Каневский Лев: другие произведения.

Драконология

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Главная героиня - обычная девушка, рождённая человеком. По воле судьбы, приобретая сверхчеловеческие способности и знания своих предков, становится божеством, даже, для создателей своей планеты - драконов, и всей вселенной созданной драконами. На подобное способен каждый из нас. Но это очень трудно, и требует больших усилий, возможно и жизни. Как делали это наши предки. Но и право приобретать эти знания нужно заслужить. К сожалению сейчас люди идут по пути наименьшего сопротивления, теряя древние знания.

  Обучающий трактат о Тигее - нашей планете.
  
  Наша планета, вращается вокруг нашего светила - Гелиоса. Который мы ещё называем Глазом Яара. Считается, что это огромный газовый шар в котором горит газ гелий. Но вполне возможно, что это тоже планета, на которой обитают существа отличные от нас с вами.
  Наша планетарная система тоже называется Глазом Яара и состоит из четырнадцати планет, больших и маленьких.
  Первая планета от нашего светила Почти такая же, как наша Тигея. Мы зовём её Ярица. Так как это выжженный каменный шар. Там постоянно ярится пламя, выжигая всё живое.
  Вторая планета Арита, в полтора раза меньше Ярицы. Она постоянно окутана плотными облаками. И мы не в состоянии рассмотреть в наши телескопы, что творится на её поверхности.
  Третья планета - Старх. Она тоже покрыта плотным слоем чёрных облаков. И в честь чёрного дракона Старха и была названа.
  Четвёртая планета огромна. Она в несколько раз больше нашей Тигеи. Жёлтая планета, на которой постоянно бушуют сильнейшие ураганы. Эта планета обладает широкими ледяными кольцами, вращающимися вокруг неё. Её мы назвали Атика.
  Пятая - наша родная Тигея. Живая планета. Оживлённая Великими драконами Яаром и Моон. Которые и принесли жизнь на нашу планету. По крайней мере, так это представляём мы, и верим в это. Об этом говорят все наши легенды. Об этом написано множество трактатов.
  Далее следует орбита планеты Гаташ. Маленькой и быстрой планеткой, но ничем не привлекательной.
  Седьмая планета - чуть больше Гаташа. Мы зовём её Синьгли. Она полностью покрыта водой, и была названа в честь водного дракона Синьгли.
  Далее следуют орбиты трёх планет гигантов Сидонис, Адонис, и Тирея. Только вокруг Тиреи мы увидели кольца.
  Последние планеты, мы не в состоянии рассмотреть в наши телескопы. Только наши математики высчитали, что там дальше, за Тиреей находятся орбиты ещё четырёх планет. Трёх, таких же, как наша. И одной гигантской. Мы назвали её Танатосом. А малые планеты, пока просто обозначили номерами, одиннадцать, двенадцать и тринадцать. Имена им дадут те, кто обнаружит их на фоне чёрного космоса, и будет их исследовать.
  Но перейдём к нашей планете - Тигее. Вокруг неё вращаются три луны - Тамарис, Литания и Триор. Пока их поверхность пустынна и гориста. Но я надеюсь, что настанет время, когда наши потомки станут жить на этих лунах.
  Наша планета совершает полный оборот, вокруг своей оси за тридцать два мера, это один день и одна ночь - сутки. В одном мере - сорок сен. В одном сене - сорок сек. Примечательно, что название "сен", произошло от того, сколько горит пучок сухого сена. Так измеряли время деревенские жители, когда хотели измерить свои действия на поселковых состязаниях.
  Полный оборот планеты вокруг Глаза Яара, проходит за один меэрис. В одном меэрис пять времён. В каждом из времён по три меэсяца. Ярица - состоит из палевня, пепелина и травня. Это время буйных пожаров на нашей планете. Целых два меэсяца свирепствует огонь и только на травень успокаивается, давая пищу новым росткам сожжённых растений.
  Следующее время меэрис - Гима. Когда большие площади планеты покрыты снегом. Состоит она из меэсяцев студёник, лютня и меэсяца снеговитень.
  Далее следуют самые прекрасные меэсяцы. Водень, почень и старший травень. Приходит Яровит.
  Далее наступает Летница. Меэсяцы цветень, косень, холень.
  И заканчивается меэрис Овсенью - сретень, собр, кладень.
  Сто меэрис - один меэриссо. Сто меэриссо - один меэриссото. Один меэсяц делится на пять пенталис. Пенталис состоит из пяти суток - орик, вторик, стерик, четверик и пятерик.
  Исторически так сложилось, что расстояние на наших дорогах измерялось кадками. Высота кадки - один ка. Через каждые сто ка, ставили кадку. Отсюда пошла мера в кадах. Так и повелось. Расстояние между Саратоном и Малоренском - тысяча двести семь кадов.
   Составил и записал Овсим Саратонский.
  
  1. ВСТУПЛЕНИЕ. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ БОГОВ.
  "Чувство полёта. Как прекрасно ощущение свободы. Воздух держит тебя. Будто папа поддерживает тебя под руки при первых твоих шагах. Она смутно вспомнила, из детских образов, как её за руки держит бородатый мужчина в военной форме. А она пытается добраться до ярких блестяшек на его кителе - его медалей, которые до сих пор висят на папином кителе в шкафу. Папа придерживает её за руки, а она переставляет маленькие ножки, выкручивает свои ручки из отцовских и тянется к блестяшкам. Но начинает падать. Отец подхватывает её на руки. Так легко, так мягко. Энергетика Яара, его крови. Внизу острые пики Живых гор. Чёрные, белые или черно-белые. С причудливыми рисунками, буд-то огромный абстракционист расписал эту территорию. Чёрное, белое, чёрное, белое, чёрное, белое".
  Вдали показалась полоска зелени, между высокими пиками Живых скал. Зелёная долина и река Сура. Наверно самое мирное и благодатное место, где никогда не было войн. Ни одной! Даже войска здесь проходили тайно маленькими группами. Пытаясь пробраться в Благодатную долину и урвать кусочек самой плодородной на планете земли, и самого устойчивого и благодатного климата.
  Все попытки потерпели фиаско. Слишком далеко, и слишком опасно. Хочешь жить в Благодатной долине - пожалуйста. Но воевать - простите! Драконы не дают вести войну в этой части планеты. В самой Благодатной, было разное - и междоусобицы, и даже в самих городах Люди устраивали войны - улица на улицу, дом на дом. Один Благодольск чего стоит! Слишком огромна Благодатная долина. По всей Тигее пролилось много крови. Но ничего не зацепило Зелёную долину - священная земля. Только Мерива, Славящаяся своими воинами и оружием - исключение. Но и там не пролито ни капли крови.
  Спуск в небольшое ущелье, между чёрных и белых скал, высокие пики гор, буд-то расступаются, давая пролететь крылатой красавице, и внизу широкая река - Сура, дальний берег которой, становится чуточку ближе, что бы дракон быстрее сложил уставшие крылья после дальнего перелёта, и дал им отдых. Или это только иллюзия? В сумерках синяя вода почти чёрная.
  Большой чёрно-белый дракон с кожисто-перьевыми крыльями, алмазными гранёными когтями и зубами. На спинном гребне, на самых кончиках, по крупному гранёному, острому алмазу. И чёрная спина дракона усыпана мелкими алмазами. Каждая чёрная чешуйка сверкает и переливается светом, преломляемым алмазами. Алмазные рожки и большие белые бронированные брюшные пластины. Самый красивый дракон на Тигее, да наверно и во всей Драконьей вселенной, приземлился на берегу реки Сура в Зелёной долине. Причём красивый не потому, что алмазный и богато выглядящий. Алмазы только подчёркивают изящество и твёрдость натуры. Хотя, какая твёрдость у молодого дракона, да ещё самки. Изящество - да. А всё остальное, может приложится!?
  Дракон повертел головой, осматривая пустынный берег, и вдруг окутался туманом. Туман уплотняется и втягивается в себя. Сек, и на берегу вместо драконицы стоит девушка в чёрно-белом брючном костюме. На кожаном поясе висит слабоизогнутый меч в чёрных замшевых ножнах усыпанных мелкой алмазной крошкой и такой-же рукоятью с вделанным в пятку небольшим граненым алмазом. На голове девушки, в каштановых волосах поблёскивает узенькая диадема из чёрного металла, отделанная некрупными алмазами. Волосы распущены и лёгкий ветерок едва приоткрывает малюсенькие серёжки - гвоздики, заметные только когда на них падает свет от заходящего Глаза Яара. Довершает всё чёрный плащ с чешуйчатым рисунком, тоже усыпанный алмазной крошкой.
  Ещё миг и всё алмазное великолепие пропадает. Пропадает и оружие. Простенькая чёрно-белая одежда. Дорожные сапожки, тёплые штаны и куртка. Рюкзак. Просто, но со вкусом.
  Девушка, не раздумывая, углубляется в полосу леса. Она часто ходит этим маршрутом. Но тропинка еле заметна, наверно только опытный следопыт прошёл бы по этому следу. Через полмера выходит на довольно широкую тропинку, ведущую в небольшой посёлок. Выйдя к домам, девушка уверенно идёт по пустой улице, проходит посёлок насквозь, подходит к двухэтажному домику. Уверенно открывает калитку, пройдя по двору, входит в дом. Совсем стемнело. Из-за леса вышла Тамарис, раскрасив деревья, дорожку и дома в бледные тона, абсолютно не лишая цвета. И только луна видит, как в соседний дом, заходит мужчина в дорожной одежде, с рюкзаком и мечом в чехле. Он некоторое время, стоит возле калитки, осматриваясь. Потом не торопясь поворачивается и заходит в дом.
  Пожилая женщина спит напротив виома, по которому идёт старый фильм, с участием Полиэстра Гольфингера. Девушка улыбается и осторожно касается плеча женщины. Та вздрагивает, сонными глазами смотрит на девушку. Такое ощущение, что она с трудом понимает что происходит. И вдруг вскакивает и бросается к девушке.
  -Катенька! Доченька! Ну, слава Яару, ты приехала. Я как чувствовала, пирожков напекла. Твоих любимых, со сливовым повидлом.
  Девушка обнимает женщину в ответ.
  - Мама, ты всегда точно знаешь, когда я приду.
  Пожилая женщина бежит на кухню и хлопочет, собирая на стол. Девушка подходит к ней и целует её в щёку.
  - Не спеши мама. Я быстренько ополоснусь и тогда поем.
  Через пятнадцать сен девушка выходит из душа и садится за стол. Её мама садится напротив с чашкой чая и смотрит, как дочка поглощает картошку в мундирах с утятиной и запивает всё морсом. Потом переходит к пирожкам со сливовым повидлом с тем же морсом.
  - Дочка! Ты часто приезжаешь одна. Без мужа и деток. Кан смотрит за детьми сам. Это же плохо когда детки без мамы растут.
  Катя допила клюквенный морс и сказала.
  - Мама, я даже когда в командировке - каждый вечер дома. Кабины метастатических порталов - вереи, позволяют работать в любом конце Тигеи, а вечером быть дома с семьёй. Даже, люди работающие на лунах, каждый вечер дома. Я приезжаю к тебе только тогда, когда мы решаем собраться у тебя. Так что завтра готовься к двум маленьким смерчам - Леокордии и Любомиру. Причём один из смерчей интеллектуальный. А так - же одному очень рассудительному и мудрому мужчине - моему любимому мужу. Завтра все прибудут сюда. И вообще, ты же вырастила меня одна, и я выросла очень хорошей дочкой и мамой.
  Пожилая женщина качает головой. И с грустью произносит.
  - Но приезжаешь ты, часто, одна. А папа, незримо, всегда был рядом, просто обстоятельства так сложились. Он погиб.
  Катя улыбнулась.
  - Работа такая. Мама не переживай за меня и внуков. Канн знает о моей работе и помогает мне как может. Пойду я спать. Устала как каторжная. И про папу, я всё знаю. Его не было с нами физически, но он лучший папа на свете. Потому, я такая и выросла.
  Катя встала из-за стола, обняла маму и поцеловала в щёку.
  - Спасибо мамочка! Всё было очень вкусно. Спокойной ночи.
  Через мер, пожилая женщина, тихо, заходит в комнату дочери, и поправляет одеяло спящей дочке. Долго стоит и смотрит на спящую. Выходит из комнаты, тихо закрывая за собой дверь.
  Катя приподнимается на постели и грустно улыбается. "Бедная мама, почему я не могу чаще бывать здесь?". Снова ложится и засыпает.
  Но память остаётся и подсовывает картинки прошлого, и мысли остаются. Человеческое тело отдыхает, а мозг дракона продолжает работать. Огромная ответственность за всю вселенную драконов не даёт расслабиться ни на минуту. Проклятая ответственность Богов этого мира!
  
  2. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. 1 ЭКЗАМЕН. СТРАННАЯ КНИГА.
  
  Странно как то проходил экзамен по мифологии. Обычно её вызывают одной из первых. Но сегодня Ярис Матвеевич Зеленодольский попросил её подождать, пока все студенты не закончат экзамен. И только когда вышел из аудитории Мехкас, как всегда задержавшийся в аудитории дольше всех, Ярис Матвеевич позвал в аудиторию Катю. Катя закрыла за собой тяжёлую старинную дверь аудитории и подошла к столу с билетами. Ярис Матвеевич в это время зашёл в подсобку и чем-то там шуршал, потом, что-то кому-то сказал. Ему ответил густой бас, следом ответила женщина. Разговор вёлся тихо, и были слышны только тембры голосов, слова тонули за закрытой дверью. Потом с характерным скрипом открылась и закрылась дверь из подсобки в коридор.
  Ярис Матвеевич вышел из-за двери почти неслышно, и Катя вздрогнула, когда он её окликнул.
  - Ну! Катерина Смородина! Присаживайся.
  И указал рукой на массивный стул перед преподавательским столом.
  Катя взяла билет со столика. Но Ярис Матвеевич энергично затряс рукой.
  - Нет, нет Катенька. Тебе это не понадобится. Экзамены ты сдала полностью и, я за тебя очень рад, с отличием!
  Катя с недоумением положила билет обратно, и не снимая с лица недоуменной маски, пристроилась на указанный стул. Ярис Матвеевич устроился в кресле преподавателя напротив. Он хитро, с прищуром посмотрел на ошарашенную девушку. И засмеялся.
  - Не переживай милочка, мой экзамен ты сдала экстерном, и оба проверяющих с этим полностью согласны. Я хочу дать тебе работу на летницу, да наверно и на всю жизнь. Мифология, своеобразная наука, специалистов в этой области крайне мало. Но ты, подаёшь такие надежды, что я не удивлюсь, если через десять меэрис ты станешь ведущим специалистом в этой области науки. И не только в области мифологии, но и археологии, и истории.
  У Кати отвалилась челюсть. "Я, конечно, хотела сделать карьеру историка, и заниматься историей Тигеи. Но так быстро карьеры не делаются. Недаром же я пошла на Истфак. Здесь явно какой-то подвох".
  Она подобралась и внутренне напряглась. Ярис Матвеевич, посмотрев на девушку, разразился оглушительным смехом, смутив девушку ещё больше. Кате было совсем не до смеха, смущённая девушка готова была расплакаться.
  Отсмеявшись, преподаватель постарался успокоить студентку.
  - Не переживай так. Это не подвох, не шутка. Это деловое предложение. Я собираю экспедицию к развалинам Алатерма. Надеюсь откопать свидетельсва Тротейской битвы. И мне очень нужен человек, знающий мифы и легенды всей Тигеи. А у тебя к этому явный талант, немалый интерес, и потрясающее воображение. Что, кстати, совсем, не последнее дело в нашей науке. Потому, что нужно немалое воображение, что бы по разрозненным артефактам, составить, по возможности, полную картину происходящего много лет назад.
  Катина челюсть захлопнулась сама собой. Она даже не заметила, что сидела всё это время с открытым ртом.
  - Ну что Катерина Смородина, принимаешь ты моё предложение, или мне искать дальше?
  Катя ошарашенно кивнула. Ярис Матвеевич хмыкнул в ответ.
  - Так искать?
  Студентка вышла, наконец, из ступора и, закрыв глаза, резво замотала головой.
  - Ненужно искать, вы нашли. Надеюсь быть полезной вашей экспедиции. Можно идти?
  Протараторила Катерина на одном дыхании.
  Ярис дружелюбно улыбнулся.
  - Конечно, иди. Тебе на сборы мэссалис. Через мэссалис в девять утра, я жду тебя с рюкзаком в этой аудитории. Завтра в деканате возьмёшь список того, что тебе понадобится в экспедиции.
  Катя резво рванула к двери. Но преподаватель резко остановил её.
  - Стоять! Вот резвая! Документы на оформление принесёшь завтра же в деканат. Теперь можешь бежать.
  Катя пулей выскочила в коридор и прислонилась к двери аудитории. Мысли неслись вскачь по мозгу, вываливаясь через уши. "Образик, конечно так себе", но Катя на всякий случай посмотрела на плечи и на пол вокруг себя. Не скачут ли вокруг неё её мысли. Глубоко вздохнув, она оторвалась от двери и пошла к выходу из здания универа.
  Толкнув огромную дверь на выходе, она оказалась на залитой Глазом Яара площади перед зданием Исторического факультета. Площадь представляла собой парк с каменными дорожками и тропинками. Тенистые аллеи чередовались с зелёными полянами, аккуратно подстриженными, на которые так приятно выходить во время перемен, даже когда на них лежит снег. Сейчас летница, экзамены закончились, и идти по парку одно удовольствие. На некоторых полянах находились студенты, группами и поодиночке. Но Кате было плевать на всё. Взрослая жизнь только начиналась, и, судя по словам преподавателя и декана Истфака, начиналась как нельзя лучше.
  Вот только в какую сторону повернёт эта стезя, даже предположить было невозможно.
  Она не сразу обратила внимание на машущих ей с одной из полянок группу студентов. Шесть человек стояли и сидели на одной из полянок. Лавочка Лизон, как окрестили это место студенты, после того, как студентка их группы Елизавета Король, с боем отбила её у группы старшекурсников, ещё на первом курсе. Конечно при поддержке силачей группы Мехкаса Канингрема и Инны Далема. Потом к этой группе присоединились ещё две девочки, Ирен Калан и Люсьен Далмор. Но вот шестого парня она никак не ожидала увидеть, это был её парень Кан Семар. Если честно, на поляне находиться не хотелось. Эта группа постоянно загаживала поляну так, что даже трава вокруг лавочки перестала расти, и сама поляна выглядела подержанно. Самая гадкая поляна в парке.
  Катя нехотя подошла к лавочке. И склонив голову на бок, выжидательно остановилась. На лавочке лежали салфетки с бутербродами из столовой. Возле лавки стояло несколько бутылок пива и недопитая бутылка дорогого вина. Катю передёрнуло. Она ярко представила вкус горьковатого пива и потом сладкий вкус вина, гадко, даже если вино шло после пива.
  Лизон подняла голову на Катю и с вызовом сказала.
  - Привет отличница! Сдала экзамен? Хотя чего я спрашиваю, ты ж любимица нашего Яриса. И чем ты его зацепила?
  Люсьен пьяненько захихикала
  - Она переспала с ним.
  Брови Катерины приподнялись в удивлении. Она посмотрела на Кана ища хоть какой -то поддержки. Но тот стоял за скамейкой, опустив голову.
  Лизон, проследив за взглядом Кати, хихикнула.
  - В ту сторону можешь не смотреть. Я предложила Кану встречаться, и он дал согласие. Так что теперь это мой парень.
  Кан дёрнулся как от пощёчины, и ещё пристальнее уставился в землю. А Лизон продолжила.
  - Теперь я буду предоставлять для него развлечения, и за меня он будет платить в ресторане. А не за какую-то заучку, неспособную, даже, парня удержать.
  На Катерину как волна лавы начала накатывать злость. Она сомкнула руки на сумочке за спиной и глядя в глаза опьяневшей Лизке. Тихо, но твёрдо сказала.
  - Даже если и переспала, хотя это никем не доказано! Но я с одним, а вы трое переспали с большей половиной потока. Мехкас, ты считаешь Лизон своей девушкой с первого семестра? Ну, так знай, что Лизка в твоё отсутствие много парней попортила.
  Одновременно с этими словами Катя внутренне напряглась, почувствовав угрозу со стороны Мехкаса.
  Реакция Мехкаса была мгновенной. Его кулак пронёсся в милимере от головы Кати, её реакция оказалась чуточку быстрее. "Как я смогла увернуться?" Но тут-же почувствовала сильные руки на своих руках. Инна Далем оказался сзади неё и попытался схватить её за руки. "С заломанными руками не особенно подерёшься". Катя, максимально расслабила руки и по максимуму уклонилась в бок, одновременно перебирая ногами, развернулась, и второй удар Мехкаса достался Инне. Руки тут же освободились. Сумочка полетела в сторону, следом туфли на каблуке. Мехкас приближался для третьего удара. Его массивная фигура немного пугала. Но Катю уже понесло. Неведомая сила подбросила её в прыжке, а правая пятка угодила точно в яарово сплетение. Оттолкнувшись от груди верзилы, она мягко приземлилась на полусогнутые ноги. "Совсем как на тренировке" подумала Катя. Мехкас покраснел, потом побледнел и стал заваливаться вперёд. "Минус один". Её схватили за волосы и с силой потянули к земле. Резинка с хвостика сползла, и волосы рассыпались пышной гривой, закрывая обзор. " А вот девчонок я и не учла. Тренер говорит, учитывать нужно всё, или по возможности всё". Катя заметила, сквозь собственные волосы, движение справа и наотмашь ударила ногой. Короткий всхлип подтвердил попадание в нужную область тела. Определить, где находится удерживающая её, сложнее, но возможно. Рывок назад, " Больно-то как!", и противница уже перед нею. Длина волос позволила немного разогнуться и нанести удар косточкой среднего пальца под левую грудь соперницы "Коготь дракона". Хватка на волосах мгновенно ослабла. Резко выпрямившись, Катя сделала два шага по кругу, одновременно забрасывая назад высвобожденные волосы. Пролетевший мимо Инна, подтвердил правильность действий. Катя быстро осмотрелась. Все противники были перед ней, только Мехкас, лежал чуть в стороне, не шевелясь. Ирен присев держалась за бок, а Люсьен бледная как бумага, хватая ртом воздух, тихо заваливалась мимо лавки. "Эти две уже не помешают" и Катя сосредоточилась на оставшихся двоих. Лизон, с расширенными зрачками, и вскочив с лавки, смотрела на происходящее. "Эта тоже не скоро опомнится. Значит единственный противник Инна". Она решительно шагнула под удар изготовившегося бить парня, перехват летящей руки, разворот всем корпусом, противник полностью ложится на спину девушки, и по инерции перелетает через неё. "Заворачивание в крыло". Катя только чуть подправила полёт, и тот хорошенько приложившись о дерево, затихает. Лизка так и не двинулась с места. "Конечно шок, когда хрупкая на вид девушка, относительно легко, разделывается с двумя здоровенными парнями, и помогающими им девушками. И как прикажете назвать такую победу. Есть киай джитсу - победа криком, а это шок джитсу - победа шоком? Тоже ничего!". Катя поискала глазами свои аксессуары, сумочка лежала в центре полянки, а туфли и резинка возле лавки. Она спокойно подошла к лавочке, села, отряхнула ступни от налипшей земли и одела туфельки, подняла резинку и, причесав волосы руками, соорудила хвост. Только тут Лизка вышла из шока и замахнулась на Катю, та резко перехватила руку и, посмотрев в глаза Лизон, произнесла ледяным голосом.
  - Даже не думай! В следующий раз многие из вас поедут в больницу. А это только мелкая трёпка, что б неповадно было!
  Она посмотрела за плечо Лизки, там как истукан с открытым ртом стоял Кан. "Да!! Шок получила не одна только Лизка". Резко отбросив руку соперницы, Катя повернулась и пошла с поляны, попутно подобрав сумку. Домой идти расхотелось, да и адреналин выйдет из организма не скоро. "Нужно заняться, чем ни будь, спокойным и расслабляющим". Она оглянулась на поляну, которую только что оставила. Мехкас и Инна, постанывая и потирая ушибленные части тела, вставали на ноги, Ирен согнувшись, ковыляла к Инне. Лизка согнулась над Люськой, помогая ей подняться. И только Кан стоял как статуя с открытым ртом, и смотрел вслед Кате.
  Катя, немного подумав, не торопясь направилась обратно к зданию факультета. "Библиотека, наверно единственное, что может успокоить адреналиновую атаку на организм".
  
  Войдя в огромный зал библиотеки, она осмотрела столики. Студенты заполняли читалку едва ли наполовину. Но людей было всё равно много. Экзамены у многих только начинались, и лихорадочная подготовка к каждому, была для студентов вполне естественной атрибутикой. "Как же всё - таки хорошо быть полностью свободной и не зависеть от всех этих книжек и конспектов. Последний курс, последний экзамен. Можно заняться тем, что действительно интересно - Легендами и историей Тигеи. Конечно, всё уже читано и перечитанно, спорено и переспорено на парах Зеленодольского, и на его же продлёнкакх. Но обновить материал всё-таки не помешает. Может, чего, новенького почерпну".
  Она подошла к кафедре библиотекарши. Та сидела на удобном кресле, облокотившись на спинку и вытянув ноги, читала какую-то тонкую брошюру, формата А4. Возможно чей-то реферат. Библиотекарша вопросительно посмотрела на подошедшую девушку.
  - Здравствуйте Сребра Ярисовна.
  И тут ей на глаза попался бейдж библиотекарши "Сребра Ярисовна Зеленодольская" гласила чёткая надпись красивым наклонным шрифтом. Ну, что Сребра Ярисовна Кате было известно давно, с первого курса. Но ЗЕЛЕНОДОЛЬСКАЯ?! Неужели родственница декана? Интересно!
  Катя стояла, уставившись на бейдж библиотекарши, и повторила ещё раз.
  - Здравствуйте Сребра Я.... .
  Та, потянувшись к столу и с хрустом отломав от плитки шоколада кусочек, перебила девушку.
  - Здравствуй, здравствуй. Чего нужно!? Твои экзамены закончились. Вся ваша группа уже празднует свою свободу. А ты всё не успокоишься?
  Катя сцепила руки на сумочке спереди, и, потупив глаза в пол, ответила.
  - А я уже помогла нескольким индивидам отпраздновать. Нужно привести свои мысли в порядок. Да и Ярис Матвеевич дал задание на летницу. Нужно подновить материал в голове. Может, чего новенького откопаю.
  Сребра забросила в рот отломанный кусок шоколада и поднялась с кресла. Потянулась с грациозностью кошки. И снова посмотрела на Катю. Её взгляд, как будто, что-то высматривал в Кате, пронизывая её насквозь.
  - Новенького говоришь?!
  Катя в ответ посмотрела на библиотекаршу. "Она такая высокая! Или это каблуки?". Взгляд упал на ноги. "Нет, в мягких тапочках. И что, такая красивая и стройная женщина забыла в этой библиотеке?" Взгляд переместился на стол, где лежала начатая плитка шоколада. Рот тут же наполнился слюной. Катя судорожно сглотнула. Сребра улыбнулась и сказала.
  - Отломай кусок шоколадки и пошли со мной. Есть у меня полка, которая тебя заинтересует.
  Катя недоумённо посмотрела на Сребру.
  - Но, я же, ничего ещё не сказала, о том, что мне нужно?!
  - Зато Ярис Матвеевич мне рассказал достаточно, о своей лучшей студентке.
  Она посмотрела на Катю с издёвкой.
  Катя отломала кусочек шоколадки, и забросив его в рот, пошла за Среброй к стелажам и полкам с книгами. Ещё она вспомнила тембр женского голоса в подсобке у Яриса Матвеевича. "Очень похож на голос библиотекарши. Неужели она была проверяющей на экзаменах? Но вообще-то, это правильно. Только она знает литературу так, что списать невозможно. Только ответить своими словами".
  Они прошли все стеллажи насквозь. Большой читальный зал был очень большим. Труды по истории, археологии, мифологии. Много древних манускриптов, и их копий. Но Сребра подошла к неприметной двери, в самом углу полукруглого зала. Старая дверь легко и без шумов открылась. Чистенький, зал, меньшего размера чем большой, но тоже внушительный, со стеллажами вдоль стен и в центре. Стеллажи заполнены старыми книгами и фолиантами, вперемешку с такими же старыми рукописями. Над стеллажами висели картины. Картины были и в большом зале, но здесь, их было крайне много. Она прошла мимо огромного стеллажа, где рядами стояли упакованные в картон и полиэтилен картины. Пока она, с изумлением, разглядывала стеллаж, и развешенные на стенах произведения искусства, из-за одного из стеллажей вышла пожилая, сухонькая женщина, и Сребра заговорила с ней.
  - Ангелина Мелеховна. Эта девушка поработает здесь. Если вас не затруднит, покажите ей полки с мифами. Пусть покопается в этих бумагах. Может действительно найдет, что-то для себя полезное.
  Ангелина Мелеховна с недоверием посмотрела на упомянутую студентку.
  - Но Сребра Ярисовна, вы сами сказали, что допускать к этим бумагам кого попало нельзя. И что вы сами будете разбирать их по мере сил.
  Сребра засмеялась. Смех колокольчиком разнёсся по стеллажам. Ангелина Мелеховна втянула голову в плечи. Или это Кате только показалось? А заведующая библиотекой, с улыбкой, ответила.
  - Можете считать, что я нашла себе заместителя. Эта девочка, весьма любопытный экземпляр. Я думаю ей можно доверить разборку этих бумаг.
  Ангелина Мелеховна ещё недоверчивей посмотрела на Катю. И как Кате показалось, поклонилась Сребре.
  - Я полагаюсь на ваш большой опыт о ве... Сребра Ярисовна.
  Катю эта ситуация интриговала всё больше и больше. Пожилая, умудрённая опытом женщина, ведёт себя с молодой Среброй, как с покровительницей? И что скрывается за её запинкой " О ве..."? Но виду она не подала, что что-то произошло. Ангелина Мелеховна позвала за собой, и Катя пошла следом.
  Полка оказалась внушительных размеров с расположенным рядом столом. На столе, были навалены свитки. На каждом из свитков висела кисточка с прикреплённой эмблемой библиотеки страны, из которой прибыл свиток. Она взяла первый попавшийся и посмотрела на эмблему. Чёрный дракон и чёрная башня на зелёном фоне - геральдический герб Благодатной Долины. На ярлыке свёрнутого в трубку свитка старинным шрифтом, от руки, было выведено название. Оно гласило "Легенда о стражнице Чёрного города"
  Катя присела на довольно удобное кресло и развернула свиток. Но что-то было не так. Она подняла взгляд на что-то делавшую за соседним столом, неподалёку, Ангелину Мелеховну и успела заметить её неодобрительный взгляд. Та быстро отвернулась и ушла за стеллаж с картинами. А Катя углубилась в чтение. Слова хоть и были на старом языке и написано от руки, но читались легко и понятно.
  Среди людей, со времён появления самих людей на этой планете, ходили легенды, о прекрасной долине в Живых горах. Поговаривали, что именно в эту долину спустились измученные битвой драконы Яар и Моон. Люди долго искали эту долину. И наконец - то нашли её. Они построили большой город из чёрного камня, где надеялись жить долго и счастливо, назвав его Благодольском. Долина была черезвычайно плодородна и могла дать людям всё, что они только могли пожелать. Изначально, так и было. Люди сеяли хлеб, растили сады, на пастбищах паслись коровы, козы, овцы, кони. Всем всего хватало. Но у кого - то получалось лучше, кто - то был хитрее и умнее, кто - то коварнее. Люди начали обзаводиться большим количеством домов, замков, приобретать и отнимать друг у друга земли и скот. Приобрели большую власть друг над другом. Стали дико завидовать друг другу и ненавидеть друг друга. И над башнями и домами города из чёрного камня, повисла чёрная мгла, отчего Благодольск стал ещё чернее. Каждый сам за себя и против всех. Даже дышалось в стенах города тяжело. Над ним всё чаще проносились сильнейшие грозы.
  В одну из таких гроз, случилось событие ещё более страшное, по крайней мере, для людей, проживающих в городе. Яркая молния разорвала тучи, мощнейший удар грома потряс горы, и в разрывах туч появился чёрный дракон. Он сделал несколько кругов над городом, пыхнул пламенем на людей, видевших его появление, и улетел к горам.
  Когда тучи рассеялись и люди вышли на улицы, они к своему ужасу обнаружили несколько статуй из чёрного камня, похожих на их соседей. Но сами эти соседи исчезли, и не появились, ни через пенталис, ни через две.
  А через три пенталис, со стороны чёрных гор, снова прилетел чёрный дракон. Он опять сделал несколько кругов над городом. Его большая голова, что-то искала на улицах города. Наконец он выбрал самый богатый двор и спикировал на него. Пламя прокатилось по подворью, превращая в камень людей, но не тронуло животных. Дракон взлетел над крышами домов, и опять улетел к горам.
  Люди долго не решались зайти во двор очень богатого и жадного горожанина. А когда решились, всё же зайти, увидели вместо людей только каменные статуи. И началось мародёрство. Хозяйство горожанина быстро растащили соседи: Не пропадать же добру. И никто не заметил, что одна из дочерей горожанина осталась жива. Её не тронуло пламя дракона, она была очень доброй и горожане считали её помешанной.
  А дракон прилетал и прилетал. Кружил над городом, после чего количество статуй на улицах и во дворах увеличивалось, а количество горожан уменьшалось. Никто не обратил внимания, что дракон выбирал самых злобных, самых жадных, самых заносчивых и эгоистичных. Но все обратили внимание, что при этом, не возникло ни одного пожара, хотя горючих материалов в городе вполне хватало. В городе поселился Страх. И только те, кто это заметил и то и другое, собрали то, что им могло понадобиться и ушли на другой край долины к белым скалам. Но не все дошли до белых скал. Тех, кто мародёрничал, воровал, пытался поставить себя над другими, люди находили утром превращённых в статуи из чёрного камня.
  Все думали, что дракон никому не даст уйти из города. Но когда подлецы среди ушедших закончились, люди перестали находить чёрные статуи поутру.
  Оставшиеся, дошли до озера Прозрачного, и построили небольшую деревушку из белого камня, назвав её Белокаменка. Со временем, деревушка превратилась в большой город - Белгород. В эту деревушку ещё несколько меэрис прибывали люди из Благодольска. Те, кто начинал понимать, что драконье пламя превращает в камень только тех, кто давно стал каменным, из-за своей злобы, зависти, эгоизма. Это им давала понять дочка того богатого и жадного горожанина, которая свободно ходила по городу. И многие видели, как драконье пламя обтекает эту девушку. Она была совершенно нищей, ведь хозяйство её родителей растащили соседи, давно уже обратившиеся в камень, но могла отдать последний кусок хлеба, тому, кто попал в беду. Что-то держало её на улицах города, не давало уйти с теми, кто уходил к белым скалам. Люди думали, что это смерть родителей так повлияла на бедного ребёнка. Так в горожанах проснулась жалость. Многие стали отдавать девушке излишки еды и одежду. Так у людей проснулось сострадание. И всё меньше становилось людей, которые боялись дракона. Всё большее количество людей, пламя дракона обтекало. Люди и прозвали дракона - Страхом. Но со временем буквы в имени дракона перепутались, и получилось - Старх.
  Наконец последние люди покинули чёрный город. Ведь жить посреди бывших горожан, превратившихся в чёрные статуи - невыносимо. Невыносимо помнить о прошлой жизни в зависти, злобе и эгоизме. И каждый день проходить мимо бывших соседей, опустив голову, что бы не заглядывать в их окаменевшие глаза. А город с тех пор называется Городом чёрных статуй. Старое название - Благодольск, начало стираться из памяти людей.
  Самой последней, из города вышла девушка - нищенка. Она долго бродила по улицам опустевшего города. Тихо и неуютно стало на улицах. Девушка вышла через большие кованые ворота, дошла до городского пастбища и оглянулась посмотреть на чёрные башни города. Посмотрев по сторонам, она подошла к маленькому домику - сторожке, пустующей с тех пор как начал прилетать в город чёрный дракон, и зашла вовнутрь. Так она и осталась здесь. Завела хозяйство и больше ни в чём не нуждалась. Люди прозвали её Стражницей чёрного города. Много мужчин приходили просить её руки, так как хозяйственна она была, добра и красива. Но все ушли обратно, никто не добился её руки и сердца. За помощью же, к ней мог обратиться любой, и если она могла помочь, никому не отказывала. Чего-то по-прежнему ждала она, живя совершенно одна, в сторожке, возле Города чёрных статуй.
  
   Составил и записал Кайл Озёрский.
  
  Катя встала, прошлась вдоль стеллажа, читая надписи. Они гласили: "Яар - создатель", "Моон - создатель", "Старх - страх, подлость, алчность", "Маара - мечта", "Леся - биосфера, целительство", "Любомир - чувства", "Синьгли - аквасфера, доброта, доблесть, смелость, самопожертвование", "Серогор - подлость, эгоизм, чёрное всевластие", "Тамарис - ночь, бандиты, грабители, звездочёты, художники". Последняя надпись гласила "Сееркан - серебряный колокольчик". Последняя ниша была практически пуста, по сравнению с другими. И свитков было маловато. Зато различных бумаг и документов, пожелтевших от времени было достаточно. Катя положила свиток на полку "Старх" и пошла вдоль стеллажа дальше. Прочитав все надписи, она вернулась к полке "Сееркан". "О всех драконах, сложено много легенд, а вот о Сееркан легенд практически нет. Первые упоминания, появились именно как документы. Кто-то видел серебристого дракона, или с его участием происходили какие-то события. Интересно почитать!".
  Катя протянула руку к полке и взяла один из пожелтевших листков:
  Доклад старшего городового Степана Коледы города Камнедержец. От седьмого столетия, восемьдесят первого года, четвёртого сретеня, со дня основания города.
  Четвёртого дня, пришли ко мне люди с побережья, из села Глухово, и просили разобраться. Видели оне серебристого дракона, летящего к Грозовой бухте. Гиблое это место. На много вёрст никто не селится. Когда - то находились смельчаки, но гибли целыми семьями. Вырезали смельчаков поголовно. А земли там славные. Ходят слухи, что хозяйничают там пираты. И караваны пропадали и корабли. А изловить супостатов, никто не можеть. Боятся люди, что поля и стада пострадають от огромной животины. Потому спешу доложить градоначальнику и думным города Камнедержец о сборе военной экспедиции к селу Глухово и прошу выделить городской охраны десяток бойцов. Заместо себя оставляю молодого заместителя Ромула Замейко. Человека учёного и со рвением исполняющего свои обязанности. Сам же с двумя помощниками и десятком городских бойцов хочу направиться в те края, разведать обстановку на месте.
   С уважением, старший городовой Степан Коледа.
  Катя взяла с полки раскрытую папку с такими же листками и поудобнее устроилась за столом. Следующий лист гласил:
  
  Расследование гибели старшего городового Степана Коледы, его помощника Семёна Горегляда и семи бойцов городской охраны в разведывательной экспедиции к селу Глухово. От седьмого столетия , восемьдесят первого года, седьмого собра, со дня сотворения города.
  Ведёт расследование старший городовой Ромул Замейко.
  Опрос второго помощника Степана Коледы Сеги Хмурого.
  Пять пенталис мы шли до селения на лошадях. Ничего примечательного не происходило. Только подходя к селению, мы заметили на горизонте паруса корабля. Будь они неладны! Два дня опрашивали мы жителей Глухово. По их словам серебристый дракон пролетел от выступа Живых гор, вдоль побережья к Грозовой бухте. На третий день мы выступили к рыбацкому посёлку Халово. И тут начались наши мытарства. С самого утра у одного из бойцов Рыско Столева скрутило живот и до посёлка мы шли в три раза дольше, чем затрачивает ребёнок семилетка. При подходе к селению мы увидели густой дым, а выйдя из - за скалы на берегу, обомлели. Селение горело. А на траверсе стоял корабль, на берег были вытащены четыре больших шлюпки. Два охранника возле шлюпок заметили нас, и один проиграл на рожке, какой - то сигнал. Из горящего посёлка высыпало около двадцати вооружённых саблями и алебардами, бородатых пиратов. То, что это были пираты, сомневаться не приходилось, возле домов в посёлке лежали мёртвые люди. Коледа скомандовал "Во фронт!"Мы успели рассредоточиться и встретили врага как положено, саблями и алебардами. Но мало того, что их было больше, так и бойцы они были неплохие. Нас быстро оттеснили к камням, откуда мы пришли, на песке осталось трое наших. Они же потеряли пятерых. Коледа скомандовал отход, и мы отступили. Нас преследовать не стали. Уже стемнело и над горизонтом начала появляться Тамарис. Когда шли обратно к деревне, нам на встречу шли две женщины, остановившиеся на постоялом дворе в Глухово.
  Странные они какие-то. Одна в чёрном с блёстками костюме и таком же плаще, в чёрных замшевых сапожках, с двумя короткими саблями. Вторая, почти девчонка. Похоже торталийка. Во всём серебристом и сапожки такие же серебристые. Взгляд у них какой-то, я сказал бы, особенный. Чернявая, как в грудь толкает, колючий взгляд. А у молодой, будто насквозь видит тебя и знает про тебя такое, что ты сам про себя не знаешь. А сабля у молодой, знатная, слабо изогнутая, с длинной серебристой рукоятью и такими же ножнами. Странность их в том, что узнав, что произошло, они кинулись сломя голову к морю. Мы бросились следом, но догнать их, просто было невозможно. Самое интересное мы увидели, когда вывалились к месту схватки.
  Два очага полного смятения пиратов. А в центре очагов, два полуразмытых пятна, одно чёрное, другое серебристое. В отблесках горящей деревни, словно два огненных смерча, чёрный и серый. Некоторые из пиратов, ещё недоумевая, смотрели на женщин. С лица некоторых ещё не сползли улыбки, а четверо из них уже лежали на песке, истекая кровью. Плащи, женщины сбросили, как только выскочили из-за камней. Мы бросились помогать им. Из горящей деревушки бежали ещё пятеро пиратов. Но, они не успели к своим, всё было кончено в считанные мгновения. Шестнадцать пиратов полегли под нашими клинками. Причём десять зарубили женщины. В этой второй стычке и полегли Коледа и Горегляд. Пятеро пиратов повернули к шлюпкам, вместе с двумя охранниками столкнули одну из них и стали грести к кораблю. Наши все были ранены, пятеро погибли, если считать с первой стычкой. А бабам хоть бы хны. Мало того, что ни одной царапины, так даже не вспотели! Знатные мечницы! Видимо меривской школы?! Пока мы бегали по рыбацкой деревушке, ища выживших, и помогая раненым, двоим из бойцов стало худо. Они умерли очень быстро. Видимо кто-то из пиратов пользовался отравленным клинком. Оружие пиратов мы привезли, пусть проверят на яды.
  Ах да! Забыл совсем! Когда мы подбегали к концу тропинки, то вместе со звоном клинков, из за камней, женский смех прозвучал. Громко так и звонко. Буд-то серебряный колокольчик зазвонил. Меня морозом по коже протянуло, как в лютую стужу.
  Корабль, конечно, развернулся, и поймав ветер начал уходить. Но с какой злостью женщины в след кораблю смотрели?!! Ты бы видел! Как океан не замёрз?!
  Добрались мы до Глухово только под утро. Раненых сельчан на их же телегах привезли. Благо пираты ещё не успели в лодки погрузить награбленное. Всё так и стояло в телегах на деревенской площади с запряжёнными конями. Скарб сельчан, мы так на площади и сгрузили, сами потом разберутся. Пираты никого не жалели, ни старых ни молодых, ни детей. Всех под нож пустили, как скотину на убой. Но кое-кто все, же выжил. Несколько мужиков в одном из домов сопротивлялись до последнего, оба бывшие вояки, пока дом не подожгли. Так те, детей с бабами к камням бежать принудили, а сами пиратов держали, пока мы не подоспели и рожок не заиграл возле лодок. Пираты кинулись за деревню, а мужики не будь дураки, следом за бабами сиганули. Несколько молодух с ребятнёй, успели в схороны схорониться. Пятеро мужиков и три бабы тяжело ранены были, два мужичка померло по дороге. Остальные живые. А сорок девять сельчан, пираты насмерть забили. Два дня потом глуховцы хоронили соседей.У многих глуховчан ведь родня была в Халово.
  Вечером того же дня, когда мы в Глухово обратно пришли, такой переполох поднялся. И стар, и млад на улицу выскочили и в небо уставились. И посмотреть было на что. Два больших дракона кружили над сгоревшей деревней, серебристый и чёрный, хотя и далеко, но видно было отменно, а потом полетели к горизонту, где виделся ещё парус пирата. Как драконы летели над океаном, видели все. Потом быстро стемнело, и что там происходило, никто толком не понял. В темноте, ярко на горизонте огненные сполохи видны были. Тамарис хоть и ярко светит, но вдаль всё равно плохо видно. Только через три дня на побережье выбросило обгорелые останки корабля, да несколько вздутых тел пиратов. В одном из которых Рыско Столев признал одного из охранников пиратских шлюпок. Когда рассмотреть умудрился? И выжил же малец в рубке, одного из пиратов завалил, сам видел. Хотя Рыско говорит, что двоих. А с животом, говорит, часто, когда опасность близко - медвежья болезнь нападает. Может, действительно, малец чутьём наделён?
  Катя быстро пробежала глазами по показаниям остальных опрошенных. Большими расхождениями они не отличались. Естественно, трое выживших бойцов немного хвастались в показаниях, а так, всё тоже самое. Но вот женский смех похожий на звон серебряного колокольчика выделили все. У Кати возникло ощущение, что подобный смех, большая редкость, и вспомнила смех Сребры Ярисовны. "Кто его знает, какой у кого смех. Тех мужиков, мороз по коже протянул, а у меня никаких ассоциаций, никакого страха!?". Катя взяла предпоследний листок и прочитала:
   Заключение
  Дело о гибели старшего городового Степана Коледы и его первого помощника Семёна Горегляда, а так же семи бойцов городской стражи считать закрытым. Люди полегли, выполняя свой гражданский и людской долг - защищая гражданское население. Свой долг выполнили полностью. В связи с чем, считаю правомерным назначить семьям погибших пожизненную пенсию и право обучаться в любом обучающем заведении Средиземья с госсодержанием учащихся, касаемо их детей. Выживших, представить к награде за храбрость и дать денежное вознаграждение в размере годового жалования. Бойца городской стражи Рыско Столева направить для обучения ратному делу и развития его дара предвидения в Средиземский Университет. Внести в думу предложение, об учреждении ратной охраны в крупных селениях, для защиты людей от подобных нападений. Особенно вблизи Грозовой бухты.
   Старший городовой Ромул Замейко.
  Следующий листок гласил:
  Приказ городской думы города Камнедержец, от седьмого меэриссо, восемьдесят второго меэрис, седьмого палевня, со дня основания города.
  Об основании "Ордена Коледы". В связи с подвигом ратной группы возглавляемой Степаном Коледой столкнувшейся с противником, заведомо ратно превосходившем группу Степана Коледы. И не побоявшемся вступить с ними в бой, выполняя свой гражданский долг. Орден назначать за бой с превосходящим противником, выполняющим гражданскую повинность бойцам, защищающим гражданское население.
   Дума города Камнедержец.
  
  "И шестнадцать подписей". Катя аккуратно сложила листки положа их в папку. Немного посмотрела на старинную печать города Камнедержец и завязала тесёмки папки.
  Положив на прежнее место папку с делом, она прошла вдоль полки. На полке с легендами о Любомире, увидела эмблему Горнего королевства - белая башня и сердце на фоне синих гор. Эмблема Любилей и Любильтауна. Катя потянула свиток. Свиток зацепился за какой то предмет и потянул его за собой. Кате на ногу упала небольшая, но очень старая книжка. Чертыхнувшись, она подняла книгу, и скинув туфельку, потёрла саднящую косточку большого пальца. Прихрамывая и держа обувь в руке, она дошла до стола, плюхнувшись в удобное кресло.
  Книга была странной. С виду гладкая обложка, но на ощупь обложка совершенно не соответствовала виду. Довольно крупные бугры под пальцами, говорили о том, что зрение её обманывает. Название тоже было необычным "Обзор мифов древнего мира" Составил и записал Сьерко Мудрый.
  Катя провела рукой по обложке, проверяя правильность своих ощущений, и взялась за кожаный ремешок образующий замок на обложке книжки.
  
  
  3.ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 2. ДРАКОНОЛОГИЯ.
  
  Катя сняла ремешок с замка и поняла, что со зрением происходит что-то неладное. Обложка затуманилась, и туман начал впитываться в книгу. Проступило другое название "Драконология" Составил Сьерко Мудрый со слов Яриса Сказочника.
  Катя замотала головой. Обложка больше не менялась. Она открыла книгу, но зрение как будто не хотело слушаться свою хозяйку. Текст расплывался и затуманивался. Голова кружилась, становилось дурно. Внезапная слабость нахлынула на всё тело. Катя поняла, что она слышит, как замедляется сердечный ритм. Временной разрыв между ударами сердца увеличивается и становится тяжелее, как будто кто-то в груди бьёт в тамтам и с каждым ударом било становится всё больше и тяжелее, и замах становится дольше и тяжелее. "Я умираю" подумала Катя. Сознание померкло, в глазах потемнело.
  Катя оглянулась по сторонам. Та же комната. Но ракурс какой-то необычный - сверху. Она посмотрела за стеллаж и увидела Ангелину Мелеховну, сидящую за большим столом и разглядывающую в увеличительное стекло, фрагмент большой картины, лежащей на огромном круглом столе. Картина была необычной. Женщина, в необычного цвета одежде, на фоне океана и прибрежной полосы с лесом. Краешек солнца вот - вот утонет в океане. Но свет, исходящий от последнего закатного лучика, окрашивает и лес, и песчаный берег и океан таким цветом, какого Катя никогда не видела. Ничего похожего на какой-то другой цвет. Очень близко к алому, там, где садится Глаз Яара, переходящий в синий и фиолетовый. Она даже близко не понимала, как можно подобрать такой цвет. Живой взгляд женщины на картине завораживал и манил в картину. Кате очень хотелось оказаться рядом с той женщиной, на том песчаном берегу, залитом необычным светом.
  Только тут она поняла, что висит под потолком, над стеллажами с картинами. Повернувшись к столу, где она должна была работать со свитками, она увидела ещё одну "картину маслом". Её тело в вальяжной позе полулежит в кресле за столом. Левая нога подогнута на кресло, по ней как раз угодила книга. Голова, в вполоборота запрокинута на спинку кресла. Короткое платье задралось чуть выше, чем хотелось бы. Но самое ужасное, что к столу идёт Сребра Ярисовна.
  Катя подлетела к столу и попыталась соединиться с телом, но что-то её не пускало и пыталось вытолкнуть обратно. Она внутренне собралась и успокоилась. Сребра Ярисовна подошла к столу и взглянула на тело Кати. Протянула руку к плечу лежащего в кресле тела, но не коснулась его, а посмотрела куда-то на живот и как по нитке перевела взгляд на саму Катю. Потом посмотрела на стол и увидела открытую книгу. Взяла её, ещё раз посмотрела на призрак Кати.
  Катя сама взглянула на своё тело и увидела, что от пуповины тянется серебристая нить, связывающая тело с нею. "Значит не всё ещё потеряно" подумала Катя. А Сребра развернула книгу к призраку и тихо сказала.
  - Читай!
  И Катя прочитала.
  
  Тигея. Огромная живая планета, с одним большим континентом - Панерис, треть которого занимает огромный горный массив, состоящий из чёрных и белых скал - Живые горы. Хотя на планете все горные цепи состоят из синих и серых скал. Люди считают именно чёрные и белые камни - живыми, а серые и синие обычными. Всё на Тигее живое, но по-разному. Всё живёт своей особенной жизнью. Планета - это огромный живой организм, но что-то принадлежит телу самой планеты, а что-то добавлено извне. И все жители Панериса верят, что создали жизнь на Тигее ДРАКОНЫ.
  Катя недоумённо посмотрела на Сребру и та нетерпеливо тряхнула книжкой.
  - Дальше!
  И Катя продолжила.
  
  В Живых горах есть много долин, больших и маленьких. Каждая долина отдельное государство с процветающей экономикой и своей государственностью. В самих горах много дорог и тропок, но между долинами Панериса и Живыми горами дорога только одна. От Пятизерья, через Зелёную долину, в Чёрно-белое ущелье. Зелёная долина лежит посреди неприступных Живых скал. Недалеко от входа в Чёрно-белое ущелье, поставил дом Ярис Сказочник Первый, прямо при дороге, превратив это место в огромный постоялый двор с большой кормильней. Ведь по дороге во все года идёт и идет нескончаемый поток людей. Торговцы, наёмники, географы, учёные, лекари, целители, охотники, крестьяне, правители, звездочёты, путешественники, художники, барды, волшебники и даже разбойники. Все идут по своим делам, или просто без дела. У каждого из них своя жизнь, своя история. И если у обычных людей только их жизнь, то жизнь некоторых влияет на весь Панерис. И именно эти люди чаще других сталкиваются с основателями жизни на Тигее - Драконами.
   Так и повелось, что все эти рассказы и легенды, из века в век, стекались на этот постоялый двор. Так Ярис Первый стал Сказочником. За ним был Ярис Второй, потом Третий, и так далее. Я встретился с Ярисом Тринадцатым и стал записывать всё, что накопилось за несколько сотен меэрис существования постоялого двора "Драконий лог".
  
   Сьерко Мудрый. Трактат о Тигее
  
  Пока Катя читала, библиотекарша внимательно следила за призраком. Потом, Сребра мягко прикоснулась к серебристой ниточке связывающей призрак с телом. Катя ощутила, что её куда-то тянет в темноту, в серебристый свет в какие-то цветные пятна. И вдруг почувствовала, ей не хватает воздуха. Шумно вздохнула и открыла глаза.
  Она по-прежнему сидела в кресле, а над ней стояла Сребра Ярисовна, листая книжку в зеленоватой с чешуйками обложке. Под названием книги появились два дракона, чёрный и белый. Катя голову дала бы на отсечение - раньше их там небыло. Закладка тоже преобразилась. Из обычного кожаного хлястика, она превратилась в широкую кожаную полосу с мелкими зеленоватыми чешуйками и рисунком на них - тех же два дракона, чёрный и белый. Снизу на закладке появилась руна битвы - две скрещивающихся стрелки.
  Сребра повернула книгу обложкой к Кате.
  - Что видишь!?
  Катя посмотрела той в глаза и ответила.
  - Название - Драконология.
  Сребра нетерпеливо и придирчиво переспросила.
  - И всё?
  Катя снова перевела взгляд на книгу.
  - И два дракона. Чёрный и белый. Чёрный с блёстками, а белый, с золотой окантовкой.
  Сребра мягко повернула голову Кати к себе и пристально взглянула ей в глаза. У Кати было ощущение, что кто-то присутствует в области сердца, чужой, но дружелюбный. Сребра отпустила её и сказала немного уставшим голосом.
  - На сегодня с тебя достаточно. С меня тоже! Завтра приходи утром сюда, продолжишь работу. Я зачислю тебя в штат библиотеки. Но если почувствуешь недомогание, лучше пару деньков побудь дома - отлежись.
  Катя внимательно посмотрела на свою, новоявленную, кураторшу.
  - А, я, что, умерла?
  Сребра икоса взглянула на подопечную.
  - Не совсем. Но ещё полтора мера, и мне не удалось бы соединить душу с телом.
  Но студентка продолжила расспрашивать.
  - Почему же со мной это случилось!?
  Сребра пододвинула стул от соседнего стеллажа и села напротив Кати.
  - Понимаешь, это необычная книга. Она обладает своей душой и разумом. Простому смертному она не будет видна, он даже не почувствует её. Только тому, у кого просыпается какой-нибудь дар. Например, владение стихиалиями: огнём, воздухом, водой, металлом. Или ясновиденьем. Например!!!
  Мне, не удалось бы вернуть тебя к жизни, если бы ты отказалась прочитать первую страницу, допустим, испугавшись своего состояния. А прочитать нужно было только в состоянии духа освободившегося от тела. Только в этом случае запускается процесс преобразования духа и тела. Или человек умирает. Эта книга каждому покажет свой текст, нужный только тому человеку, который читает её на данный момент. Я увижу один текст, ты совершенно другой.
  Катя недоумённо хмыкнула.
  - Может это просто разные книги?
  Сребра Ярисовна, посмотрела ей в глаза и после паузы сказала.
  - В том-то и дело, что книга одна и таже. Люди, читавшие её, пытались восстановить прочитанное по памяти. Получались книги, но совершенно обычные. Я знаю о двадцати восьми вариантах текста этой книги, и все разные. Книга явилась тебе, значит никто, кроме тебя или посвящённого человека не увидит её такой, какая она на самом деле. Но даже картинка на обложке будет меняться для разных по силе людей. Ты увидела наиболее полный вариант обложки, значит силы в тебе, очень много. Каким образом, Сьерко Мудрому удалось создать её, до сих пор ходят легенды. А теперь собралась и выметайся отсюда, пока я не загрузила тебя работой
  Катя поднялась с кресла, взяла сумочку, и одев туфлю, направилась к двери из подсобного зала библиотеки. Чувствовала она себя на удивление прекрасно. Но выходя за дверь, услышала, как Сребра произнесла, явно обращаясь к книге.
  - Сколько же меэрис тебя не было видно.
  В парке был приятный полумрак. Глаз Яара ещё не закатился за горизонт и сквозь деревья пробивались редкие вечерние лучики. На лавочках остались редкие парочки. Лавка Лизон пустовала. Только пустые бутылки и бумажный мусор напоминали, что тут кто-то был днём. Катя вспомнила дневной инцидент. "Странно, я действовала абсолютно спонтанно и ни о чём не думала. Просто действовала. Уработать двоих здоровенных хлопцев". Катя тряхнула головой. "Правильно говорит тренер,-"Физическая сила ничто. Главное сила духа и чистые мысли". А ведь мне этот инцидент ещё аукнется. Нужно быть поосторожнее, Мехкас дурак, но очень гордый, и чрезмерно кичится своей родословной. Хотя дурак он только в учёбе, на самом деле ловкая и изворотливая тварь, впитавшая в себя всю хитрость своей семьи. Кстати, бывших пиратов! Сам хвалился на третьем семестре. Недаром все пять меэрис проучился, хоть и с трудом. Семейство Канингремов ведёт свою родословную от древнего пиратского рода. Но официально, они в пиратстве замечены не были - они не занимаются пиратством. У них бизнес, вроде всё без криминала. Заводик одноразовой посуды, по-моему?! Может всё и обойдётся??".
  С этими мыслями она вышла из ворот универа и подошла к кабине метастатического портала. Набрав на клавиатуре "Белоречье, Семенск, ул. Зелёная 17", она подождала немного, и когда в проёме появилась знакомая улица, шагнула в проём.
  Тогда она ещё, даже, не представляла, чем всё это закончится.
  Дома всё было как всегда. На столе под полотенцем, ещё тёплый ужин, мама спит. В этой части планеты уже ночь, хотя разница всего в один меровой пояс. Но благодаря кабинам перемещения, люди работают по всей Тигее, приспосабливаясь к разным меровым поясам.
  Домой, она вошла как обычно. Привычно и буднично, открыла дверь ключом и сняла туфли. Что-то было не так. Встречавший её обычно черно-белый кот Семён, прозванный так за покладистость характера, не встретил её в дверях. Он как обычно вышел в прихожую, но увидев хозяйку, метнулся в зал и затих. Это дошло до Кати только, когда она села ужинать и откинула полотенце с тарелок.
  В кухню вошла мама. Постояла, глядя на ужинающую дочку, и подсела с другой стороны стола, опёршись подбородком на руки.
  - Ну как экзамены вундеркинд ты мой?
  Катя прожевала гречку с бараниной и пожала плечами.
  - Как всегда нормально. Экзамен сдала экстерном. И тут же предложили работу. Сначала на раскопках Алатерма, а потом устроили в библиотеку, штатным сотрудником. Буду разгребать завалы из старинных и не очень пергаментов. Но на раскопки я наверно, все-таки, поеду. Их пока никто не отменял, нужно будет собраться заранее. А ещё я подралась с однокурсниками, и наваляла двоим здоровенным парням и их девчонкам. И, наверное, рассталась с Каном?!
  Последнюю фразу она произнесла немного печально и опустив глаза. То, что сегодня она чуть не умерла, она решила оставить в секрете. И маме об этом не говорить.
  Мама положила одну руку на стол, а второй подпёрла щёку, и недоверчиво кивая, произнесла.
  - А ты ещё стала сегодня большой выдумщицей. Кто же поверит во всё это? Но день явно был насыщенный?! В это я поверить могу. Семён шарахнулся из прихожей, ко мне в спальню, забился под одеяло и боится оттуда нос показать. Разбудил только!
  Катя устало посмотрела на маму. "Решение оставить за собой свой секрет, было абсолютно правильным". Запихнула в рот ложку каши и проговорила с набитым ртом.
  - Вшо чыштая павда! Клянуш шваими жнаниями! И этой кашей. Не видать её мне как своих ушей, если я солгала.
  Последние фразы, она договорила проглотив кашу. Мама поднялась от стола.
  - Доедай и марш спать. У тебя каникулы. Отдыхай в своё удовольствие.
  Катя отложила ложку и умильно посмотрела на маму.
  - Маа..! Завтра мне, как и тебе, нужно рано подняться и валить на работу. Только ты пойдёшь в больницу, в своё любимое родильное отделение, а я в родную универовскую библиотеку, перебирать пласты истории. Так, что разбуди меня, когда будешь уходить. Ладно?!
  Мама недоверчиво посмотрела на уставшую дочь, махнула рукой, и пошла спать.
  
  
  
  4. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 3. ПРОЯВЛЕНИЕ ДАРА.
  
  Утром Катя пришла в читалку, как она считала, раньше всех. Но Сребра уже была в своём кресле и доедала, как показалось Кате, вчерашнюю плитку шоколада. Присмотревшись к обёртке, вспомнила, что вчерашняя обёртка была синяя, а сегодня красная.
  Сребра, проследив за Катиным взглядом, вытащила из шуфляды в кафедре ещё одну плитку шоколада, в синей обёртке, и протянула её Кате. Та же закрыв глаза и сильно замотав головой, начала отнекиваться.
  - Вы меня неправильно поняли. Я смотрела, вчерашняя это шоколадка, или нет.
  Сребра Ярисовна взглянула на подопечную поверх очков и холодно произнесла.
  - Это ты меня неправильно поняла. При открывшемся ДАРЕ, ты будешь катастрофически терять силы, пока дар не уживётся в теле, и не изменит его под себя. И это, только на первый мер твоего трудового дня.
  Она обошла кафедру и демонстративно положила шоколадку в сумку Кате. Катя сдавленно кивнула и спросила.
  - А вы действительно видите души людей?
  Сребра опять взглянула на Катю поверх очков, и выдержав паузу, качнула головой.
  - Да вижу. И умею ими управлять.
  Катя более заинтересовано взглянула на Сребру.
  - А какой ДАР у меня?
  Сребра недоумённо пожала плечами.
  - Пока тебе этого не скажут даже драконы. ДАР должен проявиться сам. И возможно ты сама увидишь и драконов и людей и свой ДАР. А пока, раз пришла, пошли на рабочее место. Сегодня поработаешь мера два, думаю, с тебя будет достаточно.
  Она постояла несколько сек в раздумии. Потом, посмотрев на Катю, обошла кафедру и вытащила из шуфляды ещё две шоколадки, и какую-то карточку. Катя послушно поплелась за Среброй. Та на ходу продолжила говорить.
  - Вот карточка бесплатного питания. Как работнику университета.
  Сребра приостановилась в дверях малого зала и протянула Кате пластиковый прямоугольник, лежащий на двух плитках шоколоада.
  - Не забыла ещё, где столовая? Питаться будешь там, где и преподаватели, в малом зале. Но если не хочешь отрываться от коллектива студентов, то можешь и в общем зале. Карточка работает и там. Предупреждаю, преподавателям готовят отдельно. Можно сделать заказ, по универовской сети, столовая его выполнит. И ты с комфортом пообедаешь.
  Она пропустила Катю к своему рабочему месту и вернулась в общий зал.
  Работа клеилась и вязалась. Катя, за несколько меров работы разобрала одну пятую свитков на столе Сребры. Читая их, она поняла, что многие свитки повторяются, разные люди описывали одно и то же событие, или пересекаются друг с другом. Некоторые свитки нельзя отнести только к драконам, или только к легендам Тигеи. Многие свитки, это реальные документы, о реальных событиях. Она сделала несколько дополнительных бирок - "Упоминания о драконах. Свитки", и "Документы с упоминаниями о драконах". "Придётся со временем всю систему на этих полках менять. И переложить все свитки и документы по новой схеме. Ну что же будет чем заняться." Подумала Катя.
  Странная книга лежала здесь-же на столе. Сребра почему-то не забрала её. "Может она не считает её очень опасной", - думала Катя. Рисунок на книге и название больше не менялись. И обложка полностью соответствовала виду на ощупь.
  Сребра появилась неожиданно и чуть не перепугала Катерину насмерть. "Точно дочка своего отца. Оба совершенно бесшумные."
  - Ну что экстрасенс. Как успехи на поприще разбора бумажных завалов на моём столе?
  Потом посмотрела на отложенные свитки и освободившуюся часть стола. Увидела и дополнения на пустующих полках. Сделала серьёзную мину и шутливо произнесла.
  - Уважуха! За работоспособность.
  Подняла со стола три обёртки от шоколада. Только тут Катя вспомнила, что периодически отламывала кусочки шоколада. Но как разворачивала новые плитки, хоть убей, не помнила. Сребра отпустила бумажки, и те упали на свободную часть стола.
  - Надо было ещё две добавить. Может быть, больше работы было бы сделано.
  Катя посмотрела на Сребру снизу вверх и с вызовом ответила.
  - Скупой платит дважды!
  Поняв, что сказала, она закрыла рот ладошкой, а потом, не удержавшись комичностью ситуации, прыснула, пытаясь удержать смех той же ладошкой. Сребра посмотрела на смеющуюся девушку и сама не удержалась от смеха. На их смех, из-за стеллажей, выглянула Ангелина Мелеховна. Посмотрев на смеющихся поверх своих роговых очков, строго хмыкнула и скрылась обратно за стеллажами. Этот мелкий эпизод рассмешил обеих ещё больше, и они, уже не сдерживаясь, рассмеялись в голос.
  Отсмеявшись, Сребра вытерла катящиеся из глаз слёзы и сказала.
  - Всё хватит на сегодня. Иди домой и постарайся поспать. Во сне тело быстрее перестраивается.
  Но Кате совсем не хотелось уходить, да и чувствовала она себя весьма неплохо. Она потянулась к странной книге, и, взяв её со стола, посмотрела на Сребру невинными, круглыми глазами.
  - А можно я ещё почитаю. Меня, прям-таки, распирает от любопытства, чего там ещё может быть спрятано.
  Сребра хмыкнула, и недоверчиво посмотрела на новую подопечную. Но потом, видя подчёркнуто милую, и подчёркнуто невинную мордашку, улыбнулась и смилостивилась.
  - Хорошо, но сделаем так?!
  Она потянула паузу, с недоверием посмотрела в глаза Кате, и попробовала её отговорить ещё раз.
  - Так, как книга сама выбрала тебя, никто, кроме тебя её не прочтёт! Я вижу, что ты сильно торопишься. Может, всё-же, подумаешь?! Книга наполнена простыми рассказами и легендами, но каждый из них пышет магией и перестраивает твоё тело для дальнейшей работы твоего ДАРА. Подумай хорошенько нужно ли тебе так спешить?
  Катя, прижав книжку к груди, как если Сребра, пыталась отнять у неё самое ценное.
  - Меня тянет к этой книге.
  Сребра недоверчиво посмотрела в глаза девушки.
  - Хорошо, хорошо! Но читать ты будешь в общем зале. Что бы я тебя видела и вовремя смогла помочь.
  Они прошли в общий зал, Сребра показала Кате на неприметный столик, под лестницей, ведущей на большой балкон над основным залом. Катя послушно направилась в указанном направлении. "Странно! Я никогда не замечала этот столик под лестницей, хотя провела в этом зале чуть-ли не половину всего времени учёбы в институте!? Может просто не обращала внимания?".
  Сребра подошла к уже усевшейся на, такое-же как у неё, кресло Кате и протянула ещё три плитки шоколада, в белых обёртках. Шоколад был с орехами. Катя с интересом посмотрела на Сребру и полушутя спросила.
  - У вас, что, шоколадная фабрика в собственности?
  Сребра пожала плечами и с грустью в голосе ответила.
  - Ну не фабрика, но люди, считающие, что много мне должны, имеются. А вот у этих людей, уже в собственности шоколадная фабрика. Так, что ешь, не переживай. Мне всё равно некуда такое количество девать. И у меня место освободится в столе, и тебе польза будет.
  Катя недоверчиво посмотрела на библиотекаршу. Та полушутя пожала плечами и отошла к своей кафедре посреди зала.
  Катерина задумчиво смотрела вслед Сребре. Потом отвернулась к книжке и открыла на заложенной странице. Провела большим пальцем по шероховатой поверхности закладки и положила её на столик. Открывшаяся взору страница гласила.
  Посреди чёрного космоса, висела ничем не примечательная планета. Обычный серо-чёрный шарик. Без воды и воздуха, без гор и континентов, без людей и животных и без растительности. Долго висела планета, много меэриссо. Постепенно вокруг планеты появились такие же серые и неодушевлённые планеты. Каждая принесла с собой пыль газы, мелкие частицы материи. Каждая планета стала двигаться, по только ей одной отведённой траектории, а пыль, газы и мелкие частицы собрались в самом центре движения этих бездушных каменных шаров. Прошло ещё множество меэриссо. Планеты продолжали своё монотонное движение.
  Но, вдруг, что-то неуловимо изменилось в месте, где висела самая старая планета. То ли изменилось движение эфира, то ли сама планета изменила всё вокруг себя, то ли она стала оживать сама по себе.
  В черноте космоса появилось ослепительно белое пятнышко. Оно росло, приближаясь к планете. Но с другой стороны, совершенно незаметное в черноте космоса, к планете приближалось совершенно тёмное пятно.
  Два больших дракона приближались к планете, белый и чёрный. Белый дракон - яркий и красивый, молодой самец с красивыми перьевыми крыльями и чудной блестящей шерстью, и звали его ЯаР. Другой - чёрная, чешуйчатая самка с кожистыми крыльями и звали её МООН. Им было суждено встретиться возле этой планеты. Планета как нельзя лучше подходила для того, что драконы должны были сделать. Но каждый хотел сделать это один - СОЗДАТЬ НОВЫЙ, ЖИВОЙ МИР.
  Драконы одновременно подлетели к планете, и как истинные драконы сразу почувствовали жгучее желание друг друга - создать новый мир и владеть им единолично. Им ничего не оставалось, как начать сражение за этот мир. И СРАЖЕНИЕ началось.
  Много меэриссо бились над планетой драконы, рвали друг друга в клочья, истекали кровью. Всё это падало на планету. А так как каждая частичка драконов обладала желанием создания нового мира, то каждая чешуйка, каждое пёрышко, каждая капля крови, каждая частичка кожи или ворсинка, каждый кусочек кости или когтя - превращалась во что-нибудь живое. Кости и когти превратились в горы и полезные ископаемые, ворсинки шерсти в траву и растения, перья белого дракона превратились в деревья, кровь в воду. Чешуйки чёрного дракона ломались на двое, и падая на землю, превращались в людей - из одних половинок получались мужчины, из других женщины, из мелко раскрошенной чешуи получились животные, кровь чёрной драконицы превратилась в нефть и горный воск. Там, где упала кровь белого дракона, появилась чистая живая вода и воздух, а где кровь драконов смешалась - появились солёные океаны. Горячее дыхание белого дракона подожгло пыль и газы, скопившиеся в центре движения планет - появилась наша звезда, которую сейчас называют ГЛАЗОМ БЕЛОГО ДРАКОНА, или Глазом Яара. Всё, что не упало на планету, сформировалось в три большие луны, которые до сих пор вращаются подле нашей Тигеи. Мы называем их детьми драконов - Тамарис, Литания и Триор. Так рождалась и оживала планета.
  Драконы очень устали и ослабли. Они оставили бой и посмотрели на планету - зелёную и голубую, чёрную и серую, красную и жёлтую. Потом посмотрели друг на друга. Израненные, изнурённые, в шрамах и свалявшейся окровавленной шерсти, с порванными и выщипанными крыльями. Оба опустились на обширную равнину и превратились в людей, ведь драконы имеют две ипостаси - драконью и человеческую. И пошли по созданному ими миру в разные стороны. До сих пор ходят они по планете, помогая этому миру, как могут. Ведь это их общее творение, над которым они трудились так долго. Хотя и осознали это, так поздно - едва не убив друг друга.
  
  Катя почувствовала, что куда-то проваливается. Зрение застлал туман. Катю заполонило ощущение полёта. Захватило дух от огромной скорости. Туман начал рассеиваться, открылась поверхность планеты. Молодой Тигеи - только что, окончательно, приобретшей свой облик. Почти на треть огромного континента раскинулись чёрные и белые горы. На большом холме, посреди Живых гор, Катя увидела две фигуры. Они лежали поодаль друг от друга. На зелёном покрытии холма они контрастно выделялись. Красивая женщина в чёрном, потрёпанном платье, в прорехах которого виднелись страшные раны, пыталась закутаться в, такой же разорванный чёрный плащ. И молодой мужчина в белой с позолотой одежде, тоже сильно потрёпанной и с такими же ранами. Возле людей лежали мечи. У мужчины - тонкий и длинный в белых с золотом, ножнах. У женщины - чёрный, в чёрных с блёстками ножнах. Мужчина тоже, тщетно пытался закутаться в разорванный плащ. Он приподнялся на локте и посмотрел на женщину, она дрожала всем телом, плащ не спасал от потери энергии, да и прорехи в нём не способствовали удержанию тепла.
  Тогда мужчина встал, подошёл к женщине, лёг рядом, осторожно пододвинулся к ней вплотную, и накрыл её своим плащом, растянув его на неё и на себя. Женщина инстинктивно прижалась к нему и перестала дрожать, Расслабилась и спокойно заснула. Заснул и мужчина.
  С этого момента у Кати будто включили быструю перемотку. Время рванулось дальше. Страшные раны драконов затягивались сами собой. Одежда не отставала, и через несколько мэсалис драконьего сна, даже плащи затянули свои раны. Времена года быстро сменяли друг друга. Закончилась летница, началась овсень. Живые горы пришли в движение и выросли над драконами в, как показалось Кате, полупрозрачный купол. Началась ярица, когда Глаз Яара выжигает всю растительность в области экватора, а по планете гуляют страшные пожары. Ракурс изменился, высота увеличилась, и Катя увидела в ускоренной перемотке, как к массиву живых гор ползут белые и чёрные глыбы со всего континента. Соединяясь в сплошной массив. Они будто вливались в стоящие неподвижно горные пики, делая их ещё выше и круче. Ракурс опять изменился, земля приблизилась. Драконы безмятежно спали, укрывшись одним плащом. Пришла гима, и, несмотря на близость экватора, выпал снег, купол с драконами засыпало снегом. С приходом яровита лучи Глаза Яара растопили снежную шапку. Природа оживала, появилась зелёная трава, холм покрылся цветами. Недалеко от холма появилось озеро. С гор стекали ручейки, превращаясь в небольшие речки, которые пополняли озеро. Купол, как живой распался и ушёл в землю. Приближалась летница. Комфортный климат долины, и пространство, закрытое от климата всей планеты, создали особый микроклимат в долине, благотворно влияющий на всё живое. Даже ярица, особо не повлияла на долину.
  Женщина сладко потянулась, и через плечо посмотрела на спящего рядом мужчину. Улыбнулась, и осторожно отодвинулась, приподняв мужскую руку, аккуратно обнимающую её за талию. Выскользнув из под белого с золотом плаща, она встала, и сладко потянулась ещё раз. Ещё один взгляд на спящего мужчину. Теперь немножко лукавый.
  Она спокойно идёт к озеру. Одежда, превращаясь в туманную дымку, впитывается в прекрасное стройное тело. К воде она подходит обнажённой, и, попробовав воду ножкой, заходит в озеро.
  Мужчина, в это время, открыл глаза и тоже потянулся. Не понимая, смотрит на пустующее место возле себя. Трясёт головой и трёт руками лицо. Потом садится, и осматривается вокруг. Женщина, почувствовав проснувшегося мужчину, оборачивается в воде. Их взгляды встречаются. Они смотрят друг на друга. Женщина вдруг улыбается и машет мужчине рукой, зовя в воду. Он поднимается и идёт к воде. Одежда так же впитывается в тело туманом. Стройное, мускулистое тело немного завораживает и приковывает взгляд. Быстро зайдя в воду, мужчина ныряет и выныривает рядом с женщиной. Некоторое время они смотрят друг на друга. Женщина лукаво улыбается и обнимает мужчину. Глубокая чернота заливает её глаза, взгляд поднимается прямо к взгляду Кати. И Катерину толчком выбрасывает обратно в реальность своего мира.
  Глаза болят и слезятся. Катя видит, как Сребра Ярисовна быстрым шагом идёт к ней, с беспокойством глядя на неё.
  - Что случилось?
  Катя попыталась ответить, горло не слушалось. В нём першило и очень хотелось кашлять. Но полноценного кашля не получалось. Из горла вырывался какой-то хрип.
  Сребра Ярисовна с силой врезала Кате по спине. Во рту, появилось, что-то сладкое и расплывающееся на языке. "Шоколадка!" - Подумала Катя, быстро проглотив сладкий комок, и откашливаясь. А сама ответила.
  - Спасибо! Наверно просто подавилась.
  Сребра недоверчиво посмотрела в глаза своей подопечной. Та постаралась отвести взгляд. Но, библиотекарша выдвинула из за стола другой стул, уселась напротив и потребовала.
  - Рассказывай, что видела! Ясновидящая!!
  Катя отвела взгляд на книгу.
  - Похоже, я видела Яара и Моон сразу после того, как они приземлились на планету. И через меэрис после этого.
  Катя подробно рассказала, что видела. Сребра удивлённо кивала головой и периодически недоверчиво искоса поглядывала на неё. Потом взяла со стола книжку.
  - Подумать только!!! На первых - же страницах! И так далеко?! Любомиру это понравится.
  Пришло время удивляться Кате.
  - Какому Любомиру?
  Сребра махнула рукой.
  - Так! Знакомый один. Занимается тем, что собирает исторические свидетельства о своём тёзке - Драконе Любомире.
  Задумчиво посмотрела на Катю и продолжила.
  - Да и о драконах вообще.
  Молчаливая пауза затягивалась. И что бы хоть что-то сказать, Катя вспомнила, что уже несколько пенталис не ходила на тренировку.
  - Извините. А на тренировку мне можно ходить?
  Сребра посмотрела на неё как на идиотку.
  - А тебе это надо?
  Катя снова перевела взгляд на книгу.
  - Ну, вообще-то именно тренировки, спасли меня вчера от солидной трёпки в парке. Занимаюсь я всего меэрис. Наверно стоит продолжать!?
  Сребра ещё раз смерила Катю взглядом, будто проверяя что-то своё.
  - Ну, раз нельзя, но очень хочется? То, наверное, можно?!
  Через пятнадцать сен, Катя стояла возле своего старого шкафчика в вестибюле универа, вытаскивая массивную сумку с кимоно и личным бокэном в матерчатом чехле. Бокэн, она сделала сама, с подсказками тренера. Забросила сумку за спину, просунув руки в довольно большие лямки, взяла бокэн в руку, и побежала в крыло, где расположен спортзал.
  
  5. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 4. НА ТРЕНИРОВКЕ.
  
