говоря, не мешает поспать. Раз не ешь, то хотя бы так восстановишь силы.
   -Не идет сон.
   Рен появился рядом, как настоящий вампир - сливаясь с темнотой, невидимый до последнего момента. Обошел яблоню у меня в ногах и устроился на скамейке у ствола, боком ко мне.
   Некоторое время мы оба молчали. Потом он вздохнул, и, взъерошив себе волосы, не выдержал:
   -Прости меня. Я только хотел помочь. Не подумал, что это от меня нужно защищаться. Я не хотел ничего дур... - Он запнулся, качнул головой. - Честно говоря, даже не помню, что именно сделал.
   Я повернула голову в его сторону.
   -Не помнишь?
   -Очнулся, когда уже тебя укусил. - Тихо признался вампир и ненадолго поднял глаза. Я отвела взгляд и посмотрела вверх, на кусочек звездного неба, не закрытый от меня ветками.
   -Не вижу смысла обсуждать. Сама виновата. Совсем забыла про твое заклинание. Да что там. - Я качнула головой. - Забыла даже, что ты не человек. Будет мне уроком на внимание. С тем же успехом я могла потерять не блок, а что посерьезнее.
   -И все-таки что-то изменилось. - Он смотрел на свои руки. - Ты смотришь по-другому. Словно только сейчас поняла, кто я такой. Я чувствую. Ты меня боишься.
   Меня почему-то пробрало от грусти в его голосе.
   -Даже не знаю. - Тихо призналась я. - Я будто сбита с толку. Да, ты вампир. Недавно обращенный и очень голодный. И об этом никогда нельзя забывать. Но я забываюсь именно потому, что ты меньше всего похож на хищного кровопийцу.
   -А на кого я похож? - глухо спросил Рен.
   Я снова пожала плечами. Гамак так уютно покачивался, сверчки где-то далеко мелодично стрекотали, наверху мерцали звездочки, и это так не вязалось с нашим разговором... Вот бы просто сидеть как сейчас, рядом, и молчать, каждый о своем. Но ему сейчас явно было не по себе. И я не могла оставить молодого вампира наедине с мыслями.
   Я посмотрела на его лицо, вполоборота ко мне, и сказала правду:
   -Ты похож на человека, который в тяжелой ситуации все равно старается не забыть, кто он такой. И до сих пор держится за прошлое, потому что разделил всю свою жизнь на до - и после. И теперь тебе страшно думать о будущем.
   Он молчал. Мне хотелось как-то его успокоить, но я не решилась подвинуться ближе.
   -Ты похож на вампира, который отторгает себя самого, и в любой ситуации стремится не терять достоинства, думая, что это приближает его к человеку, хотя это всего лишь проявления его самого, какой есть. - Подумала и добавила: - А еще ты похож на того, кто для себя с чем-то окончательно определился.
   После паузы он выдохнул и растерянно спросил:
   -Думаешь, определился?
   Я еще раз пожала плечами, глядя на выплывающую из леса луну, похожую на бледное яблоко. Совсем скоро пик ее роста. Так что нет у меня времени добираться до вампирьего клана. А ему сейчас как раз нужна поддержка. Вампиры хоть знают, как обращаться с такими как он, а мне что делать? Единственное, что я знаю - лучше не врать.
   -Ты словно ответил на какие-то внутренние вопросы. Это чувствуется. Я не знаю, какими были вопросы, и выпытывать не стану. Я не лезу в чужое личное пространство.
   -Спасибо и на том. - Задумчиво отозвался Рен. Судя по тону, легче ему все равно не стало.
   -Тебя что-то продолжает тяготить. Признаешься?
   Он, кажется, вздрогнул. Медленно повернул лицо, посмотрел на меня.
   И вот хоть убейте, не пойму почему, но я почувствовала, что под таким прямым взглядом начинаю краснеть.
   -В чем именно? - поинтересовался он с оттенком сарказма. Я поерзала, укладываясь удобнее, спрятала зябнущие ладони под покрывало и улыбнулась.
   -Ну, я не священник, так что обо всех своих прошлых грехах можешь не говорить. Расскажи, что можешь.
   Он отвел глаза в сторону, словно собираясь с духом.
   -Никогда не был на исповеди, и никогда не хотел. Стыжусь своих грехов. - Лаурен невесело усмехнулся.
   -Тоже неплохо: первый признак раскаяния. Ты и не думай, что это исповедь. Я просто хочу помочь, выслушать... Рен? Что такое?
   Он пошевелился, вздохнул, продолжая смотреть в сторону. По тому, как он медлил, я поняла, что говорить ему тяжело, но то, что он пытается сказать, не дает покоя.
   -Мне страшно. - Наконец, признался он. - Понимаю, что ты пытаешься меня успокоить, и веришь в то, что я еще человек. От этого страшнее становится то, во что я могу превратиться. - Он покачал головой. - Тогда, когда я тебя укусил... Я до того ни разу не пробовал крови. И я даже не представлял, каково это.
   Он перевел взгляд на меня, глаза у него снова засветились алым.
   -То, что было со мной, это... - Он запнулся, прикрыл глаза, с усилием вдохнул, пытаясь успокоиться. - Я даже слов не подберу, чтобы описать. Ни с какой жаждой, ни с каким голодом не сравнится это безумие. Я... Я не думал, что поддаться ему так легко.
   Он замолчал, тяжело глядя на свои сцепленные руки. Я хотела протянуть к нему руку, коснуться, чтобы дать понять: я рядом, я слушаю. Но не решилась. Я не была уверена, что ему нужна моя поддержка.
   -Хорошо, что это длилось так недолго. - Рен вздохнул. - Хорошо, что меня ударило этим блоком... что бы это ни было. Потому что если бы не это... Я бы не остановился. Даже не подумал.
   Он поднял глаза на меня.
   -И ведь я понимал, что происходит. Знал, где я и кто я. Но это было так неважно, по сравнению с голодом, что я не мог думать вообще ни о чем другом. И забыться было так легко, что теперь страшно вспоминать. Насколько это просто, превратиться в чудовище. Я безумно рад, что у меня ничего не получилось. Но твое заклинание не вечно, и я могу сорваться снова. И ничто меня не удержит. Так что... Ты лучше бойся меня. Плевать, что я сам по этому поводу думаю. Тебе так будет безопаснее.
   И опять эта грусть в голосе... И при этом он думает, что я могу принимать его за чудовище.
   Повидала уже настоящих чудовищ.
   -Рен...
   -Не надо. - Он досадливо покачал головой. И не дав спросить, чего именно не надо, тут же ответил. - Утешать меня и жалеть. Мне не шесть лет, и с этим я свыкнусь сам. Но тебе следует знать, с кем имеешь дело.
   -А то до этого не знала! - Не выдержала я. И когда он развернулся с готовой тирадой, прервала его на вдохе. - Я понимаю, каково тебе сейчас. Что именно тебе приходится осознавать. Но для меня это не новость. Не ты первый, и наверное, не последний. В вампиров обращали многих. Рен, я хочу чтобы ты понимал - Я выставила ладонь. - Тебе только в клане смогут объяснить толком, как с этим бороться, но даже я знаю, что это нормально. Ты с момента инициации ничего не ел, обратили тебя совсем недавно, да при этом то, что ты без блока ухитрился говорить осмысленной речью, уже достижение! И это пройдет. Кровь успокоится, ты привыкнешь к новому состоянию, и станет гораздо легче.
   -Ты ведь слушала, что я до этого говорил? - С досадой переспросил он.
   -Слушала, и услышала. Но как я тебе уже рассказывала, я отучилась бояться.
   Я ожидала, что он начнет спорить, но со мной сейчас говорил не совсем тот Рен, который с утра огрызался на любое слово. Разговор будто отнял у него все силы. Он внимательно посмотрел на меня, уже спокойней пожал плечами и вернулся в прежнее положение, спиной к стволу яблони.
   -Надеюсь, ты права.
   -Вот увидишь. А за меня не бойся.
   Он тихонько хмыкнул.
   -Как там твоя шея, заживает?
   -В порядке моя шея, и голова тоже. - Отреагировала я. - И ножи все на месте. Я именно тот человек, за которого тебе меньше всего следует переживать.
   -Ладно, ладно, не буду сомневаться в твоих способностях. Чего доброго, разозлишься и все-таки наделаешь во мне лишних дырок. - Передразнил он.
   Я протянула руку вверх и сорвала висящее прямо над головой яблоко - так и манило с самого начала. Взвесила на руке, примеряясь к макушке вампира. Потом все-таки передумала и укусила плод за сочный бочок.
   Напряжение ушло, и мне самой стало намного спокойней.Я откусила еще раз, умиротворенно вздохнула, и поняла, что вампир повернулся и смотрит прямо на меня, причем как-то слишком внимательно. Словно подводит какие-то итоги.
   -Ну. - Я отвела в сторону яблоко, с хитринкой улыбнулась. - Наверняка ты пришел к каким-то выводам и по моему поводу. Скажешь, что думаешь? Интересно же.
   -Ты слишком доверчивая. - Решительно, даже резко ответил Лаурен. - Даже не думаешь, что тебя могут обмануть, и это может быть кто угодно и когда угодно. - Он покачал головой. - И азартная. Тебя ведь и поймали из-за этого? Я прав? Ты наверняка могла позвать помощь. Но нет. Почему? Решила, что если уж поймала след, то нужно идти по нему до конца?
   -Про азарт мне уже говорили. - Смущенно пробурчала я, отворачиваясь, и вгрызлась в яблоко. И не успев прожевать, возмутилась: - А с чего ты решил, что меня кто угодно сможет обмануть?
   -А разве не так? - Вампир поднял бровь и хмуро окинул меня взглядом. - У тебя же на лбу это написано!
   -И пусть написано. Мне часто на руку, когда меня не воспринимают всерьез. А я умею видеть, когда врут. Меня этому даже учили.
   -Неа. Уверен, что любой, кто тебя разжалобит, сможет плести что угодно. А ты и рада будешь.
   -Ты про старосту, что ли? - не поняла я. - Да знала я, что он врет, с первого же слова! Слишком прямо в глаза смотрел. А не стала спорить, потому что бесполезно - попробуй еще это докажи, не будешь же обшаривать всю деревню в поисках денег? Зато случай не слишком запущенный. Стоило мне надавить на жалость, как он тут же передумал.
   Он явно был со мной в чем-то не согласен, но продолжать спорить не стал. Отвернулся и уставился в деревья. Но я не отставала.
   -И что, это все, что ты можешь про меня сказать?
   -А зачем тебе мое мнение? - Вампир нахмурился. - Нашла, тоже мне, чтеца чужих душ!
   -Всегда интересен взгляд со стороны. Сам себя ведь не изучишь.
   -Нет. - Он снова повернулся. - Только ты сама можешь знать, кто ты. А насчет хорошего... Начну хвалить - зазнаешься.
   Я чуть не вскочила.
   -Неправда!
   -Ой ли?
   -Ну Ре-ен!
   -А что я про азарт говорил?
   -Да мне просто интересно!
   -И слишком любопытная. - Подвел он еще один итог. - Говорила же, что не лезешь в чужое личное пространство!
   -Ладно-ладно. - Я откинулась назад. - Право твое.
   И опять не удержалась:
   -А что, во мне прямо так много хорошего?
  
  
   ***
  Отступление. За одиннадцать дней до этого.
   Человек сидел на старой коряге у дороги, поджав под себя ногу, и аккуратно пытался протереть углом куртки, смоченным в воде, рану на ноге. Кровь сбегала по простенькому дорожному ботинку, и впитывалась в густой мох. Растрепанные светлые волосы, слишком короткие для хвоста и слишком длинные для обзора, спадали на лицо, и он то и дело отбрасывал их назад.
   На дороге показался другой путник, неторопливо шагающий в его сторону, с дорожной сумкой на длинном ремне, и фигурным футляром за другим плечом.
   -Что-то случилось? - окликнул второй первого, когда почти поравнялся с ним. Он оказался на вид моложе, и не такой коренастый, но выше ростом.
   Светловолосый уже закончил протирать рану и скатал штанину обратно.
   -Да щурица, зараза! На хвост ей, наверное, наступил, а она как цапнет! - он протянул ноги к земле. Попытался встать, но с возгласом сморщился и сел обратно. Растерянно развел руками.
   -Знал бы, обошел по полю.
   -Давай взгляну? Я более-менее в этом разбираюсь. - Путник подался вперед, но первый отодвинулся, почти шарахнулся в сторону, насколько мог.
   -Не надо там ковыряться! Я уже все прочистил.
   -Да я только посмотрю...
   -Все вы так говорите! - человек испуганно закрыл лодыжку руками, словно боялся, что ногу у него отберут насильно. - Сейчас отсижусь, и само пройдет.
   -Ну да... - отозвался другой, и оглянулся, машинально убирая со лба темные волосы. Плюхнул сумку рядом с первым и выставил вперед ладони. - Ты подожди, я сейчас!
   И быстро перейдя дорогу, скрылся в лесочке.
   -Как будто я убегу... - Пробормотал светловолосый. Подался вперед и прислушался, озадаченно окликнув:
   -Ты это куда?
   -Сейчас! - Приглушенно донеслось из зарослей. После чего послышался сухой треск. И еще один, словно там ломал кусты медведь.
   Через пару ударов сердца второй путник вышел на дорогу, неся за собой толстую ветку с раздвоенным концом, и на ходу обламывая тонкие отростки.
   -Сойдет? До города уже немного осталось, успеем дойти до темноты, еще и пива там выпьем. - Он ободряюще улыбнулся, протягивая укушенному человеку импровизированный костыль. Тот смущенно прокашлялся, принял.
   -Спасибо. Не ожидал помощи. Тут до этого проезжали два всадника, так даже не спросили...
   -Ну, у людей свои дела. - Парень подал руку, помогая ему встать, и поднял свою сумку. - А мы и своими ногами дойдем.
   Первое время светловолосый шел неуверенно, словно под ногой мог оказаться зыбучий песок. Но потом приноровился к палке, и зашагал уверенней.
   -А ты чего так дышишь, словно гнали тебя? - поинтересовался он у второго. Тот поправил футляр за спиной, пожал плечами.
   -Делать все равно нечего, а дорога длинная. Решил часть пути пробежаться, оно для здоровья полезно. И щурицы за ноги покусать не успеют.
   Первый засмеялся и ойкнул, неудачно наступив на камешек.
   -Дело какое в городе, али что? Раз спешишь.
   -Да не спешу я. Так, говорю же, от скуки.
   -Так тебя не ждут? - удивился светловолосый. - А я, наоборот, по поручению, и надо бы успеть. - Он приложил ладонь козырьком ко лбу, вглядываясь вдаль. - Терпеть не могу опаздывать. Особенно когда я в этом совсем не виноват.
   -Лучше уж быть вольной птицей. - Подтвердил второй, и снова поправил сумку на плече. - Ходишь куда хочешь, как хочешь, и никто не подгоняет.
   -Ну не скажи... Если работаешь на дядечку, то хоть насчет ночлега с едой можно не волноваться. Чего хорошего, если можно идти куда хочешь, а идти совсем и некуда? - укушенный снова едва не споткнулся, но успел поймать равновесие.
   -Может, и твоя правда. Правда, у меня с ночлегом проблем никогда не было. - Темноволосый снова улыбнулся, широко, до ямочек на щеках. - Сыграю в трактире вечерок, и будет мне и комната, и ужин.
   -А, ты музыкант! - первый с усмешкой шлепнул себя по лбу. - А я не догадался, с твоим-то грузом. Это что, мелкая гитара?
   -Скрипка.
   Светловолосый даже обернулся, сделал удивленное лицо.
   -Ого! Дорогие они, я слышал. Сам заработал?
   -Нет, мне ее отец подарил. - Темноволосый машинально погладил ремень от кофра, пересекающий его грудь наискось. - А уж с ней я себе заработаю на все остальное.
   -М-да, повезло... - Тихо вздохнул первый, словно бы даже расстроено, и какое-то время они шли рядом молча. Музыканту было неловко снова поднимать тему доходов и свободы; он не хотел вызывать зависти. Укушенный просто шел, погруженный не то в размышления, не то в воспоминания.
   Над полем, высоко, с криком пролетел сокол. Сделал круг над травой, замер на месте, и медленно, относимый потоком теплого воздуха, отдалился к лесу. Светловолосый следил за ним из под приставленной ко лбу ладони. Потом снова вздохнул, и с ностальгией, хрипло признался:
   -А я своего отца уже много лет не видел. Да и вообще семью.
   Музыкант проводил взглядом вторую птицу, более крупную, чем ястреб, пролетевшую впереди над дорогой, и скрывшуюся над рекой.
   -Да и я, вообще-то, тоже... - Задумчиво отозвался он. - Даже не помню точно, три или четыре года назад у них был.
   -Тоже поссорились что ли?
   -Да нет, просто живут они далеко. Нужно будет как-нибудь уже навестить их... - Он взъерошил себе волосы. - Ладно, что мы о грустном. Говоришь, у тебя в городе поручение? И как, важное?
   Он не заметил, что светловолосый уже несколько секунд как не хромает, и слегка отстав, внимательно смотрит на него.
   -Ну да. Найти кое-кого.
   -Да? А кого?
   Музыкант начал оборачиваться, но не успел. Получил быстрый удар по затылку, и рухнул в пыль.
   У его недолгого попутчика, который отряхивал ладони, стоя над ним, были совсем не человеческие глаза.
   -Да по ходу, тебя. - Констатировал он, и наклонившись над жертвой, начал вытаскивать из под него сумку.
   Чуть слышно хрустела трава под шагами, приближалось беззаботное насвистывание.
   -Чтоб я сдох, неужели тебе кто-то понравился! - с сарказмом заметил подошедший и сунул руки в карманы, едва ли не любуясь тем, как шустро варлак обшаривает карманы неудачливого музыканта. Скрипка уже болталась за его плечом.
   -Я не от удовольствия их перебираю! - огрызнулся 'укушенный'. - Или думаешь, приятно раз за разом ногу резать!? Тот, первый, к невесте ехал. Второй на заработки, и его брат ждал. А те двое вообще догоняли свою похмельную компанию! Или ты хотел, чтобы весь лес возле нас через пару дней их родственники прочесывали!?
   -Какой-то он не слишком худой. - Подошедший окинул фигуру жертвы изучающим взглядом. - Точно безобиден?
   -Да он только пиликает, тоже мне, грозный противник! - бросил светловолосый и закончил осмотр. - Давай, за руки, за ноги, потащили уже его отсюда. Я слышу, как там топочут какие-то конники. Нам для полного счастья только свидетелей не хватало.
  
  
   ***
  Идиотский план, идиотский, идиотский, вообще ни в какие ворота!
   Так думаю я, вышагивая по ночной городской улице в том виде, в каком Виктор и помогающие ему стражи представляли себе беззащитную жертву. То есть в белом платье и с распущенными волосами. Хорошо хоть сверху мне позволили набросить плотную рубашку вместо куртки, а под платьем не было видно штанов и спрятанного оружия. Разве что обувь в виде дорожных туфель без каблука, выбивалась из образа, но на этой детали я настояла особенно.
   -Мог бы сразу сказать, что позвал именно для этого! - Ворчала я на соратника часом ранее, пока помощница затягивала мне корсет потуже.
   -Не мог бы!- возразил тогда охотник, задумчиво рассматривая подобранное мной оружие. - Откуда я знал, кто придет мне на помощь. Это так, везение. Иначе на твоем месте была бы Тавия.
   Девушка, работающая швеей и заодно сестра местного помощника ордена, хмыкнула за моей спиной, давая понять, что в таком случае возмущений было бы гораздо больше. И еще раз рванула на себя тесемки корсета, так что из меня чуть дух не вышел.
   -У, твою ж мать!
   Я уперлась руками в стол и постаралась дышать не слишком глубоко. А лучше бы вообще перестать дышать.
   -Жаль, что на моем месте не ты! - процедила я. Виктор махнул рукой.
   -Если все получится по моему плану, я готов хоть завтра прогарцевать в этом самом платье по залу! - И осекся, увидев мой хищный взгляд. - Я зря это сказал, да?
   -Очень зря! - заявили мы с Тавией злорадным хором.
  ...Воспоминание об этом греет мне душу, пока я стучу в неприметную дверь, сливающуюся со стеной подворотни.
   На моем месте должна быть девушка-сирота из недалекой деревни, приехавшая в город к 'нежданно найденному брату' - которым был друг задержанного нами фокусника. Он занимался поиском и отбором жертв, а фокусник, не зная точно, кого покрывает, помогал ему.
   Нам повезло, что Оливера не посвятили в планы, иначе тот, случайно наткнувшись на убийство, не побежал бы сообщать об этом в городскую стражу. Потом, конечно, ему намекнули на последствия, и он собрался бежать, но не успел. А отвечать перед охотниками не хочет никто. Даже пригрозить не успели, сам все выложил...
   Дверь открвается.
   -Простите, а господин Арсул здесь живет? - Приветливо интересуюсь я.
   -Не знаем такого. - Заявляет жующий мужик, здоровенный детина в кожаной безрукавке. Я стою с растерянным лицом.
   -Но как же... А вы не слышали, может он переехал?
   -Жил тут один. - Вдруг 'вспоминает' любитель поесть. - Не знаю, правда, куда он точно перебрался. Ты отыщи Кривую улицу, там его знакомые есть. Может, знают.
   -Ага... А где эта улица? - я потерянно оглядываюсь.
   -Ты как тут оказалась вообще, девица? - он словно сжалился над моим замешательством.
   Значит, проверку я пока прохожу.
   -Я к брату приехала... - Чуть не пустив слезу, дрогнувшим голосом признаюсь я. - Он денег на дорогу прислал, и сказал, как найду себе жилье на пару дней, его найти. Как раз и на праздник успею поглядеть, и он меня потом к себе заберет... Как же он мог переехать-то?
   -Да ты не реви. Найдется твой братец! Ты, говоришь, уже жилье нашла себе?
   -Ага. Комнатку в трактире.
   -Ну вот и молодец, уже устроилась. Сейчас на Кривую ходить не надо, все равно все на площадь пошли. Сходишь, поглядишь праздник, а ближе к ночи найдешь эту улицу и спросишь там. А жених-то твой - Словно спохватывается он. - Разве не поможет тебе?
   -Нет у меня никого - плаксиво отвечаю я, утирая нос. - Ладно, дяденька, спасибо за слова добрые. Пойду искать.
   -Ты ближе к реке ищи, не то второй, не то третий дом. Вроде как, с дверью красной. Удачи тебе, девица! - Душевно напутствует меня мужик, и скрывается внутри.
   Ага, и тебе не хворать.
   Потоптавшись на месте, и изображая раздумья, я прислушиваюсь к ощущениям. По идее, сейчас за мной должна установиться слежка. И 'пасти' будут до самой Кривой улицы, где, судя по всему, знакомые братца пригласят к себе, угостят особым чайком, чтобы гостья потеряла сознание, и потащат на ритуал.
   Пока ничего такого не слышу. Ладно. Послушаю совета доброго дяденьки и пойду к площади.
   Найти ее может без труда и приезжая, по шуму, и по основному направлению движения прохожих. День города начали отмечать еще вчера, разбив на площади и прилежащих улицах палатки с угощением, сувенирами и прочим. А сегодня в город прибыли бродячие артисты, певцы, музыканты, да и местные подтянулись, и площадь разбилась на отдельные островки, в каждом из которых разворачивалось отдельное веселье.
   В полном соответствии с линией поведения жертвы, я хожу и беспрестанно кручу головой. А посмотреть и вправду есть на что. У фонтана толпа пестрых цыган, устроила шутливое гадание, в котором будущее клиенту показывают в танце и движении, а вся толпа с хохотом угадывает возможные варианты. Я тоже стою со всеми, пока не привлекаю внимание гадалки, немедленно позвавшей меня в середину. На предложение отвечаю испуганным взглядом, и, замотав головой, спешу отойти.
   Потом вдоволь любуюсь жонглерами, над руками которых порхают цветные шары, яблоки, а то и маленькие ножи. Иногда словно вспоминаю, что меня сюда привело, и потерянно оглядываюсь, словно пытаюсь понять, как искать нужную мне улицу. Но потом вздыхаю, пожимаю плечами и смотрю на танцовщицу с ленточками.
   Так, мало-помалу я продвигаюсь к середине площади, откуда вижу актеров, устроивших представление на помосте. Стоит сказать, что представление там устроили интересное, ухитряясь без слов показывать историю о приключениях трех рыцарей. Тех отправили по поручению сюзерена в другую страну, через города с уличными разбойниками, озера с русалками, и леса со злобной нечистью, которых герои побеждают где силой, а где хитростью. На игру стянулась здоровенная толпа, и мне приходится долго переминаться с краю, иногда вставая на цыпочки. Группа мужчин, покосившись на меня, снисходит над небольшим ростом и пропускает вперед, почти к середине.
   Актеры и декорации к ним разместили на помосте, там же установив и освещение. Помощники обнаруживаются по бокам, за декорациями да перед помостом, на небольшой, освобожденной зрителями площадке. Рядом с левым углом стоит маг, меняющий цвет и силу свечения камней на подставках. За деревьями из жердей и ткани спрятались двое детишек, трясшие декорации в имитации ветра. Спереди же и справа от помоста расположились музыканты, которых хватило бы на целый оркестр. Сзади всех, за углом помоста, виднеются люди с трубами, барабаном и виолончелями, перед ними стоят флейтисты. А ближе к магу, иногда обмениваясь с ним замечаниями по ходу представления, обнаруживается знакомый скрипач.
   Стремясь не к центру, а к левому углу, я кое-как пробираюсь вперед, хотя меня и подпихивают плечами со всех сторон. И понаблюдав, понимаю, почему скрипач встал с краю.
   Во-первых, барабан подключается только в напряженные моменты, поэтому вместо него в остальных партиях ведет именно скрипка, задавая тон и темп всем остальным. Она начинает сольную партию при появлении новых персонажей или смене декораций, а остальные постепенно подхватывают и развивают, заодно наращивая напряжение действия вместе с громкостью.
   Во-вторых, с магом они не просто переговариваются, а корректируют совместные действия по ходу сценария, поглядывая на листок с подсказками, прибитый к краю помоста. Вот маг, не отрывая взгляда от медленно меняющих цвет светильников, что-то говорит над плечом музыканта, а тот, кивнув флейтистам, заканчивает с ними прежний быстрый мотив. И после паузы длиной во вдох, начинает новую, более плавную, льющуюся мелодию. На сцене, медленно ступая, появляется девушка, и на пару с одним из рыцарей начинает кружить среди декораций, постепенно сближаясь. Расцветает романтическая линия сюжета.
   Пение скрипки, под которую на сцене развернулось действие, заставляет толпу притихнуть. Вдохновенный и волнующий мотив завораживает своей лиричностью, неким достоинством, и вместе с тем в нем чувствуется обреченность. Сразу понятно, что чувства персонажей неожиданны для них самих, возникли не в то время, не в том месте, и скорее всего, приведут к печальному концу. Но вместе с тем слишком сильны, чтобы от них отказаться.
   Музыкант, прикрыв глаза, прильнул подбородком к инструменту, и тот словно ожил и поет это сам.
   С правой стороны эхом откликаются виолончели, сразу добавив глубины. Но вести продолжает скрипач.
   И я понимаю, что обожаю музыку.
   Танец на сцене достиг пика, стремительное кружение набрало обороты, но вот мелодия сменяет тон. Актеры прерываются, словно опомнившись, и помедлив, размыкают ладони. Музыка тихо угасает.
   Действие шустро сменяется. Помощники быстро выдвигают декорации сада, и начинают играть флейты, изображая птичьи песни. Скрипач получает возможность отдохнуть, и опустив пока инструменты, что-то говорит магу. Тот трясется в тихом смехе. Музыкант же облегченно поводит плечами и окидывает взглядом толпу. Меня он замечает сразу.
   Узнал. Полушутя, он обозначает поклон, и довольно улыбается. Еще бы! Смотрю-то я не на сцену, а на него.
   Сзади кто-то проталкивается, пробираясь к центру, и пихает меня в спину. Впереди стоящие, между чьих плеч я выглядывала, неохотно расступаются, и так меня выносит вперед, почти вплотную с магом и скрипачом. Последний, увидев это, тоже делает ко мне пару шагов, оказавшись на расстоянии локтя.
   -Выдалась свободная минутка? - негромко интересуется он, слегка склонив голову. Помня, что меня сейчас могут видеть потенциальные ловцы, я с улыбкой стреляю глазами вбок, словно напуская загадочности. Может же так поступать на моем месте несостоявшаяся жертва? Безусловно, может.
   -Не совсем. - Улыбаюсь я.
   Слов ведь они не слышали.
   -Так для тебя никакого праздника? - удивляется музыкант. Я еще шире улыбаюсь, совсем опустив глаза и стеснительно спрятав ладони в складках юбки.
   -Ну не то чтобы так...
   Поднимаю глаза, сохраняя на лице прежнюю кокетливую улыбку.
   Наверное, такая внезапная приветливость у него со мной не вяжется. Скрипач недоуменно сдвигает брови, а потом щурит глаза.
   -Кто-то сейчас наблюдает за тобой?
   -Надеюсь, что так... - Медленно отвечаю я, в то же время покачав головой и не меняя выражения. Он кивает в знак понимания, и игриво улыбается в ответ, да так натурально, что кто-то из девушек сзади завистливо вздыхает.
   -Сожалею. Наверняка трудно без отдыха. - Признает он, а сам, будто заинтересованно, подается в мою сторону. - Но представление хоть нравится?
   -А что, там вдобавок идет какое-то представление? - Я шутливо удивляюсь, встав на цыпочки и через его плечо взглянув на помост.
   Он усмехается, оценив комплимент. И тут я буквально затылком ощущаю на себе пристальный взгляд. Кто-то, раньше следивший за мной издалека, сейчас подошел почти вплотную, и я наконец-то его засекла.
   Вот и отлично.
   -Так ты выступаешь не один, а вместе с оркестром? - Спрашиваю я. Скрипач качает головой.
   -Тут что-то вроде сборной солянки. Не считая актеров, естественно. Мы вместе репетировали, конечно, но вообще я и флейтисты сами по себе.
   -А сольные выступления сегодня будут?
   -Как сложится. И если попросят. - Музыкант вздрагивает и оглядывается на мага, который, оказывается, подобрал мелкий камешек и кинул ему в спину. Очевидно, тонко намекая, что скрипачу пора приступать к работе.
   -Сейчас моя очередь. - Подтверждает тот, склонившись ко мне.
   Я вздыхаю, потупившись и разгладив ладонями складки юбки, и подняв глаза, с сожалением качаю головой, в то же время вслух пообещав:
   -Ладно, тогда если смогу, еще загляну.
   Надеюсь, со стороны наш разговор выглядел как 'Оставайся, девица, с нами! - Да я бы рада, но мне братца искать'.
   -Мы весь праздник будем здесь. - Музыкант смычком указывает свое местоположение, улыбается еще напоследок, и отходит к помосту. Я отступаю назад в толпу, решив начать уже поиски этой самой Кривой улицы. А вдогонку раздается знакомая мелодия скрипки, сопровождающая романтическую линию, но развивается на новый лад, и подхваченная другими музыкантами, льется в воздухе...
  
  
  
  Глава 5.
  
   Я не сразу поняла, что проснулась, и до сих пор лежу в гамаке, в саду среди яблонь.
   Из сада, с улицы, к которой этот сад примыкал, продолжала литься музыка из сна, и первое время я лежала с прикрытыми, тихонько мурлыкая ей в тон. А потом осознала, что уже не сплю, и едва не свалилась.
   Мелодия была та самая! Я вспоминала ее все это время, с самого перерождения! Она преследовала меня во сне, она звучала в моей голове с самого начала, это ее звуки я пыталась услышать в ветре, шелесте листьев, журчании воды, и не могла вспомнить, словно все это время вслепую искала жемчужину в песке. А теперь вот она, нашлась сама, и сияет в ладони.
   Надо же.
   Я спохватилась, встала, поправила сбившиеся в одну сторону волосы. Помедлила, и робко пошла в ту сторону, ступая как можно тише.
   Поутру трава и листья обвесились росой, и та сверкала под солнцем, создавая каждой ветви и каждому дереву свой мерцающий ореол. То ли я иду между ними, то ли они сами плывут мне навстречу? Все так волшебно, чарующе, и еще эта песня, что снова тянет меня за собой, ведет... Может, я до сих пор сплю?
   Как бы то ни было, но теперь я точно знала, почему привязалась к Риласу. Именно там я услышала эту мелодию, и ее голос запал мне в душу. Я не замечала за собой романтичности, не знала, что такое возможно, но стоило мне услышать игру музыканта, как что-то во мне изменилось. Что, почему? Не знаю. Но с тех пор я не могла забыть эту скрипку.
   Впереди показался деревянный частокол, огораживающий сад.
   К забору с той стороны притулилась телега, груженая тюками. Чуть поодаль стояла еще одна, а за ней и третья, и я вспомнила, как староста вчера упоминал о торговом караване, который выбился из графика. Купцы пропустили крупное поселение, думая наверстать упущенное, поэтому к деревне пришли уже затемно, как раз когда мы отбыли на задание в лес.
   Так, я все же не сплю.
   Прислонившись к борту телеги, Рен склонил голову к инструменту, и легко двигая смычок по натянутым струнам, разливал по округе музыку, так долго не дававшую мне покоя. Мне казалось, даже пташки замолкли, все вокруг притихло, не смея перебить, прервать, нарушить очарование момента. Я осторожно облокотилась о забор, скрестив кисти, и замерла, не торопясь его окликать. Остановить его игру сейчас казалось едва ли не кощунством.
   Он прервался сам. Поменял положение руки и подтянул пару колок. На пробу провел смычком по струнам, и с ходу начал новую мелодию, динамичную и с широким разбросом нот. Брызги солнца стали ярче, роса засияла словно сама по себе, изнутри. Рен стоял, заслоняя от меня солнце, в снопе золотых лучей, и мне даже в какой-то момент привиделось, что свет исходит и от него самого. Может, это было то, о чем я раньше только слышала, сияние таланта, души, которой коснулось что-то божественное...
   Музыкант снова уловил какую-то неточность, которую мог услышать только он сам, и остановился, подтягивая струну. То ли он понял, что на него кто-то смотрит, то ли смог услышать мои шаги, но сразу после того как счел, что инструмент в порядке, отдал его возничему и обернулся.
   Я прищурилась от ударившего в глаза солнца, и заслонила глаза ладонью. Рен наклонился, заглядывая мне в глаза под козырек.
   -Этот караван идет в Тавер. Может, стоит присоединиться? Я спрашивал, они будут счастливы получить в сопровождение охотника. И с добрым утром.
   -И от охотника ничего не требуется, только присутствие! - С лукавой улыбкой добавил мужчина рядом, укладывая скрипку и смычок в футляр. Сказал он это явно затем, чтобы намекнуть, что если не будет внезапных опасностей, от которых я их непременно защищу, то платить мне не за что, и они этого делать не будут. Взаимная выгода же, зачем платить?
   Какая дорога? Дайте мне очнуться сначала. Я помассировала виски, задумываясь.
   Первым порывом было отказаться под предлогом того, что телеги идут медленно, и без них мы доберемся быстрее, но вслух я этого так и не сказала. Зачем же отказываться, в самом деле? С караванщиками всяко удобнее, и с ужином проблем не будет, и ночлег они выбирать умеют, заранее зная подходящие места, и гораздо безопаснее идти толпой, никакая нечисть не сунется. А если они начнут нас задерживать, то ничто не мешает мне с ними распрощаться, и направиться дальше самостоятельно.
   Да и конь у нас на двоих один, так что быстрее пешего хода мы все равно надолго не разгонимся.
   -Присоединяемся - кивнула я. - Когда отправляетесь?
   -Где-то через полчаса, позавтракаем и в путь. Успеете?
   -Мне собираться недолго.
   И я развернулась обратно к саду. Придется возвращаться к жестокому реальному миру. Перед тем как собраться, нужно не забыть снять и убрать гамак; хозяйка не обрадуется, если найдет его после дождя на улице.
   Рен вернулся, когда я умывалась у стены, плеская ледяной водой себе в лицо. Волосы, убранные на затылок в хвост, то и дело выбивались и липли к лицу.
   -Староста пригласил тебя на завтрак. - Усмехнулся он и присел на ошкуренное бревно, служащее лавкой. - До сих пор не успокоится, я видел, как он заходил к соседке за медом, наверняка чтоб специально тебя угостить.
   -Ну и отлично, пусть у него в привычку войдет не обижать охотников - фыркнула я, утираясь полотенцем. - Ты как я полагаю, опять есть не хочешь?
   Он скучающе пожал плечами.
   -Не голодный.
   -Тебе только кажется так, из-за заклинания, а на самом деле ты слабнешь с каждым днем! Одним сном не спасешься. Нужна хотя бы обычная еда.
   Он поморщился.
   -Поверь мне, еда не нужна.
   -Ага, как же... - Пробурчала я, совершенно не представляя, что с ним делать. Связать и кормить из ложки? Отплюется, зараза.
   Он проигнорировал мои возмущения, устремив взгляд в сторону каравана, и я вспомнила, что меня интересовало уже несколько минут.
   -Тебя попросили настроить скрипку, или сам взял?
   -Сам. Думал сыграть, а там не струны, а сущий кошмар. Любой знающий покупатель плеваться будет.
   -Твоя-то, наверное, лучше была?
   -Конечно лучше! - Его чуть не подбросило. - И струны в идеальном порядке, и лак первого сорта. И вообще, ты, если бы увидела, сразу поняла разницу. За эту торговец собирается просить около восьми золотых, а за мою меньше сорока не давали.
   Он нахмурился, добавив:
   -Это одна из главных причин, почему я иду с тобой.
   -Из-за скрипки? Серьезно? - удивилась я. Он еще больше насупился.
   -Эта скрипка мне как дочь родная. Они ее забрали, и если еще не продали, то чего бы мне это ни стоило, я ее верну.
   Я думала, было, улыбнуться, но Рен добавил.
   -Без шуток. Я за нее и убить могу... наверное. И их волкодлак об этом скоро узнает.
   -Хорошо. Поняла. Не пойму только твоих попыток побега. Или ты думаешь, у одного тебя больше шансов вернуть свою шестиструнную подругу?
   -У скрипки четыре струны. - Едко поправил он.
   -А у кого-то манера постоянно уходить от разговора. Так почему ты пытался уйти?
   Он помолчал, сцепив в замок руки и уставившись вниз, на мерцающую росу. Лицо у него было мрачное.
   -Я понимаю, что мне придется вернуться. Слишком много для этого причин. Но и идти туда до одури не хочется. Ведь можно сказать, что я веду тебя на гибель. - Он поднял глаза. - А ты снова не боишься, да?
   -Даже не помню, чего именно бояться.
   -Но ты один раз сгинула там. И снова идешь одна, меня можно не брать в расчет, я неполноценный вампир. - Он покачал головой. - По-моему ты даже для охотницы ненормальная.
   -Это уже не тебе судить. А я вовсе не собираюсь врываться к ним с лезвием наголо, а иду с разведкой. Ритуал можно сорвать и мелкой пакостью, а не открытой атакой.
   -Думаешь им в зелья плюнуть, или подкинуть дохлую крысу в костер? - развеселился он. - Не помешаешь, так подпортишь настроение. Может, еще рогатку сделаешь, и будешь обстреливать камушками из засады? Страшная диверсантка! - и вампир захохотал. За что и получил по шее мокрым полотенцем.
  
   ***
  Химера островная.
  Зверь. Степень опасности - 5, разумности - 2. (Пометка на полях: самая мелкая, и самая пакостная из всего подвида. Может напасть, даже будучи сытой, и не защищая логово.)
  Обитает на островах Закатного Ожерелья, исключительно в лесах.
  Размером с крупную собаку, очень юркая и гибкая. (Пометка на полях: пролезет всюду, куда сможет протиснуть голову). Морда смахивает на волчью, но уши поворачиваются, как у кошки. Строение остального тела кошачье. Мех палевый, пятнистый и переливается оттенками, может намеренно менять окрас и сливается с желтоватым лишайником на скалах. (Пометка на полях: Да так, что шхар заметишь, пока не пошевелится)
  Хвост тонкий, гибкий и очень длинный: в два раза длиннее тела. Покрыт короткой шерстью. На конце хвоста изогнутый шип. Шипы в шерсти мелкие, в основном по хребту и у горла. Ближе к голове шипы ядовиты. Слюна тоже содержит паралитический яд. Когти может втягивать. Всеядна.
  Охотиться предпочитает из засады, но при необходимости очень быстро бегает. (Пометка на полях: легко догонит и обгонит скаковую лошадь)
  Оружие: зубы, когти и яд. Часто использует хвост как бич. Охотится предпочтительно в одиночку, редко - парами. Островные химеры не собираются в стаи. (Пометка на полях: И слава богу)
  Уязвимое место: живот.
  Практически не восприимчива к магии.
  (Пометка на полях: C этой поганью вообще лучше не связываться)
  Бестиарий, Глава вторая. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
  
  ***
   Караван шел неспешно, растянувшись по дороге на добрую версту, и под мерную поступь волов, да покачивание телеги, так и уводило в сон. В принципе, следить за обстановкой от меня не требовалось, так что можно расслабиться, поймав момент отдыха, и глядеть в небо, отыскивая в редких облаках очертания зверей, неведомых птиц, скрытое в тени лицо, морские волны...
   Я лежала в полудреме, поверх мягких мешков с тканью, у края телеги. Мимо, в голубоватой дымке неторопливо проплывали дальние очертания холмов и укрывающего их леса.
   Надо мной сверху раздавались два голоса, спорящие между собой.
   Первый принадлежал тонкой стройной девушке с длинными белоснежными волосами, устроившейся на верхушке товаров, и скрестившей ноги. Второй - молодому человеку примерно одного со мной возраста, с русыми волосами и резкими чертами лица, выдающими в нем коренного северянина.
   -У меня нет проблем с общением с другими людьми. Ничего не имею против тех, кто ест собак. - Пожимает плечами девушка. - Но с оговоркой, что если кто-то попытается съесть мою собаку, я разделаю на вырезку его самого.
   Это понятно. Выросла она на побережье, в предках у нее вроде даже затесались пустынники, да и вообще, портовые города - место самого пестрого смешения национальностей и народностей. Там быстро привыкаешь спокойно смотреть на чужие порядки, и не осуждать их.
   -Лицемерие. - Морщится северянин. - Ты как те селяне, которые отгоняя шторм, молят: только не к нашему берегу, куда угодно, только не на нас! А на других им уже плевать, с другими пусть происходит что угодно.
   И его резкость тоже понятна. Север - суровое место. Местами тайга, переполненная медведями, волками и вивернами, местами открытые поля, где ветер моментально вытягивает последние остатки тепла. Собака там не просто питомец, это друг, который и об опасности предупредит, и упряжку с тобой потащит, и в случае чего, согреет.
   -Это не одно и то же - спокойно отзывается она, щурясь и подставляя лицо солнцу. Ветер тихонько перебирает тяжелые волосы, как полосы белого шелка. - Я осознаю, что есть иная культура, и для этой культуры собаки или кошки - то же самое что в нашей куры с гусями. И не вмешиваюсь не потому что глупо защищать курицу, а потому что ничего этим не изменю. Это же другой менталитет, другие взгляды и другая жизнь. И я понимаю, что вздумай кто-то другой, кто держит курицу за лучшего друга убеждать меня в своем мнении, я только пальцем у виска покручу. Так что лучше просто не лезть куда не надо и куда не просят.
   -И тебе не жалко бедных зверушек, которых убивают ради того, чтобы съесть!?
   -А тебе жалко мышь, которую поймала кошка?
   -Да при чем тут...
   Такие разные - и поэтому никогда не могли спокойно сидеть, находясь в пределах видимости. Я, выросшая относительно в центре материка, особых претензий не вызывала, и обычно помалкивала, под их вечные споры. Всегда интересно послушать, как два одинаково умных человека, которым образование не позволяет решать споры мордобоем, пытаются не просто переспорить, а переубедить оппонента.
   Девушка замялась, прожевывая что-то, и пояснила свою мысль, не дожидаясь, пока он закончит свою.
   -Ради пропитания - это одно. Это жестко, но это естественный ход вещей. Совсем другое - это убивать животное не ради пропитания, а ради забавы, или чтобы украсить себе воротник. Вот это жестоко и бессмысленно. Никогда не понимала этого мужского увлечения охотой, когда одного-трех зайцев загоняет куча всадников со сворой собак!
   -Ну начинается, теперь всю жестокость мужчинам приписала! - ворчит парень, ворочаясь и укладываясь поудобнее. Решает обнаглеть, и взбивает мешок под головой как подушку. Как будто у него удается долго лежать на одном месте, когда он спорит с Сарэа. Нет-нет и норовят оба усесться лицом к лицу.
   -Под одну гребенку я же всех не равняю - невнятно отвечает девушка с набитым ртом, отряхивая крошки с колен.
   Виктор аж подскакивает.
   -Чего это ты там ешь? У нас же еще утром последний хлеб закончился!
   -А мне купец печенья дал, за красивые глаза - ехидно чавкает она. Я, подтверждая ее слова, умиротворенно вздыхаю - мне это печенье уже не лезло.
   -А твой бог велел делиться! - возмущается северянин. - Я тут почти с голода умираю, а она уминает сладкое за обе щеки!
   -Мой бог - сказал делиться, а откуда я знаю что сказал твой? Может, он сказал, что принимать дары это слабость и смертный грех? Я ведь понятия не имею, во что ты там вообще веришь.
   Он с притворным потрясением ахает:
  -Да ты никак упиваешься своим невежеством!
   И пока она замялась с ответом, молниеносно выхватывает сверток со сладостями.
   Возмущенный возглас и треск - два будущих охотника начали великую битву за владычество над выпечкой...
  
