Неменко Александр Валериевич: другие произведения.

1941-42 Крым. Загадки мифы полуострова часть 4

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 7.00*4  Ваша оценка:


Часть 4-я " Загадки и мифы 3-го штурма"

Глава 1 Эхо Керчи и бурная переписка.

После падения Керчи Севастополь остался один на один с немецкой 11-й армией. И это вызвало бурную реакцию командующего ЧФ:

"Сталину, Буденному, Кузнецову.

Немцы готовят захват Севастополя. По окончании действий под Керчью немцы формируют группу войск дополнительно к Севастополю, в составе 132-й, 170-й, 46-й, 28 пд и 22 тд. 50-ю пехотную дивизию как воздушно-десантную,-- будет более 10 пехотных дивизий, 2 танковых и большое количество авиации. Нужна немедленная помощь. Прошу подать:

1. 15 000 маршевого вооруженного пополнения.

2. Запланированный УР -- семь батальонов.

3. Оружие -- 10 000 винтовок, 250 станковых пулеметов, 1500 ручных пулеметов, 25 танков "КВ", 50 танков и танкетки для борьбы с парашютистами.

4. Дать 50 самолетов Як-1.

5. Обеспечить вне очереди боезапасом.

Телеграмма ушла за подписью Военного совета ЧФ.

Для беспокойства (как минимум) была причина: сокрушив советскую двухсоттысячную группировку в Керчи, 11-я немецкая армия получила подавляющее превосходство на полуострове. Откровенно говоря, Севастополь был обречен, и то, что он еще полтора месяца держался -огромная заслуга его защитников. Царившее в марте-апреле благодушие сменилось активной бурной перепиской со Ставкой и Наркоматом ВМФ.

Интересно в этой телеграмме иное: из нее можно сделать вывод, что разведка ЧФ, возглавляемая полковником Намгаладзе, не то что плохо выполняла свои обязанности, но и (невольно) занималась прямой дезинформацией своего командования. Оставим в стороне версию о том, что к Севастополю двигались и 46-я и 22-я танковая, немецкие дивизии. Командование СОР просто перечислило все дивизии, которые знало. Оставим в стороне то, что полностью отсутствует информация о румынских частях, хотя эта информация является важной.

Стоит обратить внимание на продолжающуюся десантную истерию. Это результат прямой немецкой дезинформации, полученной разведотделом ЧФ в мае 1942г. через мнимых "перебежчиков". Результатом этой дезинформации стало то, что даже в решающие дни июня 1942г. значительная часть войск СОР, была скована противодесантной обороной, против несуществующего противника.

Как писал П.А.Моргунов: "При подходе к побережью кораблями ОВРа были поставлены мины и сети, на побережье установлены минные поля, в воде -- малозаметные препятствия и фугасы. На берегу вырыты окопы, траншеи, построены пулеметные и артиллерийские дзоты. Для отражения десанта кроме береговой артиллерии привлекалась также вся зенитная артиллерия ПВО базы, которая еще в мирное время была подготовлена к стрельбе по малым морским целям, а также малые боевые корабли ОВРа. Намечалось также использование авиации". Севастополь всерьез готовился в 1942году к отражению десантов, высадить которые у немцев не было никаких возможностей.

Интересно и то, что до этого времени командование СОР совершенно не беспокоило, что части, обороняющие Севастополь, не были полностью укомплектованы полностью даже стрелковым оружием. Так, например, в 773-м полку 388-й дивизии на 1800 бойцов имелось всего 1000 винтовок. И нехватка боезапаса, на которую так любят ссылаться наши авторы, возникла не внезапно.

Ситуация с продовольствием в Севастополе еще с марта 1942г. была крайне тяжелой. Был введен осадный паек, который был не намного больше блокадного Ленинградского. Все говорит о том, что командование СОР рассчитывало отсидеться за спиной Крымского фронта, и только Керченская катастрофа пробудила командующего флотом к активным действиям. А фронт, которому был подчинен Севастопольский оборонительный район, вместо помощи слал директивы. 20-го числа была получена директива командующего фронтом С.Буденного.

Спустя сутки командующий флотом вновь шлет телеграмму. Она ушла в адрес С. М. Буденного, начальника Генерального штаба А. М. Василевского и наркома ВМФ Н. Г. Кузнецова. Телеграмма больше напоминала крик о помощи.

"Директиву. . . по реорганизации получил. О необходимости удержания Севастополя решает вопрос своевременная немедленная помощь. Противник подтягивает силы из Керчи -- нужна немедленная помощь:

1. Вооруженное пополнение 15 000 человек для доведения сухопутных соединений до нормы. . .

2. Стрелкового оружия 10 000 винтовок, 250 станковых пулеметов, 1500 ручных пулеметов.

Увеличить количество боезапаса до 6--8 бк, имеем 1--2 бк.

Дать самолеты: 50 -- Як-1 и 10 -- Пе-2.

Подать танки: 25 шт. "КБ" и 25 бронемашин и танкеток.

Подать две стрелковые бригады..."

Не надеясь на то, что Севастополю будут выделены нужные средства, понимая, что Севастополь имеемыми силами не удержать, и беспокоясь уже о своей персоне, Ф.С.Октябрьский ставит вопрос по иному. Одновременно с требованием подкреплений Ф.С. Октябрьский занялся "реорганизацией". В своей телеграмме он поставил вопрос: "...о необходимости реорганизации руководства СОРом, считая возможными два варианта: первый -- Военный совет флота и штаб в целом переходят на Кавказ, а в Севастополе создается Военный совет и штаб СОРа, подчиненные Военному совету флота; второй вариант -- Военный совет флота остается в Севастополе, где создается штаб СОРа, а руководство флотом на Кавказе возлагается на одного из заместителей наркома ВМФ или назначенного штатного заместителя командующего флотом; при этом штаб флота опять же на Кавказе".

Т.е. опять поставлен вопрос о том, чтобы командующему перебраться на Кавказ. Интересно и то, что до возникновения сложной ситуации вокруг Севастополя, ни о какой "реорганизации" речь не шла. Вспомним слова командующего ЧФ " ...Севастополь держится, и будет держаться крепко! Я этим руковожу!"