  В спортзале, людей было немного. Ещё идут экзамены. Человек пять отрабатывали приёмы работы с мечом, двое, под присмотром тренера, спарринговали в рукопашке. Катя юркнула в раздевалку, быстро переоделась и вышла в зал, заткнув за матерчатый пояс бокэн.
  В зале, она отошла немного от занимающихся, и начала делать упражнения для разогрева. Почувствовав, что по телу пошла волна теплоты, она отошла к скамейкам и поставила бокэн в стойку. Ещё немного размявшись, она встала в стойку "Крылья дракона" и замерла, закрыв глаза. Она стояла некоторое время неподвижно. Почувствовав, что по спине, от пятки, касающейся пола, пробежала волна теплоты и перешла в руки, она приступила к комплексу Крыло дракона. Плавные, рубящие воздух движения рук "Удар крылом", и незаметные движения ногами, позволяющие уходить с линии атаки противника, перерастали в удары локтями "Дракон бьёт когтем". Она с упоением принимала боевой танец, не замечая, как вокруг всё остановилось, народ бросил тренировку. Все наблюдали за ней. Особенно тренер.
  Энергия росла. Катя кожей чувствовала, как наполняется тело жгучей энергией. Ноги сами несли её по татами, руки делали движения, которые тренер ей ещё не показывал. Удары чередовались с блоками. Энергия переполняла её. Больше не в силах сдерживать её Катя нанесла невидимому противнику двойной боковой удар по рёбрам и прямой, двумя руками в голову, "Крылья забвения". Тренер только мельком показывал всей группе этот удар. Из гортани вырвался радостный крик "Киаййййййй". И энергия схлынула. Катя сложила крылья дракона по бокам и, сделав шаг назад, поклонилась невидимому и явно поверженному противнику. После чего оглянулась по сторонам, почувствовав полную тишину. Все смотрели на неё, открыв рты. Подошёл тренер. Его губы улыбались в густой бороде. Он повернулся к ошалевшим подопечным и сказал.
  - Ну, чего стали. Закрыли рты и продолжаем тренировку. Силен и Сармат комплекс "Голова дракона".
  И уже повернувшись к Кате.
  - Откуда ты знаешь этот комплекс полностью?! Я ведь давал только начальные стойки и удары?! Только Фалиша, из одногодок, вытянула из меня этот комплекс полностью.
  Катя пожала плечами.
  - А я и хотела их повторить. Просто одно вытекало из другого, руки сами продолжали движение. Просто, по-другому не получится!? Да и энергия не даст полного результата при воздействии на тело. А вы сами говорили, что если неправильно выполнить, то можно заболеть?!
  Сбивчиво начала оправдываться Катя. Потом опустила глаза, и, водя кончиком большого пальца ноги по ковру, сообщила.
  - Не знаю!! Так получилось! Само собой.
  Тренер придирчиво посмотрел Кате в глаза, и вдруг тихо произнёс.
  - Помнишь начало "Крыльев бури"?
  Катя кивнула и попыталась стать в начальную стойку. У неё это получилось достаточно легко. Левая рука вверх, над головой сзади, правая вниз к рёбрам, стойка на одной ноге и левая нога ложится на полусогнутое колено правой. Она закрывает глаза и ждёт. В правой пятке появляется тепло, проходит по ноге, наполняет левую ногу, и устремляется в спину. Как только тепло касается затылка, левая нога разгибается, рука сверху идёт вниз, и Катя всем телом смещается влево. Удар всей стопой о татами, звучит как выстрел. Руки уходят вперёд в протяжном ударе - "удар крыльями". Энергия резко перетекает в руки. Кате кажется, что волна энергии от рук идёт дальше. Глаза застилает туман, через который всё прекрасно видно. Боевой танец продолжается недолго. Завершается всё блоком левой рукой, удар локтем с разворота, и боевой крик. Как и в первый раз, энергия спала. Катерина сложила крылья дракона, шаг назад, поклон.
  Она смотрит на тренера, потом, на растерянных одногрупников, снова прервавших тренировку, что бы посмотреть на это чудо. Старх Ярисович качает головой и задумчиво смотрит на свою подопечную. Потом переводит взгляд на притихшую аудиторию.
  - А я что, разрешал прервать тренировку?! А ну продолжаем!
  Все резко продолжили на тех упражнениях, на которых остановились. Тренер подошёл к Кате.
  - Только не говори мне, что никогда даже не видела, как это выполняется!!?
  Катя виновато опустила голову.
  - Видела. Но никогда не выполняла. Пробовала стойки, но никогда не могла выполнить правильно. А что, сейчас всё правильно??!
  Катя с надеждой посмотрела на учителя. Тренер закивал в ответ.
  - Даже слишком правильно! И это удивительно! Но и подозрительно. Может, попробуем спарринг? Хотя бы с Фалишей? Вы ведь одновременно пришли на занятия!?
  Катя пожала плечами. А тренер крикнул, обращаясь к тренирующимся и хлопая в ладоши.
  - Перерыв! Фалиша, на татами. Будешь спаринговать с Катериной.
  Фалиша победила в соревнованиях одногодок четыре пенталис назад, в этом зале. Хотя она на меэрис младше Катерины. Катя показала только седьмой результат из одиннадцати соревнующихся одногодок. Двадцать дней назад Фалиша была сильнее её в семь раз. Но после Мехкаса и Инны в парке, Катя без раздумий шагнула на татами. И всё-таки мандраж был. "Ещё-бы, только что показать идеальное исполнение двух комплексов, и проиграть, хотя и более сильному, противнику?".
  Противницы встали друг напротив друга, перед спарринговым татами. Фалиша с превосходством смотрела на Катю. "Такой шанс опустить выскочку, она еле освоила один комплекс, и то не в совершенстве, а тут два, да ещё в идеальном исполнении". Катя не могла определить, откуда пришло это знание. Но намерение Фалиши чувствовала абсолютно.
  Тренер взмахнул бокэном. Обе шагнули на ковёр и поклонились друг другу. Ещё один взмах бокэна и Фалиша пошла на Катю первая. Катя в свою очередь осторожно начала смещаться влево и к середине, переставляя ноги так, что бы не смазать стойку и постоянную готовность к нападению. Фалиша тоже начала смещение влево. Соперницы постепенно сходились. Когда разрыв сократился до нескольких шагов, Фалиша не выдержала и рванулась к Кате. "Удар крылом" и сразу "когтем". Катя защитилась "щитом из крыльев", и пошла в ближний бой - "техника липких крыльев". Фалиша попыталась разорвать дистанцию, но Катерина не дала этого сделать, шагнув следом. Обе только видели, как это делалось у старших. Фалиша талантливый боец и поняла тактику слёту, но Катя почему-то стала чувствовать, как нужно работать. Ей казалось, что она, почти-что видит энергию свою и противника. Руки их двигались практически на равных, выполняя приёмы техники, но Фалиша потихоньку, шаг за шагом отступала, она только видела эту технику, не чувствуя её, но делала всё правильно. Катя же, как раз чувствовала, что нужно делать, потому была немножко быстрее. Бой затягивался. И Катя пошла на обман. В какой-то момент она неправильно поставила руку, и Фалиша моментально воспользовалась этим. Захват кисти и Катина рука вывернута. Катю развернуло на сто восемьдесят градусов, она кожей почувствовала радость Фалиши. Но бой ещё не закончился. Катя попыталась развернуться лицом к сопернице, почувствовала сопротивление и вдруг начала движение в сторону захваченной левой руки, закручиваясь спиралью, одновременно выставив левую ногу подальше в сторону. Не ожидавшая такого действия Фалиша потеряв равновесие, попыталась выпустить кисть противницы, но теперь Катя перехватила её запястье и потянула дальше, попутно толкая противницу локтем свободной правой руки. Потерявшая равновесие, и споткнувшись о Катину ногу, Фалиша полетела на татами. Катерина бросилась следом. "Захват кисти, переворот противника на живот, прижать вывернутую руку коленом к спине и обозначить удар в затылок. Чистая победа"!!!
  Краем глаза она видит взмах бокэна тренера. Бой окончен. Катя отпускает Фалишу. Противницы расходятся. Ритуальный поклон друг другу и выход за ковёр.
  Тренер подходит и ждёт пока Катя и Фалиша вытирают с лица пот, специально развешенными по залу полотенцами.
  - Ну что я могу сказать. Обе молодцы. Так быстро разобраться в технике, только, видев несколько раз исполнение? Молодцы!! У меня вопрос к Катерине! Откуда такие познания и умения? Неужели сданные экзамены так повлияли на раскрепощение в бою? Фалиша только оборонялась и вынуждена была вспоминать эту технику. Но ты вела этот бой?!
  Тут не выдержала Фалиша.
  - Да нет! Это, скорее всего, драка в парке с Лизон и компанией. Ролик уже два дня ходит по сети. Кто-то заснял на мобильник видео, и выложил в сеть.
  И обращаясь конкретно к Кате.
  -Теперь ты у нас суперзвезда.
  Тренер вопросительно смотрит на Катю, потом на Фалишу. Катерина, с недоумением на Фалишу. Та, в свою очередь, бросает полотенце в корзину и недоумённо отвечает.
  - Чего вы на меня так смотрите. Забейте в поисковике: "Чего только не бывает после экзаменов", и сами увидите.
  Тренер вывез из своей комнаты тележку с компьютером, подключённым к сети, как делал это всегда, когда они разбирали бои с соревнований, и следующий мер, они смотрели и разбирали бой Кати. Ей было непривычно и неудобно, когда столько людей говорят о ней. Она только смущалась и слушала. Потом ещё несколько раз просмотрели видеозапись с камер в зале.
  В конце Старх Ярисович сказал.
  - Ну, что послужило детонатором, неизвестно, но Катя сильно изменилась за последние двадцать дней. Надеюсь, что это не пройдёт со временем. И может быть она, даже, будет выступать на соревнованиях за университет. Ты же уже работаешь у нас!?
  Катя кивнула и промолчала. Она пока решила не упоминать про книгу. "Может быть, не стоит вообще говорить о ней. Даже любимый кот, отреагировал неадекватно, а что будет с людьми? Кот, скорее всего, отреагировал на энергетику, они ведь видят ауру. Вот и не признал хозяйку. Ничего привыкнет. А люди руководствуются знанием, и редко, чувствами. Не стоит говорить про книгу! Не стоит!!".
  После того, она, молча, забрала из стойки бокэн. Привычно вложила его за матерчатый пояс и пошла в раздевалку, думая на ходу:-"Старх Ярисович! Может он тоже Зеленодлольский? Фамилию Сребры, её неожиданной начальницы, она узнала только вчера. Вроде бы Ярисовичей, среди преподавательского состава, больше нет!?"
  Сумку совсем не хотелось тащить домой. А шкафчик освобождать нужно. Поэтому она пошла на своё новое рабочее место. "Может быть, хоть кто-то остался ещё в читалке?".
  Зеленодольская была на месте, хотя никого за столиками уже не было. Она посмотрела на Катю поверх очков.
  - Ну, что, звёздочка наша? Всё не можешь уйти домой?
  Катя опустила голову.
  - Вы уже в курсе?
  Сребра опустила взгляд на разложенные на столе карточки.
  - Уже в курсе! Молва бежит по универу. И не только по универу, всю сеть встряхнуло. Я не удивлюсь, если тебя на улице узнавать начнут. Компьютеры есть почти у всех.
  Катя совсем смутилась. И что бы быстрее закончить неприятный разговор, перевела его в другое русло.
  - Ну, быстро взлетело, быстро и упадёт. Мне просто не хочется сумку с кимоно таскать домой и обратно. Где можно всё это положить? Да и шкафчик в вестибюле нужно освободить.
  Начальница посмотрела на подопечную.
  - В подсобном зале, возле входа, стоят несколько больших платяных шкафов. Выбери понравившийся, и складывай туда свои шмотки. Единственное условие, что бы был порядок.
  Катя быстро отнесла сумку, и, попрощавшись со Среброй, вышла на улицу.
  
  6. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 5. 1 сон.
  
  Придя домой, она бросила сумочку в прихожей и разулась.
  - Мам, ты дома?
  Ответом была тишина. "Опять дежурство?! Ну да ладно! Снова одна! Только мама слишком много работает, нужно поговорить с ней. Я, уже сама способна о себе заботиться, пусть не перегружается и больше отдыхает. Только же не послушает. И будет брать дополнительные дежурства. Она у меня, полный трудоголик. Хорошая у меня мама!".
  Семён с опаской посмотрел на прошедшую мимо зала Катю, и ретировался под диван, прислушиваясь к шумам доносящимся из кухни.
  На столе на кухне стоял ужин, завёрнутый в махровое полотенце. Осторожно развернув тёплые ещё тарелки с пюре и птичьими котлетами, Катя расставила их по столу. Достала из холодильника салат из лесных помидоров со сметаной, козье молоко, масло, и села ужинать. После такого количества шоколада, организм требовал реальной пищи.
  Мысли путались и перескакивали одна через другую. То о маме, то вдруг о таком мощном рывке в карьере, то вдруг о драке в университетском парке. Не заметила даже, как всё сьела. Мотнув головой - разгоняя нахлынувшие мысли. На всякий случай посмотрев по сторонам, не выскочили ли они через уши, она помыла посуду и пошла в спальню. Мыслей не было, они куда-то убежали. Голова была пуста. "Может просто устала?"
  Катерина дошла до постели, и почувствовала, что действительно устала. Завела будильник, легла, накинула на себя одеяло, и провалилась. Сон - не сон, видение - не видение?!
  Большое поле. Трава на нём красновато голубая. Вдалеке серебристые горы. То, что это горы, Кате почему-то известно, хотя это так далеко, что видна только слегка изломанная линия горизонта. Она высоко над полем, но она же и внизу, где стоят два человека, по крайней мере по виду. Но один из них - это она - божество вселенной драконов - Алмазный дракон Тимирью. А другой - всё зло этой же вселенной - чёрный маг Дастан. Хотя Дастан, наверно, не единственный чёрный маг. Они появляются и исчезают, так же как и Алмазный дракон, развоплощается и появляется, пройдя цикл от человеческой души. Или всётаки единственный? Если бы были ещё чёрные маги, то были бы и алмазные драконы, и ему было бы об этом известно!? Это второе появление Алмазного дракона в этой вселенной, и снова он сражается с чёрным магом. "Но как знакомо всё, та-же энергетика. Похоже, он знает этого мага, но это другой маг, совсем не тот, с которым он дрался в предыдущем воплощении. Как же звали того? Арламос. Здесь совсем другая тактика, другой запал, всё другое. А такое чувство, что маг тот же. Погибли два дракона. Их смерть была полной неожиданностью. Абсолютно чёрный клинок мага выпил их жизнь, как бокал вина. Теперь его очередь рисковать. Чёрный клинок мага, поглощающий даже свет, нацелен сейчас в него. Просто сгусток абсолютно чёрного тумана, но плотного - как железо, тумана".
  Катя опять оказалась над полем, невысоко. Двое мужчин попрежнему стояли друг против друга. Один пытался достать другого, чёрным предметом, за которым тянулся след чёрного тумана. Второй просто уворачивался, не давая себя зацепить. Так продолжалось довольно долго. Наконец, Тимирью, уворачиваясь, просто и ненавязчиво положил руку на рукоять меча. В следующий миг, меч Тимирью покидает ножны, и рука мага, в которой зажат Чёрный меч, отлетает в сторону. Противники расходятся. Тимирью не спеша вкладывает меч в ножны.
  - Хватит сопротивляться Дастан. Что бы улизнуть от меня, тебе нужны обе руки. Твоё время заканчивается. Пора уходить. Этот бой будет последним, или ты, или я. Судя по тому, что ты серьёзно ранен, перевес на моей стороне. Ты уйдёшь сам, или тебе помочь. Тот с кем я сражался тысячу меэрис назад ушёл сам.
  Дастан, придерживая обрубок руки, засмеялся.
  - Ты так ничего и не понял, великий Алмазный дракон. Ты знаешь только о своих воплощениях. О других, тебе знать не дано.
  С этими словами, на здоровой руке мага сформировался сгусток чёрной энергии и сорвавшись полетел в Тимирью. Тот отразил атаку рукой - засветившейся мягким белым светом, и молча метнулся к Дастану, вытаскивая меч из ножен. Маг явно не успевал с обороной. Перерубленное тело мага от ключицы до тазобедренных костей, начало рассеиваться чёрным туманом. Через сек, на поле остался только Тимирью.
  Алмазный дракон, подошёл к лежащему на траве тёмному клинку. Отрубленная рука мага, тоже рассеялась чёрным туманом, а вокруг абсолютно чёрной полосы, пожухла и начала распадаться трава. Поднял его левой рукой, держа в правой, свой полупрозрачный меч. Две противоположности, хотя и предназначены для одной цели. Куда спрятать меч, способный убить дракона? Молниеносная догадка, и два меча складываются. Чёрно белый туман окутывает оба клинка. Через мгновение туман рассеивается, и на руках Тимирью лежит один меч, слабоизогнутый, с чёрно-белым узором, толи древесным, толи каменным, с небольшим алмазом в набалдашнике рукояти.
  Дракон вытаскивает из за пояса ножны, которые тоже покрываются лёгким туманом и становятся чёрнобелыми, чёрные части которых, покрыты мелкими алмазами. Он поднимает клинок к небу, на котором собираются тучи, и сверкает далёкая молния.
  - Я нарекаю тебя ... !
  Прямо над головой сверкнула молния. И окончание фразы тонет в грохоте раската грома.
  Катя просыпается от звонка будильника. Голова болит, но не сильно. Сон, как клещами впивается в мозг. Как будто это случилось на самом деле и именно с ней. Ощущения были на столько сильными, что, придя на работу, она тут же подсела к Сребре.
  - Сребра Ярисовна. Помогите решить проблему.
  Начальница, повернулась к ней.
  - Ну, давай, выкладывай. Что там у тебя произошло.
  Катя немного помялась, думая, как умолчать о некоторых моментах сна, но потом всё в подробностях рассказала про свой сон.
  У Сребры, чуть глаза не вылезли из орбит.
  - Иди на рабочее место. Я сейчас подойду. Запишем всё подробно. Каждую мелочь. Сейчас придёт наша Селена, передам ей библиотеку и приду!
  Через три мера расспросов Сребры, Катя была полностью вымотана. Она устала пересказывать свой сон. И в каждом из пересказов, Сребра находила что-то новое. В конце концов, Катя взмолилась.
  - Сребра Ярисовна! Дайте вздохнуть свободнее. Я работать хочу! А вы меня допросу подвергаете. За такие мучения, мне козье молоко положено. А ещё я сдам вас гвардейцам, и вас посадят.
  Сребра с недоумением посмотрела на подопечную, думая о чём-то своём.
  - За что меня посадят?
  Катя пожала плечами.
  - За то, что подвергаете мой неокрепший организм таким мучениям. И не обеспечиваете работой. Как положено по нашему законодательству.
  Сребра не понимая, смотрела на свою работницу, явно думая о другом. Катя сделала умильно невинную рожицу и смотрела на свою начальницу такими невинными глазками, что до Сребры, наконец, дошло. Она улыбнулась.
  - Я тоже пожалуюсь гвардейцам. Так, что посадят и тебя.
  Катя в недоумении выпучила глаза.
  - А меня, то за что?
  Сребра заговощически посмотрела по сторонам и, поманив Катю пальцем, прося пододвинуться поближе. Громким шёпотом произнесла.
  - За утаивание великой тайны, о которой никто не знал.
  Катя отодвинулась, и, смотря на поверхность стола, отпарировала.
  - А я скажу им, что у вас нет допуска к таким тайнам. И вам дадут ещё больше.
  Сребра, облокатилась на спинку старого стула и потянулась.
  - А я, тогда, лишу тебя премии. И будем сидеть вместе, но ты ещё и без премиальных.
  Катя шутливо всполошилась.
  - Ну вот! Работаю только несколько дней, а уже лишилась премиальных! Это удар ниже пояса. Я так не играю. Всё увольняюсь и ухожу в белые пески. Буду отшельницей! Ко мне будут выстраиваться очереди страждущих моих предсказаний и моей мудрости. Как к Левитию Мудрому. Вот!
  После этой тирады она тоже потянулась. Сребра посмотрела на замученную подопечную.
  - Согласна. Пора заканчивать, ясновидящая. Сегодня работы не будет. Можешь быть свободна.
  Катя схватила со стола Драконологию и рванула в общий зал на своё место под лестницей. Сребра в догонку прокричала.
  - Возьми в столе пару шоколадок. И дай одну Селене, пусть пожуёт. Ты бы тоже сходила в столовую, одними шоколадками сыт не будешь. Сенов через пятнадцать, я выйду в зал и сменю её.
  
  7. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 6. НЕЗНАНИЕ СТАРОЙ ВИНЫ НЕ ОСВОБОЖДАЕТ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ.
  
  Катя сделала всё, что просила Сребра. После чего, уселась в своём закутке и открыла книжку. Подчерк Сьерко Мудрого, чем-то притягивал. "Или это сама книжка, пропитанная магией? Хотя, наверно и то и другое".
  Драконы - существа необычные. Когда и кто поставил их вершить судьбы этой вселенной, никто не знает. Сами драконы говорят, что их породила вселенная, которой нужны были помощники. Драконы оживляют эту вселенную, населяя её живыми существами и помогая впоследствии своим созданиям. Каждый дракон обязан создать свою живую планету, за которую, будет нести ответ до конца света. Населить её живыми существами, растениями, птицами, рыбами. Или просто оживить саму планету, дать ей жизнь. Говорят, что драконы, оживляли так целые звёздные системы.
  У каждого дракона и драконицы наступает время, когда желание найти свою планету становится нестерпимым, непреодолимым и драконы пускаются по космосу. Поиск планеты может длиться много меэриссо и меэриссото, а может закончиться за несколько сен, так как дракон может просто знать, где находится его планета. Драконы могут оживлять планеты в одиночку, потому, что у драконов сильно развит центр эгоизма в тонком теле. Но самые красивые планеты были созданы парами драконов - самец и самка.
  Такой планетой является Тигея. Яар и Моон долго не могли смириться с тем, что они создали этот мир вместе, но постепенно, наблюдая за своим детищем, за существами, невольно созданными ими, они влюбились в этот мир и полюбили друг друга. Давно забыты распри и взаимные претензии, в результате начали появляться их помощники - их дети, молодые драконы.
  Катя вспомнила своё видение, о первом приземлении драконов на планету и улыбнулась. Опустила взгляд на книгу и продолжила.
  Пока молодёжь помогает родителям, наводя порядок каждый в своей области. Кто помогает лесу и животным, кто камням и самой планете, кто-то людям, кто морским созданиям. Кто-то разрушает плохое, и даже убивает плохих людей, но тем самым заставляя задуматься оставшихся о хорошем и добром. Но придёт и их время искать свои планеты, испытывать творческие муки, создавая жизнь на своих планетах, а потом всю свою жизнь помогать своим созданиям совершенствуя их и доводя их до абсолюта.
  
  
   Записал Сьерко Мудрый со слов Каменного дракона Серогора.
  
  
  Много легенд и преданий рассказывают о драконах Тигеи. О Серогоре - повелевающем временем и помогающем самой планете. О Властительнице лесов Алесе. О Властительнице ночи Тамарис. О добром Любомире - способном делать драгоценные камни из людских пороков. О властном и нетерпящем пороков Стархе. О Доброй Синьгли. И о прекрасной Мааре, воплощающей самые сильные и самые несбыточные мечты людей. Но легенда о Золотом драконе Леокордии, о женщине, ставшей драконицей, только одна.
  Говорят, что события эти произошли в Зелёной долине недалеко от постоялого двора "Драконий лог". Ярис Тринадцатый редко рассказывает эту легенду и не каждому. Но в книгу её вставить просто необходимо.
  Случилось это при Ярисе Пятом, шесть с четвертью сотен меэрис до написания этих строк. Начали приходить в "драконий лог" необычные гости.
  Первым приехал статный воин в чёрном как смоль доспехе, на чёрном коне, с чёрным и длинным мечом. Черноволосый и чернобородый. Властным голосом, он заказал большой стол в углу кормильни и просил никого не подсаживать к нему. Он ждал особых посетителей. Заказал свинину с кровью и картошкой, расположившись на заказанном столе. Следом пришли двое - моложавый мужчина во всём сером, но добротном и явно не дешёвом одеянии и красивая женщина в простом льняном наряде. На обоих были серые плащи с капюшонами из плотного материала. У мужчины, из за плеча выглядывал меч, с серым слабо изогнутым клинком и рисунком на лезвии, толи каменным, то ли древесным. А у женщины на воинском поясе висел такойже меч, но белый с золотой отделкой и блестящим клинком. Оба подсели за стол к чёрному воину. Причём поприветствовали друг друга как близкие люди, давно не видевшие друг друга.
  Следующая посетительница пришла тоже пешком. В добротной одежде и охотничей шапке зелёного цвета. На поясе два охотничих ножа, длинный узкий и широкий покороче, большой охотничий лук и колчан полный стрел, всё тоже зелёного цвета.
  Приехал на сером в яблоках коне пожилой улыбчивый мужчина в странной одежде, строгом костюме переливающимся всеми цветами радуги, но при этом остающимся глубокого серого или чёрного цвета. В руках у него была только массивная трость из дерева отделанная драгоценными камнями.
  Влетевшая на подворье синяя карета, запряжённая тройкой тёмных коней непонятной масти с белыми, словно пена на волнах гривами, перепугала посетителей, подумавших, что начался потоп и далёкий океан подступил уже к Зелёной долине. Из неё вышла девушка в простом синем сарафане с открытыми плечами и такого же цвета накидке. Из-за неширокого пояска торчал меч с синей рукоятью и такого же цвета ножнами. На голове у неё была диадема с большим бело-голубым камнем, а в ушах серьги с такими же камнями. Всё просто и даже очень просто, но подобрано с таким изяществом, что постояльцы рты открыли и долго не могли отвести взгляда от такой красоты.
  На самом закате, когда последний лучик глаза Яара пропал за горизонтом, а с другой стороны показался краешек ночного светила Тамарис, появились сразу две гостьи. На подворье вьехала карета пурпурного цвета, запряжённая шестёркой тонконогих пегих красавцев коней. Из кареты вышла даже не девушка, а юная дева в пурпурном платье и пурпурной накидке с капюшоном. Из-под накидки выглядывала яко красная рукоять слабоизогнутого клинка в неменее ярких красных ножнах. Коротко подстриженные волосы, тонкая цепочка с сапфиром на изящной шейке и маленькими сапфировыми серёжками в ушках. К ней, из-за кареты подошла воительница в чёрном с блёстками одеянии и таком же плаще, за спиной торчали рукояти коротких, слабоизогнутых, сабель с обсидиановыми клинками. И когда только на подворье зашла? Этого так никто и не вспомнил!
  Воительница подала руку деве, помогая выйти из кареты, они обнялись, как сёстры, и войдя в кормильню, присоединились к уже пришедшим ранее странным гостям.
  Каждый, из необычных гостей заказал себе что то своё. Несколько меров они говорили о чём то, рассказывали друг другу что то, смеялись. А когда из кормильни ушёл последний посетитель, воин в чёрном доспехе подозвал хозяина, то есть прапрадеда Яриса Тринадцатого.
  - Прости хозяин, что задерживаемся в твоей гостеприимной кормильне. Но у нас неразрешимая проблема. И без лица постороннего нам не обойтись. Все мы драконы, кроме одного - человека.
  Ярис усмехнулся в усы.
  - Кто-ж поверит, что ко мне в кормильню пожаловали те, о ком я рассказываю истории и легенды?
  Воин нахмурился.
  - Нам и ненужно, что бы кто-то поверил в это. Нам ненужно, что бы кто-то вообще узнал об этом. Нам просто нужен мудрый человек, способный помочь решить нашу проблему и быть свидетелем того, что здесь произойдёт. Здесь собрались почти все о ком ты сказываешь в своей кормильне.
  Чёрный воин приложил руку к своей груди.
  - Я Старх, способный обратить порочного человека в чёрный камень. Это Серогор и его спутница, и любимая женщина Леокордия.
  Мужчина и женщина в серых плащах посмотрели в глаза Ярису и кивнули, как бы подтверждая слова воина. А Старх продолжил представлять собравшихся.
  - Два самых ярких и красивых дракона среди детей Яара и Моон - Сингли и Маара. Добрая и справедливая властительница Берега синего дракона, покровительница морей океанов, озёр и их жителей. И дракон Мечта, покровительствует всем мечтателям на планете.
  Две прекрасных девы, смутившись, скромно кивнули.
  - Любомир, самый старший из нас. Его драгоценные камни, только провоцируют у людей другие пороки, способные уничтожать целые страны.
  Мужчина в переливающемся костюме усмехнулся и ответил:
  - Зато помогают найти тех, у кого проявляются истинные чувства, людей с огромной силой духа, которую, они передают по наследству. Семья Любилей до сих пор правит Горним королевством и Тротеей. Сам-то ты мало ли статуй по всей Тигее понаставил!?
  Старх тряхул гривой чёрных волос и искренне рассмеялся.
  - Ладно, ладно брат, не обижайся. Все мы работаем на результат. Делаем людей лучше и чище духовно. Слишком тяжкую работу задали нам отец и мать, породив жизнь на планете в бою друг с другом! Теперь их эгоизм и гордыня борются с хорошими качествами в каждом из людей на этой планете.Да и нам самим нужно становиться чище. Мы в сущности своей такие же.
  Старх перевёл взгляд на воительницу.
  - А это Тамарис. Покровительница ночи и благородных разбойников.
  Воительница мило улыбнулась и сказала:
  - Зато от скольких неблагородных и порочных я избавила континент!!!
  Старх хмыкнул.
  - Каюсь сестрёнка. Твоё воинское искусство превосходит моё. А твою философию по исправлению людских пороков у людей боевыми искусствами, приняли уже большинство из нас.
  Воительница хмыкнула в ответ.
  - Конечно, только ты и Любомир, сопротивляются этому.
  Старх улыбнулся.
  - Да сдался я уже, сдался. Сегодня ночью ты увидишь в деле одну мою ученицу.
  Он многозначительно посмотрел на Леокордию. Та посмотрела в глаза Старху и улыбнулась. А Любомир повертев головой, сказал:
  - Моя стезя - работа с чувствами людей, а это исключает воинское искусство. Чувства, это буря, а воинские искусства - озёрная, чистая гладь. И соединить их воедино, очень сложная задача. Те, кому это удастся будут править нами - Драконами.
  Старх перевёл взгляд на охотницу.
  - И наша младшенькая сестрёнка Леся. Властительница Северных лесов. Покровительница всего, что растёт на планете и великих охотников и целителей.
  Та строго посмотрела на брата.
  - Ты постоянно забываешь о животных, братик.
  Старх пожал плечами.
  - Склероз сестричка. Мне тысяча семьсот шестьдесят два меэрис. Старик однако.
  Все рассмеялись. А Алеся заметила:
  - Однако сколько тебе лет, ты помнишь прекрасно.
  Старх повернулся к Ярису.
  - Мы собрались у тебя, потому, что для таких вопросов нет у нас ещё места.Отец и мама не позаботились о ритуальной площадке изначально, занятые собой и созданной ими планетой. Каждый из нас рано или поздно, должен будет найти свою планету. Эта потребность просыпается не у всех драконов, но она заложена в каждом из нас. Сейчас она проснулась у Серогора. Он должен улететь.
  Ярис развёл руками.
  - Тогда зачем вам я?
  - Мы, драконы, сторона заинтересованная и не можем подтвердить справедливость поединка на превращение в дракона. Ни один дракон не отдаст свою энергию простому человеку по своей воле. Человек должен удостоиться этого права.
  Ярис совсем запутался. Он позвал жену, и они долго говорили, обсуждая услышанное от драконов. После они оба подошли к драконам и Ярис спросил.
  - Так кто должен драться в поединке за право превратиться в дракона?!
  Все посмотрели на Леокордию. Серогор взял за руку любимую женщину и сказал:
  - Драконы, большие эгоисты. В основном! Но каждый дракон ведёт непримиримый бой со своим эгоизмом. Как человек достигает внутреннего спокойствия перед боем, это ведь тоже бой, только со своим внутренним человеком. Но дракон победивший своё эго способен влюбиться, и влюбиться по-настоящему. Это на всю жизнь. У влюбившегося дракона нет чрезмерного эгоизма. Но длительная разлука с любимыми могут лишить дракона жизненной энергии. Поэтому Леокордия должна будет выдержать бой с одним из нас, трижды ранив его. Часть энергии раненного дракона перейдёт к ранившему его, разбудив собственную энергию человека, позволив человеку стать драконом.
  Любомир, отсутствующим взглядом смотрящий кудато в даль, произнёс:
  - Нам нужен свидетель, который проконтролирует этот ритуал. Но у нас не хватает ещё двух драконов. Должны присутствовать все драконы планеты, за которую они отвечают.
  Он перевёл взгляд на Старха.
  - Где сейчас мама и отец?
  - Они прилетят к месту ритуала. Когда мы его найдём. Или если найдём?!
  Любомир встал со скамьи и поднял свою массивную трость.
  - Если всем всё понятно, то пошли к месту проведения ритуала.
  Старх с недоумением посмотрел на старшего брата.
  - А где это место!!?
  Любомир с улыбкой подходя к двери кормильни, и вращая между пальцами свою внушительную трость.
  - Неужели только я чувствую направление зова. Господа драконы, нас зовут Живые горы. Серогор, это площадка, с которой ты отправишься. Ты-то должен чувствовать это место лучше меня.
  И уже открывая дверь:
  - Ах да! Ты же влюблён. Ты почувствуешь зов, только когда перестанешь волноваться за любимую. Пошли братья и сёстры. Так и быть доведу до места.
   Все вышли в ночь. Тамарис поднялась уже высоко, и из-за гор показался краешек Литании. Теперь уже все драконы слышали зов. Твёрдым шагом все шли к ближайшей стене Живых гор. Никто не разговаривал. Просто шли к горам в течении нескольких меров.
  Подойдя к абсолютно вертикальной стене, тянущейся на много кадов вправо и влево, Любомир прикоснулся к гладкой поверхности чёрной скалы.
  - Мамина энергия. Эти чёрные скалы состоят из маминой плоти, а белые из плоти отца. Пошли, планета нашла для нас идеальное место для наших ритуалов, а Живые горы подготовили и оформили её.
  Скала дрогнула и как жидкость потекла вовнутрь, открывая узкий и недлинный проход к обширной поляне, посреди совершенно отвесной стены перемежающихся чёрных и белых скал. Сама поляна, выглядела как плоский каменный диск, где чёрные и белые камни образовали причудливый рисунок, два дракона, чёрный и белый, летают друг за другом вокруг серого шара. А по всему периметру, расположены девять небольших круглых площадок.
  Все вошли в круг. Одновременно с этим, словно ветер поднялся, два дракона кружили над большой поляной, заслоняя Тамарис в зените. Чёрный и белый драконы постепенно опускались к своим детям. Яар и Моон сели на разные стороны поляны, драконья ипостась затуманилась, и как вода впиталась в человеческую.
  Яар - высокий, седой, ещё не старый мужчина в белых, отделанных золотом одеждах. На белом с золотом воинском поясе - прямой узкий меч с белой рукоятью и в белых ножнах. Поверх головы, накинут белый с капюшоном плащ.
  Моон - красивая, моложавая женщина, в чёрных зрачках которой готов был бы утонуть любой мужчина. Чёрное, длинное платье с блёстками и такой же плащ с капюшоном. Черная грива распущенных волос, которую венчает изящная, маленькая корона, или диадема из чёрного металла и с чёрным камнем в центре. А когда небольшой ветер играет её волосами, в ушах видны тяжёлые серьги с такими же чёрными камнями. Из прорези в плаще на спине видна рукоять черного, с лёгким изгибом, диамантового меча.
  Они подошли друг к другу и обнялись, как будто не виделись вечность. Любомир подошёл к ним и обнял обоих.
  - Отец! Мама! Вы видите друг друга каждый день, а до сих пор обнимаетесь как в последний раз.
  Моон потрепала сына по волосам.
  - Влюбишься, тогда будешь указывать родителям, где и когда им обниматься. Вон посмотри на Серогора, как он держит за руку Леокордию. Он каждую её царапину, во время поединка, будет воспринимать как свою. Представь как он будет ненавидеть того из вас, кто будет с ней клинком махать.
  Все улыбнулись. Яар, обнимая жену сзади поцеловал её в щёку, поближе к губам и уже обращаясь ко всем сказал:
  - Я вижу, свидетелей вы нашли. А кто будет делиться своей драконьей ипостасью с Леокордией, вы нашли?
  Все переглянулись. Драконий эгоизм никому из них не позволял выйти вперёд и добровольно дать пролить свою кровь. Да и кровь дракона, отданная добровольно не возымеет должного эффекта. И лишь Любомир, уже отошедший от родителей, смотрел на свои руки, свободно лежащие на рукояти резной трости.
  - Дело касается чувств моего брата. А чувства это моя стезя. Значит братик - придётся тебе ненавидеть меня, хотя бы некоторое время, пока мы с Леокордией помашем клинками.
  Серогор с беспокойством посмотрел на брата.
  - Ты же не любишь оружие - Любомир! Да никто из нас никогда не видел в твоих руках меч.
  Любомир хитро улыбнулся и поднял свою трость на уровень груди, параллельно земле.
  - Если никто не видел в моих руках меч, это не означает, что его нет вообще. У меня, как и у вас есть когти и зубы, значит, будет и оружие у моей человеческой ипостаси. И, тем более не значит, что я не умею им владеть!
  С этими словами он нажал на потайную кнопку в трости. Щёлкнул механизм. И из трости рука Любомира потянула прямой узкий клинок, переливающийся всеми цветами радуги, но, как и его костюм кажущийся то ли чёрным, то ли темно-серым. По краю поляны были расположены каменные плоские площадки, через равные промежутки. Драконы разошлись по этим площадкам. Каждый встал на свою. И хоть площадки были чёрными или белыми, в центре каждой, светился камень, соответствующий энергии дракона. Яар встал на белую с золотым необработанным самородком в середине, Моон на чёрную с чёрным с блёстками камнем. Леся на площадку с маленьким деревом в центре. Старх на абсолютно чёрную площадку с чёрным кристаллом в середине. У Серогора оказалась черно-белая площадка с серым необработанным камнем в центре. На площадке Маары, в середине светился огромный рубин,с синеватым отливом. Площадку Синьгли украшал огромный синий топаз, в котором переливалась энергия на подобии воды. Чёрная площадка Тамарис украшалась голубоватым диском, светящимся изнутри, как и одноимённая луна. Только площадка Любомира с большим переливчатым камнем, толи серым, то ли чёрным, осталась пустовать.
  Сам Любомир стоял в центре поляны и вопросительно смотрел на Леокордию. Она обвела взглядом драконов. Скинула серый плащ и длинную простую юбку, оставшись в облегающих шароварах, серых замшевых дорожных сапожках, просторной белой рубахе и кожаной шнурованной жилетке серого цвета. Отстегнула от пояса меч, вытащила его из ножен, отбросив их в сторону Серогора. Тот ловко поймал их. Любомир подошёл к своей площадке и аккуратно положил на неё резные ножны. Поединщики встали в центре поляны, и отсалютовав друг другу клинками, застыли в ожидании.
  Драконы вытащили из ножен своё оружие и положили на площадки перед собой. Над поляной повисла мёртвая тишина. Никто не двигался. Ярис присел на большой выступ в скале и неотрывно следил за происходящим действом.
  Поединщики неотрывно смотрели в глаза друг другу, застыв в боевых стойках. Вдруг, на поляне что-то неуловимо изменилось. Застывшие фигуры в центре поляны плавно двинулись по кругу, незаметно приближаясь, друг к другу на удар клинка. Казалось, фигуры будут так кружить по поляне вечность. Но вот клинок Любомира дрогнул и метнулся к фигуре Леокордии. Полшага назад, и мгновенная контратака. Звон скрестившихся клинков разрезал тишину. Бешеный вихрь атак и контратак захлестнул поединщиков. Движения их ускорились и начали смазываться. Ярису казалось, что ни один из сражающихся не сможет достать другого, и бой будет длиться и длиться не прекращаясь. Звон скрещивающихся клинков превратился в музыку с резкими, звенящими звуками, а танцоры в центре поляны с упоением продолжали свой завораживающий танец. И вдруг всё оборвалось. Оба застыли поодаль друг от друга с поднятыми клинками. Серогор вскрикнул, и все увидели, как на рубахе Леокордии, на плече начало расплываться красное пятно. Но и Любомир не избежал ранения. Чуть выше колена ткань штанов была порвана и штанина быстро пропитывалась кровью.
  Никто из поединщиков не опустил оружия. Всё только начиналось. Опять они пошли по кругу, сближаясь. Леокордия немного побледнела, а Любомир заметно прихрамывал. Стиль боя изменился. Лёгкость ударов сменилась осторожностью и заметно потяжелела. Любомир старался держать дистанцию и больше оставался на месте. Зато Леокордия начала кружить вокруг него, заставляя чаще открываться и стараясь прорваться к противнику на ближнюю дистанцию со строны раненной ноги. Музыка клинков стала заметно тяжелее и как то печальнее. В какой-то момент Леокордия раскрылась и меч Любомира скользнул по ключице Леокордии рассекая жилетку. Все ахнули, а Серогор готов был сорваться со своей площадки, что бы подхватить любимую. Но прямой меч, разрезав жилетку, прошёл выше плеча. А Леокордия с перекатом ушла за спину Любомиру. Тот покачнулся и схватился за бедро. Когда меч Леокордии полоснул по бедру Любомира, никто незаметил. Поединщики застыли спиной друг к другу.
  Любомир покачнулся снова, попытался развернуться лицом к противнице, и потеряв равновесие упал на сторону. Противница же повернувшись к нему, чисто по-женски ахнула, и бросилась на колени перед упавшим.
  Первая Рана Любомира, для человека была бы смертельна. Человек просто истёк бы кровью за несколько сен. Тот же еще и сражался некоторое время. И только получив вторую тяжёлую рану не смог удержаться на ногах.
  Он приподнялся и опёрся о ногу Леокордии. Но слабеющая рука соскользнула и попала на лежащий рядом меч. Третья рана была пустяковой, но подсознание драконов решило, что условия поединка выполнены. Ярис увидел как от пролитой драконьей крови поднимается белёсая дымка и втягивается в тело Леокордии.
  А та, глядя на ослабевшего Любомира, не может удержать слёз, ручейками катящихся из глаз. Драконы статуями застыли по периметру поляны с закрытыми глазами и начали превращаться. От них ручейками тянулась энергия к Леокордии. Этой участи не избежали и свидетели, и от них тянулись к Леокордии белёсые ниточки энергии. Ритуал подходил к завершению. Любомир, тоже высвободил свою драконью ипостась, и начал превращаться в радужного дракона.
  Леокордию вдруг подхватила волна энергии и закрутила над землёй. Вихрь выглядел быстрым, но Леокордия вращалась медленно. Полулёжа на кольцах вихря, раскинув руки и запрокинув голову к звёздам, к Тамарис в зените, полуоткрыв рот в беззвучном крике. Рядом с ней, вращался её слабоизогнутый клинок с ножнами. Когда только вихрь подхватил ножны? Тело её окутывал золотистый туман, уплотняясь и увеличиваясь в размерах.
  Вихрь энергии распался сам собой и все увидели большую, золотую драконицу. Золотая чешуя блестела под белым освещением Тамарис, Литании и Триора, как голубоватый огонь. Всё длилось не больше тридцати сен. Тело дракона начало превращаться в туман и втягиваться в себя, уменьшаясь и превращаясь в человека. Всё произошло быстро и вот уже перед всеми стоит женщина в одежде отливающей золотистыми блёстками. Белоснежная рубашка, шнурованная золотым шнуром серая жилетка, облегающие штаны с сапожками и поясом отливающие золотом. Чуть поодаль лежали простая юбка с проявившимся драконьим узором и серый плащ с проявившимися отливающими золотом чешуйками.В волосах блестела золотая диадема, отделанная маленькими алмазами, а в ушах золотые серьги, тоже с алмазами. Леокордия как-то сникла, покачнулась и стала заваливаться набок. Драконы снова превратились в людей.
  Первым к ней подбежал Серогор и успел подхватить падающую женщину. Аккуратно положив её на каменный рисунок. Он посмотрел в сторону Радужного дракона. Любомир уже тоже превратился в человека. Раны больше не кровили и одежда была целой, но слабость от потери крови и энергии была сильной, и ему помогали подняться сёстры. В это время на поляне происходили изменения. Раздвинув драконьи постаменты. Из под камня, начал появляться ещё один, малый круг. Белый, с золотыми прожилками, и золотым, отполированным диском в центре.
  Моон присела рядом с Серогором, и, глядя на открывшую глаза Леокордию, сказала:
  - Добро пожаловать, в наш драконий ковен.
  Они с Серогором помогли ей подняться. Все обступили их и тоже стали поздравлять с успешно пройденным испытанием.
  - Добро пожаловать сестра; сказал Старх.
  - Добро пожаловать; вместе произнесли Маара и Синьгли, поддерживающие Любомира.
  Любомир слабо улыбнулся и просто кивнул Леокордии.
  - Поздравляю; кивнула сдержанная Тамарис, и улыбнулась.
  - Поразительно, все знают этот ритуал, но никто никогда не видел превращения человека в дракона; воскликнула поражённая Леся.
  - Всё когда то случается; задумчиво произнёс Яар. И добавил.
  - Добро пожаловать дочка.
  
  Катерина подняла голову от книги. Что-то не вязалось с прочитанным. Когда она думала о Ярисе и его жене Мол, что-то было неправильным. Ей проще было представить обоих за столом с драконами, треплющих их по головам, и по родственному хлопающих их по плечу. И на месте свидетелей, Яриса и его жену, она никак представить не могла. Почему то ей представлялись два молодых человека в простых одеяниях. Художник, и молодой лекарь. Эти двое, почему то, стояли на площадке для свидетелей, когда Катя закрывала глаза, пытаясь представить драконий ритуал.
  Она оглянулась по сторонам. Читальный зал опустел, только за дальними столиками сидели студенты и лихорадочно пытались перенести в конспект знания из книг. За большим столом, ближе к выходу из зала, сидела хозяйка этого информационного богатства - её куратор - Сребра, в строгом брючном женском комбинезоне с воротником стойкой и отливающем серебром. В очках для чтения.
  Всё спокойно, но Катерину никак не отпускало чувство, что за ней кто-то наблюдает, пристально и настойчиво. Она ещё раз посмотрела на библиотекаршу. И заметила, как над очками на кончике носа сверкнул взгляд в её сторону. Как раскалённым железом по позвоночнику протянуло. Но не как обожгло, а как пощекотало. Стало приятно и даже комфортно. Ей стало всё равно, что о ней говорят однокурсники. Всё равно, что о ней думает Кан. А Сребра, её куратор, ей положено. Но наблюдала явно не она, её взгляд нёс поддержку. Другой взгляд был полон вины и скорее отбирал энергию. Такое чувство, появилось впервые. Буд-то кто то пристально смотрит на тебя. Оно было и раньше, но, на столько ярко и сильно - это впервые.
  Из-за колонны рядом с входом в читалку, вышел парень и направился к её столику. Кате стало не по себе, только что она думала о Кане, и вот он в читалке. Именно от него тянуло энергетикой вины.
  Кан подошёл к её закутку, присел на край стола.
  - Мы собираемся за город в лес. На "Серебряную косу". Поедешь с нами?
  Катя подняла взгляд от книги, в которую демонстративно уткнулась, когда парень вышел из-за колонны.
  - Кто это "Мы"? Ты и Лизон?
  Кан смутился.
  - Нет! Вся группа. Экзамены сданы. Начинаются летничные каникулы. Погода замечательная.
  Катя хмыкнула.
  - Понятно! К Лизон вернулся Мехкас и благородный Кан, подчёркиваю БЛАГОРОДНЫЙ, но не такой сильный и богатый как Мехкас, выброшен как старая и ненужная игрушка!?
  Парень закусил губу и сцепил руки в замок. А Катя продолжила.
  - Когда Лизка прилюдно перечисляла мои качества, которые по её мнению должны меня унизить и выставить в невыгодном для меня свете, ты хоть словом обмолвился в мою защиту!?
  Кан совсем сник.
  - А когда я возразила, и они впятером перешли к рукоприкладству!? Ты, хоть что ни-будь сделал? Или ты испугался такого большого и сильного Мехкаса? Или их общего количества? А может, это они тебя прислали выманить меня в лес и отомстить за публичное их избиение. Если честно, я сама не ожидала от себя такого. Я ведь только год без малого занимаюсь единоборствами, и отметелить пятерых, среди которых два здоровых и крепких пацана?! Для меня самой это немалый шок. Я не смогу поехать с вами. Фактически я уже работаю, и мне здесь интересно. А с вами мне придётся скучать. Скучно с вами!!!
  Кан, совсем ссутулился, и боялся смотреть в глаза бывшей своей девчонке. Он и сам прекрасно понимал, что принадлежность к компании заводил их группы, у него весьма призрачная. Пора искать своё призвание в жизни. И всё это, дешёвый понт. А вот потеря Кати, это весьма ощутимо и глупо. Группа потешится и распадётся, так как основана на чистом эгоизме. А с Катей, было что то настоящее и стоящее.
  Оба молча, смотрели друг на друга. И пауза затягивалась. Кан встал, и уже повернувшись к выходу, тихо произнёс.
  - Прости меня, пожалуйста. Я струсил. Но больше всего, я ...
  Он запнулся, и, подумав, добавил.
  - Боюсь потерять тебя.
  После этих слов, он почти выбежал из читалки. А Катя изумлённо смотрела парню в след. Даже когда за ним закрылась дверь, она не сразу отвела взгляд. Конечно, не каждый день тебе признаются в любви.
  Она посмотрела на библиотекаршу. Та прямо смотрела на Катю, рот был прикрыт тонкой брошюрой, но глаза над очками так и лучились улыбкой. Катя насупилась в ответ и демонстративно уткнулась обратно в книжку со странным названием (Драконология). Только тут, она обратила внимание на закладку. Рисунок изменился. Голова чёрного дракона. И если наклонить закладку, то голова укоризненно качается из стороны в сторону. Сверху проявилась руна дракона, но с одиннадцатью хвостиками, в паре с руной кармы.
  Но сознание опять выкинуло очередной фортель. Зрение застлал туман, и постепенно развеиваясь, открыл просторный двор, заставленный чёрными статуями. Она была Катериной Смородиной и она же была Алехом Семиреченским, мальчишкой пятнадцати меэрис от роду. В её сознание ворвался поток эмоций и мыслей мальчишки.
  "Отец сказал брать всё, что увижу ценного!"
  Он посмотрел на второй этаж дома. Куда побежал его отец, и увидел как тот дерётся с соседом по улице в оконном проёме, из за чего то, явно, ценного. И как после отцовского удара Братко Свичев вываливается из окна прямо в воз с сеном. Из рук соседа вываливается шкатулка и летит ему под ноги. Алех подхватывает шкатулку, прижимает её к груди и поворачивается, что бы убежать, но видит перед собой на голову выше него Свитко Свичева, сына Братко. Тот со всего размаха бьёт Алеха в челюсть. У Кати брызнули искры из глаз, и боль была абсолютно реальной, но видение не прерывается. Темнота сменяется тем же двором с чёрными статуями, только всё находится в горизонтальной плоскости. Алех лежит во дворе на разбросанной по двору соломе. Совсем рядом лежит чёрная статуя, лицом похожая на бывшего хозяина. Она присыпана соломой, но взгляд каменных глаз Ларса Кастора, кажется, заглядывает в самую душу, и говорит как тяжело и больно сковывает тело камень. Алех медленно поднялся на ноги. Во дворе уже никого и ничего не было, только статуи, оставшиеся стоять, таращили каменные глаза вверх и закрывались руками от неведомой опасности.
  Алех проходит мимо статуй и заглядывает в каменные лица. Это молодая служанка Касторов, их конюх, держащий под уздцы живого коня, которого почему-то никто не тронул. Уздечка прочно засела в каменной руке конюха. "Странно, огонь дракона, совсем не тронул животных, деревянные строения, даже сено не загорелось и не окаменело, а на людях, даже одежда стала каменной". Жена Кастора, согнулась над средней в роду дочерью, статуя которой лёжа закрывается от той же опасности идущей с неба. Ещё слуги, несколько мужчин и женщин, тоже смотрят в небо, некоторые закрываются руками. Ворота сарая приоткрыты. Алех проскользнул в сарай. На сеновале две каменные статуи, старший сын Кастора Мелех и новая их служанка. Камень навечно соединил их в поцелуе, а блудливая рука Мелеха, так и останется на животе служанки, под юбкой.
  Возле дальней стены возникло шевеление. Алех выхватил нож, который носил на поясе. Нож подарил ему в этом году старший брат. Из-за стога сена вышла девчушка - младшая дочь Касторов. Алех вспомнил, что девочка на два меэрис младше него, но в семье Касторов её недолюбливали. Да и в городе её называли юродивой. То ей птичек жалко, то на казнь вора смотреть противно, ведь он украл, потому, что ему не на что купить хлеба. А ещё имечко ей придумали родители Леокордия - Храброе сердце. Какая Леокордия - размазня.
  В руках девочка держала матерчатую куклу с фарфоровой головой: " Такая стоит целых пятнадцать сребрушек" подумал Алех. Он подошёл к девочке и вырвал из рук игрушку. В его душе разгоралась злость: "Как это так, он пропустил всё ценное благодаря этому поддонку Свитко. Надо хоть что-то принести домой. Тогда отец точно похвалит."
  Выходя из сарая, он оглянулся. Девочка смотрела на статую старшего брата и плакала. Алех отвернулся и вышел во двор. Ножом он отрезал поводья коня в руке конюха и повёл со двора освобождённого от каменного пленения коняку. Туман заслонил мальчишку и коня, и Катя снова оказалась в читалке.
  
  Видение закончилось. Но память упрямо продолжилась, и Катя вспомнила, как ругал Алеха отец, за упущенную шкатулку, говоря, что лучше бы он остался там во дворе Касторов. Как душила злость за это. И как он жестоко избил на следующий день подлеца Свитко. И девочку, незаметно выскальзывающую по утрам из ворот разорённого подворья Касторов. А ещё она вспомнила страх, вползающий в душу вместе с льющимся с неба пламенем чёрного дракона, размахивающего крыльями над их двором, полную никчемность отцовской и своей жадности и гордости. И пришедшую после темноту.
  Это было её воплощение, потрясающей давности. Она закрыла лицо руками. Её предательство Леокордии, не идёт ни в какое сравнение с предательством Кана. Кан, по сравнению с ней, милый и пушистый котёнок в сравнении с жуткой саблезубой болотной кикиморой. Слёзы обожгли щёки и руки, как будто это были не слёзы, а кислота. Она посмотрела на мокрые от слёз руки. Достала платок и промокнула сначала лицо, потом и руки.
  Почему-то не отпускало чувство родства с той девочкой. Может, их объединяет предательство? Нет! Это что-то на много ближе. Образ разломанной драконьей чешуйки, пришёл сам собой. Великий Яар! Та Леокордия - её вторая половинка. И если бы не предательство Алеха, Леокордия стала бы его женой через меэрис пять - семь!? Чувсво вины, усилилось. "Город чёрных статуй до сих пор существует. Туда водят экскурсии со всей Тигеи. Нужно побывать там, может увижу, что важное. Хотя бы для себя". Катя с силой захлопнула книгу. Ей даже показалось, что книга ойкнула.
  
  8. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 7.СМИРЕНИЕ И НАКАЗАНИЕ.
  
  Несколько дней Катя не прикасалась к книге, просто работала во вспомогательном зале. Ей казалось, что с ней ничего не происходит. Ну, обострение чувствительности, ну сны стали более яркими, они же не пророческие и не провидческие. Она, по прежнему, рассказывала свои сны Сребре. Да, кое-что из истории Тигеи ей снилось, но об этом в основном были оформлены подробные документы, и сны, только подтверждали правильность написанного. Ну, какие-то успехи на тренировках. Она разучила ещё несколько комплексов рукопашного боя. Правда очень быстро разучила. Тренер просто показал несколько раз комплекс, и Катя тут же его повторила. Катя даже начала привыкать к своему дару.
  Но, как-то работая с очередной порцией документов, почувствовала непреодолимую тягу к книге. Она отложила работу, и посмотрела на край стола, где по прежнему лежала книга. "Если пришло время, то наверно, нужно читать дальше".
  Катя взяла книгу, и пошла в общий зал. Сребра, посмотрела на неё поверх очков, проводив взглядом до самого её места под лестницей. Катя смущённо улыбнулась начальнице и уселась в, уже своё, удобное кресло. Открыла книгу, положила закладку на стол. Потом взяла её в руку. Руна дракона осталась прежней, а руна кармы била не в землю, как в прошлый раз, а в небо! Голова дракона добродушно улыбалась. Катя отложила закладку, и углубилась в чтение.
  
  Драконы - создатели этого мира. Нашего мира! Мы состоим из их ЭГО. Которое заставляет бороться со своими слабостями и недостатками. Исправляя и делая лучше своё тело и душу. Мы стараемся улучшить всё, что дали нам Моон и Яар при рождении этого мира. Те же, кто подвержен пороку и не желает совершенствоваться - подлежит уничтожению. У заболевшего дракона, некоторые чешуйки становятся слабыми и ломкими, теряя свойства брони. И чтобы восстановить броню слабые чешуйки должны быть удалены. На их месте вырастут новые - здоровые и прочные.Мы были созданы из разломившихся пополам чешуек Моон, но душу нашу нам дали оба дракона. Мы драконы, но маленькие. И так же как и они, мы уменьшаем своё непомерное эго, становясь сильнее сами, делая сильнее драконов и нашу планету.
   Сьерко Мудрый
  
  
  Как всегда, Когда в западном окне кормильни погас последний луч Глаза Яара, а в восточном показался краешек Тамарис, Ярис Сказочник уселся в своё потёртое старое кресло, и не торопясь начал набивать крепким табаком свою любимую трубку из драконьего дерева.
  Как всегда кормильня, до отказа набитая народом, притихла. И даже самые отъявленные спорщики, прекратили свои нескончаемые споры. Порой кажется, что они, в эти моменты, забывают напрочь о чём спорили.
  Ярис набил трубку, и поднёс кресало к табаку. Посыпались искры, и Ярис глубоко затянулся крепким табаком. Ароматный дым медленно начал распространяться по кормильне. Ярис ещё раз пыхнул трубкой и сказал.
  - Сегодня особый день. Сегодня отмечают рождение серого, или каменного дракона - Серогора. Сказывают Люди, что много лет назад, появился он на Пятизерье. И именно с тех самых пор, мои предшественники стали рассказывать сказания про Серогора.
  Шёл как-то через Пятизерье большой торговый караван. Много купцов шло в Благодатную долину. Богат и силён был тогда Чёрный город. Его пока никто не называл в то время Городом Чёрных статуй. Тогда он назывался Благодольском. В том караване шли отец и сын с четырьмя подводами, доверху гружёными выделанными шкурами и мехами. С ними было двое работников.
  Только слишком много приказал работникам грузить на подводы шкур отец парня. Притомились кони в дороге, совсем из сил выбились. Пришлось на одном из озёр остановиться и распрячь подводы. А караван ушёл дальше - Семеро одного не ждут. Стреножили коней и пустили их на луг. Трава тут высокая и сочная, и конькам радость и люди отдохнут. Огромное озеро ракскинулось словно зеркало посреди серых скал и зелёных лугов. Знатные земли. Эти огромные озёра не трогает ветер и даже ряби не возникает на их гладкой поверхности. Только иногда рыба плеснёт возле берега или чуть дальше, но круги быстро затихнут, и снова ничто не нарушает абсолютной глади озёр. А поднимешься выше по Серому хребту и из-за рёва ветра не слышно собственного голоса. Много людей сгинуло в горах. А те, кто пришёл обратно умом тронулись. Сказывали про голоса страшные, про рёв чудищ невидимых, про тени умерших людей. Жутко в Серых горах, потому и селений мало тут. Так думали люди, про этот неприветливый край.
  В таком вот месте и остановились отец и сын с работниками. Стемнело. Развели костерок, повечеряли. И стали спать собираться. Да только кони к костерку льнуть начали. Ушами прядут. Фыркают, глазами косят. Да и людям как то не по себе стало. Из-за гряды на востоке льёт свой свет Тамарис - Ночная воительница. И от того, что невидно самого ночного светила - ещё жутче становится. И руки сами к оружию тянутся.
  Шорох в кустах раздался. Все подпрыгнули, выхватили оружие, кто саблю, кто нож. Только вышел к костру паренёк. В сером камзоле и сером плаще. Серая шляпа с совиным пером и серые сапоги, заляпанные глиной. Довершал всё меч в серых ножнах и серой рукоятью. У старого купца аж глаза заблестели, когда увидел он этот меч. Паренёк, тем не менее, смело подошёл к вооружённым людям и сказал поклонившись.
  - Простите, пожалуйста, что напугал вас. Но я отбился от королевской охоты и заблудился. Разрешите погреться возле вашего костра.
  Недоверчиво посмотрел на него купец. Но законы гостеприимства не позволяли прогнать заблудившегося от костра, и купец, хлопнув по плечу одного из работников, сказал.
  - Данила! Покорми гостя. Там ещё каша осталась в котелке. Да давайте спать, завтра в дорогу раненько. И ты Серёнька, не рассусоливай, а спать ложись.
  Крикнул он сыну. И отошёл в сторонку, позвав второго работника.
  Но Серёнька не слушал отца. Уж очень он любил послушать истории, и поговорить с новыми людьми. Дёрнул он работника за рукав и спрашивает.
  - Данила. Как думаешь, расскажет гость о себе или нет.
  Данила пожал плечами и ответил.
  - Так ить, барин. Не спросишь, не узнаешь.
  Посмотрел он в след гостю и всё же подошёл к богато одетому парню.
  - Чего ж ты так опростоволосился, что отбился от свиты. Ты ж наверно принц?
  Гость, принимая от Данилы глиняную плошку с мясной кашей, рассмеялся.
  - Нет! Я не принц. И надеюсь, никогда не подамся в короли, или властители. Слишком большая ответственность. Я простой паж. Но я очень хочу стать капитаном охраны короля. Это хоть и небольшой чин, но самый почётный в королевстве.
  Серёнька, почувствовав расположение гостя к беседе, весь подобрался и продолжил расспросы.
  - Так кто же твой король, что ты готов за него жизнью рисковать?
  Данила, махнул на молодого барина рукой и полушутя рявкнул.
  - Отстань от гостя! От-жеш любопытный. Дай человеку поесть спокойно. Потом поспрошаешь.
  Гость хмыкнул.
  - Ничего, ничего. Я и сам не прочь поговорить. Двое суток плутал, сам с собой говорил. Я паж Любиля третьего. Любит он в этих краях поохотиться. А опростоволосился я просто. Ветку не заметил. Меня из седла и выбило. Хорошо жив остался. До сих пор рёбра саднят. Конь в запале погони ускакал за свитой, а я отлежался и пошёл в ту сторону, куда свита ускакала, но видимо ошибся. Вот и заблудился.
  Гость приступил к еде, а Серёнька продолжал любопытствовать.
  - А зовут то тебя как?
  Гость сквозь набитый кашей рот проговорил.
  - А как и шебя - Шерёгой.
  Проглотив кашу, добавил.
  - В свите Серым прозвали. Люблю я этот цвет.
  И запихнул в рот полную ложку ароматной каши. Больше, пока гость ел, Серёнька его не беспокоил. А сам подумал - "Во как, целый паж, а зовут по-простому. Как и меня!"
  После того как поел гость, долго говорили они. Много случаев из своей жизни рассказали. Даже успели понравиться друг другу. Такая яркая и искренняя беседа получилась. Что сделаешь молодёжь. Пока старый купец не рявкнул на сына.
  - Хватит лясы точить. Завтра с подводы падать будешь. Привязывать придётся. Спать немедленно!
  И хлопцы разошлись. Серёнька на свою лежанку, а гость завернулся в свой тёплый плащ и устроился на нагретой за день Глазом Яара скале. Тамарис уже высоко поднялась.
  
  Проснулся Серёнька от металлического звона и громкого говора. Говорил отец.
  - Отойди Данила, не лезь!
  Данила отвечал.
  - Негоже хозяин гостя живота лишать. Хлеб мы с ним преломили над костром.
  Отец ответил смешком.
  - Хлеб преломлял ты. А мы с Хомой издалёк смотрели.
  Последовал удар и Данила покатился по оголённой скале к кромке озера. Но Серёнька уже догадался, что отец с Хомой задумали убить гостя и стрелой метнулся к ним.
  - Стой отец. Плохое ты задумал.
  Он увидел, что отец достал саблю из ножен а Хома держит гостя сзади, не давая достать своё оружие. Тогда он кинулся на Хому и попытался оторвать руку того от захвата, что бы помочь гостю высвободиться. Но услышал слова отца.
  - Ах ты паршивец!
  Серёнька почувствовал, как на его голову опустилось что-то тяжёлое. Руки ослабели и опустились, а на глаза полилось что-то горячее и липкое. Ноги подогнулись, и он упал на холодный камень. В голове грохнуло болью, а перед глазами заплясали искры. Видеть он ничего не видел, но слышал хорошо.
  Хома крякнул и тонко застонал. А гость каким-то изменившимся голосом произнёс.
  - Ты купец зашёл слишком далеко. Даже собственного сына готов убить ради наживы. Для тебя не стал препятствием преломлённый над костром хлеб. Но твой сын, твоя родная кровь!?
  От этого голоса всё застыло внутри. Но старый купец ничего не слушал.
  - Жёнка ещё нарожает. А этот, слюнтяй и здохлик. Вечно норовит поперёк батьки в пекло.
  Гость разразился оглушительным смехом. В смехе том чудились и завывания неведомых чудовищ, и свист ветра и шёпот мёртвых, и много чего ещё не менее страшного. И Серёнька начал проваливаться в темноту, но всё-же успел услышать страшный голос гостя.
  - Так отправляйся в пекло первый, он тебе мешать больше не будет.
  Очнулся Серёнька, когда Глаз Яара был уже высоко. Данила хлопотал возле костра, А гость сидел на камне выступающем над озером. Плащ, шляпа и камзол лежали возле костра. Из-под камзола выглядывала рукоять меча, а с другой стороны выглядывал обнажённый клинок с красивым, толи деревянным, толи каменным узором. Отца нигде не было видно. Хомы тоже не было.
  Серёнька поднялся. Голова болела и кружилась. Подняв руку к голове, почувствовал под ней материю. Он облокотился, о какой-то серый камень, похожий на человеческую фигуру. И спросил Данилу.
  - А где отец и Хома?
  Данила увидев молодого хозяина, еле стоящего на ногах, кинулся к нему.
  - Нельзя тебе пока подниматься. Крови ты много потерял. Чуть не помер. Если бы не Властитель серых гор, отправился бы за батькой и Хомой. Вот они, - он ткнул деревянной лопаткой, которой мешал кашу в каменные фигуры. Об одного ты опёрся, а второй, вон, чуть поодаль лежит.
  Взгляд Серёньки уперся в ещё один серый человекоподобный камень, лежащий в скрюченной позе на склоне. На глаза навернулись слёзы. Он отчётливо вспомнил, что говорил про него отец. В глазах снова потемнело, и он стал заваливаться на спину. Данила вовремя подхватил падающего хозяина.
  Второй раз очнулся он уже здесь на постоялом дворе. Мол помогла привести парня в чувство, напоила целебными отварами. Больше парень сознание не терял, а просто заснул, проспав до следующего дня.
  По стечению невероятного случая, на следующий день, из Благодатной долины шёл караван в Северные леса. Среди купцов был один, который шёл именно за шкурами пушных зверей. И Данила не будь дураком, естественно предложил тому выгодную сделку. Полдня спорили купец и Данила о цене на товар. В конце концов, Данила предложил купцу взять среднюю цену шкур в Благодатной долине. А затраты на перевозку шкур из Северных лесов в Благодатную долину поделить пополам. Купец тоже посчитал свои затраты на перевозку груза и путешествие в оба конца. Добавил стоимость коней с подводами и они ударили по рукам. Куш за проданный товар оказался на много больше, чем рассчитывал получить отец Серёньки. А товар действительно был отменный. На следующий год купец хвастался в моей кормильне, как расхватывали товар люди, и сколько он получил навара.
  Вечером мы собрались возле постели Серёньки, и Данила рассказал моему предку и молодому хозяину, Что произошло на берегу Безымянного озера.
  Парнишка, оказался совсем молодым Серым драконом. И после того, как отец ударил Серёньку саблей, превратился в дракона. Конечно же, Хома не смог удержать в захвате, хоть и молодого, но дракона. Испугался очень. Но, всё же видя своего хозяина, нападающего на ещё маленького дракона, попытался помочь тому.
  А дракон пыхнул пламенем в обоих, и они начали быстро обрастать серыми каменными глыбами, становясь похожими на гротескные каменные фигуры. Данила, видя такое дело бухнулся на колени и стал читать молитву о прощении грехов, готовясь к жуткой кончине. Но дракон, снова превратился в парня в сером камзоле и, кинулся к истекающему кровью Серёньке. Он что-то сделал с раной, и она почти перестала кровоточить.
  Видя такое дело, Данила бросил на половине молитву и подбежал к ним. Дракон повернулся к подбежавшему мужику, и спокойно произнёс.
  - Перевяжи его. Завтра поедете дальше, и остановитесь в Драконьем логе. Там ему помогут. Закончишь с хозяином, ложись спать, а я постерегу вас. Утром помогу отправиться дальше. Лошадкам сил добавлю. Доедете быстро.
  С тех пор Безымянное озеро получило своё название - Озеро Серого Дракона.
  С той поры прошло десять меэрис. И люди, проходившие через Пятизерье, стали приносить рассказы, про молодого человека, помогающего пройти через Серые горы людям, идущим в города Пятизерья. И оказалось, в Серых горах много селений и городов. Только расположены они так, что не каждый человек найдёт к ним дорогу.
  Это теперь мы все знаем о столице Пятизерья Серограде и его короле Сергии Благородном. А тогда именно Серогор и сын купца шкурами Серёнька, стали первыми проводниками через Серый хребет к этим поселениям. Серёнька и стал основателем династии королей Пятизерья. В последствии получив имя одного из великих людей Панериса - Сергия Благородного.
  
  Катя положила книжку на колени, и хотела поднести к уставшим глазам руки, как почувствовала, что проваливается в плотный туман. Который, медленно и неохотно рассеялся. Катя висела над огромным озером, похожим на голову дракона. "Пятизерье - огромное плоскогорье на Сером хребте". Катя вспомнила карту Панериса. Возле западного края озера огромный остров Остров Серого дракона, или Глаз дракона. Взгляд цепляется за серый зрачок, и Катя начинает падать на серую скалу на острове.
  Вблизи это огромная скала с большим замком, высеченным в этой скале. Катя зависла не долетев до него, и любуясь видом. Гладкие стены, как будто росли из первозданной, грубой скалы. Но у Кати появилось знание, что, эти гладкие стены - это не весь замок. Коридоры продолжаются по всему острову, а некоторые проходят под озером, выходя на его берега. Весь остров - огромный замок, продолжающийся и под озером.
  На большом балконе, стоит красивый, молодой мужчина в сером наряде, похожем на домашний халат. Катя подлетела поближе. Мужчина заозирался по сторонам, пока не упёрся взглядом в её взгляд. Улыбнулся и красиво поклонился Кате. Та в свою очередь представила, как делает реверанс, перед понравившимся молодым человеком. Улыбка дракона стала ещё шире, и взгляд Кати заволокло туманом.
  В читалке, кроме Сребры, никого не было. "Кажется, что видение проходит быстро, но наверно время в видении и в реальности течёт по разному". Библиотекарша раскладывала последние карточки абонентов, по многочисленным шуфлядам стола. Катя встала и подошла к ней.
  - Сегодня видела Серогора на своём острове в Пятизерье. Только время не могу определить. Но могу набросать план острова и его подземелий.
  Сребра упёрлась уставшим взглядом в Катю.
  - Набросаешь завтра. Сегодня уже пора отдыхать. Отнеси книжку на рабочий стол и иди домой.
  Так Катя и сделала. Попрощавшись со своей начальницей, вышла на вечернюю улицу. Прохладный вечерний воздух пахнул в лицо ароматами трав и еле заметными, здесь в парке, ароматами города. Она не спеша направилась к выходу из парка.
  
  9.ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 8. ЛЮБОМИР.
  
  Утром Катя, как всегда пришла на работу после Сребры, привычно раскладывающей неубранные книги по полкам, и программируя роботележки. Отдав роботу библиотекарю книги с высоких полок, она вышла из книжных джунглей. Катя привычно поздоровалась и, так же привычно прошла в подсобный зал. Поставила сумочку в шкаф и переобулась в более удобную обувь. "Как бысто я привыкла к работе в читалке. Как будто всю жизнь здесь работала". Выйдя из-за стеллажа к своему рабочему месту, она в недоумении остановилась. В её удобном кресле сидел пожилой господин. По другому она затруднялась его назвать. Тёмный сюртук, на старинный манер, тёмная фетровая шляпа, лежащая на столе, светлые брюки со стрелками, светлый шарф, под брюки и прислонённая к столу, массивная, резная, трость. Гость перелистывал "Драконологию", держа книжку, как что-то давно забытое, или пройденное.
  Катя недоумённо развела руками, и вопросительно посмотрела на гостя. В это время, сзади подошла начальница.
  - Знакомься! Это Любомир. Он интересуется драконами. У него большая подборка о своём тёзке. А это, выпускница нашего универа Катерина. Прошу любить и жаловать.
  Сребра кивнула в сторону Кати. Катя протянула Любомиру руку.
  - Можно и не любить.
  Мужчина с лёту подхватил шутку.
  - Но жаловать обязательно!
  Он встал, и на старинный манер, приложился к Катиной руке в лёгком поцелуе. Катя смутилась. Любомир улыбнулся.
  - Ваше смущение делает вас ещё более красивой.
  Катя смутилась ещё больше и, ища поддержки, посмотрела на начальницу. Но та вела себя как обычно. Сгрузила принесённые из большого зала книги на стеллаж, и позвала Ангелину Мелеховну.
  - Вы здесь поговорите, а я пока, с утренними делами разгребусь.
  И ушла за стеллажи с пожилой женщиной. Катя снова повернулась к Любомиру. Тот стоял возле стола, опёршись на свою трость, и в упор смотрел на неё.
  Кате показалось, что кто-то подбирается к её сердцу. Ощущение было, как когда Сребра заглядывала ей в глаза, когда она только нашла эту книгу. Только ощущение чужого усилилось, и стало не по себе. Она мысленно поставила щит между собой и взглядом Любомира, на всякий случай, подстраховав его огромной замковой стеной. Эффект получился неожиданный. Ментальный щит разлетелся вдребезги. Замковую стену тряхнуло. Катя провалилась в мысли и увидела перед собой тень дракона, поливавшего стену огнём. Она быстро представила, как стена достраивается, превращаясь в гладкий купол над её Я. Одновременно, она представила воина перед куполом, с длинным кнутом и мечом - копией одного из девяти клинков, способных убить дракона. Как она помнила, имя у меча было Сеймур. Воин, сильно походил на Кана.
  Воин развернул кнут, взмах. Кнут обвил шею дракона и натянулся. Дракону стало не до пробивания купола. Воин начал подтягивать шею дракона к себе и взмахнул мечом. Дракон отпрянул и плюнул пламенем на кнут. Тот полыхнул и сгорел. Воин преобразился и вместо доспехов, облачился в несгораемый костюм пожарного. Размахивая мечом, он просто побежал к дракону, стараясь достать того остриём. Дракон ухмыльнулся, и видение разом оборвалось.
  Катя, стояла, по шире расставив ноги. Капли пота скатывались с головы и шеи, впитываясь в платье. Несколько капель пота, стекало по позвоночнику. Любомир, стоял на том же месте, опираясь на свою трость. На лбу выступила испарина.
  - Не ожидал! Что такая молодая особа, как вы, сможет противостоять ментальному взлому. Да ещё в самом начале преображения. Весьма любопытно?!
  Катя покачнулась. Любомир быстро подошёл и под локоть провёл её к креслу. Она плюхнулась в него и посмотрела на гостя. Из горла вырвался какой то хрип.
  - Вы тоже маг?!
  Любомир, смутившись и снова опёршись на свою трость, пожал плечами.
  - Ну, да! Простите меня за нападение. Просто я не ожидал такого отпора от начинающего адепта. Обычно опыт побеждает неопытность. Я просто хотел взглянуть, что вы из себя представляете ментально. Но если вы не желаете, то больше не полезу. Ещё раз прошу прощения.
  Кате стало лучше. Она встряхнула головой. И посмотрела в упор, исподлобья на гостя, опирающегося на свою трость. Горло отпустило, и она взглянула на Любомира уже более дружелюбно.
  - Извинения приняты. Вы хотели поговорить.
  Любомир, по прежнему виновато, взглянул на Катю.
  - Я вижу вам уже лучше. Пойдёмте прогуляемся по парку. Свежий воздух быстрее восстановит ваши силы.
  И громко крикнул.
  - Сестрёнка! Мы пойдём прогуляемся по парку.
  Катю резануло по ушам "Сестрёнка". "Он, что, тоже Зеленодольский?" Сребра выглянула из-за стеллажей.
  - Идите. Она тебе надолго нужна?
  Любомир пожал плечами.
  - Думаю нет.
  Сребра заметила немного бешенный взгляд Кати и вышла к столу.
  - С тобой всё впорядке?
  Катя поднялась из кресла. Любомир виновато опустил глаза. И кашлянул.
  - Это мы немножко повоевали. Прости сестрёнка! Я просто не ожидал такого бешенного сопротивления. И попытался просканировать её ментально.
  Сребра укоризненно посмотрела на брата.
  - Но, не доводить же девочку до такого состояния!
  Катя почувствовала, что ей становится легче. Буд-то со стороны в неё влили ведро энергии. Сребра улыбнулась.
  - Ну, вот совсем другое дело. Дашь ей подпитаться. А ты возьми пару шоколадок в моём столе. Идите!
  Любомир улыбнулся ещё шире.
  - На улице обязательно всё сделаю. Она и меня заставила попотеть. Потрепала будь здоров! Так, что и мне нужен свежий воздух.
  Сребра закивала головой, как ничему не верящая мамаша, когда её отпрыски рассказывают ей, где порвали штаны и разбили коленки. Махнула рукой.
  - Всё! Выметайтесь отсюда. И вернуть мне девочку в полном порядке. Что бы, не пришлось медиков вызывать. Одних ни на миг оставить нельзя.
  Любомир подхватил Катю под локоть, и, повернув голову к сестре, шутливо произнёс.
  - Ну, в порядке, или не в порядке, но до медиков, ручаюсь, не дойдёт!
  Он взял свою шляпу и, подталкивая Катерину под руку, направился к выходу.
  Катя взяла в столе Сребры одну шоколадку, и они вышли в парк.
  Любомир глубоко вздохнул несколько раз. Они шли по аллее, вглубь парка, в ту часть, куда студенты забредают редко. Только иногда гуляют парочки, в том числе приходят из города и пожилые. Катя развернула шоколадку, и отломала внушительный кусок. Любомир усмехнулся.
  - Так любите шоколад?
  Катя, не останавливаясь, посмотрела на мага.
  - Не так, что бы очень. Сребра подсадила, когда начал открываться дар. Да и он действительно даёт сильную подпитку организму. Обычной пищи не хватает.
  Любомир снова усмехнулся.
  - Действительно, хорошее изобретение кондитеров. Раньше при открытии дара приходилось настаивать и пить травы. При этом, многие люди, просто лежали пластом, не в силах пошевелиться.
  Катю заинтересовало это знание мага.
  - А вы откуда это знаете? Или вы прожили уже пять сотен меэриссо?
  Улыбка Любомира стала немного задумчивой, как буд-то так и было. Но, сказал он другое.
  - Для этого не обязательно жить так долго. Достаточно собрать нужные рукописи. И конечно уметь читать. А скажите, почему вы так рьяно начали сопротивляться мне в читалке? Вроде бы я излучал полный позитив, вы мне очень понравились?!
  Катя задумалась. А потом решила, что проще будет открыться.
  - Почему-то я почувствовала какую то чужеродность. И она меня сильно напрягла.
  Она почувствовала, что в неё вливаются силы. Они подходили к небольшой поляне, посреди густого леса. Катя даже не предполагала, что в парке имеется подобное место. Посреди поляны стоял старый округлый камень с небольшой, ровной площадкой сверху. Как раз примоститься одному человеку. Источником сил был этот валун.
  Катя с Любомиром, вышли на центр поляны. Любомир прикоснулся к камню, и задумчиво осмотрелся.
  - Старый Мехлис! Древнее место силы для магов. Говорят, что здесь бывают и драконы.
  При этих словах он хитро прищурился. Катя как заворожённая смотрела на валун. Ей казалось, что валун светится изнутри золотистым светом. Она, не останавливаясь, скинула туфельки, вручила остатки шоколадки Любомиру, и как в трансе повелительно протянула ему руку, что бы помог взобраться на площадку. Тот помог. Катя, не смотря на короткое платьице, села на площадке в позу лотоса и закрыла глаза. В области сердца появилась мягкая, и тёплая пульсация, распространяющаяся на весь организм. Пульсация плавными толчками поднималась к голове. И когда достигла макушки, глаза залил мягкий золотистый свет.
  Катя почувствовала, как отрывается от камня и парит некоторое время над ним. Через несколько сен, она почувствовала, что пора заканчивать подпитку. Тело Кати, левитирующее над камнем, сместилось на поляну, и плавно начало опускаться. Катя разогнула ноги, мягко коснувшись травы, рядом с туфельками.
  Транс прошёл. Катя посмотрела на, заворожено, смотрящего на неё Любомира. Она тряхнула головой, сбрасывая остатки транса. Восхищённый взгляд мужчины, смущал её. Она виновато опустила глаза, поправила выбившийся локон из причёски и одела туфли.
  - Простите за шоу. Но я сама такого не ожидала. Я ... .
  Любомир снисходительно покачал головой, и перебил её.
  - Это действительно было завораживающе и очень красиво. Мне уже не нужно ломать вам ментал. Я видел достаточно. За свою жизнь, я насмотрелся всякого! Но такое, поверьте, вижу впервые. Да ещё на ранней стадии открытия дара! Далеко пойдёте! Если выживите?!
  Катя напряглась.
  - Не пугайте меня так! Я и сама ошарашена своим даром. Не хватает ещё и страха. Как я оставлю свою маму? Она не переживёт моей смерти.
  Любомир снова опёрся на свою массивную трость, и опустил взгляд на сочную зелень поляны.
  - Да! Плохо, когда родители хоронят своих детей. Но это уже зависит от вас. Как ваш организм воспримет свою мутацию.
  Катя озабоченно взглянула на своего спутника.
  - Я, что перестану быть человеком?
  Они шли по тропинке обратно. Любомир улыбнулся.
  - Даже драконы способны рожать от людей, и люди от драконов. Говорят, что маги появились именно так.
  Катя смутилась.
  - Значит в моём роду, были драконы?! Папа был обычным человеком - военным. Звали его Драгомиром.
  Она в задумчивости осмотрела деревья, и с грустью произнесла.
  - Драгомир Всеволодович Смородина! Войны не было уже триста с лишним меэрис. А у него весь китель увешан боевыми наградами. Я до сих пор не знаю, в каких боевых частях он служил, и в каких боях участвовал. Дед, Всеволод Смородина, тоже рано погиб. Я помню только бабушку - Ромею Смородину.
  Катя не заметила, как погрустнел взгляд Любомира. Но это быстро прошло, он совсем естественно взял Катю под руку, и они, молча, пошли дальше к корпусу библиотеки.
  Сребра, как всегда восседала на своём троне, посреди читалки. Любомир и Катя подошли к ней. Любомир в лёгком саркастичном поклоне, пропустил Катю вперёд, и обратился к сестре.
  - Вот твоя подопечная.
  Сказал он с улыбкой.
  - На много лучше, чем была до прогулки. Она, наверно сама тебе расскажет, что произошло возле Старого Мехлиса. А если не захочет, то я потом тебе расскажу. Всё равно не удержусь. Нам, так, или иначе, нужно будет это обсудить!
  Он посмотрел на Катерину, на щеках которой играл здоровый румянец и рассмеялся.
  - Сама скромность! Надеюсь, это смущение долго не уйдёт. Вам оно очень к лицу Катенька. До свидания дамы.
  И кивнув головой, направился к выходу. Сребра проводила взглядом брата.
  - Уже сколько лет человеку, на много старше меня, а всё пацан.
  Катя тоже проводила взглядом Любомира.
  - А он действительно ваш брат?
  Сребра поджала губы.
  - Единокровный. То есть родной! Иди уже работай. Если хорошо себя чувствуешь?!
  Катя развернулась и пошла в подсобку. Чувствовала она себя просто потрясающе.
  