   ...Я открыла глаза, проводив глазами одинокую сосну на пригорке, уплывшую назад. Подняла взгляд на верх телеги, хотя понимала, что никого там на самом деле нет.
   Из спутников у меня вампир и дух, принявший облик ястреба, я направляюсь в Тавер, чтобы расследовать собственное убийство, а услышанный только что диалог состоялся как минимум лет семь назад.
   Я медленно подняла руки перед собой и начала медленно загибать пальцы, пока воспоминание не потускнело.
   Кто важные мне люди? Кому я могу доверять безоговорочно, и о ком иногда вспоминаю, оставаясь наедине с ночным лесом и костром, думая: как они там?
   Сарэа. Ближе, чем родная сестра. Мы прошли с ней обучение с первого дня и до последнего. Даже метку получали в один день. Наставники привыкли видеть нас вместе, так и поминали 'наши девочки'.
   Виктор. Тоже проходил обучение со мной. Я помню, что сначала было четверо, но Дарис не дожил до получения метки. Виктор остался единственным нашим с Сарэа ровесником. Родным братом я его, наверное, не назову, скорее старшим двоюродным, с которым не всегда находишь общий язык. Но ему стоит доверять.
   И Маркус.
   Я до сих пор не помню лицо, но именно этот человек заменял мне отца. Но кем он был, и каким он был? Только имя и воспоминание о голосе...
   Я покосилась на ястреба, кружащего наверху и собравшегося на очередную охоту. Уж он-то мне точно ничего не расскажет. Помощничек...
   -Что-то прикидываешь? - полюбопытствовал Лаурен. Он лежал чуть выше, на боку, опираясь о локоть.
   -Вспоминаю семью. - Отрешенно отозвалась я, глядя только на три загнутых пальца.
   Мало у меня близких людей.
   -О. Это важно. Хорошо, что вспоминаешь.
   Я повернула голову в его сторону. Рассеянный взгляд музыканта ушел куда-то за горизонт, и сознание наверняка пребывало там же. Легкий ветер трепал темные волосы, солнечный свет лег на лицо, обрисовав черты лица, знакомые еще в прошлой жизни. Может, он не так уж сильно изменился? Может, я сейчас вижу его прежнего. И та враждебность только напускная.
   -А что с твоей семьей? - тихо спросила я. - Ты говорил, тем жрецам нужен был кто-то без родных.
   -Я по глупости своей признался одному из них, что семья осталась далеко. И у меня с ними нет постоянной связи. Но мои родные живы-здоровы. - На его лице появилась теплая улыбка, но медленно угасла. - И они еще многого не знают.
   -Думаешь, для них что-то изменится?
   -Я не знаю. Даже не хочу думать.
   Он опустил взгляд на свою ладонь, повернул ее другой стороной, словно изучая заново посветлевшую кожу и белесые, крепкие ногти. Снова взглянул на меня.
   -А как думаешь ты?
   -Я не могу сказать, что многое в тебе поменялось. Просто появились иные возможности. Но я тебя почти не знала, и не помню. Родным лучше судить о таких вещах. Может, они наоборот, обрадуются, что ты выжил, и неважно, как именно. Смотря какие у вас были отношения.
   -Они семья, и этим все сказано. - Тихо произнес Рен, и задумчиво посмотрел вдаль. Взгляд снова затуманился. - Мне говорили, что кем бы я ни стал, все равно останусь для них сыном и братом. Но тогда речь шла только о выборе моего основного занятия.
   -Они не хотели, чтобы ты становился скрипачом?
   Он качнул головой.
   -Это отец помог мне выучиться. Сам по молодости увлекался музыкой. Они с мамой вовремя заметили во мне такие же способности. Подняли старые связи, чтобы найти хорошего учителя. Всю свою жизнь буду им за это благодарен.
   Рен на миг прикрыл глаза, улыбнувшись так, словно увидел родительские лица. И продолжил вспоминать.
   -...У нас был старый, но большой дом с пристройкой для таверны, в два этажа. Рукой подать до от местных горячих источников. И несколько лет мы ютились в паре небольших комнаток внизу, пока остальной дом сдавался приезжим любителям подлечиться. Все ради того, чтобы оплатить мне обучение, а потом купить скрипку. Настоящую, такого класса, что знай разбойники ее реальную стоимость среди ценителей, наплевали бы на всякие приметы.
   -Но почему ты ушел оттуда? - тихо спросила я. Теплый, оживленный городок у горного побережья, любящие родные, спокойная жизнь; я бы при таком раскладе не стала охотницей, наверное.
   Он пожал плечами.
   -Мне всю жизнь там не сиделось. Я хотел узнавать новое, видеть новые города, людей, и не только людей. Побывать и в пустыне, и на севере. Все понимали, что я не продолжу семейное дело, и рано или поздно покину родной город. Но я ведь не ушел навсегда! - спохватился он. - Никто никого не бросил и не забыл. Я продолжал иногда навещать их, привозил деньги, пытался обеспечить.
   Он призадумался, потирая подбородок.
   -Рано или поздно я все равно поеду к ним. Придется рассказать, что случилось. Может, мама будет волноваться, может, сестренка не сразу привыкнет. Но знаешь, теперь я уверен, что все будет хорошо. Семья есть семья.
   От этих слов, и его тона даже греющее нас солнечное тепло на миг показалось таким уютным, словно напомнило объятия родных, которых так давно не было рядом.
   Я не сразу осознала, что он повернулся и глядит на меня.
   -Отчего ты так загрустила?
   Опустив взгляд вниз на траву, я ответила не сразу, пытаясь придумать причину. Но он понял сам.
   -Что-то случилось с твоей семьей?
   -Семьи у меня не было много лет. - Призналась я. - И с мамой, и с сестрой у меня не сложилось. С тех пор как я ушла из дома, ни они, ни я не отсылали никаких вестей. Я только после своего обучения рискнула проехать мимо нашего дома. Все там отлично. Детей полон дом, всего в достатке. Беспутная охотница там явно лишняя. Так что я даже в дверь не стала стучаться, проехала дальше.
   -Сожалею. - После небольшой паузы сказал он.
   Я встряхнула головой.
   -Да я не сказать чтобы сильно тосковала. Убедилась, что все хорошо, и ладно. У меня своя жизнь и свой путь.
   -С матерью и сестрой, значит, не близка. - Он помедлил. - А что твой отец?
   -Когда я была еще маленькая, он ушел за водой.
   -За водой? - недоуменно переспросил вампир. Ну да, он же совсем из других мест...
   -У нас так говорили о пропавших без вести: ушел, мол, вслед за водой. Есть же предания о том, что вода приводит в мир мертвых? Выдумки, конечно, но раньше в это верили. Так что до сих пор считается, что уйти вслед за водой, значит не вернуться.
   -Но это же не значит, что он умер?
   -Не значит. Но он умер. Я это точно знала. Почувствовала еще тогда.
   -Что-то у нас разговор совсем о грустном зашел. - Заметил Рен. - Извини.
   -Нет, правда, мне не так тяжело. Вместо семьи у меня есть друзья и учитель. Вижусь я с ними редко, как и ты. Но знаю, что где-то они есть, помнят обо мне. И рано или поздно мы встретимся.
   -От этого становится как-то легче. - Согласился он.
   Я согласно вздохнула и растянулась по мешкам, сонливо потягиваясь. Печальное настроение постепенно испарилось под солнышком, как капля воды.
   Снова вернулась сонливость, но караван начал замедлять ход: значит, скоро будет привал, и возницы будут распрягать волов и лошадей для водопоя. Быстрый разогрев еды на костре, перекладывание товара и общая суета людей, уставших от долгого сидения на одном месте. Уже не подремлешь.
   Рен тоже зевнул и осмотрелся. Приложил ладонь ко лбу, глядя вверх.
   -Хм. Смотри, какие здоровенные птицы!
   Я лениво повернулась в ту же сторону, увидев лес, возвышающиеся среди него обрывки скал и зависшие в воздухе темные силуэты. Всмотрелась. Напряженно констатировала:
   -Это не птицы.
   И единым рывком слетела с телеги.
   -Тревога! Гарпии!! Всем укрыться!!
   Я понеслась вдоль телег, туда, где расположились люди, нанятые для охраны.
   -Остановить коней, живо! Прячьтесь под телеги!
   В воздухе уже разливался далекий хриплый вой, который ни с чем не спутаешь. Несущиеся в нашу сторону твари росли в размерах с каждым мигом.
   Наемники, уже вскочившие на ноги, изучали небо.
   -К оружию! - скомандовал один из них, рыжеволосый здоровяк, и обернулся ко мне. - А чем их одолеть?
   -Главное оказать отпор. - Бросила я. - Не попадаться в лапы. Поймут, что мы сильнее - отступят. Оружие: арбалеты, игольные самострелы и метательные ножи.
   Казалось, это не я несколькими днями ранее растерялась при виде стрыг. Сейчас все тело дрожало в боевой готовности, а разум резко остыл и пришел в полное сосредоточение. Мне даже не требовалась помощь ястреба.
   Следя за тем, как люди быстро собирают телеги в группы и прячутся, я быстро и отрывисто консультировала наемников, готовящих оборону.
   -Гарпии атакуют клювами и передними лапами. Бить старайтесь по крыльям и в живот. В головы стрелять бесполезно! На вопли не реагировать! В ближний бой старайтесь не вступать.
   -А если придется? - Уточнил Рен из-за спины.
   Я резко развернулась; и когда подкрался!? Уже некогда было что-то доказывать, так что я уже привычно перебросила ему кинжал.
   -Тогда резать по лапам. - И прошипела отдельно для него. - Если утащат, сам будешь виноват!
   На этом моменте твари достигли нас, и с громкими тягучими воплями спикировали вниз. Первые три ударились о невидимую преграду, растянувшуюся на высоте четырех саженей, и сбитые с толку, молча упали вниз, где их уже поджидали. У самого уха вжикнул первый арбалетный болт.
   Я держала ладони раскрытыми, с усилием сближая их между собой. В воздухе начал скручиваться шар голубоватого тумана. Ждать. Еще немного.
   Когда шар начал трещать голубыми искрами, я вскинула руки вверх, выбрасывая заклинание. Пульсар подлетел, как мячик, и с хлопком разорвался над землей, ударив тварей воздушной волной. Единый вой распался на отдельные недовольные вопли, и гарпии замедлились. Отдельные особи остались кружить вверху, а остальные кинулись в разные стороны, широким кольцом приближаясь к земле. Спланировали над ней, едва не задевая траву, и полетели на нас со всех сторон.
   Я выбросила ладонь вперед; двое загорелись и с визгом покатились по земле. Еще нескольких удалось задеть стрелкам. Но отдельным тварям удалось прорваться вперед, и наброситься на телеги.
   Истошно заржали перепуганные лошади, поднялся гвалт, но нападающие не тронули скот, а принялись искать, где прячется более легковесная добыча.
   Я бежала к крайней группе телег, где две крылатых твари зарывались в тюки, слыша снизу испуганный плач.
   Кто только додумался взять с собой маленьких детей.
   Гарпий ударило ветром и смело в сторону. Опрокинув следом за собой телегу, они замешкались, пытаясь подняться со спин, и я успела, перепрыгнув через борта, всадить меч в одну тварь. Другая расправила крылья и на миг замерев, ударила ими по воздуху в прыжке. Разинула глотку в еще одном, тревожном вопле, и его тут же оборвал мой нож, вошедший в сердце.
   Глухой удар тела я слышала уже за спиной, обегая телегу. Две девочки лет восьми-десяти жались в угол, не сообразив сразу, куда деваться. Я прикрикнула на них, заставив подскочить и унестись под соседнее укрытие.
   Выбежала на открытое место, и выдохнула, поняв, что твари решили не то отступить, не то взять реванш. Гарпии снимались с места, удирая повыше от мечей и стрел, и собирались наверху обратно в стаю. Внизу остались лежать несколько неподвижных, уродливых крылатых тел.
   Я медленно шла к наемникам, не отрывая взгляда от стаи. Она колыхалась над нами, с режущими слух криками, но потом вытянулась в клин и, тяжело вздымая крылья, устремилась обратно к лесу.
   Шаг, другой. Телега, где оставались основные силы людей, приближалась. Наемники, как и я, провожали взглядами гарпий.
   Меня что-то в их мешанине тел насторожило, но не понять сразу, что именно.
   Шаг...
   Вот! Тварь, летящая в середине и прикрытая другими сородичами, на миг показалась вся, и стал виден груз, зажатый в ее лапах.
   -Твою ж мать - только и сказала я, и устало пошла к людям, уже не глядя на нечисть.
   Люди потихоньку вылезали из укрытий, перекликаясь между собой, но судя по всему, утащили только кого-то из наемников.
   -Кто? - Я окинула взглядом растерянных воинов, отметив пару тяжело раненных и одно бессознательного, рядом с которым с оглушенным видом присел вампир. Ему тоже досталось чьим-то когтем по голове.
   Не хватало рыжеволосого вожака.
   -Они схватили Трея. - Подтвердил крайний, смуглый и низкий. Остальные вздыхали, с угрюмым видом подбирая оружие. Другой наемник, низкого роста, достал лекарства, и подошел к ближайшему раненному, прижимавшему к себе окровавленную руку.
   -Как же мы теперь? - Робко и тихо спросил кто-то.
   Ответа не последовало.
   Я из под ладони следила за удаляющейся стаей. Так. Сейчас у нас конец лета?
   У гарпий в это время подрастает потомство, и его нужно обучать. - Подтвердил ястреб, подлетев и усевшись мне на плечо.
   -Я смотрю, вы его уже похоронили? - Едко осведомилась я, так чтобы меня услышали все.
   -О чем ты, охотница? - Раздраженно спросил тот же смугляш. - Если хочешь что-то сказать, говори прямо!
   Остальные устремили на меня взгляды.
   -Гарпии убивают жертву не сразу, а вашего Трея вообще потащили для обучения детенышей. Те слабы, и не смогут так просто его убить. Будут гонять, учиться. Еще есть время.
   Я опустила взгляд на них.
   -Караван может на время привала остаться под охраной половины. Остальных приглашаю в коротенький поход.
   И развернувшись, зашагала к телеге, на которой оставила вещи.
   -Думаешь, у них там гнездо? - Спросил Рен, опять бесшумно увязавшийся за мной сзади. Я обернулась через плечо, доставая сумку, и на миг уставилась на него мрачным взглядом. Побледневший еще больше, и с залитым кровью виском и левым ухом, он судя по всему, как ни в чем ни бывало, решил, что тоже приглашается.
   -Тебя по башке ударить, чтобы успокоился?
   -Перед тем как убеждать меня остаться, напомни сама себе про волкодлака. - Отрезал он, усаживаясь на борт телеги с фляжкой воды. И плеснув на край куртки, провел тканью по коже, стирая кровь.
   Я только раздраженно ругнулась, доставая метательные ножи и самострел. Длинную плеть с крючками на конце решила оставить. Еще задену кого из своих.
   -Ты уже решил, что раз помог тогда, то теперь имеешь право лезть куда угодно? Да бес с тобой! Надоело спорить. Я не нянька. Только имей в виду, что тебя спасать не полезу.
   -Не придется. - Заявил вампир, и показушно крутанув в ладони мой кинжал, ушел к наемникам. Ты посмотри, никак обиделся.
   И как же ты найдешь пещеру, если его сожрут? - Поинтересовался дух, провожая упрямца взглядом желтых глаз.
   -У волкодлака спрошу! - фыркнула я.
   Заканчивая вооружаться, я думала, что обижаться он может, сколько вздумается, но мысль об ударе по голове кажется мне все менее и менее нелепой.
  
   ***
   Путь к гнезду занял меньше времени, чем я ожидала. Вояки не успели выдохнуться за короткую схватку, и надеялись вызволить своего вожака, так что шагали по зарослям, иногда переходя на бег, наравне со мной. Во время нашего похода начался небольшой моросящий дождь, небо затянули тучи, но когда мы достигли подножия скал, непогода уже прекратилась. Дождь унесло ветром в сторону, на север.
   Я обошла кругом широкий выступ, глядя вверх. Отсюда не было видно никакого движения, но доносились отдаленные вопли, смахивающие на протяжное мяуканье.
   У скал, на первый взгляд неприступных, обнаружилась тропа, ведущая вверх. Старая-старая, затертая временем дорожка все еще угадывалась в камне, а покатые ступени вполне годились для подъема.
   -И откуда тут лестница? - тихо спросил кто-то у меня за спиной. Я проверила снаряжение.
   -В этих краях попадаются старые храмы. Их устраивали тайно, в подобных местах. А гарпиям понравилось местечко.
   И я первой стала подниматься вверх, достаточно шустро, чтобы они не предавались раздумьям, а последовали моему примеру.
   Дорога увела в выемку между скал, и ушла в темный узкий проход, в глубину камня. Я почти не сбавляя шагу подвесила в воздухе несколько светляков, поплывших следом. Группа сзади молча шла следом, экономя дыхание.
   Я впервые оказалась в этом забытом богом месте, но проверив темные проходы поисковым заклинанием, поняла, как выйти на другие ярусы, а оттуда на верх скалы. Так что уверенно потопала вправо, и следующие за мной люди наверняка решили, что я бываю здесь в гостях как минимум пару раз в год.
   Мы оказались в широком зале, прямо над которым, если верить поисковому импульсу, расположилось гнездо. В слабом свете были различимы стены с вырезанными фигурами и письменами. За спиной кто-то переговаривался и едва не плевался, увидев уродливые морды и крылья местных идолов. Я обернулась, вскинув ладонь. Зашептала:
   -Мы близко. Теперь лучше не разговаривать. Я пойду впереди и оглушу их. Вы постарайтесь рассредоточиться, насколько там это будет возможно. Атакуете вместе со мной. И помните про крылья. Бить лучше всего по ним.
   И пустилась вперед, к чернеющему впереди проходу. Он ушел в сторону, оборвался выходом на обрыв, при взгляде с которого тут же закружилась голова. В сторону и вверх по скале уходили остатки тропы, по которой можно было пройти только вплотную прижавшись к камням. Я волновалась, не сорвется ли кто-нибудь, и замедлила шаг, чтобы они тоже не спешили. Но воины не подвели, преодолев преграду едва ли не быстрее меня. Наверное, потому что вниз, в отличие от меня, никто не пялился.
   Вот и гнездо.
   Сводя вместе ладони, я застыла за здоровенным пиком, уходящим вверх, как гигантский обломанный клык. На свободной площадке поднимались края здоровенного гнезда, из сваленных и сплетенных веток, обрывков ткани, и кое-где даже костей. Вроде бы, не человеческих.
   Основная масса взрослых особей расселась наверху, по каменным клыкам. Они чистили перья и приводили себя в порядок. Парочка пониже, на выступе, скандалила из-за какого-то куска мяса на костях, похожего на останки собаки. Отрывистые вопли разносились по округе; наверняка именно их я слышала внизу. Впрочем, другим они не мешали придремывать, греясь на вновь показавшемся солнце.
   Снизу, из гнезда, доносились тоненькие голоса детенышей. Я замерла, прижавшись боком к одному из каменных клыков, и прислушивалась, пытаясь определить, начали они есть, или только играют. Но тут из ветвей одновременно с воплем мелкой гарпии донеслось вполне бодрое:
   -Получай, шхарову мать, сучье племя! По одному, гымровы выродки!
   Нам больше и не надо было. Я выскочила вперед, подбрасывая вверх пульсар, и сразу выхватив самострел, сбила с насеста ближайшую взрослую особь.
   Что тут началось! Обалдевшие от нашей наглости твари подняли такой ор, что его наверняка было слышно в ближайшем городе. Хорошо, наемники подготовились к такому повороту, заложив уши смятыми листьями ревеля. Воинственные мужики кинулись в бой с ожесточением уличных собак, круша атакующих гарпий. Я снова оглушила их взрывом пульсара, и побежала по кругу гнезда, не пуская к нему взрослых.
   Детеныши, как оказалось, уже встали на крыло. Трое из них успели вовремя сориентироваться, и удрали раньше старших, поджимая лапы и обижено вопя на всю округу. Взрослые еще пытались сопротивляться, кидаясь на нас и сверху, и со всех сторон, но они уже потеряли слишком много своих при нападении на караван, и при нашей первой атаке.
   Трей перевалился через край гнезда - бледный, в рваной одежде и весь в крови. Я предостерегающе крикнула ему, но оглушенный мужик только мотал головой, пытаясь ползти. Он не видел, что на него с растопыренными когтями пикирует взрослая особь.
   Я побежала в его сторону, перелетела через борт гнезда пробежала по примятой поверхности и разворачиваясь на бегу, зашвырнула в нее заклинание 'шока'. Гарпия хрипло крикнула, завертелась в воздухе надо мной, и раскинув крылья, бросилась вниз. Я перепрыгнула стену гнезда и отскочила подальше, на самый край площадки, но она успела догнать новую цель.
   Меня ударило потоком воздуха, отбросило назад мощным крылом, и скала ушла из под ног, на миг поменявшись местами с небом. Я чудом успела извернуться, вскинуть руки и вцепиться в чахлый кустик, росший из трещины в камне. Гарпия с хриплым воплем так и ушла вниз, протаранив где-то там кроны деревьев
   Скала ударила по спине, и я повисла над обрывом, чувствуя, как трещат корни этого кустика. Заскребла ногами по поверхности, пытаясь найти на ней хоть какую-то опору, но камень оказался гладким, словно вылизанный.
   Не дергаться.
   Я замерла и выдохнула. Решилась, разжала пальцы левой руки, и ударив ногами в сторону, покачнулась на ненадежном кустике, пытаясь уцепиться за край.
   -Хельдин!? - взволнованно послышалось сверху, и рука вместо каменного уступа наткнулась на другую ладонь, неожиданно горячую. Я подняла голову, а Рен и один из наемников уже ухватили меня за обе руки и втаскивали наверх.
   Я еле удержалась от того, чтобы не расцеловать скалу, или своих спасителей.
   -Хорошо-то здесь как! - Я отряхнулась, и поспешила отползти подальше от обрыва. Оглянулась.
   Последнюю гарпию добили как раз во время моего подъема. Остальные уцелевшие разлетались кто куда, скрываясь над лесом, а наемники уже собрались вокруг своего похищенного вожака. Тот привалился спиной к гнезду без сознания, но судя по спокойствию смуглого воина, который собрался его перевязывать, он будет жить.
   Что ж, подождем, пока его подлечат, передохнем и пойдем обратно.
   Я села, подобрав под себя ноги, и подумав, сообщила:
   -Совсем забыла. Я еще и высоты боюсь.
   -По тебе видно. - Саркастично заметил Рен, и чем-то снова недовольный, отошел в сторону.
  
   ***
   Обратно мы шли гораздо дольше. Во-первых, все уже устали, во-вторых, даже захоти мы идти быстрее, все равно задерживал бы раненный. Его с трудом тащили вниз по старой тропе, спотыкаясь, едва не падали под его весом в глубине старого храма, и наскоро соорудив носилки внизу, поменяли носильщиков и медленно побрели в сторону оставленного каравана.
   За пару минут до прибытия Трей очнулся и потребовал, чтобы ему дали идти своими ногами, а не несли вперед ними же. В ответ на неуверенное возражение смуглого, здоровяк слез уже не спрашивая, и несмотря на то, что едва снова не свалился, принял уверенный вид и не замедлил возглавить процессию.
   Его появление встретили восторженными воплями. Заляпанный кровью, бледный, но возвышающийся над землей и уверенно шагающий рыжий наемник и вправду смотрелся эпично. Следом шагали остальные его люди, а я пристроилась в хвосте, решив, что на фоне Трея буду смотреться не соответствующе образу. Голова слегка кружилась от магической отдачи, и я по пути прикидывала, сколько времени мне потребуется чтобы нарастить силовой резерв и вернуться к прежней форме.
   Насколько помню, незадолго до своей встречи с демонопоклонниками, я могла разнести в камушки верхушку давешней скалы. Печально.
   Не обращая на себя внимания, я отделилась от основной группы, и огляделась. Люди окружили место привала полукругом из телег, защищаясь от леса, и наскоро привели все в порядок. Уже успели пообедать, накормить-напоить лошадей. Тела гарпий стащили в одно место, у самого леса, и там и оставили.
   Я не спеша побрела туда.
   Убитые мной гарпии, что едва не схватили девочек под телегой, обнаружились в самом низу. Я пинком отпихнула верхнюю тушу, открыв ту, в которой оставила метательный нож.
   А его-то уже и не было!
   Я склонила голову набок, озадаченно разглядывая оставленную им рану в окружении темной, подсохшей крови, слепившей перья между собой. Лезвие ушло глубоко, и не думаю, что могло просто расшататься и выпасть. Так...
   Неторопливо пошла обратно. Миновала одну телегу, другую... нет. Еще одну... тоже нет. Ага! Вот и наши наемники.
   Я подумала, стоит ли говорить вслух, но все же решила закончить дело миром.
   -Господа хорошие, кто-то из вас, улучил момент и вытащил из гарпии мой нож. Мне не отдал. Все понимаю, любопытство, но вещицу надо бы вернуть.
   Люди переглянулись с недоумением.
   -Не каждый может обвинить нас в воровстве и не поплатиться за это. - Угрюмо заявил лекарь наемников. - Ты нам помогла, и спасибо на том, но если доказательств нет, то и претензий быть не может.
   Я пожала плечами.
   -Что ж, я дала возможность признаться добровольно.
   Молодой паренек, стоящий среди наемников, вдруг вскрикнул от неожиданности и схватился за бедро. Пошатнулся, отступил назад, а из штанины на траву серебристой рыбкой выпало маленькое лезвие.
   -Не ори, там максимум царапина. - Пробурчала я, подошла и подобрала ножик. Выпрямилась с достоинством, и смерив наглеца взглядом, отрезала:
   -Захотел трофей - так иди ковырять лапы гарпиям, авось и добудешь пару когтей. Потом хвастай ими, сколько влезет. А мое оружие оставь мне.
   И не интересуясь тем, как его потом будут воспитывать, развернулась к 'своей' телеге: до самого вечернего привала я намеревалась только спать.
  
  ***
   Вечерний привал караван сделал, когда вокруг уже темнело, и пока люди размещались, огонь зажгли уже в сумраке. Я устроилась возле одного костра, за которым сидели в основном наемники, и по их просьбе, после ужина некоторое время рассказывала о подвидах местной нечисти и способах борьбы с ней: такие сведения не то что не являлись тайной, а наоборот, были рекомендованы к распространению. Так что я несла просвещение в массы.
   Мало-помалу у костра собралось больше слушателей, и стали задавать вопросы. И я сама не заметила, как отошла от сухого тона и коротких фраз по делу. Я жестикулировала, показывая то размер очередной нечисти, то размах крыльев, то способы нападения. Я начала приводить примеры из практики, и это как-то само собой перешло в орденские байки и приключения других охотников. Чаще всего - моего учителя, потому что именно его работу я в основном могла наблюдать.
   Надо будет извиниться перед Маркусом при встрече, если потом из моих рассказов вырастут легенды, а то и анекдоты. Интересно, какое лицо будет у охотника, когда он узнает, как обманул стаю химер, облив себя зельем, как встретившись с драконом, умудрился переспорить его, или как оседлав гарпию, перебрался через скалы, чтобы попасть к ее гнезду.
   Или может, лучше мне ему не признаваться, что имела к этим байкам отношение?
   Отсмеявшись со всеми, я смутилась от любопытства аудитории, и отговорилась тем, что ухожу отдыхать, и всем советую.
   Устроившись на телеге, потянулась, укуталась в походное одеяло и некоторое время смотрела в небо, полное звезд.
   А Рен был прав, становится легче, когда знаешь, что у тебя где-то осталась семья. И пусть мои близкие по крови не родные, они от этого не становятся хуже. Где-то там, далеко, они может быть, тоже смотрят на это небо. Может, иногда вспоминают меня. Может - мы еще увидимся.
   Я перевернулась набок, подложив под щеку ладонь, и бросив взгляд на костры, чтобы удостовериться, что все спокойно, прикрыла глаза.
  
   ***
   Стены сотрясаются от очередного глухого удара. Кажется, что вздрагивает не только замок, но и сама земля под ним. Я бросаюсь вниз к полу, зажимая руками уши. С полок рядом падают чашки, гремят вокруг, бьются на части. Одна прилетает прямо в спину. Я со слабым нецензурным стоном уползаю под стол, где и пережидаю атаку до очередного затишья.
   Я не знаю, где находятся другие охотники.
   Мы направлялись на учебную практику в земли приграничья с пустыней. Нам было по пути с другими, и до поры до времени вместе шли четверо. Но непогода загнала нас в этот замок, и только после полуночи мы поняли, что заночевать в лесу на голой земле было бы лучше.
   Дрожь под ногами утихает, и до меня доносятся отдаленный шум баталии, развернувшейся во дворе. Я не двигаюсь, напрягая слух.
   Мы оказались в западной части Иллории. Тогда это была не целая страна, а система мелких баронств, чьи хозяева устроились в чаше среди холмов и лесов, не признавая над собой власти. Через эти места был самый короткий путь в южную часть, тогда еще государство Илла. Там наши пути с другими должны были разойтись. Но неизвестно еще, как мы туда дойдем...
   Разгорелась междуусобная война. Соседствующие баронства в очередной раз что-то не поделили, и ситуация обострилась настолько, что дело дошло до войны. Сейчас уже не было времени разбирать, кто прав, а кто виноват. Да это уже было и не так важно. У всех местных баронов руки в крови.
   Нужно выбираться отсюда. Но я не знаю, где остальные.
   Я осмеливаюсь покинуть свое укрытие и подобраться к окну.
   Стену давно пробили, и основное сражение кипело во внутреннем дворе. Однако и передняя часть замка уже полчаса как перестала быть безопасной. Правое крыло с башней отрезали, ворвавшись внутрь, а мне как раз не повезло в ней оказаться.
   Выбираюсь на край окна и присматриваюсь. Как раз у стены подо мной никого нет, а от воинов это пространство отделяет груда бочек. Опускаю ноги вниз, и вокруг всхлестывает воздух.
   Приземлилась, перекатилась по земле, и поспешила спрятаться. Замираю. Вопли за спиной становятся громче, но вот крик обрывается. Нападающие прорвали оборону в этом месте.
   Я не сразу понимаю, что отсюда пора убираться, а через неполный удар сердца мимо меня пробегают воины, ко входу в башню. Я начинаю медленно красться в другую сторону, но кто-то из них оборачивается, и видит меня.
   -Эй, еще сзади!
   Они разворачиваются, в горячке боя даже не думая разбираться, кто я и что тут делаю.
   Дверь сзади них резко распахивается, и ее удар сбивает с ног сразу двоих, оказавшихся рядом. Остальные, видя это, тут же бросаются на новую угрозу: человека, вылетевшего из-за этой двери. И только один латник не забывает обо мне.
   Я хлопаю в ладоши, и его ослепляет короткой вспышкой, которую видит только он. Это первое заклинание, которое я научилась оставлять на рефлекс. Пока человек не опомнился, подскакиваю и вывернув кисть, отбираю оружие. Не знаю, что делать с ним дальше, но он замахивается, и я едва успеваю увернуться от удара кулака в стальной перчатке.
   В ответ я бью ногой в его колено и отскакиваю. Мужчина пошатывается, пытается проморгаться, но тут его вырубает человек из башни. И пока до нас не добежали другие, хватает меня за руку и тащит обратно, захлопывая за нами дверь и задвигая массивный засов.
   -Вперед, вниз и направо! - отрывисто командует он. Я с ходу бросаюсь, куда он указал, и слетаю вниз по лестнице. Сворачиваю в правый коридор и там прижимаюсь к стене спиной. Замираю.
   Спустя вдох он догоняет меня, и ведет прямо, через коридоры.
   -И зачем ты в этом крыле спряталась? Еле нашел. Не ранена? Отлично. Сейчас постараемся найти своих, и прорваться через вход для прислуги. Нужно к чертям выбираться отсюда.
   -Это не наше дело? - уточняю я, следуя за ним.
   -Никакой мистики, никакого запрещенного колдовства, одна политика, а точнее, дележка территории. Это совсем не наше дело.
   Он останавливается на развилке и задумывается на короткий миг. Потом кивает своим мыслям и подав мне знак быть тише, идет влево.
   К сожалению, пройти тихо не получается. Коридор заканчивается тупиком, точнее, обвалом, и приходиться вернуться, чтобы обойти это место по верхнему этажу. Мы минуем подсобные помещения, кухню, откуда уже успели сбежать повара с другой прислугой. Внизу и справа уже разгорается пожар, помещения затягивает дымом. Сразу за кухней помещения оказываются наполовину разрушены, и пробравшись по остаткам пола дальше, мы сталкиваемся с пробравшимися в замок захватчиками.
   -Стой! - окриком он останавливает их, и поднимает руку с закатанным рукавом.
   Они замирают с озадаченными лицами.
   -С чего это здесь орден? Какое ему дело? - с вызовом спрашивает один из них.
   -Никакого. Это дело светских властей. Мы покидаем это место.
   Другой воин замечает за его плечом меня и оживляется.
   -О! Ты иди себе, а девчонку оставь!
   Охотник не двигается с места.
   -Она моя ученица. Вы же понимаете, что я не могу бросить будущего охотника. - Спокойно говорит Маркус. Я думаю, что он с самого начала знал, что хорошим разговор не кончится, а только тянул время, чтобы отдышаться. Или может, чтобы я догадалась действовать.
   Из нас двоих только я маг.
   -Chers! - Кричу я и снова хлопаю в ладоши, вот только на этот раз применяю другое заклинание. В стороны от меня расплескивается густая дымовая завеса.
   От неожиданности воины замешкались, закашливаются, и только охотник, знающий команду 'Дым' не теряет времени. Он помнит, где они стояли, и ему не нужно их видеть.
   Дым почти сразу тает, и к этому времени он достал двоих. Остальные бросаются на нас, даже не думая, чем им это может грозить в дальнейшем. Я отступаю под его прикрытием к стене, но нам снова везет.
   Позади них тихо открываются двери, ведущие на лестницу, плавающую в настоящем, вовсе не иллюзорном дыму. Из него как призрак, возникает новая фигура, с лицом, замотанным шарфом. Ее глаза горят как два свечных огонька. Она движется в нашу сторону, бесшумно и тягуче, и с ходу нападает на воинов, врываясь в бой.
   И пока не подоспели другие, и не пришли в себя эти, мы бежим вслед за ней обратно в дым.
   -Я знаю где подземный ход! - Доносится до нас ее голос.
   Останавливаемся отдышаться внизу, где дыма почти нет, и она разматывает лицо, с трудом втягивая чистый воздух. Она ранена; правая рука роняет на пол капли крови.
   Я помню, что ее звали Кайя, и она была оборотнем-полукровкой.
   -Где твоя подопечная? - окликает Маркус.
   Она поворачивает к нему испачканное сажей лицо, искаженное не то от частичного обращения, не то от боли.
   -Я не знаю. - Говорит она глухо.
   -А как же амулет?
   Охотница поднимает порванный шнурок с серебристым кругляшком.
   -Половина северной башни обрушилась. Она была там. Я нашла его в завалах.
   На лице у нее обреченность и какая-то пелена. Кажется, она на грани, на волосок от того чтобы сорваться и пойти кромсать захватчиков направо и налево, как потерявшая ребенка мать.
   Я вижу, что Маркус тоже на миг осунулся; опали плечи. И наверное, только сейчас понимаю, сколько мы значим для наставников. У охотников редко бывают дети - таким как они, трудно найти семью. И остаются только ученики.
   Кайя действительно сейчас на самой грани, еле держится. Странно, что еще не обратилась. Может, ее держит только то, что нужно спасти хотя бы чужого ученика, если...
   До меня даже не сразу доходит, что речь ведь идет о Рей, и пока меня тащат за собой вниз, в подвалы, я иду как в тумане. Нет, нет, просто не может этого быть...
   Мы находим выход через подземный коридор, выводящий за крепостную стену. Охотница отдает Маркусу свою сумку, которую успела прихватить, и залпом выпивает какое-то зелье. Скорее всего, для поддержания сил.
   -Что ты делаешь?
   -Я не могу бросить Сарэа.
   -Кайя, ты...
   -Она жива. - Упрямо блеснула глазами полукровка. Причем кто другой от ее взгляда шарахнулся бы.
   Маркус вдохнул, чтобы начать фразу, но оборвал сам себя и покачал головой.
   -Ты права. Она жива, пока мы не видели обратного. Только я тогда пойду с тобой.
   Он оборачивается ко мне.
   -Спрячься здесь и жди. Если нас не будет больше получаса, уходи.
   И они скрываются в проходе, а я так и не успеваю сказать им то, что должна была сказать. Порываюсь вслед за ними, окликаю, но ответа нет.
   Смотрю на свою ладонь, где между линий застыл тонкий шрам, еще розового цвета.
   Сарэа не может быть мертва, иначе я узнала бы.
   Они не знают, и никто не знает, что около месяца назад мы с ней, оказавшись в окружении упырей, побоялись, что не хватит сил отбиться. И смешали кровь, чтобы наша сила вошла в резонанс. И все вокруг нас превратилось в пепел.
   Никто не знает.
   Нам говорили о таком на обучении. Обряд кровного братства, даже если его не скреплять клятвой, все равно не может не подействовать. Эта связь просто так не проходит.
   Я должна была сказать, что именно я могу помочь отыскать Рей.
   Почему я не сказала?
   Я вздыхаю, мысленно костеря себя по-всякому, и выглядываю в коридор. Никого, только далекие голоса где-то наверху.
   Отступить назад, прикрыть глаза, прислушаться...
   ...Меня увело по лестнице вверх, по коридору, в проход между башнями, между двух рядов высоких, узких окон. Я бегу по нему, и тут в коридор бросают 'ежа'. Или алхимический взрывной элемент в глиняном сосуде.
   Лекции по Основам Выживания учили, как вести себя в таких ситуациях. Падаю, прикрыв руками голову, и закрываюсь щитом. Осколки, минуя его, теряют скорость, и только царапают мне руки. Торопливо вскакиваю и бегу дальше по коридору между осыпающихся стекол, но второй взрыв 'ежа' опрокидывает меня на пол, прижимая к левой стене.
   Вроде, цела. Встать. Бежать!
   Останавливаюсь в узком проходе, перевожу дыхание и закрываю лицо найденным куском ткани. Предстоит пробраться через дым: пожар охватил уже и эту часть замка.
   Я нахожу запертую дверь, за которой скрылись защитника замка. Дым скользит мимо нее, повинуясь легкому защитному заклинанию. Эта же магия не пускает звуки наружу, так что пробегавшим мимо не было слышно голосов. Но не мне.
   Замираю у косяка, положив на дерево ладони, и робко оглянувшись, прижимаюсь к двери. Чужое заклинание, как затянувшая проход завеса, расступается неохотно, как плотный поток воды.
   -...Снаряды у них почти кончились. Скоро выдохнутся.
   Кто-то рядом с дверью грязно ругается.
   -Рано обрадовались! Сейчас огребут, и пожалеют, что посмотрели в нашу сторону!..
   Еще один голос тревожится:
   -Долго еще? Заканчивай с ней, уже пора выдвигаться!
   -Сейчас. - Отстраненно говорит первый. - Сопротивляется...
   Основы Выживания - при превосходстве противника не давить силой, не лезть в лоб, а сбить с толку, напасть и тут же отступить. Я сжимаю в руке ученический амулет, отправляя беззвучный призыв. Однако ждать помощи не могу. Делаю шаг назад, упираюсь ладонями в древесное полотно. Дверь срывается с петель, влетая внутрь комнаты, и надеюсь, что она задела хоть кого-нибудь. Следом за ней раздается хлопок моих ладоней и людей ослепляет более мощная вспышка.
   Я врываюсь внутрь. Я увидела все, что нужно. Трое у окна, один справа и двое у левой стены. Один стоит, другой присел на кушетку, склонившись над лежащей девочкой, худенькой, укрытой растрепанными снежно-белыми волосами.
   Маг пьет из нее силы. На него я и бросаюсь в первую очередь. Бью по затылку и отшвыриваю в сторону. Рей дергается, словно ее подбрасывает кверху, но падает обратно, по-прежнему без сознания.
   Если бы не связь со мной, она могла умереть.
   Хватаю ее за руки и стаскиваю на пол. Перехватываю удобнее, и быстро отступаю к двери. Но вспышка действует не долго, и люди приходят в себя.
   -Держите их!
   Разбрасываю их в стороны воздушной волной, но это последнее, на что я способна. Пока они поднимаются на ноги, пытаюсь вытащить подругу хотя бы в коридор, чтобы спрятаться в другой комнате, а если повезет, то я успею забаррикадировать там дверь.
   И тут приходит помощь. Охотники без вопросов влетают в комнату мимо нас, и пока один отбивается, другая поднимает двери с пола, и блокирует выход. Оставив защитников замка позади, мы отступаем вниз по лестнице, разбивая замок на каждой двери, чтобы не дать добраться до нас. Кажется, проходит вечность, прежде чем нам удается вновь попасть в подвалы, к тайному ходу.
   -Совсем озверели... - бормочет Рей, сидя у стены. Ее оставили приходить в себя, пока старшие охотники задействуют потайной механизм. Дверь медленно, со скрипом поворачивается.
   -Даже не думала, что они на такое осмелятся. А как радовались, когда меня нашли, прямо как матери родной...
   Девушка затихает и приваливается к стене. Ее сил хватает только на то, чтобы держать глаза открытыми.
   -Вот тебе и запрещенное колдовство. Повод вмешаться. - Пыхтит Маркус, подталкивая дверь.
   -Уже вмешались. Маг мертв. Сообщим ордену. А теперь нужно уходить. - Кайя подхватила подопечную под руки, и помогая ей идти, скрылась в проходе первой.
   Маркус оборачивается ко мне. Поднимает мое лицо за подбородок и разглядев его, поджимает губы. Правая щека пульсирует теплом; похоже, прилетело осколком от второго взрыва, в коридоре.
   -Сама виновата. - Поясняю я. - Нас учили, как себя вести при взрывах, а я поспешила.
   -Это мы виноваты, что втянули вас в такое пекло. - С досадой отвечает он, и подталкивает меня к проходу.
   ...Когда мы выбрались, над горами уже занимался рассвет. Рей отпоили водой, и она пришла в сознание, спокойно сидя рядом со мной и не делая попыток упасть. Старшие совещались, отправив другим охотникам послание, и теперь думали, что делать дальше.
   Услышав, что они склоняются к тому, чтобы повернуть обратно, и повременить с нашей практикой, я пихаю в бок Рей, привлекая ее внимание. Она переводит взгляд затуманенных голубых глаз на наставников.
   -А разве мы не должны быть готовы к чему угодно? Почему это теперь нужно возвращаться?
   Я дергаю ее за рукав, но ведьмочку не унять.
   -Нет, в самом деле, я этой практики ждала как глоток воздуха, хоть куда-нибудь вырваться из нашего Магика? И теперь - обратно!?
   -Я тоже не согласна. - Поддерживаю.
   Маркус сначала озадачивается, а потом охотники даже умиляются нашей уверенности.
   -Хотите продолжить? Не потеряли боевого духа? - Кайя с любопытством косится на нас. - Хорошо. Продолжим путь, и я уверяю, мы найдем еще вам повод понервничать.
   Наставники усмехаются.
   -Молодцы, девочки. - Добавляет Маркус.
  
  
  
  Глава 6.
  
