Прудков Владимир: другие произведения.

Бедный рыцарь

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Оценка: 9.56*7  Ваша оценка:



  Если коротко, я непутёвый человек. Если подробней: свистун, пустышка, ни к чему не приспособлен. Учился когда-то в мединституте - бросил, памяти недоставало все кости поштучно запомнить. Ведь их у человека двести шесть. Или двести двадцать шесть? Вот уже путаюсь. Учился также на переводчика, в классическом университете, и тоже бросил: достали теоретические науки о языке. Я только устно горазд, да и то в последнее время красноречие иссякло.
  А свистеть действительно могу, и ещё с детства научился птичек и всяких зверюшек передразнивать. Воробьиное чирикание, воронье карканье, баранье блеяние. За эту способность меня взяли в кукольный театр. Но и оттудова выгнали. Я всё перепутал. Каюсь, явился на представление поддатым. И в том эпизоде, где нужно было блеять по-овечьи, прорычал по-волчьи.
  Директор Нечипоренко сильно разгневался.
  - Уволить! Без выходного пособия! - кричал он, выкатив глаза. - И чтоб духу твоего больше не было!
  Это я к чему? Слышали, небось: в семье не без урода? Я и есть тот самый урод, про которого упоминает поговорка. А вот старший брат у меня... О, как небо от земли! С юных лет настойчив, серьёзен, закончил Промышленную Академию в Москве, да там и остался. Бизнесмен, богач, приобрёл имение в Соснах. Этим летом пригласил в гости. Не знаю, может, ему захотелось похвалиться своим дворцом, или же просто Роман Фёдорович соскучились по мне, непутёвому.
  - Ну что, брат? - начал он с вопросов. - У вас там в Сибири по-прежнему холодно? Июнь ещё не лето, а июль уже не лето?
  - Да так, брат, - ответил я, хотя в роли Хлестакова никогда не выступал и с Пушкиным не общался. - Так как-то все.
  - Ну приезжай, у камина погреешься. Жду!
  И вот чёрт меня дёрнул уточнить: одному приезжать?
  - Можешь жену с собой захватить, - последовал незамедлительный ответ.
  А у меня жены-то нет. Но марку держать надо. Я присмотрелся к соседке, чьё имя романтически отсылало к морю. Нигде не работает, живёт абы на что, ходит, как независимая ни от кого английская леди: в чём попало. Однако если помыть, постричь и приодеть, то за третий сорт сойдёт. Я подкараулил её во дворе и предложил увлекательную поездку. Марина захлопала в ладоши и выполнила предписанные мной процедуры. До того вошла в роль, что попросила: "Петя, а может, ты и в самом деле возьмёшь меня в жёны?"
  Роман встретил нас на Ярославском вокзале. Брат стал ещё крупнее, солиднее. Чмокнул в щёку "жену", меня обнял. Но вижу, на лице - ни капли радости. Да, всё у него хорошо, но вот беда: единственная дочь Диана с рождения слепа. Какое-то сложное нарушение зрительных органов.
  В машине, когда ехали в поместье, брат спросил:
  - Не забыл свои шутки-прибаутки?
  А, вон в чём дело! Меня пригласили, полагая, что я по-прежнему балагур и выдумщик. Рассчитывают, что могу развлечь Диану. Но смогу ли? Я давно уже не тот, как раньше.