  Как она и обещала, взяла лист пергамента и нарисовала схему острова Серогора, отложив его в сторонку. Потом взяла ещё один пергамент и нарисовала замок Серогора, посреди зеркально спокойной воды, в которой, как в зеркале отражался замок, и далёкий берег в туманной дымке. Она отодвинула рисунок и посмотрела издали, на внушительного размера пергамент, разрисованный простым карандашом. "Я даже так умею?! Чего-то не хватает?". Она подошла к рисунку, и нарисовала на балконе замка Серогора. Отошла и снова полюбовалась на своё произведение. Сложила листы на край стола и спокойно села за работу. А к концу работы, пришла Сребра с жёстким тубусом в руках.
  - Ну что? Будем рисовать Пятизерье?
  Катя не отрываясь от рукописи о Святом Велемире, указала на разрисованные пергаменты на краю стола. Сребра взглянула на рисунок и цокнула языком. При этом открыла тубус, вытащив на свет пергамент с картой. Разложила рисунок и карту рядом на столе.
  Катя отложила работу, и взглянула на разложенные бумаги. Они практически совпадали, только рисунок Кати был более художественный, и смотрелся на много лучше. Сребра посмотрела на свою подопечную.
  - Незнаю, как тебе это удаётся? Но ясновидящего такой силы на Тигее давно не рождалось. Твои способности поистине уникальны. Папа был абсолютно прав, давая тебе работу в универе. Катя поджала губки и пожала плечами. Сребра свернула все три бумаги, забросила их в тубус.
  - Пускай останется для истории.
  Бросила она через плечо, и ушла в подвал.
  
  10. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 9. ПОСЛЕДСТВИЯ И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
  
  Как обычно Катя уселась под лестницей и открыла "Драконологию". Но что-то мешало сосредоточиться на чтении. Что-то неуловимо отвлекало. Она сходила в подсобный зал, взяла забытую там шоколадку, и вернулась под свою лестницу. Но сесть за чтение ей не пришлось.
  Она услышала голоса студентов, разговаривающих как раз над ней.
  Говорили девушка с парнем.
  - Ты слышал, что приключилось с выпускным курсом на Серебряной косе?
  Парень хмыкнул.
  - Ещё-бы! Такое мимо ушей не пропустишь! Не часто у студентов последних курсов сносит крышу от свободы.
  Девушка прыснула. Хихикнув еще несколько раз, она ответила.
  - Ну, от свободы или не от свободы, этого никто не знает.
  Парень продолжил.
  - Пока все участники происшествия не очухаются в больнице, толком узнать, что происходило не получится. Троих так и не нашли.
  Девушка заинтерисованно.
  - Так, а слухи-то. Что говорят студенты?
  Катя отошла подальше от лестницы, что бы хоть краем глаза увидеть говорящих. Молодой парень в очках и майке с зелёным драконом. Пожал плечами и глядя мимо собеседницы в отдалённое окно читалки заговорил.
  - Говорят, что у самого тупого и здорового, сорвало крышу, и он избил несколько сокурсников, сильно врезал девушке. Все пятеро в больнице в бессознательном состоянии. Гвардейцы их даже допросить толком не могут. А потом схватил девушку и парня подтащил к кабине портала, набрал какой-то номер, втолкнул их туда. Ухмыльнулся оставшимся и шагнул следом за теми двумя.
  Миловидная девушка, тоже в очках, слушала парня, положив свою руку на его руку.
  - Так в кабинах же есть записи о перемещениях. Они что не смогли их прочитать?
  Парень хмыкнул ещё раз.
  - В том-то и дело, что не смогли. Номер не отпечатался в памяти кабины. Говорят, такими номерами пользовались семейства пиратов со времён открытия самих порталов. А некоторые говорят, что пираты и начали первыми пользоваться вереями, и даже открыли этот способ перемещения.
  Девушка сжала запястье парня.
  - Так кого же этот здоровяк забрал!?
  Парень смутившись и неуверенно мотая головой ответил.
  - Помнишь наша группа облюбовала лавочку в парке, и как пятеро старшекурсников погнали нас оттуда. Вот их предводительницу и какого-то отличника группы. Как-бишь её зовут?
  Девушка аж присела.
  - Лизон!!!
  Потом расслабилась и деланно произнесла.
  - Так ей сучке и надо! Доигралась в крутую. Вот её и скрутили.
  Парень мотнул головой.
  - Ладно, этой поделом. Ну а отличника-то за что?
  Девушка пожала плечиками.
  - Просто попался под горячую руку. Неплохо провели пикничок по поводу окончания института. Будет что вспомнить!
  Тут они обратили внимание на нездоровый интерес Кати к их разговору и ретировались на балкон повыше.
  Катя прекрасно поняла о ком идёт речь. Но хоть убей, не могла понять, что же произошло. Она лихорадочно начала набирать номер Канна на мобильнике, но постоянно звучал один ответ:- "Абонент в сети не зарегистрирован, перезвоните позже." И тут она вспомнила драку в парке. "Ведь именно она колко ответила Лизке про её же распущенность. С того драка и началась. А отличник? Кан? Он, что всё-таки поехал с Лизон и Мехкасом на пикник? Идиот! Где этого дебила сейчас искать!?" Она вспомнила, что Кана она видела, когда тот приходил извиняться в читалку. С тех пор ни звонков, ни попыток увидеться.
  Катя посмотрела на Сребру. И убедилась, что чувство взгляда её не обманывает, та очень серьёзно смотрит на неё. Подойдя к столу Сребры, Катя рассказала об услышанном разговоре, выразив особую озабоченность судьбой Кана.
  Сребра вышла в хранилище, оставив Катерину вместо себя, и долго кому-то звонила. Примерно через мер она вышла в общий зал, и протянула Кате номер мобильного.
  - Свяжись с инспектором Гвардии Семёном Сивцовым. Передай, что Зеленодольские хотят быть в курсе данного дела. А ты их представитель. Вот твоё свидетельство.
  С этими словами она протянула Кате стандартное удостоверение о том, что она работник Университета истории.
  Катя недоумённо посмотрела на Сребру. Та, выдвинув ящик стола и достав ещё четыре шоколадки, добавила.
  - Если начнёт артачиться, обрати его внимание на печати и голограмму. Думаю, этого будет достаточно.
  Катя только тут заметила, что на её удостоверении не одна печать, а две. Университетская и пятицветная с изображением десяти драконов - два в центре и восемь по краям. Помимо этого, повертев на свет своё новое удостоверение, она увидела голограмму серебристого дракона - одиннадцатого. Недоумевая, она спросила.
  - А такие корки выдают всем работникам универа?
  Сребра замялась.
  - Ну скажем так. У трети работников что-то похожее имеется. Но не вздумай афишировать этим. Всё равно, вторую печать и голограмму заметит только тот, кто должен их видеть. Ты уже не обычный человек, а как минимум маг, хоть и начинающий.
  Катя удивлённо подняла брови.
  - Так этот инспектор тоже маг!?
  Сребра кивнула.
  - Не такой сильный как ты, но опыта у него побольше. Я надеюсь, что вы найдёте общий язык. Книгу с собой не бери. Я сама позвоню ему позже и расскажу, что нужно делать с тобой, в крайнем случае.
  Катя снова вздёрнула бровь.
  - А что, может быть и такой!?
  Сребра пристально осмотрела её с головы до пят, и с сомнением проговорила.
  - По идее недолжно. Но кто его знает. Развиваешься ты быстро, и вроде гармонично. Силы в тебе не меряно. Такое я вижу впервые. Понаблюдать за тобой необходимо. А к гвардейцам послать больше некого. Ты такая единственная на данный момент - свободная.
  Катя отошла к своему столу и начала собираться. Она всёже попыталась взять книжку с собой. Но что-то не влезала Драконология в сумку. Она заглянула на дно сумки и увидела четыре плитки шоколада "Когда Сребра умудрилась забросить шоколад в сумку, держала-же в руках при разговоре?" Поправив шоколадки, она снова попыталась втиснуть книгу в сумку. Ей это снова не удалось. Словно книга не хотела находиться в этой сумке. Катя отнесла её на рабочий стол, и набрала номер инспектора.
  На другом конце ответили раздражённо, но с терпением.
  - Алло!
  Катя протянула паузу, и нетерпеливый мужской голос повторил.
  - Алло!!
  На сей раз Катя ответила.
  - Извините пожалуйста. Я Катерина Смородина. Меня к вам направили Зеленодольские. Где мы с вами можем встретиться и спокойно поговорить?
  На другом конце выдержали паузу.
  - Малоренск, это Белоречье, кафе "Синий дракон" на улице Любиля пятого. Через сколько вы приедете? Мне нужно согласовать своё обеденное время с подчинёнными.
  Катя прикинула, что точного адреса кафе она не знает, не знает и где её выбросит кабинка, и сказала.
  - Сен тридцать, не больше.
  - Хорошо через тридцать сен в "Синем драконе".
  Через двадцать пять сен, Катя стояла на улице Любиля пятого, перед вывеской Синий дракон, а под ней более мелко, наклонным шрифтом "Синьгли". "Подумать только, раньше из Саратона в Малоренск, нужно было ехать две с лишним пенталис на лошадях, на байке - три дня, а сейчас кабина перемещения и тридцать сен времени". Возле входа светилась голограмма привлекательной девушки в длинном синем с блёстками сарафане. А с синего пояска свисал слабоизогнутый меч в синих ножнах и с синей бархатной рукоятью, в набалдашнике которой светился крупный сапфир. Голограмма приглашала зайти в уютное кафе и насладиться чашечкой горячего напитка.
  Катя зашла. Стены кафе были оборудованы большими аквариумами, а с одной из стен, прямо сквозь воду аквариумов смотрел в задумчивости на посетителей синий дракон.
  Катя осмотрелась. Под правой лапой дракона за столиком, сидел ещё молодой мужчина в вельветовом костюме. Пиджак немного оттопыривался слева на груди. Он ждал заказ. Катя подошла к столику и без приглашения села напротив мужчины.
  Тот оценивающе смерил Катю взглядом и поинтересовался.
  - Заказывать что-нибудь будете?
  Она взяла меню со стола, и хмыкнула.
  - Во всех кафе и ресторанах давно электронные меню. А здесь старые бумажные.
  Инспектор улыбнулся.
  - Сразу видно новое поколение. Всё им электронное подавай.
  Катя улыбнулась в ответ.
  - Ну, мне приятнее бумага. Ненавижу электронные книги. Что-то теряется в них, нет чувств, записанных автором между строк. Теряется эмпатизм книги. Душа уходит. И заменяется всё только целесообразностью. Без чувств, книга теряет очень много, становится пресной. Я бы даже сказала, кастрированной.
  Гвардеец улыбнулся.
  - Оригинальное видение мира. Покажите удостоверение. Пожалуйста!
  Катя вынула из сумочки новенькую, плохо сгибающуюся корочку удостоверения и протянула инспектору.
  - Недоверяете?
  Инспектор раскрыл удостоверение. Удивлённо хмыкнул.
  - Не то, чтобы не доверяю. Доверяй, но проверяй. Просто хочу знать ваши полномочия.
  Катя облокотилась на столик. Подошёл официант, принёс заказ инспектора и выжидательно повернулся к Кате.
  - Пожалуйста томатный сок.
  Официант ушёл. Катя снова посмотрела на инспектора, протягивающего ей удостоверение.
  - И какие же у меня полномочия!?
  Сивцов снял крышку со своего блюда с заказом, "картофельное пюре с отбивной".
  - Для такой молодой девушки, крайне большие. Я даже немного удивлён.
  Катя посмотрела в пустой зал кафешки, вздохнула, и отвлечённо проговорила.
  - Я и сама последнее время слишком часто удивляюсь.
  Инспектор быстро сьел своё пюре и взялся за чай. Официант принёс томатный сок. Катя сделала глоток, и вопросительно посмотрела на офицера. Тот тоже отпил из чашки и поставив её на стол спросил.
  - Почему Зеленодольских заинтересовал этот эпизод?
  Катя пожала плечами.
  - Ну вопервых, в этом есть моя личная заинтересованность. Все действующие лица этой драмы, ученики нашего учебного заведения. Я училась с этими студентами. Один из них недавно признался мне в любви.
  Инспектор хмыкнул.
  - Надеюсь не тот здоровяк, у которого снесло крышу!?
  Катя улыбнулась.
  - Мехкас может сделать, наверно, только признание в ненависти. Хотя, я его на столько хорошо не знаю. Мы общались крайне редко. Я отличница, он полный разгвоздяй.
  Пришла очередь улыбаться инспектору.
  - Ну конечно я самая, самая, а вы все, там внизу, муравьишки. Одним меньше, одним больше, какая разница!
  Катя, недоумевая, посмотрела инспектору в глаза. Потом, оценила, что сказала и поправилась.
  - А, нет! Просто разный менталитет, интересы разнятся на столько, что людям просто не о чем говорить друг с другом. Для меня образование - сфера моих интересов. Для него досадная необходимость, продвижение по служебной лестнице в фирме его отца. Правда сейчас я вообще не понимаю, куда он хочет двигаться. За то, что он сделал, полагается солидный срок.
  Она почувствовала мысль, и эта мысль была не её. "Причинение тяжких телесных, и похищение людей. Меэрис тринадцать он получит. Даже если адвокат будет очень хороший. И если из пострадавших все выживут".
  Катя промолчала. А инспектор спросил.
  - Вообще-то, лично заинтересованных людей у нас отстраняют от дела. Вы уверены, что сможете отстраниться от своих чувств, и не мешать следствию?
  Катя опустила голову. Потом в упор посмотрела на Инспектора.
  - На мне лежит ответственность за то, что произошло на Серебряной косе.
  И рассказала инспектору про драку в университетском парке. И из-за чего она произошла.
  Инспектор слушал и кивал, что-то записывая в блокнот. Когда Катя закончила рассказ, он помолчал, а Катя услышала мысль "Да! Такие свидетели просто так не появляются. Она ещё и следствие контролировать будет. Зеленодольские редко ошибаются в выборе контролёра. Да и дело обещает быть интересным". Но сказал он не это.
  - Ну что же! Думаю, мешать вы не будете.
  Катя пристально посмотрела в глаза инспектору.
  - Я думаю, что немало помогла этому следствию.
  Сивцов оторвал взгляд от блокнота.
  - Спорить не стану. По крайней мере, мы знаем причину происшедшего. Хотя и предположительно. А это уже сорок процентов всего дела.
  Он посмотрел на наручные сенны.
  - Через полтора мера у меня встреча с отцом подозреваемого. Я хочу, что бы вы присутствовали при этом. В Черногорске уже вечер, а стариков нужно уважать, даже если у их семьи пиратское прошлое.
  
  В Белоречье, Глаз Яара был уже в зените. А в Черногорске был уже вечер, хоть и ранний.
  Район коттеджей выходил на черно-белые Живые горы. Горы, конечно, были далеко, но вид был потрясающий. Коттедж Канингремов, стоял на самой окраине пригорода, даже как то в стороне - обособлено.
  Их встретил пожилой, седовласый мужчина с резной, костяной тростью в руке. Инспектор с порога начал разговор.
  - Явор Канингрем?
  Мужчина кивнул головой.
  - Мы хотели бы поговорить с вами о вашем сыне, Мехкасе.
  Мужчина замялся, но отошёл от двери и сделал приглашающий жест рукой.
  - Мы можем поговорить в библиотеке. Прошу за мной.
  Они прошли по прихожей, в которой по стенам висело много пиратской атрибутики: флаги, сабли, абордажные крюки, пистолеты, висели двойные и тройные кошки с цепями и канатами. Возле стен стояли манекены в пиратской одежде со старинным оружием. Всё это перемежалось шкафами с книгами. В углу большой прихожей, стоят огромные, старинные сенны, отсчитывающие время, только за счёт взвода их гирьками.
  Они расселись за столиком в большой комнате, со множеством полок с книгами. Катя оглядывая это богатство тихо произнесла.
  - Чего Мехкасу не хватало? Мне бы такую библиотеку, я бы экзамены сдала экстерном, после второго семестра. Инспектор посмотрел на неё и ухмыльнулся.
  - Может быть, как раз ты и достигла своих результатов, потому что у тебя не было такой библиотеки. Если бы ты прочла эти книги, тебе не интересно было бы учиться.
  Катя опустила голову и проговорила.
  - Может быть. Может быть.
  Хозяин вопросительно смотрел на инспектора и Катю. Офицер смутился и наконец, обратился к хозяину.
  - Простите наше отступление. Просто девушке в новинку, что в частной коллекции может быть собрано столько литературы.
  Теперь пришла очередь смущаться хозяину. Катя постаралась прочесть его мысли, но её вытолкнула в реальный мир какая-то вязкая чернота. Тем не менее, она успела прочесть эмоции. Тот был обеспокоен и искренен. По крайней мере, не был настроен агрессивно по отношению к ним. "Уже неплохо". Но чего-то боялся, и боялся сильно.
  - Эти книги собраны несколькими поколениями Канингремов, по всему Панерису. К сожалению многие, добыты пиратским прошлым моей семьи. Но об этом вы наверняка наслышаны.
  Инспектор что-то записал в блокнот. И поднял голову.
  - Мне очень хотелось бы знать, почему ваш сын так поступил? Он мог бы быть пиратом, оставаясь в социуме? Мы могли бы и не заподозрить, что, он занимается чем-то противозаконным?!
  Старик кашлянул и положил руки на трость перед собой. Буд-то опёрся.
  - Мы не можем пиратствовать. Это результат древнего драконьего проклятия, наложенного на весь наш род Каменным драконом.
  При этих словах, в эмоциях старого Явора проскользнула дикая ненависть. Но быстро прошла.
  Катя подалась вперёд.
  - Очень интересно. Вы не могли бы немножко подробнее, о вашем проклятии.
  В глазах Канингрема появилась неприязнь и тоска. Чувствовалось, что ему неприятна эта тема. Катя немножко нажала.
  - Это может быть очень важно!
  Старик сделал над собой усилие, но заговорил.
  - У наших предков, пять сотен меэрис назад, была база в Средиземье. Драконы искали наши базы по всему Панерису. И та база была обнаружена Серогором. Он попытался проникнуть в неё один. Тогда погибло много наших братьев. Предок нашей семьи, Селим Канингрем, остановил его. Славный был боец. Они бились до тех пор, пока братья не взорвали проход к базе. Дракону не удалось пробиться. Тогда Серогор наложил на род Канингремов проклятие, благодаря которому, нас постоянно будут преследовать неудачи, если мы продолжим пиратствовать. С тех пор мои предки не смогли довести до конца ни одного дела, ни одного корабля не было захвачено. Неудачи преследовали нас сто тридцать меэрис, когда братья попросили уйти наш род из братства. Потому мы и занялись легальным бизнесом. Больше мы не занимались пиратством. Контакт с братьями, сулил неудачу не только нам, но и им. В моём сыне скопилась вся гордость рода. Слишком он стал заносчив и амбициозен в последний меэрис. Меня в свои планы он не посвящает. Наверно считает трусом. Но преодолеть проклятие невозможно. Оно развеется только со смертью рода.
  Наступила неловкая пауза. Спрашивать просто стало не о чем. И инспектор с Катей откланялись.
  Они вышли на улицу. Инспектор перелистал свой блокнот. Положил его в карман и оглянулся по сторонам.
  - Чего людям не хватает? Живи и радуйся жизни. Тренируй тело и дух. Занимайся каким нибудь хобби. Не мешай другим жить. Куда тянет людей? Не понимаю!
  Инспектор посмотрел на Катю и улыбнулся.
  - А вы не заметили, как старик рассказывал о семейном проклятии? Можно было подумать, что он сам пережил наложение этого проклятия.
  Катя отвлечённо кивнула.
  - Пожалуй ему больно думать об этом! Вы наверно правы! Это их семейная драма. И, похоже, она переживается из поколения в поколение.
  Инспектор посмотрел на облака. И буд-то ни к кому не обращаясь констатировал.
  - Теперь можно понять Мехкаса. В нём скопилась обида многих поколений. Из поколения в поколение эта психологическая проблема как пружина сворачивалась. И сорвалась на нём.
  Катя, посмотрела на офицера, и молча набрала код Саратона на клавиатуре вереи. Сивцов уже обращаясь конкретно к ней.
  - Если вы мне понадобитесь, я буду звонить вашей начальнице и давать вам поручения через неё.
  Катя кивнула. В проёме кабины появилась знакомая улица возле университета. Сивцов начал набор кода Малоренска. Девушка ещё раз посмотрела на офицера.
  - Досвидания инспектор.
  Тот не отвлекаясь от клавиатуры, кивнул.
  - Досвидания.
  И Катя шагнула в проём.
  
  11. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 10.МЕЧТА И ЖИЗНЬ.
  
  Проработав в хранилище несколько меров, Катя привычно устроилась на своём месте под лестницей. Так же привычно отломила кусочек шоколадки из запасов Сребры, забросив его в рот. Сняла удобные, рабочие тапки и по-домашнему устроилась в удобном кресле. Окинула взглядом полупустой зал и открыла "Драконологию". Закладка сияла неоновыми цветами, с неё на Катю смотрела молодая женщина. Внизу закладки, красным, ярким цветом светилась руна благости, в паре с руной сотворения.
  Долго пустовало старое кресло в этот вечер, долго не выходил Ярис Сказочник в зал. Люди галдели и шумели. О разном шли разговоры за столами. За одним из столов, молодой парень ученик лекаря долго говорил про то, сколько людей спасают врачи. Что только они способны дать людям шанс на развитие и продлить жизнь людям, изобретающим что-то новое. А Ярис стоял за ширмой и слушал.
  Наконец заправил он свою трубку, раскурил её и вышел к своему креслу.
  - Много людей на нашей Тигее. У каждого своя мечта. У кого-то мечта стать хорошим гончаром, у кого-то мельником, кто-то хочет стать охотником, кто-то моряком. Каждый лелеет свою мечту, и каждый добивается своей мечты своими силами. Но бывает так, что своих сил недостаточно, а что-то внутри тебя тянет и тянет из тебя все жилы - НАДО! И сопротивляться этому нету сил, и молодые люди, сходя с ума, мечтают о не сбыточном, о невероятном. Бывает и так, что человек хотел просто жить на земле, радуя своих близких своим малым счастьем, но случается беда или горе, и у человека появляется МЕЧТА, огромная на всю нашу Тигею. Такой случай произошёл с мальчиком из рыбацкой деревушки расположенной на берегу Ти - одного из одиннадцати океанов нашей родной планеты.
  Бают люди, что если очень сильно чего-то хочешь, то тебе в этом может помочь Закатный дракон. И зовут этого дракона Маара. Только повстречать его ой как непросто. Появляется он только тем людям, у кого есть большая мечта, а выполнить её очень трудно. И только тогда, когда этот человек увидит на закате последний луч Глаза Яара цвета индиго.
  Иза столика возле окошка поднялся юноша в простой одежде селянина, и сказал:
  - Я ученик художника. Но о таком цвете, слыхом не слыхивал. Что же это за цвет такой.
  Ярис посмотрел на молодого художника и как бы продолжил свой рассказ:
  - Кто что говорит об этом цвете. Наверное, он ближе к красному цвету, но то, что человечьи глаза его не видят, это точно. Его могут видеть волшебники, но не все. Говорят, что этот цвет видят драконы. Некоторые художники говорили, что видели этот цвет, но их очень мало. Из красок, существующих на Тигее, невозможно воссоздать этот цвет. И очень редко его видят мечтатели на закате. Малый миг, тонкая полоска горизонта окрашивается невероятным цветом и сразу же потухает.
  Успевший сесть на своё место ученик художника, смотря в окно, на садящийся за горы Глаз Яара протянул:
  - К Р А С И В О!!!
  - Красиво!
  Ярис помолчал, и продолжил:- Жил парень с родителями в своём рыбацком селе и горя не знал. Рыбы в прибрежных водах было много, и отец парня часто продавал свой улов в близ лежащем городке. А огородик давал достаточно продуктов, что бы запасти их на зиму.
  Только так продолжалось не долго. В одну овсень в городок пришёл караван с несколькими больными людьми. И начался в городке страшный мор. Люди умирали прямо на улицах. Пришла болезнь и в рыбацкое село. Всё село вымерло за мэссалисб. Остались только парень, да его мамка. Они тоже заболели, но почему-то выжили, отец умер одним из первых.
  Мэссалис болели мать и сын. А потом болезнь ушла, как буд-то ничего и небыло. Только жуткая слабость напоминала о болезни. Оставаться в мёртвой деревне негоже для живых, в город, из которого пришла болезнь, тоже нет пути. Собрали тогда мать и сын по больше припасов и выжившую животину - овцу, двух кур, да петуха, и пошли к морю, где когда-то жил в ските отшельник, часто помогавший людям в окрестностях. Только умер он меэрис четыре назад. Так с тех пор и пустовал скит.
  Никто из окрестных селений не чинил разорения жилищу отшельника, все уважали его и то, что он делал для людей. Даже разбойники не чинили ему разорения. Баяли люди, что заговорен домик, и тот, кто станет разор чинить, помрёт в страшных муках. И стоял маленький домик в полном порядке, будто ждал чего-то. Даже огородик не сильно зарос.
  Пришли мать с сыном к пустующему жилью. Неуютно тут, пусто. В домике ставни закрыты, дверь добротная кольями подпёрта. Сыро и темно. Снег мелкий и колкий. Море тёмное и тёмный лес поодаль.
  Встала женщина напротив двери домика, чуть поодаль и поклонилась жилищу. Мальчик, смотря на мать, тоже поклонился. А женщина сказала, обращаясь к дому:
  - Не из праздного любопытства пришли мы к тебе, а по нужде великой. В деревне нашей все мёртвые, а живым с мёртвыми негоже жить рядом. Впусти жильцов новых. Будем жить, да хозяйство поднимать.
  И как волшебство снизошло на дом. Полыхнул из-за туч луч Глаза Яара, осветив и домик, и море, и лес. Всё стало другим - как будто близким и родным. По вершинам лесных великанов прошелестел ветер. Сами собой упали колья от двери и дверь широко распахнулась. Женщина и мальчик поклонились дому еще раз и вошли внутрь.
  Внутри всё было в идеальном порядке. Полка с книгами, красный угол со статуэткой Яара, письменный стол с бумагами, печь, дрова под ней. На печи трут и кресало. Казалось, что вот сейчас откроется дверь, войдёт отшельник в тёплом плаще и спросит: "Ну, зачем пожаловали?" только нет его давно. И пыль кругом.
  Женщина поставила статуэтку Моон в красный угол к статуэтке Яара.
   За домиком обнаружился маленький уютный хлевок, со стойлом для коровы и загоном для поросят.
  Вот так и стали мать и сын хозяйничать в старом ските отшельника. Чего недоставало в хозяйстве - ходили в деревню в свой прежний дом. И почуяв обитаемое жилище, потянулись к ним животные, хозяева которых уже никогда за ними не присмотрят. Сначала пришла тощая корова, потом лошадь под седлом с притороченным оружием, долго ходила болезная, под седлом уже язвы от пота появились. И две козы. Пришлось из деревни заготовленное на зиму сено везти, заодно и инструмент прихватили, и припасы оставшиеся. Худо- бедно, но обустроились, а даже не худо и совсем не бедно. А благодарная лошадка, за оказанную помощь готова была работать без отдыха, только бы отплатить новым хозяевам добром за добро. Кони - умные животные и умеют быть благодарными. Быстро всё наладилось.
  Женщина немного знала руны и умела читать. Поэтому они и поняли, что книги и бумаги старого отшельника очень важные, про болезни людские, про травы лекарственные, по истории стран и легенды Тигеи. Мать сыну даже что-то пробовала читать и показывала руны. Так они и прожили зиму. Постоянные тренировки в чтении дали большие результаты и оба стали бегло читать книжное руническое письмо. Даже начали читать книги по медицине и травам. Нашли и болезнь, погубившую их деревню и как от неё лечиться.
  Парень очень пожалел, что отшельник не дожил до того дня когда в город и окрестные деревни пришла беда. Некому было лечить людей, или хотя бы подсказать, как лечиться.
  Как-то выйдя к морю и смотря на закат, вспомнил он всех друзей, знакомых, вспомнил отца. И так нахлынуло на него, что слёзы сами покатились из непослушных глаз. Пообещал он тогда сам себе, что выучится по книгам отшельника, и станет помогать людям так, что никто не будет умирать от болезней рядом с ним.
  В этот самый миг, горизонт словно взорвался необычным светом. И тут же всё погасло, только обычное зарево заката окрашивало небо над морем.
  Прошло ещё несколько пенталис. Яровит вступил в свои законные права. Природа оживала после гимы. Парень решил съездить в мёртвую деревню поискать пилу, топор и мелкий столярный инструмент. Всё это было в кузне у умершего кузнеца. Мать строго настрого просила попросить у кузнеца то, что нужно и оставить подношение, пару ржаных лепёшек в благодарность. И взять только тогда, когда почувствуешь, что можно взять. А если будешь чувствовать натянутость и нежелание мёртвых, то лучше уйти, ничего не взяв.
  Подъехав к мёртвой деревне, он увидел, что вся деревня сгорела дотла, ничего не осталось, даже печи превратились в простые кучи глины. Мёртвые забирали с собой хозяйство в верхний мир, и только кузня стояла на отшибе деревни нетронутая огнём.
  Прошение было принято благосклонно. И когда у парня потеплело на душе, он зашёл в кузню и нашёл всё, что было нужно. Навьючив поклажу с инструментом на лошадь, он оглянулся на вход, подошёл и положил на порог лепёшки. Иссохшая порожная доска зацепилась за ногу, и оторвавшись от державших её брусьев полетела с парнем на землю. Поднявшись и отряхиваясь, он заглянул в образовавшуюся брешь. В открывшемся схороне, под порогом, что-то лежало, завёрнутое в тряпьё. Парень вытащил длинный свёрток и развернул тряпки.
  Его глазам предстал меч, в тёмных лакированных ножнах с красивой отделкой из обычного чёрного металла. Потянув меч из ножен, он вытащил клинок, односторонний, слабоизогнутый с рунами у гарды. Держа меч в руке, он посмотрел на помещение кузни через открытую дверь. Возле наковальни, стоял и улыбался его дядька - деревенский кузнец, умерший сразу за его отцом. Блик от клинка отвлёк внимание на себя и видение его дядьки пропало.
  Пристроил он меч к седлу. "Удобное седло, видно, что ратный человек владел лошадкой до них, и что с ним могло случиться?". Поехал обратно. К деревне он ехал берегом, а обратно лошадь повернула на старую дорогу, тоже проходящую возле их скита. Не успел он проехать нескольких кадов как услышал за придорожными кустами возню и выехал на поляну, где трое бородатых здоровых мужиков копались в кибитке, а на поляне стояли несколько телег с какими-то тюками, с впряжёнными в них ладненькими небольшими, но сильными коньками. Недалеко от телег лежало пятеро убитых, четверо мужчин и пожилая женщина. А на одной из телег, на тюках, лежала без сознания девушка, связанная по рукам и ногам.
  Он плохо помнил, как спрыгнул с лошади, как меч дядьки сам лёг в руку, как он крикнул бандитам, обозвав их ублюдками и выродками. Как двое из них пошли на него, думая быстро справиться и вернуться к грабежу. А внутри тихо-тихо шептал страх: "Всё, этой волны тебе не пережить!".
  Отбивая атаку первого, он подставил меч под занесённую над головой алебарду, и меч с урчанием перерубил древко. Потерявший равновесие мужик сам наткнулся на остриё и повалился на сторону, потянув за собой парня. Это спасло его от удара второго бандита. Быстро вскочив на ноги и резко потянув меч из тела первого нападавшего, он снова потерял равновесие, и нелепо взмахнув руками назад, в одной из которых был зажат меч, сел на пятую точку. Вскочив снова, он развернулся в сторону нападавшего и увидел, как тот бледнеет, роняет длинную палку с прикрученным к ней лезвием меча, а через всю грудь ложится красная полоска, расползаясь по прорубленной ткани всё больше. Бандит упал на колени, потом лицом в землю. Последний мужик обернулся, и увидев, что с двумя его подельниками справился какой то зелёный пацан, побледнел и судорожно начал искать взглядом своё оружие. Нашёл он его воткнутым в землю возле убитой женщины. Оба сорвались с места в сторону самодельной алебарды. Бандит только успел ухватиться за древко воткнутого в землю оружия, как меч парня легко перерубил его между рук и продолжая движение полоснул его по шее и груди. Бандит словно споткнулся и ломая перерубленную алебарду собственным телом, полетел на землю. Попытался подняться, застонал, повалился снова и больше не шевелился.
  Тяжело дыша, парень осмотрел поляну. Тела бандитов лежали не шевелясь. С воза с тюками на него безумным взглядом смотрела пришедшая в себя девушка. Он перевёл взгляд на меч, с лезвия сорвалась и упала на траву крупная капля крови. Парня согнуло пополам, его вырвало. Постепенно он приходил в себя, его мелко трясло. Немного очухавшись, он нашёл в себе силы подняться и подойти к девушке. Положив на тюки окровавленный меч, он попытался развязать узлы на руках девушки, у него ничего не получилось. Забыв о мече, он нашёл в своих мешках острую стамеску и перерезал верёвки на руках и ногах девушки. Та попыталась приподняться, но ойкнула и потеряла сознание опять. Видя, что спасённая им может умереть, он поудобнее устроил её на тюках, привязал лошадей к телегам цепочкой и повёл всех разом к скиту. А двойка породистых лошадок просто потянула кибитку следом. И держались лошадки той телеги, где лежала раненная девушка.
  Именно тогда он понял, что не все люди достойны жизни на этой планете, и что добро тоже должно уметь защищаться.
  Мать, увидев цепь повозок, подумала о разбойниках, но увидев сына, успокоилась. Пришедшая в себя девушка, рассказала, что она дочь купца, ехавшего в город Камнедержец, в свою лавку. У её семьи большое суконное дело и их ткани идут даже в соседние королевства. Только семьи у неё больше нет, грабители убили и отца и маму, там, на поляне. Она успела зарубить только одного из нападающих, и только потому, что её не посчитали за противника и первых убили отца и двух работников. Она, выхватив меч отца, кинулась на бандитов. Не ожидавший такого оборота дела бандит пропустил удар, но второй просто сломал ей руку державшую меч, древком алебарды. А когда она очнулась связанная на телеге, то увидела бой парня с оставшимися тремя бандитами.
  Близких девушки похоронили на поляне с работниками, а бандитам вырыли яму в лесу
  Скотины в хозяйстве прибавилось, хотя и временно. В записях отшельника он нашёл, как лечить переломы и складывать правильно кости, какие травы заваривать для питья, какие прикладывать к переломам. Как смастерить лубки для фиксации перелома. Сделав всё по записям, он успокоился. Девушка попросила его написать за неё записку в хозяйство, читать, то он умеет, значит и писать должен уметь. Но парень, посмотрев виновато на свои руки, признался, что ещё не смог написать ни одной руны правильно. И девушка написала письмо домой левой, здоровой рукой. Коряво и криво, но понятно.
  - До моего селения, подле Холмогор, ехать восемь дней на повозках, верхом, ты управишься за четыре. Будь у тебя больше опыта, добрался бы за три дня. Возьми меч моего отца, по нему тебя пропустят на подворье. Расскажи всё как есть старшему конюху Закери, он меня владеть мечом учил, да я плохо училась. Этот сделает всё как надо. Управляющему Соломосу не верь, слишком амбициозен. Вот деньги на дорогу, теперь это мои деньги и моё хозяйство. Если не поверят на слово, на письме чернилами, оттиск печати моего отца. Надеюсь, этого хватит.
  Парень оседлал свою лошадь, взял дядькин меч и меч девушки. И поехал.
  Обратно приехал через три пенталис. С ним приехали, конюх с двумя сынами и несколько работников. Обоз с тканями поехал дальше с одним из сыновей конюха, а Закери получил наставления по хозяйству и отправился обратно, забрав всё, что девушке было ненужно для выздоровления.
  Со скамьи в центре кормильни поднялся ученик лекаря:
  - Хозяюшка, плесни ещё кваску пожалуйста. Прости хозяин, что перебиваю, но почему ты часто не называешь имён героев своих рассказов? Твоя история - об Асклепии Средиземском, по книгам которого, учатся все целители и лекари со всей Тигеи!? И сейчас на том берегу, где стояла хижина, возле тёплого океана Ти, огромная лекарня и корпуса школы лекарей и целителей. Да и ты обычно о драконах сказываешь?!
  - Терпение, терпение, мой друг. Всему своё время. И драконам, и именам. Ты прав, про него рассказ и про его первого пациента. Ты понял это по прочитанным книгам, но в книгах далеко не всё пишется. Вот об этом неизвестном и рассказываю. А имена, часто, не нужны в моих рассказах. Но ты прав, затягивается история, и имена понадобятся.
  Звали молодых людей - парня Ас, девушку - Ллея.
  Изумлённый лекарь, хотел было сесть, но застыл, не донеся седалище до скамейки:
  - Так звали жену Асклепия!? Ты хочешь сказать, именно она и была первым его пациентом?!
  Ярис в сердцах хлопнул ладонями по коленкам:
  - Эк ты нетерпелив. Так весь сказ порушишь. Имей терпение дослушать, а потом будешь выводы делать. Ты же не делаешь выводы о болезни пациента по внешнему виду. Проявления могут быть одинаковы, а болезни разные. Необходимо выслушать пациента, а потом судить, чем тот болен.
  Покрасневший до самых ушей лекарь сел таки на скамью, и опустив голову, громко сказал:
  - Прости хозяин.
  Ярис с укоризной глянул на него, но продолжал:
  Пока Ллея лечилась у Аса с матерью, начала учить его писать. А сама училась писать левой рукой. И поверьте, за несколько мэссалис Ас многое сделал в обучении. Как будто, кто помогал водить пером по бумаге.
  А девушка попросила его научить её владеть мечом, так, как он бился на поляне.
  Смутился парень, но признался, что это был его первый и единственный бой. Взяла тогда Ллея меч Аса, и попыталась сделать с ним приёмы, которым обучал её их конюх и вояка Закери. Необычное это было оружие. Меч как будто сам подсказывал движения человеку, взявшему его в руки. Так и повелось. Хотя бы раз в день Ас и Ллея тренировались с оружием. Благо было с чем, лошадка когда-то привезла оружие пропавшего воина. И стал замечать Ас, что поломанная рука Ллеи двигается лучше и лучше. Стал он записывать приёмы мечника с движений Ллеи, и сам не забывал учиться.
  Лекарь опять не выдержал, вскочил со скамьи, расплёскивая квас, и крикнул:
  - Великий Яар! "Трактат о пользе воинского искусства для лечения переломов и болезней суставов".
  Ярис опять хлопнул ладонями по коленям:
  - От жеш болячка на заднице. Сиди тихо. А нет, так мужики тебя быстро за дверь определят.
  Лекарь в возбуждении, подпрыгнул ещё выше прежнего:
  - Прости хозяин, ради Великого Яара, но никто не знает, откуда этот трактат взялся! Нету подписи под ним. Откуда ты знаешь, что именно так и было?
  Ярис покачал головой. Соседи по скамье лекаря напряглись, готовые в любой момент спровадить буяна за дверь.
  - Эту историю поведал мне мой дед, передавший мне этот постоялый двор. А ему рассказал её сам Ас, путешествующий со своей женой из Средиземья к Живым горам. А теперь сядь и слушай. От, язва!
  Лекарь повиновался, но тихо проговорил:
  - Подумать только! Сто шестьдесят меэрис люди знают об этом трактате, а автор оказывается сам великий Асклепий. Первый его трактат!!
  Ярис, с сожалением покрутил головой и продолжил:
  - А следующую часть истории, рассказала Ллея. И просила деда до их с Асом смерти не расказывать людям.
  Пришло время Ллее уезжать домой. Вступать в наследство, вести дела своего отца. Но не хотела она расставаться с парнем спасшим её и вылечившим. По нраву пришёлся он ей. Да и Ас на неё неровно дышал. Заметно это было, молоды они были тогда. Летница, тёплый океан, леса вокруг. Часто, после тренировок гуляли они по берегу, и темы для бесед не кончались. Вот в одну из таких прогулок это и произошло. Только сказала Ллея, что скоро уедет, как полыхнул закатный луч, и всё вокруг застыло. Ветер не шумел, застыла приливная волна с барашком пены на вершине, высохшая трава, собранная ветром в шар и гонимая им по прибрежному песку повисла в воздухе, и казалось, ничто её не сможет сдвинуть с места. И свет вокруг. То ли красный, то ли жёлтый, или малиновый, а может синий, переходящий в фиолетовый. Никогда больше не видела она такого света. А на берегу сидит молодая красивая женщина в одеждах из такого же невероятного цвета полотна. И, кажется, что свет этот необычный исходит от неё самой. Встала она с песка и подошла ко мне. А я глазами вижу всё, а двинуться не могу. Ас тоже стоит как вкопанный и даже не моргает. Я-то хоть зрачками ворочаю. Протянула она руку и коснулась моего плеча. С меня как камень упал, двигаться можно стало. А я, было, набросилась на неё с кулаками, ты что мол с Асом сотворила. Но женщина оказалась сзади и спокойно сказала:
  - Это наш с тобой разговор, и других ушей нам ненужно. Знаешь ли ты меня?
  Присмотрелась я пристальнее, и что-то неуловимое, то ли вспомнила, то ли знала всегда, но на грани знания, на грани памяти.
  - Кажется, что знаю, но никогда тебя не видела.
  Женщина улыбнулась:
  - Так и должно быть. Я Маара - мечта. Многие меня видели, да не запомнили. Наверное, ты одна и запомнишь меня такой.
  - Зачемже я тебе понадобилась, или просто хочешь, что бы хоть кто-то помнил и знал о тебе?
  Звонким эхом раскатился смех Маары над морем:
  - Ох уж эти людские амбиции. Ты была воспитана в них своим отцом. И только это заставило меня показаться тебе. Хотя, Ас достоин видеть меня больше тебя. Но ты тот ключик, который раскроет его душу всей Тигее. И в то же время будет ревностно оберегать её. Ты ключик от его потаённой мечты, которую высказал он на этом песке только однажды и никогда больше не вспомнит о ней. Но, польза от которой заставит измениться всех людей на Тигее. Только поэтому увидела меня ты, а не он. Мне нужен помощник, который будет любить его всю жизнь, и всю жизнь быть с ним рядом, помогая и подталкивая его.
  - Но я должна уехать. И увидимся ли мы снова, я не знаю.
  Улыбка Маары озарила застывшую воду и лес и статуей застывшего Аса:
  - Вспомни. Три меэрис назад. Каменный уступ в Белых песках, и закатное солнце над Южным океаном. Чего ты желала стоя там? А потом час проплакала, зная, что то, что ты пожелала, скорее всего, не сбудется.
  - Красивого, умного, сильного и любящего парня! Что бы на всю жизнь и после смерти, чувства, не слабеющие с годами!
  Она закрыла лицо руками и слёзы, брызнувшие из глаз, покатились по щекам и ладоням. Маара подошла и обняла её сзади. Нежно, ласково, как мама, которая уже никогда не сможет вот так обнять. И слёзы превратились в маленький ручеёк.
  - Плач Ллея. Сегодня заканчивается твоё детство и начинается взрослая жизнь. А какая это будет жизнь, зависит от тебя. Тот о ком ты мечтала уже рядом с тобой.
  - А как же дела отца? Это ведь далеко?!
  - Одно другому не помеха. Ты сильная девочка. А он сильный мальчишка. Два сильных духом человека всегда поймут друг друга. Да и дела можно вести и на расстоянии. А он отсюда ещё нескоро станет выезжать. К нему будут идти толпами люди. И без тебя у него ничего не получится. Слишком короткой будет его жизнь без тебя. Решать это тебе!
  И всё исчезло, пропал свет, волна упала на песок, шар из травы как живой, прокатился мимо ног. Но видение и разговор так и остались в памяти. Ас повернулся к Ллее и сказал:
  - Не уезжай, пожалуйста! Я ..... .
  Договорить Ллея ему не дала. Закрыла его рот ладошкой:
  - Я знаю! Я тоже тебя люблю! Я, совсем ненадолго уеду, несколько мэсалис. А потом мы редко будем расставаться.
  В тот вечер был зачат их первенец. Хотя Ас узнает об этом только когда Ллея приедет обратно.
  Ярис поднялся с кресла и поднял прислонёную к нему резную трость из чёрного и красного дерева. И, посмотрев на лекаря, сказал:
  - Ну а теперь спокойно можете обсудить рассказанное. Даже задать вопросы, если таковые появятся!?
  Молодой художник, поднялся и потянулся, будто спал всё это время:
  - О таких чувствах картины и книги писать.
  Лекарь посмотрел на него искосо:
  - Вам бы только чувства, он людей спас столько, что тебе и не снилось.
  Художник потянулся в другую сторону:
  - Снилось! Как на яву снилось! Но без Маары и Ллеи, ничего бы у него не получилось. И чувства Ллеи дали ему огромный шанс наблюдать и писать больше. Большую часть трактатов, ты бы, к сожалению, никогда не увидел, не будь этих чувств.
  А Ярис, наблюдая за этими двумя, видел новые трактаты по медицине, и даже в области чувств. И новые картины. Особенно одну с названием "Закатный луч - Маара".
  
  Катя вспомнила картину, которую рассматривала Ангелина Мелеховна в хранилище. Взгляд женщины в необычном платье. И своё желание очутиться рядом с ней. "Неужели Ученик художника всё-таки добился своего и увидел Маару. Драконы до сих пор скрываются от людей. И подобные произведения искусства нужно прятать от людей, пока существует на Тигее добро и зло. Нельзя показываться драконам на людях, нельзя им быть звёздами этого мира. Потому и скрываются они среди людей, тихо и незаметно делая свою работу, заботясь о созданиях созданных ими-же.
  Драконы - красивая легенда, которую рассказывают детям с малолетства на Тигее. Она откладывается в умах людей до такой степени, что ни у кого не возникает сомнения в её реальности. Но самих драконов люди видят крайне редко. А последнее время, меэрис этак триста, их не видели вообще. Может быть они вымерли, или предоставили бороться со злом и несправедливостью самим людям?".
  Туман и чувство полёта опять неожиданно нахлынули на Катю. Она успела только положить нормально голову и опустить книгу на подол платья.
  Рассеявшийся туман открыл ей скалу, как огнём обьятую необычным светом. На уступе над морем стоит молодая женщина в алом, или красном, или фиолетовом платье. Тёплая алая накидка развевается от сильного ветра и падает с головы женщины. Из-под плаща, торчит рукоять меча отделанного переливчатым бархатом, переливающимся, то ли красным, то ли фиолетовым, и с крупным рубином в набалдашнике. Кажется, что необычный свет вокруг источает сама фигура женщины.
  Женщина поворачивает голову к Кате. Кажется, что это происходит медленно и тягуче, но почему-то Катя знает, что движение стремительно. Золотые серьги с рубинами даже не шевелятся, золотая диадема с крупным рубином сидит в коротких тёмных волосах, как влитая. Тёмные глаза красавицы упираются во взгляд Кати, и как будто пытаются вытолкнуть ту обратно в читальный зал. Дуэль взглядов, кажется, тянется долго, но на самом деле тоже молниеносна. Чувственные губы женщины трогает мимолётная улыбка, просто приподнялись уголки губ. Миг и необычный свет потух, никого на уступе больше нет. Катя смотрит по сторонам и никого не видит. Только волны внизу выкатываются на песчаный берег и обессилено скатываются обратно в океан.
  Катя хмыкнула про себя, пожав плечами. Насколько это можно было сделать в бестелесной форме. Туман медленно застилает глаза и такой же медленный полёт приводит её обратно в читалку. У Кати остаётся устойчивое знание, что это не прошлое, не будущее, а самое что ни на есть настоящее.
  
  12. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 11. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ПРАВИТЕЛЕЙ.
  
  Прошло уже две пенталис, как Катя начала работать в библиотеке. У неё начались первые признаки перестройки тела. Беспокойные сны и ломота в мышцах, но пока всё было терпимо, и на работу она приходила более менее отдохнувшая. Драконологию она брала в руки редко. На работе усилилось чувство усталости к концу дня. И Сребра начала на неё коситься с тревогой. В конце концов, начальница подошла к ней и на прямую спросила.
  - Что с тобой происходит?
  Катя неопределённо махнула рукой.
  - Перестройка тела. Мышцы ломает и сплю плохо.
  Сребра подняла её со стула и придирчиво осмотрела.
  - Тренировки отложи! Со Стархом я поговорю, предупрежу его.
  Катя вяло кивнула. И взяла со стола очередной свиток.
  Проработав ещё несколько меров, Катя взяла Драконологию и отправилась в общий зал. Усевшись поудобнее, а точнее примостив ноющее тело по комфортнее в кресле, она открыла книжку на заложенной странице. Привычно посмотрела на закладку. На закладке перекатывался синий океан. Внизу синела руна благодетели.
  Народу в кормильне набилось много. Заняты были все лавки и люди устраивались на стульях вдоль стен в несколько рядов. Гомон множества голосов сливался в сплошной гул. Ярис вышел из комнаты за прилавком, с кисетом полным табака и курительной трубкой. Пока он устраивался в старом потёртом кресле и набивал трубку табаком, люди затихли. И кресало защёлкакло в полной тишине.
  Ярис затянулся ароматным дымом, осмотрел зал кормильни и начал рассказ.
  Люди, как всегда работали на полях. Горожане торговали на рынках, шли по своим делам. Путники, целенаправленно шли по дорогам. Большое синее озеро было спокойно и величаво, его воды не тревожил ни ветер, ни рыба. Оно лежало как большое зеркало, отражая солнце и облака. Озеро было очень большое, несколько больших королевств, делило его берега. Хотя и не озеро это было, а залив, правда, с пресной водой. С самых высоких башен города, далеко на востоке, просматривалась полоска Высоких гор. По рассказам путников, горы были очень высокими. Только несколько перевалов были проходимы, и то только в летницу. В яровит, овсенью и гимой на них лежал снег.
  Никто не обратил внимания, как над горизонтом над полоской гор, появилось маленькое пятнышко. Оно увеличивалось в размерах и уже стали видны крылья большого синего дракона, когда на башнях города подняли тревогу. Но дракон не стал нападать, ни на людей, ни поливать огнём город, как ожидали люди. Он просто сделал большой круг над городом и полями, и камнем упал в воды озера, далеко от берега. Большие волны вынесли на берег водоросли, рыбу и ракушки. В рыбацких деревеньках вынесло на берег лодки, а на пристани, большой корабль аккуратно поставила на берег большая волна. Все лихорадочно начали готовиться к отражению атаки дракона. Но никакой атаки, так и не последовало. Вода в озере быстро успокоилась, и озеро приобрело прежний спокойный вид. Мэссалис люди ждали нападения, но ничего не происходило. Самые смелые рыбаки вышли на озеро за рыбой, и никто не пострадал. За ними потянулись менее смелые, и тоже ничего не произошло. Корабли вышли в плавание, и как обычно пришли другие из соседних королевств и даже из-за океана, в которое впадало озеро. Жизнь вошла в обычное русло. Но с тех пор прибрежную зону, недалеко от которой упал дракон, начали называть берегом синего дракона. Моряки, так и говорили: "Идём к берегу синего дракона". И все понимали, куда идёт корабль.
  Прошло несколько меэрис. Многие люди, иногда, видели в озере большого синего дракона. Кто на прибрежных скалах, кто на песчаных пляжах, кто в водах озера. Но никто не пострадал, от его зубов, когтей или огненного дыхания. Ведь если дракон - то он обязательно должен плеваться огнём, это ведь дракон.
  Королевство, которому принадлежал город и берег синего дракона, процветало. Король заботился о своих подданных, дружил с соседями. Понапрасну никого не обижал и справедливо судил нарушавших законы. В королевстве была сильная армия, дававшая отпор любому агрессору. За всё это король и получил прозвище Готард Справедливый.
  Сын короля рос капризным и злым ребёнком. Он изводил прислугу и родителей своими капризами и злыми шутками. И если его наказывали, то он только озлоблялся ещё больше и мстил даже своим родителям. Поговаривали, что он был причиной смерти своей матери - королевы - Симариллы Прекрасной. Вырос он мстительным и жестоким человеком. Потому народ и прозвал его Закери Неразумным, а за глаза просто называли чудовищем.
  Пришло время ему садиться на трон, так как его отец - король, сильно заболел и лекари ничего не могли сделать. Король умирал. А Принц, часто плавал на военных кораблях своего королевства по озеру, и однажды, моряки его команды увидели посреди озера одинокую лодку. Рыбаки никогда не заплывали так далеко. В лодке без вёсел сидела красивая девушка в голубом платье из дорогого шёлка и длинном синем плаще. На голове у неё была золотая диадема с большим сапфиром, а в ушах сапфировые серьги. Моряки подняли её на борт одного из кораблей и доложили принцу о находке.
  Принц, пригласил даму на флагман, где находился сам, разделить с ним трапезу.
  По её словам, она была дочерью правителя Аркона с другого берега. Её отец умер, мать - королеву племянник короля, ставший у власти в королевстве, отправил в изгнание, а её посадили в лодку без вёсел и пустили по озеру, в надежде, что она утонет. Ведь она может выйти замуж и родить наследника трона. Хорошо ещё не казнили сразу.
  Принцу понравилась идея завоевать для себя ещё одно королевство через эту девушку. Он пригласил принцессу в свой замок и попытался склонить её к свадьбе с ним. Давал балы, закатывал пиры в честь гостьи, не забывая делать ей недвусмысленные предложения. А так как он был жесток и мстителен, то делал он это грубо и с нетерпением, стараясь закончить всё быстро. И уже через меэрис предъявить свои права на королевство принцессы. Но девушка видела его отношение к людям, она отказалась принимать его грубые ухаживания. И принц вспылил. Девушку схватили и упрятали в тюремном каземате. Её морили голодом и мучили бессонницей. В каземате было сыро и холодно. Каждый день приходил принц и предлагал замужество. Несколько пенталис продержал принцессу в подземелье. А потом вывел её к озеру, посадил в лодку и дал ей выбирать: или свадьба с ним, или снова прогулка по озеру в лодке без вёсел.
  - Ты строптивая дрянь. Ты могла бы выйти за меня замуж и отомстить за своё унижение племяннику. Последний раз предлагаю тебе выйти за меня замуж.
  Но девушка предпочла прогулку по озеру, чем стать женой такого человека как принц.
  - А какие у меня перспективы?! Когда ты добьёшься власти в Арконе, разве ты меня и моего ребёнка оставишь в живых?! Проживу я только год. А страданий будет многократно больше. Тебе нужна не я, и не ребёнок от меня, а власть над людьми Аркона. Тогда будут страдать и Смарагд и Аркон. Пусть мой двоюродный брат обошёлся жестоко со мной, но он будет более справедлив к людям, чем ты. Мне лучше погибнуть, чем заставить страдать свой народ.
  Принц молча оттолкнул лодку от берега. Но принцесса хитро прищурилась и сказала.
  - Если бы ты был умнее, то следил бы за ситуацией в соседних странах. И знал бы, что король Аркона Сигурд - жив и здоров. Его дочь ещё не достигла возраста замужества, и у него никогда не было ни сестёр ни братьев.
  Закери изумлённо взглянул на отплывающую в лодке лже-принцессу. Вода вокруг лодки вспенилась и девушка окутавшись плотным туманом, превратилась в большого синего дракона. Стража выхватила мечи. Но драконица взмахнула крыльями и обрызгала принца водой из озера. Жестокий принц тут-же превратился в воду, а вода впиталась в песок пляжа. И на песке осталась только его мокрая одежда. Драконица нырнула и ушла на глубину озера, а стража так и стояла в растерянности над мокрой одеждой принца.
  Старый король Готард, после этого происшествия, быстро поправился. Не долго он горевал о потере жестокого сына, и правил своим королевством ещё много меэрис. А когда умер, то оставил трон своему внучатому племяннику, человеку благородному и справедливому. Люди говорили, что принц пытался отравить старого короля, но Синяя Драконица защитила хорошего человека и тем самым спасла целое королевство. С тех пор люди стали называть драконицу Синьгли -Владеющая синей гладью, и добавлять - Добрая.
  Как обычно глаза Кати застлал туман. Она увидела просторный зал, роскошно обставленный и с пустующим троном. Справа от трона стоит другой трон, больше похожий на большую кровать. В нём полулежит пожилой король. Лицо его белое как мел. Под глазами тёмные круги. Но взгляд живой и дерзкий. Рядом с ним стоит лекарь и в чём-то пытается убедить его. Король не соглашается с ним и активно возражает.
  В зал вбегает стражник с мокрой одеждой принца. Бросается на колени перед королём. И склоняет голову.
  - Ваше величество. Принца Закери больше нет с нами. Его пленница оказалась Синим драконом. Она превратила его в воду. Это всё, что осталось от вашего сына.
  Стражник, не поднимая головы, поднял одежду принца и протянул её королю. Тот посмотрел на лекаря и его взгляд потух, по впалой щеке покатилась слеза. И король потерял сознание. Лекарь закричал.
  - Принесите мой саквояж. Немедленно!!! Если не хотите лишиться короля, принесите мой саквояж!
  В зал вбежал ученик лекаря, неся в руке увесистую сумку. Лекарь быстро раскрыл её и достал из неё шприц, уже наполненный какой то жидкостью. Сделав королю укол в вену на руке, он обратился к стражнику, всё ещё стоящему посреди зала с одеждой принца.
  - Выставьте к тронному залу усиленную стражу. Выставить стражу даже к тайным ходам. Я думаю, что начальник стражи осведомлён о таких. Короля никто не должен беспокоить. Только я и мой ученик могут сюда входить.
  И когда стражник убежал, обратился к ученику, опёршись о ложе короля.
  - Я исправлю, то, что заставил сделать меня принц. После этого я уйду из королевства. Расскажешь королю всё. О том, из-за чего я был вынужден подчиниться Закери. И о том, что я тянул со смертью короля как мог. И, что просил заступничества для него у Синего дракона. За меня останешься ты. Теперь ты будешь заботиться о короле. Я передал тебе все свои знания - ты полноправный лекарь. Смотри не наделай глупостей, каких наделал я, что бы плохие люди не смогли воспользоваться тобой в плохих целях, как Закери воспользовался мной.
  Ученик, недоумённо посмотрел на своего учителя.
  - Я ещё не готов заботиться о короле. У меня мало практики. Король справедлив, и поймёт вас. Он простит вас!
  Пожилой лекарь отошёл от ложа короля. Сцепил руки за спиной. И опустил голову.
  - Я сам себя не смогу простить!
  Ученик в надежде посмотрел на учителя.
  - Если бы не вы, короля давно бы убили. Вы оттягивали этот день как могли. И король выжил только благодаря вам. Вы не должны уходить.
  Лекарь устало улыбнулся.
  - Спасибо тебе за ободряющие слова. Но я применил свои знания для убийства, а не для здоровья человека. Я буду лечить простых людей. Но далеко отсюда, где мне ничего не будет напоминать о моём преступлении. Только что я уговаривал короля лишить Закери трона, передав право наследования его племяннику. Но всё решилось без уговоров и трон, после смерти короля достанется Аврелию по прямому праву. Король проживёт еще много меэрис, и Аврелий успеет подготовиться к престолонаследию. Всё решилось хорошо! Даже очень хорошо!
  Лекарь сцепив за спиной руки, медленно и устало поплёлся к выходу из тронного зала, постоянно повторяя.
  - Хорошо. Хорошо. Хорошо ..... .
  Катино зрение затуманилось. Полумрак читалки приятно усладил глаза. Она посмотрела на кожаный хлястик закладки. Океан на ней, был девственно чист. Даже рябь от ветра не касалась его гладкой поверхности.
  
   13. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 12. ГОРДЫНЯ. ЗНАНИЕ И СМИРЕНИЕ.
  
  Катерина пришла на работу рано. Очень рано. Выданный Среброй, несколько дней назад, ключ позволял это безобразие. Даже Ангелина Мелеховна поглядывала на Катю с беспокойством. Но дома Катерине не спалось. Она ворочалась с боку на бок, потела и часто просыпалась. Её ломало. Болели суставы. Тянуло мышцы. Хотелось выгнуться дугой и так спать. Утром с покрасневшими веками. Она приходила на работу и выматывала себя делом. Свалка на столе Сребры уменьшалась не смотря на то, что начальница приносила из хранилища всё новые и новые стопки документов и свитки.
  До поездки в Алатерм ещё было две пенталис. Сумка давно стояла собранная. Об неё постоянно спотыкалась мама и костерила дочку на чём свет стоит.
  Книгу она тоже читала не каждый день. Она прекрасно знала, что её состояние это заслуга книги. Тело бунтовало против любого движения. Немного облегчал мучения Старый Мехлис и шоколадки Сребры. "Может действительно взять отгулы и провести несколько дней дома?" И когда она заикнулась об этом Сребре, та воспротивилась этому наотрез. "теперь, девонька моя, придётся тебе ходить сюда каждый день. Судя по твоему состоянию, у тебя критическая фаза превращений. И если бы не дела, то я тебя позвала бы к себе. И наблюдала бы за тобой круглые сутки."
  Тем не менее Катю тянуло к книге. Чтение доставляло ей какое-то даже садистское самоудовольствие. Почему-то было ощущение, что книжка требует от адепта самого быстрого прочтения. Но иногда, всё-же, отпускало, и Катерина не подходила к Драконологии и день и два.
   Сегодня, проработав большую папку со свидетельствами людей наблюдавших полёт драконов за последние триста лет. И рассовав их по полкам разных драконов. Она оказывается уже научилась отличать по описанным признакам разных драконов, кто это был. Любомир, Старх, Моон, Синьгли, Яар, Сееркан. У неё создалось впечатление, что она знала их всегда. Она посмотрела на край стола, где затаилась книга. Привычно взяла со стола, такой любимый и такой ненавистный томик и так-же привычно вышла в читальный зал.
  Сребра с сомнением смотрела, как Катя устраивается в кресло под лестницей. Поднялась и вытащив четыре плитки шоколада подошла к ней.
  - Может повременишь с чтением. Пока фигурка не устаканится?
  Катя глядя на шоколадки в руках Сребры.
  - Моя фигурка, благодаря вашим шоколадкам, скоро не влезет в это кресло!
  Сребра хмыкнула.
  - Пока-что пустого места в твоём кресле становится больше и больше. И если бы не шоколадки, то тебя уже пришлось бы ловить по всей читалке и к этому креслу привязывать, а кресло приколачивать гвоздями к полу, чтобы не унесло вместе с тобой.
  Катя засмеялась. Взяла из рук Сребры шоколад, и положила на столик.
  - Спасибо товарищ начальница, что не даёте мне свободно парить под потолком этой читалки.
  Сребра улыбнулась.
  - Пожалуйста товарищ подчинённая, всегда рады помочь.
  И Добавила.
  - Ну раз ещё есть силы шутить, то ещё не всё потеряно. Я за тобой наблюдаю!
  И отошла к своей кафедре.
  Катя забралась в кресло с ногами и открыла Драконологию на заложенной странице. Закладка показывала бородатого крепкого человека с луком и ножом на поясе, посреди высоких лесных деревьев. Внизу светилась изумрудом руна лекаря и руна отречения.
  Ярис вышел в зал с уже раскуренной трубкой. И растекающийся за ним плотный табачный дым быстро растворялся в полутьме потолка, медленно опускаясь на слушателей ароматным запахом. Устроившись в своём старом кресле и несколько раз пыхнув трубкой, он начал.
   Рассказывают люди, что в густых лесах Северных равнин, пять сотен меэрис назад появился дракон. Много кто его видел издалека, но мало кто повидал вблизи.
  За одним из столов, пивший пиво здоровенный мужик, опустил кружку на стол и пробормотал в пышные усы.
  - Конечно, такая зверюга!?
  Многие тоже так думали, что завелась в лесах тварь бездушная, зверь невиданный. Много охотников ходило в леса, пытаясь добыть очередной охотничий трофей, но не все вернулись обратно. А кто вернулся, после этих походов изменились. Многие заядлые охотники раньше, во всеуслышание, хвастались своими победами в зелёных чащобах леса, но после похода за драконом, поутихли. И никому больше не рассказывают о победах над лесными жителями.
  Из-за дальнего стола, послышался густой бас, перебивший рассказчика:
  - Знаю я одного такого. Молодым был хоробрым охотником. Много зверья положил в лесах. Охотних трофеев, складывать некуды было. Пошёл за Зеленым дракой в северные земли. Оттудова через три Яароворота пришёл, молчун - молчуном. И только и гутарил, что про живой лес. И как его беречь потребно. Все уши измозолил живым лесом. А дома точать из чего? А гимой грецца чем? А жрать чего?
  На него зашикали из за соседних столов, и густой бас замолчал. А рассказчик продолжал со вздохом.
  Так-то оно так. Но всё хорошо в меру. Взял сколько нужно и не бери лишнего, не порти лес, не убивай зазря животину. А есть возможность, так посади дерево взамен срубленного. Не губи лесную живность во время брачных игрищ. Не трави чистую воду отходами - самому испить придётся.
  Расскажу я вам историю, которую услышал недавно от охотника, ходившего за Зелёным драконом.
  - Жил мальчик в одном селенье посреди Северных лесов. Сильно восхищался он охотниками ходившими в леса и добывающими пропитание целым поселениям. А какое восхищение вызывали городские щёголи, приезжающие в селение и рассказывающие потрясающие истории о схватках с диким зверьём, о том, сколько много животных они убили чуть ли не голыми руками. Так он рос потихоньку и рос. Окрестные леса он знал очень хорошо и умел охотиться уже самостоятельно, на мелкую дичь, на птицу лесную, так как его дед тоже был знатным охотником. Все-таки хотелось ему подвигов по круче, что бы все узнали какой он великий охотник! Но не было у него денег на хороший лук и нож для действительно крупной охоты.
  Как то однажды помог он заплутавшему охотнику. Выглядел тот плохо. Порванный камзол, остатки тёплого плаща, без шляпы. Весь в ссадинах и уже загноившихся ранах. Единственно, что было не тронуто, это лук со стрелами и охотничий широкий нож.
  Три долгих мэссалис отец и мать юноши, выхаживали охотника. А когда он выздоровел, то оставил своё оружие ему - спасшему его. Но при этом сказал такие слова: "Держи, это всего лишь железки. Инструменты! Используй их во благо себе и окружающим. Но не чини зла лесу и его жителям!" И ушёл.
  После этого и стал парень знаменитым охотником. Много диковинных животных встречалось ему, ни одно не смогло уйти живым. Много трофеев висело по стенам его комнаты. Много денег он получал, за то, что водил в леса городских охотников. Но каждый раз с замиранием сердца слушал рассказы про Зелёного дракона. Где-то его видели, где то слышали его рёв, где то происходили странные или страшные случаи, которые приписывали именно Зелёному дракону. И мечтал встретить этого зверя и повесить его голову в своей комнате, а из шкуры его пошить охотничий камзол - сносу не будет такой одежде. После чего все вокруг станут почитать его самым великим охотником.
  Начал он собираться в дальнюю и долгую дорогу. Но его родственники отговаривали, а дед пришёл к нему из соседней деревни и сказал:
  - Твоя гордость велика. Уйми её, иначе не вернёшься обратно. Дракон суров, но справедлив. Сильно гордые люди ходили за ним, почти все оказались слабыми духовно. А кто упорствовал в своей гордости, те погибли. Смири гордость и не ходи за Зелёным драконом. Это Властитель леса.
  Ответил ему внук:
  - Деда! Ты сам, когда то был охотником. Но остался бедным и никому неизвестным. А я уже богат и полностью готов для встречи с драконом. И не может быть зверь властителем леса. Только тот, кто ничего не боится, может быть властителем лесов, а это человек. Меня назовут властителем Северных лесов. И ты будешь гордиться внуком.
  Дед вздохнул, опустил плечи, и выходя из хаты, бросил через плечо:
  - Как бы не потерять этого внука. Встретишь в лесу Алесю, передай весточку от старого Мирона.
  И положил на скамью медное колечко с гравировкой лесного плюща.
  Не послушал внук деда. И на следующее утро ушёл искать зелёного дракона, но колечко взял, повесив его на верёвочке на шею. Долго ходил по лесам парень. До поздней осени. Много дичи встречалось ему, но убивал он только для пропитания. И вот через несколько мэссалис своих скитаний, сидел он возле костра, жарил утку. Слышит, что кто - то идёт по лесу к его костру. Шаги лёгкие такие, только слышно как листья шулушат под ногами. Но человек не скрывался, шёл открыто.
  К костру вышла девушка. В тёплом стёганном жилете, в охотничей шапке с пером, в красивых замшевых сапогах, тёплых штанах и плаще, по которому как чешуйки нашиты войлочные ромбики. Довершали это всё большой охотничий лук, два ножа - широкий поменьше и длинный узкий, да колчан полный стрел. И всё зелёного цвета. Девушка была красива, и законы охотничьего гостеприимства требовали пригласить путника к костру. Так парень и поступил.
  - Как такая милая девушка решилась стать охотником? Проходи, садись к костру, сейчас дичь приготовится.
  Девушка подошла к костру и подложив под себя плащ, села. Потом достала из-за спины зелёную замшевую сумку, и вынула из неё краюху свежего ржаного хлеба с отрубями.
  - Я всегда жила в лесу. Лес меня кормит, поит, одевает. Главное жить с ним в гармонии.
  При этих словах девушка, как будто, от чего-то отмахнулась. Достала из ножен широкий нож и ловко нарезала хлеб. Потом из той же зелёной сумки появились орехи фундук и кедровые орехи, лесные помидоры и кувшин земляничного компота. И всё это со сноровкой заправской хозяйки разложено перед костром на зелёном кожаном коврике вышитом лесным узором - ягодами, шишками, веточками разных деревьев, а по контуру лесным плющом.
  Вспомнил тут молодой охотник о весточке от своего деда.
  - Не знаешь ли ты об Алесе.
  - А тебе она зачем? Уж не собрался ли ты идти за Зелёным властителем?
  Парень задумчиво посмотрел в костёр.
  - Собраться то собрался, да весточку мой дед передал ей.
  Он вынул из под камзола колечко.
  - Покажи!
  Девушка протянула изящную ручку к колечку. Парень с ухмылкой передал ей кольцо.
  - От девки! Вечно вы до побрякушех охочи.
  - Охочи говоришь? Знаю я твою Алесю, охотница она - как и я.
  Она задумчиво вертела в пальцах местами позеленевшее кольцо.
  - Передам я твою весточку. Только далеко она отсюда. Пошла к северному морю. Когда придёт не сказывала. Как говоришь деда - то звали?
  - Типун тебе на язык, живой он. А зовут его Мироном.
  Девушка цокнула языком.
  - Ах он старый пройдоха, по наследству защиту передал!
  - О чём это ты?
  Парень вопросительно посмотрел на девушку. Та хитро улыбнулась:
  - Да так, о своём, о женском. Помогу я тебе найти Зелёного властителя леса. Но есть у меня условие. Примешь условие от девки?
  - Приму, если поможешь найти зверюгу!?
  - Говоришь зверюгу? Тогда слушайся меня во всём. И может быть, выживешь.
  Они поужинали и легли возле костра, завернувшись в тёплые плащи. А утром затушили остатки костра, собрали вещи, и началось их путешествие.
  Меэрис бродили они по лесам. Девушка показывала парню много интересного. Как растут деревья. Как живут животные в лесу. Как устроен лес. Какие растения лечебные, какие опасные. Рассказывала о грибах, что это огромные живые организмы, живущие под землёй. Много узнал молодой охотник. Поначалу ругался и злился, но девушка всем видом показывала, что они ищут Зелёного дракона и со временем охотник даже заинтересовался жизнью леса. Он знал, как найти лесные помидоры, и даже картошку. Ведь картошка и помидоры - родственные растения. Где животные прячут запасы на зиму. И каких животных можно убить для пропитания, а каких лучше не трогать, так как лесу будет трудно восполнить эту потерю. Как найти лесных пчёл, и можно ли поживиться у них мёдом, и как это сделать, не навредив ни себе ни пчёлам. Многое узнал он о лекарственных травах и деревьях. Из чего и как приготовить лекарственное снадобье, и от чего оно поможет. Ведь как всё красиво и правильно устроено, появляется что то новое в лесу, и он тут же подстраивается под это новое. А если что-то пропало, например комары и мошки, то в лесу могут исчезнуть многие виды животных. Или из-за исчезновения одного вида множатся непомерно другие виды и могут пострадать даже люди в деревнях. И он видел пустые лесные деревни, пострадавшие от неправильного отношения к лесу. И гордость его куда-то ушла, сама собой растворилась в его новых знаниях.
  Однажды на очередном привале, приснился ему сон. На месте где легла спать его спутница, развернулось огромное тело Зелёного дракона - Зелёного властителя леса. Сначала он испугался и даже во сне начал искать нож. Но потом увидел глаза дракона, это были глаза его спутницы, так и не назвавшей своего имени. Понял он тогда, кто его обучал всё это время, и кем была его спутница. А драконица сказала:
  - Пришла пора нам расстаться, я обучила тебя почти всему, что знала сама. В тебе даже изначально не было гордыни присущей большим эгоистам, а тяга к познаниям была ой какая огромная, поэтому я и взялась тебя обучать. Когда ты всё понял, пора тебе вернуться домой. Те, кто упорствовал в своей гордыне, либо умерли в этих лесах, либо никогда не будут больше охотиться. Такие-же, как ты попадаются мне редко, и становятся поистине великими охотниками и целителями. Моя сила заключается в знаниях о лесах, и теперь эта сила есть и у тебя. Твой дед много узнал от охотницы Алеси, но ты узнал гораздо больше. Его знания, это медное колечко, твои знания это диамантовое колечко. И на кожанный коврик с которого они со спутницей ели, пока путешествовали - легли два кольца, его деда и его. Медное и диамантовое.
  Драконица исчезла. Остался только коврик с кольцами и сумка Властительницы леса. Проснувшись охотник не обнаружил своей спутницы, только её подарки. Собрался он, взял подарки, поклонился лесу и тихо сказал:
  - Спасибо за науку Властительница Алеся.
  И как будто по верхушкам деревьев ветер прошелестело в ответ:
  - ПОШШШАЛУЙСССТА.
  
  Какой то мужик поднялся со скамьи:
  - А не про Пахома ли лесника из Старобина ты баял?
  Хозяин таверны хитро посмотрел на него и сказал:
  - Может и про него. Мало ли люди сказывают. За что купил, за то и продаю.
  Мужик наливая из бочки пива, продолжал:
  - Справный хозяин и целитель справный. К нему со всех соседних государств за лечением ездеют. Гутарят, что после Асклепия Средиземского самый справный лекарь. И охотников до сих пор в леса водит. Но далеко не кажного возьмёт в лес. При мне ему предлагали четыре кило золота, что бы сделал из богача большого охотника. Так он на него за это собак натравил. Так и сказал, что лучше быть собаками травленым, чем в лесе кости парить в безвестии.
  С другого столика, кто то буркнул в ответ:
  - Так ему за то петуха огненного пустили по двору.
  Мужик повернулся к говорившему и с упрёком сказал:
  - Не дошёл твой петух и до половины сарая. Горожане помогли залить. Жаль только не поймали татя, а то бы обеих рук лишился бы.
  Буркнувший мужик инстинктивно спрятал руки под стол. Скоро вышел из кормильни и не стал слушать дальше.
  А Ярис подумал: Как его таверна стала пересечением путей людей из его же рассказов? Видимо и правду люди говорят, что ничего не бывает просто так. Ну что же - мир тесен.
  
  Катя снова посмотрела на закладку. "Ну, руна лекаря, это понятно. Но отречение?! Только если отречение от собственных амбиций!? Может быть, может быть!!"
  Сознание Кати привычно заволокло туманом. Чувство полёта стало даже привычным, но дух захватывало по-прежнему.
  Развеявшийся туман открыл полутёмную пустынную улицу какого-то города, освещённую газовыми фонарями. Говорили двое на повышенных тонах, но шепотом.
  - Что ж ты не довёл до конца свой поджог!!? Я тебе дал всё, что ты просил. Ты сам говорил, что сгорит всё подворье.
  - А ты спасался бегством от стаи собак? Со всего города собаки сбежались, все лодыжки обглодали. Такое чувство, что даже соседские собаки охраняют это подворье. Его собаки спали даже после пожара. А соседские мне лодыжки и жопу грызли. Потом ещё и люди подоспели. Гнали меня до самого Зеленограда, и пенталис в нём искали. Хорошо я быстро смылся из города. По слухам, зеленоградцы, узнав о причине переполоха, подняли поиск и в соседних городах. Так что забирай свой залог. Пахом сложный человек для лихих людей. Его охраняют даже в соседних городах, и даже собаки. Недаром все умные отказались иметь дело с тобой. Только я, дурак, согласился.
  При этих словах он сунул первому кошель с деньгами и попытался, прихрамывая, уйти от собеседника. Но тот словно взбесился.
  - Я меэрис искал такого татя, который согласился разобраться с Пахомом Старобинским. Ещё полмеэрис готовил тебя, потратив кучу денег. И ты мне вернёшь всё или я убью тебя.
  Сверкнул клинок длинного ножа. Разбойник легко развернулся к нападавшему, перехватил руку с ножом, и сделал резкое движение рукой в области живота. После чего повернулся и быстро пошёл по брусчатке тёмной улицы. Полный человек в купеческой одежде, бешено выкатил глаза и схватился за живот. Длинный нож вывалился из руки, задребезжав на камнях. Через пальцы руки придерживающих полный живот, хлынула тёмная кровь. Купец согнулся пополам и упал лицом в сточную канаву. Кошель с золотом откатился в сторону, и монеты рассыпались по камням. В этот момент улица была уже пуста, и только газовые фонари пятнами освещали брусчатку и стены домов.
  Туман опять заволок пустынную улицу с мёртвым телом и рассеялся, открыв взгляду Кати читалку. Она опустила взгляд на стол. По закладке пробежала волна, меняя рисунок. Теперь на Катю смотрела серебристая драконица - Сееркан. Внизу закладки снова появилась руна битвы. Она большим алым пятном растеклась в нижней части закладки. Одна!
  Катя подумала: "Сееркан здесь не должно быть! Она появилась после написания этой книги. Через много мэссалис после неё!" Она перевернула страницу книги. Но посмотрев вокруг, поняла, что пора заканчивать с чтением. Закрыв книгу, она прошла мимо начальницы в подсобный зал. Свалка из пергаментов на её рабочем столе увеличилась. Сребра принесла из подвала ещё стопку папок. Катя открыла одну из них и прочитала заглавие - Серебристый дракон над п-овом Хортес. "Может сразу забросить на полку Сееркан и не заморачиваться работой?" Она начала поднимать папки. На каждой была та же надпись. "Ничего себе дельце - семь толстенных папок. Это становится интересно!" Она открыла книгу, драконица на закладке улыбалась одними глазами. "Ну вот и Сееркан. Интересная закладочка. Придётся очень скурпулёзно заняться этими папками. Но только завтра, завтра, завтра. Завтра!!
  