   Я проснулась одной из первых в караване. Ранние пташки подогревали еду на завтрак, я присоединилась к их костерку и заварила себе утренний отвар, который был слабой заменой 'драконьей крови'. Долго сидела с ним, грела ладони о кружку, и наблюдала, как над деревьями встает солнце.
   Обрывки прошлого становились все ярче, объемней, и накатывали, как обвал, так что я немного терялась. Стоило о них подумать, коснуться этих событий, как они подобно страницам книги переворачивались, открывая новые воспоминания. Но страницы у этой книги вырваны, перемешались в беспорядке, а некоторые до сих пор утеряны. Поди разберись теперь, что и как было.
   Почему мы с Сарэа смешали свою кровь? Смутно помню некую опасность, заброшенное кладбище и толпу восставших упырей. Что мы там делали? Вроде, проводили какой-то ритуал вызова. Какой, зачем, почему никто не знал об этом?
   Перед глазами вставало то, как после смешения крови мы вернулись в крепость тайком, и не доходя до комнат, я упала в каком-то приступе. Помню ужасный холод, боль от удушья, и обрывки чужих видений в голове. Наверное, даже хорошо, что я их не запомнила.
   Сарэа, сидящая в моей комнатке на полу, спиной к стене, закрывшая лицо руками.
   -Прости, Хель! Прости. Я не хотела. Я не знала, что так получится...
   Она еле удерживается, чтобы не зарыдать. Белые волосы стекают по плечам, рукам, спадают на пол, застыв на камнях, как морская пена. Я смотрю на нее и думаю: почему мне раньше не пришло в голову, насколько она похожа на баньши, дух умершей и восставшей ведьмы? Как я не заметила? Это ведь их волосы. Их облик.
   -Я не хотела... - Рей вцепляется в голову. - Я тоже это видела! Не знаю, не знаю, что делать...
   Я лежу, отходя от приступа, и все еще не могу понять, почему она в таком состоянии.
   Соратница тяжело дышит, глубоко, приводя нервы в порядок. Ее голос все еще дрожит, но она находит силы объяснить, что не так. И почему нам не следовало соединять кровь.
   Ее мать была неизвестна, а саму Рей подкинули на порог приюта, который почти сразу отыскал ей приемную семью. Но все детство она помнит облик женщины с измученным лицом и такими же белыми волосами, которая следила за ней из темноты, и склонялась над кроватью ночами, убаюкивая колыбельной.
   -Наверное, ее убили, когда она носила меня. Не знаю, как мне удалось выжить. Но удалось. Я росла как все, я была нормальной, я потом перестала ее видеть. Но кровь никуда не денешь. Моя мать была баньши. Восставший мертвец. И пусть я живой человек, но часть ее всегда во мне, и еще возьмет свое. Прости, Хельдин, но теперь эта часть и твоя тоже...
   Мы сумели это умолчать, и я, в отличие от подруги, так и не поняла, что плохого в нашей связи. Кроме того приступа ничего странного со мной не происходило. Однако Рей была уверена, что после смерти ее ждет участь баньши, потому что слишком сильна кровь, и потому что так ей сказала одна ведунья. И со мной будет то же самое.
   Но опасения не оправдались. Ее страхи не сбылись. Я смогла переродиться, как охотник, за что бесконечно благодарна судьбе.
   Может, при встрече это сможет ее утешить, а то и обнадежить. Может, я сумела взять на себя часть проклятия, и теперь оно ослабло.
   Все-таки что ни делается, все к лучшему. Вспомнилось плохое событие, зато теперь я помню хорошего человека. Облик Сарэа стал более живым, осязаемым, и мне теперь нетрудно было вспомнить ее голос, жесты, манеру двигаться, ходить, и даже колдовать.
   В спаррингах, и в бою с оружием я одерживала верх, оказывалась сильнее и быстрее. Но в магии она уделывала меня по всем параметрам. Мы часто дополняли друг друга, и удобнее всего было работать в паре именно с ней.
   Я улыбнулась, вздохнула и допила чай. Над лесом поднялся легкий ветерок, и казалось, что вместе с ним до меня донесся далекий смех белокурой ведьмы. Интересно, где она сейчас?
   Мы еще увидимся...
   Меня вернул в реальность рыжий наемник, проковылявший мимо с неразборчивым ворчанием под нос. Он направился к источнику воды в подлеске, на ходу откручивая горлышко фляги. Я опомнилась и огляделась.
   Кажется, я не видела вампира со вчерашнего вечера.
   Встала, убрала кружку, и размявшись, снова завертела головой. Его не было видно, но я всегда могу найти объект, на который накладывала чары.
   Рен обнаружился спящим на последней телеге, в которой была только солома. Растянувшись вдоль борта, он застыл с закрытыми глазами настолько неподвижный, что был похож на покойника. Я присела на край, потянулась и потрепала его за плечо.
   -Подъем, пора собираться!
   Никакой реакции. Я нахмурилась и машинально потянулась к его шее, пощупать пульс. Но сонная артерия была неподвижна, а кожа оказалась холодной, почти ледяной.
   -Рен? - Дрогнувшим голосом позвала я. На что опять не получила ответа. Однако вовремя отозвался ястреб.
   -Это нормальная для вампира температура. Тем более, он спит. В таком состоянии они остывают сильнее всего.
   Тут Лаурен, наконец, приоткрыл сонные глаза и попытался поднять голову, но уронил ее обратно. Опустил веки и невнятно пробормотал что-то. С трудом пошевелил рукой, поднял ее и прикрыл глаза от света.
   Я вздохнула, и соскочив на землю, пошла к месту, где оставила коня и свою сумку.
   Странно, что ты забыла - температура тела у вампиров гораздо ниже, чем у людей.
   Я как раз помнила другое: всякий раз когда Рен меня хватал, руки у него были горячими. Это со словами ястреба не вязалось.
   Птица не замедлила снова встрять в мои мысли:
   -Еще бы им не быть горячими. Нервное напряжение, возбуждение, голод. Готовность к бою, обороне, и так далее; тогда наоборот, у высших вампиров в дело идут все силы и резервы. А ты еще говорила, что хорошо учила теорию иных рас. Больше так не ври.
   Оставив его замечание без комментария, я отыскала полупустой пузырек с обезболивающим, и захватила с собой заживляющее.
   К тому моменту, как я вернулась, вампир пришел в себя окончательно, и сидел на краю, свесив ноги, с потерянным видом держась за голову. Вчерашняя рана никуда не делась, а оттого что он ее тронул, снова сочилась кровью.
   -Совсем мало сил. - Заключила я, останавливаясь, и открыв снадобье, смочила им бинт. - Затягивается медленно, как у человека. Дай сюда, хоть как-то помогу.
   Вампир качнулся ко мне, чуть не свалившись вниз. Слез, замер, пока я оттирала висок и волосы от крови, и судя по лицу, озадачился.
   -Что-то странное со мной. Я никак не мог проснуться. - Он задумался и добавил. -Показалось, что ты пытаешься меня придушить.
   -Просто крепко спал. У вампиров всегда так. Привыкай.
   -Раньше такого не было. - Возразил он и поморщился, когда я потревожила рану.
   -Раньше тебе хватало просто подремать. Вот и просыпался быстро. - Я закончила обработку, и закрыла пузырек со снадобьем. - Но отдохнуть, если так придремывать, толком не получится. Так что организм решил, что нужно восстанавливать силы любой ценой, и у тебя уже не спрашивал. Но на то, чтобы затянуть ранку, все равно не хватило. Это плохо.
   -Я понимаю - Отстраненно отозвался вампир.
   -Понимает он... А караванщики картошку с мясом тушили вчера в котелке, сейчас разогревают, что осталось. У котлов так вовсе слюной подавиться можно. Намек доходит? - Я чуть не постучала его по голове.
   -Да не будет мне толку от еды - он даже глаза прикрыл от раздражения. Покосился на меня. - Немного времени осталось, дотерплю. Уймись. Это последнее, что должно быть твоей заботой.
   Я мысленно треснула его по затылку и хоть так отвела душу. Рен потер подбородок и посмотрел на меня.
   -Я еще вчера хотел спросить... Когда я был в той пещере, то видел там твое оружие. Меч и кинжал, они валялись у них на столе. Откуда у тебя сейчас взялись точно такие же? Даже на взгляд новичка металл не из дешевых, и тонкая работа, а ты говоришь, у вас в ордене вечно денег нет. Сколько же раз приходится покупать новые клинки, если вы старые теряете?
   На это я только бровь вскинула.
   -Ты еще ничего не знаешь, а уже выводы сделал! Это не такое же оружие, это оно и есть.
  Вампир подумал.
   -А когда это ты успела сбегать туда-сюда и его захватить? - Едко поддел он.
   -А когда это ты научишься прямо спрашивать, а не выводить на ответ? - В тон ему откликнулась я и спрыгнула с борта. Караван готовился к отбытию и передние телеги уже двинулись вперед, разматывая кольцо, окружавшее нас ночью.
  Рен последовал моему примеру и неслышно пошел за мной.
   -Хорошо. Прямой вопрос: как ты вернула свои ножички? Если не это не секрет, или ты не засмущаешься ответить.
   Я закатила глаза. Кроме прочего, кто бы в вампирьем клане его разговаривать спокойно научил? Поди ж ты, зацепила тема и не отвяжешься.
   -Эти клинки просто всегда ко мне возвращаются. Их заготовили и выковали при мне, с моей кровью, и закляли со всех сторон. Только это страшный секрет, расскажешь - казню. - Припугнула я.
   -Разумеется, я тебе не расскажу, что кому-то рассказал! - Хохотнул он и увернулся от шутливого броска карающей ладони. Вздохнул.
   -Жаль, со скрипкой мне такого уже не сделать, было бы просто отлично. Никаких тебе переживаний, если она не рядом и ее наверняка лапают чужие руки. Еще что плохого сделают...
   -Ты бы за свою жизнь переживал, а не за скрипку!
   -Она часть моей жизни. Вот и совмещаю поводы для волнения.
  Я покосилась на него.
   -Может, ты ей и имя дал?
  Рен так покосился в ответ, что можно было бы смутиться, а то и испугаться.
   -Может и дал.
   -Правда? - Заинтересовалась я. - Какое?
   -Тебе скажи...
   -Нет, ну правда! Интересно.
   -И совсем не полезно. Не самые важные в твоей жизни сведения.
   -Да ну брось, неужели так трудно сказать?
   Он со смешком ускорил шаг и обогнал меня.
   -Не-а. Мучайся от любопытства!
   Догнать его не удалось, хотя я не особо и старалась.
  
   ***
   К обеду караван остановился на короткую передышку. Люди разминались, наскоро собирали себе обед, водили лошадей попить к источнику куда-то в рощицу.
   Мы вместе со всеми вставать не стали. Я не была голодной, а разбуженный Лаурен, когда понял, чего я от него хочу, естественно, тоже закрутил носом. Я отлежалась еще пару минут, потом нашла подходящую палку и решила тоже размяться, по-своему. Нужно поддерживать форму не только в магическом плане.
   Я по-прежнему не могла вспомнить все, чему меня некогда научили, но общую разминку охотника, в принципе, не трудно запомнить. Вот повторить - другое дело.
   Возницы уже и внимания не обращали, привычные к подобным сопровождающим, а вот Рен заинтересовался, наблюдая, даже перебрался на тот край телеги, что поближе.
   -Ну, смотрится все это красиво, особенно в исполнении девушки. А какой смысл просто стоять на руках?
   -Думаешь, это так легко? - прокряхтела я, вытягивая ноги в струнку. Кроме движений, имитирующих удары, то резких, то как можно более плавных, разминка включает в себя и статичные упражнения. Ох, поначалу было особенно трудно замирать под команды мастера, да еще и с грузом на руках и ногах. Но сейчас, после долгого лежания, я даже нашла в этом какое-то удовольствие.
   -Когда ты делаешь, выглядит легко. А что, разве не так?
   -Хочешь, повторяй за мной. Сам узнаешь - сдавленно предложила я.
   -Мне-то зачем?
   -Это полезно. И мне не так обидно будет одной корежиться.
   Любопытный вампир хмыкнул, и спрыгнув с телеги, сделал попытку повторить мое положение. Не будь он тем, кем стал, поймать равновесие сразу бы не получилось. А так, пошатнувшись, он едва не упал, но все-таки замер рядом.
   -И?
   -И теперь стой.
   -Сколько стоять?
   -Сколько терпения хватит.
   Его терпения хватило не больше, чем на одну минуту. Вампир-вампиром, а в полную силу он еще не вошел, даже наоборот, много потерял, и переплюнуть меня вряд ли бы получилось.
   -Ну что?
   -А теперь вот так - злорадно объявила я и медленно отвела в сторону одну руку. Он помедлил, но повторил. Мне показалось, что я слышу, как в тех руках, на которых мы остались стоять, скрипят косточки.
   -У тебя сейчас вены на руке лопнут. - Заметил он, почти без язвительности.
  Я осторожно поменяла руку, но долго не выдержала. На сегодня хватит.
   -Можно вставать. - Подала я голос, осторожно опустила ноги, одну за другой, и так же медленно выпрямляясь, с облегчением выдохнула.
   -Надеюсь, и вправду полезно. - Скривился он, разминая непривычные к долгой нагрузке запястья.
   Я отработала еще несколько движений, которые вампир с интересом за мной повторил, и вытянувшись ладонями к небу, напоследок замерла на цыпочках, потягиваясь растягивая ноющие мышцы.
   -Это все? - Даже удивился Рен. Я опустила руки, глубоко вздохнула, заканчивая этим разминаться, и цыкнула на него:
   -Завтра с самого начала со мной пройдешь, тогда и посмотрю, какой ты будешь бодренький!
   -Посмотришь! - самонадеянно заявил он, и обратил внимание на людей. - Что, уже собираемся?
   -Ой! Совсем забыла, у меня фляжка совсем пустая! - опомнилась я, и поспешила к своей сумке. - Скажешь вознице, что я за водой!
   -А вдруг он не так поймет это выражение? - ехидно поднял брови вампир.
   -Все он так поймет, так уже почти не говорят! Маловероятно, что он мой земляк.
   -Ну, я не виноват, если он решит не ждать.
   Я скорчила ему рожицу, и молча поспешила в сторону родника.
   Тропинка привела меня к груде белых камней в низине, которые явно были остатками какого-то древнего капища. Я даже могла догадаться, какого именно. Счастье, что вода недолго хранит в себе зло, иначе пить местную воду, которая била ключом прямо из подножия бывшего храма, я бы не дала и лошади.
   Я замерла, разглядывая развалины и насторожившись. Потом успокоилась. Камни были очень старыми, и то, что раньше их наполняло, исчезло. Ушло со временем, стерлось ветром, смылось с дождями. Теперь камни были пусты, как и высохший, выбеленный череп - просто безобидная кость.
   Можно без опаски спуститься.
   -А возница все-таки твой земляк! - заметил Лаурен, подходя сзади. - Переспросил, то ли я имею в виду. Но заверил, что без тебя точно никто не поедет!
   -Хорошо. - Отозвалась я, заканчивая пить, и опустила флягу в воду целиком. Рен перевел взгляд на руины. Тон у него сразу поменялся
   -Это что - человеческие кости!?
   -Их тут много.
   Я закрыла фляжку и стала подниматься к нему.
   Он нахмурился, все еще глядя на камни. И не только на камни.
   -Мне одному кажется странным, что они... вросли в стены?
  
   Отступление
   Хельдин остановилась, обернулась, тоже окинув остатки храма взглядом, словно видела что-то еще кроме груды костей с камнями, похожей на тесто, в которое накидали тонких веточек, а потом замешали. Когда она заговорила, ее голос был тихим и непривычно отстраненным.
   -Это место похоже на то, где мы видели гарпий. В нашем мире когда-то молились совсем иным богам, и делали это по-другому. Эти камни были багровыми от крови, которая в них впиталась. Мы этого не видим, потому что они совсем старые. Раньше здесь творили такие ритуалы и приношения, о которых сейчас лучше никому не знать.
   -Это и есть жертвы? - Вампир указал на особенно плотное скопление костей. Людей там словно слепили, сдавили в единую массу, и понять, сколько именно их там погибло, было почти невозможно.
   -Да нет. Это только палачи. - Она подумала, словно подбирая слова. - То, что здесь происходило, в итоге нарушило равновесие сил. Насколько известно, вмешалось божество смерти и навело порядок, покончив с этим культом. Вскипели камни и поглотили в себя всех жрецов. Ну... не всех полностью.
   -И это порядок?
   -В его понимании, возможно, это справедливость. - Отозвалась она. - А ты подумай, почему магов смерти так боятся? Не просто же так. Они питаются от той же силы, которая сотворила вот это. Так что ты не шути с некромантами.
   Охотница выбралась наверх и пошла в сторону каравана, не замечая, что сама того не зная, снова напомнила ему о том, о чем он меньше всего хотел думать. Но от мыслей не убежишь, а от реальности - тем более. Так что он не тронулся с места, глядя уже словно бы сквозь белые камни.
   Боль, страшная боль скручивает его до самых кончиков пальцев вместе с судорогой, тянет, рвет жилы, и не отпускает. Наоборот, тело уже начинает колотить, а боль только нарастает, пока он, как ему кажется, не сходит от нее с ума...
   Даже от одного воспоминания ему стало страшно. Вампир в который раз машинально потер запястья, скрытые рукавами рубашки, где медленно заживали рваные раны, теперь оставшись только розоватыми шрамами.
   -Именно таким будет твой конец... - всплыл в уме навязчивый голос.
   Он сам не знал, как тогда все выдержал и не сломался. Но после этого даже процесс обращения, в свое время показавшийся мучением, вспоминался едва ли не с душевной теплотой.
   -...таким будет твой конец...
   Внутри словно вспыхнул огонь, упрямый, яростный. Тот самый огонь, что парой ночей назад заставлял его снова и снова бросаться на невидимую преграду, пытаясь порвать сети, наложенные охотницей. Он до последнего искал другой выход, пока не понял, что нет этого выхода. Придется идти. И делать все так, как велел тот голос.
   Лаурен со злостью выдохнул и решил, что есть еще один выход. Другая смерть...
   -Не дождешься, сволочь. - Прошипел он в пустоту, словно тот, к кому он обращался, мог его услышать. - Не будет по-твоему.
   И развернулся к охотнице, догоняя ее.
   -Хельдин, постой.
   Она оглянулась, не сбавляя хода.
   -Что такое?
   'Поверить не могу, что это делаю... Но я должен'.
   -Я ведь так и не сказал, что прошу взамен.
   -Взамен чего? - Она озадаченно сдвинула брови. Он усмехнулся.
   -Ты что, решила, что я укажу дорогу к темным жрецам бесплатно? Или хочешь сказать, что это взамен на мою жизнь?
   -А, понятно все. - Она хмыкнула. - Чего же тебе, корыстная душонка? Придумал какую-то награду?
   -Взамен моей помощи... - он перевел дух. - Взамен ты быстро, и безболезненно, должна меня убить.
   -Тьфу! - Взвилась Хельдин. - Ты опять!? Если так не терпится, то когда проведешь меня к нужному месту, можешь повеситься на ближайшем удобном суку! Мешать не буду. Или тебе что, вера не позволяет?
   И сердито затопала вперед.
   -Вообще-то действительно не позволяет. - Буркнул он под нос, но она и это услышала.
   -Тогда ничем не могу помочь, придется влачить свое жалкое существование. Помучаешься, бедный, дня четыре, а потом и передумаешь. Еще спасибо скажешь, что тебя не послушала.
   Он раздраженно выругался на шалийском, и зловеще выдохнул:
   -Что-то мне подсказывает, что сейчас именно ты передумаешь...
   И догнал ее снова.
   -Подожди! Есть разговор.
   -Надеюсь это не только, по твоему мнению, важно, но и будет мне интересно. Потому что с меня уже хватит твоих провокаций. Тем более что я никак не могу понять, чего ты ими добиваешься! - Хмуро покосилась девушка.
   -Помнишь, я говорил, что тебя легко обмануть? - Спросил вампир. - Что тебе легко надавить на жалость?
   'Да к чему он опять ведет!?' - передернула плечами охотница.
   -Допустим, и что? Я же уже сказала, что знала заранее, что он врет!
   Лаурен безнадежно покачал головой.
   -Не староста. Я.
   Она недоуменно уставилась на него.
   -Чего?
   Взгляд у вампира оказался неожиданно тяжелым.
   -Это я. Тебя обманул. И это оказалось слишком легко.
  
  
   ***
   Отступление. За тринадцать дней до этого.
   Сначала все было именно так, как он ей рассказывал.
   Он не видел, но понял, что завершился ритуал жертвоприношения, проводимый совсем рядом, так что он чувствовал тепло от огней. Жертва закричала и тут же стихла, напевный речитатив жреца возвысился, стал громче... И тут случилось нечто.
   Сначала послышался отдаленный раскат грома, а потом звук ворвался в пещеру и сотряс воздух с землей. Вокруг плеснуло жаром, словно в дыру на потолке дохнул дракон, и ударом неизвестной волны Рена прижало к стене. Жрецы были ближе к алтарю, и им не повезло куда больше. Тела разметало по всему полу - он слышал их крики. А потом повисла тишина.
   'Это шанс. Если не выберусь сейчас - не выберусь никогда'.
   Он пошевелился, постарался сесть, отталкиваясь от пола ладонями. Кружилась голова, и тело ломило. До сих пор не отошел от обращения... Плевать! Сейчас же нужно бежать!
   Труднее всего было перетянуть руки вперед, через голову. Он слышал, что такое возможно, но на себе никогда не испытывал. Плечи заломило, руки словно уперлись в невидимую преграду, но он стиснул зубы и зарычал, выворачивая суставы. Один, другой. Перевести вперед, осторожно... Снова хруст. Плечи встали на место.
   Не каждый день такое...
   Не расслабляться!
   Рен торопливо дернул за узел веревки, стянутой на его горле, рванул за нужный конец, и наконец-то сдернул пыльный мешок с головы. Помотал ею, пытаясь прийти в себя, и замер, увидев, что произошло.
   Жрецы, то ли оглушенные, то ли мертвые, лежали кто где, по всей пещере. Кого-то вообще ударило в стену, и фигура в черном теперь лежала на полу, неестественно подвернув под себя руку. А жертвы не было. Вместо нее на треснувшем алтаре угасал светлый, почти белый огонь.
   Сгорела...
   Снова помотав головой, упрямо встал, поднес к лицу обмотанные веревкой руки и вгрызся в узел, уже не пытаясь его развязать, а просто разрывая волокна. Есть! Руки свободны. Отряхиваясь от обрывков веревки, он на слабых ногах развернулся в сторону выхода. Бежать, как можно дальше отсюда бежать...
   Но затем случилось то, о чем он не рассказывал.
   Одна из лежащих у алтаря фигур подняла руку - и его швырнуло на пол, сковывая другими, невидимыми путами заклинания.
   -Далеко собрался? - Слабо прокашлялся жрец, и попытался встать.
   Остальные тоже начали приходить в себя. По пещере разнеслись стоны, озадаченные возгласы и слабые ругательства.
   -Что за ......? - донеслось от ближайшей к вампиру фигуры. Человек сдернул с головы капюшон, оказавшись вдруг оборотнем, и вскочив, подбежал к алтарю. - Какого ......, ......, это было!?
   Главный жрец повернулся к нему с мрачным лицом, и увидев цвет его глаз, вампир даже перестал вырываться.
   Пока остальные вставали, ощупывая себя и пытаясь понять, на каком они вообще свете, этот, похоже, уже понял, что произошло.
   -Не удалось нам ничего. - Хрипло отозвался некромант. - Не знаю, какой мизер ушел в кристаллы, но она нам почти никаких сил не отдала. Как-то выбросила их в пространство, все заклятие в лохмотья разнесла. Твою мать...
   Он прижал ладони к вискам, пытаясь унять головную боль.
   -И что это значит? - Настороженно поинтересовался еще один в балахоне, осторожно осматривая алтарь. - Камень... лопнул. Знаки больше не работают! Что нам теперь делать, Арис!?
   -Не орать! - Осадил его тот. - Сейчас подумаю...
   Маг присел на алтарь, продолжая массировать виски, и наконец, решил:
   -Алтарь нужно будет заменить. Это не терпит отлагательств, до полнолуния осталось не так много времени. Этот вынести, и очистить пол от его малейших крошек. Клинки целы?
   -Ага. Вроде целы... - донеслось со всех сторон.
   -Уже лучше. А с охотницей... - Арис мрачно посмотрел на закопченный алтарь. - С ней нужно что-то делать.
   -Так умерла же... - заикнулся кто-то. Маг метнул в него взбешенный взгляд, и тот схватился за горло. Но долго душить его некромант не собирался. Так, напомнил, что надо сначала думать, и еще раз думать, а потом уже говорить.
   -А ты, можно подумать, об охотниках на своем болоте ничегошеньки не слышал? Она не просто умерла, а сгорела! Значит, вернется! На перерождение у них уходит не больше недели, а потом она снова начнет нас искать. И на этот раз, когда у нее будет время во всем разобраться, одна сюда уже не сунется! А у нас кровь из носу, но еще два ритуала нужно провести. Так... сейчас я что-нибудь придумаю.
   Он посмотрел на вампира одновременно с оборотнем, который наверняка ходил у некроманта в главных помощниках.
   -Ну-ка притащите мне его сюда.
   Вампира схватили с двух сторон под руки, и прежде чем он успел даже подумать о сопротивлении, подволокли к магу. Тот отошел куда-то в сторону, к столу, и взял с него длинный кинжал с голубоватым лезвием.
   -Мне нужна его рука.
   Лаурен дернулся, но другие неумолимо прижали его спиной к алтарю и растянули руки в стороны. Подошедший маг примерился, блеснул глазами и зашептал что-то. Медленно приблизил лезвие к бледной коже, коснулся им сгиба локтя, и провел линию, медленно набухшую красным. Пара капель скатилась на камень.
   Жрец закончил читать заклинание, и Рен озадаченно замер. Никаких изменений он не почувствовал, неудобств - тоже, а боль от пореза можно было не принимать в расчет. Рана все равно уже начала затягиваться. У вампиров, наверное, всегда так.
   -Это ее оружие? - поинтересовался оборотень, глядя на кинжал. Некромант отложил его в сторону и усмехнулся.
   -Именно.
   Потом обернулся к Рену.
   -Что ты сделал? - процедил тот. Арис наклонился к нему так, чтобы их лица оказались на одном уровне.
   -Слушай меня внимательно. Я сейчас заклял тебя на голод. Отныне ты не сможешь его утолить. Не сможешь выпить крови, не сможешь принять вообще никакой пищи. А если попробуешь - поверь мне, пожалеешь что родился на свет. Так что пока я не сниму проклятие, ты не сможешь есть. Вампиры крепкие существа, и ты протянешь как минимум три недели, прежде чем загнешься от голода.
   Рен рванулся в его сторону, и маг выпрямился, подняв кверху ладонь и начиная сложный жест.
   -А чтобы ты понял, что тебя ждет, я не буду описывать тебе страшные мучения. Я просто покажу.
   Один удар сердца, и ему отпускают руки, но прежде чем он успевает броситься наутек, или на некроманта, его ломает судорогой. А когда падая, он касается земли, приходит страшная боль. Она везде: в голове, руках, животе, горле, рвет и сушит, ломает и мучает, и не собирается отпускать. Она растет и растет, пока он не начинает хрипеть, рычать, впадает в безумие и пытается сам перегрызть себе вены - или от голода, или от желания как можно быстрее умереть.
   -Довольно. - Слышится сверху, как сквозь пелену, и боль начинает отпускать. Но она как мучитель палач, обещает непременно вернуться, и тогда-то так быстро все не закончится...
   Арис склоняется над ним и спокойно выдыхает:
   -Запомни. Именно таким будет твой конец. - И выпрямляясь, бросает в сторону: - Держите его.
   Вовремя. Собравшийся с силами вампир бросается на него с пола, но тут же падает обратно, плечами на алтарь, прижатый с двух сторон фигурами в черном. Одну он даже узнает в лицо, и тут же переключается на варлака.
   -Ты!!?
   Тот скалится, но оставляет выпад без ответа. Рен тяжело дышит, приходя в себя, и переводит уже осмысленный взгляд на мага.
   -Чего... ты хочешь.
   Тот кивает: молодец, понял, что это не для развлечения.
   -Для того, чтобы я снял проклятие, ты должен кое-что для нас сделать. Сейчас тебя опустят. Иди на все четыре стороны. Куда глаза глядят. - Маг кивнул на кинжал, блестящий в полумраке. - Я заклял тебя ее оружием. Теперь куда бы ни пошел, ты выберешь направление к этой охотнице, где бы она ни переродилась. А она направится сюда, как раз тебе навстречу. Так что рано или поздно ты на нее наткнешься.
   Вампир непонимающе нахмурился. Некромант тем временем убрал кинжал на стол, к другому оружию и вещам, и продолжил:
   -Скорее всего, к тому моменту ты уже начнешь беситься от голода. Убить охотника, конечно, не сможешь при всем желании, но и она тебя убивать не станет. Ты ведь новообращенный, и без отметин. Их на тебе точно не появится - ты не сможешь никого укусить. Так что думаю, она решит просто передать тебя с рук на руки ближайшему клану под опеку, а уже потом искать нас. Твое-то дело важнее.
   Маг развернулся, и вперил в Рена горящий взгляд.
   -Так вот, ты расскажешь ей, что был здесь. Можешь сказать, что сбежал, но при этом хорошо запомнил дорогу. Советую и вправду ее запомнить. Скажешь, что можешь показать ей путь.
   Он снова наклонился вперед, словно змея, взглядом подавляющая волю жертвы.
   -И ты пойдешь вместе с ней, и приведешь ее прямо сюда, в это место, чтобы я довел ритуал до конца. Что хочешь делай, но она должна кинуться прямо сюда, безо всякой подмоги. Тебе ясно?
   Он кивнул другим, и Рена наконец-то отпустили. Тот остался сидеть на полу, недоверчиво глядя на мага.
   -И я должен поверить, что после всего этого ты возьмешь и отпустишь меня!?
   Арис сложил руки на груди и хмыкнул.
   -Врать не буду. Кровь нам нужна. Но она нам нужна еще только месяц, не больше. Конечно, почти месяц тебе придется провести у нас, но когда мы закончим, то уйдем отсюда, а тебя отпустим живым и невредимым. Даю слово некроманта.
   Об этих магах Рен был наслышан, и знал, что они свое слово не нарушают.
   -Почему именно я? Ты ее оружие мог привязать к кому угодно. Вон, к нему, например. У него хорошо получается заговаривать зубы! - Вампир бросил ненавидящий взгляд на волкулака. Тот не обиделся, даже наоборот, польщено ощерился.
   -Сколько тебе лет? - Скривился некромант. - Шесть, семь? Да даже в таком возрасте дети понимают очевидные вещи. Потому что ты не один из нас! Да, мы были в ритуальных плащах, но она-то лежала на алтаре, снизу, и отлично всех нас видела в лицо! Один шхар знает, как работает их память, и подойди к ней кто-то из нас, она может раскусить его в любой момент.
   Маг вздохнул и пожал плечами.
   -Если недоговаривать тебе труднее, чем врать, можешь и не говорить, что был здесь. Плети вообще что хочешь. Главное - в течение трех недель она должна быть здесь. Одна.
  
  
   ***
   Первые секунды она стояла, устремив глаза вниз, и опустив руки.
   Когда правда, наконец, была открыта, Рен вздохнул свободнее, словно скинув с себя мешок с камнями. Но вместе с тем почувствовал себя растерянно. Без этого мешка он не знал, что делать.
   -Прости. - Выдохнул он тихо. - Мне нужно было сразу рассказать.
   Она продолжала молчать, сдвинув брови к переносице и сверля взглядом листья под ногами, а он не решился окликнуть, пока не понял, что кончики ее пальцев соединились не просто так.
   Она подняла твердый, мерцающий зелеными искрами взгляд, и резко выпрямила пальцы, разрывая невидимую нить между ладонями.
   Темнота.
  
  
   ***
   Лаурен дернулся и рухнул на землю, как обмякшая тряпичная кукла. Я машинально отряхнула ладони, ноющие от отдачи заклинания, и вздохнув, присела не глядя куда, прямо на землю. Провела руками по волосам, убирая с лица, да так и оставила сцепленными на затылке, уткнув подбородок в колени.
   Я знала, что ястреб подлетел и тихо сел где-то рядом, но не шевельнулась, продолжая смотреть на бессознательного вампира.
   А ведь я ему поверила. Я. Ему. Поверила.
   Вместо того, чтобы пытаться подумать над тем, в какую кучу я вляпалась, очень хотелось привести его в чувство парой оплеух, и устроить скандал в духе: 'Да как ты мог, подлец!?'
   А вот смог. Взял и смог. Взял и одурачил, играючи, самоуверенную и самонадеянную охотницу. И это уже мои проблемы, что я купилась на его историю, а не его вина. Сам же мне говорил, нельзя быть такой доверчивой. А мне даже смысл этих слов был непонятен.
   Зато теперь понятно не только это, но и вообще все.
   Он не запоминал моего лица в пещере. Он просто знал, что первый встреченный им охотник будет тем самым. А потом уже оказалось, что это не просто охотник, а девушка, еще беззащитная, донельзя наивная, да к тому же знакомая.
   Просчитался некромант, приходится это признать. Не того он послал за мной.
   Я вздохнула в который раз, и выпрямилась. Потянулась к браслету на левой руке.
   -Думаешь, так нужно? - Ястреб подал голос.
   -Теперь уже ничего не хочу думать. - Отозвалась я и сняла бусину из черного агата.
  
  
   ***
   Отступление.
   Он пришел в себя к вечеру, когда солнце покатилось к лесу. Голова кружилась, перед глазами плясали мутные белесые пятна, но в целом состояние было неплохое.
  А он-то уже подумал, что Хельдин его замысловато покалечила. Или просто шваркнула о ближайшее достаточно крепкое дерево.
   Рен вздохнул и прикрыл глаза от облегчения. Можно сколько угодно говорить о том, что хочешь смерти, что не боишься ее, но когда понимаешь, что все еще на этом свете, даже воздух кажется таким вкусным, что удивительно, как раньше не замечал.
   Но почти сразу он открыл глаза. Поднялся на локтях и потянулся к горлу. Нет, не показалось.
   Под вечер воздух заметно посвежел, но ему стало зябко не от этого.
   Блокировка голода продолжала работать - никакого беспокойства или болезненного спазма в горле. А вот сетей на нем больше не было. Никакого следа.
   Он неверяще оглянулся, проверяя догадку, но не увидел ни буланого жеребца, который был привязан к третьей с конца телеге, ни стройной фигурки с рыжими волосами. И от этого показалось, что вокруг стало как-то пусто и непривычно серо.
   Вампир медленно спустил ноги вниз, соскользнул с телеги, и подумав, зашагал вперед, обгоняя ее ход и приближаясь к знакомому вознице.
   -Да уехала она, третий час как! - тот даже удивился его незнанию. - Тебя вон, сомлевшего из леса приволокла, наказала не трогать, коня собрала да и помчалась.
   -В какую сторону уехала? - Ровно поинтересовался вампир, оглядывая пологие холмы с редкими белыми камнями.
   Возница замялся: видно было, что он сомневается, стоит ли рассказывать какому-то вампиру, куда скрылась охотница. Кто его знает, что у них там за разлад. Может, из-за мелочи поцапались, может, не поделили чего, а может он и вовсе враг ее!?
   Хотя врага она бы добила и в лесочке сама прикопала, а не оставляла на мягкой соломке под присмотром...
   -Это очень важно, и в первую очередь для нее. - Как можно убедительнее, но в то же время мягко добавил Лаурен.
   Мужчина пожал плечами и махнул вперед.
   -Да прямо она поскакала... ну в смысле, жеребец ее. Там-то дальше путь расходится, однако далеко еще дотуда было, не видели, куда потом свернула.
   Рен кивнул, стараясь оставаться спокойным и пресекая попытку хотя бы раз сжать ладони в кулаки. Дурная привычка, сразу выдает его растерянность.
   Он дошел с караваном до поворота на поселок, в котором они раньше собирались остановиться на ночлег вместе с торговцами, но еще не дойдя до этого места понимал, что она изменила планы.
   Попрощавшись с возницами, вампир, пока люди не скрылись из виду, присел на придорожный валун, перевязывая обувь покрепче, и делая вид, что собирается есть презентованный ему на прощание пирожок с вишней.
   Потом взъерошил себе волосы, встал и прошелся вдоль дороги, словно размышляя и прислушиваясь к тому, как заканчивают петь дневные пташки. Остановился на обочине и медленно повернул голову. Порыв ветра дохнул ему в лицо, отбросил темные волосы назад, принеся с собой прохладу, запахи цветов, нагретой за день под солнцем травы, конского пота, пыли. И не только.
   Хельдин не уходила по дороге в поселок, и не свернула на тонкую тропу, которая будет петлять у реки и в итоге выведет к неказистой рыбацкой деревушке. Она пошла наиболее коротким путем в город, через пригорки, поля и перелески.
   Он прошелся по траве, осторожно вдыхая богатый запахами воздух, потом, не доверяя еще собственным ощущениям, склонился ниже, пытаясь уловить тонкий, какой-то невесомый запах. Резко разгладил лоб, поймав какую-то догадку, и потянувшись к шее, обнаружил под рубашкой черную бусину на крепком шнурке, которым охотница еще утром перевязывала волосы. Бусина была теплой, и на душе тоже стало теплее.
   Он поднес ее к лицу и двинулся вперед, постепенно наращивая скорость. Он некогда любил пробежаться в одном темпе, а теперь нужно пробежать гораздо большее расстояние.
   Сколько за три часа сможет пройти девушка на сильном, крепком коне, и по бездорожью?
  
   ***
  Стрыга
  Нежить. Опасность - 3, разумность - 2.
  Место обитания: Любые водоемы со стоячей водой, или слабым течением. Чаще юг, но может жить и ближе к северу, в климатической полосе Иллории.
  Имеет облик человеческого утопленника, с синеватой кожей, темными когтями на руках и ногах. Зубы звериные, острые.
  Пополнение популяции: предположительно, естественным способом, и реже через заражение.
  Является 'зародышем', или первой стадией развития стригоя.
  Стрыги часто встречаются группами. Нападают без особой согласованности.
  Питаются преимущественно человеческим мясом, не брезгуют другими разумными расами, в голодное время могут нападать на животных, попавших в водоем.
  Оружие: когти и ядовитые зубы. Нападая, норовит утащить в воду, где топит жертву, или перегрызает ей горло.
  Яд стрыг обладает сонно-паралитическим действием. Разными расами переносится по-разному; уязвимее всего люди, менее уязвимы эльфы. На орков и гномов яд не действует.
  Уязвимость: те же места, что у человека. Стрыга плохо видит, и ослабевает под прямым солнечным светом.
  !Важно! Как правило, в группе стрыг есть старшая особь, т.н. 'нянька', или 'опекунша'. Степень ее опасности - 4. Разум - колеблется от 2-й до 3-й степени.
  Опекунша может организовать младших, заставить их окружить жертву. Она гораздо сильнее и умнее остальных. Обладает способностями к гипнозу при прямом взгляде в глаза жертвы. Как и младшие особи, ядовита.
  В отличие от младших, в стригоя не превращается никогда.
  Бестиарий, Глава первая. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
   ***
   Путь по звездам у меня получалось вычислять все лучше и лучше. Правда, маловато как-то их было, этих звезд. Так, редкие искорки пробивались, сквозь ореол восходящей оранжевой луны, с каждым днем все больше наливающейся боками.
   Повертев головой и повертев на коленях карту, я наконец, сдалась. У меня уже голова шла кругом, еще немного и упаду с седла без сознания.
   -Ну что, Янтарь, тоже устал? Будем искать место на ночь?
   Конь всхрапнул и напоказ перебрал передними ногами. Упругие мышцы перекатывались под кожей, обещая еще часы непрерывной скачки - дай только нормальную дорогу и возможность показать себя! Но в полутьме по незнакомым кочкам мне пускать его не улыбалось. Неизвестно как здесь с мышиными норами.
   Я спрыгнула на землю и размяв спину, не спеша пошла вниз с холмика, в правой руке держа поводья. Пальцами сделала несколько щелчков, запуская в стороны комочки света размером с лесной орех. Они вспыхивали на расстоянии от меня, и хаотично двигались над самой травой, по сторонам и впереди, как рой пьяных светлячков.
   Это последнее, на что я была способна после тотального магического истощения. Теперь, наверное, и свечу не зажгу. Но можно утешиться мыслью что теперь, со светляками, мне лучше видно окрестности.
   Вниз спикировал ястреб, сел на заднюю луку седла. Покачнулся, сбалансировав крыльями, и заметил:
   -Низины безопаснее, это правильно. Но я бы посоветовал найти еще и негустой лесочек, чтобы свет от костра был не так заметен. Там впереди и чуть левее есть подходящее место.
   Я кивнула и спустилась к перелеску. Там быстро отыскалось удобное местечко, под навесом из веток, на границе зарослей. И с хворостом проблем не оказалось.
   Наломав запас на ночь, сложила и развела костер, расседлала коня, накормила. Достала покрывало, готовясь расстелить, встряхнула, и от неожиданности едва не зашвырнула его на ветки, услышав из темноты:
   -Мне одному здесь кажется, что ты малость поспешила с выводами?
   -Нет, не одному. - ответил сверху мерзкий дух, и я не знаю, слышала его только я, или нет.
   Я повернулась, прижимая одеяло к груди, как застигнутая в реке купальщица.
   -А ты здесь откуда взялся!?
   Тяжело дышащий Рен ступил в круг света от огня, сел на траву, протянув ноги, и оглянулся назад, махнув в ту сторону рукой.
   -Оттуда. Пришел так же как и ты, только не с конем, а своими ножками.
   И глубоко вздохнул, приводя дыхание в порядок.
   Я с раздражением швырнула одеяло себе под ноги, осознав, что прикрываюсь им, как будто в попытке защиты.
   -Я вообще-то дала тебе шанс уйти.
   Он снова озадаченно оглянулся.
   -Куда уйти?
   Топнула ногой.
   -Ты понял, о чем я, у тебя была возможность не участвовать в этом! Я могу обойтись и без помощи.
   -А-а! - Он глубокомысленно закивал. - Точно! Вот что это было. А я-то подумал, что ты решила показать, насколько сильно обиделась.
   -А что, не было повода!? - Взъярилась я. - Ты вообще-то мне все это время врал!!
   -Попрошу заметить! - Он выставил вперед палец. - Я тебе никогда не врал: недоговаривал, лукавил, уходил от ответа, наталкивал на ложные выводы, но врать - никогда. Это не обман. Это твоя невнимательность.
   -Ты... - Я беспомощно взмахнула рукой, под его взглядом не в силах сразу найти аргументы, хотя буквально час назад все это обдумывала и разбирала по косточкам. - Ты сказал, что понятия не имеешь, что это на тебе навешено! А на самом деле отлично знал, о чем я говорю!
   -Неа.
   -В смысле 'неа'!!? Ты будешь отрицать очевидные вещи!?
   -Я ведь и правда понятия не имею, что он там за проклятие на меня нацепил. Откуда мне знать структуру и тем более виды этих ваших заклинаний? И еще ты спрашивала про порчу. Не наводили ли на меня порчу. С уверенностью заявляю, что порчей его действия не были.
   -А ты у нас по порчам теперь спец!
   -А я много о них слышал. - Усмехнулся вампир. - Там вроде бы кровью брызгаются, и кошек режут. И еще нужны волосы жертвы.
   -Байки селянские, верь им больше! - Фыркнула я, пошатнувшись на слабых ногах, и наконец, присела, поправляя одеяло поудобнее. Однако снова вскинулась, осознав, что уже теряю желание с ним спорить, и вообще злиться на него. - Ты что, уже решил, что если рассказал мне все, то уже и не виноват!? Считай что жизнь спас?
   Вампир пожал плечами.
   -Ну, вообще-то, да. Как-то так. Я раскаялся, выложил все начистоту, и вообще спрашивай, что хочешь и проси о чем хо...
   -Вот и прошу, уйди отсюда!
   -...кроме этого.
   -Да что ж такое! - Простонала я, обращаясь к веткам наверху, и стукнула ладонью по колену.
   -Так это все-таки обида? Я могу еще раз прощения попросить. Могу даже три раза.
   -Да при чем тут...
   -Ага, то есть не обида!
   -Нет! - Отрезала я - Такие глупые понятия, как обида, предубеждение и вообще личная заинтересованность не должны иметь для меня значения.
   -Не должны или в самом деле не имеют? Это разные ве...
   -Да хватит придираться к словам!! Дай мне договорить. Я просто не хочу втягивать тебя в это. Тебя изначально нужно было отпустить самого, с заклинанием блокировки на амулете, да и в конце концов, ты же сам этого хотел! Ты - человек который не определился - ты ведь сам пытался бежать, провоцировал меня как мог, чтобы я дала тебе пинка и послала на все четыре стороны! - Я всплеснула ладонями. - Ну да, стукнула тебя от неожиданности, но дальше же все сделала как ты и хотел! Вот тебе свобода, вот и топай, куда хочешь! А ты берешь, догоняешь меня и заявляешь, что видите ли я поспешила с выводами!
   Он хотел что-то возразить, но я сделала вид, что меня посетила страшная догадка.
   -Или минуточку! Я поняла! Ты делаешь все наоборот. Чтобы ты ушел, нужно просить, чтобы ты остался. - Я горячо закивала и сложила ладони якобы в молитве. - Лаурен, пожалуйста. Прошу тебя, умоляю, останься со мной, а? Помоги мне.
   Он тоже закивал.
   -Знаешь, раскусила. Обожаю делать все назло, и уже собрался уходить, но... Ты так жалобно упрашивала, что пожалуй, передумаю. Остаюсь. Уговорила.
   С ветки до меня донесся хохот ястреба.
   -Зараза... - процедила я.
   -Слушай, Хельдин. - Позвал он. - Ты ведь понимаешь, что я этого всего не хотел. Да, я не сразу понял, что не согласен, и некроманту помогать не стану. Но признался во всем не потому что ты - это ты, а просто потому что это правильно. Для меня правильно. Однако это не значит, что признаться было легко. Я сейчас себя последней сволочью чувствую. Так что дай мне шанс как-то исправиться, если не в твоих глазах, то хотя бы для себя.
   Мы некоторое время смотрели друг другу в глаза, и я поняла, что добровольно он от меня не отстанет. Что вбил себе в голову, то уже не выбьешь.
   -Ладно. Мое согласие, как я поняла, все равно значения не имеет, но если тебе будет легче, то ладно. Делай, как знаешь.
   Расстелив себе постель, я с досадой запустила в него одеялом, на которое сама рассчитывала этой ночью. Рен поймал, но разворачивать не стал, уставившись на меня через костер.
   -Мне не обязательно. Можешь взять, тебе же наверняка ночью будет холодно.
   -Сейчас еще лето. - Недовольно отозвалась я, поудобнее пристраивая куртку вместо подушки. - А меня учили ночевать под открытым небом и ранней весной, и поздней осенью, так что простудиться не простужусь. И костер вон, рядом. Так что не выделывайся и бери одеяло. Не нужно уверять меня, будто ты обожаешь спать на голой земле.
   Достав котелок, вылила в него оставшуюся во фляге воду и добавила:
   -А одним 'извините' не отделаешься. Я еще спрошу с тебя должно.
   -На, корыстная душонка! - Передразнил он мои же недавние слова и кинул в меня каким-то свертком. Я развернула. Пирожок с вишней.
   Надо же, как кстати.
   -Одним пирожком не отделаешься - пробурчала я, вгрызаясь в компенсацию. - Вот придумаю что-нибудь, и тогда не обрадуешься!
   -Буду ждать, что родит твоя скудная фантазия. - Фыркнул он в ответ, и медленно откинулся назад, спиной на траву. Я обратила внимание на то, что вид у него еще хуже чем раньше: под глазами залегли синеватые тени, лицо осунулось и стало бледнее обычного.
   В тишине я достала пучок трав, собранных по дороге, добавила к ним те, что уже имелись, и бросив в закипающую воду, задумалась, глядя на медленное движение травинок. Кое-что не давало мне покоя весь этот вечер.
   Перевела взгляд на вампира, лежавшего неподвижно, и на первый взгляд, погруженного в глубокий сон.
   -Рен?
   -Хм-м? - он открыл глаза и повернул голову. По зрачкам, как у кошки, бликом прокатилось отражение пламени.
   -Ты правда хотел умереть?
   Он медленно повернулся обратно, глядя на темное небо. Прикрыл глаза, вздохнул.
   -Не знаю. Ведь все хотят жить. Но если такой ценой, то лучше уж... - Он сглотнул, сделав паузу. - Точно знаю только, что не хочу умирать так, как он показал. Дело не столько в боли. Я не желаю закончить путь воющей, неразумной тварью. Так что если ты имела в виду, искренне ли я просил меня убить, то да. Я говорил то, что думаю.
   -То есть ты готовился к смерти?
   Он посмотрел на меня, снова поймав отражение костра.
   -Только перед этим уничтожу Ариса. Этот маг решил, будто сможет сделать из меня того, кто ему нужен. Вылепить кого-то другого с помощью страха и боли. Он был уверен, что может управлять мной, и у него почти получилось.
   Мне стало немного не по себе от его тона.
   -И я все сделаю, чтобы некромант поплатился. Я намерен его пережить. - Твердо заявил вампир.
   Я помешала отвар, почему-то не решаясь ему сказать. Но все-таки отложила ложку и склонив голову к плечу, спросила:
   -Рен, ты ведь когда очнулся, не смотрел по карманам?
   -А что? - Насторожился он. Сел, нахмурившись, общупал тонкую куртку, и обнаружил в правом внутреннем кармане сложенный кусок пергамента. Того самого, в который я заворачивала еду. Другого у меня под рукой не нашлось.
   -А я думал, от чего это такой странный запах... - пробормотал вампир, и развернул клочок.
   Наверное, он не сразу осознал написанное. Даже перечитал еще раз; я видела, как его взгляд метнулся к началу строчки. Потом затуманился, словно устремился сквозь бумагу. А когда он поднял глаза и посмотрел на меня, с невероятной смесью потрясения, растерянности и благодарности, то я окончательно уверилась в том, что все сделала правильно.
  