Командующий флотом просто забросал начальство телеграммами. 23 мая вице-адмирал Октябрьский направил телеграмму С. М. Буденному, Н. Г. Кузнецову, И. С. Исакову, в которой докладывал, что "...противник усиливается и готовится к наступлению. Помощи нет, несмотря па мои телеграммы. Еще раз прошу подать требуемые в первую очередь семь пульбатов УРа". В ответ фронт промолчал.

Только 25 мая Военным советом флота была получена телеграмма Военного совета Северо-Кавказского фронта (копии Н. Г. Кузнецову и А. М. Василевскому) -- ответ на телеграмму от 21 мая:

"1. Делается все, чтобы помочь Вам, готовьте средства для переброски.

  1. До тех пор пока обстановка в СОРе напряженная, ВС ЧФ оставаться в Севастополе, объединяя руководство обороной. Оставить в Севастополе штаб СОРа и оперативную группу от штаба флота....". Т.е. командующему в "эвакуации" на Кавказ опять отказали.

27 мая он снова направил телеграмму Н. Г. Кузнецову и И.С. Исакову: "Противник усиленно подвозит войска к Севастополю, прибыло до 2 пд, войска в Ялте, Алуште и в пути к Симферополю. Противник проводит разведку переднего края. Разминирует свои минные поля и заграждения... Прошу помощи, ничего не получил, кроме невооруженного маршевого пополнения и боезапаса. Жду ответа, будут ли даны и когда...

1.0x08 graphic
0x08 graphic
0x08 graphic
Две стрелковые бригады.

2. Тайки и бронемашины.

3. Самолеты Як-1 и Пе-2.

4. Вооружение.

  1. 52 УР -- составе семи пульбатов".

Нельзя сказать, что командование игнорировало просьбы Севастополя, но и сильно помочь ему не могло (или не хотело). Обычно пишут о том, что " по первой же просьбе командующего флотом в Севастополь была переброшена 9-я бригада морской пехоты". Да, все правильно, 27 мая в Севастополь в состав Береговой обороны прибыла 9-я бригада морской пехоты (командир -- полковник Н. В. Благовещенский, военком -- полковой комиссар В. М. Покачалов) в составе 3017 человек с 8 122-мм, 8 76-мм и 17 45-мм орудиями.

Но это было флотское соединение. И прибыло оно в город по приказу командующего флотом. Обычно пишут, что "...бригада составила общий резерв СОРа". И это совсем не так. В приказе четко и ясно говорится, что "бригада размещается на линии прикрытия эвакуации, имея главной своей задачей противодесантную оборону". Сработала немецкая дезинформация.

Все это конечно правильно, но запрашивать людей, технику, боезапас нужно было не в конце мая, а в начале апреля. Тяжелое положение со стрелковым оружием сложилось еще в январе 1942г. Патроны были в избытке на флотских складах, запас патронов был пополнен за счет перезарядки стреляных гильз на предприятиях Севастополя. С оружием ситуация была гораздо хуже. Даже в стрелковых частях ощущалась нехватка оружия и ситуация эта возникла не в мае. Еще в феврале, например, в 778м стрелковом полку 388-й дивизии на 1127 бойцов насчитывалось всего 632 винтовки.

Последние надежды на помощь с большой земли развеялись в день прибытия 9-й бригады. Была получена директива командующего Северо-Кавказским фронтом: "Противник с 20 мая начал переброску к Севастополю четырех пехотных дивизий, одну танковую и одну лпд. Севастополь имеет прочную систему обороны, может противостоять любому наступлению противника. Приказываю:

  1. Предупредить весь личный состав, что Севастополь должен быть удержан любой ценой, эвакуации на Кавказ не будет.

  2. Создать армейский резерв и иметь резервы в секторах для нанесения мощных контрударов...

Буденный, Исаков, Захаров".

На просьбу командующего ЧФ о помощи, от 27 мая, в тот же день был получен нерадостный ответ: "Что вам не оказывают помощь, неверно. Авиация фронта работает на вас. То же авиация Черноморского флота. Увеличена доставка боезапаса. Переброшена 9 бригада морской пехоты. Будет переброшен 52-й УР -- 7 пульбатов. Двух бригад вам не обещано. Ставка должна обеспечить и другие направления...".

52-й УР (Укрепрайон), снятый с границы с Ираном, на который так надеялся командующий ЧФ, Севастополь так и не получил. Он был отправлен в Купянск, где под Харьковом случилась катастрофа еще большего масштаба, чем в Керчи.

Глава 2 Миф о "снарядном голоде"

Почему же командующий флотом так запаниковал? Ответ прост, Севастополь не был подготовлен к длительной обороне. Обычно, в качестве причины падения города называют нехватку боеприпасов. На самом деле, это обычная отговорка для тех, кто не привык копать глубже. Причина падения комплексная. Но, начнем, по традиции, с боезапаса. Да, в последние дни обороны ощущалась острая нехватка боезапаса определенного калибра. Но, почему-то никто не задает себе вопросов: "Какого?" и "Почему?". Как это ни парадоксально звучит, но многие боеприпасы в Севастополе были в избытке, из города даже вывозили боезапас, причем в значительном количестве. Странно? Да, странно, но только для человека, который не разбирал подробно данный вопрос.

Начнем, пожалуй, с зенитной артиллерии. П.А.Моргунов в своей книге Героический Севастополь" пишет: "В начале мая по приказу наркомата ВМФ в составе СОРа был сформирован Севастопольский базовый район ПВО 80. Начальником этого района был назначен полковник А. М. Хлебников, военкомом -- батальонный комиссар А. Я. Конобрицкий, начальником штаба -- полковник И. К. Семенов. На 20 мая в базовый район входили: 61-й зенитный артиллерийский полк (командир -- подполковник В. П. Горский) в составе 2-го (батареи N 75, 229, 370, 851 -- три 85-мм и десять 76,2-мм орудий), 3-го (батареи N 54, 926, 927 -- три 85-мм и восемь 76,2-мм орудий) и 4-го (батареи N 459, 357 -- восемь 37-мм орудий) дивизионов; вновь сформированный 110-й зенитный артиллерийский полк (командир -- полковник В. А. Матвеев) в составе 1-го (ранее 61-го полка: батареи N 78, 79, 80 -- четыре 85-мм и восемь 76,2-мм орудий), 114-го (батареи N 219, 365, 366 -- десять 76,2-мм орудий) и 55-го (бата­реи N 551, 552, 553 -- двенадцать 45-мм орудий) дивизионов; 92-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион (батареи N 277, 364, 928 -- три 85-мм и шесть 76,2-мм орудий) с приданной ему плавбатареей N 3 (четыре 76,2-мм и три 37-мм орудия). Кроме того, имелись три зенитные пулеметные роты (12 пулеметов М-4) и средства обеспечения (три прожекторные роты и рота ВНОС с радиолокационной установкой). В базовый район входила также артиллерия ПВО Приморской армии. Для удобства управления Севастопольский базовый район делился на три боевых участка: Северный (110-й зенитный артиллерийский полк), Южный (61-й зенитный артиллерийский полк) и Херсонесский (92-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион)". Перечисление зенитной артиллерии заняло много времени, и создается ощущение, что город был надежно прикрыт с воздуха, но...