  Моё знакомство с девочкой произошло на следующее же утро. Роман Фёдорович уехал по делам. Наши жёны, несмотря на разность общественного положения, быстро сошлись и занялись приготовлением котлет. Я вышел на террасу, сел в удобное кресло. Сначала на террасу заглянула служанка или, может, няня - симпатичная девушка, со светлыми вьющимися волосами.
  - Анжелика, - представилась она и сделала этот, как его, книксен, что ли. - С вами хочет познакомиться ваша племянница.
  - Так скорей веди её сюда!
  И Анжелика привела Диану. А девочка так вообще красавица. И волосы тоже кудрявились, но стопроцентно без перманента и были тёмные.
  - Вы мой дядя Пётр? - спросила она. Голос у неё мягкий, приятный, но и требовательный.
  - Собственной персоной, - раскланялся я.
  Из-за высоких сосен поднялось солнце. Я сощурился от назойливых лучей. И тотчас подумал: а ведь бедная девочка дневного светила не видит. И тем более, ночного. Диана будто угадала, о чём я думаю, и возразила:
  - Я вижу солнце. Моим глазам тепло и... светло, - последнее слово вымолвила с запинкой.
  Внешне абсолютно нормальные глаза. С чуть голубоватыми белками, с тёмными, расширенными зрачками. Впрочем, приглядевшись, можно заметить: они смотрят в никуда. Или в свой, никому неведомый мир. Я слышал, что людей, с детства лишённых зрения, природа щедро одаряет чем-нибудь взамен. Может быть. Подумал, если девочка чувствует солнце, то не всё потеряно.
  - Дядя Петя, расскажите, что ваши глаза видят.
  Ребёнок просит - я расстарался. Смотрел на дачный посёлок и рассказывал о пирамидальных соснах, о зелёных иголках на них...
  - Каких? - уточнила она.
  Я сбился и примолк. Зачем употреблять те понятия, которые девочка не сможет постигнуть? На моё счастье, на перильцах появился толстый котяра.
  - О! К нам в гости кот пожаловал. Сам чёрный, а лапки белые, - живо доложил я, надеясь, что такие понятия, как чёрный и белый, девчонке знакомы.
  - Это Соломон, - кивнула она. - Иногда мне поиграть с ним хочется, но он всегда убегает.
  Бедное дитя! Ясно, у этого непослушного зверя свои игры. Девчонке уже рассказали, что я из Сибири - загадочной для неё страны.
  - А у вас там какие зверушки водятся?
  Поставила меня в затруднение. Мои сведения о "братьях наших меньших" ограничены. Я такой же городской житель, как и девяносто процентов населения нашей страны. И мой город мало чем отличается от европейских, вопреки представлениям иностранцев медведи по улицам не бродят. Правда, в зоопарке разных зверей видел, но очень давно. Припомнил, как прошлым летом ездил в деревню к сводной сестре Варваре. Мы с братом мало с ней общались. Меня она ругает за пьянство, а с Романом пребывает чуть ли не во вражде. Она уверена, что богатство честным трудом нажить невозможно. Он пробовал наладить с ней отношения, заехал как-то, подарки привёз. Она не приняла. И на всё у неё готовый ответ. Такое набуравила: "Дочь слепая? Грехи родителей! Не ведаете, что творите. Раздайте нажитое и тогда - прозреете".
  Брат нехотя возражал ей, отрицая и передачу грехов по наследству, и экономические проекты, которые предлагала Варя. А мне, без неё, сказал: "Ну, и имя же ей наши родичи дали! Она вся в имени своём".
  Но при непримиримом, почти прокурорском отношении к большинству людей, сестра души не чаяла в животных. По двору бегали куры, преследуя непорочного петуха, крутился пёсик, пытаясь укусить собственный хвост, а в сарайке на первые-вторые голоса хрюкали поросята. Я припомнил об этом, рассказал Диане.
  - А ещё, - старался я, - под крыльцом у тёти Вари живёт бурундук.
  - Бурундук? - Девчонка оживилась. - Какой он?
  - Преуморительный. Ручки на груди сложит и свистит. - И тут уж я расстарался, засвистел бурундуком. Сфальшивил, правда. В точности не смог воспроизвести. Но Диане откуда знать, как свистят бурундуки.