   ***
   Когда он упал, я оттащила его к караванщикам не сразу.
   Перво-наперво я развернулась и пошла к ним сама. Вполуха выслушала караванщика, что-то мне толкующего о предстоящей развилке, и пытающегося выяснить, последую ли я за ними дальше. Сама не зная ответа, отмахнулась, взяла сумку и пояснив, что сейчас буду, ушла в лес.
   Решение формировалось у меня в голове постепенно, пока я сминала обувью слежавшиеся листья на земле, возвращаясь к оставленному вампиру. Нельзя сказать, что я приняла это решение быстро и без труда. Даже остановившись возле него и окинув хмурым взглядом, я не была уверена в том, что буду делать. Да и получится ли...
   Ястреб молчаливой тенью скользнул надо мной вверху, и прикогтился прямо на правое плечо.
   -Хельдин. - Тихо окликнул он. - Ты не все знаешь о таких ритуалах.
   -Может быть. Может, я вообще ничего о них не знаю. У меня нет могучих артефактов, опыта, и многого другого. Но попытка сделать хоть что-то пыткой не будет.
   -Хочешь ослабить?
   -Хочу попробовать.
   -А ты уверена в этом решении?
   Я остановилась перед бессознательным вампиром, лежащим в траве.
   Уверена ли я?
   Расскажи мне кто другой подобную ситуацию, я бы посчитала немедленную казнь верным решением. Это покушение на жизнь охотника. Сознательная помощь темным силам. Смягчающие обстоятельства могут даже не приниматься во внимание. Это серьезное преступление, и под угрозой сама репутация ордена.
   Решение только за мной. Я его приняла.
   Сумка - на землю. В ней должны быть те камни, с которыми я строила ловушки.
   Замкнуть круг. Щелкнуть пальцами, вызывая ритуальный огонь.
   Дух снова дал о себе знать.
   -Ты уверена. Почему?
   Да кто бы мне самой сказал. Я успела узнать Рена, копнуть немного в этой душе. У него не тот характер, чтобы обманом вести кого-то на смерть. Он ведь и сбежать пытался. И меня убеждал как мог, отказаться от затеи с пещерой. А теперь, когда понимает, что ничего не получится, то решается на такой шаг. Это с какой-то стороны даже самопожертвование.
   Может, мне не хотелось казнить раскаявшегося вампира. Может, мне просто стало его жалко. Да какая вообще разница!?
   Если бы вместо ястреба был человек, то он склонился бы ко мне, заглянул в глаза, и понизил голос, давая понять, что говорит нечто важное.
   -Тогда я могу подсказать, как помочь ему.
   Я покосилась на него. Птица перебрала лапами.
   -Не нужны никакие артефакты. У тебя есть твоя кровь, Хельдин. Это самое сильное, что может бороться с чужой магией.
   Я нахмурилась.
   -Почему?
   Ястреб встопорщил перья и встряхнулся.
   -Пока ты сама не вспомнишь, я не могу об этом говорить. Просто знай. Кровь охотника может разрушать темные чары. Любые. - Подчеркнул он.
   Я бросила взгляд на круг белых камней.
   -Поэтому Арис так радовался, когда получил меня на ритуал?
   -Он не знает. Никто не знает. Свойства крови - тайна ордена. Некромант мог только подозревать о твоей силе. Но подтверждения своим догадкам не получил. Это хорошо. Но что является тайной, должно остаться тайной.
   Он снялся с плеча, раскинул крылья и спланировав, сел на сук передо мной.
   -Если уверена, тогда начинай.
   ...Тягучие слова срывались с губ и падали в тишину, вместе с алыми каплями из ладони. Загорались слабым светом камни, очерчивая рисунок, и постепенно, вместе с нарастающим напряжением раскалялись до белого. Сияли ярче и ярче, пока не ослепили белой вспышкой.
   Свет погас внезапно. Белый огонь, охвативший тело вампира, растаял, как дымок под дуновением ветра.
   А мне от истощения так плохо не было уже давно...
   За нами решился прийти Трей. Караванщики наверняка считали, что я произвожу с вампиром совсем иные действия. А раненного наемника, нарушившего уединение, мы вряд ли будем бить.
   Опасливо вышагивающий мужчина, старательно трещащий всеми веточками и напоказ насвистывающий, замедлил шаг. Я только и смогла что повернуть голову, сидя на земле и привалившись спиной к древесному стволу. Наверное, вид у меня был тот еще.
   -А что ты сделала? - недоуменно спросил Трей, глядя на бессознательного Рена, так и лежащего в круге белых камешков.
   -Вылечила. Не стой, помоги.
   Я с трудом поднялась на ноги, и на пробу пошатнулась. Да, сама идти могу. Чуть не упав, подняла сумку и обошла круг, собирая камни. Оглянулась, но никаких других следов от ритуала не осталось.
   -Дотащи его до каравана, а? - Попросила я слабым голосом. Обязанный мне жизнью наемник не стал отнекиваться, ссылаясь на раны, а осторожно поднял вампира, взвалил на целое плечо и молча пошел за мной.
   Битый небитого тащит - усмехнулась я про себя, ковыляя в сторону оставленных людей.
   Пока все собирались в дорогу, я опустошила запас зелья, восстанавливающего силы, и сумела привязать заклинание блокировки голода на бусину. Повесила вампиру на шею, и достав из сумки пергамент, какое-то время думала над ним, зажав стило в пальцах.
   Первое слово было нецензурное, следующие еще хуже. Нет, не пойдет. Я скомкала клочок и хотела, было, испепелить, но скривилась от отдачи: то же самое, что попытаться разогнуть спину, после того как несколько дней таскал грузы. Просто порвала, и со второй попытки написала записку, которую и оставила ему в кармане.
   'Проклятие снято. Ты мне ничего не должен'.
  
  
   ***
   -Я даже не знаю, что сказать... - признался Рен. Но за него отлично говорил взгляд.
   Я отмахнулась ладонью, наливая готовый отвар в кружку. Конечно, не 'драконья кровь', но помочь должно.
   -Будет очень хорошо, если никому и не скажешь. Никогда. Ни словечка.
   -Рот на замок. Обещаю. И спасибо тебе... Ты ведь не обязана была этого делать.
   Я булькнула в кружку что-то непонятное даже для меня самой. По мне, можно было уже свернуть тему благодарностей; меня он начал отчего-то смущать.
   Он опустил глаза на руки, неверяще покачав головой.
   -Я ведь даже не задумался, возможно ли как-то спастись. Некромант так уверенно говорил, что я даже не засомневался в его всесильности. - Он снова тряхнул головой, взволнованно посмотрев на меня. - Я себя уже похоронил. А это, оказывается, было так просто!
   -Ну, просто. - Скептически хмыкнула я, отрываясь на миг от кружки. Рен посмотрел на меня, заново оценивая внешний вид бледной упырицы. Уверена, выглядела я уже лучше, чем днем после обряда, но гораздо, гораздо хуже, нежели утром.
   -Прости. Не так выразился. Просто настолько неожиданно, что даже не верится. Как будто сплю.
   -Могу ущипнуть. Или бросить чем-нибудь - предложила я.
   Но он даже не отмахнулся, а улегся на спину, бормоча еле различимо:
   -Я буду жить... И притворяться больше не нужно. Боже, хорошо-то как! - Выдохнул он, и уставился в небо. - А звезды какие... как много...
   Я мелкими глотками цедила отвар, думая о том, что вообще-то некромант и сам не догадывается, что его проклятия, да еще и наведенные через кровь, можно снять без его участия. И пусть остается в неведении дальше.
   -Как видишь, я над всем подумала. Ты мог спокойно топать себе в Инарту, а я бы и сама нужное место нашла. Где пещера, не знаю, зато знаю, где хижина, в которой обитает некий варлак. Уверена, поговорить с ним будет очень приятно. - Зловеще закончила я.
   Рен вспомнил что-то и снова сел.
   -Кстати, разве ты не подвергаешь себя лишней опасности?
   Я подняла глаза от края кружки и недоуменно нахмурила брови. Запрокинула емкость, допивая последние капельки, и вслух спросила:
   -Чем это?
   -Я слышал, сильные маги могут чувствовать, если с их чарами что-то происходит. И если раньше некромант хоть и ждал тебя, но был уверен в прикрытии, то теперь насторожится и будет ожидать во всеоружии. И врасплох его уже не застанешь. Может, мое проклятие не стоило того? - Он нахмурился. - Вдруг он вообще сбежит?
   Я была спокойна на этот счет.
   -Если и почует, что маловероятно, то решит, что тебя нет в живых. Чары были не просто сняты, а уничтожены. Я их выжгла. Арис будет считать тебя мертвым, а у смерти такого, как ты могут быть разные причины, не обязательно я. Так что не волнуйся. Об этом я тоже подумала.
   С этими словами я примостилась поудобнее, и укуталась в одеяло. Ох, сейчас как возьму, да как отдохну...
   Вокруг опускалась тишина, потихоньку угасал костер, оставляя только исходящие жаром угли, а сверху мерцали звездочки. И вправду много. Давно я ими не любовалась...
   Так, все, спать. Лечь на спину, прикрыть глаза и дать себе команду на сон. Как учили. Без всяких размышлений...
   Да если бы еще так легко было отпугнуть беспокойные мысли!..
   -Рен? - Позвала я в темноту.
   -Здесь. - Полусонно отозвался он.
   -Какое имя у твоей скрипки?
   -Этель. - Устало ответил вампир. - Успокоилась?
   -Угу... - Я с улыбкой повернулась спиной к костру и устроилась засыпать поудобнее. Надо же. Этель. Красивое...
  
  
   ***
   Отступление. Тот же день, чуть ранее. Город Тавер.
   Из-за того, что в городе расположилось сразу три училища, в центральной таверской библиотеке днем бывало довольно людно, и не протолкнуться от жаждущих знаний студентов. Но к вечеру поток схлынул, оставив только компанию из трех молоденьких девиц, которых забавляло дразнить молоденького библиотекаря. Им был хрупкий русый юноша с лицом ученого, молчаливый и застенчивый. Чем не жертва для шутливого флирта?
   Пока они, подхихикивая, перебирали романы внизу на столе, а библиотекарь на длинной стремянке расставлял тома на полках, внутрь вошла новая посетительница, поначалу незамеченная. Остановилась на входе в зал, не решаясь войти и окликнуть, и машинально сплетала в косу золотистые длинные волосы.
   -А есть у вас что-нибудь про любовь... поинтереснее? - Кокетливо поинтересовалась заводила компании, высокая брюнетка, распустившая завитые локоны по плечам.
   -Что именно вас интересует? - Ровно осведомился юноша с вершины лестницы.
   -Что-нибудь обучающее. - Подсказала другая, рыженькая, и все трое прыснули со смеху от собственной смелости.
   -Найдется.
   -А вы сами это читали?
   -Вся жизнь это обучение новому. - Отстраненно отозвался библиотекарь, задвигая на место подальше серый запыленный том.
   -Ну, в таких делах важнее практика... - Тихонько протянула черноволосая.
   Вошедшая девушка только покачала головой. А ведь и сама раньше так измывалась над молодыми мальчиками, получая удовольствие от своего влияния на горячие сердца. Эти же болтушки, упиваясь игрой и собственным остроумием, даже не замечали, что объект шуточек отвечает так коротко, и не смотрит на них, не потому что скрывает волнение и смущается. Для этого его голос слишком спокоен.
   Ему просто скучно - поняла она. Эти девушки видятся ему глупыми пустомелями, не стоящими ни восхищения, ни раздражения.
   -А была уже, интересно, практика? - Тихонько пробормотала третья, и они снова разразились плохо сдерживаемым смехом, прикрывая ладошками рты. Заводила увидела, наконец, светловолосую, и кашлянула, обрывая смешок. Остальные тоже обернулись.
   -Привет Лаура. - С оттенком фальши улыбнулась брюнетка. Две другие девицы просто смотрели на нее, разглядывая с ног до головы. Может, и библиотекарь посмотрел, но она этого не видела, опустив глаза и сжав ладони в замок за спиной.
   -Не думала вас так поздно здесь встретить. - Ответила Лаура.
   Раньше они были бы ей рады. Но сейчас что-то изменилось, причем в ней самой.
   Пережив похищение, она не смогла остаться прежней, и теперь смотрела на них как тот парень со стремянки. Многое из их интересов перестало казаться важным. И они это чувствовали, принимая не то за пренебрежение, не то просто за странность.
   С ней забава показалась уже не такой интересной, и скоро компания удалилась, оставив напоследок пару шуток зависнуть в воздухе.
   Проводив их глазами, девушка вздохнула и посмотрела на библиотекаря, столкнувшись с ним взглядами. Он обернулся через плечо и смотрел со спокойным ожиданием. Не услышав просьбы, поднял брови.
   -Что-то хотели, госпожа?
   -Извините, я не совсем по делу. - Смущенно улыбнулась она. - Я жду отца после работы, и ноги сами занесли сюда. Вы не беспокойтесь из-за меня. Я что-нибудь возьму полистать, а потом пойду.
   -Далеко живете, раз приходится ждать? - Уточнил он.
   Лаура качнула головой.
   -Нет, просто не могу сидеть дома одна. Не по себе становится...
   Она подошла к столу, проведя ладонью по обложкам. Среди россыпи обычных романов на первый взгляд не нашлось ничего интересного. И на второй взгляд тоже.
   -Может, что-то посоветовать? Назовите сферу. - Предложил юноша. Он отобрал среди кучи книг одну, и положил на верхнюю ступеньку-полку.
   -Даже не знаю. Что-нибудь скоротать вечер?
   Он бросил быстрый взгляд на стол.
   -Там, с правого краю, лежит пара книг одного автора. Я не читал, видел мельком, но для чтения на вечер неплохо. И посетители хвалили.
   Она кивнула, поднимая томик. Прижала к груди, пока он спускался вниз, и осмотрела полки, уставленные какими-то справочниками. А вот, кстати, сонник вполне пригодится. В последнее время снилась ей какая-то муть. Хорошо бы истолковать...
   -Сейчас запишу. - Сказал он, ступив на пол, и прошел за ее спиной ко входу, у которого стоял громоздкий письменный стол со множеством маленьких ящиков. Девушка обернулась, и помедлив, нерешительно двинулась за ним.
   -Имя? - он склонился над одним из ящиков.
   -Лаура Молигер.
   Юноша кивнул и на миг скрылся за столом, доставая из-под крышки стакан с перьями и чернильницу.
   -Скажите, можно задать вопрос? - Подала она голос, глядя на то, как он отыскивает чистый лист и вписывает ее имя. - Как вы думаете, на книгу может быть наложено заклинание?
   -На эту? - Он поднял серые глаза и покосился на обложку первой книжки.
   -На любую. - Тихо добавила Лаура. - Может быть такое, что открыв такую книгу, человек попадает под заклинание? Может, порчу. Или... не знаю.
   Библиотекарь задумался, не спеша записывать названия книг.
   -Наверное, может. Но прямо вот порча, как будто вместо охраны... Даже не знаю. О самих книгах я вам рассказать могу. Как делают обложки, как тиснят буквы. А всякие заклинания... - Он развел руками. - Ничего точного не скажу. Вряд ли кто-то станет делать с книгами что-то опасное. Есть же для этого камни, статуэтки, еще что-то...
   -И на том спасибо. - Рассеянно кивнула Лаура. Приняла книги и вышла из зала.
   На выходе из самой библиотеки она едва не столкнулась в дверях с рослым типом, не то оборотнем, не то полукровкой - сама девушка плохо разбиралась в том, как их отличают. Отчего-то осклабившись, тот пропустил ее, и вошел внутрь, вальяжно и едва ли не вразвалочку. Прямо как долг забирать шел.
   Лаура постояла, глядя ему в спину, и про себя посочувствовала библиотекарю. Ему-то никуда не деться, придется бегать по пожеланиям этого субъекта, и наверняка выслушивать пренебрежительные замечания. Такой типаж, к которому принадлежит служащий библиотеки, никогда не пользуется уважением среди таких вот громил.
   Подумав, что она-то тут уж точно не поможет, девушка спустилась по ступеням. Да и раз он пошел не в какой-то кабак, а в библиотеку, может, впечатление обманчиво? Может, он вообще какой-нибудь исследователь, хотя по его виду не скажешь, что он вообще способен читать...
   Оборотень тем временем, войдя, огляделся и целеустремленно зашагал к тому залу, где остался библиотекарь. Войдя, он застал упомянутого за тем же столом. Тот закинул скрещенные ноги на край стола и с усталым видом подпер щеку ладонью, так что пальцы почти прикрыли левый глаз.
   -Я не обознался? - ткнул верзила пальцем в сторону двери. - Чегой-то она тут делает?
   -Это свободное государство, каждый ходит, где хочет. С чем пришел? - Неприветливо отбил сероглазый, глядя на него снизу вверх.
   Оборотень оперся локтями о стол, с тем же смешливым выражением лица.
   -Имеется что-нибудь с девками голыми? Ну-ка подбери.
   Библиотекарь покосился на полки, и не подумав шевелиться.
   -Поищи, раз делать нечего.
   Тот, посмеявшись, обогнул стол и устроился на неказистом стульчике напротив, сложив руки на груди.
   -Насчет нашего дельца, с мебелью все готово. Видел бы ты, какой из Роша получился уборщик, все пылинки отыскал и вымел!
   -Медаль ему. - Хмуро ответил парень. - Что еще?
   -С остальным пока проблем нет.
   -В смысле, 'пока'? - Сварливо уточнил библиотекарь.
   Оборотень развел руками.
   -Я же не могу отвечать за будущее. И не все у меня под присмотром. У тебя-то дело как?
   Юноша потер пальцами лоб, снова замерев с ладонью на пол-лица. Поджал губы.
   -Вампир издох.
   -Как это? - Удивился верзила. - Когда?
   Его собеседник что-то прикинул.
   -Пару часов назад.
   -Ты уверен? Ты это видел?
   Библиотекарь смотрел на него мрачно.
   -Уверен, и не видел. Похоже, этот тип загнулся от голода. Или его самого кто-то сожрал. Может, напал на кого-то и нарвался. Или это она его убила. Поди узнай теперь.
   Оборотень поерзал на стуле, хмуря брови, упер ладони в колени, подавшись вперед.
   -Зря ты тогда кровь у него брал. Совсем доходягой кровосос остался - Попенял он. Глаза его собеседника недовольно сверкнули.
   -Похоже, я именно тебя забыл спросить, что и как мне делать. Поведай тогда, что бы мы делали без его крови завтра?
   -Ладно, ладно. - Вервольф пожевал губами. - И с Ней что теперь делать?
   Арис склонил голову набок, уставившись на потолок со скучающим видом.
   -Ждать, как и раньше. Без вампира она придет не так быстро, но в скором времени можно ожидать. Так что после завтрашнего дела нужно будет уничтожить следы и уйти. Все равно так и задумывали.
   -А если она станет нас искать? Пойдет за нами?
   По губам некроманта змеилась усмешка.
   - Скоро это будет неважно. Пусть пробует.
  
   ***
  Стригой.
  Нежить. Опасность - 4. Разумность 2.
  Место обитания: крупные лесные массивы, северная половина Антарского гребня.
  Популяция пополняется естественным способом через превращение. Стригой является последней стадией развития стрыги. Последняя, набравшись сил, впадает в спячку, закапываясь на дно водоема. Процесс обращения идет около недели.
  Внешне выглядит как утопленник с длинными когтями на руках и ногах. Ступни вытянуты, и ноги по форме ближе к птичьим лапам. Зубы длинные и острые, похожие на иглы. На спине имеется пара крыльев, напоминающих крылья летучей мыши. Стригой способен быстро летать, планировать, и может использовать свои крылья как оружие, сбивая жертву с ног.
  Стригои селятся группами, образуя убежище-гнездовье на вершинах деревьев или среди скал, в труднодоступном месте. Для охоты могут улетать на значительное расстояние от убежища, но жертву всегда несут обратно и поедают только там.
  Питаются преимущественно людьми.
  (Пометка на полях: 'Здесь, и во всем Бестиарии, под питанием человечиной следует понимать так же питание эльфятиной и орчатиной с гномятиной: как правило, нечисть и нежить не делают особых различий между разумными расами'
  Вторая пометка, ниже: 'В этот список можно включить высших вампиров и оборотней, т.к. на них тоже совершались нападения. Правда, реже, так как твари чувствуют их силу, и без сильного голода обходят стороной'
  Третья пометка: 'Интересно, имели ли место на практике нападения на драконов, пребывающих в человеческом облике'
  Четвертая пометка, внизу страницы: 'Хотел бы я на такое посмотреть! Или хотя бы на то, что останется от такой нежити/нечисти в итоге').
  Оружие: Когти и крылья, реже - зубы.Охотятся в основном поодиночке, но могут объединяться в небольшие ловчие группы.
  Уязвимость: живот и горло. При повреждении крыла, как и неяра, стригой перестает нападать и оставляет охоту. Однако сбитый на землю, не теряет опасности; быстро бегает, ловко орудует когтями, и норовит пустить противнику кровь, чтобы ослабить его.
  Прямому действию магии подвержен слабо. Ее проявления может чувствовать на близких расстояниях. (Пометка на полях: 'Т.е. это нужно понимать так: заклинания действуют не так, как должны, но если вызвать огонь, или с помощью магии швырнуть в него чем-то тяжелым, то все прекрасно сработает').
  Бестиарий, Глава вторая. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
   ***
   С утра я встала пораньше и обошла место нашего привала в поисках подходящих компонентов. Ну, хотя бы заменить их чем-нибудь?.. Нашла нечто похожее на стланик и медуницу в соседнем овраге, мелко покрошила их костяным ножом, бросив завариваться. И пока Рен постепенно просыпался, добавила в снадобье пару капель своей крови.
   Потом когда-нибудь, он, конечно, узнает, что так называемый 'энергетик' для вампиров готовится с примесью крови. Но сейчас я говорить ему об этом не собиралась. Еще снова завыделывается.
   Хотя казалось бы, какая ему разница?
   Вампир потянулся, открывая глаза, и вздрогнул от неожиданности, когда я поставила рядом с его лицом кружку.
   -Завтрак. Я пока отойду к ручью. Скоро буду.
   И не дождавшись ответа, ушла к тому же овражку, на дне которого сочился слабый источник. Предстоит долгий, тяжелый день, и не помешает хорошенько освежиться и набраться сил, которые дает бегущая вода.
   Я вернулась через полчаса, когда солнце полностью встало. Рен уже закончил с отваром, и выглядел как-то посвежее вчерашнего. Он сидел у костра и грел ладони у переливающихся жаром углей.
   Я отобрала у него одеяло и начала скатывать.
   -Слушай, я тут вот что думаю. Ты вчера уверял, что умудрился ни разу не соврать мне за все время.
   Рен, пока я собиралась, прилег на траву с умиротворенным видом, и покусывал какую-то травинку.
   -Ну да. Пытался так откупиться от совести.
   -И как же так вышло? Я вот пытаюсь припомнить наши разговоры, и не пойму, как так у тебя получалось отбрехиваться? - Недоумевала я, сворачивая одеяло как можно плотнее, чтобы заняло меньше места.
   Вампир, глядя в небо, вздохнул.
   -Что там у тебя вызывает сомнения?
   -Ты рассказывал, как сбежал. Я сейчас понимаю: рассказал первую часть и умолчал о второй. Но потом!
   -Тебе все мои слова про порчу покоя не дают?
   -Да бес с этой порчей, тут уже понятно все. Но... Ты вот сказал, что не запомнил мое лицо в пещере, поэтому не был уверен, что я это я.
   -А так и есть, я не запомнил твоего лица, потому что не успел его увидеть. Что не так?
   -А когда ты на меня напал? - Вампир помрачнел, но я еще не закончила. - Ты отлично понимал, почему тебя тогда так ударило. А мне сказал, что не знаешь?
   -Я сказал, что возможно, защитила тебя твоя метка. Откуда мне знать точно, может быть и такое. И потом прямо говорил: еда мне не нужна, и я веду тебя на смерть. И скрипка моя только одна из главных причин. А ты мимо ушей пропускала, вся из себя сильная да уверенная.
   -Не обижайся, но он прав. - Отозвался ястреб сверху. Я покосилась на него.
   -Не обижайся, но тебя он тоже провел. Так что не учи.
   -Да, выходит так. Уела. Тебя это как-то оправдывает?
   Конечно, нет. Я повернулась к Рену.
   -Хватит уже меня тыкать носом! Я позвала помощь, полчаса назад. Без подкрепления тут не разберешься.
   -Вот и отлично. И я не тыкаю тебя носом. Я поясняю: мои слова можно было понять по-разному. Ты поняла так, как было нужно мне. Обман остается обманом. Но я утешаю себя тем, что напрямую не солгал ни разу. - Он прикрыл глаза.
   -Вот ты хитрая скотина... - пробурчала я, трамбуя одеяло на дно сумки.
   Он даже не обиделся.
   -А я еще в юности работал с актерами. Говорили, что из меня выйдет хороший лицедей. Так что притворяться тоже умею хорошо. Учитывай это.
   -Ты это к чему?
   -Мало ли кто еще из хороших актеров тебе встретится. А ты поведешься.
   -Нет уж, благодарствую за урок, больше я такой ошибки не повторю.
   -Вот и отлично... - Пробормотал он. Я, сопя, затянула петлю на горловине сумки. Утренние сборы можно считать оконченными. Сейчас только чай допью.
   -А почему не остался актером? - Мое любопытство проснулось от пары глотков.
   Рен подумал, приоткрыв глаза и покосившись на меня.
   -Уметь что-то делать, еще не значит любить это. Лицедеи изображают из себя других людей, и притворяются всю жизнь. А музыкант играет то, что чувствует, или как чувствует. И не лжет при этом никогда.
   -А ты у нас такой принципиальный противник вранья?
   -Ну... можно и так сказать. Не люблю лгунов.
  
  
  Глава 7.
  
   Тавер показался из-за очередного пригорка во всей красе, как здоровенный пестрый кот, растянувшийся по левому краю широкой реки, и закинувший хвост на правый берег. Серебристое водяное полотно в двух местах было перечеркнуто длинными высокими мостами.
   -Что ж, вот я и снова здесь.
   -Главное, чтобы как в прошлый раз не кончилось. - В тон мне добавил вампир. Он поднял ладонь козырьком ко лбу и залюбовался городом, плавающим в утреннем тумане. По воздуху плыл дальний перезвон городской башни, возвещающий время.
   -Не кончится. Нужно первым делом найти девушку, которую я тогда освободила. Я помню примерно, где ее дом. Сейчас разместимся в каком-нибудь трактире, и я пойду, поговорю с ней.
   -А я?
   -Тебе как-нибудь в рифму ответить? Меня она знает, а тебя может испугаться.
   -Значит, отойду в сторонку. Не думай, что уговоришь меня отсидеться.
   Я закатила глаза и начала спускаться вниз по склону холма. Янтарь вдруг отчего-то заартачился, не доверяя извилистой узенькой тропке, спускающейся с холма, по которой, наверное, ходили пьяные козопасы. Руку дернуло, но поводья я не выпустила.
   -Ну, ты чего встал? Тебе-то что не нравится?
   Конь всхрапнул и задрал голову, упрямо топнув копытом. Я потянула его за собой, но буланый решил, что я тяну как-то невежливо, и тряхнув гривой, встал как вкопанный. Тут еще порыв ветра налетел со спины, и я все-таки была вынуждена отпустить его, чтобы выпутать лицо из волос.
   -Зараза... Обрежу когда-нибудь!
   Скрутив пряди в одну массу, развернулась к коню и чуть не столкнулась нос к носу с вампиром. Тот, оказывается, взял повод вместо меня и прошел мимо, чуть наискосок, не по тропе. На что животное подумало-подумало, внимательно глядя на его маршрут, и все-таки согласилось.
   Я мрачно отплевалась от одной надоедливой волосины, и принялась наспех убирать их в косу.
   -Все хотел спросить: отчего ты и в самом деле не острижешь волосы? Ведь мешают, все время вижу, как ты их убираешь, скручиваешь перед охотой. Неужели ни разу не было, что какая-нибудь нечисть хватала тебя за эти волосы?
   -Отчего же? Было, буквально недавно. - Я пристально поглядела на него, пока заканчивала плести. Перехватила кончик отрезком кожаного шнурка и пошла следом, почти сразу по колено утонув в траве.
   Конь шел за ним послушно, но медленно, словно присматривался к поверхности. Рен замедлил шаг и обернулся на меня.
   -Так и что? Жалко с ними расставаться?
   -Пока не трогаешь волосы, нет проблем и перебоев с магией. У женщин это особенно сильно проявляется. Хоть у стихийниц, хоть у слабых травниц - все равно. Даже кончики резать нежелательно.
   -Надо же! - Удивился он. - Не знал. Настолько все серьезно? Тогда по идее, все кто берет ведьму в плен, должны остричь ее первым делом.
   -Не все об этом знают, да и дело того не стоит. Возиться долго, а в результате всего лишь заклинания будут работать через раз. Пару недель. Нитран куда надежнее.
   -Но нитран стоит недешево.
   -Кстати, да. - Я задумалась, проводя ладонью по кончикам пушистых стебельков ковыля. Устремила взгляд на город, а через него на темнеющий лес, в котором затерялись мои прошлые убийцы.
   -И вправду ведь, это дорогой металл. Вместо него часто применяют веревки, пропитанные особым раствором и заклятые на блокировку магии. Да даже те не всякому по карману. А уж нитран... Интересно, откуда у нашего некроманта деньги на такое удовольствие?
   -Спросишь у него в скором времени. Только не называй его 'наш', меня от этого коробит. Никакого отношения иметь к нему не хочу.
   -Хорошо, не буду трогать твою ранимую, нежную психику. Но разобраться с этим нужно будет. Не хватало еще, чтобы оказалось, что у него есть богатые родственнички. Скандала не оберешься.
   -А разве тебя это должно волновать? С орденскими-то полномочиями.
   -Ну-у... Влияние, конечно, охотники имеют, но проблемы все равно последуют. Лучше бы без этого...
   -Я бы волновался не о том, что у него с родственниками, а что с силами. Ты точно вызвала подкрепление?
   -Да вызвала, вызвала, не переживай. Все кто услышал, уже должны собираться. Не позже завтрашнего утра будут здесь.
  
   ***
   Дом, где в прошлый раз я встретилась с родителями Лауры, располагался в срединных кварталах. Здесь здания, в отличие от окраины, вырастали в два-три этажа и жались друг к другу, сросшиеся в одно целое, длинное сооружение. Изредка встречались узкие арочные проходы к другим домам и во внутренние дворы. Жители как могли расширяли себе место, пристраивая балконы едва ли не к каждому окну на верхних этажах. То тут, то там под солнце выставили все цветы, так что издалека балконы казались зелеными с пестрыми вкраплениями.
   Вообще-то не самый плохой квартал, для людей чья состоятельность чуть выше среднего. Отец Лауры, вроде бы, работает в городской канцелярии, мать - помощница в торговой лавке. Если до этого пропадали девушки из окраин, а то и ночные бабочки, то с ней, как с жертвой, темные жрецы промахнулись и привлекли к себе ненужное внимание. Насколько я поняла, отбором жертв у них занимается варлак. Точнее, два варлака - тогда их было двое. И наверняка тот, что утащил Лауру, не особенно приглядывался к нарядам девушек, потому и схватил ее вместо какой-нибудь одинокой сироты. Интересно, на него некромант потом долго ругался?..
   Двери нужного мне дома выходили на улицу, мощеную речной галькой, а за ними, как я помню, находился общий коридор для всех жильцов дома. А потому на стук вышла какая-то соседка, молодая кудрявая женщина в переднике.
   -Не готово еще! После обедни заходите! - Обрубила она, и собралась захлопнуть дверь перед моим носом.
   Я успела вставить в проем ногу.
   -Я к Лауре. Не будет трудно ее позвать?
   -К Лауре? - Отчего-то насторожилась женщина. - А зачем она тебе нужна?
   Орденская метка иногда внушает людям страх, и увидев ее, те сразу начинают оправдываться. Так что я не спешила ее показывать всякий раз, как соберусь задать вопрос.
   -Я ей книги одалживала, почитать. А теперь они мне нужны. Можете позвать ее?
   -А, ну да, она в последнее время от книжек не отрывается... - Успокоилась соседка. - Ты на нее не обижайся, если она забыла вовремя вернуть. Лаура в последнее время рассеянная, и понять ее можно. Натерпелась, девочка, и врагу не пожелаешь...
   -Нет, что вы, никаких обид. Так можно ее?
   -Можно, отчего нельзя? Только бесполезно: ее сейчас дома нет. Она одна не хочет оставаться, а мать и сестра сейчас уехали. Так что пока отец в городской ратуше работает, Лаура рядом сидит, ждет его. Ты поищи, она обычно или в центральной библиотеке, или в таверне напротив, рядом с городским управлением. Там столы стоят на двух этажах, вот она на террасе и сидит, уже завсегдатай там.
   -Спасибо, поищу. - Кивнула я.
   -А не найдешь, приходи вечером, после седьмого часу. Они тогда домой возвращаются. Я передам, что ты заходила! - Пообещала бдительная женщина, и окинув меня взглядом с ног до головы, чтобы получше запомнить, закрыла двери. Щелкнула задвижка.
   Я вздохнула, утирая лоб. Жара над городом стояла невероятная, солнце отыгрывалось в последние теплые деньки.
   На водосточный желоб села птица.
   -Я сейчас посмотрю, может, увижу. Скажу, где она. - Пообещал дух, и расправив крылья, снялся с места.
   Я спустилась со ступеней и помедлила, прежде чем повернуть в сторону городской площади. Рен, до того изображавший проходящего мимо зеваку, подошел ко мне и как и та женщина, смерил взглядом.
   -Ну и куда тебе воевать в таком состоянии? Ты ведь до сих пор в себя не придешь.
   Я поморщилась.
   -Не бухти, ты как бабулька старая. Нормально я себя чувствую, нормально. А после того, как поговорю с Лаурой, пойду к местному помощнику ордена. У них всегда имеются амулеты-накопители, так что запас сил восстановить легко. И вообще. Какое тебе дело, как я собираюсь со жрецами воевать?
   -А тебе какое дело, какое мне дело? - Отпарировал вампир. - Может, я на тебя поставить хочу. Осталось только найти второго спорщика.
   Впереди показался один из притоков, стекающих к реке через весь город по проложенным каналам. Через него был переброшен горбатый каменный мостик, хотя через это подобие ручья вполне легко можно было перепрыгнуть. Перейдя его, мы вышли на оживленную улицу. Прошли пару домов, и тут Рен вдруг насторожился, встал и даже вытянулся на цыпочках, выглядывая кого-то в толпе.
   -Что? Что там такое?
   Я проследила его взгляд и поняла, что он был устремлен на лошадь. Привязанную у трактира лошадь, с белой полосой по шее, и под черным седлом.
   -Да так, думал, знакомого увижу...
   -Коня?
   -Всадника. Ладно, неважно. Просто в глаза бросилось.
   -Не пойдешь, не поприветствуешь?
   Рен отмахнулся, нагоняя меня. Он о чем-то задумался, и через какое-то время снова подал голос:
   -А ваш помощник ордена так просто отдаст тебе эти амулеты? Или вы их по уценке покупаете?
   -Еще чего. Амулеты куплены на средства ордена, а он их просто хранит у себя. И выдает под расписку. Если окажется, что оружие, амулеты и другие ценные вещи я растратила зря, или вообще потеряла, то придется возмещать их стоимость из своего кармана. Хорошо хоть не сразу, просто небольшими отчислениями. А если все пройдет удачно, и удастся остановить темных жрецов, то мне еще благодарность вынесут.
   -В денежном эквиваленте?
   -Щаз, ага. Просто должна не буду.
   -Как-то сложно получается. Вроде как орден помогает своим, но вроде как и не помогает.
   -Это называется 'целевое использование'. Чтобы мы не растрачивали имущество в своих личных целях.
   -Что-то мне сложно представить, как ты тратишь чужое для себя.
   -Не напрягай фантазию.
   Мы вышли на центральную площадь, вымощенную светлым речным камнем, и растянувшуюся на несколько верст вперед. Другой ее край и расположенные на нем здания были видны смутно. Справа высилась башня с теми самыми часами, стрелки на которых указывали начало десятого часа. Тень от нее протянулась через половину площади, накрыв двухступенчатый фонтан с группой изваяний, извергающих воду отовсюду где можно. Острый конец тени от крыши словно стрелка, указывал на массивное здание с колоннами и покатой треугольной крышей.
   -Вот библиотека. - Подтвердил Рен, проследив мой взгляд. - Управление находится там, слева от башни. А таверна, которую облюбовала твоя спасенная, вот там, где все в диком винограде.
   -Ты так хорошо знаешь этот город?
   -Бывал не раз.
   Вверху показалась точка, и за удар сердца выросла в ястреба. Он медленно пролетел в высоте над нашими головами, бросив:
   -Девушка в таверне, вошла в нее не больше пяти минут назад.
   -Вот и хорошо, можно заодно поесть. - Обрадовался Рен. Я усмехнулась, покосившись на него.
   -Что, проснулся аппетит?
   -Запахи жареного мяса доносятся даже сюда. А у меня с собой и пара монет есть, не отобрали. А что? Опять что-то не так? - Откликнулся вампир и первым направился в указанную сторону.
   -Ничего, это даже хорошо. Ты только на всякий случай, сядь за отдельный стол. Я поговорю с девочкой одна.
   -Без проблем.
   Я сделала шаг за ним, и бросила взгляд на здание библиотеки.
   Мне почему-то показалось, что туда стоит зайти. Что там я найду нечто интересное.
   Что ж, стоит послушать интуицию, и потом поискать там книги по ритуальной магии. Если не удастся выяснить, чего добивались жрецы, от них самих, то возможно здесь найдется информация.
   -Ты идешь? - Окликнул Рен. Я кивнула и последовала за ним.
   Внутри таверны оказалось прохладно, и не слишком людно. Остановившись на пороге, я почти сразу увидела знакомую фигурку. Светловолосая девушка, сгорбив худенькую спину, сидела у стойки, слушая историю, что ей рассказывал улыбающийся трактирщик, протирающий стаканы.
   Она только кивала, слушая его с отстраненным видом. Может, она услышала мои шаги, а может, ухитрилась понять, что на нее смотрят, но Лаура обернулась, прежде чем я успела позвать ее.
   Девушка уставилась на меня с настороженным замешательством, а потом узнала. Она даже опустила плечи и выдохнула, прикрыв глаза от тотального облегчения. Словно я вошла, размахивая отрубленной головой некроманта, напевая 'Тебя не тронет больше никто'.
   Я подошла и оперлась на стойку рядом с ней, привлекая внимание человека со стаканами.
   -Одну порцию ягодника. Разбавленного.
   -Я уж думала, ты пропала. - Тихо сказала Лаура. Она даже попыталась улыбнуться.
   -Можно и так сказать. Нужно поговорить.
   Она оглянулась на людей, недоверчиво обведя взглядом каждого.
   -Присядем там, в углу?
   Девушка подобрала свою сумку с длинным ремешком, повесила на плечо и ушла к дальнему столу. Я дождалась свой ягодник, источающий терпкий аромат во все стороны, и не удержавшись от пробного глотка, направилась к ней.
   Она устроилась спиной к стене, чтобы видеть весь зал, и пока что разглядывала свои руки. Вид у нее был усталый, измотанный, словно она не могла выспаться уже много ночей подряд.
   -Что с тобой такое? - Спросила я, отставляя кружку.
   Лаура вздохнула, и заговорила тихо-тихо, полушепотом.
   -Я, наверное, никак не отойду. Сижу дома, до сих пор боюсь каждого шороха. По улицам не могу ходить, все время оглядываюсь, как будто жду, что кто-то выскочит из-за угла.
   Она подняла глаза.
   -Все это время в неизвестности. Ждала хотя бы вестей. Что там случилось? Ты тогда догнала волкулака, который сбежал?
   -Варлака. Да, догнала. Но он был не один.
   -И что, на тебя напали? - Она встревожено сдвинула брови.
   -Убили. - Спокойно отозвалась я и отпила из кружки.
   Лаура отшатнулась от неожиданности.
   -Как это!?
   Я сложила руки на столе в замок и слегка наклонилась, тоже понижая голос.
   -Не буду вдаваться в подробности, но там все гораздо серьезней, чем я сначала подумала. Тебя должны были принести в жертву, чтобы исполнить некий ритуал. До этого тоже пропадали девушки. Думаю, по этой же причине.
   -Тебя убили... вместо меня?
   -Принесли в жертву, если быть точной. Но по-моему, удачный размен. - Хмыкнула я. Она в смятении сплетала пальцы.
   -Выходит, это все не просто так... Понимаешь, мне сейчас снятся дурные сны. Иногда даже просыпаюсь оттого что кричу. Плохо их помню, такие тягучие, вязкие... но меня там режут. Я лежу, а надо мной стоит человек с черным ножом. И я не могу пошевелиться, ничего не могу поделать.
   Я в недоумении смотрела на нее. Ладно, видения с жертвоприношением, это могло догадаться ее подсознание... но опознать ритуальный обсидиановый клинок!?
   -Лаура, ты трогала вещи, что я тебе отдала?
   Она запнулась, опустила глаза.
   -Да. Думаю, все дело в этом. Я открыла книгу, из любопытства. Оттуда вырвалась какая-то пыль, прямо мне в лицо, а потом исчезла. Я не придала значения, пыль и пыль. Полистала, а там все в непонятных символах; ни одного не опознала. Хотя у меня отец писарь, и я знаю написание многих языков. А потом началось...
   -Больше ты ничего не трогала?
   -Нет, в сундучок лезть побоялась. Да он и закрыт плотно, а замочной скважины нет...
   -Иногда вредно любопытничать. Дай-ка мне свою руку.
   Девушка протянула через стол ладонь. Рукав сполз, обнажив тоненькое запястье. Господи, да она будто все это время и не ела!
   Стоило только коснуться ее пальцев, как я почувствовала знакомое уже ощущение липкости, словно обмазалась о смолу.
   -Что? - С тревогой спросила она.
   -Ощущения тебя не обманули. Книгу заклял некромант, как раз от чужих рук. Но это не смертельно, совсем легкое колдовство. Такую порчу можно снять.
   -Надеюсь. - У нее снова дрогнул голос. Лаура охватила себя руками за плечи, словно ей внезапно стало холодно.
   -Я думала, что с ума схожу. Все время кажется, что на меня смотрят из темноты, преследуют по пятам, никуда не могу от этого деться. Все говорят, это пройдет, это от пережитого страха, а мне только хуже. - Она дрожащей рукой убрала прядь волос со лба, и подняла на меня испуганные глаза. - Как будто никак не отпустит. Каждую минуту, дома или в толпе, я думаю, что кто-то на меня смотрит. Мне кажется, что за мной следят...
   На последних словах голос сорвался и почти затих.
   Я протянула руку и снова сжала ее за ладонь. Она выдохнула и немного успокоилась.
   -Послушай меня. Я сделаю все, чтобы тебе помочь. Обещаю.
   -Ладно... - Она провела рукой по лицу, словно стирая с него что-то. - Так ты сможешь снять эту порчу?
   -Смогу. Только прошу подождать до завтра. Мне еще предстоит дело этим вечером.
   Девушка шмыгнула носом.
   -Что-то опасное?
   -Я ведь в тот раз так и не смогла остановить их. Жрецы еще на свободе, и я уверена, что этим вечером, в полнолуние они соберутся снова.
   -Господи... И снова кого-то убьют?
   -Попробуют. Но это моя забота, им помешать. А завтра прибудут другие охотники, чтобы расследовать это дело. Так что завтра встретимся, и я помогу с порчей.
   -Хорошо. - Кивнула она, и откинулась спиной назад. Я решила напомнить:
   -Мне нужно то, что я отдавала на хранение.
   -Да, конечно. Сейчас. - Засуетилась Лаура, и подтянула к себе сумку, принявшись расстегивать. Я следила за ней с недоумением.
   -Ты что, носишь это все с собой!?
   -А вдруг из дома украдут? Тем более, я ждала, что ты придешь, и в любую минуту сундучок и книжки придется отдать.
   Я покачала головой. Еще бы ей не чудилось всякое, когда источник порчи все время под боком!
   -Передай под столом.
   Девушка послушно протянула руки, отдавая мне увесистый сверток плотной бумаги, перевязанный бечевкой: упаковано как в канцелярии. Я не стала разворачивать, убрала в свою сумку. Изучу в комнате, без посторонних глаз.
   -Спасибо. И не переживай, завтра я постараюсь тебе помочь. Да и любой маг может снять такое, скажи родителям, чтобы помогли, стоит это недорого. Разве что из города никуда не ходи, особенно вечером.
   -Конечно! - Лаура схватилась за сумку. - Я без отца даже с этой площади ни ногой! И дома сижу, закрываю все двери, в окна лишний раз не выгляну.
   -Хорошо, это не будет лишним.
   Я взяла ягодник и допила половину. Поболтала, пока еще горячий.
   -Ладно. Тогда до завтра, а мне нужно идти.
   -Да я сама пойду. - Спохватилась Лаура и встала. - Здесь уже насиделась, как раз хотела пойти в библиотеку.
   Как кстати!
   -Ты туда надолго?
   Она остановилась, поправляя сумку на плече.
   -До вечера буду в читальном зале. А что?
   -Если не трудно, поищи книги по оккультной магии, может, найдешь что-то об этом ритуале. Я потом и сама зайду, спрошу, но пока у тебя есть возможность, просто попроси подобрать. Хорошо?
   -Ладно. Тогда до завтра. - Кивнула она уже спокойней, и уверенно зашагала к дверям.
   Проводив ее взглядом, развернулся Рен, до этого сидящий за соседним столом, спиной ко мне.
   -Ее одной достаточно, чтобы Арис получил по заслугам. - Мрачно сказал он. Я потерла переносицу.
   -Его сначала поймать надо.
   Вампир перевел глаза на меня.
   -И что ты будешь делать дальше?
   Я покосилась на свою сумку и тоже закинула через плечо. Встала, оставив кружку на столе.
   -Пойду к человеку ордена. Оставлю это все у него. - Вздохнув, я покачала головой. - Зря я отдала эти книги ей, вообще зря в это втянула. Пусть бы лучше отходила она в кругу семьи, безо всяких напоминаний. Нужно было сказать, чтобы она просто передала их помощнику.
   -Она все равно заглянула бы в книжку. - Уверенно заявил вампир, и тоже встал. - Вы, женщины, одинаково любопытны.
   -Да ну тебя. - Проворчала я и направилась к выходу.
   Сориентировавшись, я свернула вправо и зашагала по одному из переулков вниз, в сторону реки.
   -Она говорила о символах. - Прикинула я вслух. - Непонятных символах. Что же там...
   Не выдержав, на ходу залезла в сумку. Развязала узел, и отодрав край бумаги, достала верхний томик.
   -А что я говорил? - Заметил Рен. - Вот и она бы сунула нос, прежде чем добралась до города, не то что до помощника ордена!
   -Мне можно. - Проворчала я, и так же не сбавляя хода, открыла книгу. Никакой пыли не было; естественно, порча уже нашла свою жертву. Зато символы я узнала.
   -Надо же.
   -Что?
   -Это не просто книга, а записная книга. И заполнял ее сам некромант, готова поспорить. Это драконий язык, он и вправду редко используется, так что неудивительно, что Лаура не разобрала.
   Я едва не споткнулась на выбоине среди каменной кладки, и зашагала медленней.
   -Руны, какой-то список, схемы рисунков... Ага, вот эти знаки точно были на алтаре. А этот не знаю. Вообще не встречала. Так...
   -Думаешь, самое время изучать это на улице?
   Я подняла глаза и вовремя свернула вправо. Пробежала глазами еще пару строчек, и вздохнула.
   -Ладно, ты прав. Не сейчас. Почитаю у Фарета, если успею. В крайнем случае, завтра, когда будет время. В принципе, не срочно. Но находка ценная. Надеюсь, ему без нее пришлось тяжело. - Я схлопнула страницы, и сунула книжку обратно.
   Оглянулась. Где там у нас улица Мастеровых...
   Пару поворотов мы миновали молча. Но почти на подходе к дому Фарета я остановилась.
   Он едва не влетел мне в спину.
   -Что?
   -Я тут подумала... - Я оглянулась, и повернувшись к нему, тихо призналась:
   -Что-то мне за Лауру все равно неспокойно. Проследи за ней, пожалуйста. Только постарайся не напугать, а то она от собственной тени дергается. Просто побудь неподалеку, пока ее отец не заберет. Хорошо?
   -Ты напрямую просишь моей помощи? - Усмехнулся он, вскинув бровь.
   -Могу через шантаж: если не сделаешь, как я просила, отпинаю!
   Рен засмеялся, и вскинув руки, отступил.
   -Хорошо. Я убоялся, и дрожа, убегаю выполнять твое поручение.
   Я развернулась, но ехидный вампир уже отошел вне пределов досягаемости, и махнув мне рукой, пошел вверх по переулку.
   -Тогда увидимся в библиотеке! - крикнула я ему вслед.
   В небе над домами в ту же сторону полетел ястреб.
   Что ж, хотя бы на этот счет я могу успокоиться.
  