Одним из самых больших недостатков советской артиллерии стало большое разнообразие ее боеприпасов. Не являлась исключением и зенитная артиллерия. Состояние с боеприпасами на 20 мая было следующим.

0x01 graphic

Что можно сказать по этой таблице? Пока еще ничего. Это общее количество снарядов. А теперь попробуем (хотя бы грубо) определиться с количеством снарядов на ствол по калибрам.

Начнем с Приморской армии. На двадцать 85мм орудий в частях было 5 тыс. снарядов (или по 250 снарядов на ствол), на складах 2,7 тыс. или еще по 140 снарядов. Если проще считать в тоннах, то в общей сложности это около 180 тонн. Вроде бы мало. А теперь попробуем взглянуть на проблему чуть иначе. Стандартный расход снарядов для этого калибра, 900 снарядов на один сбитый самолет, в Севастополе эта величина вдвое выше. Почему? Севастопольские зенитчики были неумелыми? Ответ однозначно отрицательный. Причина в другом. Посмотрим на техническое состояние 85мм пушек. Износ армейских артсистем, калибром 85мм составлял от 47 до 143%. На тех батареях, где техническое состояние орудий было нормальным, самолет сбивали с 200-300 выстрелов, а вот пушки с износом более 100%, которых было большинство, били впустую, снаряды имели слишком большой разброс. Странно другое, эти орудия имели ствол - свободную трубу, которая легко менялась силами личного состава. Почему не были сменены изношенные стволы - непонятно.

По 76,2мм орудиям, которых было 9 шт. картина похожая, но на складах запасов больше. На позициях было по 300 снарядов на орудие, на складах еще по 900 снарядов на ствол. Или, всего, около 350 тонн. При этом, 76мм орудия были еще сильнее изношены (износ ствола от 65% до 211%), и находившегося в Севастополе боезапаса было достаточно для полного износа орудий. Другое дело, что этого ресурса было явно недостаточно для нужд Севастопольской обороны. Т.е. в анализе ситуации появляется еще один фактор, который никто и никогда не учитывал. Износ стволов и материальной части.

Общая картина с армейской зенитной артиллерией понятна, а что же с флотской? Флотская зенитная артиллерия имела большее разнообразие артсистем. 37мм автоматы были представлены артсистемами: 66К (спаренная башня), 70К (морской зенитный автомат), 61К (сухопутный вариант) всего 11 стволов. Если разделить боезапас по орудиям, то получается, что на ствол приходится более чем по 3 тыс. выстрелов, т.е. количество 37мм боезапаса вполне достаточно для полного расстрела всех стволов. Были ли в Севастополе запасные 37мм стволы? Пока неизвестно. Скорее всего, нет, т.к. уже к середине обороны, почти все зенитные автоматы замолчали. И как ни странно, 37-мм боезапас еще оставался, но он был не на флотских, а на армейских складах. Все дело в том, что в двух дивизиях числились 6-орудийные 37мм зенитные батареи, по одной на каждую дивизию. Но эти орудия до Севастополя не дошли. Они ушли на дно моря вместе с потопленным транспортом, а вот боезапас успели завезти заблаговременно. К сожалению, большая его часть так и осталась неизрасходованной.

Та же картина получается и с 45мм боезапасом. Его в Севастополе было в избытке. Даже в последние дни обороны. На 12 зенитных орудий 21К было более 40 тыс. снарядов (и это только на флотских складах). Орудия уже имели настрел, в среднем, по 2000 выстрелов на ствол (процент износа от 36 до 115%). Ресурс такого орудия 4000тыс. выстрелов. Т.е. количество боезапаса для этих орудий был даже избыточным для полного расстрела стволов орудий.

76мм калибр был представлен двумя основными группами боезапаса: "старым" (для орудий, образца 1915/28г.) и "новым" (для зенитки 3К и ее "родственников": 34К, 81К). Пушек под "старый" снаряд было всего 12шт., по 3 орудия на 851, 364, 365 и 366-й батареях. На эти 12 орудий было 24 тыс. выстрелов, т.е. по 2 тыс. выстрелов на ствол, что даже для нового орудия являлось двойной нормой для полного износа ствола, но ...

Эти батареи лишь условно можно считать зенитными. И дело тут даже не в примитивных приборах управления стрельбой. Орудия были сильно изношены. Износ стволов на 365-й и 366-й батареях приближался к 200%, на 364-й составлял 196%, а на 851-й ... 647% (!). Т.е., по сути, это был утиль. Армейская артиллерия орудий под этот снаряд не имела, а указанные в таблице снаряды для орудий "старого" образца, на самом деле, являлись боезапасом к дивизионным полевым орудиям, образца 1902года. Здесь есть одна хитрость, этот боезапас не весь был зенитным, в дотах береговой обороны стояли около 10 орудий, использующих тот же боезапас, но все равно этого боезапаса было в избытке.

76мм орудий "нового образца" было достаточно много: 22 орудия, образца 1931г. , 4 орудия в двух спарках 81К, четыре орудия 34К на плавбатарее N3, Всего 30 стволов. Этим же боезапасом "питался" и бронепоезд "Железняков", и два дота. В наличии было 18 тыс. снарядов, по 500-600 снарядов на ствол, мало, но ... достаточно.