  Приехал брат. Посмотрел на оживлённую дочь и меня поблагодарил. Вечером сидели за столом и беседовали. Роман Фёдорович постоянно морщился. Я спросил, что с ним.
  - Зуб ноет. С утра не даёт покоя.
  Я вызвался вылечить. Ведь первоначально, поступив в мед, надеялся стать психиатром и вправлять людям мозги, а не вывихи суставов. Моим кумиром тогда стал Карл Юнг. Я только-только принялся его изучать, но авторитетный доцент Дрозд с кафедры морфологии, когда я обратился к нему в коридоре, посоветовал: "Не надо Карла. Лучше посещай мои лекции, и ты усечёшь, как работают прямые и обратные пространства, обнаружишь ядра гомоморфизмов, которые и во мне и в тебе вращают одно и то же через невырожденную критическую точку. А у Карла - всё это на уровне для чайников". Он еще долго и красноречиво толковал, азартно жестикулируя. Правда, я ничего не понял, но и к Юнгу охладел.
  - Сиди спокойно, - подступив к Роману, начал ладошками водить вокруг его головы, приговаривая чьи-то умные рассуждения, которые слышал в пивбаре. - Знай, брат, боль есть представление о боли. Представь себе, что зубы у тебя не болят, и твоя боль исчезнет.
  Он потерпел ещё с полминуты, да как рявкнет:
  - Да ну тебя на хрен! Ни боль, ни представление о ней не исчезли. Лучше я тяпну полстакана коньяка.
  Разумеется, я его поддержал. Тоже выпил, хотя зубы у меня не болели. Закусили, как водится в лучших домах, лимоном.
  - Давай, Петька, - позволил Роман Фёдорович. - Продолжай мудрствовать.
  - Зря отмахиваешься, - сказал я, напрягшись в попытке извлечь из мозгового хранилища подходящие сведения. - Вот, скажи, брат, чем ты ощущаешь боль?
  - Зубом.
  - Нет. Мозжечком. От зуба в мозг идут электрические сигналы, и он создаёт болевые синдромы. А если эти сигналы каким-то образом блокировать, то боль прекратится. Больше того! Если их подменить другими, то вместо боли ты будешь испытывать кайф и требовать ещё.
  - Ну, нагородил, - брат на секунду застыл, прислушиваясь к себе, и удивлённо продолжил: - А ведь и в самом деле я уже испытываю кайф. Это что? Твои пассы или коньяк подействовал?

  Нашу мирную беседу прервали встревоженные голоса из детской. Мы пошли выяснить, в чём дело. В комнате собрались все женщины.
  - Дианочка, где ж мы найдём тебе орешек? - уговаривали они расстроенную девочку.
  - Каких орешек? - сходу вломился в разговор Роман.
  - Лесных орешек ей надо, - пояснила его жена. - Хочет бурундука покормить.
  - Какого ещё бурундука?
  - С улицы забежал.
  - Да где он? Не вижу никакого бурундука, - промолвил, озираясь, брат.
  - Под шкаф спрятался, - разъяснила Диана. - Вы уйдёте, он вылезет. Он меня не боится. Пусть в моей комнате поживёт.
  - Вот ещё, - зашумел Роман Фёдорович. - А вдруг заразный?
  Я отозвал брата:
  - Да согласись ты!
  - А что?
  - Подозреваю, нет никакого бурундука. Диана придумала.
  - Вон даже как! - присвистнул Роман Фёдорович. - Уж не с твоей ли подачи, братан?

  Так у девчонки поселился бурундук. И вот я спрашиваю: что такое окружающая нас действительность? Объективная реальность, данная нам в ощущениях? Или что-то иное? Одно только несомненно: все ощущения обрабатываются органами наших чувств. И тот зверёк, за которым я наблюдал в деревне у Варвары, в конечном счёте заносился в мой мозг, как набор биоэлектрических сигналов. Кстати, о гипнозе. И тем более о коллективном гипнозе: людям внушают представление о том, чего на самом деле нет. Уж не обладают ли гипнотизёры способностью генерировать и отсылать народу подобные биоэлектрические сигналы?
  Вот такие измышления высказал брату.
  - А, так бурундук существует только в воображении Дианки? Ну, пусть! - небрежно отмахнулся он, озабоченный своими делами.
  Никто из взрослых зверька так и не увидел и не услышал. Но если у девочки и были какие-то гипнотические способности, то, в первую очередь, она загипнотизировала Соломона. Кот стоял у шкафа, выгнув спину и злобно шипел. Не понравился ему новый обитатель.