   ***
   Когда открылись двери после стука, Фарет даже не слишком удивился.
   -Я же говорил, что это плохая примета!
   Он отступил назад, давая мне дорогу.
   -Без комментариев. - Пробурчала я, проходя мимо него. Правда, в коридоре растерялась, не помня, куда сворачивать.
   -Ваша часть дома слева. - Он покосился на уходящую вверх лестницу. - У меня невеста в гостях... Я ей еще не рассказывал о нашем семейном деле. Увидит, может подумать не то. Давайте я сейчас ее провожу и к вам подойду. Или что-то срочное?
   -Пока нет. Подожду. Мне нужно собрать кое-что, пороюсь на складе.
   -Хорошо. Скоро буду.
   И молодой человек взбежал вверх по лестнице.
   Я отодвинула тяжелые зеленые портьеры в гостиной, за которыми скрывался проход, и щелкнув пальцами, зажгла себе огонек для света. Вперед уходил узкий коридор, выводящий на такую же узкую темную лестницу, идущую вверх: почти вся вторая половина дома была отведена под помещения ордена.
   Огонь зажегся в трех масляных светильниках, укрепленных в глубине комнаты. На маленьком окне, выходящем во двор, поверх соседских крыш, сама собой отдернулась штора. Внутрь ворвался солнечный свет, и я оглядела длинное помещение.
   От обилия амулетов, разложенных по полкам подвесных шкафчиков, развешенного по стенам оружия, и выстроенных в ряды зелий, рябило в глазах... когда-то. Когда я была здесь в прошлый раз.
   -Фарет! Еп... йоперный балет! Куда все делось? Тут же завалено все было, а алхимические зелья не знали, куда девать?
   -Это было полгода назад. - Отозвался он из коридора. - А потом случился отряд охотников, который собирался в рейд по зачистке приречных территорий вниз по течению, почти до самого Кратера. И с тех пор пополнений на склад было очень мало.
   -Да? - Растерянно отозвалась я, окидывая взглядом полупустые полки. Клянусь, в шкафчиках только повесившейся мыши не хватало. Хотя, вон, еще есть какие-то компоненты в колбах и стеклянных сосудах. В самом углу и покрытые пылью. Пара залепленных воском горшочков. Какое-никакое холодное оружие тоже имеется. Наверное, его просто при прошлых сборах не заметили. Впрочем, у меня и свое есть.
   -А амулеты-накопители? - Жалобно уточнила я.
   -Есть. Их запасы мы пополняем в первую очередь. - Он открыл верхний ящик одного из столов, показав уложенные на мягкую ткань блестящие ограненные камни.
   -Ну, хоть что-то. А как с денежным запасом?
   -Смотря на что. - Фарет с явным сожалением смотрел на накопители, словно за такое долгое время к ним привык, и теперь не хочет расставаться.
   -Я тут тоже кое-что притащила. Сейчас объясню, на что мне нужны будут деньги.
   -И куда вы собрались на этот раз? - Орденский помощник присел на стул и скрестил руки.
   -Туда же. Мстить.
   Он покосился на меня с немым вопросом в глазах, но не стал высказываться вслух.
   -Ладно. Что у вас?
   Я выложила на стол две книги, в черной и зеленой обложках, и аккуратно поставила сундучок. Внутри что-то интересно брякнуло.
   -А там что?
   -Туда лучше не лезть. Так и несет некромантией. В общем, слушай...
   К тому моменту, когда в окно постучали, я кратко изложила ситуацию: когда сюда прибудет подкрепление, нужно подготовиться. Еще я собиралась найти, где жрецы держат сегодняшнюю жертву, и забрать ее. Для этого нужно было сразу несколько средств маскировки. И что-то, что перебивало бы мой след. И многое другое, но к сожалению, прямо сейчас этого на складе не было. Придется залезать в местный бюджет.
   По оконной раме заскребли когти, и оглянувшись, я увидела своего ястреба. Тот тяжело бил крыльями по ставням, пытаясь удержаться на подоконнике.
   -Впусти. - Попросила я, и помощник, протянув руку, отбросил крючок со ставня.
   Птица протиснулась внутрь, и бросила на меня тяжелый взгляд.
   -Лаура пропала.
   -Что!!? - Вскинулась я, выпрямляясь над столом. - Когда? Как вы ее упустили!?
   Он щелкнул клювом.
   -Она ушла из библиотеки еще до того, как я долетел туда. Вампир узнавал у служащих: она вышла с кем-то под руку, и пропала из виду. Ее видели на площади, но дальше нет никакого следа.
   Я уперлась руками в стол и уставилась невидящими глазами на записную книгу некроманта.
   Зачем искать новую жертву, если есть сорвавшаяся с крючка прошлая? Найти ее в городе, да еще с порчей, и можно не беспокоиться, и дать ей погулять до последнего дня. А как понадобится, она будет рядом...
   -Все-таки ей не казалось. Добрались. - Упавшим голосом констатировала я.
   -В чем дело? - Не понял Фарет.
   -Плохо дело. Я сейчас пойду заберу свои вещи с оружием, а ты собирай все, что есть. Мне многое понадобится. Амулеты-накопители подготовь. - Я бросила на него взгляд. - Но в первую очередь найди мне средства для допроса.
  
   ***
  Вурдалак
  Нечисть. Степень опасности - 4. Разум - 4.
  Место обитания: распространен повсеместно. (Пометка на полях: 'Уточнение - вурдалаки обитают преимущественно в склепах, в заброшенных строениях и подвалах, где им легко найти место для ночлега и спрятаться от солнца. Некоторые особи обитают под землей, зарываясь туда каждый раз как впадают в спячку. Обычно на поверхности имитируют могилу, чтобы никто случайно не раскопал их.'
  Вторая пометка: 'Особо наглые особи могут жить среди людей, маскируясь под них')
  Низшая форма вампира. Ведет преимущественно ночной образ жизни.
  Внешний облик: выглядит, как человек с бледной кожей. Имеет крепкие, острые белесые ногти. Перед питанием и при защите выпускает длинные клыки на месте человеческих глазных зубов.
  Свободно говорит и понимает человеческую речь; каждый вурдалак - бывший человек. Пополняет популяцию исключительно через заражение. Укушенный и не умерший человек, если не принять противоядие вовремя, становится вурдалаком в течение от восьми до двадцати часов.
  Питается кровью, преимущественно человеческой. Особенно силен становится, если возьмет всю кровь до конца, вместе с жизненной силой.
  Оружие: зубы, когти. Вурдалак легко втирается жертве в доверие, и нападает неожиданно.
  Охотничьи повадки как таковые отсутствуют. Вурдалаки применяют к жертвам индивидуальный подход, но чаще всего прибегают к обычному соблазнению. (Пометка на полях: сильный, матерый вурдалак обладает сильным магнетизмом и хорошей выдержкой; меньше вероятность, что он выдаст себя)
  Уязвимость: сердце, голова, горло. Плохо переносят солнечный свет. (Пометка на полях: 'Становятся слабыми, вялыми; днем убить их легче всего').
  Бестиарий, Глава вторая. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
   ***
   -Да ты же просто погибнешь там! Еще раз!
   Ну что еще я могла услышать от вампира в ответ на свою идею? Нет, не 'Молодец, что стараешься' и не 'Давай, у тебя все получится', и даже не 'Ну, разгребай теперь, что наворотила'. Нет, вместо этого прямо: 'Ты дура!'
   Я еле сдержалась, чтобы не ударить кулаком по столу. Кто бы еще этот жест оценил.
   -Нашелся, тоже мне, указчик!
   -Ты же сама говорила, что здесь не справиться без подкрепления, так почему не хочешь дождаться его!?
   Я не выдержала, и устало прислонилась к косяку. После ритуала, проведенного над ним, до сих пор не отошла голова; болела, зараза, как будто ее пробили гвоздем, да так его там и забыли. Спорить хотелось меньше всего.
   -Потому что как бы ни спешила ко мне моя помощь, к сегодняшнему ритуалу все равно никто не успеет. В Тавере нет стационарного телепорта. Так что подкрепление можно ожидать не раньше завтрашнего утра. Жертва уже будет мертва. А жрецы может быть, и вовсе исчезнут к тому моменту. И следы за собой заметут. Нам только и останется, что биться головами об алтарь, догадываясь, чего они добивались и зачем. А если они вообще решили призвать силы хаоса? Таких идиотов я уже ловила, поверь. Не знаю, и знать не хочу, что могло бы произойти с Риласом, если бы мы не успели им помешать.
   Лаурен наоборот, был полон сил, рвения, и желания помешать мне.
   -И ты хочешь сказать, что остановишь их в одиночку!? Да Арис только рад будет, даже выйдет тебя встречать с караваем на рушнике! Он же того и хотел, затем меня и посылал, и что теперь!? Ты задачу ему облегчить решила!? Именно тебе - на пушечный выстрел нельзя подходить к тому месту!
   -Я понимаю - упавшим голосом ответила я. - Все понимаю. И что это глупо, что сама я там, скорее всего, не справлюсь. Но бросить беззащитную девушку там умирать, как я сама умирала, не могу. Я обещала ей помочь. А она мне поверила. И теперь, раз обещала, я должна сделать все, что в моих силах.
   -Отлично! - Вспылил он. - Хочешь что-то сделать? Оставь здесь все свое оружие, иди прямиком в лес, да предложи на ее роль себя! Выйдет то же самое, только куда быстрее!
   -Да за кого ты меня принимаешь, за пастушку с хворостиной? - Возмутилась и я. - Я в конце концов, знаю, куда и к кому иду! Знаю свои силы. В отличие от тебя.
   -Тогда я иду с тобой.
   -Разбежался! Еще чего не хватало. А если он тебя почует за тридевять земель? В конце концов, на тебя он накладывал проклятие!
   Вообще-то не должен, но Рену об этом знать было незачем.
   -А тебя, с кинжалом, которым проклятие накладывал, он, можно подумать, не почует!
   -Я его здесь оставлю. И на рожон лезть не стану, если пойму, что не справлюсь. Две жертвы хуже, чем одна.
   -Сама-то себе веришь!?
   Так, не нервничать, не нервничать, его нельзя бить...
   -Как думаешь, чем охотник-маг отличается от охотника-воина?
   -Самоуверенностью! - Ядовито ответил он.
   -Да что за... Ты даже не слушаешь!
   -А что нового ты мне скажешь, чего я не знаю? Как бы тебя ни обучали в свое время, сейчас ты еще не готова! Ты почти ничего не помнишь! Сколько угодно можешь говорить мне о том, что это для тебя обычное задание: я не верю.
   -Тогда ты не оставляешь мне выбора - Хмуро подытожила я.
   Рен опустил взгляд на мои ладони: сомкнутые пальцы.
   -Нет, не смей!.. - Он бросился в мою сторону, и тут же споткнувшись, в беспамятстве рухнул на пол.
   Я размяла гудящие пальцы и присела рядом, на всякий случай положив ладонь ему на лоб. Нет, вреда не нанесла. Только успокоила ненадолго.
   -Знаешь, а мне понравилось так заканчивать с тобой разговор. - Заметила я. - Как ни крути, единственная возможность для меня оставить за собой последнее слово.
   Собеседник не спорил. Я снова вздохнула и уставилась в пустоту.
   -Охотник-маг... - Усмехнулась я - ...отличается от обычного охотника, как это ни банально, магическими способностями. Это узкие специалисты. Мы можем выполнять и обычную работу охотника. Обычно так и делаем; нас все равно слишком мало. Но то, на что нас натаскивают в первую очередь, это охота на других магов. Именно я имею больше всего шансов сорвать Арису еще один ритуал.
   Он по-прежнему молчал, со всем согласный. Я похлопала его по плечу и встала.
   -Таким ты мне нравишься гораздо больше.
  
   ***
   К Фарету забегать уже не стала, а прямиком направилась к торговым кварталам, расположенным с южной стороны от площади. Две улицы, крест накрест пересекающиеся между собой, были целиком отведены под магазины, лавки, мастерские и склады. С самого краю этого квартала притулился узкий, двухэтажный дом с неприметным фасадом. На первый взгляд. Потом глаз цеплялся за дорогие, кованые перила на лестнице и крошечном балконе, стекло в окнах высокого качества, а так же особый оттенок черепицы на крыше и древесины, из которой были сложены стены. Дерево-то обычное, но пропитано особым составом, и теперь не загорится, даже если поджигать намеренно.
   И без вывески на двери можно догадаться, что здесь живет алхимик.
   Чтобы призвать его, пришлось стучать два раза. Потом я увидела шнурок и еще и за него подергала, подгоняя глуховатого хозяина дома.
   Когда Эрисон Греви, наконец, дошаркал до порога и открыл дверь, я не дав ему и вдохнуть, заявила:
   -Срочное дело! Нужны ваши запасы!
   И ужом скользнула мимо него в коридор.
   -Так, а... - Озадачился старик, но хмыкнув, прикрыл двери, и нацепив на нос очки на цепочке, неторопливо пошел к прилавку. Я в нетерпении притопывала ногой, пока взглядом проводя ревизию на его полках. В отличие от склада у Фарета, изобилие радовало.
   -Нужен сбор для зелья номер шестнадцать. И готовый раствор 'драконьей крови'. Четыре сосуда ступенчатой закалки. Еще соберите список компонентов. Серый борей, крошка горного сланца, ложная ртуть, сухая селитра, и емкости с соляной кислотой. На четыре порции.
   Эрисон изумленно уставился на меня, забыв сесть на стул.
   -Ты что, собралась делать...
   Я перегнулась через стол и проникновенно отчеканила:
   -Именем ордена. Быстро.
   Он, хмуря брови, согнулся, вытаскивая из под стола стопку глиняных сосудов, о которых я говорила. На лице у него все еще было написана растерянность.
   -Это так опасно, Гильдия не разрешает отдавать эти компоненты в одни руки... Прости, Хельдин, но я вынужден буду сообщить ей об этом.
   -Сообщайте. Вся ответственность на мне.
   Я в нетерпении оглянулась на окно. Эрисон, ученый и мастер в своем деле, был хорошим моим знакомым, еще с Магика, где вел у нас курс алхимии. С ним всегда было интересно поговорить, всегда можно было узнать что-то новое, и не только из алхимии.
   Да, да, все так, но сейчас его медлительность меня раздражала.
   Он сверкнул любопытными глазами, обернувшись от полок со стеклянным сосудом в руках.
   -У тебя какое-то важное дело? Сама на себя не похожа. Лицо бледное, глаза горят, сумасшедшие, на голове воронье гнездо, ух...
   -Я спешу. - Проворчала я, приглаживая волосы на макушке.
   -На тот свет?
   -Там уже была.
   -А теперь пойдешь штурмовать какую-нибудь крепость?
   -Не крепость, но штурмовать. Долго еще?
   Алхимик покосился на меня.
   -Знаешь, приготовление твоего оружия требует времени и точности движений. Я сейчас не доверю тебе такую задачу. Иди разбирайся со своими делами где-то час, а потом придешь за готовой смесью. Сам сделаю.
   Я выдохнула, готовясь спорить, но махнула рукой.
   -Ладно. Запиши на счет ордена.
  
   ***
   Отступление.
   Сознание не торопилось к нему возвращаться, и восстанавливалось рывками, с каждым просветлением принося дикую боль между висков. Но на третий или четвертый раз он переборол себя, и вцепившись в край стола, подтянулся в положение сидя. Охватил руками голову, пытаясь унять головокружение. Открыв глаза, долго пытался проморгаться, чтобы угомонить пляшущие стены с окном и потолком. После чего заметил в пустоту:
   -Нет, главное твое качество - ослиное упрямство.
   И безнадежно выругался, пока вставал, пошатываясь на слабых ногах.
   Из комнаты он вышел, думая только о том, где он видел того самого жеребца, под знакомым седлом? Видел же. Хоть бы его догадка оказалась верна...
  
   ***
   ...В трактире, двумя кварталами оттуда, за столом у окна возвышался задумчивый мужчина. Рослый, с бугристыми от мускулов руками и бронзовой кожей, он мог бы сойти за человека, но заостренные уши и характерные татуировки на шее, заходящие на лысый череп, явно говорили о том, что это орк.
   -Ладно. - Пожевав губами, решил он, обращаясь к своему помощнику, юноше, сидящему напротив со здоровенной кружкой пива. - Все равно что-то с этим делом было нечисто. Даже и лучше, что не мы взяли заказ. Сходи-ка ты к хозяину, закажи обед.
   Помощник отставил кружку, которую все равно не смог сразу осилить, заказав от жадности. Встал, размял шею и ушел делать заказ. А когда уже возвращался, то увидел, как на его место садится незнакомый ему молодой человек.
   -Эй... - окликнул его наемник, и запнулся, словно его мысль споткнулась о пронзительный, характерный для вампиров взгляд.
   -Здесь - свободно. - С равнодушной уверенностью ответил тот и развернулся к главному. Только тогда Шхаген, рослый орк, озадаченно прищурившийся на странного наглеца, изумленно вытаращил глаза, узнав в вампире некогда знакомого человека.
   -Музыкант!? Как ты... Что за шхар?
   -Всякое случается. - Тот пожал плечами. И в ответ на мрачнеющий взгляд, добавил: - Это было не добровольно. И это сделали не вампиры.
   -Против воли? Кто-то посмел!? - Неверяще переспросил Шхаген.
   -Если ты думаешь, что я пришел обсудить свое превращение и пожаловаться на плохих людей, то - нет. Я по делу. Ты и твои люди сейчас заняты?
   -Смотря, для чего ты об этом спрашиваешь. - Наемник облокотился о стол и в упор уставился на него.
   Вампир, вместо немедленного и подробного ответа, который дал бы любой под внимательным взором здоровенного орка, склонил голову, наблюдая за вяло ползущей по краю стола мухой.
   -Может, и не из-за простого любопытства... - Не сразу протянул он, медленно, как будто размышляя. - А может, и просто так... А может, по поводу вашего имени... Но, если вы заняты, то, конечно...
   Муха не успела даже шевельнуть крылышками, прежде чем была погребена под жесткой орочьей ладонью. Наемник с усмешкой отряхнул руку и нетерпеливо уставился на вампира.
   -Знаю я эти твои штучки. Давай, рассказывай, что у тебя за дело ко мне. А я подумаю.
   Лаурен растянул губы в довольной улыбке. Он знал, как заинтересовать этого собеседника.
  
   ***
   Три года назад.
   Музыкант тогда опаздывал в поселение до темноты, и решил по тропке свернуть в холмы, думая, что найдет там место для привала. Место и вправду нашлось, но оказалось занято. Там обосновались лесные разбойники во главе с тогда знаменитым, долго разыскиваемым Хватом.
   Однако, его даже не подумали тронуть. Отчасти из-за скрипки за спиной; верили в приметы, а отчасти потому, что у них сегодня и так попался хороший улов. Караван купцов вместе с небольшой командой наемников, выбрал не ту дорогу. Они еще утром с трудом отбились от нападения лесной нечисти, и были измотаны. Люди Хвата взяли их 'тепленькими' и задавили числом, после чего общипали торговцев, как упитанных кур, пустив под нож несогласных, а наемников взяли в плен. В общем, ему только обрадовались, посчитав за хороший знак: вот и музыкант к празднику!
   Так что некоторое время спустя Рен, залихватски подыгрывая простой мотивчик, распевал с ними у костра похабные песенки, заодно обогатив их запас новыми частушками. Да все подкидывал тосты, один убедительнее другого, то и дело подливая себе и рядом сидящему Хвату.
   -За красивых девок!
   -За твое здоровье!
   -За богатеньких купцов, чтобы они никогда не переводились!
   -За свободу!
   Не выпить за такое было невозможно, и мало-помалу, Хват начал косеть, путаться в словах и забывать, зачем они все тут собрались, и кто этот замечательный парень - его друг или брат? Веселье набрало обороты, остальные упились в край вином, которое подогревалось в котелке с пряностями. Кстати, как-то очень уж быстро упились, через полчаса уже попадав на землю... А атаман разбойников пил с музыкантом уже из принципа, кто кого. В итоге музыкант, пробулькав что-то себе под нос, прислонился к дереву спиной в обнимку с инструментом, и затих.
   -Слаб-бак! - Цыкнул разбойник, и собрался встать, чтобы отлучиться по нужде в кусты. Но земля под ногами взбрыкнула и опрокинула его обратно на спину.
   'Сейчас все равно встану. Вот соберусь, возьму и вста...' На этой мысли Хват и захрапел.
   Воцарилось спокойствие. С дальнего конца поляны, привязанный к дереву так туго, что едва мог дышать, за разбойниками наблюдал здоровенный орк, покрытый порезами и тихонько истекающий кровью. Несмотря на раны, огня в его глазах не убавилось, и он, изредка шепотом подбадривая двоих соратников, все возился со своими веревками сзади, надеясь развязать, ослабить, да хоть порвать!
   То, что их пока оставили в живых, ничего не значило. Вполне возможно, прикончат завтра; наемники и лесные разбойники изначально ненавидели друг друга. Или опоят зельем и отдадут работорговцам. А самого орка, из которого раба не сделаешь, могут вовсе разобрать на части и сбыть самое интересное алхимикам. Некоторые из них так ценят ингредиенты вроде печени и крови орка, что не будут задавать никаких вопросов.
   Он боковым зрением уловил движение со стороны разбойников и замер. Но это не они проснулись, а музыкант, совершенно трезвый, отложил скрипку в сторону, осторожно укрыв ее курткой, и вытащив нож из голенища сапога, направился к наемникам.
   Орк смерил его взглядом, не зная чего ожидать от странного человека. Тот подошел, оглянулся на спящих, и присев на корточки, тихо, на грани шепота представился.
   -Я музыкант. Просто музыкант. Шел мимо, ни о вас, ни о них, не знал. Сейчас помогу.
   -Зачем это? Тебя и так не тронут, дружище! - Сплюнул Шхаген. Не попал.
   -Я наслышан о Хвате. - Спокойно ответил скрипач. - Завтра он решит, что мне как музыканту, язык ни к чему. Так можно двух зайцев поймать: и убить не убьет, и их место я не выдам. Да и кроме того. Таким как он, я не друг.
   -Раз так, можешь говорить, пока режешь веревки, а не время тянуть! - Прошипел орк. Рен пожал плечами и отошел за его спину, принявшись перерезать путы.
   -Я своими глазами видел, как ты хлестал вино вместе с этим жварром. И как ты теперь так спокойно ходишь? - Спросил другой наемник, пристально следя за скрипачом. Тот уже заканчивал с веревками орка.
   -Я очень быстро пьянею, а как напьюсь, отключаюсь. Это мне на пользу не идет, а выпить зовут очень часто, не откажешься. Вот я и ношу с собой зелье для трезвости, и к тому же научился делать вид, что пью, а вино потихоньку отливать. С Хватом я выпил только пару глотков, и они уже выветрились. - Пояснил он.
   Шхаген, наконец смог вытащить руки из веревок, и музыкант перешел к другому наемнику.
   -И что ты за помощь хочешь? - Подозрительно поинтересовался вожак наемников.
   -Это в моих же интересах, не надо мне ничего. - Отозвался скрипач из-за дерева.
   Освободив всех, он только успел спрятать нож обратно, как наемники, быстро размявшись, подкрались к месту, где свалили в кучу их отобранное оружие. К сожалению, как бы крепко ни напились лесные тати, чей-то неосторожный шаг, переломивший сухую веточку, разбудил сразу двоих, а когда один из разбуженных коротко вскрикнул, чтобы тут же захлебнуться своей кровью, подскочил и Хват.
   Его хмель тут же отступил.
   -Скрипач! Ах ты крыса! - Заревел он, и кинулся сразу на упомянутого, оказавшегося ближе всех. Тот отскочил от замаха и кинулся за дерево, но Хват бросил в него сразу два ножа, и одним пришпилил к стволу ладонь скрипача.
   Тот аж взвыл от боли, когда не смог сразу остановиться, отчего потянул ладонь за собой, и лезвие пошатнулось в ране. Хват кинулся следом за ним, но его настиг озлобленный орк, и двумя взмахами сабли покончил с грозой окрестностей города Тарта.
   Рен с воплем сквозь зубы выдернул нож и согнувшись, схватился за руку, заливая кровью самого себя. Остальных разбойников наемники уже добивали в полусне, грязно и не думая о каких-то вопросах чести. Если бы не рана, скрипача бы, возможно, стошнило с непривычки, но от боли ему было плевать на впервые увиденное убийство. Он быстро пришел в себя, перехватив руку так, чтобы остановить кровотечение, и теперь от души матерился, прислонясь спиной к дереву, запачканному его кровью.
   К нему подошел орк и присел, вытирая саблю о траву.
   -Ну что, музыкант, мы тебе теперь должны за жизнь - рассудил он. Лаурен поднял глаза и снова выругался, послав наемников вместе с разбойниками туда, куда по доброй воле никто не хаживал. Орк от этого наоборот, развеселился. Его настроение вообще изрядно поднялось, когда он прикончил Хвата, о чем мечтал с тех пор, как атаман избивал его, связанного, ногами по ребрам.
   -Зато первое боевое ранение, поздравляю! Давай помогу перевязать, сам ты мало чего сейчас сделаешь.
   -Я этой рукой струны держу, и если он повредил мне связки... - Прошипел скрипач, пытаясь на пробу, через боль пошевелить пальцами. - Я некроманта найду и сам убью его еще раз десять!
   Орк усмехнулся.
   -Да ладно переживать. Если хочешь, я тебя отведу к знакомому Целителю, он по дружбе с тебя почти ничего за лечение не возьмет. Это тебе будет за жизнь моих парней. А я еще должен. Точно ничего еще за помощь не хочешь?
   -Мне главное рука. - Отозвался музыкант. - А с остальным сочтемся как-нибудь.
  
   ***
   Ладонь Рена, ритмично барабанящая пальцами по столу, до сих пор щеголяла белесым шрамом на коже, который музыкант попросил оставить - в напоминание о его медлительности. И теперь не хуже заверенной расписки напоминал орку о старом долге.
  
   ***
   -Вот и месяца не прошло, как мы снова встретились. Кажется, ты не рад?
   Лежащий на полу мужчина со связанными руками сдавленно простонал, силясь прийти в себя. Светлые волосы, прихваченные ремешком на лбу, рассыпались по полу вокруг головы.
   ...Найти хижину было нетрудно, трудно оказалось скрутить ее обитателя. На мое счастье он был занят: рубил дрова. А я умею ходить тихо, и при этом быстро.
   Варлак замер, почуяв неладное, только когда я оказалась прямо за его спиной. Но не успел обернуться.
   Схваченный за горло противник не растерялся и тут же попытался схватить меня в ответ. Но из такого захвата не выкрутишься, не выпрямишься, и когти только вспороли воздух. У головы свистнуло лезвие топора.
   Мы оказались одного роста, и я, оттолкнувшись ногами, смогла повалить нас обоих на землю. Перевернулась, и мы покатились по земле, разбрасывая по сторонам палую листву. Я швыряла его что было сил, не давая опомниться. Когда остановились, он оказался сверху, придавив меня спиной, но своего я добилась: он упустил топор.
   Он пытался рычать. Хрипел. Хватался за мои руки, пытался разодрать их, скребя когтями по двухслойным наручам. Дергался, бил ногами, пытался перевернуться на живот. Задрожал в трансформации; кожа под моими руками стала обрастать шерстью. Но какой сильной нечистью ты бы ни был, все равно не сможешь обходиться без воздуха.
   Тяжелое тело задрожало, затрепыхалось и замерло.
   Я не отпускала.
   Спустя удар сердца он 'ожил' и забился еще сильнее прежнего, в озлобленной панике. Но движения становились дергаными, и слабели с каждым мигом. Судорога. Рывок. Еще один. Слабое вздрагивание. И все утихло.
   Я выждала минуту. Еще немного. Но на этот раз он не прикидывался.
   Тогда я разжала захват, и быстро спихнув его в сторону, ухватила за руки и потащила внутрь.
   Крышка в подпол была закрыта, но внутри оказалось пусто. Судя по следам, Лауру сюда даже не приводили. Что ж, я это подозревала.
   ...Лучи солнца, падающие в окошко, тускнели. Вечер близился к завершению; где-то вдалеке проснулись первые сверчки. До ритуала остались считанные часы.
   Я с трудом дождалась, когда очухается варлак. Пока он валялся, я закрыла хижину отводом глаз, еще и звуконепроницаемый купол навесила. Амулеты, прихваченные с собой, пришлись очень кстати. И обыскала помещение. Но нашла только бесполезный хлам: посуду, старые инструменты для столярного дела, пару одеял, какие-то отрезки старой ткани, бочонок с водой, пару связок с сушеными травками, и припрятанный за печью кошелек с десятком золотых. Прежнего набора юного алхимика, что я в прошлый раз видела на столе, не оказалось.
   Тело на полу снова застонало и помотало головой. Наверняка ему трудно было приходить в себя из-за 'волчегонки', которой я его напоила. Зато теперь собеседник не будет перебивать меня сменой облика.
   Обойдя комнату, я показалась в поле его зрения и присела на топчан. Склонилась над ним.
   -Что ж, думаю, ты все понимаешь. Мне нужно, чтобы ты поделился тем, что тебе известно.
   -Пошла ты... - Просипел он и попытался дернуться. Блеснули желтые звериные глаза. Я задумчиво прокрутила в пальцах метательный нож.
   Другой такой торчал у него из спины.
   Он понял, что ноги его не слушаются и замер, прижавшись щекой к земле. Его взглядом впору было поджигать.
   Я склонила голову набок.
   '...Послать Храна?
   -Нет. Он ранен, а девка уже успела добраться до людей...'
   -Тебя, значит, зовут Хран. - Протянула я. Судя по быстрому движению зрачков, угадала.
   -Значит, ты в паре со своим соплеменником был главным. Приходил и говорил ему, что делать. Или это был не ты?
   -Чтоб ты этим ножиком подавилась, ......, ......! - Варлак грязно заругался.
   -Может, и не ты. Вас там хватает. Но именно тебя я тогда гнала от хижины, пока не угодила в вашу засаду. Надо же, я думала, что тогда удалось достать тебя ножом по горлу. Ты живучий малый.
   -Завидуй, шрааба! - Кашлянул он.
   -Нечему завидовать, это была не похвала. Твоя живучесть придется тебе не на пользу.
   -Чего? - Он попытался повернуть голову, чтобы посмотреть на меня сквозь падающие на лоб волосы. Я встала и взяла со стола сверток ткани. Положила на пол рядом с ним.
   -Понимаешь, мне очень нужно знать, что вы делаете. Где вы это делаете. Сколько вас. Кто вас собрал. И многое другое. Но знать мне это нужно быстро, а ты, готова поспорить, будешь выделываться.
   Потянула за конец свертка и толкнув, развернула его, как рулон.
   -В другое время я бы с удовольствием устроила тебе стандартный допрос. Задавала каверзные вопросы, отслеживала реакцию, ловила на оговорках. Я умею это делать. Но сейчас это не годится; слишком долго. Так что я покажу, что еще умею.
   Он как завороженный, уставился на открытый рулон, с внутренней стороны которого заблестели стальные предметы, похожие на инструменты лекаря. Эти блики отражались в его глазах.
   -Ты, я смотрю, как следует подготовилась. - Сглотнув, с ненавистью выдавил он.
   -А я люблю ответственно подходить к задачам. Они потом хорошо получаются.
   -Наслаждаешься моментом? - Прошипел перевертыш. - Такая вся чистая, светлая, непогрешимый судья? Конечно. Тебе легко меня судить со своей высоты. А такие, как мы, может, не выбираем этой жизни. И кем нам родиться. А вы всех поставили под одну гребенку, и рубите головы без разбора! Какая разница, кого пускать под нож во славу света, да!?
   -Говори, говори. - Кивнула я, проводя пальцем по предметам. Остановилась на одном и вытащила из креплений.
   -Говори, что угодно, Хран. Я с удовольствием послушаю, как ты, несчастная жертва обстоятельств, всю сознательную жизнь жрал человеческое мясо. И первые раза два даже давился слезами при этом. Расскажи, что не ты такой плохой, а жизнь заставила. Я слушала такое уже не раз, и не десять. Все заранее знаю, и за тебя расскажу. И пожалею, и поглажу по голове.
   Я повернула инструмент, пустив блик по отточенному лезвию.
   -Только мы не при тех обстоятельствах встретились, чтобы я могла тебя помиловать и отпустить с повинной. Ты влез туда, куда не следует, откуда чистыми не выходят. И если бы не ты, а я лежала связанная на полу, ты бы пел совсем другое.
   -А чтоб тебе провалиться, проклятущая ведьма! - В бешенстве зарычал варлак.
   Я не ответила. Он снова впустую заругался, скаля клыки от бессильной злобы. Застыл, почуяв тепло моих ладоней у себя на запястьях. А потом дернулся от боли и громко завыл.
   Следующие два часа я бы с удовольствием вычеркнула из своей жизни.
  
  
  Глава 8.
  
   Отступление.
   Пока наемники споро собирались, приводили в порядок оружие, снаряжение и одежду, Лаурен ждал, со спокойствием статуи подпирая стену. Взгляд его скользил по людям отстраненно, будто сквозь.
   Шхагену показалось, что он сейчас или уснет, или вообще свалится с ног без сознания.
   -Скажи. - Орк подозрительно смерил вампира взглядом, и тот подобрался, машинально скрывая малейшую слабость. - ...Скажи, если бы тебе так крупно не повезло, и меня не оказалось в городе. Что бы ты тогда делал?
   Рен поджал губы.
   -Вампирья кровь, как я слышал, идет у алхимиков по золотому за кружку. Так что нашел бы других наемников.
   Орк прищурился.
   -Ты и так еле ходишь... А за такое опасное дело абы кто, да задешево не взялся. Могло бы не хватить.
   -Там, куда мы пойдем, находится моя скрипка. - Вампир пожал плечами. - Ее стоимости, так, на минуточку, хватит на целый военный отряд.
   Шхаген ушам своим не поверил.
   -Отдать скрипку!? Да ты ли это? Постой. - Он понизил голос, блеснув глазами в догадке. - А этот охотник, которому нужна помощь... случаем, не женщина ли?
   -И что? - Агрессивно выпрямился Рен.
   Орк хмыкнул и поднял ладонь.
   -Что ты, ничего. Так, уточняю детали.
  
   ***
   По сведениям, полученным от местных, да и общеизвестным, в здешних лесах действительно имелось несколько выходов наружу из Мариалланских пещер. Те расходились почти по всему материку, встречались и на севере, и у Анатрского горного гребня. По мнению многих исследователей, они вообще являли собой единую сеть, но проверить эту догадку пока не смог никто.
   Рен помнил, что зал с алтарем находился недалеко от выхода, к которому вел широкий проход с низким потолком. Но и от прохода, и от самого зала отходили другие коридоры, ведущие или на поверхность, или вглубь. Поэтому, прежде всего нужно было обойти местность на ближайшие пару верст и поискать другие выходы наружу. Они, обычно, как грибы, никогда не встречались по одному, и не располагались далеко друг от друга.
   Шхаген был уверен, что противники могут разбежаться как крысы по этим проходам, а упустить хотя бы одного нельзя. Поэтому около часа они не приближались к главному входу, исследуя поверхность на предмет 'входов для персонала'. Возле них нужно будет караулить, а еще лучше - пробраться по ним внутрь и ждать уже внизу, у самого зала.
   Таких нашлось три. Замаскированные кустами, сухими ветвями и даже кусками дерна; но тянущий из под земли сквозняк не дал ошибиться.
   Часть отряда отправилась исследовать местность дальше: чтобы исключить любую возможность побега врагов. Остальные в молчании проверяли снаряжение, крепления, перевязывали обувь.
   Одна фигура отделилась и бесшумно, осторожно взобралась на верхушку пологого холма, внутри которого должна быть большая пещера. Где-то здесь имелся провал, дыра в ее потолке, в которую отлично видно и весь зал, и алтарь внизу.
   Кругом пока было тихо, и ни единого признака жизни. Ни жрецов, ни охотницы.
   Вдруг невидимый удар в спину заставил вампира пошатнуться. Сразу же невидимые нити скрутили его по рукам и ногам, и повалили на землю. Он выдохнул в землю и повернул голову вбок. Повернувшись, со сдержанным спокойствием поприветствовал.
   -И тебе доброго вечера.
   Хельдин появилась рядом внезапно, словно спрыгнула сверху, с дерева. Раздраженно пробормотала что-то на нецензурном драконьем наречии и щелкнула пальцами, освобождая его от сетей. Склонилась над ним.
   -Поясни-ка мне, господин хороший, что это за типы бродят вокруг и окружают это место? - Далеко не любезным тоном, поинтересовалась она. Но голос понизила, чтобы их не услышал никто лишний.
   -Это наемники. Я пришел с ними. - Тихо пояснил он, поднимаясь на ноги. И принялся отряхиваться.
   Охотница настороженно прислушивалась, вглядываясь в окружающую полутьму. Она была в полном боевом снаряжении: поддетые под рукава наручи, перчатки с обрезанными пальцами и утяжелителями на костяшках, плотная кожаная безрукавка с высоким воротом, наверняка со вшитыми пластинами внутри. Кинжал на спине, перевязь с метательными ножами на талии, еще чем-то набиты боковые карманы на брюках. Волосы стянуты в тугую косу, скручены и плотно приколоты на затылке.
   Рен обратил внимание на то, что ее одежда, особенно рукава, измазаны кровью. То же самое на коленях. Пара капель спереди. Да и ладони она явно пыталась отмыть. Но это не ее кровь.
   Хельдин, тем временем, нахмурилась.
   -Я думала, это их подкрепление.
   -Это твое подкрепление.
   Она повернулась к нему, и Рен отметил, что ее зрачки светятся зеленым.
   -Кто их нанял?
   -Я.
   -На кой ляд? Я тебя просила?
   Вампир шагнул ближе, выразительно прошипев полушепотом:
   -Знаешь, ты можешь показать характер и гордость, и пререкаться со мной здесь до посинения. Или можешь спокойно принять помощь, возглавить отряд, сделать все, что нужно - а все претензии высказать потом, когда для этого будет предостаточно времени.
   Она запнулась что-то сказать. Рен не дал:
   -Что!? Какой еще неубедительный предлог ты выдумала в своей упрямой голове!?
   Хельдин нехорошо прищурилась.
   -Мне не нравится, как ты со мной говоришь.
   Каждое слово вампира сочилось сарказмом.
   -Ой, как жаль, что это мы тоже обсудим завтра!
   Она явно удержалась от того, чтобы не стукнуть его, или хотя бы дерево, возле которого стояла.
   -Да, всегда пожалуйста. - Снова отрезал он.
   Ей вроде как стало немного стыдно. Охотница замялась, неуверенно потирая подбородок.
   -Ты должен понимать, что я не готовилась к этому.
   -Помощь есть помощь. Хватит воротить носом!
   -Не шипи на меня!
   Он скрестил руки.
   -Будем препираться? Или как?
   Она не стала продолжать. Выдохнула и прикрыла глаза, потерев переносицу.
   -Ладно. Ты прав. Подмога не будет лишней.
   -Вот и отлично. - Тихо заметил орк, выходя из-за деревьев в десятке шагов от них. - А то я уж думал, идти обратно.
   -Это их главный, Шхаген. - Добавил вампир. Охотница внимательно оценивала наемника.
   -Хельдин, охотничий орден.
   Шхаген склонил голову, любопытно блеснув глазами, и заметил:
   -Такой я тебя примерно и представлял, охотница.
   -Я счастлива. - Отозвалась та, складывая руки на груди. - Так. Сколько вас?
   -Восемь, не считая его. - Орк кивнул на Рена.
   -Что он вам успел рассказать?
   -Плохие дяди собираются здесь для ритуала с жертвоприношением. Половина дядь - нечисть, так что бить их будет совсем не жалко. - Ухмыльнулся наемник.
   Хельдин не разделяла его снисходительности.
   -Рен сказал, что их возглавляет некромант?
   -Ну да. - Задумчиво отозвался Шхаген, ковыряя в ухе.
   Она пожевала губами.
   -За какую цену вы согласились на это дело?
   Орк оскалился и потянувшись к вороту, достал из-за пазухи медальон гильдии, начищенный до блеска.
   -В обмен мы хотим отметку о том, что помогали охотничьему ордену. Это очень повышает авторитет в глазах возможных клиентов.
   -Без проблем. - Сухо отозвалась охотница, и повернувшись, поманила их за собой.
  -Только тише. Нужно обсудить действия.
   Рен шагал сзади, озадаченный. Охотница как-то странно шла. Как-то по-иному, словно ей тяжело было переставлять ноги. Словно что-то давило на нее сверху.
   Чья кровь на ее одежде?
   '...зато знаю, где хижина, в которой обитает некий варлак. Уверена, поговорить с ним будет очень приятно'.
   Вампир нахмурил брови.
   Ой ли?
   Она подошла к месту на холме, на первый взгляд ничем не примечательному, и выставила перед ними ладонь, давая знак остановиться. Повела этой ладонью перед собой, словно стирала пыль с поверхности. Провела обратно, и из под земли, у самых ее ног, вырвался слабый свет.
   Свет лег на ее лицо, обозначив тени, и сделал его старше, чем раньше. Она подняла глаза; зрачки снова блеснули зеленым светом.
   Ее шепот звучал на грани слышимости.
   -Тихо. Иллюзия пропускает звуки.
   Шхаген осторожно подошел, заглянул внутрь. Пробежал глазами по фигурам, которые уже начали подготовку. Прикинул что-то, кивнул и отодвинулся. Вампир смотреть не стал; он оглядывался по сторонам, прислушивался. Где-то внизу вернулись с разведки люди, которые должны были искать другие выходы.
   Хельдин снова погладила воздух, и свет угас. Но не до конца, так что теперь это место легко было найти.
   Охотница отошла к ним, и дав знак подождать, скрылась в деревьях. Шхаген проводил ее взглядом и заметил:
   -Стоит того, чтобы так сюда рваться, да?
   -Стоит. - Тихо ответил Рен, и отошел к провалу в земле. Там замер, наблюдая за движением внизу.
   Девушка уже лежала на алтаре. Ее чем-то опоили, так что она была неподвижна. Глаза открыты, но есть ли в них какая-то осмысленность, или пустота от дурмана, не разобрать.
   Они снова были в черных балахонах и прикрыли лицо капюшонами. Кто-то ходил по кругу, зажигал какие-то ароматические веточки. Другой раскладывал камни-накопители. Еще кто-то возился с ремнями на ногах жертвы, закручивая их поплотнее.
   Вампира волновала только отдельная фигура, стоящая у стола спиной ко всем. Даже так, по движениям рук и плечам было ясно, что это Арис.
   Рен опустил глаза: еще не хватало, чтобы маг почуял его взгляд на себе. И так нужно быть максимально осторожными.
   Вернулась Хельдин.
   Она осторожно несла с собой сумку и сверток ткани размером с небольшой сундук. Положила это на траву рядом с ним, и начала разворачивать второе. Один слой, другой, третий... что-то наверняка ценное и хрупкое.
   Она оглянулась на Шхагена, тоже подошедшего ближе.
   -Нужно начинать. Пока они не поняли, что одного из них нет уже слишком долго. Идите и ждите у самого зала. Как я появлюсь, выждите взрыв и атакуйте.
   -Взрыв? - Орк заинтересовался. Она как раз извлекла один глиняный сосуд с тщательно запечатанной крышкой. На миг подняла глаза.
   -Это 'ежи'. Не попадите под их раздачу.
   И продолжила свое занятие.
   -Некроманта я беру на себя. Остальные должны или умереть или быть связанными для допроса. Нужно оставить хотя бы одного. Постарайтесь взять жреца для допроса живым, и не сильно поврежденным.
   Орк кивнул.
   -Сделаем. - И кивнул Рену. - Пошли. Пора.
   И они спустились с холма, оставив ее у провала одну.
  