Достаточно для полного расстрела стволов. Более или менее новыми были: батарея N227 (износ 38%), 229 (износ 53%), 926 (43%), и... все. Остальные зенитные батареи имели износ свыше 100%. Так, например, 927-я имела износ 155%, 370-я -136% и.т.д. Об этом было не принято писать, но небо Севастополя защищать было нечем, и дело тут не только в снарядах.

Но, может, с 85мм калибром ситуация лучше? К сожалению, нет, 85мм пушки были изношены даже сильнее. 75-я батарея - 146%, 54-я - 177%, 928-137%. Т.е. к началу 3-го штурма зенитная артиллерия была сильно изношена, отсюда и большой расход боезапаса на поражение одной цели, и преждевременный выход орудий из строя во время боя... Кроме того, это данные на 20 мая.

Казалось бы, что может измениться за две недели? Оказывается многое. За этот небольшой промежуток времени зенитный боезапас резко сократился. Приведу данные только по флотской зенитной артиллерии: за 10 дней мая расход составил 13872 выстрелов, далее пошло резкое увеличение, только за 1 и 2 июня было израсходовано 15 115 снарядов. Всего, к началу штурма было израсходовано 41 тыс. снарядов причем, расходовались, в основном, 85, 76 и 37мм снаряды. На позициях зенитных батарей, к 20 мая находились 60 тыс. снарядов, но, из них 22 тыс. "неходовых" калибров (45мм и старых 76мм). Т.е. к началу штурма батареи практически расстреляли свой наличный боезапас.

Пушки сделали, в среднем, до 400 выстрелов на ствол, а это без малого 35% ресурса зенитного ствола (в плюс к тому, что уже имелся). На складах по "ходовым" калибрам снарядов почти не было. Складывалась парадоксальная ситуация, к началу немецкого 3-го штурма у зенитной артиллерии, почти не оставалось снарядов. Исключение составляли батареи, использующие 37мм, 45мм, и старые 76мм снаряды. Складывалась парадоксальная ситуация, зенитная артиллерия СОР "выдохлась" еще до начала боевых действий. Именно поэтому, в разгар штурма, когда расход должен быть максимальным, он резко снижается до 2 тыс. выстрелов, большая часть из которых была сделана по наземным целям. 9 июня батареи работали уже только на самооборону. Получается не очень радужная картина.

Налицо неготовность зенитной артиллерии к длительным боевым действиям. В чем причина? Причина, по большей части, организационная, связанная с непрофессионализмом командования. Орудия наскоро подлатали своими силами, и в артмастерских, срочно поставили на позиции и... успокоились, доложив о количестве "стволов". А вот о качестве вооружения никто почему-то не подумал, никто не подумал и о запасных стволах..., а жаль. Но эта ситуация свойственна не только ПВО. Похожая картина наблюдается ив береговой артиллерии, причем, в еще большем масштабе.

Как писал П.А.Моргунов, "береговая артиллерия являлась становым хребтом севастопольской обороны..." Но, может, в береговой артиллерии ситуация чуть лучше? П.А.Моргунов указывал: "Артиллерия Береговой обороны к началу третьего штурма состояла из:

1-го отдельного дивизиона в составе двух башенных батарей N 30 и 35 с 8 орудиями 305 -мм калибра;

2-го отдельного артиллерийского дивизиона в составе семи батарей (8, 12, 14, 702, 702-й бис, 2 и 2-й бис) с орудиями калибра 100--130 мм, всего 20 орудий;

3-го отдельного артиллерийского дивизиона в составе трех батарей (18-й, 19-й и 706-й) с орудиями калибра 130--152 мм, всего 8 орудий;

177-го отдельного артиллерийского дивизиона в составе четырех батарей (701, 703, 704 и 705-й) калибра 130 мм и одноорудийной батареи 180-мм калибра, всего 9 орудий;

четырех артиллерийско-пулеметных батальонов дотов и дзотов (1, 2, 3 и 4-го) с 64 орудиями калибра от 45 до 120 мм и около 75 пулеметов; двух отдельных тяжелых подвижных батарей (724-й и 725-й) с 8 орудиями калибра 152 мм;

бронепоезда "Железняков" с 3 универсальными орудиями калибра 76 мм".

В указанном фрагменте есть ряд неточностей, но мы постараемся их исправить, разбирая состояние береговой артиллерии. И попробуем понять, в каком состоянии находилась артиллерия береговой обороны, и насколько хорошо ее орудия были обеспечены боезапасом. Лучше всего обстояло дело с 1-м артдивизионом. Самый "большой" износ был у 35-й батареи: два орудия имели износ по 6%, в другой башне одно орудие имело 21% износа, второе имело нулевой износ, потому...

Потому, что оно было небоеспособно. Были затрачены огромные усилия, чтобы поменять стволы, без преувеличения, севастопольские и ленинградские мастера совершили подвиг, но увы, при первом же отстреле внутренняя труба ствола выехала вперед на 12 мм. Все как в "Балладе о гвозде", один маленький брак, перечеркнул усилия сотен людей. На войне мелочей не бывает.

30-я батарея имела нулевой износ, ее орудия не вводили в действие, симулируя неисправность. Т.е. главная сила - 305мм калибр севастопольской береговой обороны мог еще сделать примерно по 300-400 выстрелов на ствол уменьшенным зарядом, и по 200 выстрелов полным зарядом. Всего в запасе было 1,5-2,5 тыс. выстрелов. Вполне достаточно, чтобы расстрелять матчасть полностью.

"Тружеником" севастопольской обороны являлся 2-й артдивизион, несмотря на то, что его основной задачей являлась охрана Севастопольского рейда. Разберем его техническое состояние

12-я батарея береговой обороны, находившаяся на массивах 2-й и 3-й царских батарей, имела в своем составе три 130мм орудия Б-13. Орудия были изношены, но их подремонтировали и заменили лейнера. Средний износ стволов составлял 32%. Но это только стволы. Орудия на батарее были сильно изношены, пневматика не действовала, механизмы наведения имели значительный износ, и орудия "гуляли" при наводке на цель.

Примерно в таком же состоянии находилась и 14-я береговая батарея, ее средний износ составлял 22%.

8-я противокатерно-зенитная 45мм батарея имела 4 орудия, и использовалась в основном только как зенитная. Она имела еще ресурс 2 тыс. выстрелов на ствол, и недостатка в боезапасе не испытывала.