  Вот скажите, чем алкоголик отличается от любителя выпить?.. Я так понимаю, первому не нужны никакие компании; он может употреблять любые, самые крепкие напитки в одиночку. Наверно, я стал алкоголиком. Когда Роман уехал по делам, я, оправдывая себя тем, что мне ж не запрещали, вытащил из бара бутылку виски и отправился на террасу. Кое-как откупорил, плеснул полстакана и нетерпеливо приложился. Как водится, захорошело. Я даже припомнил стихи Шиллера:
  - Радость льётся из бокалов цветом красного вина, пейте радость, э-э, каннибалы, каннибалы... - чёрт побери, подзабыл. Что там дальше? Пейте, кажется, до дна? А ведь когда-то, на вечеринке в универе, читал на языке поэта, не запинаясь. И, может, с того времени последовал призыву немецкого романтика.
  Меня позвали женщины, я проторчал с полчаса в их владениях, а когда вернулся на террасу, с оторопью заметил мой стакан у губ Дианы. На террасу девчонка выходила самостоятельно.
  - Дядя Петя, и как вы это пьёте? - Она сморщилась. - Что тут у вас?
  - Виски без соды, - нашёлся я. В ненаших фильмах я слышал: "Бармен! Виски с содовой!" А нам, сермяжным, и так сойдёт, без ингредиентов.
  - Фу, какая бяка! - возмутилась она и отставила стакан.
  Я снова приложился и как бы согласился с ней.
  - Действительно, фубяка, - сказал с изумлением. - А я, Дианочка, сразу не распознал.
  Конечно, я играл. Отставил стакан, завинтил пробку, не при ребёнке же алкать. Накануне Дианкина мама рано легла спать, у неё разболелась голова, и укладывала девчонку моя "жена". О чём и напомнила мне Диана:
  - Ваша тётя Мариша мне песенку спела.
  - И какую же? - тотчас поинтересовался я.
  - "У кого собака есть, у кого-то кошка, а у нас живёт в семье маленький дракошка", - продекламировала она.
  - У тебя хорошая память, - похвалил, удивившись тому, что Марина способна петь. Раньше она ни в сольном, ни в хоровом пении не выступала. Впрочем, я общаюсь-то с ней без году неделя.
  Дианка обрадовалась похвале и старательно продолжила:

Пусть не слушается он
Даже папу с мамой,
Всё равно у нас дракон
Лучший самый-самый.

  - Браво! - Я захлопал в ладоши. - А дальше?
  Сам ведь в некотором роде артист и знаю, что такое аплодисменты для исполнителя. Этой песенки раньше не слыхал, а может и слыхал да напрочь забыл, и поэтому с непритворным вниманием постигал, как сей замечательный дракоша всё подряд поедал и мечтал стать взрослым. Закончив декламировать, девчонка спросила, видел ли я живых драконов.
  - Не дай бог, - отмахнулся. - На самом деле они не очень хорошие, Диана.
  Она стала расспрашивать, какие они. В кукольном театре у нас лежал на полке в костюмерной ватно-дерматиновый дракон, я его озвучивал в какой-то пьеске.
  - Они как летающие змеи, а может, как летучие мыши, только очень большие. - Спохватился, что девочка не имеет представления об этих тварях и, как мог, живо описал. - У них крылья с перепонками, передние лапы с вострыми когтями. На голове козлиные рога, глаза горят, на спине - акулий хребет.
  - А хвост есть?
  - О! Хвост огромный, машет со страшной силой. Не попадись! Но самое главное и самое страшное, Диана, драконы способны плеваться пламенем, - тут я зашипел, как приведённый в действие огнетушитель.
  - А где они живут?
  - Они уже не живут. Существовали когда-то, но давно вымерли.
  - Дядя Петя, а может, какой-нибудь дракоша всё-таки выжил? И обитает себе где-нибудь от нас неподалёку, в тайной пещере.
  Нашу увлекательную беседу прервала прелестная Анжелика. Она вошла на террасу с пакетом в руках и сказала, что купила на рынке орешки для бурундука. Девчонка обрадовалась и спросила, как они называются. Няня припомнила, что продавец в тюбетейке её уговаривал: "Бери-бери! Мой фундук - самый лучший фундук".
  - Дядя Петя, а бурундук кушает фундук? - сразу поинтересовалась девочка.
  - За милую душу! - нимало не колеблясь, подтвердил я.
  - Пойду его покормлю. - Диана с няней ушли.
  А мне только на руку. Не успели они удалиться, как я тотчас ухватил бутылку с вискарем. Организм требовал продолжения банкета. Налил с полстакана и приложился. Не пошло! Прямо горловые спазмы начались. "Фу, какая бяка", - точно так же, как девчонка, заценил я. Тогда ведь подумал, что это у меня временный заскок. Какой там!.. Верьте или не верьте, но с того дня началась моя трезвая жизнь. Конечно, я и раньше подумывал, как "завязать", но... не получалось. А на этот раз всё вышло, как будто в ЛТП побывал.