  Дома Кате снова приснился сон - видение
  Тимирью только что вошёл в атмосферу планеты, на которой предположительно, мог быть Дастан. Он сразу почувствовал, что планета напряглась. Возможно, сейчас просыпаются вулканы планеты. Планете тяжело! Значит Дастан здесь. Но почему он не чувствует драконов, создавших эту планету? Только какие-то обрывки энергии создателя. Неужели Дастан захватил власть на планете? Сейчас проверим.
  Тимирью снижается в нижние слои атмосферы. Одновременно он ощущает, как в атмосферу планеты входят пять драконов его охраны. "Соом верен себе!". Тимирью видит, как от поверхности планеты отделяются чёрные, цилиндрические предметы. За ними тянутся чёрные полосы, как будто предметы растворяются в воздухе, но это какая-то энергия. От предметов буквально разит энергией Дастана.
  Тимирью начинает маневрировать, и уворачивается от семи летящих в него цилиндров. Снаряды, начинают терять высоту и падают в лес. На местах падения тут же вырастают уродливые чёрные пятна, уничтожающие всё живое. И тут дракона скрутила ужасная боль, больше похожая на судорогу во всём теле. Бог драконов почувствовал всю боль пленённого подданного. Тимирью взмахнул крыльями и ушёл обратно в космос, мысленно дав команду своей охране следовать за ним.
  В космическом пространстве, он быстро настроился и увидел в системе планету готовую к оживлению и заселению. Направив поток энергии на неё, он не торопясь полетел к ней. За ним летели все пять охранников. Тимирью ускорил время для новорожденной планеты. Одновременно, он видел преображение планеты, обрастающей лесом, растущими горами, растекающимися морями, реками, пробивающими свои русла в теле планеты. Родники, пробивающие породу и появляющиеся, где нужно, что бы питать полезными веществами жизнь на планете. Как в океаны бьют молнии, и под их ударами появляются вещества, из которых зародится жизнь, через много меэрис, когда этой системе уже не будет угрожать диктат чёрного мага. А может быть и раньше.
  Тимирью подумал, что эта прекрасная планета будет не менее прекрасной ловушкой для Дастана. И если невозможно будет убить, то хотя бы выманить его с планеты пленённого дракона. Тем самым спасти и планету и дракона. "Как же назвать новорожденную? Наверно, правильное имя будет Зоотара (Комната жизни), или (пространство жизни). Пространство звучит изящнее, пусть будет "пространство"."
  Над уже родившейся планетой, летели шесть драконов. Они летели к огромной скале с большим, плоским выступом, по бокам которого, в полной тишине падал огромный водопад, С шумом разбивающийся об уступ скалы внизу. На самом плоском выступе, на огромной высоте не было слышно ни звука.
  Превратившись в людей, все шестеро вышли на край выступа. Тимирью повернулся к своим охранникам.
  - Ну вот, ещё одна новорожденная планета. Соолом, Это твоя планета. Приступай к ведению хозяйства.
  Соолом напрягся, и гордо, подняв голову, ответил.
  - Мне ненужно было помогать в главном для драконов деле. Я справлюсь сам, когда придёт моё время. Этот подарок я принять не могу!
  После чего стал на одно колено и склонил голову. Тимирью поджал губы и с ухмылкой произнёс.
  - Это не подарок. Это скорее проклятие. Тебе придётся противостоять Дастану в одиночку. Или почти в одиночку. Это может продлиться много меэрис или даже меэриссо. До тех пор, пока он не выползет из своего логова, и не попытается захватить Зоотару. Тогда, и только тогда я смогу помочь тебе, взяв на себя дальнейшие действия. По-другому нам его не взять. На захваченной планете, он слишком силён. Но я оставлю тебе прикрытие и помощника. Каассор! Ты останешься с ним. Но твоей энергии и участия в этой планете быть недолжно. Как бы тяжело не пришлось Соолому, ты высунешься только в экстренном случае. Тогда, когда будет угроза его жизни. Я же, оставляю за собой право, перемещаться на эту планету, когда захочу.
  С этими словами, из площадки выросли два малых круга. Один из красного камня, с вечно горящим пламенем в центре, второй из чистой, отполированной алмазной пластины. Соолом понял замысел, и встал с колена. Скептически посмотрел на распадающиеся водные столбы.
  - Тогда выбор места для ритуалов не совсем правильный. Для меня, огненного дракона, милее огонь, а не вода.
  Тимирью улыбнулся.
  - Соолом, мы на вулкане. А водопад - огромный, горячий гейзер.
  Огненный дракон топнул по поверхности площадки и прислушался, проверяя слова своего бога. Больше вопросов он не задавал. Тимирью, сел на уступ, свесив ноги в пропасть, и тихо произнёс.
  - Храни космос этот красивый мир. Пускай те, кто стоит надо мной берегут его, а мы сделаем всё, что от нас зависит, что бы не разрушить это творение. Драконы, за спиной Тимирью недоумённо переглянулись: "Кто может стоять над Богом вселенной?!"
  
  Катя проснулась в холодном поту, посреди ночи. Она вспомнила свой предыдущий сон - бой Тимирью и Дастана. Это ведь и была Зоотара. А погибшие драконы - Соолом, брат Соома и Каассор. Слишком быстро напал на планету Дастан. Тимирью не успел прийти на помощь своим охранникам. Девушка вспомнила руну сражения на закладке. "Это не только сражения с внешними врагами, но и постоянный бой со своими внутренними недостатками и пороками. Вечный, никогда, ни на сен, ни на сек, не прерывающийся бой." Она снова легла и попыталась уснуть.
  
  
  
  14. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 13. ВЕЧНЫЙ БОЙ.
  
  Утром Катя всё равно не выспалась. Тело продолжало выкидывать кренделя. Суставы выкручивало и по прежнему болели мышцы. Добавились боли внутренних органов. Боль притупленная, но выматывающая. Через несколько часов работы, хотелось лечь и не вставать. В библиотеке появился крепко сложенный парень. Казалось, что он ни на шаг не отходил от Кати. Когда ей, что либо было нужно, он был тут как тут, и выполнял все прихоти. Он же водил Катю к Старому Мехлису. Звали парня Тихомиром. Это облегчало жизнь неимоверно. После посещения поляны на месте силы, по крайней мере, можно было жить.
  Катя быстро пролистала первые несколько папок со свидетельствами очевидцев. Казалось, что город - порт Хараево и Онис, были опрошены полностью. Жители этих городов в течение нескольких мэссалис наблюдали полёты серебристого дракона, чуть ли не каждый день. Иногда появлялся чёрный дракон, иногда, когда выходила из за горизонта Тамарис, появлялся чёрный искрящийся дракон. "Они видели трёх драконов, Сееркан, Старха и Тамарис. Двое последних появлялись на много реже чем Сееркан." Многие горожане рассказывали, что видели необычную девушку - мечницу, в серебристых одеждах. Расспрашивающую на рыночных площадях и в порту, о необычных торговых кораблях, с виду похожих на военные. А таковых кораблей было довольно много. Горожане описывали девушку, как уроженку Торталии - узкие глаза, высокая, стройная, крепкого телосложения, не смотря на рост. Волосы заплетённые в тугую косу, с увесистым ножом в форме полумесяца на самом кончике косы.
  Кате показалось очень знакомым описание Серебристой мечницы, но где - то на грани узнавания. Как буд то что-то знакомое мелькнуло на горизонте и пропало.
  Результатом этого всего, вечером, четвёртого цветеня, четыреста пятого меэрис, от образования государства Хортес на полуострове. От острова Чёрный отошли, в сторону Аркона одиннадцать кораблей. Жители Хараево и Ониса видели только вереницу судов на горизонте. Хотя наблюдатели с маяков не могли пропустить приближение такого большого флота к острову, значит, суда отошли именно от острова Чёрный. Серебристый дракон не замедлил появиться, и, пролетев над самим Онисом, направился к кораблям. Глаз Яара ещё был высоко и люди видели, как дракон спикировал на флотилию кораблей, как загорелись сразу четыре из них, потом полыхнул и пятый. Как дракон приземлился на палубу шестого, поливая огнём всё вокруг себя. Как загорелись седьмой и восьмой корабли, попытавшиеся прийти на помощь шестому. Потом Глаз Яара ушёл за горизонт и показались Тамарис и Литания. Со стороны Хараево появились ещё два дракона чёрный и серебристо-чёрный. Они пролетели над океаном и буквально упали на остров Чёрный. На острове полыхнуло огромное зарево. Пол ночи жители портовых городов наблюдали сполохи огня на горизонте, со стороны кораблей и на острове Чёрный. Потом со стороны кораблей, всё стихло, и даже пламя потухло. А вот остров горел ещё три дня. Ночью видны были сполохи огня и поднимался к небу чёрный дым, а днём только плотный дым застилал пол горизонта.
  Только через несколько дней, к берегу прибило обгорелый остов корабля. На нём, посреди обгоревших трупов, был найден один раненный, который рассказал необычную историю, когда пришёл в себя. Это были пиратские корабли, А на Чёрном, у них была огромная база - порт, удобно закрытая от всего океана скалами. Слишком навязчивое внимание к пиратской деятельности в этом районе, заставило пиратов нервничать. Они решили переместить их базу в другое место. Но не учли, что драконы внимательно следят за океаном в этом районе. И как только первые корабли отчалили от острова, появились и Властители жизни Серебристая драконица (почему драконица, стало ясно позже), выжгла десять кораблей, а на одиннадцатый перепрыгнула в облике той самой мечницы, которая расспрашивала жителей городов о необычных кораблях. И раненый услышал, ни на что не похожий женский смех, буд-то зазвонил серебряный колокольчик. Только от этого звона, пробирало морозом до самых потрохов. Пираты с кораблей видели, как на остров приземлились ещё два дракона, и там началось светопреставление. Когда же остался только один корабль и серебристая девчонка прыгнула на его палубу, следом прилетели и драконы с острова. Они превратились в здоровенного чёрного мужчину с длинным и широким чёрным мечом и чернявую женщину с двумя короткими обсидиановыми клинками. На палубе закипел бой. Длился он не долго. Остатки пиратов сложили оружие. После, драконы, управляя оставшейся командой развернули корабль в сторону Залива Синего дракона. Корабль назывался "Бельватор". Больше никто этого корабля никогда не видел.
  Отправленная на остров призовая команда, нашла там ещё пятнадцать кораблей готовых к отправке, множество порубленных и обгоревших тел, некоторые выглядели, как будто после глубокой заморозки, и чёрные статуи разбросанные по всей пиратской базе. Даже на некоторых кораблях находили чёрные статуи. Склады пиратов выгорели в чистую.
  Катя вспомнила рекламу по виому. Посетите пиратский Чёрный остров. Получите массу впечатлений. "Нужно будет съездить. Получить "массу впечатлений". Лишь бы при моих новых способностях, эта масса не придавила меня саму". Она перевернула предпоследний листок в последней папке. И прочитала.
  Сееркан - Серебряный колокольчик. Второй перевод - Рождённая для битвы.
  Катя подумала. "Это с какого языка, переводился второй вариант? Интересно!" Она открыла "Драконологию". С закладки на неё смотрела смущённая драконица, а руна битвы стала зелёной. "Наверное очень тяжело, быть рождённой только для битвы. Вся жизнь сплошной бой. Тяжело!!!".
  Встав со своего кресла и потянувшись, она подумала:- "наверно все папки относятся к Серебристому дракону". Она увязывала папки одну за другой и относила их на полку Сееркан. Увязывая последнюю папку, она обратила внимание на увесисистый конверт из пожелтевшей белой кожи, обшитый золотой нитью. "Наверно выпал из какой-то папки". Катя открыла клапан конверта. В нём лежало ожерелье на толстой цепи. Подвеска изображала серебристого дракона, держащего в одной лапе слабоизогнутый меч, а в другой, развёрнутый пергамет с руной битвы. "Где-то я уже его видела" - подумала Катя: "Покажу его Сребре. Может она знает, откуда он взялся."
  Катя вышла из за стеллажа. Тихомир, сидел во вращающемся кресле и читал "Приключения Зосима Белоголового" Чиро Асами. "Вот уж действительно Тихомир." Тот проводил её взглядом. Но когда она вышла в общий зал, встал и пошёл следом.
  Катя подошла к Сребре, возле которой стояли три студента.
  - Извините Сребря Ярисовна. Я наткнулась на этот конверт.
  Она протянула начальнице найденное.
  - Наверно выпало из тех папок, что вы принесли мне на переборку из хранилища.
  Сребра достала из конверта украшение и улыбнулась.
  - О! Пять меэрис искала его. Думала, что потеряла окончательно.
  Кате показалось, что она с таким же успехом могла сказать и меэриссо, и меэриссото. Начальница благодарно кивнула подчинённой. В свою очередь Катя махнула своему сопровождающему и направилась к выходу из читалки. Тихомир пошёл следом.
  Катерина, не спеша, шла по алее, ни о чём не думая и смотря сквозь деревья. Чуть в отдалении шёл Тихомир. Вдруг ей показалось, что по глазам резанул луч света. Она увидела голубое небо и провалилась в темноту.
  Очнулась она на поляне, возле Старого Мехлиса. Тихомир склонился над ней и массировал ей плечи и руки, потом перешёл к ступням. Катя глубоко вздохнула. Энергия потекла, сначала ручейком, затем, как кто то взорвал плотину на большой реке. Катерину выгнуло дугой. Тихомир, как ждал подобного. Навалился на неё всем телом и придавил к земле. Девушка почувствовала лопатками приятную прохладу земли, и энергия разом схлынула. Катино тело расслабилось. Стало приятно и хорошо. Но вот Тихомир, никак не хотел слезать с неё. Он просто лежал расслабленный, и не двигался. Катя легонько толкнула его. Тот не отреагировал, голова парня расслабленно мотнулась, И Катя почувствовала неладное. Она столкнула с себя безвольное тело, и приложив руку к шее парня прослушала пульс. Сердце билось. Провожатый начал подавать признаки жизни. Он застонал и открыл глаза. Попытался сесть. Ему это удалось. Но глаза бешено вращались. Тихомир не мог сосредоточить взгляд на Кате. Он встряхнул головой и снова застонав, схватился рукой за затылок. Только приложив к затылку вторую руку, он смог осознанно посмотреть на подопечную.
  Катя встала, и подойдя к парню сзади отвела его руки. На затылке была здоровенная ссадина, по волосам сочилась кровь. Не много, совсем чуть-чуть. Когда через Катю бесконтрольно хлынула волна энергии и её выгнуло дугой, Тихомир придавливая её к земле, приложился головой о Старого Мехлиса. Его руки тоже были в крови.
  Катя положила одну руку на голову парня, а вторую на камень.
  - Прости нас Мехлис, за пролитую кровь на твоей поляне. Дай свою энергию, помоги залечить случайную рану.
  По рукам Кати пробежала волна энергии, горячей как кипяток. Парень застонал, и попытался поднять руки к голове, но быстро их опустил и в изумлении повернул голову к Кате. Она опёрлась на камень. Перед глазами плыли светлые круги.
  Тихомир тихонько встал и подождал, пока Катерина восстановит силы и отойдёт от старого камня. Потом улыбнулся, и кивнув Кате головой тихо произнёс.
  -Благодарю целительница!
  Катя не понимая посмотрела в глаза улыбающегося парня. Махнула рукой и пошла к читалке. Пройдя половину пути, обернулась и кивнула головой в полупоклоне парню.
  - Тебе спасибо! Если бы не ты, неизвестно, что было бы сейчас со мной.
  Тихомир усмехнулся и почесал ушибленное место.
  - Согласен! Квиты!
  В читалке Катя сразу прошла на своё рабочее место и плюхнулась в кресло. Тихомир задержался возле Сребры. Катя закрыла глаза. Было ощущение, что в голове жарится мозг. И кто-то невидимый переворачивает его деревянной лопаточкой на сковороде. Она не открыла глаза даже тогда, когда услышала голос Сребры.
  - Так! Ты у нас ещё и целитель!?
  Катя улыбнулась и открыла глаза.
  - Честно! Ну вот, честно, честно, случайно получилось.
  За Среброй стоял Тихомир. Катя посмотрела на него, сощурила глаза, и шутя произнесла.
  - Сдал!? Предатель!
  Тот улыбнулся и пожал плечами.
  - Служба, однако!
  Теперь хмыкнула Сребра.
  - Так! Хватит препираться! Тихомир, проводи барышню домой. Завтра она выходная. А ты работаешь не покладая рук и глаз. Пока её мама дома, сидишь в машине. Но одну её не оставлять ни в коем случае. Докладывать лично мне, о каждой мелочи. За неё отвечаешь головой! Всё пошли отсюда.
  
  15. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 14. НАИВЫСШАЯ ЖЕРТВА.
  
  День проходил за днём. Сивцов пока не беспокоил Катерину. Видимо Сребра приложила к этому свою вездесущую руку. К Кате постепенно начал возвращаться здоровый крепкий сон. Но вместе с этим начали приходить сны. Яркие и красивые. Ей снились другие миры, где она могла летать, или телепортироваться по своему желанию, а не при помощи кабин перемещения. Она видела другие планетарные системы, оживлённые другими драконами. Видела и самих драконов. Она путешествовала по времени, в основном в прошлое, и снова наблюдала за делами самого красивого создания вселенной, которому поклонялись сами драконы - Алмазного дракона Тимирью. Который защищал вселенную от порождения тьмы - тёмного волшебника. И когда она рассказывала Сребре свои сны, та попросила пересказать свой сон в подробностях и записывала его от буквы до буквы. Её интересовала каждая мелочь, Каждое чувство, пролетевшее даже мимолётно. Это выматывало, и приходилось идти к Старому Мехлису, за восстановлением сил. За ней тенью следовал Тихомир. Этот парень оказался крепок телом и отличным врачевателем. Катя даже привыкла к своей второй тени.
  Катя работала в хранилище читалки с той же продуктивностью, что и в самом начале. Сребра не могла нарадоваться на свою подопечную. Но шоколад в ящике её стола всё не уменьшался, а то и увеличивался. И как казалось Кате, даже улучшался по качеству.
  Однажды она увидела, когда садилась на привычное место под лестницей, как к кафедре её кураторши подошёл молодой человек с большой сумкой и букетом цветов. Одет не броско, но стильно. Мило улыбнулся Сребре и вручил букет. Она улыбнулась ему. Они долго говорили о чём-то - смеялись. Потом Сребра засобиралась куда-то, указав на Катю рукой, что-то сказала парню. Тот недоумённо пожал плечами, посмотрел в сторону Кати, подошёл, и поставив сумку возле неё сказал.
  - Простите, но это велено передать вам. Сказали, что в ближайшее время вам это будет нужнее.
  Катя посмотрела на Сребру. Та, уже собравшись, подошла к ней и размахивая букетом, проговорила скороговоркой.
  - Я вижу, ты освоилась и с книжкой и с работой. Нам с Истиславом нужно уйти, я думаю, что ты прекрасно справишься с оставшимися студентами. Потом закрой тут всё. И не задерживайся особо, иди домой пораньше.
  Сребра с кавалером вышли, а Катя заглянула в сумку. Там ровными рядами лежали большие упаковки шоколада.
  Осмотрев свой стол, Катя увидела, что и в её столе полно шуфляд. Выбрав самую большую, она аккуратно переложила плитки шоколада и оглядела полностью пустой зал "И где она студентов увидела?". Потом спокойно закрыла входную дверь читалки, усевшись к себе под лестницу, открыла книгу. Катя вдруг, почувствовала на себе чей-то взгляд. "О Яар! Я совсем забыла о Тихомире! Стыдно, на столько привыкнуть к своей второй тени." Катя махнула рукой Тихомиру. Тот кивнул в ответ и уставился в очередной приключенческий роман.
  На закладке красовался радужный дракон, посреди башен какого-то города. Внизу закладки алели руна творчества и руна любви, относящаяся к любым человеческим чувствам. Катя погладила закладку пальцами и углубилась в чтение.
  К вечеру собралось много народу в кормильне у Яриса. И как стемнело, Ярис уселся в старое кресло, закурил свою трубку. Кормильня затихла и все устремили взгляды на него. Это был знак, что Ярис будет рассказывать истории о драконах. Как делал это до него его отец Ярис Двенадцатый, а до него его дед, Ярис Одиннадцатый. Все Ярисы передавали по наследству умение сказывать легенды о драконах. Это и привлекало в кормильню Яриса столько народу.
  Ярис пыхнул трубкой и начал.
  В одном городе жили обыкновенные люди. Они ели, пили, гуляли, влюблялись, создавали семьи, рожали детей, воспитывали их, накапливали, и вели хозяйство. Но накапливали они не только хозяйство, но и злость, зависть, обиды, раздражение, агрессию, страхи. Этот груз пригибал людей к земле, как мешок с камнями на плечах. Жили они так долго, и привыкли жить именно так. Они злились на соседей за то, что им казалось соседи живут лучше них. Они богаче, они красивее, у них лучше жилищные условия, они могут позволить себе больше, и трава у них во дворе зеленее, и солнце ярче.
   Но однажды в городе появился дракон. Он появился посреди площади, большой и красивый, переливающийся всеми цветами радуги, и даже больше - от янтарно-золотистого до перламутрово-зелёного. Люди испугались. Дракон взял их испуг и превратил его своим огненным дыханием в красивые жёлтые камни. Людям это понравилось, и они перестали бояться дракона. Он поселился в пещере за городом. Люди стали приносить ему свою злость, зависть, обиды, раздражение, агрессию, страхи. А дракон пережигал всё это в драгоценные камни, освобождая место для чего-то другого. Но людям нравились драгоценности, и у них проснулась алчность. Они несли дракону всё больше и больше злости, зависти, обиды, раздражения, агрессии, страхов. И ни один человек в городе не заметил, что дракон постепенно уменьшается. А их алчность становится всё больше и больше.
  За городом, в маленькой деревушке, жили молодожёны - мужчина и женщина. Им нравился сам дракон, а злость, зависть, обиды, раздражение, агрессию, страхи, они сжигали своей любовью друг к другу, им нечего было нести дракону кроме своей любви. Они приходили к нему побеседовать и подарить ему частичку своей любви. При них дракон вырастал, и по-прежнему переливался всеми красками. Они назвали своего друга Любомиром.
  А люди всё прибывали, и несли дракону злость, зависть, обиды, раздражение, агрессию, страхи. Дракон был добрым и не мог отказать никому. Люди в городе становились богаче, но злее, завистливее, раздражённее и агрессивнее. Никто не додумался заменить пустоту ЛЮБОВЬЮ.
  В один прекрасный день дракон исчез. Люди напрасно несли к пещере злость, зависть, обиды, раздражение, агрессию, страхи. Некому стало делать из этого драгоценности. А так как драконовские камни очень ценились, то люди передрались из-за них и разрушили свой город.
  Мужчина с женщиной долго приходили к пещере, надеясь, что дракон вернётся и как то, в глубине пещеры нашли статуэтку перламутрового дракона, переливающегося всеми цветами - от янтарно-золотистого, до перламутрово-зелёного. Они принесли статуэтку домой, отмыли от пыли и грязи и бережно, с любовью поставили её в своём доме, как напоминание об их друге. Каждый раз, смотря на эту статуэтку, они с любовью вспоминали дракона. С каждым таким взглядом, статуэтка становилась как живой, казалось, что она вот-вот оживёт.
  И однажды, маленькая статуэтка ожила. Это и был Дракон, просто у него не осталось больше сил пережигать людские пороки, и он впал в анабиоз. Мужчина и женщина очень обрадовались. Они говорили со своим другом весь день и всю ночь. А утром, дракон опять заснул. Но прежде чем уснуть, он подарил супругам несколько маленьких перламутровых камешков, которые переливались всеми цветами радуги. От них исходили волны любви и радости. И с тех пор, раз в год, дракон оживал и дарил им маленькую горстку мелких драгоценных камушков, ценность которых страшно высока. Так как сделаны они из чистой любви. Но мужчина и женщина не продавали их, а просто дарили родным и близким, друзьям и детям. ЛЮБОВЬ нельзя купить, но можно ПОДАРИТЬ!!!
  Люди сидели и молчали. Ярис сидел на своём старом кресле, склонив голову. Пауза росла и росла, но почему-то не создавая неловкости. Просто нужно было помолчать, что бы история удобно улеглась в сознании людей. Ярис поднял голову и посмотрел на молодого человека, одетого богато, но неброско, сидящего возле окна. Тот смутился и опустил глаза к недопитой кружке пива. А Ярис, буд-то продолжая рассказ заговорил.
  - Сегодня в моей кормильне особый гость, ему я всегда рад, когда бы он ни появился. Это потомок славного рода Любилей. В роду которых никогда не было насильственного захвата власти. Правители которых никогда не нападали на своих соседей. Символ и политика их правления - любовь к тем, кто доверил им свою жизнь и благополучие. Их подданные - самые преданные своим правителям. Его дед - Любиль Седьмой покорил напавшее на его земли королевство Тротею только тем, что после победы над пришедшим в его землю врагом в битве при Алатерме, встал прилюдно на колени и заплакал. А когда его спросили почему он плачет, ведь он победил и нужно радоваться,- он ответил сквозь слёзы : - Но скольких друзей я потерял пошедших в этот бой ради меня!!! После чего, видевшая всё это Мелисса Тротейская, ставшая наследницей престола Тротеи в этой же битве, положила к его ногам и свои земли и себя саму. Став Мелиссой Благодетельной и славной бабушкой моего сегодняшнего гостя. Рассказанная мной легенда о первых в их роду Любилях.
  Говоря это он встал с кресла, и подойдя к столику за которым сидел смущенный молодой человек, сдержанно поклонился тому. Совсем смутившийся молодой человек. Привстал и кивнул в ответ на поклон Яриса. Ярис выпрямился и представил всем совсем смущённого парня.
  - Принц крови и брат Любиля девятого Ассей Любиль. На сколько я понимаю едущий в Благодатную Долину, что бы посвататься к леди Зееле Лоусвиль.
  Большой столик в другом конце зала, вдруг взорвался приветственными криками и люди из за этого стола, опрокидывая стулья ринулись к столику Ассея. Трое воинов сидящих с ним вскочили, и вскинув мечи заслонили подопечного от предполагаемого противника. Но те, окружив стол полукольцом, дружно вынув оружие и встав на одно колено, положили его к ногам защищающих Ассея воинов. Окружившие маленький отряд Ассея люди, склонив головы, с покорностью ждали.
  Асей, с удивлением вышел из за своих охранников, и присел напротив приклонивших перед ним колена людей.
  - Господа! Что всё это значит?
  Один из воинов поднял глаза на принца крови и заговорил.
  - Принц, прости нам наши эмоции. Мы все - отряд охранников леди Зеелы. Все мы по тем или иным причинам преданы её семье и ей лично. Она отправила нас встретить вас и проводить в Белый город.
  Молодой человек обернулся к своим охранникам и вопросительно посмотрел на них. Все трое в недоумении пожали плечами и опустили клинки. А воин продолжил.
  - С тех пор как умер правитель Благодатной долины Массим Лоулезский, торгаши хотят поставить у власти ковен торговцев. Тогда наш благословенный край превратиться в одну большую лавку. Торговые люди вырубят леса и построят мануфактуры, погубив чистые земли и воду. А даже мы понимаем, что если государство подчинено только денежной прибыли, то пострадают все, и человеческая жизнь перестанет иметь хоть какую-то духовную ценность, и перейдёт в разряд денежной прибыли. Уже сейчас принципы нашего старого правления рушатся, и ковен торговцев семь раз посылал убийц к Зееле, что бы лишить долину избранной Драконами династии. О ваших правителях слагают легенды и поют песни. Мы знаем, что вы неравнодушны к Зееле уже несколько меэрис, с тех пор, как вы приезжали в нашу долину с посольством. И уговорили госпожу послать за вами, дав согласие на брак. Троих посланников убили в дороге. К вам дошёл уже четвёртый.
  Ассей смутился.
  - Очень жаль ваших людей. А сама она как относится ко мне, я очень не хочу неволить её. В её лице я хотел бы видеть любящую женщину.
  Теперь смутился воин.
  - Простите господин, она еще слишком молода, что бы думать о замужестве. Она только, только достигла совершеннолетия, да и знает она вас мало. Но могу вас заверить, вы ей очень нравитесь. А в этой ситуации всё зависит от мужчины. Мы же, подданные, крайне нуждаемся в правителе, способном изменить ситуацию с кризисом во власти. И думающем нестандартно, и оригинально, способного разобраться не только в ситуации, но и учесть менталитет нашего общества.
  Сразу за этими словами, события разворачивались с поразительной быстротой. За столиком в углу зала, вскочили двое в чёрных плащах и выхватили арбалеты. Щелкнули тетивы, два болта полетели в принца. Но говоривший воин успел развернуться в сторону нападавших, оценил ситуацию, и шагнул в сторону прикрывая принца своим телом. Охрана принца тоже не стояла. Один из болтов рассёк пополам меч охранника принца. Но второй болт поймал в грудь охранник Зеелы. Двое из охраны Зеелы выхватили из под плащей маленькие арбалеты, и две стрелки метнулись в сторону нападавших. Один так и не поднял второй арбалет для выстрела, торчащая из шеи стрелка не дала этого сделать. Слабеющая рука разрядила арбалет в пол, и Черный плащ повалился лицом в исхоженные тысячами ног доски. А второй пригнувшись увернулся от выстрела, и подняв тяжёлый табурет, выбил окно выпрыгнув следом. К этому времени все охранники Зеелы стояли полукольцом вокруг принца с оружием в руках, ожидая новой атаки убийц. А за их спинами медленно опускался на пол воин, говоривший с принцем. Из его плеча торчало оперение болта пробившего кольчугу и застрявшего в его теле.
  Люди в кормильне только успели подпрыгнуть от неожиданности, а кое кто даже и это неуспел, как всё уже закончилось. Казалось оцепенение никогда не пройдет, и эта немая сцена будет длиться вечно. Но принц подхватил падающего воина и аккуратно положил того себе на колени. Воин улыбнулся в ответ и потерял сознание.
  Ярис, стоящий чуть в стороне, махнул рукой куда-то за стойку. Оттуда вышла темноволосая стройная женщина в чёрном платье.
  - Мол, милая! Позаботься о герое.
  И уже обращаясь к принцу.
  - Моя жена неплохой лекарь, и знает о ранах и ядах очень много. Она до прихода нашего лекаря позаботится о воине.
  Мол встала на колени рядом с принцем держащим воина и осторожно положила руку на грудь раненого рядом с раной. К чему-то прислушалась, закрыв глаза. Через сен она открыла глаза и сказала.
  - Сердце не задето, но пульс слабеет. На дротике мог быть яд, или задеты важные кровеносные сосуды. Его нужно перенести в горницу и положить на ровное.
  Воины Зеелы, тут же соорудили носилки из своего оружия и плащей. Переложили раненного с колен принца на них и унесли за строгой Мол.
  Принц, глядя на уносящих воина людей, обратился к оставшимся.
  - Как его зовут?
  Молодой воин в дорогом плаще, поклонился принцу и ответил.
  - Силен, мой господин. Его зовут Силен. Наш десятник.
  Принц перевёл взгляд на говорившего.
  - А тебя как звать?
  Воин встал на одно колено, склонил голову, и, приложив правую руку к левому плечу, чётко и ясно сказал.
  - Помощник десятника Михал, мой господин.
  
  Катя положила закладку из лоскутка мягкой кожи с мелкими чешуйками на страницу, где остановилась, и облокотясь на спинку стула прикрыла глаза. Мысли странно путались. Она где то слышала про подобные подвиги, когда охранник заслоняет собой подопечного. Даже такая награда есть - орден Силена. Она даже оттиск на медали вспомнила - человек, держащий на коленях раненного стрелой воина. На кителе её отца, висящего в шкафу, есть такая. Так вот откуда тянется ниточка! Необычный человек этот Сьерко Мудрый.
  Перед закрытыми веками прямо в глазах девушки или сразу в мозгу, снова появился туман. Туман стал уже привычной реальностью. Он постепенно рассеивался, и проявлял видение.
  Мол закрыла двери за ушедшими воинами и подошла к лежащему на кушетке воину. Она стала преображаться. Чёрное платье приобрело блеск, появился плащ с ромбиками чешуек, глаза залила чернота с неестественным блеском. В чёрных волосах появилась чёрная диадема, или корона с черным искрящимся камнем, а в ушах засверкали чёрные серьги с такими же искрящимися камнями. Талию обвил воинский пояс, а на нём повис слабо изогнутый клинок из чёрного диаманта в искрящихся ножнах.
  Она положила руки на грудь и живот Силена, и закрыла глаза. Стрела в ране зашевелилась и как живая поползла из раны. Выйдя из раны полностью она легла на кушетку, рядом с раненным. Преображённая Мол переместила руки поближе к ране и из раны потекла розовая вспененная жидкость.
  Силен открыл глаза и с благоговением посмотрел в лицо женщины.
  - О, великая создательница, мать всем людям, ты пришла за моей душой?
  Женщина открыла глаза и взглянула на воина. Она улыбнулась и ответила.
  -Мне очень импонирует то, что ты меня узнал, но, пожалуйста, молчи. Ты проживёшь долгую и счастливую жизнь, если помолчишь сейчас. Тебе нельзя говорить, иначе даже моих сил не хватит, что бы удержать твою жизнь.
  Она провела одной рукой над лицом воина, и тот провалился в глубокий сон. А женщина начала преображаться обратно. Пропали плащ, диадема, меч, серьги. Остались только простенькое черное платье и пронзительный взгляд чёрных глаз. Она подошла к печке, и в топке полыхнул огонь. В комнате запрыгали огненные тени. В чугунке быстро вскипела вода. Достав из комода чистую белую ткань, и взяв с полки мешочек с приторно пахнущей травой, Мол подошла к раненному. Рана почти не кровила.
  Она развязала тесёмки на кольчуге, и сняла её. Разрезала ножом рубаху возле раны и промыла рану кипячёной водой. Потом подумав, полностью отрезала ткань рубахи вместе с рукавом и отбросила пропитанную кровью ткань. Соорудив из чистой ткани тампон, завернула в него несколько щепотей приторной травы, приложила его к ране и туго перевязала. Всё это было проделано с такой лёгкостью, что казалось, женщина работает не с здоровенным воином, а с маленьким ребёнком оцарапавшем о камень коленку. Напоследок она накрыла воина одеялом и занялась уборкой в комнате.
  Силен, вдруг, приподнялся на локте в лежанке, увидев хлопочущую по комнате женщину, спросил.
  - Здесь никого больше не было?
  Женщина бросив окровавленные тряпки обратно на пол, подбежала к кровати и уложила его обратно.
  - Не было, не было! Кто же тут ещё может быть. Лекарь скоро придёт. А пока спи. Жить будешь, а это главное. Спи!
  Воин недоверчиво посмотрел на Мол, и снова провалился в глубокий сон.
  Мол развернулась от кровати, и посмотрела прямо Катерине в глаза. Глаза женщины сверкнули снопом искр, и Катю выбросило в реальность. Она чуть не закричала, так резанул по глазам полумрак читалки. Закрыв глаза ладонями и постепенно приходя в себя, Катя думала, - "Мол, это дракон? Или в Мол вселился дракон? Драконы умеют воплощаться в обычных людях. Судя по тому, как она выглядела, это была Моон!?"
  Привычка обсуждать со Среброй всё, что с ней происходит вошла уже в привычку. Но на вопрос Кати о том кем была Мол, Сребра ответила уклончиво.
  - Над этим вопросом, люди бьются много лет. Так ни к чему и не пришли. А сами драконы об этом молчат. Всё, на сегодня хватит. Иди отдыхай.
  Дома всё было тихо и спокойно. Мама на дежурстве. Кот Семён начал привыкать к изменившейся хозяйке, но, по-прежнему держался на почтительном расстоянии. Катя в очередной раз попробовала подозвать его.
  - Кис, кис, кис. Иди сюда! Поглажу.
  Она провела в воздухе рукой, изображая, что гладит кота. Кот недоверчиво дёрнул хвостом и попятился из кухни.
  
  16. СОН.
  
  Спала Катя сегодня плохо. Ей опять снился сон.
  Катя оказалась в космосе недалеко от небольшой планеты. Называлась планета Солосаари. На языке драконов - Покрытая благодатью. Тимирью летел сюда, почувствовав возмущение эфира. Сигнал подавала гибнущая планета.
  Тимирью быстро приближался к планете с тёмной стороны. Внешне всё было впорядке. Только сильная слабость, исходящая от властителя планеты. Планета, тёмная сторона, горела огнями. Не было ни одного тёмного пятна. Даже океаны светились нереальными огнями. Вылетев на светлую сторону, Тимирью понял, что планета скована одним огромным городом. Здания громоздились друг над другом причудливыми горами. И только к океану город подходил уровнями. Уровни плавно спускались к океану, уходя в глубины, где сновали подводные корабли и виднелись подводные здания. Планета гибла под тяжестью огромного города. Она не видела своей звезды уже много лет. Даже вода была отравлена. Нужно было срочно искать причину слабости планетарного дракона. Но как-же его найти?
  Импульсы властителя были слабыми и исходили из глубин океана. Тимирью летал над планетой, виток за витком. Часто возле него пролетали искусственные устройства, от которых исходили волны, враждебные жизненным потокам. Тимирью попробовал настроиться на частоты этих аппаратов. Он услышал множество разговоров людей друг с другом. В основном полную абракадабру. Теле и радио передачи, практически ни о чём. Фильмы о бравых полицейских и великих вояках, которые в одиночку побеждали целые страны, огромные банды и полчища врагов. Дети, молодёжь и взрослые сидели во всемирной паутине "интерсол", обмениваясь пустыми мыслями, пустыми словами. Пустые люди и пустая планета. Хранитель ослаб, и жил на ослабленной планете, где жили слабые и пустые люди. Сильные только своим чванством и огромными амбициями.
  Нужно было чистить планету. А для этого нужно было встряхнуть людей. "Необходим большой катаклизм". Тимирью начал искать слабые стороны самой планеты. И быстро заметил огромный разлом, сдерживаемый искусственной пломбой. "Планета давно пыталась очиститься от скверны на своём теле. Но хитрые люди нашли защиту от буйства стихии и запечатали разлом, грозивший поглотить половину планеты, а сами пребывали в расслабленном блаженстве и духовной пустоте".
  Люди на планете начали просыпаться. Зашевелились ракетные установки и активизировались боевые спутники. Люди, будто, почуяли, что им грозит опасность и начали пробуждать забытые боевые системы. Только уже некому было вспомнить, как они должны правильно работать. Те люди, которые их делали давно умерли, а те, кто остался, расслабились и давно потеряли боевой дух.
  Космос наполнился лазерными и плазменными росчерками. В дракона стреляли автоматические станции. С планеты рванулись ракеты и расцвели ядерными всполохами. Но Тимирью уже был далеко. На своём пути он уничтожал все спутники и ракеты, до которых мог дотянуться. "Ядерный распад, по сравнению с ракетами Дастана на чёрной материи, ничто. Даже если такая ракета взорвётся рядом с ним, ему ничего не будет.
  Запечатанный разлом был уже прямо под Тимирью. Он сложил крылья и начал падать на планету. В атмосфере он расправил крылья, и струя огня ударила в искусственную пломбу, расплавляя огромный кусок бетона. Ещё несколько плевков дальше по пломбе и плотина начинает рушиться. Разлом пришёл в движение. Лава рванулась на поверхность, сметая город. Разлом расширялся и приводил к извержениям вулканов на всей планете. Ярость планеты, обиженной на своих, даже не людей, а паразитов, вылилась на поверхность, ломая всё на своём пути. Землетрясения по всей планете рушили ненавистный планете город. Лава поглощала разрушенное, освобождая место для новых плодородных земель. Люди тысячами гибли под развалинами, в дыму и в огне. Пирокластические потоки, несли смерть и разрушение. При этом Тимирью не забывал прикрывать от смерти детей и тех людей, кто устал от той жизни, какую вели их соседи, и тех, кто помнил о древних традициях этой планеты. Эти люди были видны сразу, их легко было находить.
  В какой-то момент Тимирью почувствовал, что людей прикрывает не он один. Мощь пробудившейся планеты подпитала Хранителя и сила того начала расти. Огромный подводный взрыв, разметал подводные постройки, и из воды взмыл в воздух синий водный дракон.
  Теперь Тимирью полностью почувствовал хранителя планеты, и что с ним произошло. Просто люди в какой-то момент стали сильнее него. И хранитель попал в плен к своим созданиям. Люди же стараясь стать такими же сильными и бессмертными как создание из их древних легенд, стали проводить над ним эксперименты, чем полностью ослабили того, от кого сами зависели. После чего развитие людей покатилось по наклонной. Слабел духовно хранитель, слабели и его создания. Развращённость, коррупция и преступность росли и постепенно узаконивались - планета гибла.
  Катя проснулась резко. Буд-то мгновенный полёт в пустоте космоса, привёл её душу в тело. Она открыла глаза, и некоторое время лежала, приходя в себя.
  Зрение медленно заволокло туманом. А когда он рассеялся, она летела над прекрасной планетой. Зелёной, с чистыми реками и озёрами. С большими городами и красивыми поселениями, в которых живут красивые и счастливые люди. Катя поняла, что она находится над той самой планетой, которая только что ей снилась. Над Солосаари! Она увидела и хранителя - Каатаам, старый водный дракон не допускал больше слабости, и превратил свою планету в цветущий рай. Тот повернулся к её взгляду и поклонился. Катя испытала смущение. Туман, снова, заволок глаза, и Катя открыла их дома, в своей постели. "Странно, мне поклонился дракон. Причём очень старый и мудрый дракон".
  
  
  
  17. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 15. ТВОРЧЕСТВО И СМЕРТЬ.
  
  Катерина, как обычно уселась на своё место под лестницей. Открыла "Драконологию" на заложенной странице. Закладка изображала звёздное небо с огромной луной, на фоне которой летел чёрный дракон. Под картинкой были чёрная руна кармы, красная руна битвы и зелёная руна творчества. У Кати, появилась привычка, держать закладку в руке при чтении. Приятно ощущать мелкие чешуйки под подушечками пальцев. Мягкое поглаживание пальцами по закладке, успокаивало, и позволяло настроиться на прочитанное.
  Ночь. Самая загадочная пора на нашей прекрасной Тигее. Три луны вращаются вокруг неё. Три дракона - дочери и сын Яариса и Моон - Тамарис, Литания и Триор. Литания и Триор появляются и днём и ночью, а вот Тамарис восходит на небосвод только ночью. Это только её время, только она правит ночью - она правительница ночи. Люди считали в древние времена, что Тамарис закрывает небосвод от глаза Яара своими большими крыльями, а звёзды - это блеск её чешуек. На самом деле планета просто поворачивается к глазу Яара другой стороной. А Тамарис постоянно находится с теневой стороны нашей планеты.
  Но нет дыма без огня. По ночам людям действительно является дракон. И зовут её, как и наше ночное светило, Тамарис. Она покровительница всех ночных существ. И только тот, кто очень любит ночь может увидеть этого дракона. Рабочий люд видит её крайне редко. Но, её видели звездочёты, астрологи, волшебники и разбойники. Правда, последние редко выживают. Не любит она разбойное племя.
  Расскажу я вам сегодня историю одного разбойника, так как он мне её рассказал. Или рассказ охранника караванов, бывшего когда-то разбойником.
  Ярис выдержал паузу и начал рассказ.
  Пошли мы как то грабить большой караван. В караване был большой отряд охраны и ватага решила напасть ночью. Тихо снять охрану и так же тихо вырезать остальных. Всё остальное, дело техники, поднять караван и увести его на стоянку ватаги.
   Но всё пошло не так. Похоже нас ждали! Мы подошли к стоянке, и не обнаружили постовых. Нам бы насторожиться и уйти, но мы пошли дальше. Как только мы вышли из зарослей, нас обстреляли из луков. Большинство из нашей ватаги были сразу убиты или ранены. Мне повезло, стрела прошла между рёбрами и рукой, едва оцарапав бок. Я метнулся обратно в заросли кустарника и бежал до тех пор, пока не добежал до леса. Возле меня ещё дважды пролетали стрелы. Как будто они видели в темноте лучше, чем днём.
  Только в лесу я пошёл спокойно, но не пошёл прямо на стоянку ватаги, а попетлял чуток по лесу. Только к утру вышел к стоянке.
  То, что я там увидел, потрясло меня. Вся брава, оставшаяся в лагере, была начисто вырезана. Как будто, кто-то куражась гонялся по стойбищу за хлопцами. Я видел смерть, но ещё никогда не видел в глазах мёртвых такого ужаса. Многие тела были покрыты инеем, у многих были холодные ожоги, как будто они долго прислонялись к холодному металлу гимой. Но на улице стояла жаркая летница. И даже ночью было душно от нагретой за день земли.
  Я тогда подумал, что лучше получить стрелу в спину, чем такая смерть. Ноги сами понесли меня прочь от этого места. Весь день я почти бежал. А к ночи просто упал, в какой-то овраг и вырубился.
  Проснулся я поздней ночью от дикого холода. Ночь это время разбойников и звездочётов, негоже разбойнику бояться ночи. Но у меня возникло чувство, что на меня кто-то пристально смотрит из темноты. И всё бы ничего, но я увидел, как по веткам ближайших деревьев ползёт иней. Простой страх ничто с тем ужасом, который пережил я. До сих пор плохо помню как нашёл в заплечном мешке кресало и поджёг сухую еловую ветку подвернувшуюся под руку. Ноги пытались бежать, но сил было мало, и ужас просто подкашивал коленки. Я увидел в овраге две большие кучи хвороста, наверное скопились там падая сверху в овраг. Перебравшись через одну и оказавшись между кучами, я сунул горящую ветку сначала под одну, потом под другую. С двух сторон от меня заполыхало пламя. Подняв голову, я увидел Тамарис, горевшую ярким холодным светом.
  Многие ватажники верили в Ночную покровительницу. Но по легендам, она крайне нетерпима к людям нашей профессии. Тем не менее, я начал горячо молиться Тамарис, прося прощения и заступничества. После молитвы меня отпустило, и я провалился в тяжёлый сон. Всю ночь мне снились кошмары. То на меня смотрел сквозь ветки деревьев огромный, чёрный дракон, то волки приходили, но их отогнали костры. То появлялась и пропадала какая то женщина в чёрной с блёстками одежде, с двумя обсидиановыми короткими мечами и чёрным луком, с чёрным колчаном полным чёрных стрел. Она с упрёком смотрела на меня, стоя на дне оврага за одним из горящих костров, как будто толкала в грудь. От её взгляда становилось холодно, даже жарко горящие костры не могли согреть стынущую в жилах кровь.
  Проснулся я днём. Глаз Яара был уже высоко, по обе стороны от меня тлели угли от сгоревших за ночь веток. Тогда я плохо запомнил эти ночные кошмары. Как пьяный, выбрался из оврага, и побрёл не разбирая тропинок, куда взгляд упирался. Только к вечеру немного отлегло и я начал соображать куда иду. Вижу места то знакомые. Много меэрис назад сбежал я отсюда за приключениями. А так как делать я ничего не умел, то через несколько меэрис скитаний примкнул к ватажникам, которые и обучили меня убивать. Это ведь почти что армия, свои законы, своя иерархия, только строем не ходят и воюют ночью, исподтишка, каждый сам за себя. Ударить из темноты кистенём, забрать монеты да ценности и раствориться в ночи.
  Никогда о смерти не думал, а теперь от мыслей о ней голова разламывается. Близко костлявая подошла.
  До ночи не дошёл я до деревни своей. Вышла на небо Тамарис. Собрал я хвороста, разложил костерок, достал, что в заплечном мешке было. Поужинал и лёг спать, но сон нейдёт никак. Видно ужасов прошлой ночью насмотрелся. Тамарис уже в зените. Засмотрелся я на небо. Красиво!!! Звёзды как алмазы сверкают, холодные, далёкие. Тамарис медленно плывёт по чёрному небу, как будто перебирая алмазные россыпи на небе. Так красиво, что дух захватывает!
  И вдруг, как ушат холодной воды - голос женский с другой стороны костра. Мягкий такой, вкрадчивый, но холодный:
  - А ты, разбойник, не чужд прекрасному! Весьма удивлена.
  Я подскочил как ужаленный пчелой в зад. Нож и сабля далеко, в нескольких саженях. Никак не успеть. А она сидит и смотрит прямо в душу.
  - Не дёргайся ты так. Хотела бы я тебя убить, ты бы уже умер.
  Вспомнились мне тут вчерашние сны. Ведь это она, та самая из сна. Всё попал, как кур в ощип. А она продолжает.
  - В ватаге твоей ни у одного не проснулось даже искры прекрасного. Только золото и страх.
  Понял я тогда. Это она братков в лагере положила. А она как мысли читает:
  - Прав ты. Это я ватажников твоих порвала и заморозила. Не осталось в них ничего живого. А как ты знаешь, мёртвое к мёртвому тянется. Так зачем же живым мертвецам по миру гулять?! Вот я их и отправила туда, где им давно место. А ты, я вижу, понял кто перед тобой?
  Тут я понял, что если помирать, то не трусом с вонючими штанами, а хотя бы раскаявшимся. Сел я обратно к костру, склонил голову. Заслужил я смерть такую. Много невинных загубил я. И говорю:
  - Да Властительница ночи, знаю.
  Взгляд её потеплел
  - Когда твои ватажники увидели меня, ни один не подумал о раскаянии или о красоте. Кто понял, в ужасе побежали проч. Кто не понял, решили, что их много и когда меня схватят то можно и побаловать со мной. Я ведь одна.
  Я поднял голову и посмотрел ей в глаза.
  - Зачем ты мне это говоришь? Испугать хочешь? Так я уже с прошлой ночи чуть в штаны не наложил.
  - Ха-ха-ха-ха-ха...... .
  Её смех звенел как хорошо замороженные сосульки, когда по ним легонько палочкой ударить.
  - Иди с миром. Не трону я тебя. Хотя подожди, дайка взгляну на тебя поближе.
  Глаза её заволокла чёрная пелена. Они стали чёрными и глубокими, такими глубокими, что я провалился в них и не помню, что было то. Только чувство такое, что кто-то пошарил по закоулкам души и выгреб на поверхность всё, хоть мало-мальски ценное.
  Очухался я быстро, сижу, трясу башкой. Пытаюсь зрение вернуть. Полегчало. А она и говорит:
  - Приходи на эту поляну каждую ночь, если, конечно, хочешь научиться чувствовать прекрасное. Ну а заодно и воинским искусствам подучишься.
  И пропала, буд-то её никогда и не было. Заснул я после этого. А днём пошёл в свою деревню. Поклонился отцу и мамке. Да и остался с ними.
  Пять меэрис после этого почти каждую ночь ходил я в лес на ту поляну. Много Властительница ночи поведала мне, о звёздах, о светилах, о лунах. Как найти нужную дорогу в лесах, о воздушных потоках. Ну и воинским искусствам она меня изрядно подучила.
  Женился! Детки пошли! Маришка меня все двенадцать меэрис ждала. Родня её хотела выгнать из деревни. Ведь младшим негоже замуж выходить, если старшая не замужем. Сильная баба оказалась и красивая. Настоящая ЖЕНЩИНА! До сих пор красавица, хоть и работает по хозяйству, больше даже чем мои родители. Просто знает и умеет чуть больше, чем наши старики. Знание, великая сила.
  С той поры прошло уж двадцать пять меэрис. Семь сыновей у меня и дочка. Младшему четыре. За это время выучился я грамоте, уже сам. Вместе с сынками караваны водим, и науки Тамарис я им передаю. А дочка моя стала знаменитой художницей. Её картины висят во дворцах многих правителей. У самого Иоана Солея обучалась. Братислава Будимировна Тротейская, может слышал кто! Вот такая со мной история приключилась.
  Катя вспомнила картины в малом зале библиотеки, подписанные в углу большими рунами "ББТ". Оглянулась на стены большого зала. Многие картины и тут, были подписаны так же. Она встала и пошла по залу, пристально разглядывая все картины на стенах. Она даже не обратила внимания, что с довольно приличного расстояния, она может рассматривать любые мелкие детали этих картин. Зрение, будто приближается к картине вплотную и подсовывает мощное увеличительное стекло. Когда до неё это дошло, она отошла на центр зала и сосредоточилась на одной из картин, почти под потолком. Стройные деревья лесного пейзажа поплыли на Катю, казалось, протяни руку и коснёшься шероховатой коры деревьев, почувствуешь запах хвои, а из того дупла выпрыгнет белка, спустится по стволу к орешнику, неподалёку и схватив пучок орехов потащит их в дупло. Так и хочется отмахнуться от близкой еловой ветки, отодвинув её в сторону, что бы пройти дальше в лес. В углу картины, красовалась та же подпись "ББТ". Катя на миг увидела образ молодой девушки в холщёвой хламиде, заляпанной красками, с мольбертом в левой руке и двумя кистями в правой. Одной кистью, она наносила мазки на полотно, а вторую придерживала мизинцем, обратным хватом. Девушка быстро поменяла кисти, перебирая пальцами, легко коснулась кистью мольберта, и продолжила наносить мазки на полотно.
  Видение пропало. Катя почувствовала на себе взгляд, и повернулась к своей кураторше. Та пристально смотрела за действиями Кати. Катерина быстро подошла к Сребре и рассказала о том, что с ней только что произошло.
  Сребра, внимательно выслушала её. Помолчала. Потом указав рукой на приоткрытую дверь в коридор универа из читалки сказала.
  - В коридоре, на скамье, сидит человек. В приоткрытую дверь он виден частично. Опиши его, не сходя с этого места.
  Катя представила, что смотрит в коридор через приоткрытую дверь. Зрение услужливо приблизилось к щёлке, и Катя увидела большую часть коридора.
  - Пожилой человек, седой, строгие черты лица. Скорее всего, военный. Одет в гражданский костюм - тройку. Чёрного цвета. Левая часть пиджака, коробится - у него там оружие. На ногах туфли, чёрные. Но подошва толстая и, скорее всего мягкая. Читает "Гвардейский вестник", за вчерашнее число. Интересно, что в универе делает гвардеец?
  Сребра, недоверчиво посмотрела на Катю. Встала и вышла в коридор. Почти сразу вернулась. Села на своё место. Рассеянно посмотрела на поверхность стола и произнесла.
  - Я почти тебя боюсь. С такими дарами, люди долго не живут. Не могут выдержать слишком большого напора энергии. Но ты-то ещё жива!?
  Она ткнула пальцем в руку Кати.
  - Вроде бы не призрак? Колись! Как ты это делаешь!!? Я могу понять дальновидение. Но число на газете!!?
  Катя пожала плечами.
  - Пока сама не разобралась. Просто получается и всё. Захотелось рассмотреть картины, зрение услужливо подсунуло умение. Но как это получилось, я сказать не могу. Просто не знаю!
  
  18. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 16. БЕЗ ВИНЫ ВИНОВАТАЯ.
  
  Катя как обычно пришла утром на работу. Проходя мимо Сребры, поздоровалась и хотела идти дальше, но та остановила её.
  - Звонил Сивцов. Слёзно выпрашивал тебя. В больнице пришли в себя Инна Далем и Агнеша Свиридова. Инспектор хочет, что бы ты присутствовала при разговоре с ними.
  Катя изумилась.
  - Инна в больнице!? Странно! Он же один из их группы. Чем же он так насолил Мехкасу, что тот его приложил? И чем Мехкасу не понравилась Агнеша? Милейшее существо, не на много отставала от меня по учёбе? А кто ещё в больнице? Я ведь так и не поинтересовалась, кто ещё попал под горячую руку этого дебила.
  Сребра отвела взгляд, и отвлечённо посмотрела на коробки с карточками.
  - Азамат Халитов, Богдан Борщёв и Ачим Березовский.
  Катя в изумлении качнула головой.
  - Теперь я понимаю, чем Мехкасу не угодила Агнеша. Она влюблена в Ачима. Скорее всего, полезла разнимать их, когда Мехкас разошёлся. А тот наверняка совсем слетел с катушек, тем более, что они явно выпили.
  Сребра еле заметно кивала на слова Кати.
  - Если в силах, и готова работать, звони Сивцову. И расскажи всё, что рассказала мне. У тебя работа не горит, сделаешь когда освободишься. Или через неделю. Иди уже.
  Катя быстро созвонилась с инспектором. Все пятеро лежали в Саратонской больнице нейрохирургии. Через мер, Катя подошла к зданию больницы. Инспектор ждал её на ступеньках.
  - Вы Катенька весьма пунктуальны. Сказано, через мер, значит ровно через мер. Пойдёмте. Я договорился встретиться с хирургом, который оперировал этих двоих.
   Хирургом оказался молодой худощавый парень, не на много старше Кати. Он провёл гостей в ординаторскую и усадил на диван. Сам сел за стол на простенький стул. Кате он показался знакомым.
  - Что вы хотели узнать инспектор?
  Сивцов раскрыл свой блокнот и достал ручку.
  - Что вы можете сказать о состоянии больных?
  Доктор, сцепил в замок руки на поверхности стола, и посмотрел на них, как будто на них был записан ответ на поставленный вопрос.
  - Оба в отличном состоянии и надеюсь, быстро пойдут на поправку. Свиридова только постоянно нервничает, как пришла в себя, всё спрашивает о каком-то Ачиме. Я уж подумал бред какой-то. Нет. Просто нервное возбуждение.
  - А остальные больные в каком состоянии?
  Хирург сделал недоумённое лицо. Потом вспомнил.
  - Ах, да. С ними поступило ещё трое. Они были в очень тяжёлом состоянии, и их забрало другое отделение. Так, что я не в курсе состояния тех троих. Я даже имён их не знаю. Они лежат в другом крыле здания. Там делают более сложные операции. Надеюсь у них тоже всё впорядке. Если у нас могут практиковаться начинающие хирурги, то туда берут только очень опытных и талантливых. Прошедших, так сказать, школу нейрохирургии на практике.
  При этих словах врач характерно поправил воротничок рубашки, и Катя тут же вспомнила худощавого парня, достававшего их с мамой расспросами по акушерству, даже дома. Мама тогда каждый его приход воспринимала воздеванием рук и чуть ли не руганью: "Да когда же у него практика закончится. Ни на работе, ни дома от него покоя нет!" Она внимательно посмотрела в лицо врачу. Тот смутился.
  - Если я не ошибаюсь!? Вы Алексей Бородулин?
  Хирург тоже пристальнее всмотрелся в лицо Кати.
  - Катерина Смородина!?
  Врач совсем стушевался и даже немного покраснел.
  - Простите меня пожалуйста за мою доставучесть. Просто в знаниях у меня пунктик. Я очень щепетилен в том, что касается моих знаний.
  Сивцов хмыкнул в кулак.
  - Так, отступления потом. Сейчас только дело. Можем мы поговорить с вашими подопечными?
  Врач с удовольствием сменил тему.
  - Да, да, конечно! Только в моём присутствии. Как только я дам отмашку, все вопросы прекращаются, и вы выходите из палаты!
  Они втроём прошли в палату к Инне Далему. Тот вздрогнул, увидев Катю, но когда вошёл врач, он успокоился.
  - Что, пришла добивать?
  Катя усмехнулась, вспомнив, с какой уверенностью Инна пытался достать её в универовском парке.
  - Добивать тебя будет инспектор Сивцов. А я так, его консультировать буду. С какой стороны к тебе проще подойти будет.
  Сивцов тоже улыбнулся. Пододвинул к кровати больного табуретку и сел.
  - И тут отступления от темы. Вот уж эти знакомые, вечно не дают вести следствие. Потом обсудите личное. Если доктор позволит! Теперь к делу. Вы помните, с чего началась заварушка?
  Катя присела на табурет возле стола под окном. Инна немного подумал вспоминая.
  - Я отошёл по нужде в кусты. Когда уходил, всё спокойно было. Когда вышел, Азамат уже лежал на песке, вся голова и рубашка в крови были. А Мехкас колотил Борщёва и Березовского. К ним бежала Агнешка. Она ещё не добежала до них, как Богдан отлетел метра на четыре и изо рта и носа полилась кровь. Голова его была вывернута неестественно. Агнешка подбежала и попыталась встать между Ачимом и Мехкасом. Но этот идиот совсем обезумел. Он врезал по голове девчонке со всей дури и та упала на песок. Тут подбросило Ачима и он как одержимый ринулся на Мехкаса. Я думал даже, что Ачим положит этого здоровяка. Мехкас и ему надавал по голове. Потом, как безумный огляделся и увидел Лизон в компании Канна. Подбежал к ним, ударил Лизку. Канн попытался возмутиться, но досталось и ему. Я подбежал к Мехкасу, когда он их тащил к кабине перемещения. Попытался остановить его. Что-то говорил ему. Но потом всё потемнело. Очухался я только тут.
  Сивцов закрыл блокнот.
  - Не много, но содержательно. Выздоравливайте. На суде ваши показания могут пригодиться.
  Катя тоже поднялась.
  - Выздоравливай герой. Пока. Ещё увидимся. Наверное?!
  Тут усмехнулся Далем.
  - Пока супердевочка. С тобой на узенькой дорожке лучше не сталкиваться.
  Катя улыбнулась, и приостановившись в дверях палаты, обернулась к сокурснику.
  - Так не ходи узенькими дорожками. А на широких, как нибудь разойдёмся.
  Они подошли к палате Свиридовой.
  Агнеша спала. Но, как только в палату вошла Катя, она тут же открыла глаза. Её голова была туго перевязана бинтами. На шее был фиксатор движений.
  - Катя?! Ты как здесь... !?
  В палату вошли врач и инспектор. Агнеша не успела договорить. Катя развела руками, и поджала губы.
  - Вот! Как-то так. Здравствуй Агнеша. Как ты? Врач говорит, что поправляешься?
  Агнеша отвела взгляд в окно.
  - Почему ты не поехала с группой!!? Если бы ты была с нами, то может быть, ничего и не было бы!
  Катя опустила глаза в пол.
  - А может было бы ещё хуже?! Ты этого знать не можешь. Я тоже. Инспектор хочет знать, что произошло на Серебрянной косе.
  Девушка посмотрела на инспектора. Тот достал из внутреннего кармана блокнот и ручку. Пододвинул табурет.
  - Да всё случилось очень быстро. Азамат, нашёл в сети твою драку и они с Богданом стали обсуждать, почему ты Мехкаса уделала. Это их слова. Они слишком громко начали спорить. Не заметили, как к ним сзади подошёл этот болван. Мехкас, увидев причину спора, взревел как бык. Выхватил у Азамата телефон и швырнул его далеко в море. Самого Азамата, схватил за майку и начал трясти. Богдан попытался вмешаться, но Мехкас, ударил Азамата снизу вверх в челюсть. Ачим бросился на помощь ребятам. Я побежала следом, прося Ачима не вмешиваться. Но разве он послушает!? Когда я подбежала, они уже сцепились. Богдан отлетел в сторону. Я попыталась втиснуться между Ачимом и Мехкасом, хоть как-то успокоить! Но, потом, только темнота.
  Инспектор закрыл блокнот. И опустил руки.
  - Всё почти так, как мы и думали. А почему, больше никто не видел, что произошло? Ведь вы там были всей группой!?
  Он посмотрел на Катерину. Она виновато опустила глаза в пол.
  Агнеша посмотрела на инспектора, потом на Катерину и снова на своё одеяло.
  - К этому времени все разбрелись по косе. Нужно же и отдохнуть от банкета.
  Свиридова посмотрела на Катю.
  - Если бы ты была на пляже с нами, то может остановила бы этого быка ещё раз?
  Она сделала паузу и прямо посмотрела на Катю.
  - Ты стала другой.
  Катя быстро подняла взгляд на Агнешу.
  - И что же ты увидела во мне нового?!
  Агнеша твёрдо смотрела в глаза Кати.
  - Взгляд изменился. Такой уверенности в тебе, я никогда не замечала.
  Катя снова уткнулась взглядом в пол.
  - Ты Агнеша, очень смелая. Без раздумий сунуться в драку мальчишек.
  Девушка отвела взгляд на одеяло, которым была накрыта.
  - Я жуткая трусиха! Просто я за Ачима боюсь.
  Инспектор уже подошёл к двери палаты, но повернулся к больной и в раздуми произнёс.
  - А это и есть настоящая храбрость. Когда ты, забыв про себя, бросаешься спасать любимого человека. Я думаю, что доктор узнает о состоянии вашего Ачима. И сообщит и нам, и вам.
  И повернувшись к доктору.
  - Спасибо доктор. Вы очень сильно продвинули расследование.
  Инспектор и Катя вышли на улицу. Сивцов расстегнул пиджак и достал носовой платок.
  - Как же сегодня жарко. Такое ощущение, что вот-вот начнётся палевень. А ещё только косень. ????????????????????????????
  Он промокнул платком капли пота на лбу. И складывая платок в карман, произнёс.
  - Медленно движется дело. Очень медленно. У вас, кажется хорошо развито ясновиденье? Может попробуете настроиться на кого нибудь из пропавших и определить их местонахождение?
  Катя неуверенно взглянула следователю в глаза. Там явственно читалось раздражение медленным ходом следствия.
  - Пробовала уже! Ничего не выходит. Всё перебивает какая-то вязкая чернота. Кто-то явно не хочет, что бы пленников обнаружили. Единственно, что я могу сказать с уверенностью, это то, что они ещё живы. По крайней мере Канн. Лизку я чувствую хуже. Мехкас, совсем закрыт от меня чернотой. Я про него вообще ничего не могу сказать.
  Инспектор отвернулся к больничному парку и тихо произнёс.
  - Ну, хотя бы такая информация. Это уже кое-что. Мы хотя бы знаем, что пленники зачем-то ему ещё нужны. Есть шансы освободить их. Вы извините мне моё раздражение. И то, что я вас таскаю за собой. Но при вас мне работается легче. Ваше мнение, настраивает меня на позитив, не смотря на то, что я вас практически не чувствую. Я эмпат и могу абсолютно точно сказать, врёт человек, или говорит правду. С вами такое не проходит. Но я голову даю на отсечение - вы не врёте и стараетесь помочь следствию. Такую искренность я вижу впервые.
  Катя улыбнулась. Она почувствовала, что явно нравится инспектору.
  - Я этого и не скрывала. Просто я сильно переживаю за Канна. А на счёт вашей нечувствительности, даже Сребра удивляется на мои способности. Да, и я сама в полной растерянности от них. У меня очень большое количество энергии. Сребра боится, что я могу не выжить при трансформации. Но пока, что всё в порядке, и даже становится легче.
  Разговаривая, они подошли к верее. Катя начала набирать адрес университета. Инспектор молча стоял рядом. Потом улыбнулся, и Катя отчётливо уловила его мысли. "Какого хрена я поддаюсь своим эмоциям. У меня любимая жена и двое детей. С этой девушкой меня связывает только работа. Она наблюдатель Зеленодольских, и проявление чувств, даже опасно для работы. Пора это прекращать".
  Катя отвернулась, пряча смущённую улыбку. Взяла себя в руки, и повернувшись снова к инспектору попрощалась.
  - До свидания инспектор. С вами тоже очень легко работается. Если я понадоблюсь звоните моей начальнице.
  И шагнула в проём портала.
  
  
  19. ЖИВАЯ СТАЛЬ, ИЛИ УЧИТЕЛЯ ЖИЗНИ.
  
  К Кате начало возвращаться здоровье. Сон на много улучшился. И она снова решила ходить на тренировки по вечерам. В один из таких вечеров, к ней подошёл тренер.
  Старх Ярисович протянул Кате слабоизогнутый односторонний меч в простых деревянных ножнах, обработанных тёмным лаком и чёрным железом. Катя взяла его в руки и вдруг почувствовала под руками жизнь. Ей представился образ сильного бородатого человека рядом с наковальней и с молотом в руке. Чем-то он сильно напоминал тренера. "Кузнец, ковавший его" - подумала она. Следующий образ молодого парня и девушки. Образы быстро менялись - они быстро мужали и потом старились. "Меч Асклепия" - подумала Катя - "Но, он же живой!?
  Катя мысленно спросила.
  - "Как твоё имя?!"
  И получила мысленный шуршащий, будто клинок рассекает воздух, ответ.
  - "Орлис, новая хозяйка".
  Катя недоумённо посмотрела на тренера. Тот так же недоумённо посмотрел на неё.
  - Если справишься с железкой, отдам на совсем.
  Катя посмотрела на тренера уже с недоверием. Он смутился и объяснил.
  - Я несколько раз пытался отдать его талантливым ученикам, но все они через некоторое время отказывались от него. Говорили, что он живой и не хочет, что бы им владели они. Что им снятся сны с живым мечом. А когда они с ним тренируются, то начинают путаться в самых простых приёмах.
  Катя немного смутилась.
  - Я что, настолько талантлива?
  Тренер опять смутился.
  - Не знаю на счёт талантливости. Говорить об этом пока рано. Слишком мало ты занимаешься. Но у тебя всё получается, как-то быстро. Как говорят с пол оборота. Сила в тебе большая. Да и сон я видел, что ты с этим мечом тренируешься.
  Тренер собрался было отойти, и сделал шаг в сторону, но вернулся обратно.
  - А давай, опробуем обновку!
  Катя пожала плечами и кивнула. Тренер улыбнулся, и крикнул в сторону тренирующихся ребят.
  - Алех! Бери свой меч и выходи на татами. Только защиту одень, с Катериной спаринговать будешь.
  Катя, тоже, пошла одевать защиту. Через пятнадцать сенов она вышла на татами. Алех ждал её, не заходя в зону спарринга. Она встала с другой стороны, и они оба одновременно шагнули на встречу друг другу.
  Тренер внимательно осмотрел бойцов и взмахнул бокэном, давая начало поединку.
  Лёгкий поклон, и мечи одновременно пошли из ножен. Боевая стойка - Хвост дракона, меч над головой в правой руке, левая выставлена вперёд, ладонью к противнику. У Алеха - Рог дракона, меч спереди одвуруч. С тех пор как Катя с Орлисом обменялись мысленными репликами, меч не произнёс больше ни слова, но Катя чувствовала, что меч её ведёт. Как в танце. Нога сама передвинулась чуть дальше. Алех заметил движение и атаковал Колющим ударом. Кончик Орлиса резко пошёл вниз и плавно оттолкнул атакующее лезвие. Слух резанул скрежет металла о металл. Уход с линии атаки, поворот, и лезвие Орлиса легонько касается защиты Алеха на спине.
  Взмах бокэна, и поединок окончен.
  Тренер подошёл к Кате, и посмотрев в глаза произнёс.
  - Меч твой! Что бы одногодка, спокойно уработал чемпиона семи стран, обладателя восьмого раута? Такое я вижу впервые!
  Алех растерянно стоял в стороне, опустив меч.
  - Давайте повторим поединок, это могло быть случайностью.
  Тренер посмотрел на него.
  - А если не случайность?
  Алех твёрдо взглянул на тренера.
  - Тогда я признаю поражение. Но обычно я брал верх в поединках с ней.
  Катя, молча, переводила взгляд на разговаривающих мужчин.
  Старх Ярисович кивнул и вышел за татами. Поединщики опять разошлись, и вложив мечи в ножны поклонились друг другу.
  Тренер взмахнул бокэном.
  Снова поклон и мечи обнажены. Алех не теряя времени, бросается в атаку, пытаясь рубящим ударом сверху достать Катю. Уход с линии атаки и поворот. Алех тоже развернулся и атаковал рубящим сбоку. Орлис с Катей легко отбили атаку. Меч в руке Кати крутанулся и лёг обратным хватом. Катя тут же атаковала серией вращательных рубящих ударов с обратного хвата, вынуждая Алеха защищаться. Тот разорвал дистанцию отступив. Меч в руке Кати лёг в прямой хват и Катя снова атаковала колющим ударом на уровне паха. Алех отбился и снова попытался разорвать дистанцию, но Катя не отступала. Шагнув следом и в сторону. Алех увидел только то, что Катя шагнула за ним и тут же атаковал. Но шагом в сторону та ушла с линии атаки, пропуская атакующего Алеха мимо себя, а Орлис тут же коснулся его доспеха на спине.
  Взмах бокэна тренера остановил поединок. Поединщики разошлись по краям татами. Катя вложила Орлис в ножны и поклонилась Алеху. Он же отсалютовал ей обнажённым мечом, как проигравший и в знак уважения к выигравшему бой. Катя ещё раз поклонилась, принимая ответственность за выигранный бой.
  Алех ушёл в раздевалку. Тренер подошёл к Кате.
  - Да... Катерина! Видимо меч и в самом деле непростой. Жалко такое сокровище отдавать неопытному бойцу. Но меч, похоже, сам выбрал хозяина, и будет помогать только ему.
  Тренер похлопал Катерину по плечу и отошёл к другим тренирующимся.
  Девушка, не веря, смотрела на меч в своей руке. Потом подошла к стойке с бокэном, взяла кончик своего пояса от кимоно и протёрла отполированное до блеска лезвие своего подопечного, почувствовав его благодарность. Она ещё раз взглянула на сверкающий клинок и с уважением вложила его в ножны, по-прежнему заткнутые за пояс.
  Взяв из стойки свой бокэн, она подумала, "Кому бы его отдать?" Но в ответ услышала шуршащую мыслеречь своего меча, "Не выбрасывай старого друга, он часть тебя. Не его вина, что ты его не слышишь. Его душа будет расти вместе с твоей. Он молод, но он твой учитель на всю жизнь. Я рождён для боя, он для тренировки и спаррингов. В конце концов, ты научишься слышать и его, а он научится говорить с тобой."
  Катя, после этих объяснений, совсем по-другому взглянула на сделанную ей деревяшку. Мысленно поклонилась своему деревянному учителю и вложила его за пояс, рядом с Орлисом. "Нужно отремонтировать выбоины на бокэне и отполировать его заново". Подумала она. И почувствовала, что сердце отозвалось мягкой теплотой.
  Из раздевалки вышел Алех, переодетый и чистый, с большой спортивной сумкой на плече. Подошёл к Кате. От него пахло душистым хвойным мылом. Он был на голову выше Катерины. Та вопросительно посмотрела ему в глаза. Алех немного смутился, но взгляда не отвёл.
  - У тебя необычная техника. По спаррингуешь со мной немного? Я хотел бы освоить эти приёмы.
  Теперь смутилась Катя.
  - Да я и сама ещё толком не освоила её. Куда мне учить ей кого-то!
  Алех усмехнулся.
  - Скромность украшает не только воинов, но и воительниц! Вот сама разберёшься и мне, за одно, покажешь.
  Шуршащий голос в голове Кати произнёс, "Соглашайся! Лучшего спарринг-партнёра тебе не найти. По крайней мере, среди людей. Я с удовольствием помогу. Может, и мы чему подучимся у него?"
  Катя кивнула.
  - Хорошо. Когда я буду на тренировках, с удовольствием буду спарринговать с тобой.
  И она изобразила ритуальный поклон своему сопернику по спаррингам. Тот тоже поклонился и направился к выходу. Катя смотрела ему в спину и думала, "Правильно говорит Ли Ка Шуй - "Все мы друг другу учителя!""
  
  
  20. УЧИТЕЛЯ ЖИЗНИ. И ОПЫТ, СЫН ОШИБОК ТРУДНЫХ. И ГЕНИЙ, ПАРАДОКСОВ ДРУГ.
  
  Прошло несколько дней, как Катерина получила от тренера свой первый и наверное единственный в своей жизни, меч. За эти дни, она много думала, о похищенных Мехкасом, Канне и Лизке. Но всё по-прежнему было тихо. В прессе ничего не печатали. Инспекторы гвардии молчали. Она уже собиралась, после выходных подойти к Сребре и спросить у неё о продвижении этого дела. Как всё изменилось, до полной противоположности.
  Семён Сивцов позвонил неожиданно. Катя нажала кнопку ответ, взмахнула копной волос и приложила мобильник к уху.
  - Да. Слушаю.
  На том конце, слышалась какая-то возня. Потом знакомый мужской голос, чертыхнувшись, произнёс.
  - Катенька!? Доброе утро. Мне нужна ваша помощь. Полтора сена назад мне позвонил Канингрем старший. Попросил прислать кого нибудь за материалами, которые могут нам помочь в розыске пропавших студентов. Моя группа полностью занята, выкроить никого не получится. Сребра сказала, что вы сегодня свободны.
  Катя взглянула в окно, обдумывая предложение инспектора. За окном пролетел квадроскорт, поливая улицу мелкой водяной пылью. "Значит, день в городе будет жарким. Нужно узнать погоду на Средиземье".
  - Хорошо инспектор. Я схожу к старику. Когда и где мы с вами пересечёмся? Эти документы, наверняка нужны вам срочно?!
  На том конце послышалась возня.
  - Катя, давайте сначала разберёмся с документами, потом созвонимся.
  Звонок оборвался. Катя быстро сжевала пирожок с повидлом с уже под остывшим чаем. Быстро переоделась и побежала к ближайшей верее. Её никак не оставляло устойчивое чувство опасности. Через двадцать сенов, она подходила к дому Канингремов. Чувство опасности усиливалось с каждым шагом. Подойдя к калитке ограды, она увидела тонкую полоску крови на ней. Как будто кто-то вытер пораненный палец о поверхность старого дерева. Калитка была открыта. Катя толкнула её, и осторожно оглядывая всё вокруг, направилась к двери дома.
  Та тоже была открыта, на ручке тоже была кровь. Катя осторожно открыла дверь шире, не касаясь ручки, и проскользнула в прихожую. Чувство опасности усилилось. Энергия прильнула к глазам, по ним резануло болью. Боль отозвалась небольшим взрывом в голове и вернулась к глазам. Зрение изменилось. Контуры видимого стали чётче, стала видна энергетика комнаты. Белёсые полосы по стенам и мебели, яркие и чёткие небольшие предметы, на которых видны следы касаний людей. "Странно, я всё ещё меняюсь. Или совершенствуюсь? Нужно чаще пробовать новые способности. Для этого необходим шок для организма и психики. Где же их взять, как не на такой вот работе!?" Катя представила Мехкаса, и следы на предметах усилили свою яркость. Касания других людей притухли. "Интересно! Так можно настраиваться на след любого человека, или только на след недавно коснувшегося этого предмета?". Она настроилась на саму себя, вспомнив, что была здесь несколько дней назад. На полу проявились нечёткие блестящие следы, идущие в библиотеку, потом из неё.
  Из за приоткрытой двери библиотеки, тянуло смертельным холодом и вылетала субстанция, очень похожая на чёрную пыль. Очень чёрная! Катя толкнула дверь. Посреди комнаты, в луже крови, лежал старший Канингрем. Источником чёрной пыли был именно он. Она вылетала из перерезанного горла. Катя поняла, что опасность была составляющей смерти. Еле заметный на эмоциональном уровне, осадок скорби. Опасности уже не было, а скорбь осталась и усилилась.
  Катя набрала номер Сивцова.
  - Инспектор! Старик мёртв. У него перерезано горло. Вышлите к коттеджу оперативную группу. Я подожду их здесь.
  Инспектор чертыхнулся в трубку так, что отголосок эмоционального удара резанул по нервам Кати. Она тут же убрала экстрасенсорику. "Так можно и удар схлопотать!".
  Через сорок сенов, вокруг Кати сновали криминалисты. Инспектор расспрашивал Катю об обстоятельствах её появления, и не заметила ли она чего ни будь особенного. Она честно рассказала о своих ощущениях.
  - Скорее всего, когда я звонил вам, Канингрем был уже мёртв. Экспертиза расскажет нам больше, но это только завтра.
  Катя посмотрела на Сивцова.
  - А можно я поработаю экспертом?
  Инспектор кивнул.
  - Что вам будет нужно?
  Катя перевела взгляд на снующих туда-сюда людей.
  - Попросите пожалуйста, всех выйти.
  Инспектор хмыкнул, но всё-же приказал всем выйти. Подчинённые подняли обиженный бунт.
  - Семён Михалыч, мы же ещё не закончили.
  Сивцов виновато обвёл всех взглядом.
  - Потом закончите. Дайте нам сенов пятнадцать.
  Все вышли. Катя закрыла глаза и представила Канигрема старшего. Сквозь закрытые веки начали проступать образы, она увидела, как старик звонит по телефону, "явно звонок Сивцову". Потом он сидит на диване и перелистывает старые, жёлтые листы в синей папке. В прихожей хлопнула дверь. Канингрем старший резко захлопывает папку и суёт её в потайную шуфляду в диване, при этом делая своеобразное движение рукой по дивану. Шуфляда выскакивает, папка исчезает в ней, шуфляда мягко уходит обратно. Старик берёт в руки газету и облокачивается на спинку дивана. В библиотеку входит Мехкас. Некоторое время он смотрит на отца. Тот убирает от лица газету и переводит взгляд на сына.
  - Ты что-то хотел?
  Мехкас отвернулся.
  - В принципе нет. Но можно и поговорить. Я ухожу к братьям.
  Старший положил газету на колени.
  - Наверно братья забыли о нашем проклятии? Они забыли, как проходили дела с нашим участием? И как они сами попросили нашего предка уйти из братства!? Ну, хотя конечно, прошло уже четыре сотни мерис.
  Мехкас резко развернулся к отцу.
  - Братство изменилось. Оно приобрело совершенно другие формы. И меня обещали избавить от проклятия.
  Канингрем старший встал. Бросил газету на стол и направился к камину.
  - Единственно на что ты способен с нашим проклятием, это на то, что бы подставиться под удар драконов. И братство это знает. Тебя подставляют наши бывшие братья. Избавление от проклятия возможно либо тем, кто его наложил, либо смертью рода.
  Мехкаса при этих словах начало трясти. "Конечно, родной отец обвиняет его в глупости". И он бросается к отцу, на ходу вытаскивая из ножен на поясе нож. Старший даже не успевает поднять руку, как лезвие ножа касается его горла и он, не дойдя до камина, падает, пытаясь закрыть рукой рану на горле. Мехкас стоит и смотрит, как его отец задыхается, захлёбываясь кровью.
  Катю выбрасывает из видения. В горле пересохло, и она начинает задыхаться, пытаясь сглотнуть. Сивцов бросился к двери и крикнул.
  - Воды! Быстро!
  В следующие сек, в руках Кати появился стакан с водой. И пока она пила, все стояли вокруг и смотрели. Промочив пересохшее горло, она сбивчиво рассказывает, что здесь произошло. Инспектор кивает на диван одному из сотрудников. Тот пытается обследовать диван. Но через пятнадцать сенов отходит от дивана, разводя руками.
  Тогда Катя садится на то место, где сидел отец Мехкаса. Она проводит рукой по подлокотнику, вспоминая движение старика. Потом касается дивана в тех местах, где касался он. Шуфляда поползла из дивана. Катя выхватывает синюю папку и шуфляда закрывается. Спецы, смотрят на Катерину, как будто это она прятала папку в диван. Она протянула её Сивцову и спокойно направилась к выходу. Но перед тем, как выйти, услышала фразу одного из спецов.
  - Нам бы такую в отдел. Преступлений меньше было бы.
  И ответ другого.
  - Это если бандюги знали бы, что у нас такая работает. Но тогда её нужно было бы охранять всей гвардией. И то людей не хватило бы.
  Дверь захлопнулась, и Катя спокойно направилась к верее. "В гостях хорошо, и хвалят непомерно мои таланты, но дома, всё же, лучше".
  Дни снова потекли буднично и даже немного скучно. Но всё же с того дня, как она попробовала себя в роли эксперта, работы у неё добавилось. Инспектор Сивцов, стал звонить ей и по поводу других дел, не связанных с похищением. И на своей работе, в библиотеке, Катя стала появляться реже. "Хотя и напряжное, но всё-же разнообразие".
  