Чуть сложнее ситуация с батареями N 2 и N706(112). Как пишет П.А.Моргунов: " К началу третьего штурма были установлены еще две батареи: N 702-бис и N 2-бис". Это не совсем так. Батарея N2 (4х100мм) была разделена на две полубатареи.

Первая полубатарея (2х100мм орудия) осталась возле форта Константиновский, при этом орудия рассредоточили. Одно орудие оставили на прежней позиции, второе отнесли в бухту Матюшенко, ближе к урезу воды.

Еще два орудия перенесли на Воронцову гору. Ее-то и назвали 2-бис. По состоянию на 2 июня ее орудия требовали перестволивания. Скорее всего, заменить стволы все же смогли, т.к. в числе прочих грузов, доставленных в Севастополь, проходит два ствола для орудий Б-24, а на 35-й батарее, при раскопках были найдены два изношенных ствола от указанных орудий.

С батареей N706 ситуация чуть сложнее. В самом начале 3-го штурма одно из орудий этой батареи было разбито, второе демонтировано и установлено на новой позиции в районе х.Отрадный. Именно его и назвали батареей 702 бис. Чуть позже, в указанном районе, было установлено на временном основании второе орудие. Механизмы орудий были изношены, но на одном из орудий успели поменять лейнер. Средний износ по батарее составил 42%, но одно из орудий имело износ 75%. П.А.Моргунов в своей книге, указывает, что во втором дивизионе было 20 орудий. Странно, но если сложить все орудия всех батарей, то 20 орудий , входивших в дивизион, никак не получится. Скорее всего, это ошибка. Шесть орудий на батареях 12 и 14, четыре на 2 и 2 бис, четыре на 8-й, три на 706 и 702 бис. Не хватает трех орудий. Скорее всего это ошибка.

Третий дивизион работал на 3-й сектор, и имел в своем составе три батареи. Во всяком случае, так принято считать. Реально их было чуть больше. 18-я батарея обычно числится четырехорудийной. Сейчас сложно сказать, так это, или нет. Все дело в том, что два орудия были сняты с массива и переброшены в район Сапун-горы, где должны были составить батарею 18-бис. Но точной информации нет. Вопрос требует уточнения. 18-я имела достаточно "свежие" орудия. Ее берегли, износ ее четырех 152мм орудий составлял всего 38%.

19-я батарея, установленная на новой позиции в районе совхоза N10, имела в своем составе 2 орудия. Обычно принято писать, что ее орудия восстановили из разбитых пушек 19-й. Это не так. На немецком снимке, на старой позиции батареи видны, как минимум, два орудия и один ствол. Т.е. скорее всего, разбитые пушки 19-й так и остались на прежней позиции, а в районе совхоза N10 установили другие орудия. Какие? Это еще предстоит выяснить.

Так или иначе, две 152мм пушки стояли в деревянных двориках, и вели огонь по противнику. Их износ составлял 35-36%. Батарея N 705 (N116) имела два 130мм орудия образца 1913г. с износом стволов 70%. Все? Нет, не все. Эту батарею, входившую в 3-й отдельный артдивизион, при подсчете почему-то забыли. 15-я отдельная противотанковая батарея, расположенная в районе 10-й остановки трамвая на Балаклаву, имела в своем составе одно 100мм орудие (износ 45%) и 9 шт. 45мм пушек (средний износ 48%). По документам, она входила в состав 3-го артдивизиона, но ее обычно не указывают, при перечислении орудий.

177-й дивизион (бывший 4-й) имел в своем составе одну двухорудийную батарею, оснащенную пушками Б-13 (N701, износ орудий разный, одно 5%, другое 69%), две двухорудийных батареи с орудиями обр. 1913г.. Это батареи N 702, (одно орудие 0%, другое 75%), и N 703 (оба 23%). Дивизион имел одну пятиорудийную батарею N704. В ее состав входили два 130мм орудия, образца 1913г. (70% и 115%), два 100мм орудия (одно 2,7%, другое 215%) и одно орудие (отдельный огневой взвод) 180мм (износ 60%). По совести говоря, последнее орудие можно было бы и не упоминать, т.к. это была "самоделка", на базе учебных пособий училища береговой обороны, которую заклинило после третьего выстрела.

В марте на бронепоезде N5 (он же "Железняков") обновили орудия, и бронепоезд находился в хорошем состоянии. Полк дотов и дзотов имел в своем составе отнюдь не 63 орудия, а всего 39 шт., орудия насколько смогли-отремонтировали, но в доты были установлены в основном, орудия, выработавшие свой ресурс.

Что можно сказать, анализируя эти данные? Береговая оборона, оказалась лучше подготовлена к штурму, чем зенитчики. Сложность заключалась в том, что морские орудия, в принципе, не предназначены для долгого боя, их ресурс крайне ограничен. Сделали все, что могли, но этого было мало. Орудия береговой обороны отремонтировали, но изношенная материальная часть давала о себе знать. Так, например, 180-мм орудие, на восстановление которого было потрачено много сил, заклинило после 3-го выстрела. Часто давала отказы и артиллерия дотов, но здесь ситуация понятна. Люди сделали все, что можно сделать своими силами. Комендант береговой обороны, П.А.Моргунов, тоже сделал все от него зависевшее. Береговая оборона была готова встретить врага.

А как же обстояло дело с боеприпасами? Ситуация была более или менее приличной. 30-я и 35-я батарея имели в запасе по 270 снарядов на орудие, т.е. количество снарядов, вполне достаточное для 100% износа всех стволов. Единственное 180мм орудие имело 100 снарядов, при норме 70 выстрелов на ствол. Правда, израсходовать их так и не удалось. 152мм снарядов было по 300-400 на ствол. Много это или мало? Ресурс такого орудия около 900 выстрелов, т.е. 6дм снарядов было достаточно для полного износа стволов орудий. 152мм полевые пушки-гаубицы батарей N725 и 724 имели по 450 снарядов на ствол, но при этом, материальная часть орудий была уже сильно изношена.