  Вечером случилась гроза. Природа была напичкана электричеством. Мы сидели в гостиной. Стало прохладно, затопили камин. Диана устроилась на кресле, взобравшись с ногами. Гроза очень сильно подействовала на неё. Незрячие глаза смотрели в окно, за которым оглушительно трещал гром, причудливыми зигзагами сверкали молнии.
  Затем всё стихло. Наступившая тишина дышала непредсказуемым. За окном вдруг мелькнула тень, а следом мы увидели громадную птицу... нет, не птицу, а нечто подобное тому чудищу, о котором я болтал на террасе. Окно большое, и мы всё видели, будто на экране широкоформатного телевизора. Птица-дракон поднялась ввысь, и оттуда спикировала, ударившись об окно. Толстое пуленепробиваемое стекло пошло трещинами. Наши жёны в ужасе схватились за головы.
  - Мужчины, ну сделайте что-нибудь! - закричали они.
  Мы были на волосок от гибели. Дракон отлетел, но не так далеко; он сел на крыше летней беседки и злобно шипел. Сейчас наберётся сил, разгонится посильней и долбанёт!.. Роман бросился к телефону, позвонил в полицию и попросил о помощи, в двух словах сообщив о ситуации. Но сонный голос дежурного ответил, что с драконами в их управлении не сражаются и на вызова с такими заявками они не выезжают.
  И тут ко мне в голову влетела спасительная мысль. Ведь дракон... дас ист фантастиш! Моя же фантазия, воплощённая в реал сознанием Дианы. Я чувствовал себя ужасно виноватым уже тем, что разрушил представление девочки о маленьком добром дракоше и навязал ей представление о громадном и злобном. Кинулся к Диане и присел рядом на корточки. Она с недоумением крутила головой, прислушиваясь к отчаянным крикам мамы, тёти и няни, к бесполезным воззваниям отца по телефону.
  - Диана, - попросил я. - Перестань воображать о драконе, иначе мы погибнем.
  - Хорошо, дядя Петя, - ответила она, поджала губы и прижала ладони к вискам. - Нет... не могу! Не получается!
  Я понял, что от дракона ей так же трудно избавиться, как ростовщику Джафару от белой обезьяны. Но выход из ситуации должен быть, я обязан его найти!
  - Дианочка, я тебе не всё рассказал; драконы не всесильны. Дракона может победить рыцарь...
  - Рыцарь? - переспросила Диана. - Какой рыцарь?
  - Благородный, бесстрашный. В железных доспехах.
  - А дракон его не поцарапает? - включая воображение, спросила она.
  - Нет, его лицо закрыто забралом... железной маской, - живо фантазировал я. - А в руках он держит двуручный меч.
  - Двуручный?
  - Ну да, это такой огромный меч, который можно удержать только двумя руками.
  Дианкина няня, оказавшаяся самой смелой из всех нас, подкралась к окну и ахнула, всплеснув руками. И мы тоже подбежали и увидели, что внизу, перед домом, отважный рыцарь в железных доспехах бьётся с чудовищем-драконом. В руках рыцарь держал огромный меч. Еще пуще озлобленный дракон плюнул пламенем, и опалённый рыцарь в бессилии присел на колено.
  - Ах! Бедный рыцарь! - воскликнула Анжелика.
  - Ах! - вторили наши жёны.
  Я оглянулся на Диану. Она, сильно утомлённая, засыпала. К сожалению, образы, созданные её воображением, продолжали существовать самостоятельно.
  - Диана, не спи! - закричал я. - Дракон побеждает. Помоги рыцарю!
  Девочка подхватилась, сжала кулачки так, что побелели косточки. И рыцарь встал с колен, выпрямился, поднял над головой меч и, размахнувшись, отрубил дракону голову. Затем, повернувшись к нашим окнам, снял с головы шлем, белозубо улыбнулся и отсалютовал дамам.
  Диана без сил откинулась на спинку кресла. Я посмотрел на наших женщин. На лицах Ирины и Марины - полное недоумение. А у Анжелики, молодой, незамужней девушки, глаза мокро блестели. Она, отвечая на галантный жест "бедного рыцаря", присела в этом, как его, книксене и зарделась.
  Небеса опять рассердились, загрохотал гром, за окном потемнело. Фантомные фигуры рыцаря и поверженного им чудовища поблекли и исчезли.
  - Что это было? - с недоумением спросил брат.
  - Широкоформатное кино, - с облегчением ответил я. - Коламбиа Пикчерз представляет.
  При моём скудном саквояже знаний не мог объяснить иначе.