   21. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН. 17 ЧЁРНОЕ ВСЕВЛАСТИЕ И НОВЫЕ СПОСОБНОСТИ.
  "Ярис Матвеевич, так и не выполнил своего обещания взять меня с собой на раскопки древнего Алатерма. Но я как-то и не жалею об этом. События, прошедшие с тех пор, дали совсем другое направление моим талантам, и соответственно перенаправили деятельность. Группа уже давно уехала. А я, работая в библиотеке университета, помогаю расследованию о похищении Лизки и Кана. Сивцов постоянно задействует меня в расследовании, особенно после демонстрации моих сил на вилле Канингремов. Старика конечно жалко, он ведь соблюдал условия проклятия, хоть и нехотя. Но откуда в людях такая тяга к могуществу и власти? Неужели настолько силён эгоцентризм в чешуйках драконов? Или влияет то, что жизнь появилась на планете не так как хотели Яар и Моон, и их сталкивающиеся начала до сих пор сражаются друг с другом? Интересно!?"
  Катя стояла возле окна с чашкой чая и наблюдала за вечерней улицей. По ней редко ездили машины, хотя старый асфальт был в идеальном состоянии. Сейчас все пересаживались на летающие машины, или делали абгрейд наземному старому транспорту превращая его в летающий. Катя подняла голову. Высоко над городом, виднелась вереница легковых авто. "Их даже ещё не назвали толком. Кто называет их аэромобилями, кто аэровозами, кто гироскорты, кто квадроскортами. Из-за своеобразной раздвижки колёс. Кажется, что в колёсах стоят воздушные винты, поднимающие машину в воздух. Каждый человек называет их по-своему. Какое название приживётся? Кто знает? Хотя квадроскорты, звучит лучше всего. Скорты, это небольшие хищники с перепонками между задними и передними лапами. Они прекрасно летают. И охотятся небольшими стаями."
  Катя взяла со стола гибкий листок ежедневной газеты. "Подумать только, совсем недавно, я и мечтать не могла о таких устройствах. А теперь, я могу заказать их абсолютно бесплатно - гвардия пришлёт любое устройство, если мне оно очень нужно. Я теперь весьма большая шишка в гвардии, хотя до конца так этого осознавать не желаю".
  Она открыла криминальную страничку. "Ага, вот статья о смерти старого Канингрема. Долго же они расчухивались с этой статьёй. А вот и статья о похищении Лизки и Канна. Так! Никаких данных о продвижении дела. Молчит гвардия. Хорошо, что газетчики не прознали обо мне. Иначе сейчас пришлось бы отбиваться от назойливых журналюг. А может быть, тут уже дежурили бы гвардейцы, защищая меня от нападок криминальных элементов".
  Она отпила из чашки и поставила её на стол. Ещё раз посмотрела в окно. На другой стороне улицы стоял серый квадроскорт. За рулём сидел здоровенный дядька и пил из картонного стаканчика, откусывая от большой булки. Катя пристальнее всмотрелась в шофёра. Тот как будто почувствовал это и повернулся на её взгляд. Взгляды встретились. Мужик судорожно проглотил откушенное. Это был гвардеец. Он виновато пожал плечами и кивнул Кате. Та улыбнулась и кивнула в ответ. "Так! Гвардия не дремлет. У меня завёлся хвост. Этот будет по круче Тихомира. Она с сожалением вспомнила своего тихого сопровождающего. "Жаль, что его отстранили." Кто-то сильно боится за меня. И наверняка, хвостов будет много".
  Катя отвернулась от окна и углубилась в чтение. Сегодняшние новости не отличались от новостей недельной давности. То есть не новости, а старости. Она пробежала по страничке объявлений. Что-то резко кольнуло беспокойством. "Объявления". Теперь Катя просматривала каждое объявление. "Продам голову дракона. Не дорого. Странная объявка! От неё веет холодом. Не статую, а именно голову!? Звонить 333-777-1313 в орик с 7.00 до 28.00. Вроде бы всё впорядке? Только номер телефона, не городской и не мобильный?!". Катя выделила заметку и отправила её на свой комп на работе. "Сегодня орик - выходной. Что если позвонить?". Она набрала номер. Мобильник сдавленно пискнул и выдал надпись - "некорректно набран номер. Уточните номер и перезвоните.". "Это не телефонный номер. Или шифр. Значит нужно искать, что обозначают эти цифры. Одновременно отслеживая подобные сообщения. Сразу позвонить Сивцову, или Сребре. Хотя подожду до вторика. На работе расскажу Сребре, пусть сама решает, что делать с этим".
  Катя подумала о Канне. Ей стало тоскливо. " Хоть бы мама была дома. Но она сегодня дежурит в роддоме. Жнщины к сожалению не хотят ждать с родами. И дети рождаются даже в выходные. Надо и мне, все-таки сходить на работу. Библиотека тоже работает в выходной. Всё равно делать нечего, а до вторика ещё далеко. Может быть, Драконологию почитаю".
  Она быстро собралась и вышла на улицу. Подошла к порталу, набрала адрес библиотеки, и помахав на прощание мужику в сером квадроскорте, шагнула на появившуюся в проёме знакомую улицу.
  В библиотеке, как всегда сидела Сребра, за своим пультом управления библиотекой, посреди зала. Катя поздоровалась, проходя мимо. Та проворчала в след.
  - И не сидится же дома в выходные. Вот же заноза.
  Катя повернулась к ней.
  - А у вас то, выходные имеются? Или вы здесь живёте?
  Сребра ухмыльнулась.
  - Иди уже, иди! Там работы сегодня не так много. Сивцов звонил. Завтра поступаешь в его распоряжение. Там им твои способности опять понадобились.
  Катя развернулась и подошла к Сребре.
  - Вы знаете? Я сегодня наткнулась на одно объявление в газете. Оно какое-то странное.
  Она в подробностях рассказала о своих мыслях, на счёт объявлений в газете. Та, внимательно выслушала, и, подумав немного, сказала.
  - Завтра расскажешь всё Сивцову. Пускай проследит за этим.
  Катя пожала плечами и пошла в подсобный зал. Работы оказалось, действительно не много, Катя, вытащив из стола Драконологию, отправилась в общий зал. До закрытия библиотеки было ещё два мера.
  Усевшись к себе под лестницу, она раскрыла книгу.
  Взглянув на закладку, она увидела Каменного дракона с ухмылкой смотрящего прямо Кате в глаза. Внизу закладки, алыми чернилами, выведена руна обмана и хитрости, а рядом, чёрным, руна всевластия. Катя положила закладку на стол и углубилась в чтение.
  Сегодня, в Драконий лог пришёл молодой парень. Богато одетый. Одна шапка стоит целого состояния - в две козы. Сел за свободный стол и громогласно заказал пива и поесть. Выпив, он разговорился с соседями по залу. И долго хвалился своими подвигами. Потом выпив ещё, начал хвастать, что завоюет весь мир. Что он рождён для этого и ни за что не удовлетворится какой ни будь одной захудалой страной. Слушая его бахвальство, Ярис только сомнительно кивал головой. А когда стемнело и пришло время рассказа, сел в своё старое кресло и закурил трубку. Сделал паузу, хитро посмотрел на пьяного молодца, и начал сказ.
  По дороге к Чёрным горам раскинулось Серое, огромное плоскогорье. И на этом плоскогорье, как огромные зеркала, лежат пять огромных озёр, обросших невысоким лесом. Местечко так и называется "Пятизерье". Люди часто ходили мимо этого места, но мало кто отваживался там останавливаться, хотя, по берегам огромных озёр очень много селений и городов. Ходили легенды, что живёт на плоскогорье серый дракон, люди назвали его Серогором. И иногда там пропадали люди. Но, эти же легенды говорили, что тот, кто сможет победить дракона - станет самым могущественным человеком на земле.
  В Северных лесах, в одном небольшом зелёном королевстве, жил молодой жестокий король. Он лелеял мечту, что сможет завоевать весь континент, и люди станут поклоняться ему как Божеству. Ведь сила и власть божественны и только Боги могут обладать и тем и другим. Вот такая огромная, можно сказать непомерная, была у короля гордыня. Подкрепляемая, не менее большим, эгоизмом. Король вёл постоянные войны с соседями и уже завоевал несколько королевств. Но войны ослабляли королевство и опустошали казну. А так же требовали новых и новых людей в войско.
  За одним из столов, поднял голову человек, то ли купец, путешествующий с двумя сыновьями, то ли знатный горожанин. Тонкосуконные плащи и кожаные шапки выдавали в них жителей лесного государства Союза Свободных городов. Он обратился к Мол.
  - Хозяюшка, можно ещё подсоленных орешков. Больно вкусны с вашим пивом. Прости хозяин, что перебил. Уж больно моим сынкам твои орехи приглянулись. Ужо не про Триполя Пятого ты баешь? Был у нас в Северных лесах такой король, меэрис, эдак, четыреста назад. Он и соединил старые королевства в одну большую страну. Посля него не было больше наследования по власти. Свободные города выбирают раду - которая и утверждает волю всех людей в стране.
  Хозяин таверны посмотрел на говорившего.
  - Похвально, что жители северных лесов чтят и помнят свою историю.
  И продолжил рассказ дальше.
  Решил тогда Триполь Пятый убить Серого дракона, и получить неограниченное могущество. Собрал самых сильных своих воинов и пошёл в Пятизерье.
  Быстро легенда сказывается, да медленно дело делается. Долго небольшое войско искало в Пятизерье Серого дракона. Облазили они все пещеры, прочесали весь лес, даже в глубины озёр пытались заглянуть. Чинили разорение людям, живущим на берегах озёр. Но так и не нашли они дракона. Измученная поисками армия короля остановилась лагерем возле серой скалы, уходящей в одно из озёр. Несколько дней армия короля отдыхала на озере, когда вдруг вздрогнули окрестности, посыпались камни и серая скала пошевелилась. Над стоянкой армии короля поднял голову большой серый дракон.
  Все схватились за оружие. Но дракон грохнул лапой по камням и время застыло. Застыли в немом крике лица воинов. Застыли поднятые мечи в их руках, и луки с натянутыми тетивами и стрелами на них. Повисли в воздухе камни, падающие с проснувшегося дракона. И всплески от них не спешили расходиться кругами по воде, а брызги так и висели над водой.
  Только дракон и Триполь смогли двигаться. Король бросился в атаку и попытался ударить дракона мечом, но тот отбросил его далеко в озеро, потом лёг на лапы и наблюдал, как король выбирается на берег из густой как кисель воды. Выбравшийся из воды Триполь, не замечал, как густая вода стекает с камзола, и капли разбиваясь о камни, застывают причудливыми стеклянными узорами на этих камнях. Совсем как его воины. Не было ни ветра, ни волн и даже языки огня в кострах воинов застыли причудливыми цветами. Но король ничего этого не видел. Его переполняла злость и ненависть, ведь его мечта никогда не могла исполниться, так как дракон оказался не простым зверем, а волшебным разумным существом. И он бросился на дракона с кинжалом. Но тот дохнул на короля и король не смог сделать больше ни одного шага. Посмотрев на свои ноги, король пришёл в ужас - они превратились в серый камень, и вросли в прибрежный песок.
  Дракон приблизил к королю свою большую голову, посмотрел ему в глаза и спросил:
  - Зачем ты сюда пришёл?
  Яростный ответный взгляд короля:
  - Убить тебя!
  Дракон уже удивлённо:
  - Разве я тебе сделал что-то плохое?
  Король решил схитрить:
  - Здесь пропадают люди!
  Дракон хмыкнул:
  - Иногда. Но, ты же не из-за людей сюда пришёл?! Тебе плевать на всех людей, даже на тех, кого ты сюда привёл?!
  Но король продолжал настаивать:
  - Я король и отвечаю за своих подданных! А ты их убиваешь! Мешаешь торговать им с соседними странами.
  Дракон хитро прищурился:
  - Хорошо! Ты убьёшь меня. И освободишь своих подданных от моего зловредного воздействия. Но я должен тебя испытать.
  Король скрипнул зубами и зло посмотрел на дракона:
  - Я король и испытывать должен всех я! А ты кусок камня не имеешь права давать мне поручения!!!
  Такими большими были эгоизм и гордыня короля.
  Дракон улыбнулся во всю свою клыкастую морду. Получился весёленький оскальчик:
  - Посмотри вокруг!?
  Король осмотрелся. Его воины, по-прежнему, стояли не шелохнувшись, ещё не упавшие камни висели в воздухе, волны и брызги от уже упавших камней не торопились продолжить своё движение, застыв красивыми цветками, а сполохи огня в кострах так и оставались эфемерными лепестками. Длинная дорожка из застывших волн и потревоженной воды, там, где он выбирался из озера, застыла причудливыми извивами.
  Дракон продолжал:
  - Ты так умеешь!?
  Король опять скрипнул зубами. А дракон продолжал:
  - Ты жалкий смертный, возомнивший о себе Яар весть что. Так ты согласен на испытание?
  Короля трясло от злости:
  - Я всё равно приду сюда опять. И буду приходить до тех пор, пока не убью тебя. И тогда я смогу и так... .
  Король замолчал и только зло смотрел на серую глыбу дракона нависшую над ним. Дракон нервно, с явной неприязнью дёрнул ухом и вздохнул:
  - Так зачем тебе моя смерть?
  Король скрежетнул зубами. И его прорвало.
  - Когда я убью тебя, я получу неограниченную силу и захвачу власть во всём мире, и люди будут поклоняться мне как Божеству. А тех, кто воспротивится мне, я уничтожу!!!
  Дракон в упор посмотрел на человека перед ним:
  - Теперь ты искренен. Но сюда, ты больше не придёшь! Ты останешься здесь навсегда. Видишь, там, выше по склону холма каменные фигуры похожие на людей? Это те, кто пришёл сюда за моей силой! Здесь пропадают, только такие, как ты.
  Дракон дохнул на короля, и каменные глыбы ног начали расти дальше полностью поглощая тело короля. Потом он вздохнул и лёг на прежнее место, превращаясь в камень. Удерживаемое время рванулось с прежней скоростью. Люди продолжили движение, кто рубанул мечом воздух, кто спустил тетиву лука, кто только вскочил на ноги. Камни упали в воду, круги, как им и положено поплыли по водной глади. Языки огня в кострах продолжили свой прекрасный танец.
  Войско ещё долго искало своего короля, но так воины и не нашли его. А появившуюся на прибрежном песке каменную фигуру они назвали в честь пропавшего предводителя "Жестоким королём". И никому не пришло в голову, как они правы. Потом подоспели войска Сергия Благородного и войско Триполя сдалось без боя.
  
  Катя отложила книжку, попыталась потереть кулаками глаза, закладка была в руке. "Когда же я её взяла со стола? Не помню!" Положив закладку на стол, она потянулась и ладонями ещё раз провела по глазам, массируя и глаза и вокруг них.
  Сребра, по-прежнему сидела за своей кафедрой и принимала книги от уходящих из зала студентов. К ней уже выстроилась солидная очередь. Катя встала из-за своего укрытия, и направилась к начальнице. Подойдя, она положила "Странную книгу" в шуфляду, выдвинула дополнительный стул и придвинула коробку с карточками к себе. Подошедшая к кафедре девушка, положила на стол семь книг. И ещё не успела произнести свою фамилию, как рука Кати сама выхватила пачку карточек сколотых скрепкой. На листке с карточками была фамилия "Астахова М. Ю."
  - Астахова Маргарита Юратова.
  Произнела студентка.
  Сребра, задержала взгляд на протянутых ей карточках. Перевела взгляд на Катю, беря из её руки карточки. Катя же хмыкнула в кулачок, посмотрела на очередь, и приподнявшись на своём стуле, просто разложила перед Среброй пачки карточек, всех тех, кто стоял в очереди в том порядке, как стояли люди.. Сребра ещё раз посмотрела на Катю.
  - Посмотрим, посмотрим!
  Катя нагнулась к начальнице и прошептала.
  - Златко Соров, попытается стащить Краткий справочник событий Остапа Зенина.
  Сребра посмотрела на очередь студентов.
  - Соров! Вытаскиваешь из-под рубашки книгу, и ложишь её в общую стопку! Возражения приравниваются к отлучению от библиотеки!
  Парня как холодной водой окатило. Сребра в упор смотрела на мальчишку стоящего в середине очереди из двенадцати человек. Он расстегнул пуговицы на рубашке, и, вытащив книгу, положил её в стопку книг, которые держал в руках.
  Сребра с всё более изумлённым видом брала очередную пачку карточек и пересчитывала книги, не спрашивая у подошедшего студента фамилии. А когда последний студент покинул читалку, спросила Катю напрямик.
  - Ну и что это значит? Как это у тебя получилось?
  Катя недоумённо пожала плечами и ответила.
  - Если честно, разобраться трудно. Просто, рука сама делала то, что нужно, а в мозгу, как щекотка какая-то, это правильно, а это нет. Фамилия сама всплывала в мозгу, когда я смотрела на человека. Я думаю, что если бы я пристальнее присмотрелась, то увидела бы будущее этих людей. Хотя, в последнем не уверена.
  Сребра косо посмотрела на Катю, но промолчала. Тогда, Кате даже в голову не приходили вопросы: "А почему она не чувствует Сребру, Яриса Матвеевича, Любомира, который иногда приходил в читалку, тренера Старха"?
  
  22.ПРАКТИКА. ДОМ КАНИНГРЕМОВ.
  
  Дом Канингремов, решено было преобразовать в библиотеку с уклоном на пиратство. Потому, что слишком много книг и рукописей, найденных в доме, было посвящено укладу жизни Пиратского Братства, как сами пираты себя называли. Куча документов и книг, пиратская атрибутика, оружие, верования и летописи. Катя несколько меров в день посвящала себя этой, по истине, уникальной библиотеке. Ей открывалась, пока ещё никем не изученная сторона Тигеи - История Пиратских Братств. Она каждый день узнавала что-то новое. Как зарождались Братства, как жили, как погибали, их нравы и интересы.
  Голубую папку, гвардейцы ей тоже передали. Скопировали в дело, а оригинал вернули обратно. Получался своеобразный пиратский музей-библиотека. Но нужно было отсеять некоторые документы, касающиеся Драконов. Вот Катерина и сидела в бывшем доме Канингремов, изучая каждый документ, и составляя прейскурант изученного. Из Белгорода, ей прислали помощницу, и из Любильтауна помощника. Молодая женщина Алеша Каримовна, была очень рада такой работе. Её, как и Катерину, поглотила новая грань истории. А вот парень, Миловид Доброславов, сперва был недоволен. Его оторвали от раскопок "Битвы при Алатерме", послав сюда. Но и он втянулся через несколько дней. Катерину назначили старшей. "Странно, работаю совсем не много, а уже старшая!?". Половину смены они проводили здесь. Потом сдавали всё гвардейцам, и расходились по рабочим местам. Каждый в свою Библиотеку.
  Формально, этот дом всё ещё принадлежал Мехкасу Канингрему. Но его никак не могли найти. Документы, собранные его отцом, требовали очень тщательного изучения. До сих пор, жизнь пиратских братств оставалась в тени. И нужно быть полным идиотом, что бы не воспользоваться шансом, и не закрыть этот пробел. Документы копировались и переправлялись в большие города, что бы и простые люди могли узнать о пиратстве больше.
  Катя с помощниками нашли даже несколько документов, которые нужно было спрятать в запасники, и пока никому не показывать. Их переправили в Саратонскую библиотеку. Без перестрелок, приключений и убийств. Кате, даже как-то скучно стало. И появилось чувство ностальгии. "Раньше, я такого испугалась бы, забилась в уголок и хрен бы меня оттуда выволокли бы. А тут, сама рвусь в бой. И без драки, даже скучно. Меняюсь!!! Или это с военными пообщалась? Всё может быть!".
  Катерине вдруг вспомнился схорон в диване. "А что если таких схоронов тут много?" Катя села на диван. Вспомнила комбинацию точек и прошлась по ним пальцами. Потайная шуфляда вынырнула под ногами. Там лежали ещё какие то бумаги. Она скопом, сколько захватила, выволокла всё на стол. Шуфляда закрылась.
  Катя настроилась на старика Канингрема, закрыла глаза и стала отматывать время назад, акцентируя внимание на подобных тайниках, и как их открывали. Таким образом, она прошлась по восьми годам жизни Явора Канингрема и почувствовала, что пора заканчивать, иначе она просто вырубится.
  Она открыла глаза. Взяла в руку карандаш и быстро набросала план дома, указав стрелками тайники и инструкции как их открыть. Семь тайников разбросанных по всему дому, и два схорона в стенах, полностью замурованных. "Нужно звонить Сивцову, без его специалистов тайники вскрывать нельзя. Вдруг, что-то важное откопают". Катя почувствовала, что проваливается, слишком много энергии было затрачено. Она начала заваливаться на диван. Катя почувствовала чьи-то мягкие и тёплые руки, подхватившие её голову, и успела произнести.
  - Сивцову позвоните. Это важно!
  Проснулась Катя в полной тишине. Она была накрыта тёплым одеялом и полностью одета. Только туфли были сняты. Напротив, за журнальным столом сидел Миловид и перелистывал новенькую папку со старыми документами.
  - Проснулась!?
  Катя, не вылазя изпод одеяла, потянулась и чуть ли не мурлыкая, произнесла.
  - Ага.
  Миловид перелистывая документы.
  - Ты так больше не пугай нас. Мы тут чуть в штаны не наложили, когда ты сознание терять начала.
  Катя всё вспомнила.
  - Сивцову позвонили?
  Миловид, продолжая перелистывать листы в папке, спокойно ответил.
  - Твои гвардейцы давно уехали. Ещё вчера вечером. Твой рисунок их так взбудоражил, что они топали тут как бегемоты, по всему дому. Я думал, что тебя разбудят. Я думал позвонить в скорую, но пока вспоминал телефон скорой, который с перепугу забыл, Алиша нашла в твоём телефоне номер Сивцова и позвонила. Если честно, впервые видел, что гвардейцы так быстро среагировали. Десяти сен не прошло, а их тут набежало человек пятнадцать. Они бегают с твоим рисунком по дому, мы с Алишей только наблюдаем. Хорошо они врача притащили. Он нас успокоил, сказав, что ты просто спишь. А сегодня утром пришли реставраторы, и то, что гвардейцы ломали полдня, за пару меров восстановили. Правда, стены ещё не просохли в тех местах, где гвардейцы их ломали.
  Катя повернулась на бок. И посмотрела на Миловида.
  - Что нибудь нашли?
  Миловид оторвался от папки.
  - Оооогого!!! Я никогда не видел, что бы вокруг бумаг, было столько ажиотажа. Сивцов сказал мне, что с этими бумагами будут работать только посвящённые, и что он лично завезёт их в вашу Саратонскую библиотеку. Потом прилетела ваша Сребра и мер тебя ощупывала. Потом сказала, что бы я остался с тобой и улетела. Так, что сдаём все под охрану гвардейцам и по домам. Сребра сказала ещё, что у тебя два дня выходных.
  Катя откинула одеяло и поднялась. Потянулась и философски изрекла.
  - Выходные, так выходные. Где гвардейцы, которым сдавать объект?
  Миловид тоже встал.
  - Я уже всё сделал. Собирайся, и валим отсюда.
  Они вышли на улицу. Парень терпеливо ждал, пока Катя наберёт код Семенска. Потом махнул ей рукой, и Катя вышла на свою улицу недалеко от дома.
  ......................................................?
  
   22.ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 18. ВОЛЧИЙ ГОН.
  Катя, как обычно работала с документами, принесёнными Среброй из подвалов. Подвалы были очень внушительные, в несколько этажей, Катя даже не знала сколько. Она ниже второго подземного этажа не заходила. И тянулись они глубоко под парком, наверно аж за город. Катерина боялась заблудиться в этих лабиринтах. Поэтому туда спускались Сребра и Ангелина Мелеховна, чувствующих себя в подвалах, как рыба в воде. Кате казалось, что они нашли бы дорогу к нужной полке, даже в полной темноте. Когда приходилось спускаться туда, Ангелина Мелеховна Её постоянно подбадривала.
  - Ничего ничего, милочка, пройдёт время, сама будешь посмеиваться над своими страхами.
  Вот и сегодня, Ангелина Мелеховна, подошла к Кате за помощью.
  - Катенька, помоги принести из подвала картину. Одной мне не справиться.
  Катя насупилась и забурчала.
  - Давно нужно было нанять рабочих в эти подвалы. Постоянно приходится отвлекаться от работы.
  Пожилая женщина улыбнулась.
  - Молодая, здоровая девка, а бурчит, как старуха. Не стыдно?
  Катя философски взглянула в потолок.
  - Ну, если бы не было стыдно, то вообще не пошла бы. Так, что, уже иду.
  В подвалы было несколько путей. Один, по винтовой лестнице. Второй, грузовой лифт. Они избрали второй путь. Зашли в кабину лифта и спустились на второй уровень подземелья. Пожилая женщина включила свет и быстро пошла между полок. Катя немного отстала. Они порядком прошли, прежде чем Ангелина Мелеховна притормозила возле одной из полок. Она взяла в руку, тонкий прозрачный тубус со старым документом. И как-то странно посмотрела на него, будто что-то вспоминая.
  Идущую сзади Катю вдруг тряхнуло, в глазах потемнело, и волна чужой памяти накрыла её с головой.
  Ангелина Мелеховна Свиридович, или просто Геля - светлая. Одно из названий Глаза Яара - Гелиос. Совсем ещё молоденькая, почти девочка, пришла учиться в университет истории. Её феноменальная память привела молодую и крепкую девушку в эту читалку. Тогда ещё не посвящённая, она работала, как каторжная, только бы не выгнали. И очень гордилась, что её так высоко оценили. В читалку её взяли с первого курса. Она постоянно кичилась этим перед однокурсниками.
  Вот, эта кичливость и привела к беде. Заболела мама. Заболела сильно. Ни отец, ни старший брат ничего не могли сделать. Даже помощь родственников не помогла. Даже поставить диагноз никто не мог. Мама чахла на глазах.
  И вот к ней, после занятий, подошли двое в чёрных костюмах и сказали.
  - Хочешь видеть мать живой, сделай то, что мы попросим. И мы поможем ей.
  И Ангелина согласилась.
  - Нам нужен древний документ, хранящийся в запасниках вашей библиотеки. Называется он "Манускрипт сети". Если за пенталис, ты его принесёшь нам, твоя мама будет жить. Если нет, она умрёт.
  Геля сделала всё. Выучила все подвалы за несколько дней, скачав их с компьютера библиотеки. Пробралась сюда, на второй уровень подвалов и вынесла этот документ. Только при передаче документа, начался кошмар.
  Тогда библиотекой заведовала Талия Ярисовна Зеленодольская. Она проследила за молодой работницей до самой лесной опушки, практически за городом. И вышла на поляну в тот момент, когда Ангелина протянула документ человеку в чёрном. Он выхватил тубус из рук девушки, развернул документ и стал, вслух, читать какое-то заклинание. Талия Ярисовна задёргалась, будто попала в паутину. Тут начался ад. На поляну, буквально, упал серебристый дракон, окутался туманом, и из него вышла девушка в серебристом костюме со слабоизогнутым мечом в руке. Узкие глаза светились таким гневом, что Ангелине хотелось зажмуриться и не открывать глаз, что бы не видеть этого. Но она продолжала смотреть. На поляну, из леса, выбежали ещё пятеро в чёрном с автоматами.
  Сееркан начала раскручивать косу с тяжёлым ножом, вплетённым в волосы, и засмеялась. Смех был похож на звон серебряного колокольчика, от которого пробирал мороз по коже. Ангелина нашла в себе силы зажмуриться и упала на колени, закрыв лицо ладонями. Звуки боя над её головой быстро смолкли. Несколько автоматных очередей, и голос Сееркан: "Там! Лови тех троих, они твои!"
  Ангелина оторвала руки от лица и посмотрела на стоящую возле неё Сееркан. Та не торопясь свернула старый пергамент и положила его в прозрачный тубус. Потом присела к Ангелине, взяла руками её лицо и заглянула в самую душу. Её взгляд прожигал насквозь. Драконица отпустила её и сказала.
  - Твоя мама всё равно умрёт. От этой заразы нет спасения. Это старое проклятие, от которого вымирали целые семьи. Этим людям, - она ткнула обнажённым мечом в труп чёрного, - не нужны свидетели. Даже если бы документ оказался у них, вы все умели бы. Друг за другом. Мы сможем прикрыть только тех, кого оно пока не коснулось. Тебя, твоего отца и брата. У нас такое было трижды, и каждый раз заканчивалось одинаково.
  По щёкам девушки покатились слёзы.
  Из леса выбежала женщина в тёмном с блёстками одеянии с двумя короткими обсидиановыми клинками.
  - Сееркан! Я догнала тех троих. Что будем делать с ней?
  Она указала на Ангелину коротким клинком.
  - Может пускай за ней стая побегает?
  Ангелина прямо смотрела в глаза Сееркан. Из её глаз ползли ручейки слёз. Драконица покачала головой.
  - Не стоит! Она не побежит. Она полностью раскаялась. И даже если волки начнут рвать её на части, не побежит! Она уже знает, что расплатилась за свой поступок самым дорогим. Жизнью мамы!
  Тамарис с сомнением взглянула на сестру.
  - Так что же делать?
  Сееркан повернулась к ней.
  - Пусть работает в библиотеке дальше. Её феноменальная память нам пригодится. Теперь она знает о нас. Так что она посвящённая.
  С этими словами Сееркан протянула Ангелине золотую цепочку с кулончиком -серебристой чещуйкой дракона. И следом протянула тубус с документом.
  - Отдай это Тале, и скажи, что наказание ты уже приняла. Она наверно уже в библиотеке, убежала, как только освободилась от пут манускрипта. Она поймёт. Иди!
  Драконицы обратились и взмыли в небо. А бедная Геля проплакала всю обратную дорогу к библиотеке. Слёзы высохли, только когда она коснулась ручки двери универа.
  Талию Ярисовну она нашла в подсобке. И протянула тубус и цепочку ей. Библиотекарша взяла тубус, а цепочку положила ей в руку и сказала.
  - А это твоё! Теперь на тебе огромная ответственность, за те знания, что ты приобрела и ещё приобретёшь. Это твой знак отличия среди посвящённых. Сееркан была сдесь и всё мне роассказала. А теперь иди домой. Побудь с мамой, пока всё не закончится. Это поможет ей в следующей реинкарнации. На это время у тебя академический отпуск. Иди.
  Мама умерла через пенталис. Ангелина держала её при этом за руку. И три дня плакала потом.
  Катю рывком выбросило из воспоминаний пожилой женщины. Она держалась за полку с пергаментами так, что рука до локтя побелела. Ангелина Мелеховна повернулась к ней.
  - С тобой всё в порядке?
  Катя ошарашено затрясла головой.
  - Да, да! Всё нормально. Просто дыхание спёрло. Побаиваюсь я этих подземелий.
  Соврала она. Пожилая женщина ничего не заметила. Положила тубус на место и пошла дальше.
  Картина была не тяжёлая. Но для Ангелины Мелеховны великовата. И Катя донесла её до лифта сама. Когда она села на своё рабочее место, то подумала: "Теперь понятно, почему у неё такая реакция на подобный смех. А у Сребры, явно в роду были драконы, раз она маг. И смех у неё явно оттуда-же".
  Сегодня Катя села за чтение "Драконологии" позже обычного. Ей не давало покоя то, что она узнала об Ангелине Мелеховне. Но всё же добралась до родного кресла и открыла книжку. Закладка показала Чёрного с блёстками дракона, окружённого призрачной стаей волков. Хвостик жёлтой руны кармы, стелился параллельно плоскости картинки.
  Сегодня Ярис вышел к гостям без своей трубки. Но поставил рядом с креслом, резную, тяжёлую трость, которую иногда брал на прогулки. Осмотрев гостей, он пристально посмотрел на двоих селян, сидящих за столиком в самом углу кормильни, и воровато озиравшихся по сторонам. Тяжело вздохнул и начал.
  Много помощников у драконов. Не многие люди посвящены в их тайны. Но много людей, до сих пор считают драконов, простыми животными, и даже объявляют на них охоту, пытаясь достать лучший охотничий трофей. Кто-то охотится на них, пытаясь получить их волшебные навыки, получив в свои руки огромное могущество.
  Но у драконов есть помощники, которые повинуются даже мысли драконов. Они не только охраняют самих драконов, но и обычных граждан. Ходит среди людей легенда о Волчьем гоне Тамарис.
  Двое, за угловым столиком инстинктивно, втянули головы в плечи. А Ярис продолжал.
  Совершил человек плохое людям, не раскаявшись в этом, пусть страх сожмёт его сердце, пусть он днём и ночью, боится высунуть нос на улицу. Его будут караулить волки Тамарис возле дома. Много людей видели, как гонит по лесам и полям человека, призрачная волчья стая. Пока бежит человек, не трогают его волки. Но если упал и сдался - разорвут в клочья. Много людей пытались убежать от Волчьего гона, но убежали единицы, ставшие, после пережитого, святыми.
  Расскажу я вам сегодня о Святом Семёне Торталийском.
  Много беды принёс людям Семён. Много кого без скарба оставил. Никого не жалел. Обирал и старых, и молодых, и даже детей. Хотя и не убивал он, но многие лишились жизни через его жульничество. Некоторые умерли страшной голодной смертью. Во многих странах, осудили его, и вели поиски, чтобы предать его казни. Но Семёну было всё нипочём. Не чувствовал он вины за собой. И выследить его невозможно было. Каждый раз уходил он в другое место, где о нём ничего не знали.
  Долго скрывался он от людского суда, продолжая воровать и обманывать. Только однажды, встретил на своём пути богатую путешественницу, совершающую паломничество по святым местам Панериса, у которой было две охранницы.
  Знал подлец, что такие люди готовят себя к служению драконам и их целям. А значит должны совершать только добрые дела. И прикинулся нищим паломником, что бы путешествовать вместе. А заодно разведать, что можно украсть. Несколько мэсалис узнавал он свою новую знакомую, и её окружение. Узнал, что всё дорожное богатство женщины было в драгоценностях и небольшом количестве денег, которыми она платила своим двум охранницам. И в одну ночь, забрал всё, что было у паломницы, не оставив той даже мелкой монеты. Ограбив и двух её охранниц.
  Абсолютно спокойно ушёл он с деньгами и ценностями. Несколько дней шёл по белым пескам из Аркона. И в один из вечеров, когда Глаз Яара уже скрылся на западе, а краешек Тамарис появился на востоке. За спиной вора раздался голос.
  - Слишком беспечен ты, после всего, что сделал людям.
  Семён вздрогнул. На много кадов вокруг не было ни одного укрытия. Только ровная гладь белых песков, с далёкими барханами. Он узнал голос охранницы, охранявшей паломницу. Та её называла Талей. У неё было два коротких обсидиановых прямых меча, один из которых торчал сейчас из мешка Семёна.
  - Как ты меня выследила? И откуда появилась? За мной никто не следил?!
  Короткий смешок.
  - Мы нанялись охранять паломницу, и должны защитить её любой ценой. Ты же не спрашивал нас о наших способностях. А я всегда знаю, где находится моё оружие. Тебе надо бы покаяться, и вернуть паломнице украденное.
  Теперь усмехнулся вор.
  - Раздолбаям, не умеющим охранить своё состояние, богатства не нужны. А значит всё, что я у вас украл - моё. Да и я, сильнее вас обеих. И ты одна!
  Таля улыбнулась.
  - Многие так думали, да мало кто до сих пор так думает.
  Семён продолжал готовиться к ночлегу.
  - И сколько же человек продолжают так думать?
  Таля выпятила губки и задумчиво посмотрела на восходящую луну.
  - Ты знаешь, что-то не могу припомнить ни одного.
  Вор с ухмылкой посмотрел на охранницу.
  - Был ли хоть один, с кем ты смогла разобраться?
  - Поверь! Их было достаточно!
  Очередная ухмылка вора.
  - А прозвище Семёна Пройдохи, тебе что ни будь говорит? Не боишься сталкиваться с легендарной личностью?
  Взгляд охранницы похолодел. Огниво Семёна никак не хотело высекать искры, трут покрылся инеем, хотя белые пески ещё дышали жаром.
  - С легендарной, говоришь!? А ты не думал встретиться с ещё более легендарной личностью?
  Фигура девушки окуталась туманом. Туман окутал и меч в мешке вора. Сам же вор почуяв неладное попытался выхватить из мешка украденное оружие, но рука схватила лишь воздух. Семён развернулся к охраннице. И вместо девушки увидел чёрного дракона с обсидиановыми когтями и зубами, чешуя которого блестела мелкими блёстками.
  Он отшатнулся, и попытался отбежать подальше. И это ему не удалось сделать. Туман пополз от лап дракона по поляне, сформировав призрачные фигуры волков, уплотнявшиеся на глазах. Вот уже вокруг вора сидят одиннадцать волков, не мигая смотрящих на человека и скалящих пасти. А сверху на него смотрит большая, чёрная драконица - Тамарис.
  - Многих я испытывала Волчим гоном, да почти никто не выжил. Не может человек долго бежать. И только искреннее раскаяние человека может отменить наказание. Но люди раскаиваются из страха за собственную жизнь, а это, та же корысть.
  Зрачки Семёна расширились от ужаса. Он, обвёл волков бешеным взглядом. А драконица закончила свою речь.
  - Три раза в день, ты будешь испытывать то, что испытывали твои жертвы. Ты будешь умирать ровно столько раз, сколько людей умерло по твоей вине, и оживать снова. Каждый укус призрачного волка, будет оставлять на твоём теле рубец. И это продлится до тех пор, пока ты не умрёшь, исчерпав все до одной смерти людей умерших по твоей вине, или не раскаешься. Насколько ты выдержишь?!
  И уже к волкам.
  - Ату его ребятки! Ату!
  Семён ощутил болезненный укус за ногу, и бросился бежать. Отбежав на некоторое расстояние, он попытался осмотреть укушенное место. На ноге, выше колена образовался болезненный рубец, но крови не было. Только ткань шаровар была разорвана. Бросив взгляд в сторону преследователей, он зашёлся от ужаса, захлестнувшего его сердце. Призрачные волки были совсем близко. И тут пришло чувство голода, как буд-то он голодал уже много дней. Желудок скрутило. Семёна согнуло пополам. Он чувствовал, что кожа обтягивает кости, а внутренние органы ссыхаются и становятся маленькими. При этом всё болит, голова, зубы, ноги, руки. Каждое движение даётся с большим трудом. "Как быстро я умер" - подумал Семён.
  Но это было только начало. Это была только первая смерть. Он почувствовал болезненный укус в бок. Его подбросило на ноги. Все одиннадцать волков были здесь, а двое, рыча, грызли его бок. Семён снова побежал.
  Сколько смертей он испытал, он сбился на третий день. Но смерти - только часть наказания. К постоянному чувству голода он начал даже привыкать, а периодически чувствовал на себе удары палок и кнутов, хотя его никто не бил, людей вокруг него не было. Падая, он разбивал голову о камни, которые самым неестественным образом подворачивались на месте падения. Эти раны заживали дольше, чем раны от укусов волков. Но волчьи зубы дольше давали о себе знать. Ещё через несколько дней, он сбился с подсчёта дней, и перестал видеть и день и ночь.
  Сознание к нему пришло только на огромной песчаной косе. Призрачный гон, в полном составе, сидел полукругом, отрезая его от возможности бежать дальше.
  Не смотря на ужасную усталость и провалы в памяти, он прекрасно помнил свои мучения и все смерти, до одной. Его тело покрывали множество рубцов. Он стоял на коленях, а волки смирно сидели вокруг. "Почему они не бросаются на него? Он ведь практически сдался?!". Только тут Семён почувствовал, что его правая рука лежит на сердце - знак преданности своей вере, а губы шепчут присягу Властителям Жизни. В сердце, такая радость и свобода, что, кажется, сейчас взлетишь. А страха больше нет. Даже если бы волки набросились на него и начали рвать, он был бы рад и этому.
  - Властители Жизни! Примите душу мою, и используйте по усмотрению своему. Пусть тело моё служит вам, пока живёт. Пусть каждая реинкарнация моя, будет полезна вам. Если я нарушу эту присягу? Вверяю вам наказание моё, и мою жизнь. А так же последующие жизни, до конца времён. Аминь!
  С каждым произнесённым искренне словом, один из одиннадцати волков, подходил к Семёну и ткнувшись носом в измождённое тело, впитывался в него белёсым туманом. Пока на песке остался он один.
  Он осмотрелся. Судя по погоде, был конец старого травня. А начался гон в самом конце мэсалис водень. "Неужели прошло два мэссалис? Так долго гон не выдерживал ни один человек". С этой мыслью, в голове помутилось. Измученное тело опустилось на песок, и Семён крепко заснул.
  Когда Семён проснулся, Глаз Яара был уже высоко. В теле была лёгкость, которой он никогда не чувствовал. Голода не было. А вокруг была тишина. На глади озера, возле которого он заснул не было даже ряби от ветра, и вдали за абсолютно спокойной водой виднелись серые скалы. "Пятизерье"- подумал Семён. "Долго-же я бегал". Сапоги его были стёрты и почти разваливались. Ноги сбиты в кровь. Он снял сапоги и выбросил их в озеро, оставшись босиком.
  На песчаной косе он нашёл длинную палку и пошёл обратно, помогая себе идти палкой, опираясь на неё, как на посох. Так дошёл он до торгового тракта. По тракту дошёл сюда, в Драконий лог, где и поведал моему предку свою историю.
  Тишина в кормильне, на сей раз, продолжалась не долго. Двое селян поднялись из за стола и вышли в ночь. Вышел во двор и я. И в тишине ночи услышал, как возле конюшни тихо, говорили двое.
  - Надо идти, дело то верное. Возьмём большой куш. Дома построим. Заживём богато.
  - Кажное "верное" дело, приводит к неверным последствиям. Там тоже люди будут. Раз на раз не приходится. В конце концов, ответ держать придётся. Слышал, о чём хозяин кормильни сказывал!!?
  - Что струсил?
  - Я две войны отвоевал, трусом не был. А ты в ватаге шарился. Много ли нажил добра? И у тебя и у меня родные дома ждут. Тебя мамка и батька, меня жёнка с дитём. Чем сиротами их оставить, лучше я землю пахать буду, да честно жить. Это тяжко, да никого больше живота лишать не буду. Тяжко это осознавать, что убил человека. У них же тоже матери да отцы, дети и внуки, любящие жёны, их ждут. Они уже в земле кости парят, никто их не дождётся. А ты предлагаешь прямо на дом заявиться, и что люди своим трудом нажили в раз забрать.
  - Ну, тогда прощевай Ромей солдат. Когда свидимся, не завидуй.
  - Было бы чему завидовать. Если свидимся. Прощевай Сахон. Разные у нас дорожки вижу.
  
  
  Глаза Кати заволокло туманом. Она привычно, поудобнее, устроилась в кресле.
  Туман рассеялся, открывая просёлочную дорогу, идущую в небольшую деревеньку. От одного из довольно богатых домов отъехала телега. Телегу провожала женщина с маленьким ребёнком на руках. Здоровый, бородатый мужик, хлестнул коняку вожжами и зычно гаркнул.
  - Но! Пошёл Вороной.
  Конь чёрной масти, рьяно припустил по дороге, подняв пыль. Мальчишка в телеге радостно засмеялся. Телега, громыхая выкатилась за околицу. С холма, на встречу телеге с двумя пассажирами, шёл путник. Когда телега поравнялась с ним, бородатый возница, вдруг натянул вожжи и закричал.
  - Тррррр!
  Спрыгнул с телеги к путнику и давай трясти того за плечи.
  - Сахон! Сосед! Живой! Вернулся!
  Сахон, опустил взгляд в землю. А бородатый здоровяк продолжал хлопать его по плечам.
  -Вот мамка твоя обрадуется.
  Путник поднял глаза от земли.
  - А батька где?
  Радость от встречи с долго отсутствующим земляком, у бородатого спала.
  - Схоронили мы батьку твоего в прошлом мэрис на косень. Вот ты матери и поможешь с хозяйством. Хорошо, что ты пришёл.
  Из глаз Сахона брызнули слёзы.
  - Ничем я не смогу помочь мамке.
  С этими словами он поднял руки на уровень глаз. Рукава отъехали и обнажили обрубки. Кисти рук отсутствовали.
  Бородатый закивал головой и хлопнул себя по бёдрам.
  - Попался все-таки! Я как в воду смотрел. Стоило тебе тогда послушать меня.
  Сахон упал на колени. Слёзы градом катились из глаз, падая в придорожную пыль. Ромей, опустился рядом с соседом.
  - Нужно было мне тебя силой домой забрать. Ну, да ладно. Видел я людей, которые без рук и ног домой возвращались и хозяйство вели. И ты научишься. Я помогу. И деревня не отринет. Тебе ещё повезло, что люди наказали. Если бы попался Властителям жизни, вряд ли пришёл бы домой. Видел я, как стая призрачных волков гонит человека по полям и лесам. Нет от них спасения. Так что, ты ещё легко отделался. Ты, хоть девку свою помнишь?
  - Вилю?
  Ромей улыбнулся.
  - Её, её! Красивая девка выросла.
  Сахон опять опустил голову. И посмотрел на обрубки, торчащие из рукавов.
  - На кой я ей такой сдался.
  Ромей хлопнул соседа по плечу. И рассмеялся.
  - А это уже не тебе решать. Она, после смерти твоего батьки поселилась с твоей мамкой. И косынку повязала, как замужняя. Женат ты соседушка. Только деток пока нету. Ну да для этого руки и не очень то нужны.
  Он засмеялся и кликнул сына, который подобрал брошенные отцом поводья и пустил коня на луг пощипать травы. Парень щёлкнул поводьями и развернул телегу обратно к дороге. Мужчины забрались в телегу, и Ромей развернул её к деревне.
  - В город сынку, завтра съездим. А сегодня праздник у нас. Сосед домой вернулся. Но! Вороной. Сегодня ты отдыхаешь. Завтра поработаешь. Нооо!
  Туман снова застлал глаза Кате. И плавно развеявшись, вернул её в библиотеку.
  
  
  23. ПРАКТИКА. МИРОТВОРЕЦ ЯАР.
  
  Несколько пенталис прошло после смерти старшего Канингрема. Катерина уже и думать забыла о своей браваде по поводу приключений. Но, как выяснилось, даже такие желания сбываются и довольно быстро.
  Катя пришла на работу как обычно. Со всеми поздоровалась и села за свою обычную работу.
  Сегодня Сребра была не в духе. Эмоции начальницы читались легко. "С таким уровнем "не в духа" очень трудно оставаться спокойным". Катя видела людей в таком же состоянии. Окружающие вешались. Сребра же, спокойно работала за своей кафедрой. У них появилась новая помощница - девочка со второго курса, изъявившая желание работать в читалке. Теперь она ходила к библиотечному роботу за заказанными книгами. Но работала она только в первую половину дня, когда наплыв читателей был самый большой. Это пока, потом она будет приходить в своё свободное время. Тележки доставки пока отключили на профилактику, и заказали двух ремонтников, для их переборки и ремонта.
  Катя как всегда работала в подсобном зале. Сребра, явно, не хотела отвлекать такую хорошую работницу. Комната с документами в подвале, к которым нельзя допускать кого попало, потихоньку расчищалась, и завалы в ней приобрели какое-то подобие системы. Многие документы перекочевали на полки в подсобном зале. Некоторые, после ревизии начальницы, вернулись обратно в подвал. Особенно это касалось свитков, где говорилось о превращении некоторых людей в драконов, при большом стечении народа. И особенно, когда это происходило в Зелёной долине. Катерина никак не могла понять, что в этих документах так пугает Сребру.
  К концу рабочего дня Катя как всегда уселась на своё место под лестницей. Но Сребра тут-же сорвалась со своего места, и подошла к ней.
  - Катенька! Мне нужна помощь. Так как ты работаешь с секретами, мне нужно, что бы ты сходила в Белгород. За таким документом. Вот адрес библиотеки в Белгороде. Найдёшь там Семиру Кардаш. Покажешь удостоверение, она поймёт, что тебе нужно.
  Катя пожала плечами, положила книжку обратно в шуфляду своего стола и стала собираться. Сребра не отходила от стола. Катерина вопросительно посмотрела на неё. Было ощущение, что начальница что-то еще хочет сказать.
  - Прости, пожалуйста, но это может оказаться опасным. Семира звонила мне ещё пенталис назад. У них в библиотеке появились люди, ищущие подобные документы. Мы, несколько раз сталкивались с такими. Всегда заканчивалось плохо. Либо гибли те, кто находил документ, тогда документ просто исчезал. Либо документ спасали ценой нескольких человек, либо раненных, либо убитых. Трупы нападающих всегда исчезали. При этом часто гибли гвардейцы, охраняющие тела убитых.
  Сребра сильно нервничала. Катя ошарашено смотрела на начальницу. "Вот же, накаркала! Хотела подвигов! На тебе, подвиги".
  - И вы посылаете меня одну на такое?
  Сребра посмотрела на свою подопечную. Катю обдало холодом.
  - Тебя будут прикрывать. Мы надеемся, что всё пройдёт хорошо. И волноваться незачем.
  Катя скептически хмыкнула.
  - А если "зачем"?
  Холодный взгляд начальницы стал ещё холоднее.
  - У тебя столько силы, что мы надеемся на положительный исход дела, даже если что-то пойдёт не так. Ты уже довольно сильный маг. Но для чистоты данного дела, ты только будешь знать о своём прикрытии. Кто это будет, ты узнаешь только тогда, если что-то пойдёт не так.
  Катя опустила голову и кивнула. Взяв сумку, она вышла из библиотеки. Рамка перемещения выбросила её в самом начале улицы, и до библиотеки пришлось идти пешком. Через мер, она входила в библиотеку Белгорода, в Благодатной долине. Конструкция зала была очень похожа на зал библиотеки в Саратоне, только без второго этажа.
  Она спросила у библиотекрши за кафедрой, про Семиру Кардаш. Женщина, строго посмотрела на Катю.
  - А вы кто?
  Катя, хотела было достать удостоверение, но решила пока воздержаться.
  - Меня отправили к вам Зеленодольские.
  Женщина с сомнением смерила Катю взглядом.
  - Семира Кардаш, это я.
  Катя достала из кармана удостоверение и протянула библиотекарше. Та взяла корку, раскрыла и кивнула в сторону Кати.
  - Весьма неожиданно! Почему Сребра послала такую молодую особу? Это может быть опасно!
  Катерина проглотила комок в горле, и хмыкнула.
  - Я в курсе. Это входит в план действий. Я должна взять у вас один документ. Но сначала вы мне докажете, что вы та, за которую себя выдаёте. У вас даже бейдж отсутствует.
  Настала очередь хмыкать женщине. Но она этим и ограничилась.
  - Алеша Каримовна! Замените меня здесь.
  Сказала она громко в сторону молодой женщины, стоящей возле стеллажей с книгами. И вернула Кате её удостоверение. С Алешей они были уже знакомы. Они кивнули друг другу, и Катя пошла за Семирой.
  - Пойдёмте.
  Они прошли в подсобный зал, немного меньшего размера, нежели тот, где работала сама Катя. Но и здесь всё было очень похоже на её рабочее место. Даже мебель была точно такая же.
  Семира, сняла с полки тубус. В таких, часто, переносили древние свитки. К тубусу был прикреплён широкий кожаный ремень с регулируемой застёжкой. На ремне карман из плотной ткани. Библиотекарша вынула из этого кармана, аккуратно сложенную бумагу. Развернула её и положила на стол.
  - Распишись в получении.
  Катя взяла со стола ручку и поставила подпись, где указала Семира. Документ был аккуратно сложен и вручён Кате. Она положила его обратно в карман на ремне тубуса.
  - И здесь тоже.
  Семира взяла с полки вторую бумагу. Катя расписалась и там. Женщина с сомнением посмотрела на Катю. Которая раскрыла тубус и убедилась, что в тубусе хоть что-то есть.
  - Будьте осторожны. Библиотека хорошо охраняется. Здесь дежурят гвардейцы. Я пошлю с вами сопровождение, до вереи. А дальше вы сами. До свидания.
  Катя повернулась, и, не оглядываясь, направилась к выходу. В большом зале, она почувствовала нотки тревоги. За ней явно наблюдали. Она, остановилась, подтянула застёжку тубуса, регулируя ремень так, чтобы тубус не мешал движениям. А так же перекинула ремень сумки через голову, убрав её за спину. Из-за стеллажа вышел широкоплечий мужчина и направился к ней. Но, не дойдя до неё, свернул к двери и вышел из зала. Источником тревоги был не он. Тревога исходила от столиков с немногочисленными читателями. Тревога вдруг резко усилилась. Катя оглянулась по сторонам и увидела, что из подсобного зала вышел мужчина с точно таким же тубусом. Он прошёл мимо неё и вышел из библиотеки. Катя направилась следом.
  Выйдя на улицу, она уже почувствовала полноценную тревогу. Широкоплечий, стоял на алее, возле выхода на улицу, и разговаривал по мобильному телефону. Катя прошла мимо него и намеревалась уже пересечь тротуар, по направлению к верее. Как почувствовала ощутимый толчок сзади, и, сгруппировавшись, перекатилась через плечо и назад, инстинктивно прижавшись к ограде. Сначала она не обратила внимания на сухие хлопки, совсем рядом. И только подняв голову, увидела нависший над тротуаром, чёрный квадроскорт. Широкоплечий стрелял по нему из пистолета. Через дорогу, лежал ничком мужчина с тубусом, возле вереи. К нему спускался второй чёрный квадроскорт.
  Из окон квадроскорта торчали стволы автоматов и пистолета. Один из автоматов повернулся к Катерине. Катя перекатилась от стены. И по стене, где она только что лежала, прошлись пули, выбивая из покрытия фонтанчики пыли. Широкоплечий упал и стал отползать за ворота библиотеки, когда на чёрные квадроскорты спикировали ещё два серебристо-серых. Гулко резанули по ушам автоматные очереди и сильный хлопок. Автомобиль, опустившийся за дорогой, вдруг упал и взорвался, а тот, что был над Катериной, завис в полуметре над тротуаром. Из него, выпрыгнули два здоровенных типа, в облегающих костюмах с закрытыми лицами. Катя перекатом ушла дальше и вскочила на ноги. Один из нападавших побежал за ворота, куда отполз раненый широкоплечий, второй направился к Кате, поднимая руку с оружием. Она метнулась к нападавшему, нырнула к нему под руку, одновременно, захватывая в замок предплечье противника. Рука пошла вниз и назад за спину. Грохнул выстрел, и оружие полетело по асфальту, к зависшему квадроскорту. Здоровяк попытался перехватить инициативу, но Катя, уже всадила пятку в колено поворачивающегося к ней чёрного, одновременно не отпуская завёрнутой назад руки. Раздался хруст и здоровяк полетел на тротуар. Неестественно вывернутая нога доказывала, что Катерина всё сделала правильно. Тот попытался встать, но Катя почувствовала опасность от квадроскорта, и с перекатом ушла вперёд, заслоняясь здоровяком. Тело в чёрном, несколько раз дёрнулось, и обмякло, распластавшись на асфальте. Чёрный квадроскорт рванул вверх, мимо двух серых, один из которых, рванулся следом. Второй серый, спикировал на центр улицы. Из него выскочили трое в серо-жёлтом камуфляже с оружием. Катя, не долго думая, вскочила и перебежала за ворота библиотеки. Широкоплечий лежал не шевелясь. У него в ногах, лежал второй в чёрном. Катя подобрала оружие чёрного, выпавшее у того из рук, и, запрыгнув за колонну ворот, приготовилась обороняться. Только тут она почувствовала, как в спину впился тубус, "синяки останутся" подумала она, направляя пистолет в сторону входа. Напряжение росло.
  - Только не стреляй!
  Услышала она мужской голос.
  - Мы твоё прикрытие.
  Катя опустила ствол и вышла из-за колонны. Но чувство опасности не отпускало. Над ней мелькнула большая тень. Катерина подняла голову, и увидев чёрный квадроскорт, на вскидку высадила в него оставшиеся в обойме патроны, целясь по раздвинутым колёсам и открытым окнам. Трое на дороге, тоже не ждали, пока что-либо произойдёт, и открыли по авто огонь из автоматов. Машина накренилась и упала на землю, ка в десяти от Кати. Всё затихло. Только на другой стороне улицы, горел взорвавшийся автомобиль, сильно воняло горелым мясом. Чувство опасности схлынуло. И Катя подумала: - "Какая же опасная эта проклятая история. Дёрнуло же меня пойти именно на истфак".
  К ней подбежали двое в камуфляже. Один занял оборонительную позицию, осматривая улицу и небо. А другой стал осматривать Катерину.
  - С тобой всё впорядке?!
  Катя сунула ему в руку пустой ствол.
  - Спина от тубуса болит. Синяки будут. Помоги лучше, вон ему.
  И показала в сторону широкоплечего, на рубашке которого проступили большие красные пятна.
  - Если бы не он, то я точно уже никуда бы отсюда не пошла. Может если только в больницу?
  Третий, подбежал к упавшему квадроскорту, и вытаскивал из него людей в чёрном, заковывая их в наручники в паре с кандалами. Те были без сознания. Катю начало трясти. Она только теперь осознала, что стала участницей перестрелки, в которой могла погибнуть. Она без всякого сожаления, действуя на полном автомате, стреляла в людей, и прикрывалась ими от стреляющих в неё. Катя облокотилась о колонну и сползла по ней на землю. Она плохо слышала суетящегося возле неё спецназовца, перед глазами всё поплыло. "Вот тебе и приключения и перестрелки". Подумала она проваливаясь в темноту.
  Пришла в себя она в салоне автомобиля. Мужчина с автоматом и в камуфляже держал перед её лицом пузырёк с резко-пахнущей жидкостью, поддерживая её за спину. "Казарин" подумала она, и затрясла головой, отталкивая руку с пузырьком. Из-за спины первого раздался густой бас.
  - О! Героиня, пришла в себя.
  Катя вопросительно посмотрела на прячущего пузырёк в аптечку спеца. Тот взглянул на неё и усмехнулся.
  - Да, да, дорогая! Если бы не ты, то и нас бы положили и трупы ушли бы. А так мы ещё и пленных взяли. Всё уже убрали чистильщики, и пленных увезли. Катя вышла из авто, та плавно качнулась, вися над асвальтом.
  - Мне нужно доставить документ!
  Стоявший немного дальше, обладатель густого баса, рассмеялся.
  - А дифирамбы послушать, а благодарность от спасённых принять. Если бы не ты, то мы сейчас лежали бы тихонько посреди этой улицы. И нас бы грузили чистильщики в свой фургон. Так, что мы обязаны провести тебя до самого сейфа, в который ты спрячешь свой бесценный документ. Даже если приказ нарушим.
  Катя вспомнила о широкоплечем и мужчину со вторым тубусом.
  - А где мой спаситель и тот парень со вторым тубусом?
  Тот, что приводил её в чувство, помрачнел.
  - С тубусом - мёртв. Положили одной пулей. Снайпер работал. А Толян выжил. Получил три пули из пистолета. Мышцы спасли. Ни одна не дошла до жизненно важных органов.
  Катя заинтересованно посмотрела на спеца.
  - Так он, из ваших!? Передайте ему, огромное спасибо. Он мне жизнь спас!
  Через портал, Катя прошла без проблем. Оказавшись перед входом в универовский парк, она вздохнула свободнее. Но чувство опасности, схлынувшее в Белгороде, снова кольнуло неприятной иголочкой. Катерина твёрдым шагом направилась к входу в библиотеку. Через парк она прошла спокойно, только возле дверей библиотеки оглянулась. Над деревьями мелькнул чёрный автомобиль. Чувство опасности усилилось. Шагнув в зал, она подумала:-"Да что же это такое?! Когда это всё закончится?". Чувство опасности взвыло с новой силой. Катя напряглась. Но теперь, уже привычная к стрессу энергия, разлилась по телу теплотой. Зрение обострилось, контуры мебели и людей стали чётче, даже в самых тёмных углах, легко читалось движение. Сребра сразу заметила её и начала вставать со своего удобного кресла.
  Резкое движение за стеллажами, привлекло внимание Кати. Один из ремонтников упал на пол с ножом в груди. Второй вытащил из чемодана с инструментами маленький автомат и рванулся к ней. Но как-то медленно, как будто продираясь сквозь густую жидкость. Так же медленно он поднял оружие, целясь в неё, и нажал курок.
  Катя видела всполохи, вылетающие из ствола автомата, как в замедлении. Пули летели так же медленно. Она просто отошла в сторону, и побежала, навстречу ремонтнику, с удивлением и какой-то безумной радостью обходя, медленно летящие, пули. Подбегая, в плотную, к стрелку, она присела под руку с автоматом и нанесла сильный удар ладонями в грудную клетку стрелявшего.
  Ноги парня, оторвались от пола, а голова склонилась к туловищу, автомат вырвало из руки. Его тело выгнулось дугой. На какой-то момент, Кате показалось, что всё вокруг замерло. Завис кувыркающийся в воздухе автомат. Выгнутое дугой тело парня в спецовке, тоже не двигается, вылетевшие из автомата пули никуда не летят, а перед ними, и вокруг них волна уплотненного воздуха не даёт им двигаться дальше. Она оглянулась. Посреди зала, где она только что стояла, висел в воздухе тубус с "бесценным документом" с разорванным ремнём. Рядом зависла сумка с ремнём, выдранным из самой сумки. "Такого просто не может быть"- подумала она.
  И тут всё изменилось. Тубус с сумкой, рухнули на пол, пули врезались в стену библиотеки, автомат упал к её ногам, а парень грохнулся о стену в трёх ка за стеллажами. У Кати побелело в глазах, ноги подкосились, и она упала прямо на автомат, лежащий возле её ног.
  
  Очнулась Катя в подсобном зале, на диване. Двигаться не хотелось. Даже веки сами опускались, не давая посмотреть в окно. "Что там? День, или уже ночь? Да какая, в принципе, разница. Ты живая, и относительно здоровая. Чего ещё надо?". Глаза она всё же открыла. Тубус и сумка с разорванными ремнями лежали на её рабочем столе. " Чего же там, в этом проклятом тубусе такого, что на меня было совершено два нападения за день. Может быть Сребра отдаст её на расстрел гвардейцам, но она должна узнать, ради чего так рисковала".
  Глубокий вздох. Она почувствовала, как с воздухом вливаются новые силы. Энергия медленно разливается по телу, неся с собой облегчение и желание двигаться. За большой полкой послышались голоса Сребры и Ангелины Мелеховны.
  - ... невозможно так двигаться.
  - Ну, почему же. Были случаи, когда люди так быстро передвигались. Но вот что это, аллюризм, или безвременье?
  - В основном был аллюризм. Случаев безвременья, может, и были, но спонтанные, и не доказанные. Повторить-то никто не смог?! Даже на те, крохи времени, что были зафиксированы. И расстояние! Расстояние! До сих пор передвижение в таком состоянии было зафиксировано только на очень малые расстояния, три - четыре ка, не больше. А Катя пробежала тридцать ка. Да ещё и ударила его так, что у него все кости переломаны. Как только выжил?
  Последовала недолгая пауза, и Сребра задумчиво произнесла.
  - До сих пор, полноценно могли так двигаться, только Маара и Серогор. Остальные драконы на много реже используют подобное и с очень малой продолжительностью.
  Дальше Катя уже не слушала. Она тихо встала, подошла к столу, и вскрыла тубус. Там лежал свёрнутый в трубку пергамент. Вытащив старую бумагу на свет, она развернула её на столе. На уголок пергамента, красивым шнуром с кисточкой, был привязан герб. На старом лоскуте кожи, еле заметно, была выгравирована эмблема Союза свободных городов. "Как, интересно, этот пергамент попал в Белгород?". Документ был написан от руки - старым шрифтом. Катя ещё раз взглянула на полку, за которой разговаривали Сребра и Ангелина Мелеховна, и углубилась в чтение.
  
   МИРОТВОРЕЦ.
  Обвинил, как то Баадер Светлый - правитель Благодатной долины, Союз свободных городов, в поставках гнилой пушнины на ярмарки в свои селения. Страшную обиду нанёс лесным охотникам. Решили тогда свободные города - ВОЙНЕ БЫТЬ. Возглавил войско, воевода славного города Болотона -. Сигурд Зелёный.
  Много кадов прошло войско. Много Мэсалис, прошли кони. Двадцать тысяч воинов в доспехах, прошли через Пятизерье, и вошли в Зелёную долину. Разведчики доложили, что на встречу нам, вышло семнадцать тысяч воинов Благодатной долины. Два войска всретились на изгибе реки Сура, возле поселения Астер. Два дня мы обменивались свитками, два дня стояли войска напротив друг друга, готовые в любой момент сорваться в бой. Но битве не суждено было свершиться.
  Вечером, второго дня, когда Глаз Яара уже клонился к закату, на дороге, между войсками появился путник. Он размеренно шёл по дороге Со стороны Благодатной долины. И казалось, совсем не замечал, ни лязга оружия, ни многоголосого шума производимого рыцарями.
  Не стерпел Сигурд такой наглости и дал команду к бою. Пришло в движение многотысячное войско, и покатилась лавина воинов на лагерь благодатных. Напряглись воины Баадера и приготовились всретить железом, накатывающееся войско.
  Только застыло войско Сигурда, упали на колени воины Баадера, опустив оружие. На дороге вершилось чудо. Путник начал расти, и достик размеров гиганта. Гигант стал обрастать доспехами, а его посох превратился в меч. За спиной гиганта развернулись огромные белые крылья, сияющие ослепительным светом. Крылья подняли гиганта над полем. И Раздался громовой голос.
  - Много Меэриссо на этой земле не пролилось ни капли крови. Вы хотите нарушить эту традицию?! Говорите!! Я хочу слышать слова ваших военачальников. Вышлите их сюда, ко мне.
  Прошло немного сен и от скоплений рыцарей с разных сторон отделились две фигурки воинов. Они подошли к воспарившему гиганту. Баадер преклонил колено и голову. Его слова разнеслись над притихшими войсками.
  - О, повелитель жизни. О, великий Яар. Не хотел я вести войска сюда. Но ещё меньше, хотелось мне всречать супостата в Благодатной долине, и поливать кровью Благодатные земли. Прости своего сына за неверие в твоё заступничество.
  И склонился ещё ниже. Сигурд же не просто остался стоять, но и рассмеялся.
  - Никогда мы, свободный лесной народ не поклонялись древним ящерам. А за Зелёным дракой, в леса, до сих пор, ходят охотники.
  Над полем разносилось каждое сказанное слово.
  Рассмеялся крылатый гигант.
  - Что же до сих пор никто не добыл голову Зелёного дракона. Насколько я знаю, многие люди, особенно лесные охотники, уважительно относятся и к Зелёному дракону и к его учению. Даже в твоём войске, у многих, твои слова вызвали большое негодование. Негоже не уважать то, с чего живёт твоё государство.
  Возмутился Сигурд.
  - Так за тем и пришли мы сюда. Обвинил нас Баадер в поставке гнилой пушнины. Не заплатил, отправив товар обратно. Вот и сгнил товар в длинной дороге. Нечем нам платить охотникам, стрелявшим пушного зверя в лесах! Вот и пришли мы взыскать долг.
  Гигант возмущённо взмахнул крыльями.
  - Не замечал я за Баадером лжи. И, склонен верить ему. А караван ваш с пушниной, сильно смердел, проходя по Зелёной долине. Так, что стоило вам разобраться у себя, прежде чем посылать войско так далёко. Ваш товар был порчен, прежде чем выйти из ваших лесов. Возвращайтесь кА вы домой. Негоже проливать кровь, не разобравшись в себе самом.
  Страшно возмутился Сигурд, словами Яара великого. Выхватил он меч и бросился на Создателя Жизни, стараясь дотянуться до доспехов гиганта.
  - Не получается Зелёного дракона достать, так я твою голову в горнице повешу!
   Только не получилось у него ничего. Бросился наперерез ему Баадер, вытаскивая свой меч. Звякнули клинки над полем.
  - Ах ты, ящеропоклонник проклятый.
  Вскричал Сигурд. И завязался поединок военачальников. Сигурд сильный воин, но Баадер и почти все его воины проходили науку владения оружием в Зелёной Долине, в воинском поселении Мерива. Самые лучшие воины выходят оттуда. Выбил он меч из рук Сигурда и далеко отбросил его в сторону. Положил свой клинок ему на плечо. И спрашивает крылатого гиганта.
  - Что делать с неверием таким, о, великий?
  Громогласно возвестил Яар тогда.
  - Пусть уходит войско проигравшего поединок. Отныне спорные вопросы, будут решаться поединком сильнейших воинов. Неповиновавшийся суду поединка, будет наказан проклятием драконов на свой род. До первого праведного и бескорыстного поступка в роду.
  Разошлися войска. Не состоялась великая битва. Зато узрели люди бескорыстие и великую веру в правителе Благодатной долины Баадере. А путник пошёл дальше, приняв свой первоначальный облик.
   Составил пергамент, Рассел Зверолов.
  
  Катя разогнулась над столом. И задумчиво смотрела на стеллаж, за которым до сих пор разговаривали Сребра и Ангелина Мелеховна. Она свернула пергамент и забросила его в тубус. Плюхнулась в своё кресло и закрыла глаза. "Что же в этом документе такого, что на меня дважды за несколько меров, было совершено нападение?".
  Услышав скрип кресла, из-за стеллажа вышли женщины. Сребра с сомнением посмотрела на свою подопечную.
  - Очнулась? И сразу за работу?!
  Тут она увидела открытый тубус.
  - Прочитала?!
  Катя кивнула.
  - Ага. И хоть расстреляйте, не пойму, зачем в меня из-за этой бумаги, стоило стрелять. А тем более, вообще убивать людей!?
  Сребра вытащила из тубуса пергамент и пробежала глазами по древним рунам. Свернула и положила его обратно. Молча постояла, барабаня по тубусу пальцами, словно о чём-то раздумывая. Потом, повесила его на плечо, придерживая разорванный ремень рукой.
  - Ангелина Мелеховна, пожалуйста, посвятите младшего работника в эту тайну.
  Пожилая женщина с недоверием посмотрела на начальницу. Сребра - же, махнула рукой.
  - Я думаю, что девочка заслужила знать, ради чего рисковала.
  Ангелина Мелеховна отвела взгляд и спросила.
  - И про вас рассказывать тоже?
  Сребра выпятила губы, раздумывая над вопросом, и после небольшой паузы ответила.
  - Думаю, пока не стоит. Узнает позже. Всему своё время.
  С этими словами она направилась к лестнице, ведущей в подвал. А Ангелина Мелеховна, придвинула табурет к столу Кати и села. Катя посмотрела на пожилую женщину. Та сняла очки, протёрла их специальной салфеткой и одела снова.
  - Ты знаешь Катенька, что драконы бессмертны. Но это не совсем так. Дракона можно убить, или лишить его энергии.
  Катя подалась вперёд.
  - Догадываюсь. Соответственно сильно ослабив энергетику всей планеты и людей на ней.
  Пожилая женщина, не зная о снах Кати, с удивлением посмотрела на неё. Но продолжила.
  - А, что бы это сделать, нужно время, что бы выследить его, подготовить всё для пленения и убийства. Это, всё-таки, достаточно сложно.
  Катя хмыкнула.
  - Смотря чем убивать. Даже в нашем мире есть клинки способные серьёзно ранить дракона. Они часто попадаются в старых пергаментах. Их, по-моему, пять, или семь.
  Ангелина Мелеховна, уже строго посмотрела на младшего работника.
  - Такие тайны, должны отаться тайнами, милочка! Поэтому многие пергаменты, мы и прячем в библиотечных хранилищах.
  Катя нетерпеливо подалась ещё вперёд, почти ложась на стол.
  - Но, причём здесь, именно этот документ? В нём, нет никаких упоминаний об оружии, способном убить, или поранить дракона?
  Женщина улыбнулась.
  - Терпение милочка. Терпение! Зато есть, хоть и не гласно, намёк на то, при каких обстоятельствах драконы появляются на людях.
  Катя скептически отпрянула от стола, ложась на спинку кресла.
  - Драконы не появлялись при людях, уже много меэриссо. Либо их перебили, либо они улетели? И скоро нас ждёт упадок и одичание, либо смерть всего людского рода.
  Теперь хмыкнула Ангелина Мелеховна.
  - Ты милочка встала на путь, на котором тебе откроется множество тайн. Даже таких, о которых и легенд не слагали.
  Катя, устало покачала головой. И с сарказмом произнесла.
  - И мы, историки, стараемся защитить эти тайны, в надежде на то, что Властители жизни ещё появятся?
  Катя вспомнила про инцидент в подвале, с воспоминаниями самой Ангелины Мелеховны. Пожилая женщина с улыбкой качнула головой.
  - Можно и так сказать! Ты помогла точно узнать, кому ещё нужны эти тайны. И мы все тебе очень признательны. Хотя это было известно уже очень давно. Это старые враги драконов - пираты. Но вот методы их сильно изменились. Совершенно новая организация.
  Катя ощутила жуткую усталость. И, стала выкарабкиваться из своего кресла. Взяла со стола сумку.
  - Хорошо. Я поняла и уяснила, всё, что хотела узнать - узнала. Спасибо за объяснения. Но нужно идти домой и хорошенько отдохнуть.
  Ангелина Мелеховна, посмотрела на неё скептически.
  - Мы хотели бы, что бы ты переночевала, пока здесь. Нам нужно убедиться, что действительно всё закончилось. Твою маму я уже предупредила. Ложись на диван и ни о чём не беспокойся. Твою маму тоже будут охранять. С ней ничего не случится.
  Катя устало кивнула, бросила сумку на стол, и поплелась к дивану. Через четыре сена, она даже не почувствовала, как пожилая женщина укрыла её одеялом, как пришла из подвала Сребра, и как две женщины долго беседовали за стеллажом.
  
  Проснулась Катя, когда Глаз Яара был уже высоко в небе. За стеллажами шуршала чем то Ангелина Мелеховна. Чувствовалось, что она старается не шуметь. Катя села на диване. Кто-то раздел её, аккуратно сложив её вещи на кресло. Она точно помнила, что когда проваливалась в сон, была полностью одета.
  Катя потянулась. Выспалась она просто замечательно. Она встала и начала одеваться. Выглянувшая из-за стеллажа пожилая женщина, с облегчением вздохнула и вышла к Кате.
  - Проснулась наконец-то, оказывается, очень тяжело стараться не шуметь.
  Катя весело взглянула на свою пожилую сотрудницу.
  - Ну, пол дня потерпеть можно было. Я думаю, не сильно вас напрягла.
  Ангелина Мелеховна серьёзно посмотрела на неё поверх своих очков.
  - Ты проспала почти трое суток.
  Катя прикрыла рот ладонью.
  - Не может быть?! Мама знает?
  Женщина кивнула.
  - Мы предупредили её, что с тобой всё впорядке.
  Из-за стеллажа тихонько выглянула Сребра. Увидев проснувшуюся подчинённую, вышла, и уже не пытаясь не шуметь, спросила.
  - Выспалась?
  Катерина молча, и ошарашено закивала в ответ. Сребра села на диван и продолжила.
  - Как себя чувствуешь? Готова снова в бой?!
  Катю как прорвало. Она в сердцах грохнула ладонью о стол.
  - Будь она неладна, ваша история. Я всегда думала, что история связана с тишиной кабинетов и читалок. Ну, в крайнем случае, с романтическими выездами на места раскопок. Но вместо этого, я занимаюсь расследованиями, помогая инспекторам гвардии, и рискую жизнью. Стреляю в тех, кто хотел убить меня. И самое странное, воспринимаю это как должное.
  Сребра строго посмотрела на подчинённую и улыбнулась.
  -Да! Ты полностью права. История это в основном читалки и кабинеты. Те, кто в них работает, пишут реальную историю, ищут утерянные, или забытые факты, внося их в тонкую вязь исторических событий. Но есть люди, которые хотели бы переписать всё заново, сделав реальность посмешищем, извратить происходящее, сделав героями тех, кто сейчас считается преступником, получив огромную власть и полную безнаказанность. Грабя и убивая тех, кого они сами сочтут нужным для самих себя.
  Она хмыкнула.
  - Ты скажешь, что драконы тоже убивают?! Будешь полностью права! Но драконы никогда не гнались за властью и наживой. Они принцип ответственности людей за самих себя, принцип кармы. Они ответственны за всю планету. И, на сколько я могу судить по собранным документам, ещё ни один невиновный не погиб от лап драконов.
  При этих словах начальницы, Ангелина Мелеховна как-то напряглась, но потом снова пришла в своё естественное состояние. Катя просто мельком отметила этот эпизод. А Сребра продолжала.
  - Кому-то эти знания нужно защищать, и мы, те самые защитники этих знаний. Так что, не сметь капризничать! Мы все на передовой линии в этой войне. Именно нам досталась магия этого мира. То, на что способны мы, не способен ни один человек. Кому, как не нам защищать их и наше знание. А теперь о главном.
  Она сделала паузу.
  - Те, кто напал на тебя - пираты. Драконы боролись с ними много меэриссо, но так и не смогли вывести эту заразу с планеты. Результат твоей маленькой перестрелки - три базы пиратов, ликвидированных сегодня утром.
  Катя опустила голову и плюхнулась в кресло, закрыв лицо ладонями. И с надрывом произнесла.
  - Я какой-то демон. Вокруг меня гибнут люди. Будь проклят мой дар. Как он появился, вокруг одна жестокость и кровь.
  Сребра подошла к Кате и мягко притянула её голову к своему животу. Поглаживая свою подопечную по растрёпанным от сна волосам, тихо проговорила.
  - Такова наша плата за ответственность богов этого мира. Иди домой, ничего не бойся.
  Катя немного успокоилась. Но переспросила.
  - Точно могу идти? В Белгороде, среди студентов был наблюдатель. Я его почувствовала.
  Сребра, мягко взяла голову Кати ладонями и посмотрела ей в глаза.
  - Гвардейцы перехватили твоего наблюдателя. Для врага, ты осталась простым курьером, которому очень сильно повезло. Иди, не переживай. У тебя выходные - три дня. Только если понадобишься Сивцову, придётся поработать. Но он же тебя не сильно напрягает?!
  
  24. СНОВА СНЫ.
  
  В эту ночь ей приснилось продолжение самого первого сна, когда Тимирью убил чёрного мага. Она почувствовала, что что-то произойдёт ещё не дойдя до постели. А когда легла, мгновенно провалилась в своё видение.
   Тимирью устало, как старик поплёлся по красновато синей траве, к огромному валуну, рядом с которым проходила дорога. Он еле плёлся, чувствуя, как приближается, что-то неотвратимое, способное перечеркнуть всю его жизнь. "Жизнь, конечно! Ну и пёс с ней! Но что-же я забываю? Что-то очень важное. Нужно передать планету достойному управителю. Это конечно! Не то! Не то! Что-то важнее самой жизни. Во сто крат ценнее. Сердце дракона сжалось в комок. Саатом!!! Бедная Саатом!! Я совсем забыл о ней. И о дочке! Как же они останутся без меня. Бедная Саатом, она не переживёт моё отсутствие."
  Занятый этими мыслями Тимирью не заметил, как дошёл до камня. Взобрался на него и сел, скрестив ноги, приготовившись ждать. Настроился на ближайших к нему обитателей планеты. Их было не много. Дракон стал сканировать их ментально. Друг за другом, не пропуская ни единой, даже мелкой эмоции и мысли.
  Так прошло три дня. Тимирью сидел на камне, не двигаясь, как камень. Среди попавшихся ему людей, выделялся один. Благородные мысли, умеет любить, без ума от своей жены, предан семье, скромен. Но, при всём этом мудр и справедлив. Люди его не понимают, но он абсолютно чувствует правильность, или не правильность содеянного. Если бы не любящие его жена и дети, это было бы проклятием. Все люди обходят его стороной, не понимая, считая его юродивым.
  Тимирью послал ментальный приказ, явиться к камню, на котором он сидел. Очистил мозг от мыслей и замедлил метаболизм. По дороге каждый день сновали люди, останавливались передохнуть под камнем. Но так никто и не заметил на камне дракона. Так прошло ещё четыре восьмидневки. (Катя изумилась: У нась пять дней - пенталис. А у них восемь.) Когда к камню подошёл человек в кожаном плаще и шляпе, с котомкой за спиной и большим посохом в руке. Человек прислонил посох к камню и стал карабкаться на камень. Когда человек предстал перед Тимирью, Сэрон уже клонился к закату.
  Тимирью открыл глаза и указал ими человеку на ровную каменную площадку перед собой. Мужчина сел, скрестив ноги, как и дракон. Их взгляды встретились. Оба снова застыли. Огромные знания драконов потекли рекой в мозг человека, что бы спокойно улечься в дживе, дожидаясь того момента, когда понадобятся новому господину.
  Пришло утро. Посветлело, и Сэрон показал свой огненный бок из за гор. Мужчина стряхнул оцепенение. По шеке его катилась слеза. Он наклонил голову, и закрыл лицо ладонями.
  - Зачем, за какие грехи, ты наградил меня этими знаниями? Такая ответственность по плечу только богам. Как я, слабый человек буду тащить этот воз на своих плечах?
  Тимирью встал и посмотрел на восходящий огненный шар.
  - Ты уже не совсем человек Орис. Изменения ты почувствуешь. Придётся поболеть. Ты проживёшь много меэриссо. Ты практически бессмертен. Ты полубог этой планеты. Тебе придётся пройти огромный путь, что бы стать Богом, и нести ответственность за эту планету - она твоя.
  Орис встал, и тоже посмотрел на восходящий Сэрон.
  - Это значит, что я переживу и свою любимую жену и своих детей!? Забери эти знания! Забери их!!! После смерти жены, я сам стану искать смерти, подвергая опасности всё живое на этой планете.
  Тимирью улыбнулся.
  - Я оставил тебе лазейку, которой сам не смогу воспользоваться. Ты сможешь сделать бессмертным одного человека. Кого сам сочтёшь нужным. Я этого сделать не смогу для себя. Мне придётся оставить в этой вселенной самое любимое мной существо - любимую женщину. Она просто не переживёт такой тоски. И остаться я не могу. Моя миссия закончена. Меня ждёт развоплощение, оно уже близко. Так близко, что я даже ментально не успею дотянуться до неё. Что бы попросить прощения за мой уход.
  Орис почувствовал такую острую тоску, что готов был сброситься с камня вниз головой. Но всё быстро прошло. Он повертел головой. На камне стоял он один. Только обрывки белёсого тумана уносил от камня утренний ветер.
  Проснувшись, Катерина решила, что обязательно на этих выходных посетит Чёрный город, или Город чёрных статуй - Благодольск.
  !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
  
  25. ПРАКТИКА. ЧЁРНЫЙ ГОРОД.
  