   ***
   Этот момент всегда наступает перед атакой. Когда грядет схватка, неважно какая; между двумя армиями, крепостями, отрядами, или группами. Перед тем как все вокруг взорвется в движении, звуками и ударами, и в жилах вскипит кровь - всегда наступает момент, когда повисает тишина и время замедляется. Словно бегун, который набирает воздуха, прежде чем сорваться с места.
   Я прикрыла глаза. Выдохнула, спокойно и медленно, вместе с воздухом выдавливая из себя волнение. Сосредоточиться.
   Вдох.
   Удар по заклинанию в проходе разорвал его в клочья. Я пролетела сквозь его остатки, ощутив их на себе холодным воздухом.
   Толчок! Я спрыгнула точно на алтарь, у ног жертвы, и тут же согнувшись, с размаху ударила по нему ладонью. Нас обеих накрыло куполом двойного щита, и тут же, в этот момент вокруг сработали упавшие вместе со мной 'ежи'.
   Пространство словно вывернулось, взорвалось во все стороны свистящими осколками. Вокруг воцарился полный хаос, словно в кипящем котле. В уши ворвался грохот, толчки, звон чего-то упавшего на пол, вопли. На край алтаря попали брызги чьей-то крови. Жрецов разбросало вокруг, как стаю воронья. Две фигуры больше не поднялись; так и остались лежать неподвижно, в круге из темных потеков.
   Новая волна шума раздалась сразу за первой: снова вопли, звон и лязг, топот и ругательства. Наемники ворвались внутрь сразу с трех сторон и вступили в бой. Точнее, добивание оглушенных и погоня за раненными.
   Все произошло так быстро, что наверное, я бы не успела сосчитать до десяти. Впрочем, не до того; у меня была только одна цель.
   Его не задело. Некромант тоже умел ставить щиты не хуже моего.
   Фигура в черном метнулась к дальней стене, подхватила что-то. Когда отгремели взрывы 'ежей', перед ним светлой рамкой вспыхнул портал. И одновременно с этим настиг мой нож из нитрана, войдя прямо в спину между лопаток.
   Покачнувшись, Арис упал сквозь проход на зеленую траву, за много верст отсюда - и портал угас.
   Я медленно выпрямилась. Щит опал вниз, как воздушная ткань, и растворился в воздухе. Вокруг быстро стихли вопли: кого могли - добили, а сбежавших кинулись догонять по проходам.
   Собственно, для меня работы уже не было.
  
   ***
   Отступление.
   Оказавшись внутри, он с самого начала нацелился на крайнюю фигуру, у которой из под капюшона выбивались короткие светлые волосы. Этого задело, и он, спотыкаясь, кинулся бежать. Вампир настиг его у самой стены, и только там понял: это не тот перевертыш. Но не отступать же теперь?
   Швырнул на стену, схватил оглушенного жреца за горло и быстро утащил в темноту тоннеля. Инстинкты требовали скрыться. Там, в тупике от прохода, никто не мог уловить хруста костей, обреченного скуления и приглушенного рычания. Рен был безумно рад, что его тогда никто не видел.
   Мимо него прочь побежал один из жрецов, скорее всего, ведун. От него пахло человеком. Он был ранен, приволакивая ногу и натужно дыша. Он отлично помнил путь через запутанный лабиринт подземных ходов, он нес на своей груди амулет, сбивающий со следа, и не беспокоился, что кто-то сможет его выследить.
   Миновав два узла, где скрещивались проходы, он остановился, привалившись спиной к каменной колонне сталагната, и начал торопливо перевязывать бок, сочащийся кровью.
  Он не слышал шагов Рена за собой. И никто бы не услышал.
  
   ***
   -Никто не ушел! - довольно улыбнулся мне один из наемников, с замысловатой татуировкой на пол-лица.
   Я сидела на краю алтаря, сбоку от жертвы, задумчиво рассматривая один из ритуальных ножей.
   Лаура продолжала оставаться в бессознательном состоянии. Ее зелье подкосило куда сильнее, чем в свое время меня. Даже не потребовалось погружать в сон: она и так почти спала. Я пока прикрыла ее одним из балахонов, и обрезала ремни.
   Итак, итоги. Ритуал не состоялся. Жрецы перебиты. У нас все их инструменты, вещи, и возможность исследовать их сколько влезет. И все-таки радоваться не хотелось.
   -Никто. Кроме главного.
   -Я видел, ты его убила.
   Я качнула головой.
   -Мы не можем быть уверены.
   -Кстати, да! - Поддержал меня другой, молодой и какой-то худой. - В меня когда-то тоже нож кинули, и тоже в спину. И ничего. Только шрам остался. - Он задумался. - Только мне повезло, у меня рядом Целитель был...
   -Он сам себе Целитель. - Мрачно ответила я. - Некроманты могут оттягивать смерть, как чужую, так и свою. Ненадолго, конечно, но если вытащить нож, он может выжить.
   -Не знаю, нож по рукоять вошел, он упал, все отлично. И вряд ли он сам его вытащит. - пробурчал татуированный, но спорить со мной дальше не стал.
   Из прохода появился орк, тащащий за ногу бессознательной тело в черной мантии.
   -Теперь все! Я их пересчитал: больше не осталось! - Объявил он.
   Я приободрилась и быстро встала с алтаря. Хоть кого-то можно допросить.
   Мы со Шхагеном быстро связали пленного. Остальные подтянулись, собрались вокруг нас и рассматривали бледного человека, что постепенно приходил в себя. Тот дрогнул и зашипел, оскалив длинные белые зубы. Вурдалак.
   -Ну и команду тут собрали. - Содрогнулся кто-то сзади. - Нечисть на нечисти и нечистью погоняет. А люди-то среди них вообще были?
   -Были. - Кратко ответил Рен, незаметно подошедший сзади. Он остановился рядом, и я почувствовала нечто новое, совсем другое ощущение, исходящее от него. Что-то неуловимо изменилось. Совсем другая сила.
   Даже не оборачиваясь на него, я поняла, что случилось со жрецами, которые убежали в его сторону. Я могла быть уверена, что у него больше нет синяков под глазами, может, даже есть слабый румянец на щеках. И руки снова теплее обычного.
   Изменения необратимы. И это только начало...
   Я задумалась, нахмурившись.
   А мое ли это дело? И моя ли забота? Погибли жрецы, как минимум один из них человек. Плохо ли это?
   Собакам собачье. Заслужили, и получили свое. Даже жаль, что они умерли быстро. Их следовало по одному класть на алтарь и заставлять пережить то же самое, что их беспомощные жертвы...
   Так. Это лишнее. Успокоиться.
   Пленник открыл водянистые, голубые глаза и осоловелым взглядом обвел всех нас. Не сразу сообразил, что происходит, а как понял, сжался и снова зашипел по-змеиному.
   Я приблизилась к нему на шаг.
   -Все твои сообщники мертвы.
   Он притих и замер. Глаза перебегали с одного лица на другое, но в итоге снова остановились на мне.
   -Говори, что вы собирались делать. - Без интереса потребовала я. Этот, первый вопрос на допросе всегда остается без ответа. Отвечать начинают далеко не сразу, и поэтому спрашивая сейчас, слов можно даже не ждать.
   Он молчал. Пристально глядел на меня, а в зрачках разгорался красный огонек.
   -Кто вас собрал?
   Молчание.
   -Ты понимаешь, что я говорю?
   Он молча обнажил клыки.
   -Так, это бесполезно. - Я обернулась к одному из наемников, в котором определила оборотня-полукровку. - Наверху, возле этой дыры в потолке, осталась моя сумка. Принеси.
   Тот ветром снялся с места и унесся в проход.
   -Что ты будешь делать? - Поинтересовался орк, сидящий на углу алтаря у головы пленного. Он небрежно прижимал сапогом его руки.
   Я тоже присела на край каменной плиты, пока не вернется полукровка. Кажется, на меня пристально смотрел Лаурен, но оборачиваться и проверять не стала.
   -Допрашивать. Это затянется надолго, может, вы пока займетесь своими раненными?
   -Иллер? - Вожак посмотрел на татуированного, но тот даже оскорбился и спрятал окровавленную руку за спину.
   -Да эта царапина через два дня заживет!
   -Других раненных нет. - Шхаген перевел взгляд на меня и усмехнулся. - Мои люди сработали чисто.
   Я посмотрела на вурдалака - тот продолжал пялиться на меня, словно пытался проковырять дыру. Он тут же отвел взгляд, уставившись на вход. Оттуда раздались легкие шаги полукровки. Миг спустя показался и он сам.
   Я протянула руку ему навстречу. Сумка качнулась, тяжелым грузом потянув руку книзу. Я со вздохом опустила ее и стала развязывать.
   -Подожди-ка. - Вдруг вперед шагнул Рен. Он смотрел на пленника. - Можно обойтись и без этого.
   Он замер перед жрецом, глядя ему в лицо. Тот снова молча оскалился.
   -Думаешь, он тебе, как своему, все выложит? - Усмехнулся Шхаген.
   Рен качнул головой.
   -Я ему не свой. - Он склонил голову набок, и добавил.
   -Я сильнее.
   Вурдалак спрятал зубы и замер, вжимаясь спиной в пол.
   Высший вампир медленно присел перед ним на корточки, продолжая пристально смотреть в глаза.
   -Что ты хочешь знать? - Спросил он меня. - Говори, а я постараюсь понять, что он знает.
   -Ты его слышишь?
   -Кажется. Я попробую.
   -Какая была ваша цель? - Повернулась я к пленному.
   Тот с усилием отвел взгляд от Рена, зажмурился и отвернул лицо, прижавшись к полу.
   -Кровь? - уточнил вампир. - Кровь стекает по алтарю... кристаллы. Все из-за кристаллов?
   Я кивнула.
   -Они, судя по всему, напитывали их и копили на что-то. На что?
   Шхаген нажал на запястья пленника так, что мне послышался хруст.
   -Чего крутишься, жварр? Отвечай, когда спрашивают!
   -Он не знает. - С досадой заключил Рен. - Кристаллы собирал Арис, и куда-то девал.
   -А что тогда известно ему?
   -Ритуал... Арис... Рош. Нашего знакомого зовут Рош... Ага. Значит, так. Собрал их некромант. Только он знал все. Остальные отвечали каждый за свою часть. Никто не знал полностью всего. Или... Стоп. - Рен нахмурился. - Был кто-то, кто знал больше всех. Но я не понимаю, кто именно.
   Впервые за все время вурдалак подал тихий голос.
   -Радеш знал. Он был помощник Ариса. Только вы ему голову оторвали. Допросить не получится.
   Я оглянулась, и полукровка виновато пожал плечами.
   -Он напал, и как-то вот так получилось... Я ж не знал!
   -Ладно. Как долго вы проводите эти ритуалы?
   Рош начал снова отворачиваться. На что вампир усмехнулся.
   -Мне прямого взгляда уже не надо... Он помогает им около полугода. Выходит... - Он запнулся. - Не меньше двенадцати раз.
   -И никто не заметил... - Мрачно добавила я. Мне хотелось пойти и ударить стену. Двенадцать раз, двенадцать жертв, и никому в голову не пришло заподозрить систему. И если бы не промах с Лаурой, а до нее с некой Ильзой, уже погибшей, дочерью сапожника... Если бы не мое появление в Тавере - так бы и продолжали думать на нечисть? Это просто непростительно. Это уму непостижимо.
   Рен продолжал
   -Окраины... Обозы. Какие-то деревни... Жертвы подбирались одинокие. Их никто бы не искал.
   Он замолчал, прислушался.
   -Скорее всего, они просто расслабились в последнее время и потеряли прежнюю осторожность. Рош, вон, до сих пор не может поверить, что ему это все не снится.
   Вурдалак тихо зашипел, но быстро стих.
   Мне даже смотреть на него не хотелось. Мелкая, практически бесполезная сошка. Куда больше было бы толку от Ариса. Или хотя бы от упомянутого Радеша.
   -Ладно. Все остальное мы выясним и без него. - Я снова присела на алтарь. Подняла глаза, спросила устало. - Последний вопрос: куда вы девали жертв? Где хоронили тела?
   Вампир замер, прислушался, а потом медленно встал, распрямив и сжав пальцы в кулаки. Лицо его на миг перекосилось, то ли от ярости, то ли в отвращении.
   - Нет тел. У них нет могил. - Приглушенным голосом ответил он. - После ритуалов Арис отдавал их помощникам. Поэтому они и помогали. Некромант их просто прикормил.
  
   ***
   Пока тела стаскивали в одно место, я рылась на столе, на котором некромант побросал почти весь инвертарь. Пара книг по оккультной магии, судя по всему, из какой-то библиотеки, пара склянок с зельями, мешочек с компонентами для ритуального костра. Куча всякой рухляди вроде давно израсходованных мелких накопителей, пустых пузырьков. Самодельные амулетики, вроде птичьих косточек, связанных одной ниткой, или комок из усохшего корешка - тоже пустые. Да и вообще столько бесполезной дребедени, что жрецов впору было заподозрить в родстве с сороками.
   В зал из левого прохода заскочил один из подручных Шхагена, которого послали исследовать окрестности.
   -Там еще одна комната, похоже на склад! Вещей, - тьма! Только у меня туда войти не получается. - Расстроено признался он.
   -Еще бы не получалось. - Пробурчала я, разворачиваясь от стола. - И хорошо, что не получилось. Тебе же сказали: просто посмотреть, а не лезть. Ходил бы потом еще один, с порчей. Или с чем похуже.
   Паренек растерянно захлопал глазами.
   -А я и не знал...
   -Показывай, где. - Я отряхнула руки от налипших на них остатков сушеной полыни.
   Он развернулся и исчез в темноте прохода.
   Узкий лаз увел куда-то вниз, потом свернул вправо, сделался еще уже, а пол оказался таким неровным, что даже со светом приходилось идти осторожно, глядя под ноги. Проход после еще одного поворота расширился и увел наверх, а сбоку, в тени осталась большая трещина.
   -Тут шире, чем кажется! - Бодро отозвался наемник оттуда. - Просто темно очень. И дальше не пускает что-то.
   Я протиснулась туда, поманив светлячка за собой. Лицо и ладони словно уперлись в плотный слой паутины, но я только скривилась и жестом 'смотала' на руку, после чего стряхнула вниз. Такие своеобразные занавески мы еще в Магике на свои комнаты вешали, чтобы коллеги не таскали без спроса еду и конспекты. Снять их, после некоторой практики, можно без труда, но на пальцах остается пара кусочков 'паутины', по которой можно вычислить посетителя.
   Зажгла светлячок поярче и отправила к потолку. Он еще долго поднимался; зал оказался очень высоким. Но при этом узким, не больше обычного зала в обычном доме.
   В стене слева были вырублены длинные полки, справа возвышались два деревянных стола. Мне стало любопытно, как их протиснули в ту дыру. Или притащили доски и собрали уже внутри? Собранные здесь вещи все равно не поместились, и часть из них была кучей свалена в углу.
   В большинстве своем это оказалась одежда, небрежно заброшенная в ту кучу. Сумки, чье-то оружие, дорожные плащи. Отдельно лежала скудная горка драгоценностей вперемешку с простой бижутерией. Какие-то свертки. На полках блестели склянки с зельями, алхимическим компонентами, светлели еще какие-то кости, и нашлась еще пара книг, совсем старых и потрепанных. Отдельно лежал медвежий череп, и вот он-то как раз был неплохим амулетом, правда, не понять сразу, для чего. В еще одном сундуке, открытом и выложенном изнутри бархатом, тускло переливались амулеты-накопители. Те самые, которые Арис должен был куда-то деть.
   Куда? И на что?
   Я машинально потянулась к крышке, и череп тут же щелкнул на меня пастью. В пустых глазницах зажглись зеленые огоньки. Сзади от неожиданности шарахнулся наемник, налетев на стену.
   Я обернулась к нему.
   -Ладно. С этим разберусь. А ты иди обратно. Не хватало, чтобы тебя задело какой-нибудь отдачей.
   -Без вопросов. - Он, не отрывая взгляда от черепа, напоказ поднял ладони, и спиной вперед исчез в проходе. Чуть погодя там же возник Лаурен, с интересом блеснувший зрачками.
   -Что это тут?
   -Не боишься сторожевых заклинаний? - Припугнула я. Но он только пролез вперед и застыл на входе, обводя взглядом этот склад.
   -Ты это нарочно сказала, чтобы у тебя под руками никто не путался.
   -И что это меняет? - Проворчала я, но мысленно махнула на него рукой. - И насчет заклинаний, не такая уж это выдумка. Вот, кстати...
   Я застыла, повернувшись к полкам. Подошла к ним и осторожно повела ладонью в воздухе. Тихий звон, на грани слышимости, исходил из одного сундучка, обитого синей тканью. Он был зачарован так качественно, что открыть его без хозяина будет уже невозможно. Я задержала пальцы у самой крышки.
   Там долгое время лежал мощный артефакт, и возможно, еще какая-то личная вещь некроманта. Оттуда так и исходил след от его рук, словно он открывал его не больше часа назад. Может, здесь он хранил телепортационный амулет - кстати, очень и очень дорогую вещь. В любом случае, сейчас сундучок был пуст.
   Я не касаясь, быстро смахнула на него огонек с пальцев, и сундучок в минуту превратился в груду угольков.
   -Лучше уж так, чем кто-то от прикосновения к этому ларцу сгниет заживо. - Пояснила я Рену. И снова насторожилась, повернув голову вправо.
   Ощущение от чужой магии никуда не делось. Что-то еще было спрятано в вещах, зачарованное со всех сторон. Возможно, что-то весьма интересное.
   -Руки! - вдруг угрожающе шикнул на меня Рен.
   Я от неожиданности отдернула ладонь от какого-то свертка, а уже потом с негодованием воззрилась на него.
   Он осторожно выставил ладонь перед собой.
   -Только не вздумай это сжигать! Пропусти меня.
   -С чего это? - нахмурилась я. Он сам протиснулся мимо, с горящими глазами нацелившись на темный сверток.
   -Это мое!
   Я фыркнула.
   -Так бы сразу и сказал.
   -Кофр зачарован со всех сторон, реагирует на вскрытие. Надеюсь, их псина достаточно обожгла свои загребущие лапы, когда присвоила его! Хорошо хоть не выкинули... - Он вытащил из груды чужих вещей футляр из чего-то твердого, обтянутый темной тканью.
   -А. Как я могла забыть. Ну, хоть ты доволен.
   Он будто и не слышал, осторожно положив кофр на стол, и щелкая замком. Крышка поднялась. Слабый свет упал на скрипку из темного дерева, совершенно черного к краям, и светлеющего к середине.
   Рен от облегчения выдохнул и даже прикрыл глаза, опуская плечи.
   -Ты говорил, у нее четыре струны. - Вскользь заметила я, отходя к другому столу.
   -В основном. На свою я поставил дополнительную, альтовую. - Отстраненно отозвался он, и коснувшись лакированной поверхности, осторожно провел по ней пальцами. Потом положил ладони на крышку и опустил ее с негромким щелчком.
   Надо было видеть его лицо... Так, как он, мог выглядеть человек, вернувший себе украденную бесами душу.
   Я тем временем достала из кармана брюк мешочек с серым порошком и высыпав себе на ладонь, сдула в сторону охранника. Череп не шелохнулся, но свет внутри него стал не таким ярким. Я на пробу щелкнула перед ним пальцами, но охранник остался неподвижным.
   -То-то же. - Пробормотала я.
   -Что будет со всеми этими вещами? - Тихо спросил вампир сзади. Скрипка уже болталась на ремне за его спиной.
   Я пожала плечами.
   Вещи жертв и одежду передадим их родным, а если таковых не найдем, то в какой-нибудь приют. Еще пригодятся. Все остальное подлежит исследованию, описи и либо передаче в орден, либо уничтожению.
   -И это? - Он кивнул на сундук с кристаллами.
   -Это нужно передать в первую очередь.
   Рен смотрел на кристаллы, поджав губы.
   -В этом есть что-то... неправильное.
   -Во всем этом деле все неправильно. И с этим уже ничего не поделать.
   Он молча покачал головой, и вышел. Я вздохнула. Да, это похоже на кощунство, но я в первую очередь видела в этих камнях накопленную опасную силу, которую не следует выпускать. А он видел урны с пеплом; единственное, что осталось от убитых.
  
   ***
   Наверху близился рассвет. Наемники собирались в обратную дорогу, отсыпаться. Уложили на собранные носилки бессознательную Лауру, укутанную в ритуальную черную мантию, собрали оружие, и потихоньку покинули зал. Днем обещали вернуться: мне еще нужна была помощь с разбором некромантской коллекции, и транспортировкой всего этого в город. Рен тоже собрался, хотя доказать ему, что здесь я разгребусь сама, было непросто. Шхаген уходил последним, сначала заручившись моим обещанием, что сразу же по возвращении в Тавер я скажу помощнику ордена выдать им соответствующий знак. Но потом все равно решил остаться и сопровождать меня туда, чтобы точно уж не забыла и не потерялась по дороге.
   -Для нас это очень важно! - Напомнил он.
   -Хорошо, хорошо. - Устало закивала я. И запнувшись, бросила взгляд на запястье.
   Темно-зеленая бусина на браслете, которая до того иногда вспыхивала внутренним светом, теперь разогрелась и запульсировала вовсю.
   -О! У нас прибавление пожаловало. - Констатировала я, и все обернулись, услышав шаги из большого прохода.
   В зал быстро вошли двое: справа высокий, в облачении похожем на мое, слева низкий, в простой дорожной одежде. Окинули зал взглядами. Поняв, что все уже спокойно, высокий согнулся, упираясь ладонями в колени и переводя дух. Судя по его виду, они сюда летели, как на уходящий паром.
   Этих двоих я знала. Высокий был охотником, и я помнила его в лицо, только имя вылетело из головы. А второй... Ну... Наверное, есть какая-то ирония в том, что именно ОН пришел именно сейчас, и именно на ЭТО дело.
   -Я же говорил, все равно опоздаем, можно было и поспать подольше! - Проворчал низкий.
   -Заткнись. - Беззлобно бросил первый, и выпрямился. - Приветствую, Хельдин.
   -Доброго утра, эм-м... - Я замялась.
   -Аден. - Помог он мне, и кивком обозначил приветствие остальным. Пошел ко мне. Низкий отстал от него, задержавшись возле кучи тел. Он наклонился над одним из них, и вроде как принюхался.
   -А это Браш. - Кивнул на него охотник.
   -А его знаю! - Обрадовалась я. Охотник подошел и скинул на алтарь свою сумку, пробурчав:
   -Нечисть она всякую помнит, а соратника нет...
   Низкий человек с довольной ухмылкой выпрямился, оглянувшись на нас. Наемник, увидев его глаза, посуровел.
   -Ущипните меня, если это не варлак. - Угрюмо попросил Рен. Браш уловил их настроение и вскинул ладони, показывая что они пусты.
   -Это свой. - Подтвердил Аден. Покосился на алтарь, вздохнул, устало потерев лоб.
   -Все-таки опоздали. Рассказывай, что здесь было.
   -Почему же, вы как раз вовремя. Я как раз мечтала, чтобы появился кто-то, на кого можно спихнуть руководство работами. И тут как по заказу, охотник девятого ранга!
   -Ладно. - Вмешался Шхаген. - Наша помощь как вижу, тут уже не нужна, так что поутру придем.
   Проводив его и вампира взглядами, охотник и варлак обернулись на меня.
   -Ну? Что мы пропустили? - Поинтересовался Браш. Голос у него был хрипловатый и какой-то сухой, и очень смахивал на голос Ариса, хотя я помнила его довольно смутно.
   Я рассказала, сухо и кратко, как в отчете: проводила расследование о пропаже, дело оказалось хуже, чем думала. Попалась. Переродилась, вернулась и таки сорвала очередной ритуал. О том, что главная рыбка ускользнула, тоже сообщила, с мрачным лицом.
   -С ним еще нужно будет разобраться. Ладно. - Вздохнул Аден и развернулся к Брашу. - Слушай, у тебя же что-то из еды с собой было? Угости девушку. А мы пока начнем тут разбираться.
   -А если бы не запасливый я, угощать было бы нечем! - Проворчал Браш, закапываясь в заплечный мешок. Охотник поджал губы и с сарказмом заметил:
   -Да. Мне бы и в голову не пришло, что на предстоящее сражение нужно брать с собой не оружие, не средства защиты, а еду!
   -Вот именно! - Назидательно подтвердил нечисть и протянул мне что-то, завернутое в пергамент. - Держи, а то на тебя смотреть жалко.
   -Да достали вы все, нормально я выгляжу! - Возмутилась я, вгрызаясь в типичный дорожный перекус, который можно найти в котомке охотника, наемника, курьера, и любого путника: что-то мясное с зеленью, завернутое в лепешку. В лучшие времена туда добавляется сыр или колбаса, но такие времена у Адена с Брашем явно были не сейчас.
   Охотник скрылся в проходе, и его голос доносился уже оттуда:
   -Ты посиди и отдохни пока, а мы осмотрим все, и разберем, что и куда девать. Хотя бы этим поможем, раз на самое интересное не успели.
   -Ты все равно лучше разбираешься в артефактах. - Махнула я рукой, и пока они сновали туда-сюда, перетаскивая найденное в зал и сортируя по степени важности и опасности, села на пол, прислонившись спиной к алтарю.
   Этих двоих удалось вспомнить куда легче, чем Сарэа с Виктором. Особенно Браша: такого поди забудь. Из любого исключения есть правила, и он был самым ярким представителем.
   Насколько я знала его историю, варлак рос, как и все другие, в стае. Так что воспитание, сформировавшее взгляды на жизнь, у него было соответствующее. Однако в какой-то момент произошел переворот понятий, и молодой нечисть начал смотреть на положение вещей другими глазами. И когда на его территории появился наглый конкурент и стал нападать на местных жителей, а затем закономерно пришел охотник, Браш пришел к последнему сам, с предложением о помощи.
   Охотником этим был Маркус, и гостю он не сразу, но поверил. И второго варлака они в итоге загоняли вместе. А после охоты мой будущий наставник взял временного соратника за шкирку и потащил в Магик, чтобы орден решил его судьбу. Перевоспитание, конечно, это очень хорошо, но и кровь на Браше была.
   В итоге было принято решение сделать соратника постоянным. А точнее, варлака определили Маркусу для присмотра. Мол, если за некий срок охотник убедится, что его подопечный не опасен, то и отлично, а если нет - по неснимаемому браслету Браша легко будет отыскать и уничтожить.
   Мой учитель тогда рвал и метал, и жалел, что не прикончил одного варлака за компанию с его собратом, или не оставил там же в деревне, сделав вид, что его не встречал. Но со временем они поладили, и Браш долгое время, почти четыре года выполнял роль оруженосца, помощника, еще одних глаз, ушей и писаря, заполняющего отчеты. Да и его чутье часто помогало. А других своих собратьев он никогда не жалел.
   Потом они вдвоем в заброшенном замке угодили во что-то нехорошее. Маркус не рассказывал, кто им противостоял, что они пережили и как смогли выбраться. Я знала только, что оттуда его седые пряди на висках и белесые шрамы на спине. И еще знала, что после этого случая наставник костьми готов был лечь за Браша Он снова явился к старейшинам и добился того, что подопечного отпустили. А сам решил пока что уйти на покой, чтобы залечить раны, и заняться воспитанием молодых охотников.
   Я оказалась его второй по счету ученицей, а первым был Аден.
   Я хмыкнула, покачав головой: надо же, как иногда складывается. Из прохода как раз показался Браш, кряхтящий под весом сундука с кристаллами. За ним прямо по полу полз, слабо пощелкивая челюстями, пресловутый череп; похоже, очнулся от порошка.
   -Убери эту гадость, а? - Потребовал варлак. Я потянулась и стукнула охранника по тому месту, где у медведя был лоб. Череп до поры до времени затих.
   -А я думала, ты теперь свободная птица. - Заметила я. Он пожал плечами и отфыркнулся от упавшей на глаза пряди.
   -Захотелось веселой жизни. Теперь я помощник ордена, разрешите представиться.
   -Да ну!? И знак есть? - Даже привстала я.
   -Потребовал первым делом. А то никто не верит!
   И он со смешком ушел обратно в темноту.
   Следом пришел Аден и сгрузил на алтарь стопку книг. Сморщился, стряхивая с верхней пыль.
   -Расчихаться можно... Коллекция похлеще, чем в кабинете артефакторики! Когда только он успел ее собрать, непонятно.
   -На артефакторике было очень мало наглядных образцов. А тут большая часть никуда не годится, куплена где-то по дешевке. Или... - Я поймала мысль. - Или, скорее всего, отобрана у жертв. Эти жрецы были теми еще скрягами, ничего не выбрасывали.
   -Молодцы, что тут скажешь. Теперь хоть музей открывай. - Хмыкнул Аден, и развернулся обратно.
   Снова явился Браш.
   Стоило ему подойти к алтарю, как ожил охранник. Варлак с возмущенным воплем затряс ногой, на штанине которой зацепившись зубами, повис череп.
   -Сволочь, ну почему именно я!? - И стряхнув, пнул его ногой, отправив к дальней стене.
   -У этого некроманта было плохое чувство юмора. - Буркнул он, пристально глядя на упавшего охранника. Но тот снова 'отключился'. - Надо же, даже после его смерти заклинание работает!
   -Я же говорила, я не уверена, что он умер. - Устало вздохнула я и откинулась затылком на потолок.
   -Значит, нужно проверить. Куда он открывал портал? - Поинтересовался Аден из прохода. Вошел внутрь и положил возле алтаря целую гроздь из амулетов на цепочках и веревочках. Туда же определил закрытый глиняный сосуд.
   Я с сожалением качнула головой.
   -Он воспользовался 'битым зеркалом'. Следы раскидало, так что теперь отследить точку выхода невозможно.
   -Хм. Досадно... - Протянул охотник. - А теперь поди разберись, для чего они копили эти камни! Лично я ума не приложу; там собрана просто сила, с темной направленностью. Хорошо бы узнать, на какие такие цели он ее собирал.
   -Я найду его. - Твердо заявила я.
   Аден вскинул брови.
   -Как же?
   -Попробую отследить. Тут наверняка найдется хоть какая-нибудь его личная вещь. Нужно убедиться точно, что он мертв. Заодно верну свой нож. У меня такого больше нет.
   Соратник переглянулся с Брашем.
   -Да пусть ищет, раз вызвалась. - Тот пожал плечами.
   Я кивнула.
   -Взявшись за дело, его нужно довести до конца. Так что давай сделаем вид, что это было твое распоряжение мне, как младшей рангом, и как закончим здесь, я начну поиски.
   -Дело принципа? - Весело уточнил Аден. Я не улыбалась.
   -Я должна лично убедиться, что он умер.
   -Хорошо. - Кивнул охотник. - Теперь это твое дело.
  
   ***
  Мантихора
  Предположительно, нечисть.
  Является помощником, глазами и ушами лешего.
  Степень опасности - 5. Разумность - предположительно, 3-я степень.
  Место обитания: крупные лесные массивы.
  Внешний вид: очевидцами описана как кошка буро-золотистой расцветки. Иногда появляется крупным зверем, похожим на рысь, той же расцветки.
  О повадках известно мало. Слушается хозяина, нападает только на его врагов: тех, кто губит лес. Для остальных не опасна.
  Предпочтения в еде: неизвестны. (Пометка на полях: 'По слухам, мантихора питается заблудшими пьяницами и врагами лешего, но неизвестно, чем она обходится, если таковых ей не попадается. По некоторым теориям, подпитывается от силы хозяина и в еде почти не нуждается. Но есть очевидцы, утверждавшие, что видели как мантихора охотилась на лесных мышей').
  Оружие: зубы, когти, умение телепортироваться на короткие расстояния.
  Охотничьи повадки: неизвестны.
  Уязвимость: предположительно, живот, как у обычного зверя. (Пометка на полях: 'Не проверено на практике').
   Восприимчивость к магии: известно только, что мантихора может ее чувствовать.
  Бестиарий, Глава вторая. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
   ***
   Мы разгребались с вещами темных жрецов до самого полудня. Складывали книги, алхимические компоненты, амулеты, ритуальные клинки, другие ценные вещи. Сортировали остальные вещи. Снаружи разожгли костер для того, чтобы избавиться от трупов: не ритуальный, а просто наспех натаскали сухостоя и проследили, чтобы прогорело все до конца. Потом я долго приводила в негодность алтарную плиту, скалывая с нее символы. От отдачи силы, вложенной в нее, потом руки дрожали.
   Как и обещал Шхаген, подтянулась половина наемников. Они помогли нам с упаковкой и переноской. Это тоже заняло время, так что я запечатала пещеру уже в полдень. И едва не падая с ног от усталости, пошла вместе со всеми обратно в город. По пути начала понимать Лауру: от усталости тоже начало мерещиться, что на меня кто-то уставился и идет следом.
   В Тавере тоже ждала рутинная работа: определение найденного имущества на склад Фарету, запечатка артефактов и написание отчетов, которые помощник потом отправит в орден. Никогда не любила эту бумажную работу, да и оказалось что почерк у меня, без долгой практики конспектирования, сильно испортился. Пришлось выводить слова старательно, чтобы хоть кто-то потом этот шифр разобрал.
   После отчетов надо мной сжалились и отпустили отдыхать: по мнению прибывших Адена с Брашем, если уж они опоздали, то хотя бы последующую работу сделают сами. И чуть ли не выпихали из дома, не слушая вялых возражений.
   Я притащилась в трактир, где у меня была занята комната, уже в полудохлом состоянии. Ноги плохо слушались, голова болела, состояние было ужасное, и трактирщик, который попытался возмутиться моим долгим отсутствием, нарвался на рявк: 'Ключи и заткнуться, быстро!'. Вот так и появляются слухи о наглых, злоупотребляющих своими правами охотниках.
   А к черту его, пусть потом жалуется другим постояльцам.
   Захлопнула за собой двери и на миг замерла с закрытыми глазами, прижавшись спиной к двери. Постояла в тишине, буквально кожей ощущая, как с меня сползает напряжение и сосредоточенность, которые не отпускали уже почти сутки, с того момента как я узнала о похищении Лауры. Но на замену этим чувствам ничего не приходило.
   Не глядя, бросила сумку на стул. На ходу стягивая с себя куртку, прошла к лохани с чистой водой, оставленной на стуле перед зеркалом. Расстегнула наручи, сняла жилет, разулась и долго пыталась отмыть руки и лицо. Настроение было такое, что впору в этой самой воде утопиться.
   Со слабым стоном вытащила стальные шпильки из волос. Распустила тугую косу, которая стягивала мне голову. И спиной упала на кровать, уверенная что вырублюсь еще в полете.
   Но сон не шел. Я так и лежала с пустым взглядом в потолок.
   -Может, тебе выпить для расслабления? - Неожиданно предложил голос ястреба. Наверное, его подавляли мои мысли.
   -Еще не хватало спиться. Нет уж. Так... отойду. - Хрипло отозвалась я.
   -В тебе слишком много эмоций от пережитого. Трудно будет держать это в себе и подавлять.
   -Нормально все. Не доставай.
   Я села, свесив ноги. Подумала. Встала, подползла к окну, открыла его и впустила внутрь свежий воздух: за время возни в подземельях, и на складе, мне его очень не хватало. Даже прикрыла глаза, подставив лицо и волосы легкому ветру.
   Опустила взгляд на внутренний двор и чуть не вздрогнула от неожиданности. Внизу на чьей-то телеге сидел Рен. Правда, меня он не видел. Вампир сидел, протянув одну ногу и согнув в колене другую, опираясь о колесо.
   Я склонила голову набок, со слабым интересом наблюдая за ним. Он не двигался, и смотрел куда-то на горизонт, положив одну руку на лежащий рядом темный кофр. Длинные пальцы рассеянно постукивали по поверхности. Замерли, провели по ней, щелкнули замком. Подняли крышку. Лаурен повернулся, осторожно дотронулся до лакированной поверхности и отвел пальцы. Будто от его прикосновения инструмент мог обуглиться. Словно бес, боящийся тронуть святыню.
   Только покачала головой. Все еще не смирился? Зря. Не все перемены к худшему, главное остаться самим собой. Звучит очень просто.
   Да?
   Просто-то просто, но я вот не могу сказать, что у меня выходит. Разгребая грязь, не можешь не заляпаться. Охотясь на чудовищ, сам не заметишь, как перестанешь от них отличаться...
   Ястреб сидел на коньке крыши. Я поняла это, когда его голос раздался совсем близко.
   -Ты впервые проводила допрос?
   Конечно, впервые. Как-то так сложилось, что до этого я в сложных расследованиях не увязала. Или просто дело не доходило до этого.
   Хочу в дикие леса. К привычной, простой, родной нечисти.
   Он с шорохом взъерошил перья.
   -Для первого раза справилась неплохо. Я даже не понял.
   Не думаю. Меня шатало так, словно это мне резали руки и пальцы, это я лежала и корчилась на земляном полу, и выла не своим голосом. Но ведь меня не должна мучить совесть? У меня же не было иного выхода?
   Я села на стул, облокотилась о подоконник и запустила пальцы в волосы. Так и замерла, рассеянно глядя на скрипача.
   -Других на первом допросе нередко тошнило.
   Только выдохнула. Да какая мне до других разница.
   -Так было нужно. А значит, и жалеть не о чем. Нужно только прийти в себя. - обратилась я к нему. Птица перебрала лапами, оцарапав когтями железо.
   -Пусть так. Тебе в самом деле нужно передохнуть. И вот еще что. Не вздумай даже на миг поверить, что варлак был прав насчет тебя.
   Постараюсь - я кивнула сама себе. К тому же я все сделала правильно. Хран заслужил этой участи. Он сам обрекал убитых жертв на то же самое. Ритуал, пьющий силы из тела, вытягивает ее, по ощущениям, вгрызаясь в плоть. Хран получил свое...
   Я устремила взгляд туда же, куда смотрел Рен. Уходящий вдаль, на холмы лес, синеющий вдалеке. Я могла думать только о том, что это место, где целая дюжина девочек нашла жуткую смерть, и никому до этого не было дела. Сгинули без следа, как в проруби зимой. Не всех их будут оплакивать. И никто теперь не узнает, что с ними стало. Останутся одними из многих, пропавших без вести. Еще одни, ушедшие вслед за водой.
   Вампир внизу вновь пошевелился. Осмелился взять скрипку в руки и какое-то время смотрел на нее, о чем-то крепко задумавшись. Потом медленно положил основание себе на плечо, склонил к ней голову.
   И заиграл.
   Мне от неожиданности показалось, что он выплеснул мои собственные мысли. Эту мелодию я никогда еще не слышала. Она началась тихо и спокойно, но один ее задумчивый голос словно бы сразу приблизил увядающую осень. И чем дальше я ее слушала, тем печальней она оказывалась.
   Не тоскливая, не трагичная, наполненная ритмом и внутренним достоинством... Но это были мои, безмолвные мрачные мысли. Это была песня о погибших девушках.
   Скрипка говорила о них, словно знала их участь, сама переживала их гибель. Скрипка без слов чувствовала их страх и беспомощность, и не могла понять такой несправедливости. Она словно пела им, укачивала, грустно обещая, что все скоро закончится.
   Мелодия сменилась, словно переживая агонию и то недолгое, но яростное желание жить в последний момент, под занесенными ножами. Ускорилась с отчаянным ожесточением, и почти сразу утихла вместе с чужой жизнью. Снова запела успокаивающе. Кончилось... все кончилось.
   Скрипка замедлилась, понизила тон и вскоре стихла окончательно.
   Я все-таки не выдержала. Когда он закончил играть, я сидела на полу под окном, спиной к стене, и сжавшись в комок, спрятала лицо в коленях. Слишком много. Слишком тяжело. А ведь не бездушная нежить, я человек... Всяким эмоциям нужно найти хоть какой-то выход.
  