  Мы с Маришей вернулись в свой город. Вскоре я оформил с ней брак, она настояла. Мне, говорит, твоя фамилия нравится. Однажды в жаркий летний день, я зашёл в кафе и заказал апельсинового сока. На меня с крайнего столика с удивлением поглядывал солидный мужчина в белой шляпе. Ну да, это и был директор кукольного театра Нечипоренко. Он таки не утерпел и подсел ко мне.
  - А можно я попробую? - спросил, указывая на стакан.
  - Пожалуйста, - разрешил я. - "Поди, вы ж не заразный".
  Это я не сказал вслух. А подумал. Он отпил апельсинового сока, удивился, распознав оный, и даже заглянул под стол, наверно, предполагая увидеть там потаённую бутылку с гомыркой.
  - Что с тобой случилось? - спросил, ничего не обнаружив.
  - Ничего. Просто я завязал, Иннокентий Богданович.
  - А, вон оно что, - понял он и пригласил в театр.
  Так я опять стал кукловодом. У меня всё удачно получалось. Не буду хвастать, будто это сугубо моя заслуга, но тем не менее и я внёс три копейки: нас признали лучшими в крае и направили в Москву на фестиваль.
  Разумеется, я тотчас созвонился с братом и предложил встретиться. Причём, нимало не задумываясь, сказал, что за мной приезжать не надо: дорогу в Сосны помню. Роман в ответ промычал нечто невразумительное и предложил встретиться в ресторане.
  - "Арагви" тебя устроит? - уже членораздельно спросил.
  - Меня всё устроит. А в чём всё-таки дело?
  - Покамест тебе с Дианой не следует стыковаться.
  - Это почему?
  - Да потому, что она и ты вместе - гремучая смесь.
  Конечно, я осерчал, но решение брата было непреклонно. Договорились встретиться вечером. Дожидаясь, я бродил по улицам Москвы и думал, чтобы такое, хоть заочно, подарить девчонке. Вспомнил историю с бурундуком, которая, кстати, разрешилась весьма прозаично. Диана всем сообщила, что он "убежал" в лес. И решил преподнести девчонке настоящего, живого зверька. Зашёл в зоомагазин на Новом Арбате, купил вместе с клеткой. Дабы зверь не смущался, клетку прикрыл купленной в киоске "Литературной газетой".
  С этой клеткой и подался в ресторан. Роман приехал вовремя. В общем-то мне было понятно, почему брат остерегался и не хотел допустить моей встречи с дочерью. Но, когда мы подвыпили - он пил коньяк, а я "Боржоми" - я завёлся и сказал, что хочу её увидеть, пообещал вести себя благоразумно и рассказывать девочке о приятном.
  - И о чём же? - не без иронии поинтересовался Роман.
  - О скатерти-самобранке, например.
  - Опять порожняк, - упёрся он. - У меня всё есть, и в халявных чудесах не нуждаюсь. За последние два года я удвоил своё состояние.
  Эх, ну ничем братца не проймёшь! Варвары на него нет. Чтобы такое вдолбить в эту упрямую голову, уже поседевшую на висках?
  - Слушай! - я загорелся, как порох. - А давай, я расскажу Диане о чудесных очках, в которых различают мир во всех красках, в миллионах оттенков, и она, дай бог, прозреет, надев обыкновенные очки с нулевыми диоптриями.
  - Нет, - поморщился Роман. - Это всё непредсказуемо. Хрен знает, что получится. Хватит и того, что ты уже натворил.
  - А чо я натворил? - защищался я.
  - Да много чего. Вон Анжелка такая жизнерадостная была, а щас по рыцарю сохнет. Я её уже на обследование к психотерапевту записал.
  - Бедный рыцарь! - воскликнул я. - Он ведь и не подозревает, что его так любят.
  Роман пропустил мою реплику мимо внимания. Ещё выпил и закусил оливкой.
  - Я, брат, пошёл другим путём. Завтра кладу Диану в клинику. Там у них новые технологии и доктор Альберт Пфайфер из Дюссельдорфа в главных консультантах.
  - Но погоди, погоди! Зачем тебе? Что немцу хорошо, то русскому смерть. Ты не боишься, что Диана лишится своих необыкновенных способностей?
  - К тому и стремлюсь, - отрезал Роман. - Лучше быть обыкновенным. Чувствовать и ощущать мир, как все, с полуслова понимать других и быть понятым... Официант! Ещё выпить и закусить!
  Однако нервничает. Удержу не знает. Наверно, тоже Шиллера прочитал.
  - Нет-нет, Петька, - категорически заключил, когда ещё выпил. - Не допущу тебя к дочке на пушечный выстрел. Мне доктор дал шестьдесят процентов, что операция пройдёт успешно. И предупредил, чтобы до операции ничего не делали, никого не приглашали. Ни докторов, ни магов, ни народных целителей, ни кукловодов из провинциального кукольного театра. Извини, брат.
  - Ну, хорошо, - сказал я. - Будем надеяться. Но хоть подарок-то от меня Диане передай.
  И вручил ему клетку.
  - Что за зверь? - настороженно спросил он, приподняв "Литературную газету".
  - Да всё тот же. Бурундук. Только настоящий. Пущай после операции Диана погладит его. Но! Прежде, чем с неё снимут бинты.
  - А вдруг укусит?
  - Он ручной. Добрый и мирный.
  - Погоди, брат, - застопорился Роман. - А почему - прежде?
  - А потому, что она сильно захочет увидеть Шуню и непременно его увидит, - пояснил я.
  - Какого ещё Шуню?
  - Так бурундука зовут.
  Брат поморщился, проворчал что-то вроде: "Ты опять в своём репертуаре", - но согласился передать зверька Диане.
  Операция прошла успешно.
  Но кто или, быть может, что способствовало прозрению Дианы, неясно. Впрочем, смотрите недавнюю статью в немецком журнале "Augenheilkunde" за авторством того самого Альберта Пфайфера. Мне её прислал Роман. Я, конечно, попытался прочесть, но, как недоучившийся лекарь и толмач, сомневаюсь, верно ли понял. Меня, правда, позабавила фамилия доктора. Электронный переводчик, которого я призвал на помощь, любезно подсунул, кроме всех прочих, и такие варианты: свистун, вертопрах, шалопут. Мама родная! Да это ж про меня! Кто как обзывается, тот так и... Наверно, придется доучиваться. Но чему именно? Вот вопрос.