  
  Катя вышла из рамки перемещения, лицом к зелёному холму, на котором виднелся небольшой домик, над которым нависли четыре огромных дуба, откидывающих тень на домик и двор. И ей сразу вспомнился свиток о Леокордии. "Тут жили три дракона. И никто не догадывался об этом. Правда Леокордия, не была тогда драконом." Она пошла по холму к дому.
  Домик не выглядел покинутым. Грядки за плетнём были ухожены. На них росли цветы и травы, явно лекарственные. На стене домика висели небольшие вязанки трав. И по двору разносился не вобразимый аромат, дающий силу всему организму. Что-то вроде поляны Старого Мехлиса. Возле двери дома, на лавочке, к верху брюхом, развалился чёрный кот. По плетню, к входу во двор шла трёхцветная, чёрно - бело - рыжая, пятнистая кошка. С другой стороны холма, паслась корова и несколько коз. Дальше во дворе, были грядки с картошкой, тыквами и прочими продуктами.
  Сзади раздался резкий гортанный звук и хлопанье крыльев. Катя резко обернулась. Из кустарника выбрался здоровенный, пёстрый, гусь. Он гортанно кричал и хлопал крыльями. Сзади, теперь уже от дома, Катя услышала приятный женский голос.
  - Не бойся девонька, он не щиплется. Только хорохорится. А так он добрый.
  Катя повернулась к дому. На пороге стояла красивая женщина в простой юбке и вышитой рубахе. Катя посмотрела на руки женщины, они были ухожены, и кожа была мягкой. Босые ноги женщины тоже были ухожены, ни сухости, ни мозолей, и кожа на них тоже на вид мягкая и гладкая. На шее женщины было ожерелье - цепочка из металла, отсвечивающая зелёным с амулетиком - маленькой, темно-зеленой, драконьей чешуйкой.
  Катя обратила внимание на тропинку, ведущую к дому. Она была выложена деревянными кругляками, большими и малыми, пересыпанными мягким, речным, песком. Крыша домика, крыта толстым слоем камыша. Над трубой вьётся дымок, и вкусно пахнет хлебом. Катя перевела взгляд на женщину.
  - Здравствуйте. Теперь вы хранительница Города чёрных статуй?
  Женщина ухмыльнулась.
  - А чего их хранить то!? Столько меэрис простояли, только пылью покрылись. Простоят ещё столько. А камень домов, давно сросся друг с другом. Так, что хранить тут нечего. Само прекрасно храниться.
  Женщина посмотрела на Катю искосо.
  - А ты, видать, не проста!? И не просто так пришла сюда!? Откуда пожаловала к нам?
  Катя опустила взгляд на тропинку.
  - Из Саратонского исторического универа.
  Женщина смотрела на Катю уже прямо.
  - И кто же тебя обучает, такую непростую? Старх или сам Ярис Матвеевич?
  Катя улыбнулась.
  - И Старх, и Ярис Матвеевич, и Сребра Ярисовна.
  Женщина в удивлении, или в шутку качнула головой.
  - Эк на тебя, болезную насели. Скопом! И не жалко такую молоденькую девчушку!? Ну, раз появилась здесь, наверно не просто так! Да и о Хранительнице, явно знаешь. Проходи в дом. Чайку из кипрея попьём. А потом и по городу пройдёшься.
  Катя, проходя мимо лавки, не удержалась и погладила чёрного, с лоснящейся шерстью, кота. Тот блаженно мурлыкнул и повернулся к руке Кати другим боком. Катя прошлась рукой по мягкой шёрстке ещё раз.
  Зайдя в дом, Катя отметила, что в комнатах чистенько, в красном углу, на полочке две статуэтки Яара и Моон. Женщина замужем. Но мужчины в доме не было. Не было и детей. Посреди большой комнаты стояла печь, из которой и несло свежеиспечённым хлебом. Катя инстинктивно сглотнула. Женщина достала из печи противень с двумя большими буханками. Поставила его на стол и накрыла домотканым рушником. Поставила на подставку полностью металлический чайник и ухватом протолкнула его на угли. Всё это было проделано быстро и без суеты. На столе появились чашки и заварной чайничек из о божжёной глины. И такие же блюдца. Очень тонкой работы. Казалось, что неправильно возьмёшь и оно поломается в руках. Чайничек и чашки с ажурными ручками и тоже тонкостенные. На чайничке плотно закрывающие его крышечки, на горловине и на носике. Катя невольно засмотрелась на искусную работу.
  - Красиво?
  Женщина стояла возле стола и с улыбкой смотрела на Катерину. Катя кивнула. Женщина отвернулась к печи. Катя присела на плетёный стул. Даже не стул, а кресло. Мебель в комнате была вся плетёная и чудно сочеталась с интерьером.
  - Муж мой - мастер на такие изделия. У него лавки во всех крупных городах Панериса. Вон в сарае мастерская. А во дворе за домом, большая тигельная печь для обжига. Правда последнее время он всё реже работает в мастерской. Открыл свою школу по промыслу. Обучает молодёжь. И в лавках его работ становится всё меньше. Всё работы его учеников.
  В печи вскипел чайник, и комната наполнилась мелодичным свистом. Женщина достала чайник из печи, и сняла с носика глиняную свистульку, через которую вырывалась струя пара. Одела на руку тканую рукавицу и налила кипяток в заварочный чайничек. Выставила на стол сахар и мёд. По комнате распространился аромат кипрея и мёда.
  Женщина села напротив Кати и мягким голосом произнесла.
  - Ну а теперь давай знакомиться. Меня зовут Селина.
  Катя, всё ещё осматриваясь вокруг, не сразу ответила.
  - Меня Катя.
  Селина отвернула край рушника с буханки хлеба и большим ножом ровненько нарезала хлеб. Отложив горбушку в сторону. Разложила хлеб на большое блюдо, тоже глиняное. Катя недоумённо спросила.
  - У вас вся посуда такая?
  Селина пожала плечами.
  - Конечно. То, что сделано своими руками, для своей семьи, самое полезное. Да и меняется всё постоянно. Что-то бьётся, что-то продаётся. Радостной энергетикой всегда приятно делиться. Пусть эта посуда напитавшая счастье этого дома поможет кому нибудь в его семейной жизни. А муж ещё сделает. Или младшенькая моя, вон её работы стоят в красном углу.
  Катя посмотрела на статуэтки драконов. "Действительно, как живые. Кажется, что сейчас начнут двигаться". От них веяло теплотой и любовью.
  - Действительно необычная работа. А почему, вы сразу решили, что я не простая посетительница? Здесь же бывают тысячи людей? Я, чем-то отличаюсь от других?
  Селина сняла крышечку с носика заварочника и разлила ароматный напиток по чашкам.
  - Ну, обычные люди сразу бегут по городу. Поглазеть на смерть других. А сюда заглядывают люди необычные, или те, кто пришёл по надобности. Ты вроде бы здорова, и в лечении не нуждаешься. Так, что что-то чувствуешь, или знаешь. А твой вопрос о Стражнице, о многом может сказать посвящённому. Уже немало информации.
  Она улыбнулась. Добавила в свою чашку ложку мёда и стала размешивать. Катя поступила так же. Потом не удержалась и намазала лусту хлеба мёдом.
  - Действительно всё логично.
  Катя откусила большой кусок хлеба и отхлебнула из чашки. Селина поставила чашку на блюдце, и посмотрела на Катю.
  - Да и взгляд у тебя необычный. Уверенный, и я бы сказала, мудрый не по годам.
  Катя, смущённо опустила глаза в пол. Ей всегда было не по себе от комплиментов в её адрес.
  - Ну, до мудрости мне ещё столько, что столько не живут.
  Селина подняла чашку к губам и поставила снова на блюдце.
  - Пути богов неисповедимы. Никогда не знаешь, чем обернётся та или иная ситуация. И что эта ситуация даст самому человеку. Может быть поймёшь, когда пройдёшь посвящение.
  Катя недоумённо подняла глаза на собеседницу. Та улыбнулась Кате.
  - Тебя к нему ведут. Такое количество учителей неизбежно приведёт к посвящению. И раньше, чем ты думаешь. Я училась в Средиземском медицинском, и учитель у меня был один. Но посвящение меня не миновало. Не минует и тебя.
  Катя с интересом смотрела в глаза Селине.
  - Что же это за посвящение такое!?
  Селина задумчиво смотрела куда-то в пространство, теребя в руке амулетик на шее.
  - На то оно и посвящение, что бы узнать всё в своё время. Будешь готова, всё узнаешь сама.
  Они ещё долго говорили на отвлечённые темы, пока от входа не послышались шаги. В комнату вошли две девочки. Точнее девочка и девушка. И Селина поднялась из плетёного кресла. Пятнистая кошка спрыгнула с колен Кати и начала тереться о ноги вошедшей девушки. "Тото мне так тепло и уютно было. Даже не заметила, как всё это время гладила кошку у себя на коленях. А наш Семён, всё ещё шарахается при моём приближении".
  Катя повернулась к вошедшим. Они скромно поздоровались.
  - Здравствуйте.
  Старшая, явно торопилась.
  - Мам! Сегодня приёмный день. Обедаем и готовимся к приёму посетителей.
  Селина подошла к старшей, по возрасту, похоже, ровесница Кати, и потрепала дочку по голове.
  - Всё готово! Марш к столу.
  И обращаясь к Кате.
  - Пообедаете с нами?
  Катя улыбнулась. Она даже не заметила за разговором, что комната наполнилась запахами супа, картошки и мяса. В печи томилось сразу несколько блюд. "Когда Селина успела поставить их готовиться". Она вспомнила, что женщина поднималась из-за стола несколько раз.
  - Нет спасибо. Если я ещё и поем с вами, меня порвёт на части собственная энергия. Пойду, сброшу часть в городе. Давно хотела побывать здесь. Благодарю за вкусный чай и приятную беседу.
  Она кивнула головой Селине, в знак благодарности. Та кивнула в ответ.
  - Заходи ещё, поболтаем. С приятным собеседником приятно просто поболтать.
  Дочери Селины были одеты вполне по-городскому. Старшая, не сильно отличалась от Кати. И их даже можно было принять за сестёр. Проходя мимо неё, Катя улыбнулась ей, та улыбнулась в ответ. На шее у девушки была точно такая же цепочка с чешуйкой, что и у Селины.
  
  Катя прошла через кованые ворота города. Пустынные улицы навеяли ностальгию и воспоминания. Конечно же не Катины, а Алеха Семиреченского. Казалось, что она знает весь город, как свои пять пальцев. Вот сейчас она завернёт за угол, и увидит питьевой фонтанчик. Журчание воды, становилось всё сильнее. Она посмотрела на фонтанчик. Из него, как и много меэриссо назад била небольшая струйка воды, утекая в водосток под брусчаткой. Мимо Кати прошла группа туристов. Молодой парень - гид, рассказывал об укладе жизни горожан. Катя ещё раз взглянула на фонтанчик. Всё было, как тогда - много меэрис назад. Буд-то фонтан был сделан и поставлен только вчера. Ни потёков, ни водного камня, ни даже водорослей. Она пошла дальше. Дома и правда, выглядели неестественно. Швы между камнями, из которых они были сложены, срослись, и дома выглядели так, будто выросли из земли сами по себе. Катя провела рукой по стене одного из домов. Чёрный, немного шероховатый камень, отдавал чем-то тёплым. "Как человеческое тело. Мягкое и податливое. Живое!". Катерина заглянула за угол. Там стояла чёрная статуя. "Олле Сор - один из богатейших и жаднейших ростовщиков в Благодольске". Вспомнила Катя. Статуя ростовщика, пыталась закрыть ключом дверь дома. Катя заглянула через окно во внутрь. Пустая комната с массивной мебелью, камин. Лестница на второй этаж. Со второго этажа, спускается мужчина с пылесосом. Кате показалось знакомым его лицо. Точнее не Кате, а Алеху. Она взглянула на статую и снова на лицо уборщика. "Одно лицо! Даже щёгольски подкрученные усики, были практически одинаковыми. Не одна я переживаю свои прошлые жизни. Люди из древнего Благодольска тоже отрабатывают свою карму.
  Катя пошла дальше по улице. Чёрные статуи стали попадаться чаще. Катя вспоминала имена некоторых из них. Она вышла на торговую площадь. И вспомнила, как Алех первый раз увидел дракона, парящего над торговыми рядами. И холодное синеватое пламя, прокатившееся по палаткам. Свой страх, и свой бешеный бег до самого дома. Торговые ряды, были частично восстановлены, уже в это время. И кажется, что чёрные статуи торгуют товарами, как в то время. Вот приезжий оружейник, держит в руке меч меривской ковки. А за его спиной расположились полки с оружием со всех уголков Панериса. А вот купец из Средиземья, развернул рулон ткани, и показывает качество товара знатному горожанину Патону Узу и его жене Капе. Катя шла по восстановленным торговым рядам. Здесь было больше всего статуй. Дракон прилетел в орик - торговый день. А вот тут была палатка Зора. У него можно было купить перекусить, прямо на рынке. А вот и его статуя и чуть дальше статуя его старшей дочери Саломеи. "Странно, все палатки восстановлены, а Зор, стоит, будто помешивая, что-то в котле, повернув голову к дочери, и что-то говорит ей. Они оба даже не поняли, что произошло!".
  Катя увидела, что по ряду идёт женщина с бэйджем на блузке.
  - Извините пожалуйста. А вы не знаете, почему не восстановлена палатка закусочной?
  Женщина изумлённо посмотрела на Катю.
  - А почему вы решили, что это закусочная?
  Катя пожала плечами. И смутилась. Не говорить же работнице музея, что она помнит всё это из прошлой жизни в этом городе.
  - Ну, у хозяина характерная поза. Буд-то он помешивает что-то в котле, деревянной лопаточкой. А женщина, как будто держит корзину с продуктами.
  Женщина хмыкнула. И задала вопрос с сарказмом.
  - А может, вы знаете как их зовут!?
  Катя подошла к статуе и осмотрела подол рубахи Зора. Она прекрасно помнила, как метили горожане свои вещи. На подоле рубахи она увидела когда-то вышитые руны.
  - Хозяина звали Зор Перов.
  Она подошла к статуе его дочери и осмотрела подол блузы.
  - А её Саломея Перова.
  Женщина с сомнением подошла ближе, и увидев, что Катерина права, с изумлением спросила.
  - Кто вы такая?
  Потом, всё ещё сомневаясь, подошла к статуям Патона и его жены. И поискав на подоле руны, изумлённо посмотрела на Катю. Перешла к купцам.
  - А здесь рун нету!?
  Катя улыбнулась.
  - Скорее всего, это приезжие купцы. Так метили свою одежду горожане.
  Катя прочитала на бэйдже имя. "Всеслава Граниславовна Дружина". Та, не снимая изумлённой маски с лица, потерянно произнесла.
  - Вы не могли бы пройти со мной. Наверно нам понадобится ваша помощь. Вы так и не сказали кто вы и откуда.
  Катя пожала плечами.
  - Из Саратонского исторического унивеситета. Зовут меня Катерина Смородина.
  Они прошли дальше по рыночной площади, к каменно-деревянному, бывшему деревянному, а теперь только каменному, полуразрушенному строению. Работники музея, несколько историков, прораб и несколько рабочих, гадали, что это было за строение. Узнать в этих развалинах кормильню, было невозможно. Каменные столбы стояли как вкопанные, а крыша, полы и деревянные столы со стенами, полностью истлели. Статуи посетителей и хозяев, в беспорядке лежали на земле, присыпанные землёй, на которой уже много меэрис росла трава.
  Всеслава подвела Катю к собравшимся.
  - Может быть, вы поможете нам? Мы никак не можем решить, что это было за строение? Одни говорят, что это была продуктовая лавка, другие, что мебельная.
  Собравшиеся вопросительно посмотрели на Всеславу. Она успокаивающе махнула рукой, мол, потом обьясню. Катя прошла в разрушенное строение. Она прекрасно помнила, это была кормильня Хомы Гуртова. "Вон его статуя в переднике лежит ближе к заднему выходу. А вот статуя со сцепленными на груди руками, вышибалы, громилы Хума - пьяницы и драчуна, но очень сильного человека. Его вся детвора и ворьё, обходили стороной". Катя присела над статуей хозяина, осмотрелась вокруг.
  - Скорее всего, это была кормильня. У нескольких статуй характерные позы. Как будто они едят сидя, вон черепки глиняной посуды. Этот в переднике - хозяин кормильни.
  Она указала рукой на двух женщин и Хума, тоже присыпанных землёй.
  - Это официантки. А вон тот крепкий - вышибала.
  Все смотрели на Катерину, открыв рты. Только Всеслава, смотрела на происходящее с улыбкой. Катя невольно сама улыбнулась и вышла за периметр огороженной площадки кормильни. Всё собрание забурлило снова. Все наперебой говорили что-то своё, но вроде бы все согласились с Катиной версией. Сама же Катя тихонько отошла в сторонку и пошла по рядам к улице Алеха Семиреченского. "Как же она называлась? А, "Карамельная" В те времена, там постоянно пахло из дворов жжёным сахаром". В этой стороне рынка стояли уже лавки зажиточных купцов, кто обычно торговал оптом. Эти были уже из дерева и добротно сложены. Но всё истлело, и поди разбери сейчас, чем торговала та или иная лавка. Большая часть их была не восстановлена. Только каменные, сросшиеся столбы и перегородки, да каменные статуи владельцев. Теперь только раскопки на месте каждой, дадут какой-то результат. Или придётся Кате рассказывать им, что где стояло, и чем тут торговали.
  Катя осторожно обходила множество каменных изваяний горожан. Её догнали Всеслава и молодой историк. "Ну вот накаркала. Теперь придётся работать и здесь".
  Историк перегородил Кате дорогу, и умоляюще сложив руки, взмолился.
  - Ради Яара Великого! Спасайте нас! Мы погрязли в обсуждениях, что где стояло, и чем тут торговали. Тут столько мелочей! И всё перемешано! Вы уже дали нам столько разгадок, только появившись у нас. Спасите нас от этого бардака. Наведите, хоть какой-то порядок! У вас так легко получается попадать в нужный ответ, что я склонен считать это мистикой.
  Всеслава мягко оттолкнула историка с дороги.
  - Извините пожалуйста Милослава за эти эмоции. Он уже несколько меэрис бьётся над этим рынком. Пытается восстановить все лавки в том виде, в котором они были.
  Катя улыбнулась.
  - Ну, я вижу, что у него получается довольно неплохо.
  Милослав смутился.
  - Спасибо большое. Только получается медленно и не всё правильно. Я это чувствую, но как надо не знаю. Воображения не хватает.
  Катя пожала плечами.
  - Сначала нужно спросить об этом мою начальницу. Она заведующая библиотекой в саратонском историческом университете. Сребра Ярисовна Зеленодольская.
  Милослав воздел руки к небу.
  - Ну вот, все лучшие кадры достаются другим. Вряд ли нам вас отдадут. У вас своей работы валом.
  Катя улыбнулась.
  - А вы попробуйте! Может быть вам и повезёт.
  Милослав, обратился к Всеславе.
  - Составь, пожалуйста, заявку в Саратонский универ. Может быть, действительно откомандируют её к нам. И занеси к Селине.
  И уже к Катерине.
  - Катенька, если это случится, то мы за меэрис отстроим всё здесь. Извините женщины, я побегу рукой водить. А то они без меня там наворотят такого, что потом за десять меэрис не разгребём. Досвидания Катя, с нетерпением буду ждать вас к нам на работу.
  Милослав ушёл. А Всеслава осталась.
  - Вы не возражаете, если я немного побуду вашим гидом?
  Катя пожала плечами.
  - Пожалуйста.
  Женщины пошли к выходу с торговой площади. Катя спросила.
  - А, что, директора этого музея тоже зовут Селина?
  Всеслава, недоумевая, посмотрела на неё.
  - Ну, на сколько я знаю, на этой части Благодатной долины, только одна Селина. Это наш директор Селина Антоновна Дикуль. Она живёт в домике на холме. Очень хороший администратор. Ну, и целитель отличный. К ней два дня в пенталис, выстраиваются огромные очереди больных. И если бы не её старшая дочка, тоже целитель, то она вряд ли справилась бы с таким наплывом страждущих и больных.
  Они вышли на улицу Карамельную. Катя вспомнила, как улепётывал Алех, сбивая прохожих, к своему дому. Она подошла к статуе мальчика, оглядывающегося на рыночную площадь. "Орд Келан - друг Алеха. Его зацепило пламенем дракона. Алех в это время был уже дальше по улице, и избежал дыхания Старха". На этой улице всё было засыпано землёй. Только пройдя некоторое расстояние, Катя увидела рабочих, осторожно ращищающих улицу. Всё было аккуратно разбито на квадраты, верёвками, и в каждом квадрате люди осторожно снимали слой за слоем землю копившуюся тут многие меэрис. За рабочими, улица приобрела почти прежний вид. Даже подворья, некоторые были расчищены. Правда, дома, смотрели на улицу пустыми провалами окон. Но некоторые могли похвастать новенькими окнами. Катя вспомнила, что стёкла изготавливались на улице Стекольной. В Благодольск, ехали купцы за стеклом со всей долины. "А какие витражи делали мастера. Но ведь сейчас, стекольное производство есть и в Белгороде? Наверно, кто-то из мастеров, всё же добрался туда?!".
  Всеслава, видя Катин интерес к этой части города, начала объяснять.
  - Эту улицу, мы только начали готовить к экскурсиям. Но уже много дворов, приведены к надлежащему виду.
  На улице было мало статуй. Все они в основном находились во дворах. Катя решилась спросить.
  - А зачем вы стали расчищать город? Это ведь, по сути, большая могила? Вы думали над моральной стороной этого музея?
  Всеслава грустно улыбнулась.
  - Конечно, думали! Но решили, что люди должны знать, почему это случилось с горожанами. Да конечно, кто старое помянет, тому глаз вон. Но кто забудет, тому оба! Так что пусть мы будем смотреть на мир одним глазом, но всё же хоть что-то будем видеть.
  Катя подумала: "А ведь она права. Сколько людей, изживают сейчас свою карму. Возможно и сама Всеслава этим занимается, только не знает этого".
  Катя увидела ворота подворья Касторов. Они были до неприличия новыми, и сильно отличались от прежних, но всё так же приоткрыты, как и тогда, когда Алех выводил со двора коня Касторов. Брусчатка расчищена, и можно было бы закрыть ворота полностью, но эта щёлка, так и осталась приоткрыта. Казалось, что сейчас из-за неё выскользнет девочка подросток.
  Катя вздрогнула. Из-за ворот, торчала черноволосая голова девочки подростка, с длинными прямыми волосами, прихваченными ярким обручем, которая, увидев Всеславу, нырнула обратно.
  Всеслава, тоже заметила девчонку и твёрдым шагом направилась к воротам. Зайдя во двор, она крикнула.
  - Кася! Кася вылазь! Вылазь кому говорю. Тебя заметили.
  В ответ, гробовая тишина. Катя прошла следом и огляделась. Всё было как тогда. Все статуи стояли и лежали на своих местах. Только двор был чистый, не была разбросана солома.
  Всеслава зашла в восстановленный дом, ища девочку. А Катя обошла двор, заглядывая в глаза статуям. Посреди двора, всё так же лежала статуя Ларса Кастора. А конюх так и держал кусок обрезанных поводьев, концы кожи обтрепались, но в руке конюха, кожа была ещё крепкой. Она взглянула на восстановленный сарай. Ворота так же приоткрыты.
  Катя зашла во внутрь. И обомлела. Свежая солома, громоздилась, почти до потолочных балок. Только статуи сына Кастора - Мелеха и новой служанки не было. Катя осмотрелась. Парная статуя стояла прислонённой к стене сарая. Из-за кучи соломы раздался шорох. Катина рука, автоматически потянулась к поясу, на котором когда-то, в прошлой жизни, висел нож. Катя улыбнулась своей реакции.
  - Вылазь уже, тебя рассекретили.
  Из-за соломы вышла черноволосая девочка в простом льняном, коротком платье с пояском, с вышитыми обережными узорами. Косой воротничок, аккуратно застёгнут. На ножках мягкие короткие кожаные сапожки в мелкую дырочку и открытыми пальчиками. Катя вспомнила младшая дочка Селины, и судя по словам Всеславы, зовут её Кася.
  - И что ты здесь делаешь?
  Девочка демонстративно задрала голову к потолку. Катя настояла.
  - Ведь тебя здесь ловят уже не первый раз? Да!?
  Девочка продолжала разглядывать потолочные балки. Катя присела на тюк соломы. И заговорщически подмигнула Касе.
  - Давай сделаем так. Ты расскажешь, что тебя сюда тянет, а потом я тебе расскажу, что меня сюда привело. Согласна?
  Кася опустила глаза в дощатый пол. Потом посмотрела прямо Кате в глаза.
  - А вы никому не расскажете?
  Катя улыбнулась, и положив руку на сердце, с пафосом произнесла.
  - Слово мага!
  Девочка насупилась, и смотря куда-то в сторну произнесла.
  - Сны мне снятся, что я тут жила когда-то.
  Катя заитерисовалась.
  - И кем же ты тогда была?
  Кася, молча, протянула руку в направлении парной статуи. Катя переспросила.
  - Велемирой? Служанкой?
  Девочка зарделась и отрицательно замотала головой. Катя недоумённо добавила.
  - Мелехом?
  Кася, уже изумлённо глядя на Катю, медленно утвердительно кивала.
  - А вы откуда знаете как его и её зовут? Эээ... звали.
  Катя склонила голову на бок, и поджав губы и протянув небольшую паузу ответила.
  - Ну, я здесь приблизительно по той же причине, что и ты.
  Кася округлила глаза.
  - Вы были этой служанкой.
  Пришла очередь краснеть Кате. Она улыбнулась.
  - Нет. Но, кажется, я знаю кто был Велемирой?!
  Кася обхватила щёки руками и округлила глаза.
  - Всеслава?!!
  За вортами, во дворе, зазвонил мобильник. Всеслава ответила. В щель ворот, было видно, как она ходит по двору, отвечая на телефонный звонок. Катя приблизилась к Касе, и понизив голос сказала.
  - Побудешь моим гидом? Тогда мы отпустим Всеславу. Пусть спокойно работает? А мы прогуляемся по городу!? Нам же есть, что вспомнить!?
  Девочка улыбнулась и кивнула. Всеслава закончила говорить и зашла в сарай.
  - Вот вы где! А я уже думала мистика какая-то, обе пропали. А они сидят и мирно беседуют.
  Катя с Касей переглянулись.
  - Да, мы с ней нашли общий язык. И мило поговорили. Если вам нужно идти, не беспокойтесь. Моим гидом побудет Кася. Я думаю, что она знает город не хуже вас?
  Всеслава кивнула.
  - Только потом заведите её домой. Мы её уже три раза искали в городе.
  Она потрепала девочку по голове.
  - Мама же волнуется!
  Катя улыбнулась.
  - Конечно, я заведу её домой.
  Всеслава, шутя, погрозила Касе пальцем. Та снова насупившись, спряталась за Катю. Всеслава вышла, и девочки остались вдвоём. Катя взяла за руку Касю, и они вышли на подворье Касторов.
  - Ну, теперь моя очередь рассказывать. Пошли к соседям.
  Девочка посмотрела на Катерину снизу вверх.
  - А к каким? К Налимовым, или к Плясуновым?
  Катя вспомнила: "Действительно, такие жили по обе стороны подворья Касторов. Девочка видела весьма реалистичные сны".
  - Нет! К Семиреченским!
  Девочка мягко освободила свою руку и побежала вперёд. Подворье Семиреченских тоже было восстановлено. Ворота в городе у всех были разные, каждый стремился выделиться, а теперь все одинаковые. Катя прошла через деревянную калитку и осмотрелась. Кася стояла посреди двора, озираясь.
  - И кем же была ты? Ты обещала рассказать!
  Катерина, молча, подошла к статуе мальчишки, в одиночестве стоящей посреди двора, и дотронулась до руки придерживавшей окаменевший нож. Каменные глаза мальчика были устремлены вверх. Она прекрасно помнила свои мысли, что бесполезно драть горло, как отец, брат и мама. Слуги, к тому времени уже давно разбежались с подворья. И заслоняться, тоже бесполезно. Помнила, как, все забегали, ища спасения за укрытиями. А он только поднял голову и стоял, наблюдая за парящим над двором чёрным драконом, и со страхом ожидая волны холодного синего пламени. Которое медленно начало опускаться на двор от головы дракона, растекаясь по нему, как вода. Помнила свои ощущения, когда, отяжелевшие ноги перестали двигаться, и тяжесть быстро прошла по телу, и темнота. Она услышала сзади голос Каси.
  - Ты была Алехом!?
  Катя кивнула.
  Они ещё долго гуляли по Городу каменных статуй, вспоминая свою жизнь в городе. Вспоминая курьёзное и не очень. Вспоминая жителей города, мимо которых проходили. И время когда прилетел Чёрный дракон. Алех помнил больше, так как видел на много больше прилётов Чёрного дракона. А Мелех, больше помнил жизнь до прилёта дракона.
  Когда Глаз Яара начал клониться к закату, они вышли к Холму Стражницы. На лавках, возле дома сидело три человека. Один был в кресле каталке. Они с недоверием посмотрели на прошедших в дом, без очереди, девочек. Из двери домика вышла женщина и пошла к рамке перемещения. Кася посмотрела на сидящих на лавках.
  - Проходите следующий. Мы не на приём.
  И спокойно пошла в дом. Катя вошла следом. В коридорчике стояла внушительная обувная полка. Они разулись. По деревянному полу, так приятно ступать босиком. Кася потянула её дальше по коридору.
  - Не будем мешать маме с сестрой, посидим в моей комнате. Покажу рисунки.
  И таки было на что посмотреть. Сценки из жизни горожан. Только лица не каменные, а живые, как буд-то она рисовала их с натуры. Дома, лавки, закусочные, люди и чёрный дракон над городом. Кася изрисовала несколько больших альбомов. Она взяла пастельные мелки и раскрыла чистый альбом. Быстро нанесла штрихи и контуры, потом тени. И Катя увидела двор Алеха Семиреченского. Быстро появлялись строения, и пока ещё живой мальчишка, смотрящий на размахивающего над его двором крыльями, Чёрного дракона.
  Катя взглядом показала на большой лист пергамента, лежащего на столе. Девочка кивнула и протянула ей мелки. Катя закрыла глаза, вспоминая выход с Карамельной улицы на торговую площадь, когда туда прилетел дракон. И быстро в той же манере, что и Кася, стала водить по бумаге мелками.
  Появились лавки, люди, дома. Часть людей уже превратились в камень, часть только начали превращаться, некоторые уже на половину превратились. На лицах людей читался ужас. И над всем этим, раскинув крылья, реял чёрный дракон. Один мальчик оглядывался на рынок, превращаясь в камень. А другой, улепётывал по улице. У Кати никак не получалось пламя дракона. Она начинала рисовать его, и каждый раз останавливалась.
  Там, где поток пламени плотный, идущий от головы дракона, всё получалось. А где поток растекается по торговым рядам, ничего не выходит. Тогда Кася берёт мелки у Кати и начинает рисовать растекающееся синеватое пламя, растирая плотный пастэльный мелок пальчиком. Вплоть до того, что граница пламени останавливается там, где люди только частично превратились в камень. Потом она чуть поправила тени на рисунке Кати, и даже люди стали узнаваемыми. Кася приколола лист к мольберту, и отойдя и явно любуясь рисунком сказала.
  - Здорово! Потом попробую выполнить маслом. Нужно было сразу тебе полотно подсунуть. Но я потом на полотне копию сварганю.
  Катя посмотрела на юное дарование и сказала.
  - А почему ты не покажешь свои рисунки взрослым? Ты же помогла бы восстановить город, уже меэрис назад.
  Кася нервно дёрнула плечиками.
  - Пыталась! Да только ничего не вышло. Не мешай и всё тут. А мама постоянно занята. Только папа видел. Но он учит меня скульптуре и промыслу по глине. Его другое не волнует. Хотя работы оценил очень высоко.
  Катя заговорщически, прищурив веки сказала.
  - Если я сюда приеду в командировку - работать, то я помогу тебе показать всё это взрослым. И ты будешь работать над восстановлением города на равнее со взрослыми.
  Кася улыбнулась и кивнула. Открылась дверь и в комнату вошла сестра Каси. В простом, но коротком льняном платье - косоворотке, больше похожем на мужскую, долгополую рубаху, с пояском и вышитым обережным узором.
  - Вы здесь?
  Она устало потёрла ладонями лицо и потянулась. Пойдёмте все ужинать. Мы уже закончили.
  Кася энергично поднялась со стула.
  - Знакомься! Моя старшая сестра Марина.
  Та улыбнулась и ответила.
  - Я вижу, вы уже познакомились.
  Катя поднялась и протянула девушке руку.
  - Очень приятно, Катя.
  Девушки пожали друг другу руки и Марина предложила.
  - Пошли ужинать. Мама разогревает всё. Сказала звать всех к столу.
  Катя стушевалась.
  - Да я и не приглашена. Неудобно как то?
  Марина взяла младшенькую и Катю за руки и потащила в кухню.
  - Неудобно штаны через голову одевать, голова в колошину не пролазит. Пошли! Там на всех хватит.
  И громко.
  - Мама! У нас гости! Ставь на стол ещё один прибор.
  Селина оторвалась от печи.
  - И кто интересно у нас в гостях?
  Увидев Катю, всплеснула руками.
  - Святой Яар! Ты ещё не ушла!?
  Катя виновато опустила глаза в пол.
  - Да вот, ваша младшенькая для меня гидом поработала, а потом свои рисунки показала. Интересные работы! Даже очень!
  Селина махнула рукой.
  - Ну, раз не успела сбежать, присаживайся. Покормим.
  В комнату вошёл крупный мужчина в просторных шароварах и льняной вышитой древним обережным узором, рубахе. Аккуратная борода и подстриженные усы. Весёлый с хитринкой взгляд. Марина тут же представила Катю.
  - Папа знакомься. Это Катерина.
  Мужчина ответил густым басом.
  - Очень приятно! Андрей Викентьевич. Давайте к столу. А то всё остынет.
  В этот вечер Катя поздно пришла домой. Вся семья Дикуль засиделась за ужином, принимая незваную гостью. Долго, и перебивая друг друга, рассказывали, как искали Кассандру по всему городу, а она спала на сеновале в восстановленном сарае.
  - И ведь не один раз!
  - Так хоть знаем где искать уже. И что её тянет в этот сарай?
  - Ага, там ещё эта статуя срамная. И куда её девать?
  Катя прыснула смехом.
  - Оставьте в сарае, только положите на солому. Пусть всё остаётся так, как было - реалистично.
  Кася сидела за столом красная как рак из кастрюли с кипятком. Много чего ещё узнала Катя об этой творческой семье в этот вечер. Почему то очень весёлого. Только потом догадалась, что глава семьи - очень весёлый человек. Всё правильно, лучше жить улыбаясь, чем всё время плакать. И горбушки хлебные, Селина всё ему подкладывает. "Вот откуда пошло - Хозяйская горбушка!"
  
  26. ПРАКТИКА. Маленькая начальница.
  
  
  Катерину всё же откомандировали в Благодольск. Но с одним условием. Она будет приходить только на случаи, когда самим решить проблему невозможно.
  Торговые ряды, требовали самого тщательного анализа. Рабочие начали раскопки ещё одной лавки. И снова не могли определить, чем тут торговали. Катя пришла на раскопки, и совершенно серьёзно задумавшись, произнесла.
  - Где то я уже видела рисунки этих рядов? Милослав, вы могли бы сходить со мной, к одной мелкой, но очень шустрой особе. Я думаю, что она немало поможет вашему горю, с наведением порядка в этом городе.
  Милослав пожал плечами и последовал за Катей. Они пришли к дому Селины, как раз когда её дочери вышли из рамки перемещения и начали подниматься по тропинке к дому. Катя и Милослав подождали их.
  Катя поздоровалась и обратилась к Касе.
  - Ну что, я нашла человека, который с удовольствием посмотрит твои работы.
  Милослав недоумённо пожал плечами. Кася смутилась. А Катя продолжила.
  - Милослав ведь не откажется посмотреть твои рисунки?
  Милослав совсем ошалело посмотрел на Катю, и с полным недоверием на лице прошёл в дом за девушками. Марина заходя к себе в комнату, с изумлением посмотрела в след процессии во главе со своей младшей сестрой.
  Зайдя в комнату, Кася обратилась к Катерине.
  - Какие именно ряды? У меня каждый ряд, в отдельном альбоме.
  Катя задумалась и решила больше особо не скрывать, что знает о городе больше здешних работников.
  - Давай пока что оптовые ряды.
  Девочка разложила альбомы на кровати, и взяла один.
  - Смотрите!
  Пока девочки разговаривали, Милослав стоял с отсутствующим видом, выражая полное сомнение Катиной затее. "Ну что может ему, умудрённому опытом и жизнью человеку, показать маленькая девочка?" Он взял из рук Катерины альбом, и с таким же отсутствующим видом открыл первую страницу. Катя в это время заговорщически смотр ела на Касю. А девочка на Милослава.
  У Каси расширились глаза, а брови поползли вверх. Катя перевела взгляд на историка. Тот с изумлением и полной растерянностью смотрел в альбом, переворачивая страницу за страницей. Потом перевёл взгляд поочерёдно на Катерину и Касю.
  - Кккак ...!? Ккто ...!? Оттткуда...!?
  Катя подмигнула Касе.
  - Скажем так, у девочки очень живое воображение. Недаром же она гуляла по городу. Она обучается скульптуре, но и рисунок у неё классно поставлен. Девочка очень талантлива. Не по годам!
  Милослав, осторожно, словно стеклянный, положил альбом на кровать, и взял другой. В полном ошеломлении, он стоял и перелистывал страницу за страницей. Потом попытался взглянуть на Катю, но что-то увидел у неё за спиной. Также осторожно положил альбом на кровать и подошёл к мольберту, за спиной Кати. Катерина развернулась и увидела, что привлекло внимание историка. Это была почти законченная работа с того наброска, что рисовали они с Касей, только в масле.
  Чёрный дракон, как живой, размахивал крыльями над рыночной площадью. Из его пасти лился поток голубого пламени, превращая людей в чёрные каменные статуи. И застывшая в немом ужасе фигура мальчика, наполовину превратившегося в камень.
  Милослав посмотрел на Касю и спросил, показывая на картину.
  - А ещё, что нибудь подобное имеется?
  Девочка присела на край кровати, и сцепив руки в замок опустила глаза в пол.
  - Несколько набросков под масло и одна законченная работа.
  Милослав, уже заинтерисовано.
  - Покажи?!!
  Кася поднялась и отодвинула занавеску от стены, открывая готовые холсты с набросками и одной готовой работой. Карамельная улица, ворота Касторов настежь открыты, и из них выезжает сам хозяин подворья, на том самом коне, что увёл со двора Алех Семиреченский, когда все люди на подворье были обращены в камень.
  Один из набросков изображал подворье Семиреченских, над которым парит Черный дракон, и мальчишку придерживающего нож на поясе, подаренный братом. Со страхом и пониманием неотвратимости смотрящего на поток голубого холодного пламени. И второй набросок, с изображением девушки, бредущей по улицам города к главным воротам города. Оставляющей за спиной статуи соседей.
  Катя вспомнила, что она рассказывала Касе о стражнице Города чёрных статуй. Ведь тот, кем была Кася в той жизни, ничего не знал, что произошло с его сестрой. Теперь выясняется, что он очень сильно любил свою сестрёнку.
  Милослав посмотрел Катерине в глаза, и, кивая головой, задумчиво произнёс.
  - А ведь она пыталась показать нам свои рисунки. А мы, занятые идиоты, не удосужились даже взглянуть на них. Сколько времени потрачено впустую. А ведь всё было рядом! Только руку протянуть!
  Катя хмыкнула в кулачёк.
  - Ну, кому некогда протянуть руку, тот протягивает ноги.
  Девочка засмеялась. В комнату вошла Селина и её старшая дочь.
  - Что это за консилиумы за спиной начальства?
  Милослав упёр руки в бока и с чувсвом произнёс.
  - Селина Анатольевна! Мы с вами просмотрели самое ценное в восстановлении города.
  Женщина в упор посмотрела на подчинённого.
  - Это что же мы просмотрели? Давай разбираться, без чего город не восстановить?
  Милослав подошёл к Касе и притянул её голову к себе.
  - Главного консультанта по нашему проэкту. Вот эту мелкую, надоедливую, но очень талантливую особу.
  Селина с недоверием посмотрела на Милослава, как на рехнувшегося.
  - Чего вы там на обеде ели?
  Милослав шутливо, искоса посмотрел на начальницу и затряс головой.
  - А мы ещё не обедали Селина Анатольевна!
  Администратор улыбнулась и покрутила в воздухе рукой.
  - То-то у вас мысли, какие-то нездоровые.
  Девочка вывернулась из руки Милослава и спряталась за Катерину. Милослав, усадил женщину на кровать и стал показывать ей разрисованные альбомы её дочери. Объясняя при этом, почему её младшая дочь должна стать главным консультантом проэкта.
  Селина слушала сначала с недоверием, потом с интересом, а потом и с пониманием. А увидев картины и наброски, просто сказала.
  - Дааа! За этой работой, чуть было дочку не просмотрела.
  Кася выглянула из за Катерины. Мать взглянула на смущённо улыбающееся личико дочки.
  - Ну, что Кассандра Андреевна? Придётся тебе работать в городе по-полной. Справишься?
  Кася юркнула за занавеску, и вытащила оттуда кипу разрисованных альбомов.
  - Вы сначала вот с этим разберитесь. Там у меня ещё столько же. А к этому времени я ещё нарисую.
  Милослав схватился за голову.
  - У этой мелочи, работоспособность такая, что нам до неё, как до Торталии раком.
  Селина с укором посмотрела на подчинённого. Тот отгородился обеими руками и испуганно заговорил.
  - Извините Селина Анатольевна! Молчу! Молчу!
  И уже к Касе.
  - Я тебе на выходе из города лавку поставлю. Будешь своими работами торговать. Обещаю, что цениться они будут очень высоко.
  Девочка подпрыгнула.
  - Ураааа! А Катя найдёт несколько легенд про Благодольск. Сделаем из них свитки под старину и будем продавать в моей лавке. А ещё лучше составит книгу из легенд о городе.
  Селина, Марина и Катя улыбнулись. А Милослав почесал в затылке.
  - У неё ещё и хватка будь здоров!
  С этого дня Катя стала желанным гостем в доме на холме, возле Города чёрных статуй. Как выяснилось потом, Катина мама училась с Селиной в Академии на параллельных потоках. И они друг друга прекрасно знают. Так, что и Катина мама стала иногда наведываться сюда.
  
  
  
  Видения Кати, в основном были связаны с каким нибудь текстом, или предметом. Но иногда, это происходило спонтанно, и казалось-бы не касалось ни предметов, ни текстов. Хотя, наверное, определённого места это тоже касается.
  В один из вечеров проведнных у Дикулей, она вышла подышать свежим воздухом и присела на лавку возле дома. Туманное состояние начало подступать неожиданно, но Катерина успела по удобнее пристроить тело на лавке и привычно провалилась в очередное видение.
  Тот же домик, немного меньшего размера, чем теперешний. И на крыше солома более тёмная. В сарае корова и бычок, две козы, конь, черной масти. За домом огородик. Возле сарая большой стог сена. Из домика вышла красивая девушка в белой расшитой узорами сорочке, льняной юбке, и начала выгонять скотину из сарая, гладя и похлопывая своих кормильцев по спинам. Конь и бычок, резво припустили на сочную зелень равнины за холмом. А корова и козы тихо ждали возле плетня. Девушка взяла два чистых деревянных ведёрка и подоила, сначала корову, потом коз. И те тихо и не спеша спустились к бычку и коняке. В сарае, звонко прокукарекал петух. Девушка сыпанула несколько горстей зерна на землю и из сарая, важно, начали выходить куры. Пёстрый петух, вышел последним. Девушка посмотрела на Чёрное озеро. Глаз Яара, только показал из за гор свои ресницы, и озеро было действительно чёрное. Девушка взяла два деревянных ведёрка и коромысло, и не спеша направилась к роднику у подножия холма. Родник был глубоким, и вода в нём всегда была чистой и холодной. Обложен чёрным и белым камнем, и доходил девушке до колен. Вода стояла вровень с краем каменной оградки. Вода не была ровной, как зеркало, а бугрилась и переливалась через край. Журчащий ручеёк с песчаным дном, упирался в близкое озеро. Девушка зачерпнула ведёрками воды, ловко поддела их коромыслом и пристроила коромысло на плечико. Так же не спеша она стала подниматься на холм. Босые ножки привычно мерили нахоженную тропинку.
  Только подходя к плетню, девушка вдруг остановилась и настороженно осмотрелась. Возле входа во двор ничком лежал молодой парень в сером камзоле и сером плаще с драконьим узором. В левой руке он держал серую шляпу с совиным пером, а в правой обнажённый меч с каменным узором по клинку и серой рукоятью. Длинные светлые волосы, рассыпались по земле. Девушка подошла ближе. Из спины парня торчала чёрная длинная стрела, а серый камзол был пропитан кровью.
  Девушка заозиралась ища затаившихся врагов парня. Кто-то же выстрелил в него из лука, чёрной стрелой. Не мог же он прийти сюда с такой раной. Но на много кадов вокруг простиралась только зелёная равнина. Не с неба же он упал?
  Девушка осторожно прикоснулась к оперению стрелы и тут же одёрнула руку. Её буд-то ударило по руке молотком. Заговорённая стрела! Как же он ещё жив? Парень застонал и пошевелился. Но тут же потерял сознание снова. Девукшка поставила вёдра с коромыслом возле плетня и побежала в дом. Почти сразу выскочила обратно, неся в руках несколько полотенец и чистую тряпицу. Всё это положила на лавку и побежала к тропинке, ведущей к роднику. Поискала глазами по зелёному ковру окружающему тропку, сорвала несколько зелёных стеблей, забросила в рот, и жуя, бросилась обратно к парню. Катя вспомнила название травки Разрыв трава - разрывает все наложенные на человека проклятия, или сильно ослабляет их. Девушка осторожно обмотала стрелу полотенцем, и потянула. Та упорно не желала выходить из тела, цепляясь внутри наконечником и скользя древком по ткани в руках девушки. Она бросила полотенце на лавку и бросилась в сарай. Выскочила оттуда с большими металлическими клещами. Стрела воткнулась не глубоко, и просаживать её сквозь тело, было нельзя. Лучше попробовать вытащить обратно, и заговорённую стрелу, оставлять в теле нельзя. Она обмотала ручки клещей полотенцем и снова взялась за стрелу клещами. Наконечник стрелы с чавканьем вышел из раны, кровь линула с новой силой. Девушка быстро взяла чистую тряпицу и завернула в неё то, что до сих пор жевала. Сделала тампон и приложила к ране. Придерживая тампон, осторожно перевернула и усадила парня к плетню. Взяла длинное полотенце и перевязала раненого. Снова бросилась в дом. Выбежала с большим куском прочной льняной ткани, расстелила его возле раненого и уложила его на ткань. Волоком затащила парня в дом и уложила на кровать. Снова развязала полотенце, и стала осторожно раздевать парня, не забывая придерживать тампон с Разрыв травой. Раздев раненого, она осмотрела рану, сосуды возле раны потемнели и сильно выделялись на бледной коже, но трава уже начала действовать и чернота начала бледнеть. Девушка сбегала за вёдрами с водой и поставила в печь чугунок налив в него воды, а сама принесла ещё несколько стеблей Разрыв травы. Заварила траву в кипящей воде и немного настояла. Потом промыла рану и вокруг неё получившимся отваром. Она заметила, что края раны начали уже сходиться. Быстрая же у него регенерация. Но парень в сознание пока не приходил. Она снова перевязала парня и уложила его под одеяло. После чего стала заниматься повседневными делами. Приготовила завтрак, зарубив курицу и начистив картошки. Поставила вариться куриный бульон. Всё было проделано быстро и буднично, как у Селины.
  До вечера ничего больше не происходило. Девушка подоила корову и коз и загнала скотину на ночь в сарай. Взяла вёдра с молоком и пошла в дом. Но до дома она не дошла. Под холмом послышался конский топот, и девушка, поставив вёдра на лавку, подошла к плетню. Пять всадников в чёрном, на разномастных конях, поднимались к её домику. От них веяло опасностью.
  Девушка осмотрелась по сторонам. В траве она увидела меч парня, вывалившийся из его руки, когда она его перевязывала. Она подняла его и поставила за плетень, рукоятью вверх. Глаз Яара уже на половину ушёл за чёрные скалы. Всадники подъехали к плетню и спешились. Один вышел вперёд и грубо заговорил.
  - Отдай нам дракона, и мы уйдём.
  Девушка в удивлении приподняла бровь.
  - Здесь нет никаких драконов. Только иногда пролетает чёрный дракон. И превращает в камень плохих людей.
  Всадники дружно зашарили глазами по небу. А старший, поднял отброшенную девушкой в траву заговорённую стрелу.
  - Стрелка то наша! Отдай дракона, и мы уйдём! А не отдашь похорошему, долго гостить будем. И пока гостить будем, будешь жалеть, что не отдала наше похорошему!
  Все загоготали. Рука девушки потянулась за плетень и взялась за рукоять меча. Медленно достав оружие, она выставила его перед собой. Старший цокнул языком.
  - От, и клиночек приметный у тебя! А говоришь, драконов нету. Его это меч. Ну, тогда пеняй на себя. Напросилась!
  Девушка неуклюже взмахнула мечом. Но старший, с кем она говорила, ловко перехватил руку с клинком и развернул девушку к себе спиной. Полоска стали начала вываливаться из руки девушки. Но она перехватила падающее оружие левой, свободной рукой. Меч лёг в руку обратным хватом, и девушка ткнула им за спину наугад. Клинок вошёл во чтото мягкое, и заскрежетал по чему-то твердому. Старший охнул и его хватка ослабла. Девушка развернулась, перехватила меч и нанесла удар сверху в голову старшего. Клинок легко срубил часть черепа. Оставшийся глаз изумлённо посмотрел на девушку и чёрный завалился на спину. На девушку пошли сразу двое, доставая из ножен широкие палаши. Но дойти они не смогли. На вершину холма бегом поднялся широкоплечий воин, тоже в чёрном кафтане, размахивая широким, чёрным мечом, как тростинкой и всадники от неожиданности повернулись к нему. Девушка не долго думая переступила через тело, лежащее у её ног и ткнула мечом ближайшего к ней. Тот молча повернулся к ней и так же молча, упал в траву. Другой замахнулся палашом и попытался ударить девушку. Но она подняла клинок и заслонилась, отступив назад, не выдержав силы удара. Второй раз он ударить не успел. Чёрный мечник быстро разделался с повернувшимися к нему двумя всадниками и когда нападающий на девушку снова занёс палаш для удара, девушка увидела, как из груди у того выросло остриё чёрного меча. Нападающий, ошалело посмотрел на торчащее из груди остриё и, не проронив ни слова, повалился к ногам девушки, выронив из руки оружие. Девушка попрежнему держала меч наизготовку, направив остриё на чёрного мечника. Тот посмотрел на неё и улыбнулся. Встряхнул меч особым движением, стряхивая с него кровь, и вложил его в ножны. Девушка попрежнему держала меч направленным на мечника. Он же не торпясь присел к поверженным всадникам и густым басом проговорил.
  - Так я и думал! Это пираты. У нас с ними старые счёты.
  При этих словах, он поднял колчан с чёрными стрелами.
  - Это лучше выбросить подальше. Лучше захоронить вместе с ними. Или сжечь.
  Он ткнул рукой в трупы.
  - Брат мой у тебя?
  Девушка приопустила меч, но держала его остриём к чёрному мечнику.
  - Ты тоже дракон?
  Брови мечника поползли вверх в удивлении.
  - А ты откуда знаешь?
  Девушка, не опуская меча и показывая им на трупы.
  - Они сказали, что раненный - дракон. А раз ты его брат, то наверно тоже дракон? Да и регенерация у него явно нечеловеческая.
  Мечник кивнул.
  - Ну, раз тебе это известно, то и скрываться незачем. Да, мы с ним драконы!
  Меч в руках девушки потянуло к земле. Она облокотилась о плетень, и придерживая меч одной рукой плюхнулась на лавку возле плетня. Клинок вывалился из руки, и по щекам покатились крупные слёзы. Дракон присел рядом на лавку.
  - Как тебя звать?
  Девушка повернула к нему заплаканное лицо. Вытерла его рукавами рубахи.
  - Вам наверно всё равно!? Вон сколько людей загубили. Хоть бы у кого имя спросили.
  Она махнула рукой на город. Мечник виновато уткнулся взглядом в землю.
  - Я меэрис по вашему городу ходил. Прежде чем приступил к каменному дыханию. Нет в тех людях ничего живого. Одна прибыль да власть и гордыня. Другие не превратились бы в камень. Добрая треть горожан ушла к Прозрачному озеру, и строят там новый город. А тебя не берёт моё пламя, значит, достойна большего. Я как увидел, что пламя обтекает тебя, все четыре меэрис тебя от напастей боронил в городе.
  Девушка изумлённо посмотрела на дракона.
  - Так это ты меня оберегал от тех идиотов, что считали меня ведьмой? И хотели на площади сжечь.
  Дракон сдавленно кивнул. Девушка ещё раз прошлась рукавами по ещё мокрым щекам.
  - Драка тогда была, будь здоров!
  Дракон улыбнулся.
  - Прости меня за родичей своих. Но если бы я не начал в камень их обращать, то началась бы война, и всей бы долине непоздоровилось. Так, что пусть они лучше в камне стоят, чем губят невинных людей по всей долине.
  Девушка шмыгнула носом и заплакала снова. Но сквозь всхлипы всё же пробормотала.
  - Леокордия меня зовут.
  В домике что-то гулко упало. Слёзы девушки мгновенно высохли. Леокордия и дракон переглянулись, и не сговариваясь рванули к дому. В прихожей лежал парень, вставший с кровати и дошедший досюда. Но снова потерял сознание. Они вдвоём подняли безвольное тело и уложили в кровать. Дракон посмотрел в глаза девушке.
  - Меня вы Стархом прозвали, так и зови меня.
  Леокордия кивнула в сторну раненого.
  - А его как зовут?
  Старх опёрся о постель больного.
  - Серогор это. Как его в ущелье угораздило на засаду пиратов нарваться? Видимо следили за ним!? Получил заговорённую стрелу в спину. И даже после этого с десяток пиратов положил. После чего обратился драконом и сюда прилетел. Не успел я к нему туда! Уже, по следам преследовавших его, сюда добрался.
  Леокордия хихикнула.
  - Значит, я права была, именно с неба свалился. Я всё думала, что его рядом с домом подстрелили.
  Она принесла в дом парное молоко и налила дракону в кружку. Тот выпил, и молча вышел из домика. Девушка стояла в дверях и наблюдала, как массивная фигура человека, в бледных лучах вышедшей Тамарис, окуталась туманом и начала расти, превращаясь в чёрного дракона. Дракон подхватил тела пиратов, вместе с колчаном заговорённых стрел, и понёс их к горам. Кони пиратов шарахнулись в сторону при взлёте дракона. А потом сбились в кучу и только нервно фыркали.
  Леокордия вышла со двора. Собрала поводья коней в руки и повела их к стогу с сеном. Кони уткнулись в ароматное сено, а девушка быстро их расседлала, скидывая конскую сбрую и оставшееся оружие пиратов к стене домика. Потом зашла в дом и стала готовить ужин.
  Вошёл Старх с мечом брата в руке, который они забыли возле лавки и спокойно сел чистить оружие брата.
  Туман снова застлал взгляд Кате и плавно вернул её на лавку возле дома Дикулей.
  
  .................................................
  
  
  27.СНЫ.
  ----------
  Катя, как всегда заработалась в Читалке. Для неё это стало отдушиной. Она начала получать собственные деньги. "Нужно как-то и о маме позаботиться. Пусть отдыхает больше. Она же смогла долгое время заботиться и о себе и обо мне, значит и я смогу".
  Книжку, сегодня она так и не взяла в руки. Как-то не тянуло. Да и Сребра принесла из загашника новые, а точнее старые, рукописи. И это было значительно интереснее.
  Она только на несколько сек облокотилась на спинку кресла, и протёрла руками уставшие глаза. Положила руки на подлокотники, и тут же провалилась в глубокий сон.
  Тимирью, стоит на огромной скале. Катя смотрит на этот мир, его глазами, и слышит его мысли. Перед ним расстилается огромная долина, с лесами, полями, реками и озёрами. Со стороны заката, видны пять больших крылатых фигур в небе. "Ну вот, подданные пожаловали. Как же от них избавиться? Неужели у них нет других дел? Хоть бы у них проснулась тяга к оживлению. Только эти пятеро самовызвались быть его охраной, и теперь преследуют его попятам, думая, что охраняют его. Сейчас начнётся! Поклоны, клятвы, этикет - как это достало. Почему нельзя просто подойти и доложить, что где-то что-то случилось. Выслушать что нужно сделать, и пойти отдыхать".
  Пятеро драконов опустились на большую скалу, выступающую над долиной, за спиной своего повелителя. Шум крыльев и Тимирью обдаёт ветром. Он оборачивается. Драконы уже превратившиеся в людей, стоят на колене, склонив головы в уважительном поклоне. "Ну что же, хоть к упрощённому варианту я их приучил. Всё быстрее будут докладывать, и дело пойдёт быстрее. Уже прогресс".
  - Поднимитесь пожалуйста. И доложите.
  Драконы встали. Один вышел вперёд. "Соом - звеньевой охраны. Наверно, самый смелый из рода водяных драконов. Смелый до безрассудства"- подумал Тимирью.
  - Господин! Вы постоянно пытаетесь ускользнуть от нас. Мы не можем выполнять свои обязанности.
  Тимирью вздохнул. И опять повернулся к долине, к этому прекрасному виду. "Хорошо, что Саатом уже улетела, и они успели поговорить. Как же она прекрасна в гневе, так же как и в полёте. Она единственная, кого я могу видеть из дракониц. Наверно это любовь? Мне хочется видеть её вновь и вновь". Но сказал он другое.
  - Простите меня Соом. Но у меня могут быть и личные дела, о которых вам знать ненужно. Это выходит за рамки ваших обязанностей. Я постоянно говорю вам, что мне не угрожает опасность. Вас убить трудно, а меня тем более. Что для вас является большим ранением, для меня всего лишь царапина. Мне не угрожает опасность, по крайней мере, постоянно.
  Соом развёл руками.
  - Но Черный маг!? Повелитель!
  Тимирью усмехнулся.
  - Поверьте Соом. Когда чёрный маг находится со мной на одной планете, планете тяжело носить нас двоих, и я это чувствую. Даже тогда, когда он только приближается к планете. Летите по своим делам, у вас их тоже достаточно. Я позову вас, если маг появится на планете. Да, скорее всего вы и сами почувствуете это. Тогда и будете меня охранять. А сейчас летите и займитесь, тем, что вам дорого. Дайте и мне насладиться одиночеством, без обязанностей и этикета, который я ненавижу, и который постоянно ставит меня в неловкое положение.
  Драконы переглянулись. А Тимирью сел на выступ скалы, сбросил чёрный плащ, усыпанный мелкой алмазной пылью и снял с пояса алмазный меч с прозрачным, прямым клинком и в прозрачных ножнах. "Как же прекрасны закаты на Тароне. Особенно когда знаешь, что твоя любимая здесь, и скоро ты опять увидишь её". Его обдало ветром, от крыльев взлетающих драконов. Они спикировали вниз к самым деревьям. И к пейзажу добавились пять летящих над долиной ящеров. "Идиллия!!!".
  Катю безапелляционно тряхнули за плечо. Она затрясла головой, не понимая, где находится. Над ней склонилась грозная начальница.
  - Как это понимать? Её понимаешь, разыскивают по всей планете, а она наслаждается сном в одном из самых удобных кресел. Да ещё и на работе!
  - Извините! Я уже ухожу. Просто немного задер...
  Тут она увидела, что в окно бьют лучи восходящего Глаза Яара. И в недоумении посмотрела на Сребру.
  - Кто меня ищет?
  Сребра осмотрела перебранные свитки и смягчила тон.
  - Твоя мама оборвала телефон, звоня мне. Ты же трубку не поднимала?! Вот она и забеспокоилась.
  Катя схватила со стола мобильник. На нём красным, были выделены двадцать семь звонков. И двадцать четыре из них от мамы.
  - Яар с вами. Я не могла проспать здесь всю ночь. Я только -только заснула.
  Она сладко потянулась. И набрала телефон мамы.
  - Мам, прости пожалуйста. На работе задержалась и забыла позвонить.
  Выслушала нелестный ответ.
  - Ну да! Заработанный работоголик. Дура, битком набитая соломой. Да, и опилками, из которых состоят старые свитки. Прости мама. Тут так интересно! Я постараюсь так больше не делать.
  Сребра внимательно слушала их разговор и когда Катя сбросила звонок. Сказала.
  - Собрала вещички и марш домой. Работоголик, битком набитый соломой и опилками.
  Катя посмотрела на Сребру и заговорила, переводя взгляд на стол.
  - А как же ра...
  На столе осталась маленькая кучка пергаментов. Остальное аккуратно было разложено на другой половине стола с подписанными бирками.
  - Домой, так домой.
  Покорно сообщила она Сребре и стала собирать вещи.
  Дни снова потянулись за днями. Немного нудно, но зато спокойно. Если, конечно, не переживать за Канна с Лизон. А так всё спокойно.
  
  
  
  Катя пришла домой раньше обычного. Мама ещё собиралась на работу, опять в ночную смену. Дочка подошла, и чмокнула мать в щёку.
  - Мама! Может хватит уже так перерабатывать?! Я уже выросла и смогу позаботиться о себе сама.
  Мать посмотрела на дочку, не донеся до сумки ссобойку.
  - Катенька. Я бы с удовольствием работала меньше, но женщины рожают детей уже много мериссото. А те не хотят рождаться только в дневное время. Специалисты моего уровня, большая редкость. Поэтому, я буду помогать людям, пока не обучу смену для себя.
  Катя хмыкнула.
  - Твоих учеников, по всему Панерису разбросано столько, что их солить можно и в кадки закатывать. Про запас! Даже если ты сейчас уйдёшь с работы совсем, замена тебе найдётся.
  Мать улыбнулась.
  - До тех пор, пока я нужна, я буду помогать людям. И готовить новых врачей акушеров. Чем больше высококвалифицированных врачей на планете, тем лучше.
  Она положила ссобойку в сумку и, поцеловав дочку, вышла из квартиры.
  Катя прошлась по кастрюлям, положила себе на тарелку жареной картошки с отбивной, налила молока, и села ужинать.
  Сегодня она никак не могла уснуть. Долго ворочалась и несколько раз вставала. Пыталась читать. Сон не шёл!
  В конце концов, она провалилась в забытье. И увидела очередной сон.
  Она попала на красивую планету, всю покрытую густым лесом. По всей планете разбросаны небольшие городки, рядом с которыми, ровными квадратами и прямоугольниками разбросаны поля.
  Планета Саатон, созданная двумя драконами, Саатом и Тимирью. Всё на этой планете хорошо, только в воздухе разлита древняя печаль. Печаль драконицы оставшейся без любимого.
  Тимирью пропал на дальнем кордоне драконьей вселенной, создав ещё одну живую планету. Его три охранника прилетели сюда и говорили, что они перестали чувствовать своего господина. Это произошло пятьсот семьдесят три меэрис назад. Но сердце любящей Саатом подсказало это на много раньше, немыслимой тоской.
  Тимирью выполнил своё предназначение и развоплотился, послав любимой прощальную весточку, иголкой кольнувшей сердце и застряв в нём, на все эти годы, чёрной тоской.
  Катя стоит на огромном уступе в горах. На нём три малых плошадки. Одна с маленьким огненным кристаллом в центре. Вторая с отполированной до полной прозрачности пластиной горного хрусталя, под которым полыхает огонь самой планеты, в виде лавы. А третий круг полностью зарос горным мхом и горным камрисом - мелкими белыми цветками на длинных стебельках и с длинными листиками, а в центре площадки, из под растительности, проглядывают как обычные камешки, необработанные алмазы.
  Над горизонтом появились два дракона. Они быстро приближались. Опустившись на уступ, драконы превратились в двух женщин - пожилую и молодую. Пожилая - красивая, черноволосая, грива волос волнами растекается по плечам, прижатая сверху гладкой шапочкой, усыпанной каменной чешуёй, отполированной до зеркального блеска. Гибкая фигура, затянута в чёрный, плотный костюм, с рукавами заканчивающимися заострёнными манжетами заходящими на кисти рук, с маленькими петельками на средних пальцах драконицы. Плащ, свободно стекающий с плеч, тоже усыпан мелкой, отполированной, чёрной каменной чешуёй, из-под которого выглядывают рукояти двух широких и коротких чёрных ножей. Черные сапожки на высоком каблуке. Молодая - смуглая, с округлым лицом, черты которого придаюд ему особую красоту. Копна золотистых волос, разбросана в том особом беспорядке, который создаётся кропотливо и долго (по крайней мере у людей), и называется причёской. Узкие губы и большие глаза, прямой нос с тонкими чертами. Тонкая фигура затянутая в плотно облегающий костюм, состоящий из красновато-жёлтых металлических чешуй и такие же сапожки на высоком каблуке. На боку, на воинском поясе, висит широкий, короткий меч из желтовато-красного металла проглядыващего через решетчатые ножны. Плаща на ней нет.
  Пожилая тихо опустилась на колени, возле заросшего круга. Протянула руку к центру и вытащила из растительности, маленький, алмазный кинжал. Молодая подбежала к ней, и тоже плюхнулась на колени.
  - Мама! Ты совсем измучилась. Может, когда ты отдохнёшь, и наберёшься сил, твоя тоска станет меньше? Я ведь тоже люблю тебя! Как же мне без тебя тут оставаться?!
  Пожилая драконица, повернулась к дочери.
  - Я не смогу отдохнуть, милая. Меня мучает моя тоска по любимому. Драконы влюбляются один раз, и на всю жизнь. Хорошо, когда влюблённость не перерастает в любовь. У влюблённости крылья бабочки, без разницы любят тебя или нет. А у любви всё по другому. Если чувства взаимны, ты порхаешь как мотылёк, тебе всё даётся легко и непринуждённо. Даже, если вы поругались, то уже через несколько меров помирились и забыли о ссоре. А если чувство не взаимно, или любимого уже нет рядом, крылья каменеют и тянут вниз, всё валится из рук, всё раздражает, ничего не получается.
  Слеза скатилась по щеке женщины.
  - Твоя любовь ко мне, позволит тебе прожить долгую и счастливую жизнь. Даже когда меня не будет рядом. К родителям, любовь другая, она тоже сильна и остаётся в сердце на всю жизнь, но сворачивается там мягким и пушистым котом, спокойно засыпая. То же, что гложет меня, ворочается в сердце комком иголок, оставляя при каждом воспоминании глубокие шрамы, без Тимирью, мне тяжело. Поэтому, я оставляю эту планету на тебя. Это наш с отцом подарок тебе. Ты уже ответственна за живой мир, и никуда лететь не нужно. Смотри за нашей планетой и живущими на ней. Память крови подскажет тебе правилность твоих действий. А мне пора. Я больше не в силах жить без твоего отца. Прости меня Таатон!
  Сердце Кати сжалось в комок, её душили слёзы. На её глазах уходил из жизни дракон. Уходил по собственному желанию. За своим любимым, не в силах сдерживать больше тоску.
  Саатом, приложила к груди, маленький кинжал, который держала в руке. Её окутал плотный туман, который стал быстро растворяться в воздухе, как облако в голубом небе. Через сен, на площадке осталась только Таатон. Она глубоко вздохнула. С этим вздохом, воздух очистился от тоски и тяжести. Планета наполнялась силой молодой драконицы.
  Таатон осмотрелась по сторонам. Там где стояла её мать, она увидела на камне маленький, алмазный кинжал. Подняв его, она долго стояла на краю площадки, смотря в даль, на уже свой мир, очищавшийся сейчас от тоски и боли. Пока огненный шар Тат, не коснулся горизонта. Она подняла кинжал к небу, его рукоятку обвил лёгкий туман, уплотнившийся в прочную цепочку из чистого железа.
  Драконица повесила получившееся украшение на шею. А сворачивающийся в сердце кот, легонько царапнул по нему коготками, и из глаз Таатон покатились крупные слёзы.
  Катя оторвала голову от подушки, та была мокрой от слёз, и они всё катились и катились по щекам. Она, почему-то чувствовала глубокую вину за то , что произошло в её сне. "Какого хрена, я реву, как буд-то виновата в развоплощении Саатом". Она вытерла слёзы, но сердце не желало успокаиваться. Щемило немилосердно.
  На работе, ждал очередной допрос Сребры. "Странно, но я очень редко называю свою начальницу по полному, то есть по имени отчеству? Мы, как старые подруги?! И даже, когда мне нужно называть её официально, это как-то коробит". Катя думала об этом, рассказывая Сребре свой сон. Это позволяло не переживать сон заново. Сребра же выпытывала каждую мелочь, заставляя обращать внимание на вещи, на взгляд Кати совершенно не важные.
  Когда допрос был завершён, и весь сон был записан до мелочей, Катя облокатилась на спинку кресла и закрыла глаза.
  Чернота, вдруг, вспыхнула ярким светом. Тат был высоко в небе. Планета Таатон, по прежнему была прекрасна. В даль простирались бесконечные леса. На ней, конечно были и города и деревни, но очень далеко от горного хребта Саратог. Большой горный выступ с тремя площадками, две из которых сильно заросли горным мхом и камрисом. На краю площадки стояла Таатон. Плащ из жёлто-красных металлических, отполированных пластин и шапочка из таких же пластин, полностью скрывающая волосы. Катя видит драконицу со спины, но знает, что это именно она. Таатон резко разворачивается. Но для Кати, это молниеносное движение растягивается, как буд-то она смотрит фильм в замедленном просмотре. Катя во всех подробностях, рассматривает повзрослевшее, наполненное мудростью меэриссото лицо дочери Бога драконов. И когда с протянутой руки Таатон, в её сторону, срывается язык пламени, она видит его, уже, увлекаемая мистическим туманом. Последнее, что увидела Катя сквозь дымку - блеск маленького алмазного кинжала на груди драконицы.
  Сребра стоит над ней и в упор смотрит в глаза.
  - Ну и где мы путешествуем?
  Катя трёт лицо руками. Потом поднимает глаза, отвечая на взгляд.
  - В настоящем, товарищ начальница! В настоящем!
  Сребра опёрлась одной рукой на её стол, а другой в своё бедро.
  - Всё из тебя клещами вытаскивать приходится. Рассказывай!
  Катя виновато опустила глаза.
  - На планете Таатон, у дочери Тимирью и Саатом, всё в полном порядке. Но Таатон очень не любит, когда кто-то смотрит ей в спину.
  
  
  28 ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 17. ТЕСТИРОВАНИЕ.
  
  Старх Ярисович, подошёл к Кате после тренировки, когда она уже собралась идти в раздевалку.
  - Я прошу тебя задержаться. У нас будет разговор. А возможно и не только разговор.
  Катя уселась на скамейку и сняла с плеча сумку, к которой, теперь уже всегда, были приторочены меч с бокэном. "Хорошо, что на ношение холодного оружия ненужно никаких удостоверений и разрешений. А ведь недавно правительство, хотело запретить холодное оружие в свободном ношении. И нужно было бы ещё кучу справок и удостоверение. Но так как почти каждого на планете обучают владению холодным оружием, то просто решили, чтобы оружие носили в чехлах, и использовали только на тренировках, или для самообороны."
  Тренер подошёл к задумавшейся Кате. Она вздрогнула, когда тот коснулся её плеча.
  - О чём задумалась?
  Катя пожала плечами и махнула рукой.
  - Да так. О своём, о женском. О чём вы хотели поговорить?
  Старх Ярисович присел рядом, и невпопад спросил.
  - Как ты себя чувствуешь?
  Катя снова дёрнула плечами.
  - Нормально. Вроде бы всё как обычно. А зачем вы спрашиваете?
  Тренер немного замялся.
  - Тебе выдали удостоверение?!
  Катя покопалась в сумке и протянула его тренеру. Тот покрутил корочку в руке и вернул её Кате. Потом достал из кармана своё, протянув его ученице. Глядя на корку учителя, Катя с недоумением раскрыла его.
  Цветная печать, как и у неё с десятью драконами. Только на корке, другая голограмма. Она медленно проявилась. Чёрный дракон. А в уголке, чёткая маленькая печать, чёрный дракон на фоне большого, прямого меча. "Ещё в самом начале обучения, мальчишки говорили на переменах об ордене чёрного дракона, как о самых сильных бойцах, и что самые сильные бойцы планеты и гвардейский спецназ, и вся верхушка гвардии, принадлежат к этому ордену. И попасть туда очень сложно, слишком строгий отбор. Наверно не врали!?".
  Тренер, сидел молча. Но когда Катя протянула ему удостоверение, сказал.
  - На определённом этапе, мы проверяем всех магов на владение холодным оружием. И по желанию последних, доучиваем их единоборствам. Сегодня я буду тестировать тебя.
  Катя недоумённо посмотрела на тренера. Тот усмехнулся.
  - Ты уже показываешь результаты выше, чем у чемпионов планеты. Но выставлять тебя на соревнования мы не можем. Ты просто порвёшь там всех, как марвин пергамент, и возьмешь все призы. Ты уже не человек. Или не совсем человек. Мы обязаны знать, на что ты способна, что бы использовать твой дар достойно, особо не рискуя тобой. В твоём удостоверении будет стоять ещё одна печать, с одним из одинадцати уровней. С тем, какому соответствуешь ты.
  Тренер развернул свою корку и обратил внимание Кати на, ту самую маленькую печать в уголке удостоверения.
  - Похожую на эту.
  Катя заметила, что в зал входят две женщины. Сребра и ещё одна незнакомая, тёмноволосая, с короткой стрижкой и в тёмном с блёстками коротком платье. Тренер обернулся. Посмотрел на вошедших.
  - Это наблюдатели. Тестировать тебя буду я, так как ты моя ученица.
  Катя с недоверием посмотрела тренеру в глаза и почти со страхом сказала.
  - Но вы же, один из лучших бойцов на планете. Если не самый лучший. Против вас мне и минуты не продержаться?! Вас побаиваются даже чемпионы.
  Тренер улыбнулся.
  - Ну, вот и посмотрим, сколько минут я продержусь против тебя. Расчехляй свою живую железяку, а я сейчас принесу свою.
  Катя снова посмотрела на женщин.
  - А Сребра тоже наблюдатель?
  Собравшийся уходить тренер, обернулся.
  - Да, конечно! Она твой куратор, ты её воспитанница. На ней ответственность за тебя.
  Катя кивнула.
  Старх Ярисович ушёл в подсобку и вышел оттуда с чёрным мечом. Выглядел он странно, казалось, что меч не соответствует своей форме и комплекции хозяина. Внешне он походил на Катин меч, но казалось, что он должен быть широким и прямым, и на много длиннее.
  За это время ученица расчехлила свой Орлис и вложила его за пояс. Оправляя кимоно, она отвернулась от идущего к ней тренера. И услышала шуршащую речь меча в голове:-"Атака сзади". Она сделала движение вбок и увидела кончик чёрного меча тренера.
  Она плавно, но быстро переместилась подальше от стены, чтобы не быть придавленной к ней, одновременно вытаскивая из ножен меч.
  Но тренер не стал дожидаться, пока ученица приготовится к поединку и с сумасшедшей скоростью продолжил атаковать боковым рубящим ударом. Ещё не полностью вышедший из ножен Орлис, принял атаку остриё в остриё. Катя оттолкнулась от атаки противника и разорвала дистанцию. Меч полностью вышел из ножен. "У него странная сила, с такими противниками я не сталкивался. Судя по атакам, тебя хотят убить, но агрессии я не ощущаю". Тренер вновь атаковал, быстро, но как-то с ленцой. Катя сбросила атаку вправо и попыталась атаковать сама с проворотом меча, используя силу противника. Но каким-то непостижимым образом, чёрный меч отразил эту атаку, и Кате снова пришлось рвать дистанцию. Страх кольнул сердце девушки, и сразу теплотой пошла по телу энергия. Движения учителя как будто замедлились. Страх ушёл, голова опустела. Как буд-то мысли спрятались в лесу забвения. Катя чётко видела начало атак и легко отражала их.
  Но это было только начало. Движения тренера ускорились, и Катя добавила энергии в тело. Опять замедление и снова ускорение. Танец продолжался и продолжался. Атака, блок, ответ, ответный блок-ответ, снова атака. Ускорение, замедление. Атака. Звон клинков казалось сливается в весёлую музыку. Но Катя отступает и отступает. Чёрный меч не даёт уйти и разорвать дистанцию. В какой-то момент девушка совсем отчаялась и решилась на атаку. Тренер замешкался на приёме отвлечения, и Катя рванулась вперёд. Клинок уже почти касался шеи тренера, но она вспомнила слова меча в начале боя, и полоска стали застыла в долях миллиметра от кожи, под которой билась синеватая жилка. Энергия разом схлынула. Катя почувствовала, что рёбер сбоку касается что-то твёрдое. Осторожно перевела взгляд вниз и увидела, что клинок тренера касается её рёбер, плашмя. В стороне она услышала, что женщины хлопают в ладоши.
  Тренер опустил свой меч и осторожно отвёл меч Кати от своей шеи. Он отошёл к женщинам, и они тихо переговаривались. Катя стояла посреди зала, опустив Орлис, как в трансе. И когда тренер встряхнул её за плечо, начала трясти головой, пытаясь восстановить нормальное состояние. Вместе с тренером подошла темноволосая женщина.
  - Молодец!!! Не ожидала от начинающей такой прыти. Думала, что о тебе сказки рассказывают. Начинающий адепт, побеждает своего тренера. Причём, ещё на уровнях развития. Поневоле поверишь и во всё остальное. Честно заработала уровень Тамарис.
  Катя ещё раз тряхнула головой.
  - А это хорошо, или плохо? Я слышала про уровень Чёрного дракона, как самый самый. А про уровень Тамарис, ничего не слышала.
  Катя вспомнила Легенду о Золотом драконе. "Твоё мастерство превосходит моё. Слова Старха к Тамарис. Это, что, уровень выше, чем уровень Чёрного дракона?!".
  Сребра с женщиной переглянулись, и заулыбались. Сребра похлопала Катю по плечу.
  - А про какие уровни, ты ещё слышала?
  Катя опустила голову.
  - Нууу.... Если честно, то это единственное, о чём я слышала. Да и то мельком. А теперь вот, уровень Тамарис. Тренер сказал, что их одиннадцать. Какой по счёту этот уровень?
  Женщина хмыкнула.
  - Давай удостоверение. А какой это уровень по счёту, потом разберёшься.
  Катя подошла к сумке и, покопавшись там, протянула темноволосой свою корку. Та вытащила из сумки какое-то устройство, похожее на печать. Только с небольшим Монитором сверху и несколькими кнопками. Пощёлкав кнопками, она приложила корку Кати к прорези, и подождала, около тридцати сек. Потом протянула Кате корку обратно.
  - Поздравляю! Новоявленный мастер.
  Катя развернула документ. В самом уголке, красовалась маленькая печать с чёрным с блёстками драконом, на фоне серебристой луны. Эту картинку пронизывали, крест-накрест, два прямыхи тонких, чёрных меча.
  Подошёл тренер.
  - Ты прости, пожалуйста, атаку со спины. Проверка, это не обычный поединок, это почти смертельный бой. И проверить нужно всё, в том числе и предательские удары. Поздравляю. Очень высокий результат.
  Похлопав Катю по плечу, он повернулся и пошёл в подсобку. Катя начала отводить взгляд от уходящего мужчины, и боковым зрением вдруг увидела, как тень того затуманилась и приобрела какие-то гротескные очертания, став похожей на чёрного дракона, а тень его меча удлинилась и распрямилась. Но когда она посмотрела на него снова, тень приобрела прежние очертания. Катя пожала плечами и взяв сумку пошла в раздевалку. Сребра, взяв под руку темноволосую, махнула рукой Кате. И они, о чём-то весело разговаривая, вышли из зала.
  