Живучесть ствола 130/55 мм орудия, образца 1913года всего 300 выстрелов полным зарядом. Экономя ресурс ствола, можно сделать до 800 выстрелов. У Б-13 эта величина, около 1000 выстрелов. 130мм системы имели 300-400 выстрелов на ствол, что, в принципе, позволяло расстрелять тела орудий и лейнера почти полностью ( с учетом уже имевшегося износа), сложность заключалась в том, что к орудиям требовались разные снаряды. Калибр был один, но у Б-13 было три типа нарезки, орудия, образца 1913года, имели свои снаряды. В течение всего срока обороны 130мм боезапас подвозился, и почти все 130мм орудия свой ресурс выработали.

100мм боезапас был в избытке, из Севастополя даже вывезли 38,5 тонн 100мм боезапаса. В Севастополе было по 1000 снарядов этого калибра на ствол. Этот калибр, вместе со 130мм пушками был "рабочей лошадкой" севастопольской обороны 45мм снарядов так же было в избытке, более чем по 1000 снарядов на ствол. Т.е. береговая артиллерия была хорошо обеспечена боезапасом, но на длительную оборону ее ресурса просто не хватило. Виной всему низкая живучесть ствола корабельных орудий. Что такое 300 выстрелов? Это день, максимум два напряженного боя. Зато дальность стрельбы у этих орудий выше, чем у полевой артиллерии. Так 130мм пушки били на 20-22 км, но нужно было использовать этот ресурс экономно. Т.е. основная нагрузка все же ложилась на полевую артиллерию.

А, вот с ней-то было очень "весело". Обычно данные по обеспеченностью боезапасом даются усреднено, но достаточно любопытно и распределение снарядов и пушек. Сведя воедино данные из разных документов, получим следующую картинку.

Части армейского подчинения:

52-й артполк

- 155 мм орудия Шнейдера, всего 12 орудий. Средний износ 57%. Боезапас 75 выстрелов на ствол

- 122мм пушка А-19 средний износ 10%, всего 4 орудия, боезапас 100 выстрелов на ствол

18-й ГвАП (бывший 265-й корпусный артполк)

-152мм пушка-гаубица МЛ-20, износ от 79 до 92%, всего орудий 12шт., боезапас по 390 выстрелов на ствол

-107мм корпусная пушка, в наличии 16шт., износ 88-123%, боезапас 158 выстрелов на ствол

Пожалуй, все. Больше армейской артиллерии не было. Далее, обычно, в отчетах, в составе армейской артиллерии даются орудия двух легких противотанковых артполков резерва главнокомандования: 700-го и 674-го. Но, по сути, и по методам использования, они являлись частями дивизионного, а не армейского подчинения.

Полки имели в своем составе по 20шт. 76мм пушек, образца 1940г.(УСВ), но их разделили между бригами и дивизиями по-батарейно, и установили на танкоопасных направлениях. Орудия были новыми, могли стрелять всеми видами 76мм снарядов (вплоть до снарядов к полковым пушкам), но на 20 мая имели малое количество боезапаса на ствол (по 100 снарядов на ствол).

Был ли пополнен боезапас этих орудий, пока неясно. К сожалению, сведений о них пока мало. Возможно, это связано с небольшим количеством боезапаса, что не позволило использовать все их возможности в полной мере. Уже 8 июня 1942г., на танкоопасные направления пришлось выдвигать зенитную артиллерию, т.к. 76мм пушки этих полков, из-за нехватки снарядов, замолчали. Почему это произошло- непонятно. Ведь боезапас к ним был на складах. Об этих подразделениях, вообще, очень мало сведений. О них редко вспоминали ветераны в своих мемуарах. Их история нигде не описана, но видимо напрасно, их бойцы сражались мужественно и стойко.

Дивизионная артиллерия. Ее, пока, придется дать общими цифрами.

-152мм пушка-гаубица МЛ-20 8шт. в 404-м артполку 109СД, это бывшие орудия 51-го армейского артполка, который после переименования, стал 404-м дивизионным. Износ высокий, точных данных пока нет, снарядов относительно много, по 350 на ствол.

-152мм гаубица, всего, в 134ГАП и 99ГАП числится 15 орудий этого типа. Из них 5 новеньких гаубиц 1938года в 99ГАП, остальные 10шт. 1910/30года. Состояние орудий разное, износ от 14 до 123%. В наилучшем состоянии находились прибывшие весной гаубицы 99-го ГАП (износ 14-25%). Обеспеченность боезапасом достаточно высокая 350-500 выстрелов на ствол. Боезапас к этим орудий возился регулярно. Эти орудия вели огонь до самого конца обороны, последние пушки были взорваны 1 .07.42г.

-122мм гаубица, в Севастополе их было 81шт. 34 гаубицы образца 1938 года, остальные, образца 1910/30года. 122мм калибр это "рабочая лошадка" гаубичной артиллерии. К сожалению, самая многочисленная группа артиллерии была хуже всего обеспечена боезапасом. Кто-то имел чуть больше боезапаса, кто-то чуть меньше, но в среднем, было всего по 110 выстрелов на ствол, и компенсировать эту нехватку не смогли. Прибывшие позднее, 388-я, 386-я , 345-я дивизии 79-я бригада имели новые орудия (обр. 1938г) и боезапас на их батареях был чуть выше, да и состояние чуть получше (кроме артиллерии 388-й СД), в 134-м ГАП пушки были постарше, состояние их похуже, да и снарядов было меньше. Парадокс, но в период с 18-го по 26 июня из Севастополя ВЫВЕЗЛИ восемь орудий этого типа. К ним просто не было снарядов. Т.е. большая часть дивизионной артиллерии в Севастополе была обречена на простой. Особенно умиляет один документ: заявка на подачу 122мм боезапаса, датированная 2-м июня 1942г. На ней 20 июля 1942г. кто-то красным карандашом начертал: "Отказать за ненадобностью".

-76мм дивизионные пушки, были изношены довольно сильно, в 57-м артполку (где и были в основном эти орудия) износ некоторых стволов составлял до 200%. В строю были еще одесские "старушки". Этих орудий в дивизиях сильно не хватало. Недостает по штатам подразделений 86шт. Частично этот недостаток компенсировали, разделив 40 орудий легких артполков по частям, но даже эта мера не покрыла нехватки артиллерии 76мм калибра. Две старых "дивизионки" из 7-й бригады имели по 3,3 боекомплекта снарядов (500 выстрелов), орудия 1936года (Ф-22) 57 артполка по 300 выстрелов.