Оценка: 9.56*7  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Н.Любимка "За гранью" (Приключенческое фэнтези) | | П.Гриневич "Мой одуванчик" (Короткий любовный роман) | | Е.Васина "Анестезия сердца" (Романтическая проза) | | С.Суббота "Право зверя. Книга I" (Любовное фэнтези) | | Е.Васина "Клуб "Орион". Серенада для Мастера." (Современный любовный роман) | | И.Арьяр "Тирра-2. Поцелуй на счастье, или Попаданка за!" (Любовное фэнтези) | | П.Роман "Арка" (ЛитРПГ) | | Д.Хант "Мидгард. Грани миров." (Любовная фантастика) | | В.Свободина "Прекрасная помощница для чудовища" (Любовные романы) | | Е.Кариди "Проданная королева" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Котова "Королевская кровь.Связанные судьбы" В.Чернованова "Пепел погасшей звезды" А.Крут, В.Осенняя "Книжный клуб заблудших душ" С.Бакшеев "Неуловимые тени" Е.Тебнева "Тяжело в учении" А.Медведева "Когда не везет,или Попаданка на выданье" Т.Орлова "Пари на пятьдесят золотых" М.Боталова "Во власти демонов" А.Рай "Любовь-не преступление" А.Сычева "Доказательства вины" Е.Боброва "Ледяная княжна" К.Вран "Восхождение" А.Лис "Путь гейши" А.Лисина "Академия высокого искусства.Адептка" А.Полянская "Магистерия"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"