   ***
   Я не спала до вечера. Так и сидела, молча раскачиваясь вперед-назад, свесив волосы до пола. Нервы понемногу успокаивались.
   Крылья захлопали за спиной, и в подоконник над головой вонзились крепкие когти.
   -Заканчивай. Всему свое время и место. Да, тяжелое дело, да, вымоталась. Но рано раскисать и расслабляться.
   Я повернула голову и покосилась на него одним глазом.
   -А может, я только настроилась на то, чтобы поваляться по полу и побиться головой о стену?
   -Милые планы, вот только у тебя не закончено дело. Нужно убедиться, что все в порядке. И проверить, что у некроманта с собой имеется интересного: он ведь самое ценное наверняка уволок с собой. Найдешь это самое интересное, и тогда можешь считать это дело закрытым. А сейчас встань и приведи себя в порядок.
   -Ни минуты покоя. - Проворчала я вслух, но встала. Теперь я чувствовала себя намного лучше, словно и вправду поспала чуток. Все, что тяготило душу, смогла сбросить, и теперь стоять с прямой спиной было гораздо легче.
   Так. Пора заняться работой... Я помассировала виски и села на кровать. Потянувшись за спину, извлекла из ножен кинжал, и задержав перед лицом, внимательно посмотрела на лезвие.
   Именно этим оружием некромант заклинал Рена, и я очень надеялась, что когда кинжал вернулся ко мне после перерождения, этот след с него не стерся. И при должном старании может помочь.
   Карта растянулась по полу от кровати до стены; исписанная примечаниями, красочная и очень подробная. Стоила она немало: в четырех точках нарисованного материка имелись отметки, привязанные к реальным местам, расположенным соответственно своим изображениям.
   Я умостилась у края карты, скрестив и поджав под себя ноги, и сжав в ладонях рукоять, прикрыла глаза. Вдохнула и выдохнула пару раз, призывая сосредоточение. Устроилась поудобнее. Снова успокоила дыхание, и мыслями погрузилась в полную темноту.
   Слова даже не пришлось вспоминать - они уже были там, в моем сознании. Я опустила голову и тихо заговорила, переходя на полушепот.
   -Torotos venum asira, venum mana, vena laos. Torotos vena falia, venum...
   Вокруг ощущалась темнота, и иногда где-то внизу вспыхивал едва различимый огонек. Но сразу же угасал, не давая толком себя увидеть. Пусть. Не я должна его искать.
   Я занесла нож над картой, лезвием вниз, и стала медленно водить им из стороны в сторону, совершенно случайным образом. Нож стал тяжелеть в руках, и я постепенно опускала его ниже.
   Кончик лезвия нацелился в некую точку и мгновенно потяжелев, словно сам по себе дернулся в руках. С легким стуком кинжал воткнулся в карту. Я открыла глаза.
   Что получилось?
   Кинжал уткнулся в кучу маленьких рощиц и лесочков, не чета громадным лесным массивам вроде Синего или Драконьего. Где-то там затерялась парочка мелких деревень, настолько неважных, что их даже не стали отмечать, обозначив название самой большой, и прикинув место расположения пунктиром. Что ж. Примерный результат лучше, чем ничего.
   Я нашла на карте Тавер и прикинула расстояние, измерив его между указательным и большим пальцем. Около недели? Может, меньше, если поспешить. А от Инарты? Я внимательно померила еще раз. Чуть больше, может, на два-три дня пути.
   Аккуратно свернула карту и убрала в потайной карман внутри сумки. Кинжал вернулся на свое место, за спиной, а я начала по совету ястреба приводить себя в порядок.
   В зеркало даже не стала смотреть, чтобы не портить настроение. Умылась, убрала волосы в хвост, сменила рубашку и обувь. И почувствовав, что невероятно хочу есть, отыскала кошелек и спустилась вниз.
   Выслушав, притихший трактирщик, старающийся лишний раз не смотреть в мою сторону, кивнул и попросил подождать, пока готовится.
   -Вчера только закупились, с утра снедь разлетелась, готовой пока нет. - Оправдался он.
   Я присела у стойки, присосавшись к кружке воды, но в пустом зале было как-то уныло. Нет. Выйду подышу, погреюсь на солнце, пока еще не село.
   Я остановилась у невысокого забора, запрокинув лицо кверху, под ветерок. Справа, от места где сидел Лаурен, неслась замысловатая танцующая мелодия, похожая на пустынные дудочки, или волынки. Не помню, на чем они там играют...
   Осваивается полным ходом - хмыкнула я.
   С другого краю собралась стайка мальчишек, привлеченная игрой. Рен заметил их и прервался, поудобнее переложил инструмент на плече.
   -Дядя, а дядя? - Громко позвал кто-то из детей. - А правда, что у вас струны сделаны из кошачьих жил?
   Музыканта едва не перекосило. Я прыснула. Но Лаурен быстро нашелся с ответом. Его улыбкой можно было резать хлеб.
   -Конечно же нет, мальчик! Зачем мне какие-то кошки. Хозяин этих жил раньше задавал слишком много вопросов!
   Кто-то завопил, остальная гурьба подхватила и бросилась врассыпную; впрочем, недалеко, до противоположного забора. Оттуда ребятишки вытягивали головы, вставая на цыпочки. Интересно ведь, живой вампир, да еще музыкант!
   -Люблю детей: они такие вкусные... - Пробормотал он, задумчиво поправляя что-то на смычке.
   Я понаблюдала за ним и задумчиво заметила.
   -Знаешь, тебя с таким талантом в старые времена сожгли бы на костре.
   Он обернулся и весело усмехнулся, окинув меня взглядом.
   -Тебя тоже!
   -Хвала высшим силам за наше разумное общество. - Фыркнув, подытожила я, глядя на конец улицы, откуда к таверне приближались две знакомые фигуры.
   Теперь у них роли поменялись: Браш едва передвигал ноги, и словно хмуро считал про себя шаги, оставшиеся до постели. Аден же шел, с интересом оглядываясь по сторонам. Сразу видно, кто бодрящего зелья хлебнул.
   Вяло буркнув что-то, что, наверное, было приветствием, варлак так и прополз мимо, скрывшись в дверях таверны. Охотник же остановился рядом со мной, отхлебывая из фляжки.
   -Закончили с описью? - Спросила я.
   Он не ответив, окинул меня взглядом.
   -Тебе только об описях осталось заботиться. Себя видела? Стрыга и та краше. Отдохнула бы ты нормально, ничего с твоим делом не станется.
   -Это приказ старшего по рангу? - Въедливо уточнила я. Сбоку снова заиграл на скрипке Рен.
   -Это совет, причем нормальный. Сейчас нелишним было бы заказать в трактире чего-нибудь покрепче. Хотя бы для расслабления нервов...
   Аден прислушался к мелодии, и я тоже почти сразу узнала знакомую песенку народного сочинения, начинающуюся со слов: 'Мне и бочки мало вина! Я всю бочку выпью до дна!'
   Интересное совпадение.
   Я повернулась к соратнику, пожав плечами.
   -Нет желания долго отдыхать. Мне этот вопрос покоя не даст. Ты бы сам отлежался, вместо того, чтобы хлестать бодрящего. Вы ведь, небось, всю ночь скакали?
   Рен на его словах сменил мелодию и судя по всему, заиграл песенку о работниках. 'Мы так сильно, барин, спешили, свои ноги еле волочили...'. Словно укорял/тыкал носом.
   Аден, опустив взгляд, покачал головой.
   -Неправда. - Серьезно сказал он.
   Я только махнула рукой.
   -Да я вижу. Я вас вообще ждала к обеду, а не ночью.
   -Тут спасибо Брашу, он бежал без лошади, чтобы я их мог менять. Мне бежать не давал, все о моих силах пекся. - Охотник смущенно усмехнулся.
   Мы не сговариваясь, замерли, ожидая реакции справа. Но музыкант только задумчиво подкручивал колки, не обращая на нас ровно никакого внимания.
   Я вздохнула.
   -Фарет, бедняга, в шоке. Я ведь до этого выговаривала ему, что на складе шаром покати, ничего толкового. И тут же притаскиваю гору, мол, вот держи, сходила добыла!
   Аден усмехнулся.
   -Да, там сам черт ногу сломит. И это он еще не осознал, что ему предстоит организовать доставку алтаря. Уже ходит и хватается за голову, скоро побежит по всем знакомым перевозчикам.
   Я осознала, что справа играет мелодия еще одной песни.
   'Накопила я приданого
   Ой, впору торговать!'
   -Ничего, разберется. - Заключил охотник. - А ты что собираешься делать? Прямо сейчас двинешься в дорогу?
   -Чего терять время? Ритуал поиска дал примерный результат. Хлебну бодрящего и еще успею выдвинуться в дорогу... - Я снова запнулась.
   Ехидный вампир наигрывал легко узнаваемое, распеваемое по всем кабакам: 'Вы несите меня ноги, несите! Вы меня от бабы злой спасите!'
   -Тьфу на тебя. - Проворчала я. Аден усмехнулся.
   -Ну, дело твое. Во всех смыслах. Кстати, вот что чуть не забыл спросить. Кого из наших ты видела в последнее время?
   Я задумалась. Среди охотников только вот такие расспросы и помогали узнавать о новостях.
   -Подожди-подожди, так сразу не вспомню... Кажется, Виктора? Да, точно, его!
   -И что он?
   -Расследовал со мной в Риласе похожее дело. Только там проще было... Это было около месяца назад.
   -О, значит, устарела твоя информация! - Обрадовался Аден. - Я его совсем недавно встречал. Представь, решил попробовать себя наставником!
   -Да ну? - изумилась я. - Надо же. А что еще знаешь нового?..
   Адену снова не дал сказать скрипач.
   'Меня хлебом не кормите,
   Дайте кости перемыть...'
   Мы недовольно обернулись.
   -Рен! - Возмутилась я.
   -А! Что такое? - Так искренне удивился вампир, поднимая голову от скрипки, что я почти поверила.
   -Хватит перебивать?
   -Куда перебивать?
   -Да ты сам понял!
   -Господа охотники, идите да отоспитесь. Мерещится вам непонятное... - Пожал плечами скрипач и отвернулся, снова став подкручивать колки. Только довольную ухмылку не успел спрятать.
   На порог вышел трактирщик, оглянулся и заметил меня.
   -Сготовилось все! Извольте пройти.
   -Ладно. - Решил Аден. - Иди, а я еще загляну в одно место.
   Он отхлебнул из небольшой фляжки.
   -Куда? - Не поняла я. - Что-то еще нужно сделать?
   -Да я так... - Туманно отмахнулся охотник, глядя вдоль улицы. - Раз уж оказался в этом городе, схожу по делам.
   -А... Ну да, такие дела это святое. Привет заветам Маркуса. - Съехидничала я. Улыбнувшийся охотник отсалютовал мне фляжкой. Наверное, и ему наставник то же самое говорил:
   'После тяжелой охоты иногда полезно выпить. Но лучше помогает любовь'. И шкодливо усмехался, глядя вверх и явно что-то припоминая. 'Ну... та самая'.
   Я окликнула Адена.
   -Может, еще бодрящего одолжить? У меня оставалось!
   -Да тьфу на тебя! - Возмутился он, и пока я еще чего не посоветовала, ускорил шаг, сворачивая в переулок.
   Сохраняя на лице улыбку, я вернулась внутрь трактира.
   За столом, где оставили мой заказ, уже сидел Браш, с хмурым видом о чем-то размышляющий над своей тарелкой. Длинные пальцы рассеянно крошили хлеб, скатывая крошки в комочек.
   Он кивнул мне, но в остальном никак не отреагировал на соседство. Я решила тоже не мешать, и взялась за свой ранний ужин (или поздний обед). Некоторое время мы сидели в тишине, иногда прерываемой возней человека за стойкой.
   -Ты уже искала некроманта? - Опомнился варлак.
   Я удивленно подняла глаза.
   -Ты как узнал? Я что, плохо следы затерла?
   -Нет, просто почуял.
   -Не знала, что ты умеешь определять вид волшбы.
   Браш медленно качнул головой.
   -Насчет вида я просто предположил. Это ведь первое, за что ты могла взяться по приходу сюда.
   -Если не секрет... - Я подперла ладонью подбородок. - Как ты чувствуешь колдовство?
   Он задумался.
   -Не секрет, конечно. Только не знаю, как объяснить... Иногда как запах. Вот от твоих рук сейчас явно несет магией. Но чаще это просто как отзвук. Как от громкого звука, или... - Он обвел взглядом стол, словно ища подсказку, и шлепнул ладонью по столешнице. - Вот так. Представь, что ты не слышала звука, но слышала отдачу руками, через древесину.
   Я закивала.
   -Мне приходилось одно время обходиться без слуха. Я поняла. Это как мелкое дрожание. Если звук очень громкий, например, если железный лист упал с высоты, то ощущается где-то внутри, словно передается по воздуху.
   -Во-от. А я чувствую это сильнее, и при этом никакого звука. Просто отдача. Кстати, ощущение мерзкое. Очень долго привыкал к нему, когда был в Магике.
   -Что, раздражало поначалу?
   -Не то чтобы, но часто поднимало среди ночи. Там же адептов толпы, и всех хлебом не корми, а дай только свою дурь деть куда-нибудь. Так ведь? - Он многозначительно посмотрел на меня. Я смущенно хихикнула.
   -Ну, было такое...
   Задумчиво поковырялась в тарелке и снова подняла взгляд. По случаю жары окна были завешены плотными шторами, и в тенях на лице собеседника явно выделялись отсвечивающие желтизной глаза, то и дело сверкающие зрачками, отражающими боковой свет. Не заметить их сразу было невозможно, а перепутать его с оборотнем - проблематично, для тех, кто разбирается.
   -Мне вот интересно, у тебя не было проблем, если тебя узнавали?
   -Смотря где. - Он равнодушно повел плечом. - Если рядом Аден, никаких вопросов.
   -А если нет?
   -Сейчас выручает орденский знак. А раньше всякое бывало... Хорошо, шрамов на мне не остается, а то и так злопамятный. - Он усмехнулся.
   Я окинула его взглядом. Жаль, что так вышло. Мне казалось, что уж он-то может жить с людьми спокойно.
   -Ты поэтому вернулся?
   Браш поднял глаза кверху и ответил не сразу, словно сам прикидывал, а что же побудило его, после того как отпустили с миром, снова присоединиться к ордену.
   -И поэтому, наверное, тоже, но вообще... - Он поскреб подбородок. - Надо же мне куда-нибудь себя деть. Другого занятия я по себе не нашел. Среди людей жить оказалось проблематично. Нервничают они отчего-то, дергаются, если узнают... - Он задумчиво смотрел на столешницу. Ковырнул край когтем, и рассеянно прокрутил между пальцами завиток древесной стружки.
   -Но это не главные причины. Понимаешь, когда вкусишь этой жизни, с погонями и преследованиями, постоянной опасностью, очень радуешься, получив долгожданный покой. Но недолго. Обычная жизнь оказывается какой-то пресной, и скоро начинаешь киснуть от скуки. А сны прежнем времени, которые поначалу казались кошмарами, начинаешь вспоминать чуть ли не с ностальгией. - Он покачал головой. - Нет. Оставить это позади не так-то просто.
   Я склонила голову набок, обдумывая его слова. Подняла взгляд.
   -А... другие? Твои собратья. Как с ними?
   -Не братья они мне. - Ровно ответил варлак. - Или думаешь мне жалко тех, которые были среди жрецов? Не смеши.
   Он покатал в пальцах хлебный шарик, и покосившись мне за спину, щелчком отправил туда, в темный зев камина. Я обернулась - там только пискнуло и зашуршало. По задней стене мелькнул крысиный хвост.
   Браш оперся локтями о стол, и положил подбородок на сомкнутые ладони.
   -Есть светлые. Есть темные. И есть они везде. Я не называю себя светлым, и не считаю правильным, а тем более праведным. Но считаю, что есть среди моих, как ты сказала, собратьев, которые не заслуживают жить. Они могут только вредить другим, и больше ни на что не способны. Больше ни о чем и не думают. Какой от них толк? - Спросил сам себя варлак, отщипывая от хлеба очередной кусочек. И прожевав его, сам и ответил: - Никакого.
   -Думаешь, каждый должен приносить какую-то пользу? - Уточнила я.
   Он недоуменно нахмурился. Потом досадливо помотал головой.
   -Ты меня сейчас загонишь в философский тупик, ага. Что-то я не так слова подбираю, наверное. У меня принцип простой: живи сам, и другому жить не мешай. Ну а раз полез, то будь готов получить по заслугам, и по морде. Взять тех же жрецов. Знали же, на что идут. Знали, что делают. Только решили, что ничего им за это не будет, и распоясались совсем. А уж кто именно среди них был, люди или нечисть, то для меня дело второе.
   Я смотрела на него и поневоле вспоминала рассказанную мне Маркусом историю о том, как этот варлак вообще пришел к такой жизни. Ведь был как все. О том, что есть хорошо и что плохо, как и о том, что сам творит плохие вещи, никогда не задумывался. И быть бы ему однажды убитым охотниками или наемниками, если бы молодой нечисть, как бы странно это ни звучало, вдруг не влюбился.
   Зазнобой стала местная красавица, выросшая в поселке, в котором он иногда появлялся. Не знаю, была ли она вообще в курсе его существования, или все же закрутила с ним роман, но мировоззрение у Браша тогда знатно пошатнулось.
   Красавица впоследствии вышла замуж и обзавелась детьми. К чести варлака ее мужа он не тронул, хотя зубы наверняка так и чесались. Дети же могли гулять по лесу хоть глухой ночью; их всегда охраняла неприметная тень, распугивающая остальных нечистей.
   Так длилось, пока на территории Браша не завелся конкурент, наглый и глупый. Он умудрился наследить везде, где можно было, и очень неудачно выбрал для себя очередную жертву, напав на младшую дочь той самой красавицы.
   Ребенка спасти не удалось.
   ...Он отправил в рот кусочек жаркого и звучно хрупнул косточкой. Снова нахмурился.
   -Хотя вообще, если смотреть на силу, то состав внушает опасение. Большая часть среди них нечисть, а стало быть, могли оказать такой отпор, что вы и вдвоем бы не справились. Тебе знатно повезло застать их врасплох. Я потом обходил место, проверял следы - действительно никто не ушел. Чистая работа. Этот твой вампир нашел хороших людей.
   Я заломила бровь.
   -В смысле 'мой'?
   Браш озадаченно нахмурился, явно с каким-то вопросом, но не озвучив его, вскинул ладонь.
   -Сделал не те выводы. Со мной бывает. Но факт фактом, накрыть удалось всех разом.
   Я пожала плечами.
   -Действительно с людьми Шхагена мне повезло. Без них неизвестно как бы дело обернулось.
   Браш, жуя, кивнул, но снова вспомнил что-то и помрачнел.
   -Кстати насчет 'застать врасплох'. Жрецов-то вы застали, а насчет этого некроманта я бы не был так уверен.
   -А что не так?
   Варлак рассеянно отхлебнул из моей же кружки, перепутав со своей.
   -Вот смотри. Ты говорила, что он открыл себе проход каким-то артефактом. Силы в этой вещи было прилично, я след почуял еще от входа. Но потом когда носил его вещички, нашел тот же след в той дальней комнате. Этот его телепорт хранился наверняка именно там.
   Он отодвинул пустую тарелку, и принялся жестикулировать, стараясь донести свою мысль.
   -Он хранил свой артефакт рядом, под рукой, на всякий случай. Это наверняка. И вот что мы видим. Вот тут у нас зал, алтарь, и совсем рядом след от прохода. А если бы этот его телепорт продолжал оставаться там, где и был, то некроманту пришлось бы обежать алтарь и пробежать по коридору, чтобы добраться до него и сбежать. Скажешь, близко? Да, близко. Добежать можно за пару ударов сердца при желании. Может, раньше он так и рассчитывал сделать. Но потом, перед самым ритуалом пошел и забрал артефакт. Почему я решил, что перед самым ритуалом? А след в дальней пещере совсем свежий, уж поверь мне. Выходит, он все-таки почуял что-то не то, наверняка сработала эта ваша интуиция. Подтвердить эти подозрения он ничем не смог, иначе вообще не стал бы приступать к жертвоприношению. Но насторожился. И был готов сбежать в любой миг. К чему я веду: говорить о том, что вы застали его врасплох, не получится. У некроманта было хорошее чутье.
   Я поджала губы, устремив взгляд на воображаемую схему, которую он нарисовал.
   -Я даже не подумала...
   -Тебе не до того было. Да и решила, наверное, что он его всегда при себе носил. Но - нет. Не носил. Он готовился, на случай твоего появления. Поэтому как отправишься за ним, будь осторожна, если окажется, что он выжил. Этот тип может понять, что ты его ищешь.
   -Наверняка поймет, не дурак. - Я покосилась на кружку и протянула ладонь, подтянув ее за ручку. Браш проводил ее озадаченным взглядом, вопросительно развел руками 'грабят!', и при этом задел свою собственную кружку, оставленную на краю. Молниеносно поймал ее в падении, и смущенно усмехнулся.
   Я ехидно булькнула. Варлак развел руками.
   -Мне, похоже, давно пора отоспаться. Пойду.
   И вставая из-за стола, бросил на меня взгляд, который отчего-то тут же сделался ехидным.
   -А насчет этого вампира; я все равно считаю, что прав.
   Он вскинул ладонь перед собой, показывая, что не собирается спорить, и ей же потер свою шею, с явным намеком. Я в замешательстве отзеркалила его жест и наткнулась кончиками пальцев на слабый след от укуса на коже.
   -И что? - В недоумении переспросила я. Пожалуй, даже переборщила с недоумением.
   Браш не стал высказываться вслух, но уходя, усмехнулся.
  
  
   ***
   Я задумчиво шла по коридору таверны, ведущему от лестницы во внутренний двор. Взгляд рассеянно вел по стене, по древесному узору, я медленно передвигала ноги и размышляла, что делать дальше. И словно провидение услышало мои мысли, навстречу в коридор вошел их главный объект.
   Рен мягко ступал по дощатому полу, сохраняя на лице спокойную полуулыбку. Я тоже несознательно улыбнулась в ответ. Мы остановились друг напротив друга, и он с интересом склонил голову к плечу. Свет от входа упал на его лицо, резко очертив линии и оставив другую половину в тени.
   -Что, тебе все нет покоя?
   Я только пожала плечами, отчего-то не найдя, что сказать. Горло словно сковало от непонятного волнения. Рен словно вспомнил или услышал что-то, на миг обернулся в сторону входа.
   -А Шхаген уже получил свой долгожданный знак?
   -Конечно. Он бы не дал мне о нем забыть. - С иронией кивнула я. Он усмехнулся и покачал головой, опустив взгляд. Я переминалась с ноги на ногу, чувствуя, что многое висит в воздухе недосказанным.
   Но мне придется все-таки подать голос.
   -Я так и не сказала... За вашу помощь. Я, конечно, очень постаралась, чтобы справиться самой, но без тебя мне пришлось бы очень трудно. Так гладко бы все не прошло. Спасибо.
   Он сдвинул брови и поджав губы, снова качнул головой.
   -Не стоит благодарностей, правда.
   Я посмотрела в его глаза и поняла, почему он так сделал, почему даже не подумал о том, чтобы бросить меня и дать разобраться со всем самой. Не знаю, понимал ли он это сам. Но что-то прямо сейчас мелькнуло между нами и сгустило воздух, отчего стало труднее сделать вдох. Я чувствовала, что стоит мне только подать вид, малейший мой жест или даже тень улыбки... может завести не туда.
   Он вампир. Он едва не убил меня.
   Руки слушались меня, как деревянные, когда я скрестила их на груди и заметила холодно:
   -Есть еще кое-что. - И не дав спросить, добавила: - Ты, я смотрю, очень хорошо выглядишь. Здоровым. Сытым.
   Повисла пауза. Я оставалась неподвижной.
   -Вчера ты помогал ордену, и я закрою глаза на то, что ты убивал едва ли не на моих глазах. Тогда это была помощь. Но впредь такого быть не должно. Запомни это. Иначе мне придется снова тебя найти.
   Он выпрямился.
   Всё. Вдоль коридора словно упала решетка, разделив его на части, словно передо мной с грохотом захлопнулась невидимая дверь. Никакой теплоты в его глазах не было.
   -Запомню. Не придется, будь спокойна. - Ответил он так ровно, словно и в самом деле не испытывал ничего, кроме отстраненного равнодушия.
   Ты и вправду хороший лицедей, Лаурен.
   Вампир так же с достоинством развернулся и направился обратно к выходу. Не спеша, молча, и так же бесшумно. Но замедлился и замер у самого порога, то ли решив что-то добавить, то ли почувствовав, как я обернулась вслед за ним.
   -До Инарты путь еще неблизкий, так что лучше выдвинуться прямо сейчас. - Поставила я его в известность. Он почти обернулся через плечо, но остановил движение и передернул плечами.
   -Я знаю дорогу. Доберусь сам.
   И вышел наружу.
   Оставшись в коридоре одна, я прислонилась спиной к стене и едва не сползла по ней на пол. Обычный, в общем-то, разговор отнял у меня неожиданно много сил.
   Я растерянно оглянулась.
   Должно же стать легче? Должно.
   Четыре шага до порога - и если выйти, солнце сейчас ударит в глаза. Знаю, что он еще не ушел, стоит у выхода, глядя на суетящихся людей во дворе.
   Я повернулась в сторону лестницы и пошла к себе наверх.
  
   ***
   Отступление
   Рен остановился и вдохнул воздух так широко, как мог. Задержал и медленно выдохнул, прикрыв глаза. Все хорошо, нет повода беспокоиться, совершенно никакого повода.
   Он постоял еще немного, приводя дыхание и самообладание в порядок. Покачал головой, невесело усмехнулся чему-то и уже собрался пересекать двор, но тут же остановился в полушаге и замер.
   Чуткий слух уловил странное, вкрадчивое шуршание в траве. Словно что-то гладкое терлось о нее, сминая тугие стебельки, и при этом медленно приближалось к нему.
   Вампир обернулся и настороженно прислушался.
   Никакого движения.
   Он еще немного пытался понять, показалось ему или нет, после чего досадливо помотал головой, и пробормотав себе под нос нечто раздраженное, размашистым шагом отошел от входа, скрывшись за снаряжающимися в путь телегами.
   Под порог, осторожно показавшись из спутанной травянистой массы, медленно просочилось гибкое черное тело.
  
  Глава 9.
  
  Леший.
  Предположительно, нечисть.
  Степень опасности - вне категорий.
  Разумность - 5.
  Внешний вид: неизвестен.
  Место обитания: точно не определено. Известно, что может встретиться в любом лесу или на его окраине.
  Лесной дух числится вне категорий опасности, т.к. во-первых - не известно ни одного способа его уничтожить, а во-вторых, он не представляет опасности для тех, кто не губит лес. Может запутать дорогу исключительно ради развлечения, может, наоборот, вывести из чащи. Общаться с ним можно через его помощников - мантихор (о них сказано выше) или через подношения.
  Бестиарий, Глава вторая. Учебник по неестествознанию за 936 год.
  
   ***
   В зале среди людей, собравшихся за столом, царил оживленный гомон, которому аккомпанировал стук, звяканье ложек о тарелки и плеск разливаемого по кружкам кваса. Между собой смешались ученики разных возрастов, их наставники, старейшины ордена, и практики, по тем или иным причинам гостящие в замке.
   Мы с Сарэа сидели рядом, протянув усталые ноги под столом, и от счастья даже не торопились накидываться на еду. Месяц, целый месяц мы вставали спозаранку, бегали вокруг замка с грузами на ногах и руках, отжимались, крутили палки и отбивались ими друг от друга и от наставников. Месяц мы учились балансировать на тонких бревнышках, уклоняясь при этом от раскачивающихся грузов, и перепрыгивать по таким же бревнам, поставленным стоймя - а так же другие прелести полосы препятствий, одно воспоминание о которых вызывало у меня судорогу.
   И сегодня утром нам наконец, сообщили, что завтра наступают долгожданные выходные, целых три дня, когда мы сможем отдыхать, бездельничать и отсыпаться вволю. Каждый раз мы не знали точно, когда дадут отдых, и поэтому каждый раз получалась приятная неожиданность. Собственно, так даже лучше, чем если бы выходные нам давали точно по расписанию.
   Наставники тоже были в отличном настроении, несмотря на усталые лица. Как-никак, им тоже удастся от нас отдохнуть, хотя ни разу не слышала, чтобы они сурками валялись по кроватям. Зуб даю, Кайя с другими старшими охотницами будет завтра на западной башне загорать и распивать чай (или что покрепче), а Маркус с Тореном, наставником Дариса, спозаранку с удочками уйдут на озеро, когда оно еще затянуто туманом. Я видела их там только пару раз, когда по привычке вскакивала вместе с солнцем, но с уловом они приходили каждые выходные, в любую погоду.
   Я периодически отпивала из кружки и мечтательно вздыхала при мыслях о том, что завтра меня точно никто не станет будить ведром холодной воды. Правда, наверняка именно мне выпадет черед дежурить на кухне и возиться с рыбой, вкус и запах которой я с трудом переношу.
   Я наколола на вилку кружок тушеного кабачка и с удовольствием принялась жевать. Люблю, когда на кухне дежурит Виктор. Нет, сам он готовит ужасно, и ничего сложнее перловой каши, или чистки овощей, ему доверять нельзя. Но вот его наставница Риан колдовала над продуктами просто изумительно, и если она когда-то решит выйти замуж, ее супруг будет счастливейшим и всегда сытым человеком.
   -...говорю: экономия прежде всего! На целых два-три дня мы добудем пропитание сами, это между прочим, очень неплохо, и можно было бы на сэкономленные деньги приглашать на выходные какого-нибудь повара из города! - Убежденно доказывал Торен, сидящий на этом краю стола, почти напротив. Сидящий рядом Маркус только кивал, увлеченно что-то пережевывая.
   -Ничего нет вкуснее рыбы... особенно когда она приготовлена кем-то другим! - Засмеялся кто-то с нашей стороны стола. Кажется, из вольных охотников.
   -Вот я и говорю! - Обрадовался Торен. И отпив из своей кружки, добавил тише: - Или хоть бы нас освобождали от дежурства, что ли. И так еду принесли, а потом ее нам же, уставшим, и готовить...
   -Да вы и так там отдыхаете! - Через стол перегнулась Кайя, в мнимом возмущении распахнув глаза, и ткнула в сторону Торена надкушенной куриной ножкой. - Хлебом не корми, а дай подежурить над удилищем. Фигу вам, а не освобождение!
   -Проголосуем? Вопрос-то судьбоносный. - Пошутил кто-то из старейшин.
   -Ну, отдых и вправду лучший. - Признал Маркус, сыто щурясь и кажется, с трудом удерживаясь от того, чтобы начать потягиваться прямо за столом. - И для тела, и для души. Эх, чаще бы так...
   Он отпил из кружки и кажется, окончательно полюбил окружающий мир. Перевел взгляд на нас и с улыбкой вздохнул.
   -Цените, кстати, такие вот моменты. Я даже не столько о наших выходных, а о том, что сейчас. Даже если бы завтра был обычный день. Вообще полезно радоваться приятным мелочам и уметь наслаждаться покоем.
   -Особенно учитывая то, что случается он не часто. - Поддержал его охотник, сидящий по правую сторону. Мой наставник кивнул
   -Не часто, и при этом возможность для отдыха представляется не всегда, когда нам хочется. Иногда выспаться и передохнуть как следует вы не сможете так долго, что можно рехнуться от постоянного напряжения. Так что хорошо ценить хотя бы такие, короткие передышки.
   Я кивнула, давая понять, что приняла к сведению, и с мечтательным вздохом оперлась локтями о стол. Ох, завтра я с утра ка-ак высплюсь, на неделю вперед! До обеда проваляюсь в обнимку с подушкой...
   Мое умиротворение не омрачало даже то, что как минимум следующие два дня придется питаться одной рыбой. С детства ее не люблю... но, знать об этом никому не обязательно. Я от такого блюда не умру, да и не могу же я крутить носом от улова, притащенного с такой гордостью! Как с самого первого дня начала есть, чтобы не обижать наставника, так и буду. В конце концов, многие уверены, что рыба полезна для мышления.
   ...Только спустя несколько лет я узнала, что и сам Маркус рыбу эту ел с трудом, иногда делая вид, что с боем 'проигрывает' лакомый кусочек Торену. В рыбалке ему нравился не результат, а сам процесс, но после того как улов старательно готовили другие люди, отказываться от их трудов было как-то некрасиво. Так у них и повелось.
   Все это он мне рассказал, когда я стала постарше и пошла на утренние посиделки вместе с ними. Торен как раз отошел на пару минут, а когда вернулся, то долго удивлялся, отчего это его друг со своей подопечной хохочут, распугивая весь возможный улов.
  
  
   ***
   Я выехала из города утром, пораньше, пока торопящиеся по своим делам торговцы и рабочие не запрудили главные улицы и не закупорили ворота. Янтарь, изредка направляемый в нужную сторону, шел спокойно и вполне бодро. Просыпающийся и закипающий город прошел мимо, оборвавшись за высокими воротами, где меня не стали доставать и пропустили без лишних вопросов, при одном предъявлении орденского символа. Достав его, я оставила стальной знак висеть поверх одежды. Он был выдан мне Фаретом, взамен прежнего, утерянного в пещере, еще тогда, когда я в первый раз посетила сие дивное место. Очень удобная штука, чтобы каждый раз не задирать рукав.
   Дорога ушла в перелесок, вильнула между холмов и поднялась повыше, убежав вперед через дикие степи и обработанные поля. Мимо проплывали редкие рощицы, где-то сбоку оставались мелкие деревни, а я все это время сидела, уткнувшись носом в маленькую книжку с черной обложкой.
   К сожалению, большая половина книг, найденных в пещере, осталась для нас загадкой. Стоило их открыть, как буквы пугливо впитывались в бумагу, и выманить их оттуда не получилось никакими зельями или заклинаниями. Такие экземпляры мы с сожалением отправили в орден, для работы более опытным магам. В остальных не было особенного толка: трактаты по зельям и амулетам, информация из которых общедоступна, и такие же можно достать в библиотеке любого Магика (скорее всего, они оттуда и взяты). Эти просмотрели и оставили у Фарета: он отправит их в альма-матер при возможности, но не срочно.
   А вот записная книжка Ариса оказалась куда более интересной. Потому, сняв с нее копии, оригинал я попросила оставить себе, для ознакомления. И не зря! О некоторых ритуалах, описанных здесь, я даже не слышала. Правда, и понять их было трудно: приводились схемы, длинные списки и описания нужных инструментов. Часто встречались аккуратные и подробные дополнения о том, как совершать те или иные действия; а так же обведенные в рамки тексты заклинания на старом драконьем языке.
   И чем дальше я читала, тем больше было понятно, что многие записи зашифрованы - иные слова сокращены до двух-трех букв, и догадаться об их значении сложно, а иные и вовсе заменены на безобидные понятия. Например, я только с третьего раза поняла, что упоминания о каком-то 'брусничном настое' имеют в виду вампирью кровь, которая усиливает действие ритуала.
   Какие выводы напрашиваются? А очень даже неприятные: Арису кто-то помогал. Консультировал по нужным вопросам, возможно, еще и помогал с подбором амулетов. Может, этот кто-то и писал книжку, а пометки на полях уже потом сделаны рукой самого некроманта. И еще этот помощник владел такими знаниями, которые так просто, да за пару лет, не соберешь - и искать придется не только в Магике, даже учитывая закрытые разделы библиотек и архивов.
   Разгадать некоторые записи будет трудно, а то и невозможно, но сам факт шифровки уже говорит о многом. Арис и некто неизвестный общались довольно долго - достаточно для того, чтобы некромант легко понимал все замены и сокращения.
   Это вообще не радовало. Если некромант еще с кем-то работал, то другой, когда узнает о неудаче, вполне может попытаться снова добиться своего, уже с другими людьми и с другим магом. Хорошо хоть то, что работа была проделана долгая и сложная, и повторить ее получится далеко не сразу, и не за год.
   Нужно найти некроманта; он единственная ниточка, по которой можно узнать о случившемся.
   Вспомнив об этом, я свернула коня на дорожку к месту привала.
   Разводить костер не стала: завернутый в лепешку перекус разогревать не обязательно. Отпустила пастись коня, стащив с него сумки, и принялась готовиться к ритуалу поиска.
   Расстелила на земле карту, тщательно разгладила. Достала кинжал, занесла над ней, и прикрыв глаза, стала проговаривать нужные слова, осторожно, певучим полушепотом. С третьим словом повела кинжалом над картой, пока просто для того, чтобы настроиться. Потом, когда он явно потяжелел в руках, опустила лезвие пониже, кончиком к поверхности, и снова стала описывать им замысловатые фигуры, повторяя последние слова, как мантру. Пока кинжал словно живой, не дрогнул в руках.
   Открыла глаза. Лезвие клюнуло карту в том же самом месте, где и вчера, уткнувшись точно в пометку.
   Я выпрямилась, со вздохом ощутив, как с плеч сваливается невидимая ноша. Чужая смерть не повод для радости, но в этом случае значительно облегчает жизнь. Некроманту не удалось уйти: лежит на том же самом месте.
   -Нельзя исключать того, что он жив, пока мы не увидели его тело. - Не замедлил напомнить о себе ястреб. - Да и результат поиска может иметь погрешности.
   -Ну да, я понимаю. Но сам факт уже радует, не так ли?
   -Не могу этого не признать. Но ты все равно не расслабляйся.
   -Ладно. Поняла.
   За спиной отчего-то зашуршала трава. Я обернулась.
   Ничего и никого. Где-то заливалась степная певчая птичка, да наверху в листьях копошился легкий ветерок. Я еще раз огляделась, прислушиваясь всеми чувствами, но ничего не нашла.
   Ладно. Подкрепиться, отдохнуть пару минут, и снова в путь. У меня есть точное направление, так не буду терять времени.
  
   ***
   Отступление.
   Девушка, неосознанно хмурясь, быстро собрала вещи. Подумав, не стала взбираться в седло, а быстро повела коня в поводу, высматривая обратную дорогу. Постепенно ее шаги стихли в окрестных зарослях, а потревоженные веточки перестали раскачиваться.
   Прогретая солнцем поляна осталась безмолвной.
   На камнях, что были на ее краю, лежала, словно греясь на солнце, черная, свитая в глубок змея.
  
  
   ***
   ...Ледяной ветер, несмотря на плотную одежду, пробирал до костей; длинные полы дубленки, которые не мешали ходить или бегать, не могли защитить от его порывов, несущих с собой колючие снежинки. А я еще и забыла перчатки у камина, и сейчас спасали только глубокие карманы. Под утро воздух стал еще холодней, хотя вечером казалось, что уже некуда, и редкие звезды на горизонте мерцали ледяной крошкой, застывшей на темном небе. А прямо над головой огромным оком наблюдала полная луна, и ее холодного света хватало мне вполне, чтобы и без магии видеть след.
   На деревню среди ночи напал зверь. Голодное время, подстегнуло его на то, чтобы оставить осторожность, и в открытую высадить окно в крайнем доме. Но несмотря на отощание, волкулак легко разорвал двух человек, и никакое сопротивление не помогло им.
   Мы слышали крик, вспоровший ночь, и понимали, что он не значит ничего хорошего. Люди моментально подорвались с кроватей, и поспешили на помощь, но увидели только как зверь, вцепившись зубами, стаскивает по порогу окровавленный труп. Даже приближающийся огонь от факелов не заставил его бросить добычу. Он разжал зубы и со злобным визгом скрылся в сугробах за домами, только когда мне удалось попасть в него маленьким топориком.
   Дыхание вырывалось сквозь шарф, вспыхивало перед лицом белыми облачками пара и тут же растворялось, инеем оседая на шарфе и краях отороченного мехом капюшона. Снег сухо поскрипывал под сапогами, хотя я старалась идти как можно осторожнее и тише, костеря себя за то, что о моем приближении наверняка узнает вся восточная окраина леса.
   Наставника не было со мной. Маркус накануне ушел помогать в соседнюю деревню, где во время зимней охоты на зайцев люди случайно подняли из спячки загрызня. Поэтому я шла по еле различимым крупным следам, обрамленным частыми кровавыми брызгами, одна.
   Нет, жители деревни не хотели отправлять меня одну, отлично зная, что я всего лишь ученица, и еще даже не получила метки. На севере не такие люди: они решили собраться и догнать тварь. Но слабый снег мало-помалу затирал следы, и я не могла их дожидаться. К тому же по моим следам, утопленным глубоко в снег, идти им будет куда легче.
   Они собирали оружие, быстро поднимали остальных, и зажигали факелы, когда я ушла в ночь. Сейчас они наверняка идут сзади, по оставленной мной тропе; ветер иногда менял направление, и тогда до моих ушей доносился еле различимый лай их собак.
   Я знала, что он ранен, причем ранен серьезно, и пока не оправился, надо найти его логово и добить. Ведь как только ему удастся вытащить из себя лезвие, рана станет затягиваться, и к восходу зверь оправится. И озлобленный от неудавшейся охоты, будет куда опаснее.
   Вот. Капли крови становились все меньше, и настал момент, когда я перестала различать их под тонким, полупрозрачным слоем снежинок.
   Я выпрямилась и медленно оглядела наступающий на меня лес. Ломаные силуэты деревьев черными колючими линиями тянулись прямо из наметенных сугробов, вдалеке сливаясь в одну туманную массу. Ямки следов уходили прямой линией, в самую глубь.
  Острые ветви, склоняющиеся над головой, худо-бедно задерживали ветер, и в чаще гулял только слабый сквозняк. Я зашагала уверенней - отпечатки в снегу были видны уже лучше, так как здесь их заметало не так быстро. Судя по ним, зверь прихрамывал, путался в лапах, и перелезая через упавшую корягу, едва не покатился кубарем. Рядом в снегу валялся мой топорик. Я потянулась к оружию, и коснувшись его, чуть не свалилась сама, покачнувшись на слабых ногах.
   Это варлак.
   Я снова медленно огляделась. Лесная чаща вдруг перестала казаться такой освещенной, обросла опасными тенями и сами деревья словно окружили меня кольцом.
   Зачем варлаку нападать в полнолуние? Оно никак на него не влияет, в отличие от сородичей. Куда легче было бы прикинуться заплутавшим путником и постучаться в один из домов на ночлег. А уж когда хозяева уснут, втихую убить их.
   Я сжала пальцы на рукояти топора.
   Нет, для того, чтобы привлечь внимание, он сделал все, что мог. Долго трепал жертву, чтобы та успела перебудить всех соседей, ждал, пока люди сбегутся, даже подпустил меня к себе на расстояние броска.
   Он ведь должен был убедиться, кто я.
   Другая рука медленно потянулась к кинжалу на поясе.
   Он никуда не сворачивал, не путал следы. Не старался спрятаться. Он бежал и бежал, строго прямо, то и дело спотыкаясь и пачкая кровью снег. И мчался достаточно быстро, так что вполне может увести след далеко вперед, а потом окольными путями вернуться.
   Сейчас нас двое в этой чаще, и охочусь тут явно не я.
   На снег передо мной, в двух шагах, упала капля крови. И еще одна.
   Я подняла глаза.
  
  
   ***
   ... Из сна меня буквально выдернуло, и так резко, что я не сразу смогла нормально задышать. А попытавшись это сделать, чуть не уверилась в том, что враг из сна прокрался в мою комнату и навалился сверху, надавливая на горло. Кто-то смотрит прямо на меня? Кто-то смотрит на меня!
   Пальцы судорожно сжали одеяло. Я все еще не могла пошевелиться. Не зверь, но кто-то другой, неосязаемый, не давал мне этого. Воздух загустел, как кисель, с трудом проталкиваясь в легкие, и я начала задыхаться, как вдруг ужас отступил. Я смогла сделать вдох - жалкая, дрожащая и покрытая испариной.
   На полу что-то зашуршало и застучало, словно там возилась и почесывалась небольшая собака. Потом зашипело, и меня снова накрыло волной беспричинного страха.
   Свет зажегся сам собой, сразу в двух светильниках, но даже они не дали достаточно света для того, чтобы я сразу поняла, что происходит. Только подобравшись к краю кровати я поняла, что ощетинившийся перьями бесформенный ком на полу - мой ястреб.
   -Что... - я хотела спрыгнуть на пол к нему, но была остановлена разъяренным окриком:
   -Не вздумай, не трожь!
   По полу вытянулось и застучало крыло, растопырило перья как пальцы, словно пытаясь ухватиться за щели. Ястреб как-то скрутился, спрятав голову, и перевернулся пару раз, яростно теребя клювом что-то у себя на груди... черное, длинное, как ремень окрутившее его поперечным хватом колец.
   Он еще раз крутнулся, захлопал крыльями, и наконец вытащил из глубины перьев черную голову с блестящими от крови жалами клыков. Ухватил острым клювом и рванул в сторону, обрывая тонкое шипение.
   -Что происходит!?
   Я скользнула вниз к нему на пол и ухватив мертвую змею за шею, начала разматывать тугие, не желающие обмякнуть объятия. Ястреб мрачно щелкал клювом и подергивался, поджимал то одну, то другую лапу, помогая мне убирать гадину от его тела.
   -Это не просто змея. - Хрипло отозвался дух, когда я закончила и удивленно вытянула руку, удерживая подальше от себя мертвую тварь. Не просто мертвую - давно мертвую. Сейчас стало видно, что глаза у нее были мутными, почти белыми. Тело под кожей обмякло, кожа в паре мест лопнула и сочилась чем-то премерзким, едва не обкапав мне колени.
   -Это работа некроманта? - недоверчиво спросила я, держа гадину на вытянутой руке. Ястреб встал на лапы, отряхнулся, как собака после купания, и вспорхнул на изножье кровати.
   -Судя по всему. Я уже второй день чую что-то не то. Оно ползет за нами все это время. Понятия не имею, что за магия использовалась, но змея должна была тебя убить. Перевяжи ногу.
   - Как нужно перевязывать? - Я наклонила голову, присматриваясь к его лапам, но он только тряхнул головой и взъерошил перья на шее.
   -Себе! Она успела тебя укусить, через одеяло. Царапина только, но все равно перевяжи и ищи противоядие.
   Тугой комок бинтов, компонентное противоядие, которое повышает устойчивость организма, и не дрожать. Все обошлось. А вспомнить мой сон, так сейчас все вообще отлично. Меня наставник тогда неделю выхаживал-выпаивал, а потом на себе таскал, пока срасталась сломанная нога и заживали прочие увечья.
   Я неосознанно потерла место чуть ниже колена, словно убеждаясь, что на сей раз там всего лишь царапинка, а не развороченная рана. И закатывая штанину, недоуменно нахмурилась.
   -Но почему эта зараза только сейчас на меня напала? Если она ползла два дня, то отчего не укусить меня сразу?
   -Может, проклятие выжидало. Просто следило за тобой. Но потом ты провела второй ритуал поиска, и тут сразу понятно, что отступать ты не намерена. Вот и последовала реакция.
   Я затянула бинт, тут же пропитавшийся зельем, нанесенным на кожу.
   -Допустим. Но когда это проклятие успело привязаться на меня? И ведь я даже не заметила...
   -Не удивлюсь, если оно ползло от самой пещеры. Наверняка некромант подстраховался на слу... на случай неудач...
   Замолкнув, ястреб пошатнулся и слабо взмахнув крыльями, свалился на пол. Я снова скатилась с кровати и оказалась рядом с ним. Птица пыталась встать на лапы, или хотя бы подтянуть к себе распластанные крылья, но они уже не слушались.
   -Баррык! Почему ты сразу не сказал... Сколько раз она тебя укусила?
   -Не считал - ястреб мотнул головой и умудрился-таки закрепиться на лапах в вертикальном положении. Боком посмотрел на то, как я откручиваю пробку на пузырьке с противоядием, и добавил.
   -Не старайся. Не поможет.
   -То есть? - я замерла.
   Ястреб снова мотнул головой и растянулся на полу, уже не делая попыток встать.
   -Эй, эй, не вздумай, не смей умирать! - Человека бы я уже затрясла и отхлестала по щекам, а птицу только попыталась поднять на руки. Он повернул голову и уставился на меня круглым кошачьим глазом.
   -Я не умираю. Умирает это тело. А я вернусь туда, откуда меня призвали.
   -Но как же так? - я оглянулась на сумку, словно надеясь на то, что там само собой появится необходимое лекарство.
   -Не нужно меня жалеть. Я возвращаюсь в то место, которое ты назвала бы родиной. Только птицу жалко...
   -Что я могу сделать? - растерянно спросила я, подбирая его распластанное крыло и приглаживая надломанное перо.
   -Рано, слишком рано... - еле слышно произнес он. - Много чего не успею рассказать. Но ты сама еще вспомнишь. Будь очень осторожна с этим Арисом. Он не так прост, как мы думали. Эта магия со змеей... не каждый такое умеет. В его-то возрасте. А змею сожги к чертям, чтобы проклятие исчезло. Ястреба тоже нужно сжечь. После вселения сущности живая плоть необратимо меняется...
   Он грустно вздохнул, совсем как человек.
   -Запомни имя: Имарцинна. Сможешь вызвать меня, но только раз, и ненадолго. Надеюсь, не понадоблюсь. И еще. За... За Маркуса себя не вини.
   -О чем ты? - хрипло переспросила я. Но мне уже некому было отвечать. Сильное птичье тело вытянулось и обмякло.
  