  ................................................
  
  
  29. РАЗМЫШЛЕНИЯ.
  
  ..............................................
  У Кати уже начало входить в привычку, стоять возле окна, потягивая травяной чай и размышлять.
  Кате долго не давала покоя ситуация, когда она жила в Чёрном городе, и была Алехом Семиреченским. Алчность - огромная статья, питающая худшие качества человека. К власти рвутся не все - не каждый справится. Но особо алчные, пытаются подмять под себя страны, что бы стать богаче. Очень плохая амбиция человечества. Нужно как-то сделать так, что бы люди старались кичиться не своим состоянием и умением обманывать соседей, получая над ними власть, а направили этот потенциал в хорошее русло. Например, в область творчества. Кто сможет лучше и позитивнее творить, тот и крут. Но как это сделать. Люди всё равно будут пытаться властвовать друг над другом, власть, сладкая пилюля, способная сбить с пути даже очень хороших людей.
  Для этого нужно менять менталитет людей, и начинать нужно с детей. Включать в программу обучения больше романтики и рыцарства. Превозносить романтиков и художников, людей творящих искусство, делающих прекрасные вещи своими руками, владеющих холодным оружием с искусством превосходящим всё разумное, учёных, продвигающих науку. При этом оттеснить деньги и богатство как таковое, на дальние позиции. Этим и пытается заниматься Старх. И ведь только его бойцы способны на хорошие поступки, при этом, не гонясь за властью и абсолютно бескорыстно. Поддерживая только свою уверенность в себе, и готовность в любой момент помочь родственнику, другу, соседу, или просто защитить хорошего человека. Даже ценой собственной жизни.
  Может быть потому, что они всем обеспечены? Они знают, что если с ними что случится, то их семьи не останутся в нищете и будут всем обеспечены. Их дети пойдут по их следам, и продолжат дело своих родителей.
  Возможно это не единственный стимулятор их бескорыстия и самоотверженности, но очень веский. Мехкас Канингрем, тоже всем был обеспечен, но всё равно, рвался к всемогуществу. Что же придумать!?
  Лучшее, что можно сделать, это дать каждому человеку на планете, что-то вроде карты социального обеспечения. По этой карте, каждому человеку, положено будет то, что человек захочет иметь. Пища, одежда, обувь, средства передвижения, в том числе и личные, образование и обеспечение работой, которую человек хочет, или в которой будет иметь успех, к которой предрасположен, принося пользу обществу и пополняя свою карту социального обеспечения. Помимо этого, если, человек хочет что либо особенное, то может пойти на производство этого изделия и поучаствовать в изготовлении того, что ему нужно, внося свои поправки. Это может быть автомобиль, байк, дом, особенная одежда, или особенное состояние души. Государство должно предоставить всем равные возможности в обеспечении, возможности выделиться, или в воспитании своего духа. Но запретить выделяться, разрушая что-то. Разрушать нужно очень осторожно, беря от разрушаемого самое лучшее и полезное. Разрушить просто, просто убить, а вот долго и нудно идти к цели, в конце концов достигнув её. Да даже не достигнув, но приблизив эту цель, проторив начало пути и давая дорогу идущим следом. Таких людей провозгласить героями и поощрять их повсеместно.
  И всё же почему-то постоянно появляются люди, такие как пираты. Которых обманули, или, которым нужно только их могущество. Интересно, это болезнь, или воспитание? Как это можно исправить? И можно ли? У ковена торговцев, другая болезнь, жажда наживы. Они считают, что мирами правят деньги, и чем их больше, тем больше у человека власти. Пираты, хоть отличались разнообразием. Они собирали все атрибуты власти и могущества, стремились стать такими как драконы, правда со знаком минус. Если, драконы помогали простым людям, то пираты стремятся их поработить. У купцов, один путь - ДЕНЬГИ, богатство, которое они ставят, даже, выше чем ответственность драконов за созданные ими миры. Хотя и у тех и у других одна цель порабощение других, просто путь отличается. Пираты действовали прямолинейно и практически на виду. А вот купцы скрытные и на столько коварны, что пираты и рядом не валялись. Хотя, последние меэриссо и пираты стали очень скрытными, видимо где-то спутались с ковеном торговцев.
   " Почему, драконы и пираты постоянно враждуют? Драконы - создали этот мир и несут полную ответственность за него. Почему же пиратство пытается отобрать у законных хозяев этот принцип - владения и ответственности. Хотя есть пример! Остров просящей руки. Там возникло целое пиратское государство. И ведь всё было абсолютно законно. Драконы даже опекали население острова, не подозревая, что, кроме пиратских кораблей на острове нет ни одного торгового судна, только захваченные. И были в полной растерянности, когда на острове вспыхнула междоусобная война за власть. Причём на маленьком, относительно маленьком, острове, возникло пятнадцать враждующих сторон. И соответственно пятнадцать армий, начали рвать друг друга на части. И соответственно уничтожили друг друга. Когда драконы разобрались в чём дело, на острове осталось только несколько небольших хозяйств, сумевших выжить в этой бойне. Правда эти хозяйства были похожи на укреплённые районы, с войском живущим внутри, и недоверяющими никому, кроме тех, кого они хорошо знают. Сейчас на острове процветающая страна и никаких пиратов. Островное государство Полартия. А о тех временах, до сих пор рассказывают истории и легенды, свято чтя эту память. Вот уж действительно, кто старое помянет тому глаз вон. А кто забудет тому оба. Об этом сохранилась куча документов, которые я постоянно перебираю. В людях, на столько, сильно проявляется жажда власти? Но это же ведёт их к гибели?! Неужели это не понятно?
  Кстати, есть пример и абсолютно спокойного государства - Республика Золотой козы, по легенде, доящейся золотым песком. Там, не чтут Властителей жизни, там чтут, только тех, у кого "карманы" набиты золотом. Там власть принадлежит гильдии купцов. Это одна из небольших долин в Живых скалах, всю Благодатную долину купцам так и не удалось захватить, но плацдарм они отвоевали. Там почти нет населения, но все очень богаты. Простые люди там не уживаются и бегут оттуда в Благодатную. И оттуда же распространяются козни на всю планету, но козни крупные. Иногда доходит до того, что начинает лихорадить весь континент. И ведь не скажешь, что именно Гильдия купцов виновата, прямых доказательств нет. Но в стране Золотой козы, человеческая жизнь ничего не стоит, только доход и прибыль. Там магнатам без разницы, что простые люди будут плохо жить, главное, что они хорошо живут. И почему, они провозгласили себя республикой? Сплошной диктат богатых над бедными. Каждый магнат, отдельное королевство. Это скорее Империя, маленькая, но империя, держащаяся только на деньгах своих владельцев. Из их братии, наверно, только Ростоцкие выделяются. Шоколадные короли планеты. Но они и не живут в Республике, только числятся её гражданами. И что Сребра нашла в молодом Истиславе? Но душе не прикажешь, в кого влюбиться. Может и можно, но очень трудно.
  Магнаты в своей Республике, совсем съехали с катушек. Вроде бы всё спокойно, но как то застойно и ненормально. Когда разговариваешь с ними, такое ощущение, что говоришь с зажравшимся тупицей, ставящим тебя, где-то чуть ниже плинтуса. От человека разит фальшю. Он тебе улыбается дружелюбно, но от этой улыбки разит холодом. И ведь сталкивалась уже. Сивцов приплетал меня к делам, связанным с магнатами планеты. Вспомнить хотя бы убийства в семье автомобильных магнатов Фарров. Погибли трое из большой семьи, в том числе и тогдашний хозяин автомобильной империи Мерив Фарр и двое из троих его детей. Дело оказалось в наследстве и пристрастии младшего Фарра к азартным играм. Проигравшись в дым, он попытался захватить таким образом власть над деньгами отца. В результате всё досталось внуку Мерива, единственному внебрачному ребёнку его старшего сына. Теперь автомобильной империей владеет простолюдин, который не вписывается в общество наследственных магнатов Златомир Фарр. По характеру он ближе к Ростоцким, да вроде бы они и дружат. Вечно в прессе мелькают их фотографии вдвоём. И дела они ведут совместно. Переплели бизнес так, что не разобрать, кто кому помогает, Ростоцкий Фарру, или наоборот.
  Странно! Эта парочка не только богата, но и духовно и умственно превосходит своих "собратьев" по цеху. При разговоре с ними не чувствуешь фальши. Оба не гнушаются общества простолюдинов, прекрасно себя в нём чувствуют. У обоих женщины из простлолюдинок. И дела идут к свадьбам. Особенно у Истислава Ростоцкого - этот подкатил к моей начальнице. Знал бы он, что Сребра один из магов планеты, и занимается такими делами, что вся его семья может в один день костьми лечь, не охраняй Сребру гвардия.
  Ещё более странно! Оба должны испытывать стресс от того, что они не вписываются в общество магнатов планеты, и при этом прекрасно себя чувствуют. И при этом же развиваются умственно и духовно. А что если всем людям для их развития нужен стресс. Сресс, как волшебный пендель, дающий толчок для обленившегося индивида, которого всё устраивает, и дальше идти уже в лом. Вот тебе дорогой стрессовая ситуация, как ты на неё отреагируешь? Естественно побежишь дальше! Солидный стимул для дальнейшего развития. Вот и обьяснение и пиратства и ковена торговцев. Это стресс для дальнейшего развития, если не драконов, то магов планеты и военных однозначно! А через прессу и остальному населению планеты. Что бы не расслаблялись!! Дааа! Однако такие люди обязаны быть в обществе. Нужно на счёт этого обязательно поговорить со Среброй.
  И в то же время, стресс наверно, может быть разным? По крайней мере не таким напористым и экстремальным. Мне, конечно, это помогает развивать свои способности. Но наверно это можно было сделать и по-другому. Только очень долго будет идти развитие?!
  
  30. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 18. ВСЁ СТАНОВИТСЯ НА СВОИ МЕСТА.
  
  ...................................................
  Катя открыла предпоследнюю страницу Драконологии и прочитала.
  
  "Народный фольклор. Синьгли и Синее капризище".
  Глубоко в Синих горах поселилось Чудовище. Люди прозвали его Синим капризищем. Потому, что когда кто-то из людей оставался в горах ночью, слышал завывания и вопли, доносящиеся с гор. Как будто капризный ребёнок просит купить ему новую игрушку. Многие видели Синее капризище, но мало кто уходил от него. Много людей пропадало в горах, и люди говорили, что убивает их именно Синее капризище. А убивает оно странным образом, смотрит человеку в глаза и плачет, или кричит, как маленький ребёнок, который требует от родителей новую игрушку. И так жалобно и душераздирающе, что из людей ручейком уходит энергия. В конце концов человек теряет сознание и умирает. Если только у человека не находится чего либо, что заинтересует чудовище. Тогда оно теряет интерес к человеку и тот может спокойно уйти. Но редко у людей находилось что-то способное заинтересовать Синее капризище.
  Те же, кто выжил, рассказывают, что выглядит оно как маленький человек со сморщенным, капризным лицом. Весь покрытый синими мелкими чешуйками. А на голове волосы, похожие на колючки ежа - жёсткие и острые.
  Много лет Чудовище обитало в горах и люди не выдержали. Купцы принесли дары Синему дракону и попросили избавить Синие горы от чудовища. Уж очень много людей стало пропадать в горах.
  И вот в один из дней появилась в деревне Дебино, что у подножия Синих гор, где торговый тракт уходит в Синие горы, мечница. Тёмносиние, свободные шаровары, синие сапожки. Свитер, вязанный крупной шерстяной нитью и тёплый в чешуйках плащ. Всё синего цвета. Довершал всё слабоизогнутый меч, с синеватым узором по клинку в синих ножнах и с синей рукоятью, в которую вделан крупный топаз, внутри которого всё переливалось, как вода.
  Спешила она. Сильно спешила. И пошла по тракту в горы, на ночь глядя, сколько её не отговаривали жители деревни и купцы, остановившиеся на постоялом дворе.
  Пошла мечница в горы. Долго шла, пока совсем не стемнело. Стала она укладываться спать. А чудовище тут как тут. Плачет, кричит, морщит своё уродливое лицо ещё больше. Тянет из мечницы силы. Заслонилась мечница своим плащом и уменьшился плач чудовища. Подняла она тогда свой меч, собираясь отрубить голову чудовищу. А оно и говорит ей.
  - Нашёлся наконец то человек способный убить меня. Изстрадался я бродить по горам и пугать людей. Когда то и я был человеком - обычным мальчиком. Только был я капризным и гадким. Изводил я своих родителей капризами своими. Пока они не умерли. Но и тогда я не успокоился и стал доводить соседей и родственников. Люди обозлились и прогнали меня из деревни. Долго скитался я по горам, оброс чешуёй, а волосы слиплись и превратились в иглы на голове. Люди перестали понимать меня, и так боялись, что умирали от страха. А я просил их только убить меня. Так я устал от одиночества и своей вины, за погубленных родителей. Убей меня славная мечница. Нет моих сил жить так дальше.
  Но мечница не стала убивать чудовище. А схватила его поперёк туловища и давай пороть своим мечом. Плашмя да по капризной заднице.
  А с Синего капризища чешуя то осыпается. А под чешуйками чистая кожа человеческая. Отлупила мечница гадкого мальчишку. Помыла ему голову в горной речке. И стал он похож на обычного мальчика. Только лицо у него осталось сморщенным и неприятным. Вывела она его с гор в Горнее королевство, и отдала людям у которых не было детей.
  Никогда больше мальчик не изводил людей своими капризами. Чтил своих приёмных родителей, и вырос очень хорошим человеком. Помогал родным и соседям. И все его любили. Таким хорошим он стал.
  С тех пор, перестали пропадать люди в Синих горах. Свободно ходят они торговыми трактами, и благодарят Синьгли.
  Катя, так привыкла сидеть в своём закутке, поглощая шоколад. Здесь так удобно и спокойно. Даже дома нет такого. Прошло три мэсалис (месяца) с окончания экзаменов. Последние страницы книги, давались почти буднично. Прошла ломка от изменений в организме, она уже много знала о своих возможностях и даре. Даже не о даре, а дарах. Слишком уж их много проявилось: эмпатия, телекинез, апперцепция, ...... . Катя взглянула на закладку - чистая белая поверхность. Гладкие словно отполированные мелкие чешуйки. По ним приятно водить пальцами. Она снова взглянула на книгу, и хотела положить кусочек кожи на место, между страницами. Но там уже был, точно такой же лоскутик кожи. Катя хмыкнула, мысленно сказала книге спасибо. Уже почти два мэсалис ведётся дело о пропаже её однокурсников Кана Семара и Елизаветы Король. И даже её способности не в состоянии помочь найти их.
  Думая так, она перелистнула последнюю страницу книги со странным названием "Драконология". Там большими буквами, старинным шрифтом, было написано:- "Всё в мире происходит далеко не так, как мы видим. И приводит не к тому, что кажется нам. Только время может показать нам следствия тех или иных поступков и действий. Но и увидим мы это, только при условии нашей внутренней мудрости". Катя закрыла книгу, и просто сидела, глядя на опустевшую обёртку очередной шоколадки. Никаких видений, к которым она уже привыкла, никаких предвидений, ни чтения мыслей. Всё, казалось, ушло. Пустота казалась вакуумом, но что-то всё-же происходило. Возле кафедры Сребры стояли люди и переговаривались о чём-то. Она их знала. Сребра, Ярис Матвеевич, его жена - Мол Адамовна, Тамара, наблюдавшая за её тестовым боем со Стархом Ярисовичем, сам тренер, Любомир, собиратель истории о своём тёзке - драконе и моложавая женщина в красивом зелёном платье и зелёных туфлях на высоком каблуке, которую Катя видела впервые. Они оживлённо что-то обсуждали, поглядывая по сторонам. Кате казалось, что они наблюдают за ней. Но ей казалось ещё, что она их знает, очень давно, всех. И что они одна семья. И что не все они собрались здесь, кого-то не хватает. "Зачем они собрались?".
  Катя начала отводить взгляд от них. И вдруг, её глаза расширились от увиденного. За каждым из собравшихся возле кафедры, стояла размытая, полупрозрачная, огромная тень. За Ярисом Матвеевичем - тень большого белого дракона, за его женой - тень чёрного дракона, за Среброй - тень красивого серебряного дракона, за Тамарой - стоял чёрный с блестящей чешуёй и обсидиановыми когтями, за тренером - большой, чёрный, шипастый дракон, за любомиром - Радужный дракон, а за незнакомой женщиной - зелёный дракон.
  Катя протёрла руками глаза, но видение не уходило. Теперь все собравшиеся вокруг кафедры пристально смотрели на неё. Их полупрозрачные тени, полностью повторяли их движения. У Кати непроизвольно овалилась челюсть. Перед ней стояли драконы - древние создатели и хранители жизни на Тигее. Сееркан, Яар, Моон, Старх, Любомир, Тамарис и Алеся. Сердце заколотилось так, что Кате показалось, что она сейчас потеряет сознание. Но новые способности не дали ей провалиться в небытие. Теплота начала разливаться из области живота, по всему телу. Сердце перестало беспорядочно колотиться, мысли приобрели ясность. Катя отвела взгляд от того, что она увидела, ещё раз посмотрела на пустую обёртку от шоколадки, улыбнулась и выбралась из кресла. Она повернулась к драконам, сложила вытянутые вниз руки в замок и уважительно склонилась в полупоклоне.
  К ней подошла Алеся. Взяла её за руку и подвела к остальным. Яар посмотрел на девушку.
  - Катенька! Мы уже поняли, что ты видишь нас. Но при обычных людях не стоит выказывать нам почтение. Да и вообще хватит простого уважения. Эмоционально мы прекрасно это чувствуем. А вечером, когда всё закроется, мы соберёмся снова здесь. Пока успокойся и постарайся вести себя естественно. Здесь, кроме нас нет посвящённых.
  Катя кивнула и пошла в подсобный зал. Перед дверью она остановилась и ещё раз посмотрела на драконов. Полупрозрачные тени пропали, теперь Властители жизни ничем не отличались от людей. Она открыла дверь, и пошла работать со старинными пергаментами. "Надо же чем ни будь занять взбудораженный мозг". Она вспомнила, что забыла книжку на столе. Но когда её взгляд коснулся её излюбленного закутка, столешница была девственно чиста. Даже обёртка шоколадки упала на пол. Книга исчезла!
  
  ............................................
  
  Когда Глаз Яара полностью ушёл за горизонт, а Тамарис и Литания поднялись над горизонтом, в читалке собрались драконы и Катя. Присутствовали Ангелина Мелеховна и инспектор Сивцов. Добавился мужчина в военной форме и библиотекарша Белгорода Семира Кардаш.
  Все встали в круг. Через два дракона встали маги и положили правую руку на сердце. Сееркан вывела в центр круга Катю, и заняла своё место в кругу драконов. Катя сцепила руки в замок, вытянув их вниз и склонила голову. Энергетика била через край и Катя провалилась в магическое зрение. Она всё прекрасно видела на триста шестьдесят градусов. Магическое зрение позволяло видеть так.
  Она видела, как драконы сложили ладони перед грудью и между ладонями полыхнул свет. За драконами стояли полупрозрачные драконьи ипостаси, полностью повторяя движения людей. От них, белёсыми ниточками, тянулась к ладоням людей энергия. Восемь драконов, стояли в кругу закрыв глаза. Только наблюдатели маги внимательно следили за действом. Катю окружал кокон из энергии, в котором энергия двигалась беспорядочно. Её токи хаотично перемешивались. Цвет ауры менялся к медово-золотистому и очень прозрачному. Энергия кокона постепенно впитывалась в ауру.
  Свет в ладонях драконов потух. Катя подняла голову и встретилась взглядом с Сееркан. Смотря ей прямо в глаза, она положила руку на сердце. Вспоминая молитву Святого Семёна, начала говорить.
  - Властители Жизни! Примите душу мою, и используйте по усмотрению своему. Пусть тело моё служит вам, пока живёт. Пусть каждая реинкарнация моя, будет полезна вам. Если я нарушу эту присягу? Вверяю вам наказание моё, и мою жизнь. А так же последующие жизни, до конца времён. Аминь!
  Сееркан вышла из круга и подошла к Яару. Тот развёл ладони, на его пальцах покачивалась цепочка жёлтого металла с белой с золотыми прожилками драконьей чешуйкой. Сееркан прицепила свою чешуйку на цепочку. Взяла её у отца и прошла по кругу. Каждый дракон повесил на цепочку свою чешуйку. Старх - абсолютно чёрную, Тамарис -чёрную с блёстками, Леся - тёмно-зелёную с яркими зеленоватыми прожилками, Любомир тёмно-серую, но переливающуюся всеми цветами радуги, Моон - черную, гладкую, с блёстками по краям, Маара, появившаяся на закате - чешуйку переливающуюся странным светом от красного, в центре отражённого света, до яркого фиолетницавого по краям, отражения. Причём, если двигать эту чешуйку из стороны в сторону, красное пятно передвигается по ней.
  Сееркан подошла к Кате и застегнула цепочку с чешуйками на её шее. Катя поблагодарила драконицу полупоклоном головы, снова сцепив руки в замок на подоле короткого платья.
  Круг распался. К Кате подошли четверо наблюдателей. Каждый поздравил её с вступлением на путь мага. Ангелина Мелеховна, мягко пожав Катину руку.
  - Я же говорила тебе, милочка, что ты всё увидишь сама. Поздравляю.
  Гвардеец, улыбнулся и крепко пожал ей руку.
  - Поздравляю новоявленный маг! Формально, ты поступаешь в моё распоряжение. Но негласно, если судить по твоим кураторам, отдавать приказы будешь ты мне. Андрогаст Венцеславович, к вашим услугам.
  Он приэтих словах строго по военному кивнул головой, не отпуская Катину руку.
  Сивцов просто улыбнулся. А Семира Кардаш с улыбкой произнесла, глядя на цепочку Кати.
  - Теперь понятно, почему Сееркан отправила за документом именно вас. Таких почестей не добивался ещё ни один маг. Поздравляю!
  Подошедшая Сееркан задумчиво отпарировала.
  - Ну, кому и почести, а кому и проклятие.
  Семира задумчиво посмотрела на драконицу и согласно кивнула.
  - Вы абсолютно правы. О великая!
  Катя вспомнила оговорку Ангелины Мелеховны, когда только вошла во вспомогательный зал этой библиотеки. Всё становилось на свои места, всё было правильно.
  В зал, военные, вкатили круглый стол, через главный вход с улицы. Уставленный вином и яствами, каких Катя никогда не видела. Те же военные расставили кресла и четверо из них встали чуть поодаль от стола, а один отошёл ещё дальше за их спины, где стоял ещё один стол - маленький, заваленный полотенцами, салфетками, вилками, ложками и прочей мелочью необходимой для пирушки.
  Удивлению Кати не было предела. Сребра, подошла к ней и сказала.
  - Ну, чего стоишь столбом. Ты именинница тебе и звать всех за стол.
  Катя, всё ещё не снимая с лица изумления, ошарашено произнесла.
  - Я не ожидала такого! Но, хотя и не я готовила этот прекрасный стол, прошу всех к столу.
  Сребра подтолкнула Катерину к самому большому креслу. А сама пристроилась на соседнем, поменьше. Все расселись. Официанты в форме гвардии, подошли к столу, и бысто открыв бутылки с вином, разлили его по бокалам. Один из них, так и остался стоять возле Кати.
  Сееркан встала и обращаясь к присудствующим начала застолье тостом.
  - Сегодня, родился ещё один маг, огромной силы. Я надеюсь, что она будет очень полезна в нашем общем деле. За тебя Катенька.
  Все подняли бокалы и выпили за новоявленного мага. Официанты быстро разложили по тарелкам, кто на что посмотрел. Катя тоже посмотрела на картофельное пюре и жаренного рапанга в перьях. Всё тут же оказалось на её тарелке и по ложке салатов с орехами. После первого бокала напряжение Кати спало, и она расслабилась.
  На все остальные тосты она только мило и скромно улыбалась и потягивала прекрасное вино из бокала, в который официант, не отходивший от неё ни на шаг постоянно подливал красную, тягучую жидкость из бутылки. Она попробовала все блюда на столе, но так и не наелась толком. Хотя и голода не было. Да и напившейся, она себя не чувствовала.
  Организм прекрасно саморегулировался. И ощущение праздника не покидало Катерину весь вечер. "Плохо, что маму нельзя позвать за этот стол. А всё остальное просто прекрасно!"
  
  ....................................................
  
  На следующий день, после посвящения, Катя сидела в своём кресле и ничего не делала. Просто перебирала в пальцах чешуйки драконов на цепочке, вручённой ей Среброй, и думала, как она сейчас должна относиться к своей начальнице. "А к Любомиру? А к тренеру? Это ведь почти её друзья!?" Она сняла с шеи изящную цепочку. Восемь чешуек, маленьких, не из металла, изящных. Цепочка похожа на золотую, но очень прочная. Она попробовала её на прочность, пытаясь порвать.
  - Не пытайся даже! Не получится! Это дорогая моя кладонит. Черезвычайно редкий металл. За одно звено, можно приобрести целую планету. Его ценим даже мы - драконы.
  Сребра как всегда подошла неслышно. Но Катя уже начала привыкать к внезапным появлениям своей начальницы.
  - А чешуйки?
  Сребра улыбнулась.
  - Чешуйки наша плоть. Просто сделанная нами в виде таких амулетиков, с вкраплениями различных металлов. Мы же можем делать с нашим телом всё, что угодно. А ты у нас вроде бы девушка, значит и амулетики будут изящные и красивые. И чем больше таких чешуек у человека, тем более мы ценим его! Каждая означает, что твоим покровителем является дракон, вручивший тебе свой дар - кусочек своей плоти.
  Катя недоверчиво посмотрела в глаза своей кураторши, и по совместительсву дракона.
  - У меня их что, восемь?
  Сребра улыбнулась ещё шире.
  - Да!
  Катя ещё недоверчивее посмотрела на Сребру.
  - Но почему так много?
  Сребра отвернулась и стала копаться на полке со старинными фолиантами.
  - Смотри не возгордись. Это конечно приятно, что тебя оценили так высоко, но это и огромная ответственность У Ангелины Мелеховны, цепочка из золота и всего одна чешуйка. Но ценность её для нас огромна. Это просто расслоение по силе мага. Никто не добивался ещё знаков отличия из кладонита. Ты первая. И нужно следить за собой очень строго, что бы не выдать себя и тех, кто тебе доверился. Одёргивать себя каждый раз, когда хочется похвастаться, какая ты великая, и как тебя ценят.
  Катя хмыкнула.
  - Так не перед кем!? Те, кто знает, поймут по цепочке. И слова бесполезны. А кто не знает, покрутят пальцем у виска. Так, что хвастаться бесполезно. И те и другие сочтут тебя идиотом. Мне вот что мешает жить. Как мне сейчас вести себя с вами. Мои теперешние знания не позволяют мне запанибратски разговаривать с вами.
  - С кем это?!
  Катя пожала плечами.
  - С вами, с Ярисом Матвеевичем, с Любомиром, с Тамарис, с тренером. Особенно с вами и тренером. Вы стали мне почти друзьями.
  Катя застегнула цепочку на шее. Сребра подошла к столу, положила старинный фолиант на Катин стол и опёрлась о его поверхность обеими руками.
  - Да! Выбор конечно сложный. Но скажи. Тебе нравилось наше общение до посвящения!?
  Катя ещё раз пожала плечами.
  - Очень!!
  Сребра улыбнулась.
  - Вот это "очень", мы и будем продолжать. Ведь в сущности ничего не изменилось. Я хотя и дракон, но ничто человеческое мне не чуждо. Ты же уже видела моего Истислава? Он человек! И даже не посвящённый.
  Катя улыбнулась.
  - Истислав Ростоцкий - шоколадный магнат планеты. Вы его любите?
  Она с любопытством посмотрела в глаза начальнице, и с темпераментом, положила руки на стол. Та немного задумчиво, но явно вспоминая что-то приятное, ответила.
  - Ну, может и не люблю, но влюблена точно.
  Катя в недоумении открыла рот.
  - Аа... в чём разница?
  Сребра, чисто по-женски пожала плечами. "И не скажешь, что Дракон!?".
  - Влюблённость лёгкое чувство, яркое, но поверхностное. А ЛЮБОВЬ, глубока и ответственна. Это тяжёлое чувство, хотя его и воспевают повсеместно. Оно прекрасно, но и тяжело одновременно. И если это чувство обоюдно, всё в порядке, ему всю жизнь сопутствует влюблённость. А если нет, то человек просто загибается, или влюблённость просто уходит. Это очень сложно обьяснить. У нас, если любишь, то любишь по-настоящему. Нам от этого чувсва трудно увильнуть. У тебя есть пример этому - твой сон с Саатом и Таатон. Так, что как мы общались, так и будем продолжать. Просто забудь, что мы драконы. А мы с тобой тоже успели подружиться. Так что как дружили, так и будем дружить. Энергетика этого процесса сама подскажет как поступать. Не заморачивайся этим, все идёт своим чередом.
  Начальница пододвинула к Кате фолиант.
  - Прочти! Теперь не только можно, но и нужно.
  Катя прочитала заглавие.
  - Казимир Ланской. "Вся правда о драконах или Боги нашего мира".
  Сребра посмотрела на Катю и с грустью произнесла.
  - К большому сожалению, такие люди очень часто погибают. Благодаря своим знаниям. Раскрывая наши тайны людям, они не думают, что за этими знаниями придут и плохие люди, которые не станут жалеть о смерти умного человека. Которым нужно, только его знание. Эта книга в единственном экземпляре. Здесь наша жизнь, наши характеры. Описание образов, в которых, мы появляемся. Повадки, любимое оружие, стиль боя и кто за что отвечает. Рисунки.
  Катя недоверчиво посмотрела на начальницу.
  - Неужели так подробно!?
  Сребра кивнула.
  - Поверь, очень подробно. Эту книгу, ты будешь читать только в подвальном помещении. Я сильно рискую, вынося её даже сюда, в подсобку.
  Катя раскрыла книгу.
  - Вы говорили, что каждый дракон использует свой металл. Я вижу на чешуйке Алеси, зелёные вкрапления. Такого металла я не знаю, или это крашеный металл.
  Сребра улыбнулась.
  - Это трополис. Тоже редкий металл. Его много в одноимённых деревьях, растущих в Синих горах. Как ты знаешь, растут они в очень труднодоступных местах. И людям, мало, что известно об этом металле.
  Катя вертела чешуйку в пальцах. Она вспомнила, что подобную вещь, она видела на шее главного врача университетской больницы. А ещё у теперешней хранительницы Чёрного города Селины и её дочери.
  - Значит у Велемиры Вороновой, цепочка из трополиса и чешуйка Алеси? Кто-же получает такие?
  Сребра уселась напротив Кати. И облокотилась о стол.
  - Каждый металл обладает своими уникальными свойствами. Трополис усиливает ауру целителя, значит, подобная цепочка будет у целителя. Если, как у тебя, это не основной дар мага, то у него будет Лесина чешуйка, а цепочка будет другой.
  Катя передвинула пальцы на цепочку.
  - А что же усиливает кладонит!?
  - Кладонит, усиливает защитные функции ауры. У тебя не один дар, а много. На совете было решено, что усиление защиты тебе не помешает. А к твоему разностороннему дару, мы дадим по чешуйке. Если честно, то мы не знаем, что будет, когда твои способности ещё больше усилятся, поэтому, в твоих амулетиках усиление минимально. Тебя и так переполняет энергия. Аура человека может не выдержать такой нагрузки. Помимо усиления, чешуйки дают связь с посвятившим тебя в свои тайны, давшим тебе знания. И если с тобой, что либо случится, прибегут спасать все восемь.
  Катя склонила голову на бок.
  - А какой металл у вас?
  Сребра улыбнулась.
  - Мой металл - серебро. Только сильно очищенное. Свойство серебра - очистка ауры от негатива. Серебро темнеет со временем - окисляется. Но у одних людей это происходит быстро, а у других медленно. Чем меньше негатива в ауре, тем медленнее темнеет серебро. Серебро высокой очистки, очень энергетично, и может даже убить человека с большим количеством негативной энергии. Оно просто выжжет ауру.
  Катя, уже теребила в пальцах чешуйку Сребры. Она подняла её к глазам. Всю её пронизывали тонкие серебряные жилки. Их рисунком можно было любоваться и любоваться.
  
  31. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ. ЭКЗАМЕН 19. ПОСЛЕДНИЙ ЭКЗАМЕН.
  
  .....................................................
  
  Катя заканчивала работу над очередной пачкой рукописей. Когда в зал, как ветер ворвалась Сребра.
  - Звонил Сивцов. Обнаружена огромная база пиратов. Там всё кипит, как в сакровейнике (сакры - мелкие насекомые, живут огромными колониями). Ты нам понадобишься. Обьявлен общий сбор драконов планеты. Возможно не только нашей планеты. Возможно, что Канн и Елизавета там.
  Катю аж подбросило в кресле.
  - А, план по освобождению уже имеется?
  Сребра посмотрела на подопечную.
  - Пока нет. Вероятно, будет налёт на базу общими силами драконов. Всё будет зависеть от быстроты наших действий. Скорее всего, пленники погибнут.
  Катя задумалась, вспоминая прочитанные книги из библиотеки старика Канингрема.
  - Кажется я знаю, как освободить пленников. Или, хотя-бы попытаться это сделать. Нужен обиженный человек и секундант. Сколько времени нужно драконам на сборы?
  Сребра задумалась.
  - Ещё несколько меров.
  Катя в задумчивости приложила к губам пальцы.
  - У пиратов есть кодекс чести, который они раньше очень чтили. Надеюсь, что чтут до сих пор. Это как развлечение для отдыхающих братьев. Я имею право вызвать обидчика на поединок, и драться только холодным оружием за жизни пленённых, если у меня нет выкупа.
  - Это полное безумие, соваться в пиратское логово вдвоём.
  Катя хмыкнула.
  - Раньше, вы не раздумывали соваться вам в логово или нет. Вы просто шли и дрались. Я читала, о вашем налёте на остров Чёрный. Ты сражалась на кораблях одна. Сколько потопила до прилёта Старха и Тамарис? Почти все! А Старх и Тамарис, сколько положили народа на Чёрном острове?
  - Нас убить сложнее, чем тебя. Я переживаю за тебя!
  Катя задумчиво посмотрела на Сребру.
  - Ну и меня сейчас убить не просто. Да и потом! Победившие, беспрепятственно уходят с пленниками. А в случае поражения, секундант остаётся в живых.
  Сребра с упрёком посмотрела на Катерину.
  - Нам твоя смерть ни к чему. Нам нужно, что бы ты была жива и здорова.
  Катя сжала кулаки.
  - Я хочу опустить Мехкаса ещё раз. Ещё раз макнуть его в дерьмо, которое он сам же и размазал на всю планету.
  И уже спокойнее.
  - Это же отвлечёт и пиратов, и они пропустят ваш налёт. Это ведь зрелище, для них почти реликтовое. Такое происходит не каждый день!
  Сребра недоверчиво взглянула на Катю.
  - Мне нужно предупредить отца.
  Она подошла к столу, на котором стояли четыре телефона. Катя вспомнила, что про эти аппараты говорила Ангелина Мелеховна. "Связь, которую невозможно прослушать. Провода пролегают глубоко под землёй, в специальных шахтах. Доступ к которым, разрешён только лицам, о которых никто не знает." Сребра тихо говорила по телефону, на каком-то непонятном языке, растягивая гласные буквы. Положила трубку и повернулась к Кате.
  - У нас есть старый лёгкий доспех. Он хорошо сохранился, и на тебя как раз подойдёт.
  Они быстрым шагом прошли в запасник. Сребра открыла старый сундук и вынула из него кольчугу, расшитую древним узором длинную рубаху, штаны, из какой-то тянущейся ткани, сапожки, и из такой же кожи, что и доспех, кожаные наручи, поножи и нагрудный панцирь.
  - Облачайся! Хоть какая-то защита. И движений не сковывает.
  Кольчуга оказалась на удивление лёгкой, а многослойный кожаный доспех прикрывал все жизненно важные органы. В наручи и поножи, были вделаны стальные полосы. Доспех был светло бежевый. Катя взглянула на себя в зеркало. "Воительница, да и только!" пустовал только воинский пояс. Катя побежала к своему шкафу и достала Орлис. Вложила его в петли на поясе, потуже затянув их на ножнах. Сзади раздался изумлённый голос.
  - Истинная валькирия.
  Катя ещё раз посмотрела на себя в зеркало. Сзади стояли Сребра и Ангелина Мелеховна.
  - А шлем где?
  Сребра улыбнулась.
  - Настоящие валькирии идут в бой без головных уборов - они закрывают обзор, и только в лёгком доспехе. Бывали случаи, когда валькирии шли в бой обнажёнными, только в воинских поясах с оружием. Нету шлема по твоей голове. Беги к старому Мехлису, я сейчас догоню.
  Катя выскочила из подсобного зала через аварийную дверь, выходящую прямо в парк. Настроилась на старый камень и напрямик помчалась к поляне. Орлис неудобно хлопал по бедру, мешая бежать. Катя отцепила его от пояса и, каким-то естественным движением, вложила его в специальный карман на спинной кожаной пластине, пристегнув лямки ножен к доспеху. Бежать стало на много легче. "Буд-то, носила этот доспех много лет, не снимая". Между деревьев показалась поляна со Старым Мехлисом. Ждала она не долго. На тропинке показалась Сееркан. Она встала возле камня и закрыла глаза. Волна энергии прокатилась по лесу. И в следующее мгновение, окутавшаяся туманом фигура Сееркан начала расти, превращаясь в серебристого дракона.
   Серебристая драконица подставила крыло.
  - Полезай ко мне на шею и садись по-удобнее.
  Катя взлетела по крылу и примостилась на драконьей шее. В спинном гребне драконицы, был промежуток, как раз пристроиться человеку. Она почувствовала, как её мягко, но надёжно притянуло к коже дракона. Сееркан взмыла над лесом. Лесополоса простиралась за город. И Сееркан вылетев за город над деревьями, набрала высоту.
  Чувство полёта захватило Катю. Облака были так близко, что можно было погладить их рукой, почувствовав их плотность и влажность. Она раскинула руки, подставив их упругим воздушным струям. "Вот, было бы здорово самой вот так летать! Квадроскорт, совсем не то. Хотя и полёт, но не свободный, как здесь. Это потрясающе!!".
  Посмотрев на проплывающие внизу поля слева и водную рябь Залива Синего дракона, она представила, что летит не на спине Серебряного дракона, а сама. Расправив крылья, и ловя каждый мелкий поток воздуха. "Как здорово!!!". Дракон ускорил полёт.
  Под крыльями драконицы пронеслась Серебряная коса и река Холодная. Началось её родное Белоречье. Маленькие города и селения обрамлённые ухоженными полями. И бескрайние леса. Вдали показался большой город. Катя не сразу поняла, что она видит трансляционную башню Семенска, которую горожане прозвали "Небесным стеклорезом", из за шпиля, на конце которого, зажат огромный осколок горного хрусталя, гранёный так, что весь город усеян цветными зайчиками, когда на него падают лучи Глаза Яара.
  Сееркан пролетела прямо над башней. Катя посмотрела в сторону своей улицы. Совершенно прямая, заросшая деревьями. Самая лесистая часть города. И дорога, уходящая к реке Синей, за которой начинаются белые пески. Она подняла голову. Вереницы квадроскортов, неспешно двигались, каждая в своём направлении. Иногда от них отделялись точки и плавно пикировали к зданиям внизу. Один квадроскорт пролетел совсем рядом. Катя во всех подробностях рассмотрела лицо водителя, который скользнул по дракону и наезднице отсутствующим взглядом и полетел дальше. "Неужели никто их не видит? Не часто над городами летают драконы. Город же продолжает жить своей жизнью. Никакой реакции от появления над городом дракона. Под крыльями мелькнула родная улица и крыша её дома. И город остался позади, вместе с лесом, простирающемся до самых белых песков.
  Белые пески - сплошной белый ковёр. Взгляду не за что зацепиться. Но хочется спуститься и прилечь на этот мягкий ковёр. Эта пустыня образовалась благодаря мелким рачкам обитающим только в реках Синей, Оазис и озере Желанном. Каждый меэрис эти рачки откладывая потомство в этих реках и озере ползут в пустыню. Происходит это на Палевень. Тела рачков полностью сгорают под всё испепеляющим Глазом Яара, оставляя после себя несколько крупинок белого кварца. Из этого кварца, люди научились делать потрясающую по красоте посуду и стеклянные изделия.
  Вдали показалась полоска зелени, ярко выделяющаяся на фоне белых песков. " Река "Оазис". На самом деле это не оазис, а всё та-же пустыня. Просто тут растут деревья, произрастающие только на белых песках. Огромные, в несколько обхватов, коричнево-зелёные стволы, растут прямо из белого песка. Никакой растительности больше нет. Вокруг только похожие друг на друга деревья и белый песок.". Внизу пронеслись отблески реки, зелень деревьев и снова белый песок. Начался Залив Окта. Иссине-чёрная вода и большие волны на поверхности. Только кое где мелькнёт и погаснет пенный барашек на гребне волны.
  Катя отвела взгляд в сторону. И увидела большой фонтан над волнами. Фонтан бил из небольшого островка. В толще воды виднелась огромная тень с плоским рыбьим хвостом. Огромный катрал пропускал воду через жаберные фильтры, извлекая кислород из воды и планктон. "Даже моряки видят катралов очень редко. А о таких больших вообще свидетельств о наблюдении нет". Катя вывернула голову назад, наблюдая за огромным морским животным.
  Драконица вдруг заложила вираж, перевернувшись на спину и сложив крылья, начала пикировать вниз. У Кати захватило дух. Но Сееркан снова расправила крылья и падение остановилось. Драконица медленно полетела вдоль пиратских островов, осматривая побережье.
  На короткое время, вдоль побережья мелькнула тёмная полоса. Катя толкнула Сееркан коленом и показала в сторону тёмной полоски рукой. Драконица развернулась и устремилась в указанном направлении. Они вылетели как раз на Грозовую бухту, куда ни один корабль не отваживался заходить. По скалам пролегала, только полоса тени, от этого скалы выглядели темнее окружающих. Но сама бухта открылась им только тогда, когда они перелетели через окружающие её скалы.
  
  32. ЭКЗАМЕНЫ ЖИЗНИ, И У ДРАКОНОВ ЕСТЬ БОГИ. ПОСЛЕДНИЙ ЭКЗАМЕН. ЧАСТЬ 2.
  
  Грозовая бухта. Обычные люди редко ступали на этот берег. А если и ступали, то долго не жили. Может только рабы!? Или драконы. Последний раз сюда спускался Серогор, но входа так и не нашёл. Результатом стало проклятие Канингремов, о котором говорил отец Мехкаса. В скале видна рамка перемещения. Возле неё бегают пираты. Под скалой, нависшей над огромной бухтой, стоят несколько внушительных кораблей возле большого пирса, но на их палубах пусто. И вообще - это большой порт, со складами, разгрузочными кранами. Найти такое под огромной скалой невозможно. С берега бухту закрывают неприступные скалы, а вход в неё нужно знать, или как драконы, уметь летать. Здесь должно быть полно народу, по крайней мере в сообщении было сказано именно так, но стоит полная тишина. Только далеко, возле отвесной скалы, превращённой в многоэтажный дом, суетилось человек двадцать.
  Сееркан приземлилась на песчаную косу под скалой. Катя, в лёгком доспехе, спрыгнула с её спины и уверенно пошла к бегающим людям. Драконица приняла человеческий облик, пошла следом.
  - Катерина, не вздумай лезть на рожон. Нам нужно протянуть время. Драконий ковен уже летит сюда в полном составе. Даже Леокордию с Серогором прихватили. Ты хотя и сильный маг, но среди пиратов сильные бойцы, да и Канингрем теперь будет готов. Он ведь уже знает, на что ты способна.
  Их заметили. Пираты выхватили автоматы, направили их в сторону идущих к ним женщин. "Нужно было автоматическое оружие с собой взять. Военные не отказали бы!"- подумала Катя. Она подняла над головой обнажённый Орлис и держа его двумя руками, продолжала идти,- "Древний вызов на поединок. Теперь осталось надеяться, что и теперешние пираты, так же рьяно чтут свой кодекс. Сказать, что это поединок и имя обидчика."
  Они оказались в окружении мужчин с автоматами. Катя и Сееркан остановились. И Катя выкрикнула.
  - Поединок!!! Мехкас Канингрем! Ставка - чужие жизни!
  После произнесённых слов, пираты опустили оружие, но не все, некоторые настороженно смотрели на Сееркан, держа её на прицеле. Катя опустила меч, обернулась к ним и сказала.
  - Она мой секундант.
  Один из пиратов достал из нагрудного кармана рацию и что-то начал в неё говорить. Язык было не разобрать. "Неужели у пиратства свой язык?" подумала Катя. Жёсткие, рубленные фразы. "Нужно запомнить наречие. Может быть, найдётся что-то подобное в исторических документах?".
  Через пол мера от складов отъехал небольшой армейский автомобиль. Остановился он чуть поодаль. Из него вышли трое. Канингрем пошёл прямо к окружённым женщинам, а двое других с оружием, вытащили из машины двоих, и подведя на некоторое расстояние, поставили их на колени, направив на них автоматы. Оба стоящих на коленях были в крови их одежда тоже. Узнать в них Канна и Лизон было трудно.
  Мехкас подошёл к Кате.
  - Не ожидал, что придёшь именно ты. Думал, перед уходом положу хоть одного дракона.
  Он кивнул в сторону Сееркан, и явно не узнавая в ней библиотекршу, к которой ходил пять меэрис. А узнать было очень трудно. Совсем другой человек. Раскосые глаза выдавали уроженку торталии. Бархатный серебристый костюм с лёгкой бронёй, и тяжёлый нож - лунным серпом, вплетённый в длинную косу.
  - Она ведь дракон? Мы всё сделали, что бы пришли они. Время вышло и мы уходим. Куда это вас не касается. Мой отец боялся проклятия драконов, он трус. Я восстановлю род Канингремов в пиратских кланах. Мы род древних пиратов, ставящих над собой только наше могущество. Драконы лишь досадная помеха нашим планам.
  Катя усмехнулась.
  - Без драконов не было бы вас. И эта вселенная была бы пустым мёртвым миром.
  Канингрем усмехнулся в ответ.
  - Существуют другие силы, способные оживлять планеты!
  Катя взглянула на Мехкаса искосо. И вдруг её обожгла мысль из снов.
  - Чёрные маги?! А ты спрашивал, как они это делают? Для этого им нужна кровь драконов. Их сила замешана на смерти, или истязании драконов.
  Силач перестал ухмыляться.
  - Мне ненужно спрашивать, я это видел! Зачем пришла? Ты, кажется, вызываешь меня на поединок? Думаешь, если ты на университетской полянке уделала меня, то сможешь проделать это снова? Тогда я недооценил тебя. Неожиданность - неплохая тактика. Но сейчас я буду осторожен.
  Катя снова подняла над головой Орлис.
  - Мехкас Канингрем! Вызываю тебя на смертельный поединок. Призываю в свидетели стоящих здесь твоих товарищей и дракона - моего секунданта. Ставка - две жизни, взятые тобой в заложники - Канна Семара и Елизавету Король. И смотри не недооцени меня снова. С момента нашей последней встречи многое поменялось.
  Катя опустила меч. Мехкас усмехнулся.
  - Действительно, многое изменилось! По пиратскому кодексу, имею право поторговаться. Ты будешь драться за одну жизнь. За какую? Это я оставлю за собой. Лизон макнула меня мордой в дерьмо, и за это поплатится. Сначала я разделаюсь с ней.
  С этими словами он вышел из круга, подошёл к пленникам и выдернул из складок куртки широкий, длинный тесак смарагдской ковки. Широко размахнулся и наотмашь ударил им Лизон. Тело девушки повалилось на спину, несколько раз конвульсивно вздрогнуло и затихло. Канн дёрнулся подняться, но получил прикладом автомата по голове и упал.
  Всё случилось так быстро и неожиданно, что женщины не успели даже вздрогнуть. Они переглянулись. Взгляд Сееркан похолодел, за доли секунды он выражал уже абсолютный космический ноль. Но кроме холода, она не выразила никаких других эмоций.
  Глядя на растерянность женщин, пираты начали смеяться. А Мехкас вернулся в круг, вращая в руке окровавленное оружие, и уверенно улыбаясь.
  Мужчины расступились, делая круг шире. Катя подняла меч , отстегнула ножны, отбросив их Сееркан. И услышала голос своего меча в голове:-"Я чувствую опасность исходящую от нашего противника".
  И так же мысленно ответила:-"Просто он сильный и наглый." "Нет эта сила сродни твоей спутнице. В нём кровь дракона!" "Но как это возможно!? Такого никогда небыло!" Катя тоже прошлась по своим ощущениям. От Канингрема исходили волны силы. "Такое я чувствовала только от драконов, когда завершилось моё превращение в мага. Но это невозможно, он человек. В парке такого не было. Явно без чёрного мага здесь не обошлось".
  Как и в университетском парке, Катя почувствовала опасность и ушла в сторону. Мехкас пролетел мимо в колющем ударе, но быстро остановился и нанёс режущий удар с разворота. Мысли Кати провалились в глубокую пропасть, она стала единым целым с Орлисом. Звякнули клинки. Поединок начался. Движения Мехкаса были нечеловечески быстрыми, но Орлис относительно спокойно успевал парировать удары широкого тесака. Мехкас наседал, Катя оборонялась, но оборонялась холоднокровно и уверенно.
  "Движения Старха были на несколько порядков быстрее, когда он меня тестировал. Великий дракон Старх - тренер Золотого дракона Леокордии, говорил, что я практически не уступаю ей в воинском искусстве. Да и моя способность к безвременью, сильно мне помогает. Значит, я смогу противостоять и дракону. Если понадобится!"
  
  Катя начала вливать силу в руку с клинком. Клинок заурчал от удовольствия. Ему тоже понравилось действие. Движения Кати ускорились. Мехкас с недоумением начал отступать. Он стал больше финтить и прибегать к обманным приёмам. Кате пришлось разрывать дистанцию. Мельком она увидела, как на песок садятся драконы, один за одним. Но Мехкас снова атаковал. Скорость его была огромной и Катя слишком поздно заметила атаку. Тесак, хотя и с опозданием, поймал Орлис, предупредив хозяйку об опасности. Бедро Кати окрасилось кровью.
  Канингрем, окрылённый успехом, насел на Катерину с новой силой. Та, подволакивая ногу, ушла в оборону. Энергия рванулась к ранению и боль в бедре утихла. Катя, при очередной атаке оттолкнулась от клинка Канингрема и с перекатом ушла назад, пытаясь разорвать дистанцию. Одновременно Орлис крутанулся в руке и лёг обратным хватом. Мехкас прыгнул следом. Перекатившись, Катя встала на ноги и ушла в сторону, кончик Орлиса полоснул по плечу пролетевшего мимо противника.
  Мехкас остановился и посмотрел на плечо. Катя уже развернулась и стояла в боевой стойке, держа меч сзади. Силач зарычал и ринулся на Катю как бык. Она ушла с линии атаки и крутнулась вокруг своей оси. Теперь Орлис полоснул противника по рёбрам. Мехкас упал на колени.
  Пираты увидев приземляющихся драконов, рванули к кабине перемещения. Та была до сих пор открыта. Один даже выстрелил в превращающихся в людей рептилий. Всё случилось быстро и Катя подумала, что всё закончилось. Она оглянулась на бегущих к ней своих наставников. Профессор Ярис Матвеевич выглядел совершенно по другому. Это был создатель жизни на Тигее, высокий, статный, с прямым тонким мечом в руке. Следом шёл весь ковен драконов планеты.
  "Опасность сзади." Меч, по прежнему, прикрывал хозяйку. Катя резко ушла в сторону, разворачиваясь к противнику. Орлис пошёл снизу вверх и наискосок, атакуя по широкой дуге, задевая шею атакующего Канингрема. Здоровяк по инерции прошёл несколько шагов, споткнулся и полетел на песок. Попытался встать, но руки подогнулись, больше он не шевелился.
  Двое пиратов задержались возле рамки перехода, стреляя в драконов. Катя краем глаза увидела, как от залитого кровью песка, поднимается белёсая дымка. От драконов, застывших полукругом, тянутся такие же белёсые ниточки энергии. И от двоих застывших пиратов тоже тянутся канатики белёсой энергии. К ней!!! Сознание потухло, как тогда в библиотеке, когда она открыла Драконологию первый раз, только значительно быстрее. Она ощутила себя огромной. Увидела всех драконов в их драконьей ипостаси. Вспышка света и она увидела всю вселенную, всех драконов в этой вселенной, все живые планеты. Она увидела, как драконы оборачиваются к её взгляду и становятся на колено, склоняя голову в уважительном поклоне.
  Видение быстро прервалось. Буд-то она просто открыла глаза и увидела, что все одинадцать драконов стоят коленопреклонённые. Краем сознания она увидела, смотрящего на неё измученного и осунувшегося абсолютно чёрного дракона. Она оглянулась. Канн лежал не двигаясь, рядом с бездыханной Лизон. Рамка перемещения закрылась, оставив двоих пиратов на песке. Оба стояли на коленях и смотрели на Катерину широко открытыми глазами, даже не моргали. Их автоматы лежали рядом. Канингрем лежал на песке кучей бесполезных мышц. Еле заметная дымка над его головой потихоньку рассеивалась. Проклятье Серогора рассеивалось, род Канингремов закончился со смертью Мехкаса.
  "Но почему я чувствую драконов? Они мне как близкие родственники. Я ощущаю планету Тигея, как родное и близкое существо, доброе и нежное ко всем живым организмам на её поверхности и в недрах."
  Катерину скрутило жуткой болью. Она упала на колени, на песок. Ей выворачивало суставы, болели мышцы, голова. Внутренности взбесились, мозг плавился. Катя усилием воли заставила прийти всё в норму, но голова, по-прежнему, кружилась, навалилась жуткая слабость. Последнее, что она увидела, был песок пляжа в мелких рытвинах и залитый кровью. "Но почему он так близко?" И всё накрыла темнота.
  Первое, что она увидела, открыв глаза, было обеспокоенное лицо Сееркан. Катя села на постели. Просторная, хорошо освещённая и вентилируемая комната. Сееркан отодвинулась, и, встав на колено, преклонила голову. Катерина недоумённо развела руками. Драконица, увидев движение, подняла голову и произнесла.
  - Богам выражают почтение. По крайней мере, когда Алмазный дракон воплощался последний раз, он принял именно такое обращение.
  Катя вспомнила свои сны о Тимирью, свои ощущения в них. И ответила.
  - Такое обращение было ему навязано самими драконами. Хотя он хотел бы, что бы к нему обращались просто, как к равному. На ритуалы теряется слишком много времени. Но где ты увидела Алмазного дракона? Здесь только ты и я?! А я обычный маг. Ты мой учитель, как и остальные драконы. И вы всегда будете моими учителями.
  Сееркан ухмыльнулась.
  - Учителями говоришь?! Почётно быть учителем того, кто является учителем всего драконьего рода! Кто бы мог подумать, что Моон принесёт в своей чешуйке зародыш нашего Бога - Тимирью, пропавшего тысячи меэрис назад. Твои сны, были началом пробуждения!!! Больше ни чем подобное обьяснить я не могу.
  Катя почувствовала, как в неё вливается энергия. Огромная воронка затягивает энергию из космического пространства в её ауру. "Наверное, электроника находящаяся рядом, выходит из сторя." - подумала Катя.
  Всё прекратилось так же неожиданно, как и началось. Сееркан, так и стояла на одном колене. Только заворожено смотрела на Катю.
  - Впервые вижу, как дракон в человеческой ипостаси, качает энергию напрямую из космоса. Да ещё так много.
  Катя почувствовала себя на много лучше.
  - А где мы находимся? И встань ты с колен. Это как-то выбивает из колеи. Не даёт вести себя естественно - сильно смущает.
  Сееркан встала с колена.
  - Мы на древней базе пиратов. Мы не могли найти это место много меэриссо. Хотя приблизительно знали, где она находится. Как какая-то пелена висела над этим местом и была снята только несколько пенталис назад. Пираты ушли отсюда. Остались только два олуха, которые в нас стреляли. Но они какие-то странные. Клянутся, что их обманывали и что хотят служить Алмазному дракону вечно. Только бы быть рядом с ним. Говорят, что познали истину, о которой не подозревали. Похожий эффект был со свидетелями при превращении Леокордии - Золотого дракона.
  Катя вдруг начала понимать что произошло. "Я дракон??? Я дракон??! Я ДРАКОН!!!" Тяжесть наваливалась постепенно, но неотвратимо. Она начала понимать, что теперь на ней вся ответственность за планету, как на всех драконах, даже за всю вселенную драконов. "Но почему Сееркан принимает её за божество? Тем более за новое воплощение Тимирью? Я ведь по-прежнему Катерина Смородина, и ощущаю себя ею. Но, как-же это произошло? Для превращения нужно пролить кровь дракона, трижды ранив того". И вдруг вспомнила слова Орлиса, про кровь дракона у Канингрема. "Все три ранения, произошли на глазах всех драконов. Два свидетеля - двое пиратов. Всё сошлось?! Но где же Канн.
  - Сееркан! Нетооттаа тимирьятооссис нетаайю. Окайя ноти вклаайт мемоор плаймуус, нетаай ваарс Катаа. (Сееркан! Нестоит боготворить меня. Пока не включилась память крови, я просто Катя.)
  Сееркан посмотрела на Катю. Сначала с удивлением, а потом прикрыла ладонью рот и прыснула смехом.
  - Катаа! Таатай мемоор плаймуус пааймет вклаат. Теаат ааррр стеендаас, аа каакам лингвии транстоор?! ( Катя! Твоя память крови давно включена. Ты хоть понимаешь, на каком языке говоришь?!)
  Катя в свою очередь прикрыла рот ладонью. Она прекрасно поняла, что сказала. И прекрасно поняла ответ. "Маги такого не могут, это точно!" Она встала с койки, вышла из, ставшей тесной, комнатки, и быстро пошла по коридору. Она чувствовала правильную дорогу. Сееркан шла за ней.
  Катя почти выбежала из запутанной сети коридоров, пробитых в скалах, на свежий воздух. Любомир, Синьгли и Леокордия, находящиеся рядом с выходом, тут же встали на колено и склонили головы. У новоявленного дракона брызнули слёзы. "Неужели это будет всегда? Тимирью потребовалось тысяча пятьсот меэрис, что бы изменить к себе отношение, упростив его. Сколько же меэрис понадобится ей, что бы переломать теперешнее к себе отношение?". Но вместо этого она произнесла другое.
  - Где Канн? И поднимитесь с колен, невозможно общаться.
  Первой поднялась Леокордия.
  - Им занималась Леська, сестра. А недавно его и тела Елизаветы и Мехкаса, забрал гвардейский вертолёт. На этом же вертолёте увезли и пиратов.
  Любомир и Синьгли округлили глаза. Сзади хихикнула Сееркан. Катя опустила голову и исподлобья смотря на Любомира и Синьгли, произнесла, обращаясь к Леокордии.
  - Спасибо!
  Теперь уже Леокордия округлила глаза.
  - За что!!?
  - За сестру.
  И услышала сзади смешок Сееркан.
  - Алмазный дракон вернулся!
  Сзади, в коридоре послышались быстрые шаги. Из коридора выскочил Серогор.
  Увидев Катерину, с размаху бухнулся на одно колено и склонил голову. Та, всплеснув руками, бросилась поднимать его, и чуть ли не силой поставила его на ноги. И отряхивая ему штаны, как маленькому мальчику.
  - Ну, что произошло. Выкладывай.
  Подняв взгляд на лицо Серогора, стоящего с открытым ртом, она улыбнулась. Но посмотрев ему за спину и увидев, как по стенке в коридоре, не в силах разогнуться от смеха, стекает Сееркан, сама рассмеялась в голос.
  Драконы тоже начали улыбаться, смотря на растерянность брата. Катя перестала смеяться. Пальчиком, за подбородок, закрыла рот дракону.
  - Ну, что случилось?
  Серогор, сглотнул, и запинаясь начал говорить.
  - Т... там устройство. Тттикает. Ттикало. Ооно перестало тикать.
  Катя всплеснула руками.
  - Ну а если бы продолжало тикать!? То сейчас мы летали бы, как драконы. Только не как хотели, а как смогли бы. Скорее всего, это взрывное устройство. Ищите заложенные заряды. Его выключило тогда, когда я заправилась энергией, что бы восстановиться.
   Драконы явно были растеряны превращением Кати. "Но так тормозить?"
  Серогор метнулся обратно. Леокордия метнулась к кораблям. Сееркан, Любомир и Синьгли рассыпались по пляжу, сканируя песок, как живые миноискатели. Катя осталась одна, и вздохнула с облегчением, села на ступеньки, облокатившись на косяк двери. Невыносимо наблюдать уважение драконов, когда совсем недавно сама смотрела на них точно так же.
  Через два мера, все собрались на песке пляжа. Драконы сидели молча, все устали. Тёплый песок пляжа расслаблял. Катя молитвенно сложила руки и закрыла глаза. Она представила, как от неё к драконам тянутся тонкие ниточки энергии, подпитывая ослабевшую ауру, братьев и сестёр.
  
  Драконы были немного смущены и особенно не общались, но после подпитки. Алеся куда-то убежала, и через пятнадцать сен притащила огромную охапку сухих сучьев, выброшенных на берег волнами. Сложила из них костёр и щёлкнула пальцами. Костёр вспыхнул, как будто горел уже несколько часов. Любомир несогласно закачал головой.
  - Леська, ты бы хоть сказала куда идёшь. Помогли бы.
  Алеся мило улыбнулась.
  - У тебя ещё будет возможность помочь. На берегу много дров. Ну, кто отправится на охоту? Со мной!
  Поднялась Леокордия, за ней Серогор.
  Сек, и всех обдало воздухом от крыльев, взлетающих драконов. Катя поднялась и пошла следом за уходящим к берегу Любомиром. Они, молча, собрали две огромные кучи сучьев. Любомир превратился в Радужного дракона и подхватив лапами обе полетел к костру. Катя представила, что тоже превращается в дракона. Взгляд заволокло туманом, в котором замелькали синеватые, или чёрные, чешуйки с алмазами на кончиках. И в следующий сек, она увидела пляж с довольно большой высоты. Сзади что-то мешало. Она оглянулась. Огромные кожисто-перьевые крылья с синеватыми или чёрными, перьями по краям и ближе к костям. Каждая чешуйка, иссинечёрная, заканчивалась небольшим острым ограненным алмазом в виде капельки воды. Только не стекающей с тела, а перевёрнутой, как бы текущей вверх. Сложенный костистый гребень, бело-чёрный. И на каждом гребешке - гранёный алмаз на кончике. Алмазные, гранёные когти входили в песок. Ярко белые грудные пластины отражали заходящий Глаз Яара и отдавали красным. Она оттолкнулась от песка и расправила крылья. Поток воздуха, упруго толкнулся в перепонки крыльев и понёс дракона над водой, гладкой как зеркало, ясно отражающее небо, облака, заходящий Гелиос и летящего над водой дракона.
  Катя впервые увидела себя полностью, хотя бы снизу. Длинное тело, покрытое снизу белыми пластинами от головы до половины хвоста. Большие чёрные кожистые крылья с частичным перьевым покровом. Большая голова с алмазными рожками, усыпанная мелкой иссинечёрной мелкой чешуёй. И большие - добрые глаза. Крылья свободно и привычно несли Катю над океаном. "Буд-то всю жизнь летала". Но вот ощущения новые непривычные. На много лучше, чем лететь на спине у Сееркан.
  Пытаясь рассмотреть себя поближе, Катя незаметно приближалась к водной глади. Заметила она это только тогда, когда хвост коснулся воды. Удар хвоста по водной поверхности и Катя закладывает свечу. Из-за прибрежных скал выскакивает горизонт, и океан быстро уменьшается, открывая острова и горизонт за ними. А с другой стороны, близкие Живые горы. Она приняла горизонтальное положение на довольно большой высоте, и не спеша начала по спирали спускаться обратно.
  Когда она приземлилась на песчаной косе, Глаз Яара уже закатился за горизонт, и под скалой было очень темно. Только ближе к скале, горел большой костёр. Она представила себя человеком и быстро приобрела привычный облик. Как ей казалось. К ней подбежала Маара. Встала на колено и склонила голову.
  - Катя, пока не превращайся в дракона. Скоро прибудут гвардейцы. У нас есть несколько меров, но ничего необычного быть не должно. Среди них могут быть непосвящённые.
  Катя подняла с колена новую сестру.
  - Ненужно выказывать мне знаки уважения. Тем более так. Мне достаточно будет просто почувствовать ваше уважение, и всё.
  Маара, немного смущённо посмотрела на Катю.
  - Тогда спрячь это алмазное великолепие.
  Катя только тут почувствовала, что на голове, в волосах, что-то мешает. Она подняла руку и почувствовала под рукой небольшую диадему. А потом ощупала свою чёрно белую одежду, усыпанную мелкими алмазами. Орлис, тоже преобразился. Ножны и рукоять стали чёрными и матовыми, усыпанными мелкой алмазной крошкой, что бы руки не скользили. Она растерянно обратилась к Мааре.
  - А куда и как?!!
  Та серьёзно посмотрела на Катю.
  - Просто представь, что всего этого нет. Или представь, как ты хотела бы выглядеть.
  И, Катя представила, как она выглядела, когда спрыгнула со спины Сееркан на этот пляж. Маара удовлетворённо кивнула.
  - Ну вот, другое дело. Пошли.
  Катя представила на голове гульку из волос, волосы тут же перестали мешать. Она подняла руку и ощупала аккуратную гульку. "Удобно!". Подумала она и направилась к костру за Маарой.
   Драконы преобразились, они выглядели как обычные люди, только в лёгких доспехах и с фамильным оружием. Охотники уже вернулись. Весь клан Зеленодольских. Когда они последний раз собирались вместе? И жарили косулю на костре. "Красиво и романтично. И косулю жалко. Но пахнет так вкусно, что отказываться не стоит".
  При приближении Кати, все встали на одно колено и склонили головы. Катя смутилась.
  - Прошу вас, ненужно так реагировать при моём появлении. Это смущает. Совсем недавно вы были моими учителями, а теперь вы воспринимаете меня как учителя. Ненужно! Яар, Моон, пожалуйста, относитесь ко мне как к вашей дочке, ведь к Леокордии вы именно так и относитесь?! А все остальные мои братья и сёстры. Мне неудобно воспринимать вас по-другому. Да, и так воспринимать вас пока что тяжело.
  С этими словами она склонила голову, в знак уважения к своим приёмным родителям. И стояла так, пока к ней не подошли Яар и Моон, с разных сторон. Взяли её за руки и подвели к костру. Усадили между своих детей, сели рядом.
  Древний жест приёма в семью чужого ребёнка.
  Катя была благодарна им за этот жест. Это её хоть немного раскрепостило. Её приняли! Она посмотрела на рассевшихся вокруг огня братьев и сестёр. Только Леся стояла и вращала импровизированный деревянный вертел над костром.
  Яар, ткнул в мясо своим тонким мечом.
  - Леся, наверно уже готово. Ещё немного и пережарится.
  Младшая ткнула в мясо своим ножом и кивнула.
  - Пожалуй, да. Кто будет делить?
  Она легко сняла с распорок вертел, и выжидательно посмотрела в сторону Кати. Та пожала плечами и посмотрела на Яара.
  - Пищу делит старший в роду. Значит, тот, кто изначально занимался Тигеей. Ярис Матвеевич, вы глава рода. А я только-только родилась. Теперь Сребра, ты не самая младшая. Теперь это я младшая.
  Яар вздохнул.
  - И когда я перестану быть главой рода. Только подумал, что наконец-то сбросил с себя это ярмо! Как на меня предательски возложили его снова. Вот же вырастил на свою голову деток.
  Все улыбнулись. Алеся и Сребра прыснули смехом. Леокордия потупила взгляд и сказала.
  - Ты уже не только папа, но и дедушка.
  Яар всплеснул руками.
  - Ну, вот дождался. За триста меэриссото снова нашёлся дракон, которого назвали дедушкой. Такое было только тогда, когда драконы жили большими семьями. Совсем как мы. А вселенная была не такой огромной.
  С этими словами он поднялся и стал нарезать мясо ломтями, раздавая его детям, начиная со старшего. Никого не обделил. Себе и любимой Моон оставил самые последние куски, и поднёс любимой жене мясо сам, не передавая его по кругу.
  Алеся вытащила из своей сумки кувшин с лесными соленьями, кувшин компота из лесных ягод и большой каравай хлеба, который быстро нарезала ломтями. Яар сел обратно, рядом с Катей.
  - И сколько меэрис, я дедушка?
  Леокордия проглотила откушенный кусок мяса.
  - Уже сто двадцать пять.
  Яар, вертя в руке кусок мяса, закивал головой.
  - И вы до сих пор молчали? Вы могли прийти сюда телепортом в любой момент. А вы столько лет молчали. Стыдно! Ну и кто у меня? Внук или внучка?
  Серогор, смотря на кусок мяса, словно прицеливаясь, встрял в беседу.
  - Внучка, отец, внучка. Назвали Тоорис.
  Яар цокнул языком.
  - Карму несущая. Не боитесь собственной кармы?!
  Серогор перестал прицеливаться.
  - А в чём наша карма? Вроде бы делали всё правильно?
  Яар шутливо погрозил пальцем, и ткнув им в небо, провозгласил.
  - Ваша карма в том, что вы нам не сказали о рождении ещё одного дракона.
  И вгрызся в мясо. Драконы ели, вспоминая истории из своей долгой жизни. Смеялись. Кувшин с компотом ходил по кругу. Многие истории, Катя читала в старинных документах и пергаментах. Она задавала вопросы, исходя из прочитанного, и почерпнула много подробностей к уже прочитанному.
  В какой-то момент Катя, улучшив момент, спросила.
  - А скажите, превращение в дракона всегда сопровождается такой болью?
  Драконы начали переглядываться. Но ответила та, которая прошла через это - Леокордия.
  - Вообще-то, в первые сек, чувствуешь того дракона, кровь которого пролил. Я абсолютно чувствовала слабость Любомира от потери крови. А вот что почувствовала ты? Мы очень волновались за тебя.
  Катя припомнила свои ощущения.
  - Мне как буд-то, выкрутили все суставы. Мои внутренние органы словно взбесились и пошли против меня. Мозги словно вскипели. Было ощущение, что мне в голову набили гвоздей и пустили по ним электрический ток. Это только одна десятая моих ощущений, и перечислять эти ощущения очень долго.
  Драконы опять переглянулись. Леокордия, философски, размахивая остатками косули в руке, задумчиво произнесла.
  - Возможно, что кровь, которую пролила ты, добывалась под пыткой нашего собрата.
  И вдруг осеклась. Все посмотрели на Яара и Моон. Они в свою очередь переглянулись. Старх, бросил в костёр кость. И произнёс упавшим голосом.
  - У нас был только один инцидент с пропавшим драконом. Даже не драконом, а яйцом дракона.
  Леокордия, виновато опустила глаза на огонь и продолжила рассказ.
  - Моон снесла абсолютно чёрное яйцо. По обыкновению, она оставила его в совершенно неприступном месте, защитив место магией. Но через две пенталис, она перестала чувствовать сына. Прилетев на место, где она оставила развиваться яйцо, обнаружила, что оно пропало. Больше никто из нас не чувствовал брата. Мама хотела назвать его Танатаан.
  Катя посмотрела на приёмную маму. По щеке Моон катилась слеза. "Слёзы дракона дорого стоят," - подумала Катя.
  - Свет поглощающий.
  Память крови показала площадку в Синих горах, в центре которой стояло большое, абсолютно чёрное яйцо.
  
  
  
  33. БУДНИ. ДРАКОН ПРОСНУЛСЯ.
  
  Проснулась Катя, когда глаз Яара был уже высоко. В окно, сквозь шторы, лился яркий луч. Окно было приоткрыто, и через него слышался шум, быстро приближающегося, квадроскорта. "Опять военные? Сколько можно, как выходной, так обязательно что-то происходит". Обычно посылали Николая. После того, как Коля спас её возле Белгородской библиотеки, она ему доверяла больше, чем кому бы то ни было. А те три пули, которые вырезали из него, он носил в чёрном мешочке в нагрудном кармане. Но коптер был не военным. Катя выглянула в окно. Возле входа во двор завис красивый квадрокроссовер - зелёный металик.
  Машина ловко развернулась и приземлилась на стоянку, рядом с домом. Двери распахнулись, и из них выскочила маленькая светленькая пуля. Размахивая плюшевым медведем, пуля взлетела на крыльцо, крича во всё горло.
  - Бабушка! Бабушка!
  Бабушка поймала её уже на крыльце, подхватила на руки и закружила.
  - Внученька, зайчик мой!
  Зайчик, чмокнул бабушку в щёку, и защебетал той на ушко последние новости.
  - Бабушка! Мы купили машину. И теперь будем не приходить, а прилетать к тебе. Ты знаешь, как интересно, когда пролетаешь рамки перемещения. Пейзаж меняется так быстро. Мы, пока летели, столько новых мест посмотрели. И теперь папа, не будет отказываться от твоих продуктов.
  Пока бабушка и внучка беседовали, от машины к крыльцу подошли Канн и Любомир, несущие большие сумки с продуктами. А в тамбур спустилась Катя. Леокордия, увидев её, закричала ещё громче, попутно полностью оглушив Татьяну Велеховну.
  - Папа! Мама уже тут!
  С этими словами она выкрутилась из объятий пожилой женщины, и кинулась на шею мамы. Бабушка, шутливо обиделась.
  - Ну вот, как только увидела маму, сразу забыла бабушку.
  Катя подошла к матери с дочкой на руках. А Леокордия, потупив виновато взгляд, ответила.
  - Я вас обеих люблю.
  И обняла и бабушку тоже, не слезая с маминых рук.
  Мужчины, тем временем прошли на кухню и поставили пакеты на стол. Кан, посмотрел на связку женщин, и со смешком произнёс.
  - Так, женщины разбирают пакеты с продуктами. Никто кроме них не справится с этой задачей лучше. А я заберу у вас это связующее звено.
  С этими словами, он взял дочку у жены с тёщей. Щёлкнул её по носику.
  - А выдавать папу бабушке нельзя. Папа очень любит, когда бабушка готовит, или мама. А если мы заберём отсюда все продукты? Дома их готовить некому. Мама занята часто. А у папы, не получится так хорошо. Так, что придётся чаще ездить к бабушке. Или бабушкины продукты просто испортятся. Жалко же переводить такую вкуснотищу.
  Дочка нахмурилась.
  - Жааалко.
  Катя слушала поучительные слова мужа и думала. "А ведь он прав, я не часто готовлю им". Но после двойного поцелуя, сразу в обе щеки, забыла обо всём. Канн взглянул ей в глаза.
  - Ну что отдохнула? Ты говорила, что возьмёшь отпуск?! Мой отпуск уже начался. Так, что звони своим телохранителям из спецназа и отправляй в отпуск и их. Мы тебя, меньше чем через две пенталис никуда не отпустим. А! Совсем забыл. Завтра приедут мои родители. Но они погостят только три дня. Отец всё ещё работает. Как гвардеец, он должен был уйти на пенсию пятнадцать меэрис назад. И до сих пор работает консультантом.
  Леокордия восторженно подбросила в воздух мишку и поймала его.
  -Ура!!! И бабушка Лера с дедушкой Ватором приедут.
  Катя улыбнулась.
  - Твои родители должны чаще навещать нас. Мы и так, как чужие друг другу. Может быть, мы смогли бы навещать их чаще, но, их же дома никогда нет. Только с твоим отцом по работе пересекаемся. И то не часто.
  Катя поцеловала мужа и дочку и пошла на второй этаж, предварительно предупредив маму.
  - Ма! Разбери продукты сама. Я пойду для Семаров комнату готовить. Они на три дня приедут.
  Татьяна Велеховна, раскладывая продукты по шкафчикам и в холодильник, посмотрела на Канна.
  - Наконец-то соберутся все вместе. Я твоих не видела два меэрис.
  Канн виновато опустил взгляд в пол и провёл рукой по волосам.
  - Да! К большому сожалению, у вас, то пусто, то густо. Моих родителей и дома застать невозможно.
  Татьяна Велеховна, не прекращая раскладывать продукты.
  - Ради таких моментов и живём, зятёк. Если бы мы не знали, что когда нибудь соберутся все, кого ты любишь, и кто любит тебя, то и жить не стоит.
  Катя, застилая большую постель в гостевой комнате, думала о своём. "Драконы влюбляются только раз в жизни, и я очень люблю Кана. Значит, я никогда больше не влюблюсь!? Или это, что-то отличное от любви. И если это любовь, то, что будет, когда Канн умрёт. А ведь это так и будет, он умрёт. Он обычный человек, и драконом стать не сможет. К такому он просто не готов. Его ждёт целая череда перерождений. И наверняка, мы встретимся в следующих его жизнях. Вспомнит ли он про нашу совместную жизнь? Сейчас он спокойно отдаст жизнь за меня, за детей. Как, тогда, в логове пиратов, он связанный, кинулся на Канингрема, когда тот ударил Елизавету палашом. И получил прикладом по голове. До сих пор шрамы на голове и теле. До конца жизни останутся. Может и хорошо, что он не знает о том, что я дракон? Странно, но моя драконья ипостась, равнодушна к Канну, и только когда я превращаюсь в человека, я вспоминаю о нём. Сейчас и я отдам жизнь за своих детей, только драконы не могут просто умереть. Дракона убить совсем не просто.
  Странно, но я божество, даже для драконов. Я рискую собой ради всей планеты, отдаю себя, ради всех людей, даже ради всей вселенной. Когда я думаю о вселенной, начинаю чувствовать её. Всё собирается в большой сгусток, такой родной, мягкой и пушистой энергии. Хочется всех обнять, стиснуть покрепче, но не раздавить, а именно обнять. За это, готова всё отдать. Это чувство наполняет энергией. И хочется жить и жить, только бы это состояние не заканчивалось.
  Хоть и дракон, хоть и божество, но обычные человеческие чувства тянут. И именно в них отдыхаешь душой. Как мне их будет не хватать. Может это и есть любовь, когда ты жертвуешь собой, чтобы тебя любили, и что бы любимые тобой счастливо прожили жизнь, унеся с собой эти светлые чувства в следующие жизни. Что бы и после реинкарнации, они жертвовали собой ради своих любимых и любящих. Человек всегда будет возвращаться туда, где ему было хорошо. Сребра, то же вышла замуж, за своего Истислава. Говорит, что это её пятый брак, родила сына. Говорит, что будет сильным магом.
  Почему же многим людям так плохо становится среди других людей. Почему они так ненавидят других людей, даже любящих их. Пираты практически все такие. Почему же те, кто видел моё превращение, те два пирата - двое свидетелей, готовы положить за меня жизнь? Может быть, пираты просто не способны на подобные чувства? Нужно присмотреться поближе к моим свидетелям. Интересно проследить за этим изменением в них, сейчас, они готовы четырежды положить свою жизнь за меня. Такая самоотдача не бывает просто так. И, с головой у них в порядке, одни из лучших в спецподразделении, что меня охраняет. Что-то же они в моём превращении увидели?".
  Она посмотрела через окно на соседний двухэтажный дом, обычно стоящий законсервированным. С красивыми ставнями на окнах. С черепичной крышей. И флюгером на печной трубе.
  Ставни были открыты, из трубы валил дым. Через открытое окно доносился приятный запах хлеба. "Мама давно уже не готовила хлеб сама. Значит соседи. Интересно будет познакомиться". Катя подошла к окну и открыла его шире.
  Из него открылся вид на соседский двор. Там молодая женщина развешивала бельё. Что-то знакомое мелькнуло в её движениях. Катя присмотрелась пристальнее. Она видела эту женщину не один раз, только в форме гвардейцев спецназа. "Кажется, зовут её Натали". Крепко сбитая, мускулистая фигура, облачённая теперь в простой, короткий халатик. И округлый животик. Святой Яар! Она беременна! Но ещё большее удивление ожидало Катю, когда из задней двери дома, вышел мужчина, и подойдя к женщине, обнял и поцеловал её. Это был Ярис Селищев. Один из свидетелей превращения Кати в Алмазного дракона - бывший пират. Теперь её бессменный телохранитель. Катя чуть не вывалилась из окна, наблюдая за парой.
  Селищев, заметив интерес к ним соседки, осторожно толкнул в бок свою спутницу и кивнул в сторону Кати. Оба улыбнулись и кивком головы поприветствовали свою подопечную. "Это, уже, ни в какие ворота не лезло, чтобы и тут охранять её. Пираты, конечно, ушли с планеты, и до сих пор не знаем куда, но, на драконов, по-прежнему, идёт охота. Случаев таких уменьшилось многократно. Просто они стали изощрённее. Осталась ведь гильдия купцов - та ещё заноза в заднице. Делают всё, на столько скрытно, что уличить их практически невозможно. Знаешь, что их рук дело, но напрямую не обвинишь. И рисковать беременной женщиной ради её охраны? Это слишком! Нужно дать взбучку своим охранникам, что бы больше такого не было". Катя кивнула в ответ и вылезла из окна в комнату.
  Прибравшись в гостевой, и перестелив постель, она собрала мусор и то, что нужно простирнуть, спустилась на кухню. Мама готовила завтрак. Вкусно пахло отбивной и картошкой, а ещё подливой. Катя сглотнула слюну, затолкала бельё в стиральную машину и развернулась к матери.
  - Ма! А что, у нас появились соседи?
  Татьяна Велеховна улыбнулась, помешивая подливу.
  - Так уже семь мэссалис. Зовут их Ярис и Натали Селищевы. Ей скоро рожать. На удивление крепенькая женщина. Оба военные. А как Натали готовит!? Всё сама делает. Даже хлеб печёт. Кстати, сходи к ним, возьми буханку. И попроси её готовить каждый день, пока у меня гости. Она сама предложила. Говорит, что свой хлебушек на много лучше магазинного.
  "Вот и повод, выволочку подчинённым устроить, без лишних глаз". Подумала Катерина. "Сейчас, я всё узнаю! Сейчас я им устрою такую бучу!". И вышла из дома.
  Катя подошла к забору, разделяющему участки. И исподлобья посмотрела на своих спецназовцев. Оба, видя рассерженную начальницу, виновато опустив головы, подошли к ней. Катя затянула небольшую паузу.
  - Ну и что это означает?
  Селищевы, демонстративно, и абсолютно синхронно, подняли головы к небу, и шутливо начали разглядывать облака. Катя не смогла удержаться от улыбки.
  - Ну, давайте серьёзно. Я поняла бы ещё, если бы он был один.
  Она кивнула на Яриса.
  - Но, ты же Натали, беременна. За нами постоянно идёт охота!
  Натали, мило улыбнулась.
  - А вы считайте, что он тут один. Мы с ним - муж и жена. Купили здесь домик.
  Катерина упёрла руки в бока. С прищуром посмотрев на супругов.
  - И кто из вас муж, а кто жена?
  Те хихикнули. На шеях у обоих, синхронно качнулись одинаковые чёрные драконовские чешуйки на чёрных цепочках. И Натали продолжила.
  - Мы действительно, купили этот домик. Я промониторила всю сеть и выяснила, что это место самое безопасное. Зелёную долину, охраняете вы, драконы. Мерива совсем рядом, они даже патрулируют этот район. Да и Суркея, принадлежит только драконам и посвящённым. Только идиот сунется сюда, или абсолютно незнающий человек. Мы прекрасно знаем, кому можно, что-то сказать, а кому нет. Ваша мама одна из немногих, кого следует охранять особо. Поэтому мы и решили, что пока я беременна, займусь охраной вашей мамы. Так, что считайте, что вас охраняет только Ярис.
  Катя сменила гнев на милость.
  - Ладно! Согласна с тобой. Тем более, что она тебе поможет с ребёнком, когда родишь. Она ведь акушер с большим стажем. И ей не так скучно будет. Мы не в состоянии навещать её как нам хочется. Не представляете, какое чувство вины огромное.
  Натали кивнула и обратилась к мужу.
  - Сходи за хлебом. Две буханки возьми.
  Потом повернулась к Катерине.
  - Мы всё понимаем. Наши решения тоже взвешенные. Я настояла на покупке этого дома, когда уходила в декрет. Вы не ругайте моего мужа. Он не оставит свою работу, даже если вы этого потребуете. Даже если этого потребую я, и буду устраивать истерики каждый день. Он физически не сможет этого сделать. Ему проще будет развестись со мной, хотя он меня очень сильно любит. А мы с вашей мамой справимся, я позабочусь об этом.
  Из дома вышел Ярис, неся в руках две большие буханки хлеба. Катя взяла хлеб. Постояла, рассматривая семейную пару, и тихо сказала.
  - Спасибо вам.
  Ярис, обнял жену, и так же тихо ответил.
  - Это вам спасибо. Когда я занимался пиратством, я видел мир чёрно белым. Либо да, либо нет. Убивал невинных людей, считая себя очень крутым. И от своей крутости, просто срывало мозг. Но после вашего превращения, мир обрёл столько красок и их оттенков, что вся моя крутость канула в бездну. Я сейчас на много круче чем был тогда. Но это такая пыль по сравнению с вами, или вот с этим.
  Он погладил жену по уже большому животу и поцеловал её.
  - Ценность сохранения и приумножения жизни, на много круче, чем её уничтожение.
  Катя, уже изумлённо посмотрела на Яриса. Помолчала, развернулась и пошла к дому. На крыльце, она оглянулась. Селищевы, стояли обнявшись возле забора, смотря ей в след. Она помахала им рукой и вошла в дом.
  