-76мм горные пушки 1910года (10шт.) и горные пушки 1938года (46шт.) имели по 300 выстрелов на ствол. Состояние орудий - разное. Орудия 952го артполка 386-й СД (всего 16 шт. 76мм горных орудий) были в хорошем состоянии (износ 10-25%), в 953-м полку орудия были изношены более, чем на 100%. Одна батарея в этом полку имела обрезанные стволы (из-за боевых повреждений), и к орудиям были составлены новые таблицы стрельбы.

Примерно в таком же состоянии были и орудия 905АП 345-й дивизии. Объективно говоря, горные 76мм пушки, лишь условно можно считать дивизионными, они по всем параметрам ближе к полковым. Кроме того, надежность этих орудий была крайне невысокой. Особенно это относилось к новым орудиям 1938года, системы Горлицкого.

Техническое состояние артиллерии Приморской армии, ярко иллюстрируют воспоминания бывшего командира 2-го артдивизиона 953-го артполка 388-й дивизии: " 6-я батарея 122мм гаубиц была восстановлена за счет ремонтного фонда, орудия были изношенными, и часто выходили из строя. Их ресурс приходилось беречь. 76мм орудия с поврежденными стволами были отремонтированы силами артмастерских. Стволы этих пушек укоротили, и пришлось составлять новые таблицы, вводить поправки. Орудия мы свели в одну батарею, что и упростило составление таблиц. Были проблемы и на 4-й батарее, орудия которой часто выходили из строя...".

Полковая и противотанковая артиллерия. Здесь ситуация была совсем плохой. Считая только армейские подразделения, в Приморской армии должны были находиться 88 76мм полковых орудий, и 244 45мм противотанковых. По факту было (соответственно) 38 и 77. По полковым обеспеченность менее 50%, по противотанковым около 30%. Причем, эти цифры достаточно лукавые. Они даны по штатам стрелковых подразделений, без учетов штатов морской пехоты, но с учетом артиллерии, находящейся в частях морпехоты. Фактически некомплект был намного выше. Это резко снижало боевую мощь советской пехоты. Малокалиберные орудия были хорошо обеспечены боезапасом, но самих орудий явно не хватало.

Какой еще артиллерии не хватало частям? По зенитным орудиям некомплект был следующим:

- 85мм- 40 шт. (если считать 880-й ЗенАП распределенным по частям),

-76мм - 9шт.,

-37мм-42шт.

Т.е. самой зенитной артиллерии явно не хватало, не говоря уж о состоянии матчасти, и о боезапасе к орудиям.

По минометам ситуация была иной: 120мм -47 (не хватает 76 минометов ), 107мм -19шт. (по штатам должны быть в частях армейского подчинения), 82мм -744 (избыток 150шт.), 50мм ротные минометы -864 (избыток 300шт.). Т.е. минометы были даже в избытке, но боезапас к ним был в недостатке.

50 мм минометы . 1,8 боекомплекта, ситуация терпимая.

82 мм. минометы всего 0,7 боекомплекта,

107 мм. 2,5 боекомплекта б.к.,

120 мм. 1,4 боекомплекта.

Если просуммировать ведомость заказа по боезапасу, то с учетом типа снарядов (фугасные, бронебойные, и.т.д.) количество позиций превысит сотню. Отсутствие какого либо одного вида боеприпасов, выключает из "работы" один из участков обороны. В Севастополе приняли правильное решение, основную часть боезапаса распределили по частям. Это обеспечивает надежную оборону, но повышает риск взрыва и захвата боеприпасов противником.

Доставка боеприпасов кораблями в осажденный Севастополь так же имеет неясные моменты. Это тема для отдельного большого исследования. Особенно ярко это видно на примере транспорта "Абхазия".

10 Июня 1942г в 02.40 транспорт "Абхазия" (капитан М.И.Белуха) в охранении ЭМ "Свободный" (командир капитан 3-го ранга П.И.Шевченко) и "Бдительный" (командир -капитан 3-го ранга Горшенин) базовых тральщиков "Якорь" (командир старший лейтенант И.В.Коровкин), "Защитник" (командир старший лейтенант В.Н.Михайлов) и трех сторожевых катеров прибыл из Новороссийска. На переходе конвой подвергся атаке 12 торпедоносцев, продолжавшейся с перерывами около двух часов. Немцы сбросили 24 торпеды, но ни одна из них не попала в цель. Налет был успешно отражен, и в ночь на 10 июня корабли ошвартовались у причала N3 в Северной бухте. Корабли доставили 287 человек пополнения, 561 т боезапаса, 100 т авиабоезапаса, 13 авиамоторов, 168 т продовольствия и 90 т цемента; 67 человек летно-технического состава ВВС, 15 пулеметов, 75 автоматов ППШ. В 5 утра ЭМ "Бдительный", разгрузившись, покинул базу. Общепринято писать, что Севастополь не удалось удержать из-за нехватки снарядов. За десять дней обороны СОР выпустил 70 тыс. снарядов, или 2,5 тыс. тонн.

Оставшиеся в Севастополе транспорт "Абхазия" и эсминец "Свободный" оказались в сложной ситуации. В общем-то, корабли должны были выгрузиться ночью и уйти, как и все остальные караваны, но по какой-то причине выгрузка транспорта задержалась. Он находился у причала в Сухарной балке, имея на борту 168 тонн боезапаса около 90 тонн авиационного боезапаса (т.е. его выгрузка только началась). В это время начался налет авиации. Транспорт попытались накрыть дымзавесой, но вот дальше, происходит странное.

По приказу командующего флотом в 6.40 задымление прекратили. Мотивация командующего была очень странной. Якобы под прикрытием дымзавесы противник сосредотачивает силы для атаки. Причина бредовая. Напомню, это утро 10 июня. Противник еще находится в 5-7 км от транспорта, дымзавеса на таком расстоянии уже полностью рассеивается. Странно и другое, в ситуацию вмешивается сам командующий флотом. При этом, от комендантов секторов никаких просьб о снятии задымления не поступало.

Вскоре, вопреки приказу командующего, командир отряда дымомаскировки Дедескул, вновь начинает постановку завесы, но вновь в ситуацию вмешивается командующий флотом. Все делалось как бы специально, чтобы транспорт был потоплен. Результат не замедлил сказаться.