   ***
   Рассвет еще не занялся, только небо на востоке медленно окрашивалось в серо-голубой, как опущенная в белила ткань. Видеть меня было некому.
   Я в тишине закрыла двери, не помня, куда запихнула ключи от комнаты, и со свертком в руках спустилась вниз по лестнице. Думаю, хозяин простит пропажу этого покрывала. Скажу, что его купила.
   Я ушла за околицы, через поля и за рощу, не желая, чтобы кто-то видел пламя. Там и наломала нужный запас сухостоя для костра.
   Змею испепелила простым прикосновением, превратив в угольки за один удар сердца. Понятно, что виновата во всем не она, а наложивший проклятие некромант, но разжигать погребальный костер ради какой-то гадины я не собиралась.
   Все это время меня не покидало странное чувство повторения. Раскладывая ветви в форме особого знака, я не глядя потянулась рукой вправо, за флаконом огненного эликсира, а только потом поняла, что в этот раз еще не вытаскивала его из кармана. Когда зажгла огонь, он не сразу разгорелся, и я снова подумала, что это нормально, на сырой-то после оттепели земле. И только потом в оцепенении пощупала почву пальцами. Абсолютно сухая.
   Сверток тоже разворачивать не стала. Так и стояла, глядя на то, как его постепенно обнимает и скрывает огонь. Потом прижала ладонь к груди, даже сквозь куртку почувствовав, как сердце ходит ходуном.
   Да что со мной? Почему я так волнуюсь? Едва ли не трясет...
   Я стояла, как в полузабытьи, глядя на то, как вверх уходит густой белый дым, и голова была пуста от мыслей. Огонь разгорался, плясал на ветвях, словно иглами вонзаясь в дымные клубы. А потом меня как-то разом накрыло.
   ...Тот костер был давно. Помню его смутно. А помнить и вовсе не хочу. Тот костер был больше, дым от него лез в горло и от этого меня душили слезы. И несоизмеримо большая тяжесть давила на плечи, клонила к земле.
  
   ***
   Хватка чужих рук на шее просто мертвая, и это даже не метафора. Над ухом раздается надсадное хрипение, чужие волосы щекочут лицо и лезут в глаза, заставляя меня отплевываться. К спине прильнуло ее холодное тело. Но я не разжимаю ответной хватки на горле нечисти.
   Мои ноги скребут по каменному полу склепа, но обе мы уперлись в стоящий сзади саркофаг, и дальше пятиться некуда. Ситуация патовая: я не могу ударить ее, потому что для этого нужно отпустить ее горло и дотянуться до оружия, а она, пока я держу, не может меня укусить.
   Я хватаю ее руки покрепче, резко дергаюсь вперед вместе с ней, а потом разгибаюсь и бью ее затылком о камень. Еще раз. И еще, изо всей силы. Из ее глотки вырывается стон, хватка ослабевает, и я разрываю ее, кувырком уйдя в сторону.
   Упыриха набрасывается сзади, но я отшвыриваю ее в сторону и с места бегу по склепу в ту сторону, где раньше был выход, прыгая по огромным обломкам.
   Сейчас вторая половина склепа в подвале разрушена, потолка и верхней части стен нет, а там, где был проход, только гора расколотых камней из остатков стены. Понятия не имею, то за маг тут в свое время веселился, но теперь мне очень на руку эти завалы, через которые я перепрыгиваю, а мертвая девушка за моей спиной только спотыкается.
   Под ночным небом я останавливаюсь, переводя дыхание, и жду ее. Она уже не бежит, а крадется, приволакивая правую ногу, и хрипит.
   Взмах кинжалом, удар, уход, еще один удар лезвием в горло, под основание черепа. Она медленно падает на пол и больше не движется. Путаные рыжие волосы застыли, как брошенная рваная ткань.
   -Ты понимаешь, что она могла тебя убить? - Спрашивает меня голос сверху, с полуразрушенной замковой стены.
   -Меня много кто в последнее время пытается убить - язвительно говорю я, не поднимая головы. Как обычно, он оставляет мое замечание без внимания. Отчего оно кажется еще более глупым.
   -Я видел, как ты медлишь с ударом. Ты могла покончить с заданием еще внутри. А вместо этого сначала позволила себя придушить, а потом играла в догонялки. Не надейся: эта не споткнется, и без твоего участия сама себе шею не свернет.
   Он ждет ответа, пока я, сопя, отряхиваюсь от пыли.
   Я ведь говорила с ее родными. Она умерла совсем недавно. Еще такая молодая, и красивая. Играла на клавесине, пела, и при этом могла обыграть в шахматы кого угодно. Ее могло ждать такое будущее, а вместо этого... И даже после смерти ей не дали покоя: проклятие отвергнутого поклонника, наложенное еще при жизни, привело к тому, что однажды склеп обнаружили открытым, а ее - сбежавшей в старый замок. Может, что-то в ней еще осталось, отчего она не пошла к жилью добывать еду, а поспешила спрятаться. Бить ее было все равно, что бить живую. И пока она всерьез не попыталась меня сожрать, я не могла заставить себя даже поднять на нее руку. К тому же...
   -...она похожа на мою сестру. - Закончила я вслух.
   Вопрос семьи у нас не поднимался ни разу. Я не хотела выставлять напоказ прошлое, он тоже никогда в душу не лез. И сейчас тоже не продолжает тему.
   -Я понимаю. Правда, понимаю. Но и тебе нужно кое-что понять. Она БЫЛА живой, юной и невинной, но этого не вернуть. Теперь это только нечисть, ничего больше, и от прежней жизни осталось только тело. Никакой жалости оно уже не стоит. Жалость тебе вообще мало где пригодится.
   Наше с ним общение давно свелось к такой схеме: он поучает, а я вяло отговариваюсь, в основном для вида и не по делу. На самом-то деле я слушаю его внимательно, и верю каждому слову. Просто выслушивать наставления молча, не вставив ни одного слова, не дает мой гонор.
  -Кто не знает жалости, тот ее и не заслуживает - бурчу я чужую фразу, прочитанную в книге.
   Однако от него крылатыми выражениями не отделаешься.
   -Это лишь одна сторона правды. А есть и другая: жалость не поможет тебе, если ты узнаешь в чудовище некогда знакомого тебе человека. Или даже дорогого тебе человека. Твоя жалость только поможет ему тебя съесть.
   На это я не нашлась, что ответить. А он, склонившись над провалом, коим для него являлся подвал, продолжает:
   -Лучше, чтобы никогда не пришлось пережить такое. Но никто не знает своего будущего. Ты должна быть готова ко всему, даже к тому, что придется убить того, на кого не мыслишь даже замахнуться. Потому что смерть для такого человека будет лучшим выходом. Забудь о сомнениях. Забудь о лишней жалости.
   Я вытираю лезвие меча пыльным покрывалом, брошенным когда-то на пол, потом все-таки решаюсь спросить.
   -Но ведь даже с нечистью, если она разумна, можно договориться? Я не говорю об упырях. - Я махнула в сторону застывшего тела. - Но нечисть ведь бывает разной. Понимаю, что исключения очень редкие, и знаю, что некоторые охотники потом жалели о своем помиловании. Но... Нам недавно говорили о трактире Дедушки Ива. Это правда? Такое место существует? Там за стойкой сидит старый лич, чей хозяин давно умер, и строго следит за порядком. И под его крышей никто не может убить другого, даже охотникам этого нельзя. И нечисть сидит там, как обычные люди в обычном кабаке.
   -Тех, кто сорвется, хозяин убивает сам, потому что ценит свою репутацию. И кто попало туда не ходит. Это все нечисть, которая раньше была кем-то из людей, и помнит это. Но никто из них не был охотником.
   Он наклоняется пониже, и проникновенно, строго чеканит:
   -Любая смерть лучше участи охотника, обращенного в нечисть. Запомни это. Если встретишь такого, убей не задумываясь. Хельдин... - Он сделал паузу, и я поднимаю глаза.
   -Хельдин, я хочу быть в тебе уверен. Я хочу точно знать, что если меня постигнет такая участь, ты сможешь прийти ко мне на помощь.
   -То есть... убью. - Не веря своим ушам, переспрашиваю я.
   -Да. Ты должна будешь меня убить. Поклянись, что так и сделаешь. Ну? - Надавил он тоном.
   -Клянусь - тихо проронила я, замерев внизу. Он удовлетворенно кивнул и скрылся за камнями.
   -Урок окончен. Уберись здесь, и иди ужинать. Только не копошись. Ждать не буду.
   Я знаю, чтоесли задержусь, то ужин, приготовленный в приютившем нас доме, могу уже не увидеть - потому что голодный охотник ест быстро и много, а если ученица опоздала и ей осталась только пара надкушенных помидор, это ее проблемы. Но с места не двигаюсь, наоборот, приваливаюсь спиной к стене.
   Какая, к черту, еда?
   То, что он сказал, меня раздавило. У меня отец был только в далеком детстве, а потом - он пропал... И только я знала, что он погиб, знала где это произошло, когда и как, потому что видела это во сне. Только никому не сказала - какая ирония, я боялась, что меня примут за ведьму. Как будто такое шило можно утаить в мешке...
   Выросла я без отца. И именно поэтому мне его так не хватало.
   Я только на втором году обучения поняла, что вижу отца в лице Маркуса, хотя сначала ненавидела его за непрестанные, по моему мнению, издевательства. Наставник и вел себя соответствующе: терпел мою лень и характер, перебарывал упрямство, воспитывая стойкость и твердость духа. И не слушая нытья и жалоб, делал из меня лучшую версию меня самой, обучая всему, что знал сам. И если отбросить жесткость обучения, которая была необходимой мерой, то этот человек искренне обо мне заботился.
   Именно ему я жаловалась на свои трудности, его доставала с расспросами о том, чего не понимала в жизни, и именно его одобрения ждала, когда добивалась успеха. Именно наставника я хотела впечатлить, когда на обучении самонадеянно открыла клетку, желая доказать, что могу обходиться не только магией, но и обороняться оружием, как он сам. Огребла потом, конечно, знатно, но запомнила вовсе не это. Выпущенных зубарейМаркус едва уложил, догнав последнего уже в коридоре наверху, а всю вину потом взял на себя. Так и говорил другим наставникам: не проверил, достаточно ли плотно задвинул засов.
   Так что я знала, что мне всегда есть на кого положиться. Всегда есть тот, кто прикроет спину, и кому не страшно открыть душу. Даже после смерти Дариса я не чувствовала себя одинокой.
   А сейчас вот пожалуйста, заявление. Взять и убить? Его? Своими руками? Нет. Я никогда не смогу.
   Я складываю пальцы рук в неполный замочек, оставляя указательные пальцы сложенными в треугольник. Детские суеверия, старые приметы - так я когда-то отгоняла беду.
   Прикрываю глаза и скороговоркой повторяю трижды:
   -Пусть этого никогда не случится, пусть моя клятва не свершится. Пусть этого никогда не случится...
   Темнота. Тишина...
   Если бы я ощущала тело, свернулась бы клубочком, закрыла уши руками. Но это слабость, и нужно от нее избавляться.
   Дальше. Я должна вспомнить, что было дальше...
   ...Вызов застал меня на полпути между двумя поселениями, в чистом поле. Я как раз наслаждалась редкими минутами покоя, расслабленно откинувшись в седле, и лениво жевала орешки, умиротворенно щурясь на тающий снег. С веток срывались капли, искрясь под солнцем, как стеклянные бусины, а кое-где робко поднимались первые подснежники на тонких ножках. Наконец-то оттепель. Можно стянуть шапку и греться под солнцем, воображая, что совсем скоро будет лето.
   На запястье под курткой что-то запульсировало, то разогреваясь, то становясь холодным, как кусочек льда. Я закатала рукав и с недоумением уставилась на браслет из кожаных ремешков с набранными на него бусинами-амулетами. Работал только один, темно-красный.
   Это была неприятная неожиданность.
   Вызов - это значит, кто-то из охотников окропил кровью свой красный амулет, и зов о помощи разлетелся во все стороны, найдя ближайшего его соратника. Меня.
   Такой зов мы посылаем очень редко. В отличие от зеленого, который означает сбор для совместного дела, и которым меня в свое время позвал Виктор, красный задействуется только в крайнем случае. Тот, кто позвал меня, не просто нуждается в подмоге, а уже попал в беду. Может, уже мертв.
   Я минуту раздумывала, позвать ли мне тоже кого-нибудь, раз там, куда я пойду, один охотник не справился. Но передумала. Если рядом есть еще кто-то, то он и так услышал зов, и тоже пойдет туда. А если на сотни верст больше ни одного охотника, то ждать помощи придется долго. У зовущего может не быть столько времени.
   Сняла бусину, зажала в ладони, прикрыла глаза. Представила темноту, в которой нахожусь, сплошную темноту. Где-то в ней есть огонек, к которому тянется моя бусина. В какой же ты стороне?
   Для этого даже не нужно было магических способностей - амулет все сделал сам. Перед глазами на северо-западе зажегся тот самый огонек. Там находится амулет зовущего меня соратника. Надеюсь, сам он тоже все еще там...
  Я надеялась успеть, и гнала коня почти без передышки, изредка слезала и бежала рядом сама, давая ему хоть какой-то отдых. Я не собиралась задерживаться больше, чем на пару часов сна, и как можно реже.
   Но по пути я миновала деревню, где меня заметили, и побросав все дела, сбежались к центральной улице, умоляя очистить кладбище от трупоедов-зубарей. Тех за зиму развелось гораздо больше, чем когда-либо раньше, и когда земля начала оттаивать, все свежие могилы разрыли, сожрали тела и растаскали кости по округе, шокируя людей. А по ночам падальщики рыскали по крайним улицам, и уже утащили пару собак. Взрослые прячут детей, жители боятся выходить по ночам даже в сени.
  Я не знала, что делать, стояла и лихорадочно раздумывала. На этот счет ничего определенного правила охотников не говорили, действовать предполагалось по ситуации. Но решать самой, кому сейчас помощь нужнее, оказалось труднее, чем я думала.
   -Да помогите же, пожалуйста! - взмолилась женщина в черном траурном платке, и мне стало стыдно за свои сомнения. Надо было проезжать мимо, а раз завернула, так теперь и расхлебывай. Ладно. Все равно пришлось бы остановиться на ночь и поспать немного, иначе из меня получится плохой помощник. Зубари легкая добыча, много времени не займут, а наутро, чуть начнет светать, я планировала быть уже далеко от деревни.
   Наивная.
   Сама судьба не хотела, чтобы я успела на помощь. Может, мне и раньше следовало об этом догадаться, когда я пару раз едва не подвернула ногу, или когда мой конь то и дело спотыкался казалось бы, на ровном месте. Я списала это на его усталость, и может, так оно и было, но все равно нужно было насторожиться. Беда редко приходит одна...
   Да, кладбище я очистила. Трупоедам не хватало еды, за зиму они отощали, а сейчас набрать силу не успели. Так что я отделалась от них только порванным рукавом на локте - зубы порвали верхний слой, достав до металлических пластин, вшитых в подкладку. То есть, отделалась бы, если бы один из них, недостаточно добитый, не ухитрился вцепиться мне в ногу, прокусив сапог.
   Трупный яд попал в кровь.
  Меня подобрали и отнесли к знахарке вовремя для того, чтобы я там не умерла. Зелья и иммунитет охотника в итоге перебороли болезнь, но я пролежала в бреду почти четыре дня. Только к вечеру последнего с трудом смогла встать, перевязала ногу, напоследок намазав заживляющим, и несмотря на увещевания хозяев дома, отправилась в дорогу на ночь глядя.
   Все, что я понимала, несмотря на свою спешку, несмотря на то, что до огонька остались считанные часы пути - что я все равно безнадежно опоздала.
  
   Место, куда привел меня зов, можно было найти и без его помощи. Все окрестные деревни уже месяц жили на осадном положении, по ночам не выпуская за порог даже кошку, а за забор немногие отваживались ходить и днем. Хотя разновидности нечисти и нежити в народе сильно упрощены, а в деревнях ее и вовсе равняют под одну гребенку, деля только на 'упырей' 'волколаков' и 'погань с зубами', местную беду мне четко определили как вурдалаков. Очевидно, здесь имелись сведущие люди, а нечисть успела так примелькаться, что все уже знали ее характерные повадки. По ним и определили.
   То, что старый особняк на холме уже 'съел' одного охотника, от меня сначала попытались скрыть. Староста рассыпался в благодарностях, обещал щедрую оплату, приют и угощение высшего уровня. Но я не стала ждать, пока он запутается в собственных показаниях, и сразу перешла к делу:
   -Как выглядел охотник, ушедший туда до меня?
   Староста, казалось, сейчас перекосится лицом от неискренней улыбки.
   -Ну... мужчина. На вид постарше вас. Темноволос, лицо смуглое, приехал на соловой кобыле. Сказал, что не маг.
   По лошадям я соратников не помнила, увы. Не маг - это хоть что-то обнадеживающее в такой обстановке. Это значит, что у меня может быть больше шансов.
   Говорила я со старостой на ходу, уже спешившись.
   -Так зайдете, отужинаете? - поинтересовался он.
   Времени терять не хотелось, да и на улице скоро начнет смеркаться.
   -Нет. Приду позже. Пока определите мои вещи куда-нибудь.
   Боже, как бы хотелось надеяться, что еще не поздно, что еще можно спасти моего соратника, но... Разумом я понимала, что слишком поздно. Я не только на охоту собиралась, подбирая оружие и облачение, приводя себя в боевую готовность бодрящим снадобьем. Я шла на похороны.
  
   Дом на вершине холма, заброшенный уже лет шесть, даже весенним утром не произвел бы хорошего впечатления. А уж сейчас, среди голых деревьев, в упор глазеющий на гостей пустыми окнами, раззявив дверной проем, отпугивал почище сказочного замка смерти.
   Однако ни на подходе к нему, ни вблизи, я не услышала чьего-то присутствия. Он казался пустым, как старое осиное гнездо. Никаких следов, никаких попыток напасть на меня, ни одной ловушки или засады. Я постояла на пороге в задумчивости, не потеряла ли чутье, как вдруг самым краем уха услышала движение на верхнем этаже. Значит, не потеряла.
   Внутри царила разруха и пыль. Серый пол, стены, потолочные балки, упавшие вниз и перегородившие выход из зала, серые облачка пыли, вспархивающие от каждого шага. И поверх этой пыли повсюду, куда падал взгляд, застыли следы драки. Темные брызги крови на стене, царапины на полу, разбитое старое зеркало, цепочки следов, мазков, рассказывали о произошедшем не хуже отчета. Я подошла весь первый этаж, поднялась по скрипящей лестнице наверх, все время озираясь и прислушиваясь - не только слухом.
   Я видела усохшие до состояния мумии трупы вурдалаков, разбросанных по дому в самых неожиданных местах, то частями, то скрюченными, то застывшими в темной луже - и ни одного живого. Ни одного шороха или взгляда в спину.
   А ведь я уже столько времени здесь. Я вторглась на их территорию. Давно пора было напасть на меня. И где же тот, кого я услышала на входе? Куда он мог деться?
   Я, наконец, услышала тихие шаги позади, и обернулась. В дверной проем вцепилась бледная, даже сероватая исхудалая рука. Показалась фигура в плаще с капюшоном, вся обсыпанная пылью, серая. Из под капюшона доносилось тихое хрипение - от голода у вурдалака давно пересохло горло. Сожрали они тут друг друга, что ли...
   Я стояла расслабленно, даже неумело, отведя в сторону руку с мечом. Поза кажется неумелой, но только кажется. Я ждала, пока он нападет первым, чтобы было удобнее отбить удар, но он тоже медлил. Стоял, шатаясь от слабости, явно сходил с ума от запаха живой плоти, то и дело сверкая алыми зрачками из под капюшона, но не двигался с места. Я нахмурилась.
   Чего он ждет?
   Фигура пошевелилась. Подняла руку, медленно стянула капюшон с головы, подставив под свет волосы, то ли серые от пыли, то ли седые.
   -Хельдин? - Окликнул меня хриплый, но до жути знакомый голо. И это было как пинок в живот.
   Меня пошатнуло. Лицо, голос, я сразу же его узнала, но в первые секунды просто не поверила своим глазам. Высушенная голодом кожа, белая как мел, ввалившиеся скулы, острые когти на исхудалых пальцах. Знакомые глаза, вдруг оказавшиеся черными, и чернота была растянута так, что почти не было видно белков.
   Я тут же опустила меч, едва не выронив из ослабевшей руки.
   -Маркус? - откликнулась я. - Маркус, ты?
   Раздалось шипение, я вздрогнула и только потом поняла, что это он зашипел. Как змея.
   -Нет! Уже нет! - учитель сжал руки в кулаки. Снова пошатнулся, ухватился за дверной косяк.
   Я впилась в него взглядом, выдавив лишь: - Как? Как это случилось?
   Он отступил на шаг назад, в полутень, и качнул головой, словно отмахиваясь от чего-то.
   -Я приехал сюда... Не помню. Неделю, две назад? Три? Не знаю. Местные жители жаловались на то, что пропадают люди, вот я и сунулся. Нужно было подготовиться лучше. Почти закончил, но там, в зале, провалился сквозь пол в подвал. Пока выбирался, остальные напали. Трое их там осталось, вроде бы... Потом ничего не помню.
   Он оглянулся, словно выискивая взглядом этих оставшихся. Вдохнул, раскашлялся, отступил еще дальше.
   -Я не знаю, куда они все делись. Кажется, сюда приходил кто-то еще, он добил их, но меня почему-то не тронул. Может, не нашел. Помню, что я приходил в себя и принимал противоядие, но оно не подействовало. - Он невесело усмехнулся и отвернулся, оставшись стоять вполоборота. - Мне предрекли, что так и будет, но я не верил. Когда очнулся, в первую очередь потянулся к мечу, а он засветился. От моего присутствия, Хельдин, от моего! А я еще ходил по этажам, думал, здесь осталась какая-то нечисть. - Маркус опускает голову, качает ею. - Потом только дошло... Я никуда не выходил, думал, меня прикончит голод, но вурдалаки очень живучие.
   Он снова усмехается, обнажая белые иглы клыков. Меня чуть не передергивает. Лицо - заострившиеся черты, голодный взгляд, острые зубы. Так измениться...Я не понимаю даже, что чувствую, меня будто вышвырнули в снег из тепла.
   -Потом я послал вызов. Не знал, подействует или нет, но как вижу, все получилось.
  Он резко оборачивается ко мне и решительно делает несколько шагов вперед.
   -Ты должна помочь мне.
   До меня тоже не сразу доходит. Кровь отступает от лица.
   -Я не...
   Он снова шипит на меня.
   -Чего 'не'? Это долг каждого охотника, а ты струсила!? Ты мой последний шанс! Долго я тут не выдержу, даже если привяжу себя, сорвусь и вырвусь. Ты не представляешь как хочется есть...
   У него засветились глаза.
   Я поднимаю руку ладонью вперед.
   -Подожди, Маркус...
   -Чего 'жди'!? - разъяренный учитель надвигается на меня. - Ты знала, что такое может произойти! Ты мне клятву давала, клялась, что сделаешь все как надо, атеперь увиливаешь!? - он зарычал. - Не заставляй вынуждать тебя!
   -Но... - я беспомощно отступаю назад, отказываясь верить своим глазам. Я его просто не узнаю. Да он ли это!? Всегда само спокойствие, сейчас так и кипит...
   Правую ногу пронзает боль, когда я делаю шаг. Он замирает, словно налетев на стену. Глаза ловят отражение лунного света и застывают, уставившись на меня светящимися зрачками.
   -Да ты еще и в крови... - Цедит он сквозь зубы. И без предупреждения бросился на меня, оскалив зубы. Тело отреагировало словно само по себе, без моей воли. Я понимала, что это все еще мой учитель, и я НИКОГДА не смогла бы добровольно ранить его. Но тело знает, что имеет дело с вурдалаком. Я отскочила в сторону, полоснув мечом, и он с коротким возгласом согнулся, зажимая руку выше локтя.
   Я застыла с оружием наготове, наконец сбросив с себя ступор, вызванный потрясением. Я по-прежнему не хотела верить, что это происходит на самом деле, понимала, что не могу его убить. Но и загрызть себя не дам.
   Он сделал вторую попытку, взлетев на стол, и прыгнув на меня оттуда. Я снова действовала на рефлексах, и пригнувшись, снова ударила мечом. Задела по касательной, но он, упав на пол, начал вставать не сразу, шипя от боли. Мне удалось, подбежав, прижать его к полу.
   Заклинание было бы лучшим выходом. Оно убивает моментально. Для него только и нужно, что обездвижить объект... Но он сам учил меня, как освобождаться от таких захватов.
   Так что сейчас Маркус извернулся и легко сбросил меня. Тут же кинулся следом, с поле. Я перекатилась по полу и ударом швырнула его дальше, через себя. Он понял, что так просто меня не достать, и метнувшись в сторону, растворился в окружающей темноте.
   Я успела подняться на ноги, и понять, что опасность несется на меня сзади. Он действовал почти не думая, не как мастер рукопашного боя, а как обычная голодная нечисть. И налетел животом на лезвие.
   Я тут же оттолкнула его, вытаскивая меч, и разрывая слишком близкий контакт. Все еще живой, учитель упал на пол, попытался подняться - и не смог.
   -Давай! - зарычал он на меня. - Или я сам тебя убью!
   Мне сдавило горло, трясутся руки, но я заношу перед собой лезвие меча и резко бью вниз, прямо в сердце.
   ...Я хоронила его без слез. В вечерней тишине вынесла наружу, где по всем правилам развела похоронный костер охотников.
   Нечисть не положено хоронить, как нас. Нечисть не может быть погребена на ритуальном костре так же, как животных не положено хоронить на кладбище по человеческим обычаям. Но какое дело высшим силам, до того, в каком именно огне сгорит мой второй отец? Для них нет разницы. Для меня она огромна.
  Я плохо помню, как это было. Но у костра я все-таки не выдержала; упала на колени и закрыла лицо руками.
   Кричала я или нет?
   Когда именно я кричала?
   Не знаю.
  
  
   ***
   Огонь, поглотивший тело ястреба, тихонько догорел. Истаяли струи сизого дыма. Я развернулась и пошла в сторону поселения.
   Двигалась я как поднятый из могилы труп: с пустой от мыслей головой, едва передвигая непослушные ноги и имея только одну, пусть и смутную цель. Тихо шуршала под подошвами сминаемая трава. Шаг, другой. Шаг... другой...
   Ногу словно стиснули невидимые зубы, впиваясь под кожу. Я не сразу осознала, что это не воспоминание, что в тот раз рана была ниже и больше. Мне вообще 'везет' на травмы правой ноги отчего-то...
   Ястреб говорил мне о том, чтобы я обработала змеиный укус. Я вроде бы перевязала его, вроде бы смочила обеззараживающим. Этого было мало, но на первое время должно было хватить.
   Не хватило.
   Опять, опять не послушала, самоуверенная дура, когда же я научусь думать, когда начну слушать, когда мне говорят!?..
   Я пошатнулась, припала к земле, зажимая ногу, пытаясь заклинанием остановить заражение.
   Темнота.
  
   ***
   Слишком тяжело, слишком больно, снова не могу пошевелиться. Меня до сих пор что-то давит, вжимая в постель. Словно в темной воде тянет вниз, не пуская к поверхности. Делать вдох невероятно трудно, словно сверху к лицу еще и прижали подушку. Не могу дышать...
   Воздух вырывался из легких с пугающим меня саму хрипением. Но ощущения тяжести скоро прошло, и я смогла успокоиться.
   Мне снилось, что надо мной кто-то склонился и молчит. Низко наклонился, совсем низко, так что я чувствую дыхание. Он смотрит испытующе, словно чего-то ждет. Какой-то реакции, слова, хотя бы движения.
   И это важно.
   Я пытаюсь пошевелиться, открыть глаза - не выходит.
   -Я помню тебя, Маркус - Бормочу я. - Я все вспомнила...
   Мне кажется, что тело лежит в узкой лодке, которая сплавляется по спокойной реке. Не покидает ощущение плавного покачивания. Так тихо...
   Не хочу больше просыпаться. Там плохо, там больно, там мне не найти покоя. А здесь я смогу отдохнуть. Здесь меня никто не достанет...
   Но даже здесь мне не дали покоя мысли.
   Некромант. Он не умер. Он жив и вполне оправился, набрался сил, раз послал вслед за мной свое проклятие. Не могу я отлеживаться, пока он на свободе.
   Пора проснуться.
   Открыть глаза я смогла не сразу. А когда открыла - не сразу начала видеть. Постепенно из серого марева проступил деревянный старый потолок, узкое высокое окно, в которое льется серый свет. Раннее утро? Поздний вечер? Скорее второе.
   Сбоку раздавалось ритмичное звяканье, которому я не сразу придала значение. Потом со второй попытки повернула голову на бок, и в поле моего зрения попала стена, окно целиком, старенький стол и неказистый стульчик, на котором сидел незнакомый человек, пристально глядящий на меня. Звяканье раздавалось от ложечки, которой он задумчиво перемешивал что-то горячее в кружке. Затем он первым нарушил тишину.
   -Как вы себя чувствуете?Понимаете, что я говорю?
   Я попыталась выдавить из себя какой-то звук, но не смогла издать даже сипения. Горло онемело и не слушалось.
   -Если да, то моргните два раза - догадался он.
   Я прикрыла глаза и едва не уплыла обратно в темноту. Поднять веки удалось с большим трудом, и я решила так не рисковать. Руки слушались лучше, и я, подняв ладонь над одеялом, сложила пальцы в распространенный знак согласия - выпрямленный указательный палец, и полусогнутый средний. К счастью, он тоже разбирался в этих жестах.
   -Хорошо. - Незнакомец продолжал помешивать в кружке, и ритмичный звон начал отдаваться эхом в висках и затылке. - Попрошу не беспокоиться. Я ваш лекарь. Вас нашли на окраине без сознания, и перенесли сюда. Я обнаружил укус змеи и вовремя приготовил противоядие. Но отравление оказалось не простым, а магическим, и лечение затянулось. Вы лежали без сознания - он прикинул время, метнув взгляд на улицу - неполные сутки.
   Я вздохнула. Мне бы и самой задать ему пару вопросов, хотя бы о том, где я нахожусь, но голос по-прежнему не вернулся. Мелькнула мысль о том, что ястреб слышит мои мысли и мог бы послужить переводчиком, но эта мысль пропала так же быстро, как и появилась. Ястреба нет. Теперь я должна рассчитывать только на себя.
   Лекарь, наконец, закончил стучать ложкой, и отставив снадобье на стол, подсел ко мне на край кровати, закатывая рукава.
   -Мне нужно кое-что проверить. - Пояснил он, и взяв мою голову в ладони, осторожно повернул лицо набок, потом осмотрел горло, и попросив не закрывать глаза, прикрыл их ладонью, чтобы проверить реакцию зрачков на смену света и темноты.
   Еще более бегло осмотрел мою ногу, откинув одеяло. Штанина была закатана до колена. Полного осмотра, значит, он мне не устраивал, раз я одета. Значит, ему не нужно было искать поврежденное место, а хватило провести ладонью над телом. А из этого следует...
   Я моргнула, и когда открыла глаза, слегка прищурилась. Вокруг фигуры лекаря проявилось мягкое, еле заметное свечение. Наиболее плотным оно было вокруг ладоней, а кончики пальцев вообще сияли, как огоньки свечей.
   И еще до меня дошло, что это не человек вовсе, а темный эльф. Причем, что примечательно, на обоих запястьях у него светились невидимые обычному глазу 'браслеты' в виде переплетающихся линий и символов. Эльфы всем опознавательным знакам предпочитают именно те, что наносятся на запястья. Супруги у них, к примеру, носят обручальный браслеты, а не кольца. Эта метка таковой не была, я ни разу ее не видела, но слышала о таких.
   Итак, осматривающий меня эльф оказался одновременно Целителем и изгнанником.
   -Затягивается, но очень медленно - тем временем, заключил он. - Я бы советовал отлежаться еще один день как минимум, но думаю, вы меня не послушаете. Так что я заранее приготовил впрок нужное снадобье. - Эльф кивнул на стол. - И отвар, который поддержит силы.
   Протянув мне кружку, Целитель проследил за тем, чтобы я выпила все до капли. Отвар оказался недурным, отдающим ароматом чайной розы, и сладким, явно подслащенным медом. Сразу ощущается рука мастера. У меня бы получилась отвратная на вкус и цвет бурда, хоть и с похожими свойствами.
   Я разомкнула губы и еле слышно поинтересовалась:
   -Целитель?
   Вопрос был, в принципе, риторическим. Он посмотрел на меня и сделал свой вывод.
   -Охотник-маг.
   -Вот и представились - согласилась я. - Что сейчас со мной?
   Эльф сел на стул, свесив между коленей сцепленные кисти рук, и подумав, начал говорить:
   -Яд успел проникнуть в кровь и заразить внутренние органы. При промедлении мог наступить полный паралич, в том числе и дыхания. Я очистил рану, остановил действие яда и устранил нанесенные им повреждения, но очистить полностью всю кровь не могу. Малые остатки можно вывести только лекарством и постепенно. - Он поджал губы. - Я смог только подлечить остальное. И убрал шрам отсюда. - Он постучал себя пальцем по шее, совсем как Браш.
   -И что мне делать, чтобы встать на ноги?
   -Те малые остатки яда, что есть, можно вывести только лекарством, и только постепенно.
   -Что за лекарство? - просипела я. Он задумчиво поскреб бровь мизинцем, словно хотел покрутить пальцем у виска. Усмехнулся.
   -Вы бы поинтересовались лучше, что за яд. Или и так знаете?
   Я понятия не имела, что могло быть на зубах у змеи после того, как ее 'обработал' маг. И пожала плечами. Это движение даже получилось вполне сносно.
   Эльф вздохнул.
   -Я почти уверен, что вас укусил скальный полоз, странно только, где здесь на него можно было наткнуться. Но учитывая ваш род занятий... ничему удивляться не буду.
  Я подтянула руки к себе, уперлась ими в кровать и попыталась встать. Он дернулся, встал со стула и шагнул ко мне.
   -Давайте вы подождете хотя бы, пока я приготовлю противоядие. И общее укрепляющее не повредит. Схожу только за кое-чем к местному знахарю, он живет совсем рядом. Это дело часа, хотя бы час сможете побыть на одном месте?
   Я подняла глаза.
   -Давайте вы отведете меня в место, где я оставила свои вещи. У меня там есть укрепляющее, уже готовое. И еще компоненты; вам их разыскивать не понадобится. А к знахарю сходим вместе.
   Я оглянулась на свою куртку, сложенную на столе.
   -У меня и деньги с собой...
   -Вот бы еще здравый смысл к ним прилагался... - В тон мне откликнулся лекарь, но тихо, почти себе под нос.
   Он отошел к столу, оставив меня сидеть. Я удерживалась в шатком положении, думая, как бы ухватиться за стеночку.
   -Сейчас соберу все нужное, и пойдем, так уж и быть. Мне бы и самому нежелательно тут оставаться.
   Я хотела спросить, почему нежелательно, но в это же время попыталась спустить ноги с кровати и только стиснула зубы, когда правую ногу от самого колена стянуло судорогой. Когда он обернулся, я сидела со страдальческим лицом, стараясь перетерпеть приступ: растирать ногу, да и вообще трогать ее, не хотелось.
   Судя по лицу эльфа он хотел сказать что-то, но промолчал. Правильно. Со мной нечего спорить, особенно когда я не в духе.
   Собранную сумку он повесил на плечо и наскоро осмотрел комнату, проверяя, не забыл ли ничего. На другое плечо повесил меня. Я покачнулась на слабых ногах, вцепилась левой рукой в куртку на его плече, и не упала.
   -Если что, оттащу вас в ближайшую подворотню и там брошу. - Назидательно пригрозил Целитель, и аккуратно повел меня к двери. Пол ходил ходуном под ногами, как палуба корабля во время шторма, а стены то казались далекими и размытыми, то неожиданно 'подскакивали' вплотную. Скрип открываемой двери показался тихим-тихим и далеким, но я тряхнула головой, и уши перестало закладывать.
   Все нормально. Сейчас пройдет. Разгоню кровь, и хоть танцевать.
   Я подняла голову и неуверенно осмотрелась, пока эльф закрывал дверь ключом. Пустой коридор показался длинным, и бескрайним, как поле. Кстати, о поле.
   -А как меня вообще нашли? И кто.
   -Я и нашел. - Отозвался он и осторожно потащил меня вдоль стены. В принципе, я оказалась права: стоило сделать несколько шагов, и ноги стали слушаться гораздо лучше.
   -И какие дела могли быть в такой ранний час в поле?
   -Да какие бы ни были. Все поле это сплошная дорога, не так ли? Вот я и шел, искал приключений, и нашел себе пациента. Мне вообще везет натыкаться на больных, на свою голову.
   Я крепко задумалась, что именно он имел в виду: то ли то, что у его больных явные проблемы с головой, то ли то, что от этих незапланированных больных у него куча проблем. Пока я думала, за спиной как-то незаметно осталась лестница, и мы оказались внизу. Я ухитрилась улыбнуться на понимающий взгляд трактирщика за стойкой, хотя увидев, как эльф тащит из своей комнаты девку, едва стоящую на ногах, мужик вряд ли правильно догадался, что этот эльф с ней делал.
   На улице, оказывается, уже вставало солнце, и назойливо лезла в глаза. Я, шипя от боли в ноге, показывала дорогу к моей таверне, как вдруг сзади раздался торопливый топот и пыхтение, быстро приближаясь к нам.
   -Стой! Стой, именем закона!
   Я с усилием повернула голову, но стражи любезно обогнули нас сами, показавшись в поле зрения. И тут же окружили в полукольцо из четырех человек, переводя дыхание.
   -Приказываю остановиться, иначе мы вынуждены принять меры! - Пригрозил стражник в шлеме, и первым наставил меч в нашу сторону. Я окинула взглядом плохо заточенные лезвия и разозлилась.
   -Господа, объяснитесь немедленно. - Собрав всю волю в кулак, я твердо встала на ногах и проговорила эти слова максимально ледяным голосом.
   -А ты вообще заткнись и отлепись от него, пока не замели за соучастие! - Мужчина в шлеме махнул мечом в сторону, обозначая направление, в котором я должна была отлепиться.
   Я вздохнула. Не нервничать, они просто выполняют свой долг... Подняла свободную руку и вытащила знак из-за пазухи, оставив висеть на витой цепочке поверх рубашки.
   -Еще раз. Объяснитесь.
   Крайние два занервничали, один сглотнул, и перемявшись с ноги на ногу, оглянулся на главного. Тот пока опустил меч, но команды другим не дал.
   -Как угодно. Мы преследуем типа, который сейчас стоит рядом с вами. От надежных информаторов поступила наводка о том, что он вор.
   Рука, поддерживающая меня, явно напряглась. Если бы эльф сейчас бросил меня и кинулся бежать, я первая метнула бы в него что-нибудь острое. Но он продолжал стоять, и даже вскинул голову на последних словах стража.
   -То есть прямых доказательств у вас нет? Просто чья-то кляуза? - Вопросил он с легкой иронией. Страж в шлеме сощурил глаза.
   -А у тебя нечем будет ее оспорить.
   Меня повело, ноги слегка подкосились, и эльф перехватил меня поудобнее. Я сочла нужным снова вмешаться.
   -В данный момент здесь нет никакого вора. Меня сопровождает мой лекарь, и этот индивид оказывает помощь ордену. Мое слово против вашего информатора.
   Тут и главный страж смутился, оглянулся в поисках собственного начальства, которое могло бы дать подсказку. Такового не нашлось, и ему пришлось соображать самому.
   -Ну так... Так, если вы говорите, то может быть...
   -Может быть? - Переспросила я, поднимая брови, и понижая тон. Страж стушевался окончательно.
   -Похоже, ошибка вышла. - Оглянулся на своих людей. - Пошли, ребята, он должен быть в этом районе!
   Я проводила их взглядом, повернув голову и едва не упав снова. Целитель покачнулся вместе со мной, но упасть опять не дал. Я восстановила равновесие и поинтересовалась:
   -А ты и вправду вор?
   -А это сильно важно? - В тон мне откликнулся он.
   -Нет. - Качнула я головой. - Тащи меня к трактиру. На том перекрестке направо. По-моему...
   Пока шли, я прикрыла глаза и пыталась лишний раз не шевелиться. Еще хорошо бы не опираться на правую ногу, которую то и дело снова стягивало судорогой, но удавалось это плохо. Да что ж за яд у этой змеюки, что даже после помощи профессионального Целителя я до сих пор не соберу себя по частям!?
   Память дрогнула и выдала: от яда скального полоза нет действенного противоядия.
   Вот те раз... Так это мне еще повезло?
   У таверны я более-менее пришла в себя, и вполне уверенно шла, почти не опираясь на спутника. Когда перед нами возникли ступени, я на пробу отпустила его плечо и покосилась в его сторону.
   -А все-таки? Правда или нет?
   -Кажется, меня перепутали с фокусником. - Вздохнул эльф.
   Я встала на ноги и покачнулась на пробу. Кажется, уже смогу идти сама. Развернулась к нему и окинула взглядом с головы до ног. Обычный путник, дорожная одежда, ношеная обувь, усталый вид. Только кончики острых ушей сквозь волосы торчат. Редко вижу темных эльфов поодиночке, да не в помпезном виде.
   -Любопытно же.
   Он пожал плечами. И незаметным движением, словно просто разглаживал складку на ткани, извлек откуда-то один из моих кожаных браслетов.
   Я аж пошатнулась, уставившись на него с детским изумлением.
   Целитель пожал губами и усмехнулся.
   -Сеанс окончен. Пора на лечебные процедуры.
   До лестницы он проводил меня, просто следуя сзади, пока я на ходу прилаживала обратно на руку браслет и ругалась про себя, думая, как могла этого не заметить. Да ладно, если бы он отошел подальше с моим амулетом, то я бы точно почувствовала!
   Лестница далась с трудом, словно каждая ступень была высотой мне до колена. Целитель придержал меня под локоть, ненавязчиво держась на расстоянии, словно просто сопровождал меня, а не тащил шатающееся тело.
   - Пить нужно будет дважды в день, как удобно. Все нужное за полчаса приготовлю. Должно хватить. А мне, как я уже говорил, задерживаться здесь нежелательно. В этом уже можно было убедиться. Мало ли еще за кого примут. - Он иронично хмыкнул. - Лицо-то у меня неприметное. Легко спутать.
   Я только со смешком прислонилась спиной к стене, свесив с постели ноги. Казалось, вчера я безмятежно расположилась здесь на сон, у меня все в порядке было со здоровьем, и со мной был ястреб.
   Сейчас будто вечность прошла, и комната была совсем чужой и незнакомой.
   Я вздохнула. Так всегда. Нужно привыкать к тому, что все проходит. Главное, что я сама здесь, жива и почти невредима... Лекарь что-то намешивал, готовил, не торопясь меня окликать, а я сидела, уставившись невидящим взглядом в окно, и формировала выводы.
   Арис, молодой талант, выбравший не ту дорогу... Жив. Все-таки жив. Потом разберусь, как ему это удалось, а сейчас нужно принять как факт. Придется быть очень, очень осторожной.
   И все-таки он сейчас должен быть очень слаб, почти при смерти. Лезвие из нитрана, попав глубоко в плоть, не могло не повредить нервные и энергетические узлы. В магическом плане Арис сейчас, по сравнению с прежним собой, как немощный старик против сытого, тренированного бойца. И при этом он тратился на поддержание своего проклятия, хотя наверняка на это ушли жизненные силы.
   Чего же ты боишься, некромант, что принимаешь такие меры? Что важное, настолько значимое задумал сделать? Чему именно я помешала в той пещере? Кому в жертву ты меня приносил?
   Это важно и очень труднодостижимо. Тебе придется собираться с силами, начинать все сначала. Но у тебя не будет на это времени, пока по твоему следу иду я. Как северяне преследуют раненного оленя днями, а то и неделями, так и я буду идти за тобой, не давая времени на отдых.
   Пусть теперь ты об этом знаешь. Пусть. Обойдусь без эффекта неожиданности. Зато ты будешь опасаться каждого взгляда, упершегося в спину, каждого шороха, что разбудит тебя. Ты будешь ждать удара, и это ожидание рано или поздно начнет изматывать тебя. Постоянное поддержание защитных заклинаний требует много сил. А силы твои хоть и велики, но не бесконечны.
   Я все равно тебя достану.
  
  
  P.S. За вдохновение спасибо финской группе Apocalyptica, которая задала настроение и общий тон всей книге. А так же Надежде Поповой и ее циклу 'Конгрегация', благодаря которому я поняла, как ведут себя хорошие инквизиторы.
  Хотелось бы добавить кое-что о музыке, описываемой в книге.
  Памятная песня, которая была при первой встрече на дне города:
  Apocalyptica - Quutamo.
  Вторая мелодия, которая была в караване, на чужом инструменте:
  Apocalyptica - Riсht Lights.
  То, что было в память о жертвах:
  Apocalyptica - Sacra.
  И общий "саундтрек" ко всей книге:
  Apocalyptica - Pray.
  Приятного прослушивания)))
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Л.Ситникова "Книга третья. 1: Соглядатай - Демиург" (Киберпанк) | | М.Эльденберт "Танцующая для дракона. Книга 3" (Любовное фэнтези) | | О.Герр "Защитник" (Любовное фэнтези) | | Д.Владимиров "Киллхантер 2: Цель - превосходство" (Постапокалипсис) | | К.Вэй "По дорогам Империи" (Боевая фантастика) | | Н.Самсонова "Запечатанное счастье" (Любовное фэнтези) | | М.Халкиди "Фиктивная помолвка. Маска" (Любовное фэнтези) | | Кин "Новый мир. Цель - Выжить!" (Боевое фэнтези) | | А.Емельянов "Мир обмана. Вспомнить все" (ЛитРПГ) | | Д.Деев "Я – другой 2" (ЛитРПГ) | |

Хиты на ProdaMan.ru Волчий лог. Сезон 1. Две судьбы. Делия РоссиБез чувств. Наталья ( Zzika)Слепой Страж (книга 3). Нидейла НэльтеОфисные записки. КьязаЯ хочу тебя трогать. Виолетта РоманВедьма и ее мужчины. Лариса ЧайкаТайны уездного города Крачск. Сезон 1. Нефелим (Антонова Лидия)Аромат страсти. Кароль Елена / Эль СаннаВ объятиях змея. Адика ОлефирТитул не помеха. Сезон 1. Olie-
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"