  34. ПОТЕРЯННОЕ ДЕТСТВО.
  
  Вечер, тогоже дня тоже не задался. Казалось, что всё спокойно и красиво. Но это была только иллюзия.
  Катя присела на качели во дворе маминого дома и просто наблюдала за постепенно темнеющим небом и зажигающимися звёздами. Ночи уже были тёплыми, и идти в дом не хотелось. Литания и Тамарис показались из-за леса. Две луны уже начали заселяться людьми и даже не вооружённым глазом, на них были видны огромные купола городов. На Литании были видны только яркие точки, так как орбита Литании на много дальше от планеты, чем орбита Тамарис. Людям не нужны корабли, для перемещения в космосе, рамки перемещения позволяют, даже, работать на лунах, и жить на планете, приходя вечером домой к семье. Хотя корабли на орбите, всё же есть. Есть и огромные искусственные станции, вон по небу летит яркая звёздочка, это одна из искусственных станций. Люди очень любознательны, и хотят во что бы то ни стало установить контакты с другими планетами. Пусть стараются. Это ведь тоже творчество. Познание мира. Пусть познают. Драконы не могут дать им эти знания, знание пришедшее извне, не так ценится, как приобретённое самими.
  К качелям подошла Леокордия. В ночнушке и с медведем в руках.
  - Мама! А ты добрый дракон или злой?
  Катя уставилась на дочку, как будто увидела её в первый раз. Потом улыбнулась, и пристльно посмотрев на цветок на клумбе, по которому полз продолговатый жук в красном хитиновом облачении, ответила.
  - Даже не знаю, что сказать? Для кого-то буду злым драконом, для кого-то добрым.
  Леокордия забралась на качели и легла Кате на ногу, удобно устроившись на широкой и длинной скамейке качелей.
  - А для кого ты злая?
  Катя задумалась. И после небольшой паузы ответила.
  - Наверное, для очень амбициозных людей, я буду очень злой.
  Дочка посмотрела Кате в глаза.
  - Значит амбициозность это плохо!? И что такое амбициозность?
  Катя снова задумалась. "Как обьяснить дочери, что такое амбициозность?"
  - Это когда человек, руководствуется только своими интересами, не считаясь с другими людьми. Амбициозность присутствовать должна у всех людей, но человек должен помнить и ценить людей вокруг себя. Только когда человек забывает об этом это очень плохо.
  - Это, когда я в торговом центре устроила истерику, когда захотела, что бы вы мне купили этого медведя, а вы уже потратили деньги на продукты?
  Катя улыбнулась, вспоминая, как досталось Леокордии за безобразную истерику в торговом центре. Леокордия же, демонстративно почесала попу.
  - Теперь я понимаю, почему мне так досталось, до сих пор вспоминаю. Но потом же вы купили мне его.
  Она подняла мишку на руках и прижала его к груди. Катя снова улыбнулась.
  - Когда смогли, тогда и купили. Он же тебе сильно понравился. Вон, уже несколько меэрис не можешь с ним расстаться.
  Леокордия снова почесала попу.
  - Но тогда можно же было обьяснить, что так делать нельзя.
  Катя ухмыльнулась.
  - А ты поняла бы, там в магазине?
  Дочка задумалась, вспоминая своё состояние в торговом центре.
  - Тогда, наверное, нет?!
  Катя улыбнулась.
  - Ну, вот поэтому и почёсываешь сейчас пятую точку. Но зато помнишь, что так делать нельзя. И всего нужно добиваться тихо и спокойно. Методов много. Просто нужно их увидеть. При этом не должны страдать другие люди.
  Леокордия посмотрела маме в глаза.
  - А что будет с детьми, которые постоянно капризничают и добиваются внимания родителей истериками? За ними придёшь ты, или тётя Сребра?
  - Обычно, мы ни за кем не приходим. Такие дети наказывают себя сами. Они начинают думать, что им всё позволено, и попадают в такие ситуации, что иногда выход из такой ситуации это смерть человека. Или жёсткое наказание, потеря близких людей, увечье , болезнь. Ну а если дожил до взрослой жизни и не понял, что в этой жизни не всё позволено, тогда приходим мы с тётей Среброй. Принцип кармы - натворил дел, будь добр всё исправить, или если возьмутся исправлять другие, тебе мало не покажется.
  Леокордия подняла медведя и посмотрела ему в стеклянные, но живые глаза.
  - Вот Михал, ты понял, будешь капризничать, то когда вырастешь, за тобой придёт тётя Сребра, или моя мама. И накажут тебя так, что тебе мало не покажется. Так, что слушайся старших. Они только добра тебе желают.
  Катя посмотрела на дочь и улыбнулась.
  - А ты давно знаешь, что я дракон?
  Леокордия снова прижала медведя к груди и посмотрела на маму.
  - После того, как ты меня отлупила в торговом центре, я постоянно вижу за некоторыми людьми полупрозрачные тени. За тобой стоит тень Алмазного дракона. За тётей Среброй, тень Серебряного дракона. За дядей Любомиром, тень Радужного дракона.
  Катя поняла, что дочь уже посвящённая и очень сильный маг.
  - А кто нибудь ещё знает, что я дракон?
  Леокордия нахмурилась.
  - Нет! И говорить про это никому нельзя. Может случиться беда. Каждый раз, когда мне хочется кому нибудь сказать какая у меня мама, я вижу, что это может привести к большой беде. А мне совсем не хочется потерять тебя и папу и Любомира и бабушку, и дедушку Ватора с бабушкой Лерой. А когда я смотрю на простых людей, то могу увидеть их будущее, и почему их ждёт именно это. Их поступки плохие и хорошие. А некоторые закрыты от меня чёрной пеленой.
  Катерина поджала губы. "Она ещё и ясновидящая. И ответственность у неё огромная. И понимает, что её видения не просто так, а следствие её поступков. То-то мне так сложно читать её детские мысли. Это уже не ребёнок, а ответственный за свои поступки посвящённый. Такая ответственность с малых лет!".
  - А Любомир обладает какими нибудь талантами, как ты?
  Дочка мотнула головой. На сколько ей позволяла нога Катерины.
  - Неа. Но он потрясающий стратег. Папу в шахматы постоянно обыгрывает. И когда мы читали про разные исторические сражения, он тут же видит ошибки воюющих. А я только чувствую, что он прав.
  Они замолчали. Леокордия удобнее улеглась и закрыла глаза. Через сен она уже спала. Катя продолжая смотреть в звёздное небо, думала о своей дочке оставшейся без детства. Приобретшей с малых лет ответственность за свои дары. Наверно было бы лучше, что бы её детство продлилось подольше. Но этого уже не вернуть. Открывшийся дар редко закрывается обратно. Придётся некоторое время баловать её. Только очень осторожно, а не то вырастет очень капризный маг".
  С крыльца спустился Кан. Полюбовался на скульптуру мамы и дочки. Улыбнулся.
  - А я думаю, куда это младшая исчезла? А она по маме соскучилась. Давай я отнесу её в кроватку и пошли спать. Твой любимый мужчина тоже скучал. Хватит философствовать под звёздами. Завтра приедут мои родители.
  Он взял на руки дочку. Та поудобнее устроилась на его руках продолжая спать. И понёс её на второй этаж. Катя встала с качелей и подумала: -"Да! Пора спать. Во вселенной всё относительно спокойно, значит можно и поспать".
  
  ..............................................
  35. БУДНИ. НАПАДЕНИЕ ТЕНЕЙ.
  
  А через четыре пенталис, Селищевым довелось исполнить своё обещание.
  Катерина узнала об этом случае, только спустя несколько дней. Узнай она раньше, от Республики Золотой Козы, не осталось бы камня на камне.
  Натали Селищева, как обычно, укладывалась спать поздно, за одно, контролируя двор Татьяны Велеховны. Её намётанный взгляд, различил несколько, быстро мелькнувших, теней вдоль забора недалеко от входа во двор. У сорванной с пояска халата рации, сильно щёлкнул пружинный держатель. Она нажала кнопку общей связи, когда все ближайшие посты гвардейцев должны услышать зовущего на помощь.
  - Суркея! Дом Смородины! Нападение! Приоритет один! Видела четыре тени, но их может быть больше.
  И несколько мужских голосов в ответ.
  - Уже в пути! Приблизительное время прибытия, три сен (пять, семь сен) .
   Она тут же схватила первое, что попало под руку, и метнулась ко двору Татьяны Велеховны.
  Громко чертыхаясь и проклиная себя за забывчивость, она подошла к крыльцу соседки. Большой живот мешал движениям, но ребёнок в нём, почуяв настрой мамы на драку, затих и старался не мешать.
  Движение темноты слева, из-за угла дома. Перехват удара и ответный удар. Придерживая обмякшее тело, она тихо положила его на ступеньки крыльца. "За домом могут следить". Имитируя движения теней, она поднялась на крыльцо и проникла в дом. Остановилась и прислушалась к движениям в комнате. Раздался тихий шёпот.
  - Вы двое наверх. Я контролирую вход. Где этот идиот запропастился. Вечно он задерживает группу.
  Натали достала из-под халатика три метательных пластины в форме небольших ножей, и затаилась.
  Снова раздался шёпот.
  - Пойду, проверю, чего этот болван там с соседкой так долго возится?
  "Значит за домом точно наблюдают"- Мысли канули в пропасть, остались только рефлексы.
  Крадущиеся шаги, и в проёме входной двери появилась ещё одна тень, держащая перед собой пистолет с глушителем. Тень в серо-чёрном, медленно начала проходить мимо беременной женщины. Натали, спокойно, и бесшумно, зашла сзади и нанесла удар рукой в область между шеей и затылком. Подхватила падающее тело и положила его на пол. Сзади послышался характерный скрип. "Пятая ступенька на лестнице". Женщина резко разворачивается и метает нож в темноту комнаты. Слышится своеобразный мягкий удар и стук падающего тела. Одновременно она видит отблеск оружия поворачивающегося к ней четвёртой тени и уходит за косяк двери. Слышится сухой хлопок, пуля попадает во входную дверь, оставляя небольшое отверстие.
  Женщина чувствует, как по ногам потекло что-то тёплое. "Воды пошли, нехватало только родить в бою". Она осторожно становится на колени и выглядывает из-за косяка, снизу. Четвёртая тень стоит на первой ступеньке лестницы и высматривает невидимого врага, реагируя стволом на любой шорох.
  Натали прицельно бросает нож в косяк двери в кухню. Удар не сильный, но тень среагировал мгновенно - два выстрела, и в кухонной двери появляются два отверстия. Женщина быстро выходит из своего укрытия и метает нож в силуэт тени. Тот, не успев развернуться в сторону новой опасности, с тихим стоном опускается на ступеньки.
  Сверху слышится шум шагов. Включается свет. И голос Татьяны Велеховны.
  - Кто там?
  Натали, придерживая низ живота рукой, быстро поднимается по лестнице, переступая через тела теней. Краем глаза она видит, что входная дверь приоткрывается. Рука тянется за оставшимися метательными пластинами. Но моргнувший зелёный свет фонарика, успокоил её. "Свои".
  - Татьяна Велеховна. Воды отошли.
  Пожилая женщина быстро ведёт Натали к своей кровати и укладывает её. Потом бежит вниз, включая свет во всём доме. Молодая мама прячет в кровати оставшееся под халатиком оружие, портупею с метательными ножами, заворачивая в неё боевой нож "Скальпель" и небольшие ладонные нунчаки.
  Натали с беспокойством прислушивается к шуму снизу. Но там всё спокойно. Пожилая женщина спокойно греет воду и готовит простыни для роженицы. "Быстро они прибрались. Молодцы. Нужно будет потом поинтерисоваться всё ли было спокойно вокруг дома. Не спалилась ли она сама?". И женщину накрывают первые схватки.
  Несколько часов мучений, короткий крик ребёнка и рядом с молодой мамой ложится маленький свёрток с тихо посапывающим носиком и закрытыми глазками.
  Татьяна Велеховна, с улыбкой склоняется над вымотанной родами женщиной.
  - Сынок у тебя Натали. Сынок.
  Натали осторожно поворачивается на бок и обнимает сына.
  Через день, Натали, выходит от Татьяны Велеховны с ребёнком на руках и осматривает комнату, в которой проходил бой. "Молодцы, хорошо прибрались, даже дыры от пуль заделали. Почти незаметно, если не присматриваться". И тут она видит, торчащий в косяке кухонной двери, свой нож. "Балбесы! Но если сбросить на темноту, то всё равно молодцы. Нужно будет рапорт писать, обязательно похвалить работу ребят".
  Она аккуратно вытащила из косяка нож и спрятала его под халатик. Возле крыльца, стоял и ждал её счастливый муж, с огромным букетом полевых цветов. Он, уронив букет, кинулся к жене и сыну. Осторожно подхватил обоих на руки.
  Натали с улыбкой, начала корить его.
  - Осторожно! Поставь на землю! Уронишь! Ненормальный.
  Селищев аккуратно поставил её на ноги, и сияя улыбкой ответил.
  - А где ты видела нормального счастливого отца?!
  Он поднял и протянул жене букет. А сам осторожно взял у неё ребёнка. Натали поджала губки и подумала: "Знал бы он об обстоятельствах рождения сына, врятли так улыбался бы. А ведь узнает! Прочитает отчёты. Да и Катя молчать не будет. Ещё и бучу мне устроит, что рисковала собой и ребёнком. Но тогда могла пострадать её мама. Это тоже плохо".
  На крыльцо вышла Татьяна Велеховна.
  - Ну, что, счастлив увидеть, наконец, жену и сына?
  Ярис энергично закивал головой. А женщина продолжала.
  - Он с самого утра вчерашнего дня, как ты родила, пытается пробиться к тебе. Я еле отбилась. Вот настойчивый.
  Натали повернулась к пожилой женщине, и склонила голову в поклоне.
  - Благодарю вас, за помощь мне с беременностью и родами.
  Татьяна Велеховна махнула рукой.
  - Не стоит! Я хоть работу свою не буду забывать. Скучно на пенсии, а так какое никакое развлечение.
  Но и Ярис, тоже склонил голову, осторожно придерживая сына.
  - Мы очень благодарны вам за вашу работу. Вы помогаете женщинам сотворять вот такое чудо. И это дорогого стоит.
  Молодые люди развернулись и в обнимку пошли к своему домику. Только на крыльце своего дома, Натали оглянулась, и помахала смотрящей им вслед женщине.
  
  Через два дня прилетела Катя. И сразу рванула к Селищевым.
  - Натали! Как ты могла так поступить? Ты же могла сама пострадать и ребёнка погубить.
  Молодая мама просто улыбнулась. На её руках лежал и посапывал сын.
  - Но если бы я так не поступила, могла пострадать ваша мама. А это тоже нехорошо. Всё же закончилось хорошо?!
  Катя поджала губы. И выпалила.
  - А могло быть и плохо. За домом наблюдали два снайпера. Когда ты подошла к крыльцу, их успели накрыть две подошедшие к тебе на помощь группы меривских гвардейцев. Они видели, как ты вошла в дом.
  К жене подошёл Ярис и обнял её.
  - Мы, к сожалению, не можем по-другому. Умри, но выполни свою миссию. Она выполняла то, что мы обещали вам сделать. И выполнила это хорошо. Этот риск оправдан. Я читал отчёты об этой заварушке. Ваша мама могла погибнуть, опоздай помощь на полсена. Натали выиграла эти сек, и всё прошло как надо. Не просто так я влюбился именно в эту женщину. Надеюсь, что и дети у нас будут такие же.
  Он поцеловал жену и подтолкнул её к креслу качалке. Пора было кормить ребёнка. Натали уселась и дала ребёнку грудь. Тот не открывая глазок, припал к соску и начал есть. Селищев обратился к Катерине.
  - Как всегда, доказательств нет. И кто стоял за попыткой похищения, определить невозможно. Подбиралась группа теней так, что они и сами не знают своего благодетеля. Заказы им поступают через сеть. Специалисты пытаются отследить путь заказа, и кому это было выгодно на сегодняшний день. Но пока что никаких результатов. Группы теней не могут перестроиться под увеличивающуюся скорость реагирования гвардии на их вылазки. Это уже четвёртая группа, попавшаяся нам за семь меэриссо, с твоего приключения в Белгородской библиотеке. Ты провела реформу гвардии, и скорость реагирования мобильных групп выросла в несколько раз. Они этому противопоставить ничего не могут. Я всё ни как не могу понять! Почему они полезли сюда, в Суркею? Это же чистейшее самоубийство!?
  Катя слушала подчинённого, кивая головой. Потом, подумав, сказала.
  - Проверь всю ситуацию с позиции возможности захвата всех домов в посёлке. Возможно, что цель была выбрана с позиций удобства захвата заложника.
  Селищев приподнял бровь и задумался.
  - Им, что, было без разницы кого захватить в заложники? Тогда это жест отчаяния. Кого же мы так прищемили, что он решился на операцию в Суркее? Будем разбираться! Я свяжусь с Сивцовым. Пусть даст толкового сыщика. А ваше предположение я проверю. Сегодня же!! Нужно ещё раз допросить пленных про их задание. А то как-то туманно они всё это преподносят.
  Катя несколько дней гостила у мамы. Патрули в Суркее были усилены и добавлены секреты. Больше подобных вылазок не было. И отыскать, кто был заказчиком операции так и не удалось.
  
  36. БУДНИ. ОПЕРАЦИЯ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ.
  
  Катерина вышла из рамки перемещения прямо посреди гвардейской части, держа в руке Орлис в матерчатом чехле. Здесь её очень хорошо знали. "Конечно, генерал Звёздного полка. Врага и начальство нужно знать в лицо. Хотя теперешний враг, находится под такой завесой тайны, что знать его в лицо весьма проблематично". Дневальный, возле входа в казарменный корпус, выполнил команду смирно, и как положено по уставу, звонко, на весь двор, прокричал.
  - Смирно! Командующий в расположении части!
  Все, кто находился во дворе, повернулись к Катерине и застыли по стойке смирно. Она выдержала паузу и, кивнув дневальному, дала отмашку.
  - Вольно.
  Дневальный звонко продублировал команду.
  - Вольно! Дежурный по полку на выход!
  К Кате из корпуса выскочил капитан, на ходу поправляя фуражку. Приложив руку к фуражке, отдал честь и застыл в ожидании. Катя примирительно махнула рукой.
  - Расслабьтесь капитан Тихомиров. Где находится в данный момент старший по обучению нинь-то, майор Свиридов?
  Капитан немного расслабился, но чётко доложил.
  - Майор Свиридов в данный момент на полигоне с группой номер пятнадцать. Отработка проникновения в помещения гражданских объектов. Должны, через полтора мера прибыть на грузовом квадроскорте в расположение части.
  Катя кивнула.
  - Отлично! Эти полтора мера, я проведу в спортзале. Пришлите мне гвардейцев по вот этому списку. Десять сен хватит? Если кто-то занят, то не беспокойте их.
  Капитан козырнул и метнулся обратно в корпус. А Катерина не торопясь пошла в спортзал. Переоделась в кимоно и вышла в зал. Её уже ждали двое, в чёрных кимоно. Мужчина и женщина. Лучшие в полку в нинь-то. "В списке семнадцать фамилий. Посмотрим, кто прибежит за пятнадцать сен". В зал вошли ещё пять мужчин и две женщины, переодетые в чёрные кимоно. У всех за матерчатыми поясами были вложены фамильные мечи, или парное оружие. Все из списка были посвящёнными и прекрасно знали, кто такая Катерина Смородина. Некоторые из этих людей прошли через неё. Она, лично, тестировала пятерых из прибывших. Двое получили уровень Старха, и трое уровень Яара, Остальных тестировали Старх и Тамарис. Её же спарринг партнёром была Тамарис, и Катерина выигрывала у неё пять боёв из десяти, причём это был стабильный результат. Похоже, уровень и одной и другой рос параллельно. Обе упорно не желали друг другу проигрывать.
  Все встали полукругом напротив Катерины. Она осмотрела всех и начала.
  - Все знают, что за последние семь меэрис реакция мобильных групп выросла. При данном расположении дел, пираты уже не смогли бы тягаться с нами. Но есть враг, более скрытный и хитрый. Скорее всего, это граждане Республики Золотой Козы. Что доказать сейчас невозможно.
  В Зал вбежали ещё двое. Мужчина и женщина. Мужчина, как старший по званию, подошёл к группе и приложив руку к сердцу, отрапортовал.
  - Простите за задержку! Разрешите присоединиться!?
  Катя кивнула.
  - Присоединяйтесь.
  И продолжила.
  - Мне нужны люди, которые не остановятся ни перед чем. Но проникнут в группы теней. Хотя бы теней! Если удастся проникнуть дальше и влиться в приближение заказчика, это будет невероятной победой в этом сражении. Но только в сражении! Мне кажется, что данная война будет долгой и кровопролитной. Нам нужен авангард, для закрепления наших сил на берегу врага. Наверно сравнение не очень правильное. Мне нужна раковая опухоль в теле врага, которая поможет разрушить его изнутри. Какие поступят предложения?
  Гвардейцы задумались. Светлана Атаманова прямо посмотрела на Катерину.
  - Есть способ! Придётся рассекретить несколько человек, посвящённых. И по каким либо причинам, жёстко уволить их из рядов гвардии. Соответственно, оставив в тайне их посвящение. И ещё, дать утечку информации, что они одни из лучших бойцов.
  Катя задумалась.
  - Вы учитываете действия врага?
  Светлана кивнула.
  - Скорее всего будет попытка перевербовки данных агентов. Придётся рассекретить кое-что из старых действий спецназа и их приёмов. Надеюсь, этого будет достаточно, для того, что бы агенту поверили. Хотя быстро соглашаться на перевербовку тоже не стоит. Нужно будет на глазах у вербовщиков постараться восстановиться в гвардии, отказываясь от щедрых предложений.
  Серафим Горелин неуверенно замотал головой.
  - Придётся строго контролировать этот процесс. То, что их агенты есть в низшем звене гвардии, сомнений у нас нет. Надеюсь, что их нет в рядах посвящённых. При проведении этой операции придётся завести такого агента, а может и не одного.
  Все замолчали. Только Барата Неверова с прищуром посмотрела на начальницу. Катя кивнула ей.
  - Барата! Если появилась идея, выкладывай. Бить, так и быть не стану.
  Неверова улыбнулась.
  - Скажите? Круг подозреваемых большой?
  Катя хмыкнула.
  - Хм! Не очень. Семей семь.
  - Тогда, можно внедрить в эти семьи, под видом работников, уволенных в запас посвящённых. Прошедших школу жизни. У некоторых есть опыт, влиять на сознание молодёжи своими поступками и ненавязчивыми высказываниями. Таким образом влиять на воспитание детей в этих семьях. Понимаю, что процесс очень длительный, но на много менее кровавый. Сомневаюсь, что среди молодых найдутся такие специалисты. Для этого нужен длительный опыт общения с детьми, и даже, наверное, чувства к ним. Посмотрите, чьи дети из стариков наиболее лояльны к вам и кто до сих пор работает с молодёжью. Ну и соответственно по этим результатам, предложить стать пассивным агентом в одной из семей подозреваемых. Заодно и наблюдение за подозреваемыми.
  Вошедшие последними Креслава Лучезарова и Казимир Светлов, о чём-то шептались за спинами сослуживцев. Казимир вышел вперёд.
  - Разрешите!?
  Катя кивнула.
  - Пожалуйста!
  Казимир, кашлянул и заговорил.
  - Можно попробовать создать свою семью магнатов, с целью, вести экономическую войну в стане магнатов планеты. Если не захватывая и банкротя их семьи, то хотя бы отвлекая их от внутренних проблем, создавая проблемы внешние.
  Катя с сомнением покачала головой.
  - Среди семей, такая война ведётся уже много меэриссото. Все они интуитивно чувствуют направление экономического удара. В этом они как рыбы в воде. Есть ли у нас специалист подобного уровня?
  Казимир вытащил из-за спин сослуживцев Креславу.
  - Есть! Лучезарова! Она предсказывает финансовые потоки так, что финансовым воротилам планеты, до неё очень и очень далеко. Мы хотели подавать заявку, на создание подобного финансового ответвления в гвардии. Но теперь я подумал, что это ответвление можно создать прямо на территории врага. У них же под боком. И на виду и совершенно не заметно.
  Катя в задумчивости прошлась вдоль подчинённых. Обвела их взглядом.
  - Никак не предполагала, что будет столько дельных предложений. Кое-что я и сама обдумывала. Света, подготовь подробный отчёт о своей операции. Но одно "Но", работаешь в полном контакте с Горелиным. Я думаю, что он существенно дополнит детали операции. Продумайте все возможные варианты. Тогда и будем думать. Вы двое можете идти.
  Горелин и Атаманова, приложив ладонь к сердцу, бойко развернулись и вышли из зала. Остальные ждали продолжения. Катя взглянула на Неверову.
  - Через пенталис, жду твоего отчёта по твоему предложению. Можешь тоже быть свободна.
  Женщина, козырнув рукой к сердцу, тоже вышла. Катя посмотрела на оставшихся.
  - Все, кроме Лучезаровой и Светлова, могут быть свободны.
  Все вышли. Лучезарова, совсем молодая девушка, немного смутилась и переминалась с ноги на ногу. Светлов, более опытный, просто стоял, положив обе руки на рукоять, торчащего из за чёрного матерчатого пояса, слабоизогнутого меча.
  Катя посмотрела на них. Лучезарова подняла взгляд на Катю и спросила.
  - Вы же владеете телекинезом, и можете прочитать мысли всех людей? Почемуже вы до сих пор не выявили тех, кто охотится за вами?
  Катя улыбнулась и посмотрела в загороженное сетками окно.
  - Просто читать мысли у простых людей. Сложно у сложных и сильно развитых. Мешанина мыслей и их обрывков, забивает ментальные каналы, не даёт прочитать ясно то, что нужно. А у сумасшедших мысли вообще не читаются.
  Светлова кивнула.
  - Теперь понятно, для чего понадобились мы.
  Катерина кивнула в ответ.
  - А вас, я отправляю к Сееркан. Консультация с ней не повредит. Детали операции обсудите с ней. Лучше говорить с ней в Саратонском университете и без лишних ушей. Её муж, один из тех, в чьём тылу, вам придётся работать. Возможно!!!
  Офицеры, козырнули рукой к сердцу и пошли к выходу. А Катя думала, глядя в спины уходящих. "Начинается новый этап моего саморазвития, или совершенствования. Новый виток моих способностей. Ювелирная шлифовка граней. Нужно учиться чётко видеть нужные мысли в их мешанине, а это опыт. И только опыт".
  
  
  .....................................................
  37. БУДНИ. СОН СЕРДЦА.
  
  Катерина вышла на балкон. Балкон удобно располагался над вершинами деревьев. И видно было далеко. Зелёное море мерно покачивалось и рябило под лёгким ветерком. Окраина города, позволяла такую роскошь - наблюдать за этим зелёным морем, сливающимся с голубым небом на горизонте. А ночью, сочная зелень сливалась со звёздами. Особенно, Кате нравилось зрелище восхода лун. Огромный диск Тамарис, медленно появляется над неровной каймой леса. Странный эффект линзы над горизонтом, увеличивает и без того большую луну до огромных размеров. Это завораживает. А когда, все три луны появляются почти одновременно - это потрясающее зрелище. Есть такие дни, когда все три ночных светила, появляются над горизонтом, приблизительно в одно время.
  Но сегодня насладиться пейзажем не получилось. С соседнего балкона раздалась женская ругань. Обвинения явно сыпались на мужчину. Это продолжалось довольно долго. Потом хлопнула дверь в соседнем подъезде. На улицу вышли двое детей, девочка постарше и мальчик, и затравленно посмотрели на балкон, с которого доносилась раздражённая речь женщины. И тут не выдержал мужчина. Его раздражённый грубоватый голос разрезал голос женщины. Дети на улице вздрогнули.
  - Меня целый день нет дома! Я работаю в три смены, что бы прокормить нашу семью. Ты мне ещё и задания даёшь, с которыми прекрасно смогла бы справиться сама, сидя дома. Ты ведь так и не устроилась на работу. Только обещаешь. А я днями бегаю по городу, выполняя эти задания. И ты меня обвиняешь в плохом воспитании детей? Я прихожу домой только переночевать, и срываюсь рано утром на работу. Я вынужден отпрашиваться с работы, что бы сходить на родительское собрание в школу, что прекрасно можешь сделать и ты. Но тебе некогда. Ты ничего и не хочешь делать, ты хочешь , чтобы все вокруг делали всё за тебя и для тебя, забыв о себе, и о своих интересах. Как ты думаешь, это не рабство? Значит ты хочешь сделать для себя рабов из нас, из меня и детей? Я забыл о своих хобби, о своих интересах, даже о некоторых необходимых и каждодневных вещах, забыл о написании своей книги. Это унизительно. Ещё более унизительно получать за это взбучку каждый раз когда, только в мелочах ошибаешься, а в основе прав абсолютно. Я должен защищать тебя даже тогда, когда ты абсолютно неправа. Можно ведь было помочь детям, когда ты была дома, они к тебе не раз обращались со своими проблемами. А ты была занята своими хобби, как ты это называла - работа. Они получали по полной, даже тогда, когда тебе было больно, и они заходили к тебе справиться о здоровье. Да, это было редко, дети эгоистичны, но это было! Конечно, они перестали это делать, как и я, я ведь не исключение, хотя делал это значительно чаще них, и соответственно чаще получал за это. И когда ты хажала детей даже за что-то хорошее и начинались боевые действия, я должен был становиться на твою сторону и защищать тебя , а не детей. А это, к сожалению, было очень часто. Они ведь это уже тогда понимали, и ты хочешь, что бы они относились к тебе хорошо сейчас, когда они подросли?! Они прекрасно поняли, что тебе нужна обслуга, а не семья. Поверь, это крайне унизительно, и для детей и для меня. Это, дорогая, и называется домашним деспотизмом, или тиранией. Это ты нас унижала и оскорбляла, а не мы тебя. Хотя, в конце концов, и я и дети перестали делать что то хорошее для тебя. Всё равно бессмысленно, всё равно получишь по самое не могу. Но зато ты написала свою книгу, и даже две. Правда получилось бездарно и сухо. Не спорю сюжет и задумка прекрасны, но написание и герои мёртвые, или, по крайней мере, неживые. Возможно, нам нужно было писать твои книги вместе, спорить до хрипоты, до драки над каждым абзацем, над каждым героем. Книга получилась бы живой. И думаю, издатели быстро заинтересовались бы книгой. Но как только я заявил, что книга суховата, ты отстранилась от меня и стала писать сама. Конечно, я БЕЗДАРНОСТЬ и ещё не дорос до твоего уровня, то биш БЫДЛО и ЛАПОТНИК. Ты окончательно перестала заниматься хозяйством, перевалив всё на меня и детей. Я и это проглотил и простил. Но я по-прежнему тебе мешал. Я мешаю тебе всю нашу совместную жизнь. Сначала сопел и храпел во сне, я ушёл в другую комнату, что-бы не мешать. Ты болела, я переживал, заходил в комнату и спрашивал: "как ты сегодня", всё время не вовремя, то будил, то тебе было больно, а однажды, даже услышал, что мне доставляет наслаждение, наблюдать за тем как ты мучаешься. Знай, для меня это каторга. Я перестал заходить к тебе, боясь лишний раз навредить, а так же боясь ссор с тобой, ведь каждая ссора, каждое обвинение в мой адрес вызывает мою агрессию. И эту агрессию ты видишь в первую очередь, абсолютно не замечая причины. Я стал ещё хуже, хотя я просто не хочу конфликтов. В конце концов, я перестал видеть смысл в чём-то хорошем в отношении тебя, потому что, что бы я не сделал, всё плохо. И хорошее и плохое, всё плохо изначально. Ты считаешь, что это не для тебя, и даже не для семьи, а я это делаю для себя любимого, это только из моего эгоизма и ненависти к окружающим. Ты мягким и спокойным голосом "гармонично", смешиваешь меня и мои поступки с грязью, замечая даже в самом хорошем, что то плохое. Вспомни, как мы ехали с Серебрянной косы на монорельсе. Ты проспала на моём плече три с половиной мера. Я старался не шевелиться, что-бы не побеспокоить тебя. А когда нужно было выходить и мне пришлось тебя разбудить, я получил выволочку по полной программе. Было очень стыдно и унизительно. За что?? А ведь таких случаев было великое множество.
  На соседний балкон вышел коренастый мужчина с сигаретой во рту. Нервно чиркая зажигалкой, попытался прикурить. Ему это не удалось. Он в раздражении встряхнул зажигалкой. Следующая попытка прикурить увенчалась успехом. Он затянулся и выпустил струю дыма, пытаясь успокоиться. Следом вышла хорошенькая женщина и нервно, почти выкрикнула.
  - Ты ещё ударь меня. Но, ты-же тряпка. Ты даже ударить толком не сможешь.
  Мужчина посмотрел на женщину с сарказмом и снова затянулся сигаретой. А она продолжала.
  - Ну!? Тебе даже сказать на это нечего! Ты тряпка и размазня!
  Мужчина нервно усмехнулся.
  - Когда наше гвардейское подразделение громило пиратов в Средиземье, у меня неплохо был поставлен удар. Хочешь проверить? Размазать тебя по стенке напротив!? Да не вопрос! Только ты поедешь после этого в больницу с травмами. А я проведу суток пятнадцать в гвардейской опорке. А то и посадят, за нанесение тяжких телесных. Так хочешь попробовать?
  И мужчина замахнулся. Катя видела, что бить он не собирался, но женщина юркнула обратно в комнату. Мужчина ещё раз усмехнулся и снова затянулся сигаретой. Только теперь он заметил Катю.
  - Ради Яара! Извините пожалуйста. Просто уже не в силах сдерживать агрессию. Боюсь что в состоянии аффекта прибью эту дрянь. Со временем всё труднее сдерживаться.
  Дети во дворе отошли от подъезда и сели на качели. Катя вспомнила глаза выглянувшей на балкон женщины. Ничего, кроме эгоизма и себялюбия в них не читалось. Ей было плевать на детей и мужа, на их интересы и нужды. Она вспомнила слова Любомира, сказанные ей вскользь в каком-то разговоре: - "Сон разума, рождает чудовищ!". Да, у женщины не было разума, только своё Я, раздутое до огромных размеров. А ещё у неё не было сердца. Ей, похоже, нравились страдания других людей. Действительно, сон разума рождает чудовищ. Только наверно не совсем так. Сон сердца рождает чудовищ, а сон разума выпускает их в мир.
  Пираты и были такими чудовищами. Куда же они ушли? Они же не оставят этот мир в покое, обязательно вернутся, с ещё большими каверзами. Нам тут хватает Республики Золотой Козы. Не знаешь, как с ними справиться, а если ещё добавится обновлённое братство пиратов? Да во главе с чёрным магом. Да!!! Дилемма, однако!
  Катя повернулась к мужчине.
  - Разводитесь. С такими людьми тяжело жить. Посмотрите, и зарплаты хватать будет и вам и детям. А она пусть сама живёт, как ей вздумается. Если возникнут проблемы с разводом, гвардия вам поможет. Как прошедшему боевые действия. У вас же есть льготы? Да и свидетели в храмах не отказывают в таких случаях.
  Мужчина кивнул.
  - Наверно придётся так и сделать. Выхода не остаётся.
  Он докурил сигарету, и аккуратно затушив её, положил окурок в банку с водой.
  - Спасибо за сочувствие. Пойду за детьми.
  Через два сена, мужчина вышел из подъезда и подошёл к детям.
  - Пойдёмте домой всё уже закончилось. Надеюсь больше не продлиться. Вам спать нужно ложиться. Завтра в школу.
  Катя услышала возбуждённый голос девочки.
  - Па! Почему ты до сих пор не развёлся? Сколько можно терпеть эти унижения? В храмах не препятствуют разводу в подобных случаях. Я узнавала. Специально ходила в храм.
  Мужчина тряхнул головой.
  - Наверное, ещё люблю её!?
  - Зато она никого не любит! Я слышала несколько раз, как она тебя называет в телефонных разговорах с подругами, такими же стервами, как и сама.
  Девочка подошла к отцу и обняла его. Он положил руку ей на голову. К ним присоединился и мальчик. Мужчина обнял и его.
  - Посмотрим! Может ты и права. Всему своё время.
  Прошло три мэссалис. Снова настало время восхода трёх лун. Катя привычно вышла на балкон. На соседнем балконе стоял мужчина и отрешённо смотрел на появившийся из-за горизонта краешек Тамарис. Банка для окурков пропала с парапета. Он просто стоял и наблюдал за появляющимися с разных сторон лунами. За изменением цветов зелёного моря деревьев. Каждая луна несла свой спектр цветов, причудливо изменяя листву деревьев, делая её, то сочной зелёной, то, вдруг синей, то серебристо-искрящейся.
  На балкон выглянула его дочка. Из открытой двери балкона, вместо женской ругани, тянуло чем-то мясным и очень вкусным. С картошкой пюре. Это было ново и непривычно
  - Па! Пошли ужинать. Пора ложиться спать. Завтра тебе на работу, а нам с Ромкой в школу.
  Мужчина повернулся к ней и улыбнулся.
  - Посмотри, Мариша, какая красота. И спать совсем не хочется! Это на много лучше, чем постоянно ругаться.
  Девочка вышла на балкон.
  - Да папа, это на много лучше. Даже у Ромки после твоего развода, дела в школе пошли лучше.
  Тут они обратили внимание на соседний балкон. Мужчина улыбнулся ещё шире.
  - Спасибо вам за дельный совет. После развода всё действительно наладилось. Дочка и раньше неплохо готовила, а теперь просто кулинарный талант. И в школе успевает и дома. Сын, конечно отличником не стал, но улучшил оценки на несколько порядков. И нам троим, действительно всего хватает. Как мало нужно людям для счастья.
  Катя улыбнулась.
  - Но вы сейчас это понимаете, только потому, что прошли через катастрофу прожитых лет с вашей женой. Может быть, что вы и не заметили бы этого счастья, не будь вашей супруги.
  Мужчина задумчиво посмотрел на дочку. Та на него недоумённо, и переведя взгляд на Катю, спросила.
  - Так что, простить ей всё и вернуть обратно?
  Катя снова улыбнулась. И качнула головой.
  - Возвращать её обратно, конечно не стоит! Но и зла на неё держать тоже не нужно. Просто постарайтесь удержать это состояние счастья подольше. А для этого стоит помнить, и не забывать всё, что с вами случилось. Без озлобления и агрессии. Пропустив это сквозь себя и идя дальше. Сказать это просто. Сложнее сделать. Но без этого ваше счастье может быстро иссякнуть. Простите её! Она свою карму получит сама.
  ..................................................
  
  38. БУДНИ. ПРОШЛОЕ.
  
  Катя появилась на площадке Алмазного дракона. Сначала появилось свечение, потом оно окуталось туманом, туман уплотнялся, проявляя фигуру Кати. Площадка преобразовывалась, мох и камрис расползались за пределы площадки. Необработанные алмазы складывались в гротескную фигуру Алмазного дракона, как мозаика. Таатон стояла в центре ритуального круга и наблюдала за изменениями. За ней стояли трое людей, двое мужчин и женщина. Особенностью которых, были сложенные за спиной крылья. Большие белые крылья. Все четверо встали на одно колено и преклонили головы. Катя саркастически посмотрела на коленопреклонённые фигуры.
  - Вставайте! Хватит юродствовать. Таатон, дочка! Я пришла просить прощения, за то, что ты осталась одна в этой вселенной. От меня, к сожалению это не зависело. Так решила сама вселенная. Так что на коленях должна сейчас стоять я.
  С этими словами Катя подошла к краю выступа, скинула тёплый плащ, и села свесив ноги в пропасть. "Когда я последний раз, вот так сидела на этом выступе и наблюдала этот прекрасный пейзаж." Она почувствовала движение сзади. Все встали. Таатон подошла и села рядом.
  - Хороша дочка, на тысячу с лишним меэрис старше родителя. Да! И как же мне теперь тебя называть - папа или мама?
  Катя улыбнулась.
  - Сама пока не разобралась. Но то, что ты моя дочь, из прошлой жизни, это точно. А это, на сколько я понимаю, мои внуки. Они маги?
  Таатон тоже улыбнулась.
  - Это так! Они маги и моя свита.
  Катя тряхнула гривой волос. И засмеялась.
  - Даже мои внуки сейчас старше меня. Хороша бабушка. На планете, где я возродилась, много посвящённых и магов тоже много. И драконов тоже много. Всего много. Там теперь моя семья. Моя мама - она простой человек, даже не посвящённая. Она не знает, что я дракон. А биологический отец погиб, защищая драконов от пиратов. Мои приёмные родители Яар и Моон и много братьев и сестёр. Я очень им благодарна, за то, что приняли меня в свою семью.
  Таатон улыбнулась.
  - Как сейчас всё сложно у тебя.
  Потом, к чему-то прислушалась внутри себя.
  - Но на сколько я помню своего отца? В тебе от него чего-то не хватает? Ты как будто не полный дракон? Какой-то частью, я ощущаю пустоту?
  Катя опустила взгляд в долину. Пышная, сочная зелень, полностью скрывала почву. Из-под деревьев, у подножия горы, выкатились две точки. Зрение Кати тут же приблизило изображение. Животные, похожие на домашних кошек с её планеты, только очень больших, резвились в высокой траве. Не дрались, а именно играли.
  - Ты права! Моя вторая половинка - Золотой дракон - Леокордия, отделилась от меня в одной из реинкарнаций, когда я была обычным человеком. В этом виновата я. Я предала её. Теперь мне предстоит заполнять эту пустоту самой. Её пустоту заполнил дракон Серогор. У них своя планета и чудесная дочка. Я за них очень рада. Теперь, моя вторая половинка - моя сестра. И очень мне помогает справиться с моей божественностью. Совсем недавно, я была обычной девушкой, и вдруг божество, даже для богов планеты - драконов. С малолетства я слушала легенды о драконах, боготворя создателей жизни, и теперь постоянно смущаюсь, когда эти драконы бухаются передо мной на колени. Это вгоняет в ступор и не даёт сосредоточиться на проблемах. Яар и Моон уже привыкли, что я их дочка, а вот некоторые братья и сёстры, привыкнуть никак не могут. Тамарис - воительница планеты, разработчик всех единоборств, плюхается на колено и склоняет голову. Мне приходится вместо разбора полётов, поднимать её с колен, она ведь сестра мне в первую очередь, а потом подчинённая. Вы вот, комедию устроили с поклонением. Мне семьи хочется и отдыха.
  Таатон еле сдерживала смех. И, в конце концов, прыснула и засмеялась. Катя недоумённо посмотрела на неё. Обиженно толкнула её в плечо.
  - Ну вот, и тут издеваются!
  Таатон, продолжая смеяться.
  - Тяжело тебе!!! Сносить наше поклонение, это тяжкий труд.
  Катя представила эту ситуацию со стороны. "Действительно, получается комично. Божество, не переносящее поклонение. Аллергия у меня на это, что ли?" Она тоже начала хихикать. И через сек, обе драконицы хохотали, сидя на краю пропасти.
  Они ещё долго говорили. Об ушедшей Саатон, о делах на планете. Катя рассказывала о том, как развоплотился Тимирью, о том, как возродилась сейчас. Какие сны ей снились. О том, как Драконы её планеты готовили из неё мага очень высокого уровня. О том, что нужно посетить Зоотару, и дать возможность её логосу, превратиться в дракона.
  После долгого разговора, Катя с грустью сказала.
  - Мне снова противостоит тёмный маг. И когда мы схлестнёмся, то снова мне придётся покинуть эту вселенную. Я постараюсь приходить сюда по чаще. Хотя бы, для того, что бы отдохнуть и просто поговорить с тобой. Но пришла я сюда не только извиниться.
  Катя встала и одела плащ. Таатон тоже поднялась. А Катя продолжала, пристёгивая плащ к застежке на груди.
  - Мне нужен помощник. В прошлых воплощениях, мне приходилось разрываться между множеством проблем. В следующий раз я приду сюда и передам тебе часть своих полномочий по этой вселенной. Должна же я на кого-то оставить вселенную, после моего ухода. А ты прекрасно справишся! И помощники у тебя хорошие. Так, что работы у тебя добавится.
  Таатон улыбнулась и посмотрела вдаль.
  - Ну, от работы отказываться не стану. На планете уже скучно становится. Всё дети делают.
  Она посмотрела на крылатых детей, спокойно сидящих в сторонке и переговаривающихся друг с другом. Катя улыбнулась.
  - В тебе течёт энергия Алмазного дракона Тимирью, и одной планеты тебе действительно маловато. А мне действительно нужен помощник. Вселенная увеличилась в разы и продолжает расти, меня одной уже маловато.
  Таатон с грустью посмотрела в глаза Кати.
  - Здесь тебе всегда будут рады. Я с нетерпением буду ждать твоего прихода.
  Катя встала в свой круг.
  - До свидания, моя многолетняя дочь.
  И услышала в ответ.
  - До свидания моя малолетняя мама.
  Они улыбнулись друг другу. И глаза Кати застлал туман. В следующее мгновение, она увидела свой ритуальный круг на Тигее.
  Она прошла через центр огромной поляны к сплошной стене и коснулась её гладкой поверхности. Стена дрогнула и потекла как воск, образовывая проход в Зелёную долину. Катя оглянулась на ритуальный круг, с печалью вспоминая недавний разговор с дочерью и твёрдо шагнула на зелёную траву долины. До Драконьего лога от этого места несколько меров ходьбы. Так приятно, посидеть в старой кормильне Яриса Матвеевича и послушать его рассказы о своих детях и об истории Тигеи. Никто ведь не догадывается, что старый преподаватель - сам Яар - создатель жизни на планете и её Бог. А его жена и хозяйка кормильни Мол - драконица Моон - мать всему живому на планете.
  По прежнему старая кормильня у дороги, полна народу к вечеру, стремящегося послушать легенды планеты. Катя не спеша шла по мягкой траве к далёкому городку. По виду, она ни чем не отличалась от обычной путницы, в потёртых джинсах и тёплой чёрной куртке. Покрытых пылью сапожках, и рюкзаком за спиной. Божество Богов! Если хочешь кого либо спрятать, сделай его общественным работником. И у всех на виду, и совершенно незаметен. Так живут драконы на всех обитаемых планетах.
  
  .................................................
  
  39. БУДНИ. ЛЕКАРЬ ПЛАНЕТ И ДРАКОНОВ. СВАХА.
  
  Катя проснулась в холодном поту. Ей снился сон. Живая планета свихнулась и пленила своего дракона. Каменный красный дракон, оказался в плену у оживлённой им планеты. "Нужно лететь разбираться, что произошло. Такое аукнется и одному и второму. Такие системы, Дракон - планета, весьма зависимы друг от друга. Если бы на планете проживали какие либо существа, саморегуляция планеты происходила бы более естественно, как на Тигее. А тут проблема может быть и в одном и в другом. Обычно только планету оживляют очень большие эгоисты. Они не хотят ни за что отвечать, им кажется, что этого достаточно и их миссия выполнена. Но планета - это подпитка самого дракона. Он должен развиваться дальше, развивая и планету. Процесс очень сложен. Обычно задействуется вся планетарная система. Некоторые правда умудрялись не трогать соседние планеты, но это большая редкость. Нужно лететь!"
  Она встала. Поцеловала спящего мужа, заглянула в детскую. Оделась и вышла на крышу. Сек, и Алмазный дракон взвился в небо. Она летела к Ритуальной площадке. Можно было бы воспользоваться вереей, но Кате очень нравился свободный полёт. И каждый раз, когда стоял выбор между метастатическим порталом, квадроскортом или полётом, она выбирала полёт.
  Катя вспомнила обьяснение Сееркан, почему драконы редко показываются людям, они просто накладывают на себя чары невидимости. И каждый, кто смотрит на дракона, ничего не видит. Может только небольшое изменение пространства в том месте, где летит дракон.
  Она приземлилась в Зелёной долине, в центре большого круга обрамлённого чёрно-белой отвесной скалой. Драконья ипостась туманом впиталась в человеческое тело. Катя подошла к своему кругу, и подумав немного встала на него. Она настроилась на нужную планету, и представила, как из красных камней далёкой планеты вырастает площадка усыпанная алмазами. Планета пыталась противодействовать ей и блокировать этот процесс. Но Катерина добавила сил, и площадка образовалась как надо. Тимирью никогда так не делал. Сек и она уже на планете красных скал. В стороне грохнуло. Катя обернулась. Кадах в пятнадцати проснулся вулкан. Планета как могла, препятствовала появлению Кати на своей поверхности.
  "Ну, что же, хочешь повоевать? Изволь!" Катя снова обернулась драконом. Взмах крыльями и она уже высоко в чёрном небе. Пролетая над вулканом, она плюнула в него голубым плазменным огнём. Вулан взорвался, в атмосферу полетели красные камни и дым с пылью поднялись кадов на сорок, пирокластические потоки поползли в разные стороны, лава, свободно растеклась по поверхности красных скал. Катя начала сканировать планету, нужно определить, где находится Краад. Она ясно видела ментальным зрением, замкнутую каверну с красными стенами, и бьющегося в ней дракона. В следующий миг, она увидела, как красные скалы пришли в движение, и вращаясь на подобии воронки, начали проваливаться глубже и глубже, явно пытаясь затянуть что-то ещё глубже.
  Катя зависла прямо над центром воронки и, набрав по больше энергии, выдохнула её в виде продолжительного голубого плазменного языка. Скалы начали плавиться, и с хлопком, открылась каверна с драконом, который взвился над планетой красным сполохом. Выглядел он плохо. Заточение ослабило его, и он еле держался в атмосфере. Но при этом вдруг плюнул пламенем в Катю. Она увернулась. Дракон не успокаивался, продолжая поливать Катерину огнём.
  Только тут Катя поняла: "Дракон безумен! Крыша съехала не у планеты, а у дракона". Уворачиваясь от огненных плевков, Катя подлетела почти в плотную к Крааду. Резкое движение крыльями, и Краад, кувыркаясь, летит на скалы. Она приземляется возле распростёртого на плоскогорье дракона и превращается в человека. Настройка на волну мозга дракона и тот тоже начинает превращаться в человека. Сек и перед Катей лежит пожилой, красивый мужчина. Она настроилась на планету.
  - "Прости меня, пожалуйста. Я не сразу поняла твои действия. Ты пыталась защитить меня от обезумевшего повелителя, и защитить его от меня. Ты всё правильно делала. Ослабить Краада к моему появлению, это правильное решение. Помоги мне пожалуйста. Обездвижь его. Если он начнёт сопротивляться, я вынуждена буду убить его. Будет плохо и ему и тебе, и мне".
  Поверхность плато пришла в движение вокруг Краада. Камень стал мягким и Краад начал тонуть в нём. Когда на поверхности осталась только его голова, камень снова затвердел.
  "Ты неплохо развил свою планету, Краад. Что же с тобой случилось?"
  Катерина настроилась снова на энергетику Краада. Она начала отматывать память дракона назад. Сначала был полный хаос. Обрывки мыслей о захвате вселенной. Ярость от невозможности сделать подобное. Ярость, переходящая в безумие. То вдруг попытки обуздать свои мысли. Яростная борьба с чем-то внутри себя.
  Катя резко переключилась на ауру Краада. Чёрные и коричневые пятна, болезненно смотрелись на золотисто-красной ауре. Каждое пятно испускало чёрную и коричневую пыль. Катя прошлась по своей ауре, она тоже подверглась заражению. "Эфирный вирус всевластия. Порождение чёрного мага Дастана из её прошлого воплощения". Она вспомнила ракеты с похожей чёрной эфирной пылью. Катя представила, что её аура наполняется огнём, выжигающем эту пыль. Потом прошлась по своей ауре ещё раз, у неё не осталось ни пылинки. Она снова настроилась на ауру Краада, и начала медленно наполнять её огнём из своей ауры. Эфирный вирус сопротивлялся, но вяло, и аура дракона потихоньку чистилась. Когда последняя пылинка была выжжена, Краад открыл глаза. Он не понимая смотрел на Катерину. Но вдруг память вернулась полностью и он вспомнил всё.
  - О горе мне! Я пытался сражаться с тобой - повелителем всех драконов. Я сражался с тем, с кого должен пылинки сдувать - с источником своей силы. Горе мне!
  Катя не желала выслушивать стенания дракона. Она попросила планету освободить повелителя. Та неохотно и осторожно сделала это. Краад встал, опустился на одно колено и склонил голову. Катя всплеснула руками.
  - Мало того, что прошляпил заражение планеты вирусом всевластия, так ещё и сам заразился. Поднимайся с колен и помогай чистить ауру планете.
  Краад открыв рот посмотрел на маленькую хрупкую женщину в чёрно-белом брючном костюме усыпанном алмазной крошкой с чёрной диадемой в волосах, отделанной некрупными алмазами и чёрно-белым мечом на воинском поясе, тоже усыпанным алмазной крошкой, но, безропотно подчинился.
  У планеты огромная аура, и распространение вируса не так заметно. Да и задачи у неё не такие как у драконов. На неё вирус мог и не повлиять вообще, но источником заражения, она могла стать вполне. Катя с Краадом сели спина к спине на ровной площадке, обьединили свои ауры, и стали накачивать ауру планеты огнём, используя и огненные недра планеты.
  Несколько меров шла чистка, но, в конце концов, они увидели и источник заразы. Большая воронка, и осколки метеорита, источающие тёмную эфирную пыль. Они собрали всё. Даже мелкие кусочки и пыль, подвесив их в стасис поле над эпицентром воронки.
  Превратившись в драконов, они подлетели к осколкам метеорита, спустились в воронку, уже в человеческой ипостаси, и направив на метеорит руки с разных сторон, прошлись эфирным огнём по вращающимся над воронкой камням. По обломкам пробежала волна огня, и они перестали источать эфирную пыль. Вирус был уничтожен.
  Катя устало посмотрела на Краада.
  - Если бы ты развивал всю свою систему в комплексе, этого не произошло бы. Планеты предупредили бы тебя о приближении опасного обьекта. Или же приняли бы на себя удар этого метеорита. У тебя три планеты - соседки, готовы к оживлению. Поработай над собственным эго, и начинай развивать свою планетарную систему. А если сил мало, попроси помощи у вселенной. Много драконов блуждает по вселенной в поисках планет для оживления. Тебе обязательно помогут.
  Краад встал на колено и склонил голову.
  - Да Властительница! Ты права. Пора завязывать с эгоизмом. Нужно идти дальше. Два с половиной меэриссо назад, здесь пролетала драконица, и предлагала помощь по оживлению планет системы, но я ей отказал. А сам не могу забыть её. Постоянно вспоминаю её прилёт. Если она не нашла свою планету, помоги найти её!? Позови её обратно?! Я извинюсь перед ней и приму её помощь.
  Катя настроилась на воспоминания Краада и увидела красивую белую драконицу с перьевыми крыльями. Она была вся белая, от кончика носа, до последнего пёрышка на хвосте, только пёрышки едва заметно отдавали серебром. С красивым именем Оссиин.
  Настройка на ауру Белого дракона. Катя видит спящую драконицу на одной из далёких планет. Она в облике красивой женщины, спит на неодушевлённой планете, сделав из скал подобие ложа. Белые волосы разметались по камню под головой. Белый плащ подложен на камни и им же драконица накрыта. Из под плаща выглядывает изящная ножка. Красивое лицо с тонкими чертами полностью безмятежно.
  Катя легонько касается ауры спящей. Та открывает глаза и пытается подняться, видя, кто её потревожил. Но Катя мысленно её одёргивает.
  - Не надо выказывать мне уважение лишний раз. Ты знаешь, я этого не люблю. Твои поиски закончились. Как ты смотришь на то, чтобы помочь одному красному каменному дракону в развитии его планетарной системы, и оживлении ещё трёх планет?
  Драконица, всё таки встала с ложа, и не спеша начала преображаться в более подобающий вид. В волосах появилась белая диадема с белёсыми камнями. На ногах белые высокие сапоги, на высоком каблуке. Короткое платье и воинский пояс со слабоизогнутым односторонним мечом с белой рукоятью и белыми ножнами. По платью, плащу и сапожкам драконицы, ножнам и рукояти меча, проступил слабо заметный серебристый рисунок. Волосы быстро подтянулись и сплелись в тугую гульку на затылке. На лице проступил тонкий, тёмный макияж, подчёркивая глаза, брови и губы. А по лбу и щекам расплылись еле заметные серебряные блёстки.
  -Когда я пролетала через его систему, к оживлению была готова только одна планета. Да и он не пожелал никого видеть в своей планетарной системе.
  Катя улыбнулась и посмотрела на явно нервничающего Краада. "Да! Такое трудно забыть". И уже обращаясь к драконице.
  - Скажи, тебе он сильно понравился?
  Белая драконица мило улыбнулась.
  - Целеустремлённый пожилой дракон. Мне такие нравятся. Но сильно зациклен на своей миссии. Черезчур эгоистичен.
  Катя улыбнулась в ответ.
  - Уже не так эгоистичен, но зацикленность осталась. Так поможешь ему?
  Оссиин поджала губки.
  - Нужно подумать?!
  - Думай быстрее. Возможно зарождение больших чувств. Он совсем извёлся, как прогнал тебя. Сидит рядом со мной и когти грызёт, сейчас к пальцам приступит.
  Оссиин хихикнула. Катя не переставая улыбаться.
  - Ну, что надумала?
  Драконица кивнула.
  - Хорошо! Я вылетаю к нему.
  Катя утвердительно кивнула.
  - Я могу помочь переправить тебя драконьей площадкой. Через несколько сен будешь тут.
  Оссиин снова улыбнулась.
  - Не стоит! Пусть помучается и приготовится к моему прилёту. Да и мне нужно всё взвесить. Давать ли волю своим чувствам, или отсрочить это неотвратимое действо. Я ещё очень молода, мне всего семь меэриссо. Ты же знаешь, если любовь придёт, то уже никуда не уйдёт.
  Катя вдруг поняла, почему Краад пропустил заражённый метеор к планете. "Он уже влюблён в это белоснежное создание. Вот и причина произошедшего". И обращаясь к Оссиин.
  - Похоже поздно давать задний ход. Краад слабеет, вспоминая тебя. Мне пришлось спасать его самого и его планету от вируса всевластия. И причина, наверняка, ты.
  Оссиин изумлённо посмотрела в глаза Кати.
  - Тогда я постараюсь прилететь побыстрее. Благодарю за помощь, но я сама справлюсь. Это ведь наше с ним дело!?
  Катя кивнула, и прервала связь с Оссиин. Краад с надеждой посмотрел на Катю, он, конечно, не слышал ни единого слова из ментального разговора. Она устало взглянула на него.
  - Готовься к встрече, она летит сюда. Когда будет, не знаю, но постарается прилететь быстрее. Смотри не упусти её. Второго шанса может и не быть.
  Возвращаясь к своей площадке, Катя думала: "Ну вот, ещё только свахой не хватало стать. Хотя и не самая неприятная сторона моей работы. Даже наоборот. Нужно оставить площадку на этой планете и навестить их позже. Посмотреть, как пойдут дела".
  Перед телепортацией, она попросила планету замаскировать свою площадку и не показывать её Крааду некоторое время. А если случится раздор между Краадом и Оссиин, предупредить её. Планета ответила утвердительно, Катя почувствовала, как потеплело у неё на душе. И она впервые назвала планету по имени.
  - Благодарю тебя Краасовиин.
  После того, как Катя телепортировалась, её площадка начала тонуть в размягчённых породах красного камня. Планета выполняла данное Владычице обещание.
  
  ......................................................
  
  40. БУДНИ. БУДУЩЕЕ.
  
  Большая гора, или огромный холм, с кубическим камнем на самой его вершине. !!!Место поклонения всех ясновидящих Тигеи. По дороге у подножия идут двое, парень и девушка. Идут пешком, хотя в городе, у гостиницы, в пятидесяти кадах отсюда стоят их байки. Одеты оба в синие узкие джинсы и джуды. За спинами вытертые рюкзаки. На ногах лёгкие кроссовки. Парень останавливается у развилки дороги и смотрит на камень на холме, пока девушка догоняет его. На камне он видит гибкую фигуру женщины.
  Догнавшая его девушка, ухватившись за рукав куртки молодого человека, и поправляя сбившийся носок в кроссовке, с раздражением произносит.
  - Пак, куда ты так летишь? Это место стояло здесь тысячи лет! Простоит ещё тысячу. А ты летишь как на свидание?!
  Парень улыбнулся девушке, и дождавшись, пока та крепко встала на обе ноги. Протянул руку к вершине и ответил.
  - Посмотри на вершину, Долл. Нас уже ждут. И тот, кто нас там ждёт, не станет ждать дольше отмеренного нам времени. Так, что лучше не опаздывать, а ещё лучше прийти пораньше. Да и на счёт свидания, ты не далека от истины.
  Девушка сняла тёмные очки, и с вызовом посмотрела на парня. Тот через плечо взглянул на её гримасу, призванную выражать крайнюю степень гнева, и засмеялся.
  - Та, что ждёт нас на вершине Холма ясновиденья, когда-то была для меня очень близким человеком. Хотя человеком она уже не является. Она божество, даже для создателей нашей Тигеи - драконов. Для неё эта встреча - ностальгия по прошлой жизни. Для меня, посвящение в новую. А для тебя, посвящение, и начало большого пути совершенствования себя. Возможно должно произойти что-то нехорошее, что даст толчок для развития нашей династии.
  Девушка, не снимая с личика злобной гримасы, сощурив глаза, проговорила в спину тронувшемуся к вершине холма парню.
  - Пусть, хоть трижды богиня, а если позарится на тебя, то я не побоюсь ей в космы вцепиться! Это ты у нас ясновидящий, а я простой эмпат, как и большинство людей на планете.
  Парень снова засмеялся.
  - Но не каждый эмпат, может при жизни своей увидеть живое божество. Так, что эмоции эмоциями, а дело делом.
  Он неожиданно повернулся на дорожке, и поймав не успевшую остановиться девушку, обнял и крепко поцеловал её.
  - Ты мой приз и судьба в этой жизни. А она - моя предыдущая жизнь.
  Парень разомкнул объятия, и подтолкнул девушку вперёд.
  - Пошли быстрее, божества крайне обидчивы. Бывают!
  Девушка, уже улыбаясь, двинулась к вершине холма.
  Они дошли до вершины и остановились за спиной женщины сидящей на камне, на тёмном плаще. Та просто сидела и наблюдала за заходящим Глазом Яара. На женщине был чёрно-белый брючный костюм, или даже комбинезон, усыпанный порошкообразными блёстками, точнее его чёрные части. Облегающий верх и свободные шаровары подчёркивали гибкость фигуры. Маленькие туфельки на среднем каблуке - шпильке. Темные волосы, закрученные в банальную гульку на затылке, на которых тонюсенькая золотая диадема с брильянтами, должна была-бы выглядеть кощунственно, но только подчёркивало красоту самой женщины. Довершали всё малюсенькие брильянтовые серьги - гвоздики, заметные только из-за блеска обработанных алмазов. И никакого макияжа. Рядом с ней на камне лежал слабоизогнутый меч в чёрных ножнах с чёрной и длинной рукоятью. В рукояти, в набалдашнике, звёздочкой блестит некрупный алмаз, и по ножнам, тонкая полоска из мелких алмазов.
  С холма открывался потрясающий вид на все стороны света. С севера к холму подступал лес и разливался до самого горизонта. От холма начинались северные леса. С востока подступали Белые пески, и как молоко текли на восток между разорванных напополам Серых гор, мимо огромного Ледяного озера. На юге зелёная долина Горнего Королевства, уходящая на запад, плавно переходит в хребет недалёких Синих гор. Глаз Яара уже наполовину закатился за Серые горы. Женщина полуобернулась к ждущим её молодым людям.
  - Здравствуй Кан.
  Долл вопросительно посмотрела на Пака. Но тот ничуть не смутился.
  - Здравствуй Катя.
  Женщина улыбнулась и с сарказмом произнесла.
  - Не боишься запанибратски называть Богиню.
  Канн уважительно поклонился и тихо ответил.
  - Для меня, ты в любой моей жизни останешься близким мне человеком. Жизнь проведённая с тобой, много мне дала. Я многое почерпнул, живя с тобой. А самое главное научился любить. И отголоски этих чувств, останутся со мной навсегда.
  Женщина, которую назвали Катей, Мило улыбнулась и потупила взгляд. Ей явно нравились слова Пака. Долл напряглась. Катя, взглянув на неё, рассмеялась.
  - Не беспокойся Лизон. Теперь Канн только твой и ты его достойна. Это в прошлой жизни, ты наделала много ошибок, за которые поплатилась жизнью, и мне пришлось тебя заменить. Но теперь всё изменилось.
  При имени "Лизон", Долл неприятно резануло отвращение и почему-то чувство глубокой вины. Она прекрасно понимала, что чувства эти пришли из прошлой жизни. А Катя продолжала.
  - Я тебе даже шанс дала в прошлой жизни исправить твои ошибки, но ты его не использовала.
  Долл поклонилась Кате и пролепетала.
  - Пожалуйста не называй...те меня этим именем. У меня с ним неприятные ассоциации. Я не помню своей предыдущей жизни, и не хочу вспоминать. Те уроки пройдены и усвоены, раз в этой жизни я другая.
  Катя изумлённо хмыкнула.
  - Ну что же, я рада, что не ошиблась в своём выборе. В этой жизни ты не по годам мудра. Видимо, уроки прошлой жизни действительно усвоены. Я взялась курировать твоё развитие. Твой эмпатический дар выше, чем у других людей. Твоя смерть в прошлой жизни много тебе дала.
  Долл поклонилась ещё раз, но изумлённо спросила.
  -А как же Пак, кто будет курировать его?
  Катя усмехнулась.
  - У него будет другая учительница. Поверь не хуже меня!
  С этими словами, последний луч Глаза Яара погас над горизонтом, где-то за Пятизерьем. А из за Скалистого океана, над Северными лесами, появился краешек Тамарис. И за спинами молодых людей раздался приятный женский голос.
  - Его учителем буду я.
  Долл и Пак повернулись и поклонились Ночной воительнице. А Катя, улыбнувшись, сказала.
  - Здравствуй сестра.
  Тамарис встала на одно колено и уважительно склонила голову в знак почтения к Богине. Но Катя совсем по-женски всплеснула руками и кинулась поднимать сестру.
  - Там! Ты сестра мне, и останешься ей даже в моём следующем воплощении. Хоть я и Богиня, но я и драконица и человек. Мои дети, внуки и правнуки ходят по этой планете. У меня будут дети - драконы. Поэтому, я лишний раз не хочу вспоминать, что я Богиня. Дайте мне быть драконом и человеком, хотя бы с вами.
  При этих словах она подняла с колен и обняла Тамарис.
  - Ты просто моя сестра. Моя семья.
  Тамарис горько улыбнулась, но всё-же обняла Катю в ответ.
  - А я за сто пятьдесят меэрис, так и не смогла привыкнуть, что моя сестра Богиня.
  Катя немного наклонила голову и улыбнулась.
  - Видимо ореол Алмазного дракона будет преследовать меня всегда!?
  Пак улыбнулся, хмыкнул, и с поклоном сказал.
  - Не всегда! А только когда это нужно Вселенной и жизни в ней. Следующее твоё воплощение начнётся так же как и это - простой драконьей чешуйкой. И пройдёт не одна человеческая жизнь, прежде, чем ты опять станешь Алмазным драконом.
  Алмазный дракон в облике Кати, недоверчиво посмотрел на Пака.
  - Ты просто хочешь сказать мне приятное, или видишь так далеко?
  Пак смущённо потупил взгляд.
  - Нет, госпожа. Просто этот цикл должен будет повториться снова, чтобы простая душа закалила себя до алмазной твёрдости. Подтвердила своё право называться Алмазным драконом. И, что бы пройдя через трудности дорожить своим приобретением, помогая Вселенной.
  Драконицы дружно переглянулись. И Катя с изумлением сказала, глядя на Пака.
  - Тебе сестра достался необычный подопечный. Трудно тебе будет с ним.
  Тамарис лукаво подмигнула сестре. Посмотрела на своего подопечного и подтвердила.
  - Да! Его простая мудрость дороже всей нашей крови. Может сразу убить, отправив на перерождение!?
  Пак улыбнулся и ещё ниже склонил голову в поклоне. А вот Долл повела себя совершенно серьёзно. Она заслонила собой Пака от дракониц, и стала шарить правой рукой в рюкзаке, который по-прежнему был за спиной.
  Драконицы снова переглянулись. А когда Долл вытащила руку из рюкзака. Обе ахнули.
  В лучах Тамарис сверкнул короткий, широкий клинок, с крупным белёсым камнем в чёрной рукоятке, переливающимся всеми цветами радуги.
  Тёзка ночного светила бросилась к Долл, лёгким движением вывернула нож из руки, и так же стремительно переместилась обратно. Та даже охнуть не успела, но не перестала загораживать собой Пака. А тот в свою очередь нежно обнял её сзади и прошептал на ухо.
  - Драконы любят пошутить, и это была шутка. Но всё равно большое тебе спасибо за твою самоотверженность и храбрость. Выступить против драконов, защищая любимого человека, могла только сильно любящая женщина. Спасибо!
  Долл, всё ещё растерянно смотря на увлечённо разглядывающих клинок дракониц, и переводя недоверчивый взгляд на своего парня, тряся опустевшей рукой, произнесла.
  - Ничего себе - шуточки!
  Катя с изумлением глянула на Долл.
  - Ты хоть знаешь, что ты носишь в своём старом рюкзаке?
  Та явно нежась в обьятиях Пака, произнесла.
  - Конечно! Это Клинок Любомира, пропавший семьсот меэриссото назад у династии Любилей. Легенды говорят, что Любомир собрал энергию слёз Золотого дракона, пролитых на ритуальной площадке и превратил её в два камня. А потом заказал у мастера Меня этот клинок, в который и вправил эти камни, в рукоять и ножны.
  Тамарис оторвала взгляд от ножа и возбуждённо спросила.
  - А ножны, ножны где!!? Там должен быть второй камень!
  Рука Долл нырнула в рюкзак и вытащила из него чёрные ножны с драконьим узором и переливающимся камнем на пятке.
  Тамарис, медленно, с благоговением, подошла к Дол, и вопросительно посмотрела в глаза девушки. Та хмыкнула, пожав плечами, и протянула ножны воительнице. Держа ножны и клинок в руках, она повернулась к Кате. Встав на одно колено, она протянула реликвию ей.
  - Этой реликвией должна владеть Богиня!
  Катя с улыбкой, уже во второй раз подняла сестру. Взяла из её рук клинок и ножны. Покачала их в руках, словно взвешивая, и серьёзно сказала.
  - Этот клинок имеет свою душу. И далеко не каждому даст себя найти. Он ведь затерялся в белых песках, вместе с тем, кто его похитил. Там, скорее всего, она его и нашла. Расскажи, как это случилось.
  Девушка смутилась, но всё-же сказала.
  - Ну, просто, мы с Паком остановились в белых песках. И я отошла от дороги за небольшой бархан, по нужде. Копнула лопаткой, он и выскочил из песка. А я помимо истории увлекаюсь холодным оружием, и прекрасно знаю, что этот принадлежит к семи мистическим клинкам, пропавшим в разное время нашей истории, которыми можно серьёзно ранить дракона, возможно и убить. Рисунки в трактатах оказались весьма точны. Я засунула его в сумку и вернулась к байкам.
  Катя рассмеялась.
  - Ха, ха ха ... . Вот так буднично и даже цинично, находятся исторические реликвии, представляющие опасность для драконов. И сейчас на том месте, где лежал этот высоко энергетичный клинок, лежит кусок дерьма.
  Тамарис с непониманием посмотрела на сестру. Та же продолжая смеяться, вложила клинок в ножны и добавила.
  - Точная пословица - "Свято место, пусто не бывает".
  Тамарис прыснула в ладонь. Пак упал на колени - его беззвучно трясло от смеха. Дол непонимая, и переводя взгляд с одного смеющегося на другого, виновато улыбалась. Все трое видя такую реакцию девушки, просто покатились по холму не в силах держать смех в узде.
  В конце концов, и сама Дол, взахлёб рассмеялась, поняв, с чего смеются окружающие.
  Отсмеявшись и утирая слёзы, все поднялись. Тамарис покачала головой.
  - Такого весёлого посвящения у нас ещё небыло.
  Пак вдруг посерьёзнел. На лоб легла глубокая складка. Он потёр лоб и произнёс упавшим голосом. Приближается плохая весть. Наш смех предвосхитил то, что должно произойти, мы просто почувствовали это все.
  На вершину холма спикировала серебряная молния. Всех обдало резкой волной воздуха. А Пак как в трансе продолжал.
  - Я думаю, сейчас мы узнаем, почему появился этот клинок.
  Все повернулись в сторону, откуда пришла волна воздуха. На склоне холма превращался в человека серебряный дракон. В считанные сек призрачный туман впитался в человеческое тело. Сееркан подбежала к сёстрам. Тамарис спросила её.
  - Сееркан! Като маса нисхор атано? (Сееркан! Почему мешаешь посвящению?)
  Та холодно взглянула на сестру.
  - Соо исхор Даркан Танатаан! (Нашёлся дракон Танатос!)
  Катя заметно побледнела.
  - Соо, исхор баркан?! (Нашёлся братик?!)
  Сееркан перевела взгляд на Катю.
  - Нетаас исхор! Итас карон метаас, барканаас! (Нетолько нашёлся! Но и противостоит нам, сестра.)
  При этих словах она склонила голову в знак почтения Богине.
  Катя села на камень и посмотрела на клинок Любомира. Потом медленно перевела взгляд на Пака. Тот посмотрел ей в глаза и послушно ждал.
  Катя, выдержав паузу, спросила.
  -Тебе перевод нужен?
  Пак отрицательно мотнул головой.
  - Нет, Богиня! Смысл я понял. Легенда о пропавшем яйце! Танатос выжил. И скоро мы узнаем, как это случилось.
  Катя поочерёдно посмотрела на всех присутствующих. Встала с камня и подошла к Дол. Положила руку ей на плечо и сказала.
  - Твои дети, девочка, получат особое посвящение, но и особую ответственность. Такой судьбы для своих потомков не пожелает ни одна женщина. И этот клинок, должен принадлежать вашей семье. Только ты сможешь передать его по наследству, достойному.
  С этими словами она вложила в руку Дол Клинок Любомира.
  У всех трёх дракониц в руках появились по две чешуйки с отверстиями. Две серебряных, две чёрных с блёстками и две чёрных с белой каймой и будто посыпанных мелкими алмазами. У Кати в руках появилась ещё и золотая цепочка, а в руках тамарис из чёрного диаманта.
  Пак присвистнул.
  - Ещё никто из посвящённых не получал сразу по три чешуйки! Кроме тебя!
  Катя повернулась к нему и с сожалением произнесла.
  - К сожалению чешуек, будет ещё больше. Только это не благо, а великое проклятие.
  И уже обращаясь к драконицам.
  - Соо, сокота сеех даркаанас аа метоо дато ристалоот! (Собирайте всех драконов к месту проведения ритуалов!)
  Туман окутал всех троих, быстро уплотняясь. Сек и в чёрное звёздное небо взвились три дракона. Мелькнули на фоне Ночного светила и исчезли.
  Молодые люди остались одни. Над Серым хребтом взошёл диск Триора, а над Северными лесами показался краешек Литании. Дол перебирала в руках три драконьи чешуйки и смотрела в звёздное небо. Пак подошёл к ней сзади и обнял.
  - Драконий язык прекрасен. На нём песни петь.
  Дол поёжилась и сильнее прильнула к своему парню.
  - Мне кажется, что произойдёт что-то страшное. И это страшное ожидает наших детей и внуков.
  Пак развернул Девушку к себе, потом сильно прижал к своей груди.
  - Праправнуков Дол. Праправнуков! В этом и состоит наше проклятие. Мы не имеем права на ошибку в воспитании наших детей. Но у нас будут помощники, какие мало у кого до сих пор были. С драконами, нам предстоит прожить жизнь.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Климова "Заложники"(Боевик) А.Емельянов "Мир Карика 12. Осколки"(ЛитРПГ) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) В.Богатова "Ведьма для Чудовища. Часть 2"(Любовное фэнтези) С.Суббота "Шесть секретов мисс Недотроги "(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) И.Головань "Десять тысяч стилей"(Уся (Wuxia)) Н.Пятая "Безмятежный лотос 2"(Уся (Wuxia)) М.Юрий "Небесный Трон 4"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"