В 09.15 при налете группы "Не 111" из I/KG100 была потоплена баржа, стоявшая у правого борта судна, а в 09.20 серия бомб, попала в "Абхазию". Возник пожар, но транспорт оставался наплаву. Затем последовал налет пикировщиков "Ju-87". В 09.35, получив несколько прямых попаданий авиабомб, "Абхазия" начала крениться на правый борт. Личный состав во главе с капитаном покинул транспорт и укрылся на берегу в штольне.

Дальше ситуация вновь принимает странный оборот. Транспорт тонул долго, до вечера, но его уже никто не спасал. Скорее всего, все опасались взрыва боеприпасов. Взрыва не произошло, и около 15 часов (!) транспорт сел на грунт с небольшим креном в 20 метрах от пирса N1, удерживаемый от опрокидывания швартовыми. Скула корабля, обращенная к причалу, легла на грунт, от опрокидывания судно удерживалось швартовыми. Над водой торчал 1 м надводного борта, надстройки и дымовые трубы. В этот момент, закрепив швартовы, можно было бы спасти если не корабль, но груз. Но и этого никто не сделал. Корабль бросили. Около 22 часов, корабль, оборвав швартовные концы, опрокинулся. Из-за недостатка глубины, судно просто легло на борт, противоположный причалу.

А.М.Вилор, описывает все чуть иначе: " 10 июня 1942 года утром под прикрытием дымовой завесы "Абхазия" стояла у причала Сухарной балки и принимала на борт раненых, находившихся в девятой штольне арсенала. Когда судно было наполовину загружено ранеными, немецкие части под прикрытием нашей дымовой завесы вклинились в нашу оборону и танками и автоматчиками угрожали Сухарной балке. Командование оборонительным районом вынуждено было снять дымовую завесу. Над Абхазией появились вражеские самолеты. Они заходили волнами по нескольку десятков, пикировали на судно и сбрасывали бомбы. Около часа длилась неравная дуэль небольшого экипажа корабля, вооруженного зенитными пушками и пулеметами, с многочисленными воздушными стервятниками. Когда в судно попало несколько бомб, оно дало крен и стало тонуть. Враг же продолжал налеты, сбрасывая бомбы на судно и причал. В трагической обстановке развернулась самоотверженная борьба медицинских работников, всего экипажа корабля и личного состава арсенала по спасению раненых и снятию с судна погибших. В это время осколком бомбы разорвало мне штанину и бумажник в левом кармане брюк и обожгло бедро левой ноги.". Более того, он указывает, что уже утром 10-го июня к воротам арсенала прорвались танки.

"В этой до предела напряженной обстановке мне доложили с северных, нижних (!) ворот объекта, что танки врага, под прикрытием дымовой завесы прорвались через линию фронта и вплотную подошли к Сухарной балке. Мобилизовав резерв бойцов, и вооружившись противотанковыми ружьями и гранатами, я оправился бегом на помощь к своим боевым товарищам. Федосеев в это время лежал тяжело больным. К тяжелой контузии у него добавилось обострение гастрита, появился кровавый понос. Командование "Абхазии", собрав оставшихся в живых членов экипажа корабля, отправилось вслед за нами так же на борьбу с танками противника. Опасный прорыв танков был ликвидирован. Головные танки были подбиты, а остальные повернули обратно. Поздно вечером мы захоронили товарищей, погибших в бою с танками, в том числе старшину Кальченко, матросов Степанова, П.Ф. Сметанюка, И.Г. Жукова и др. в ту же ночь были захоронены погибшие на "Абхазии" и причале арсенала". Возможно ли такое? Анализ показывает, что мемуары, мягко говоря, лукавые. Раненых грузить не начинали, они находились в штольне, в ожидании погрузки.

Днем 10.06.41г. танки к воротам Сухарной балки прорваться еще не могли, по документам, в это время даже станция Мекензиевы горы была в руках советских войск. Еще дейстовала 704-я (115-я) батарея, пусть всего одним орудием. Противник прорвался к Сухарной балке только 18 июня. Дата гибели бойцов, упомянутых в воспоминаниях, в документах стоит иная. Т.е. просто, повторяется миф командующего флотом, о том, что дымзавеса прикрывает противника. Отчасти А.М.Вилор выгораживает свои огрехи, но по большей части, он выгораживает командующего ЧФ, ведь возникает ряд вполне резонных вопросов:

Почему в течение ночи не был выгружен транспорт? Почему командующий ЧФ дал приказ прекратить задымление? Почему выгрузка не была прикрыта зенитной артиллерией? Ответа на эти вопросы мы, наверное, уже не найдем. "Абхазия" стала последним транспортом, принятым к причалам Сухарной балки. Причин было две: первая- причал оказался заблокированным затонувшим транспортом, а вторая заключалась в том, что вскоре на обороне Северной стороны, похоже, "поставили крест".

Какие можно сделать выводы, суммируя все вышесказанное? Артиллерия Севастополя к длительным боевым действиям была не готова. И дело даже не в количестве снарядов. В современном мире, война - это уже не искусство. Это наука, где многие величины можно высчитать, спрогнозировать. То же самое можно сказать и о войнах ХХ века. Расчетная устойчивость обороны Севастополя составила всего 3-5 дней. Расчет показывает, что даже при достаточном снабжении обороны снарядами, оборона Севастополя могла удержаться две недели. После этого срока, 90% артиллерии СОР выходит из строя.

Корабельная артиллерия имеет низкую живучесть, 2/3 армейской артиллерии имеет высокий износ, зенитная артиллерия изношена. Так что... дело тут не только в снарядах. Стволов было много, толку мало. Качество вооружения, часто играет большую роль, чем количество. А снарядов... снарядов в Севастополе было в избытке. Даже на момент оставления города в Севастополе числились на складах около 8,7 тыс. тонн боеприпасов. Цифра огромная, но, к сожалению, воспользоваться этим боезапасом не смогли. Причин несколько. Первая, часть этих боеприпасов только числилась, но по факту не существовала. В течение штурма, противнику, в результате обстрелов и бомбежки, удалось вызвать несколько взрывов на армейских и флотских складах. Часть полевых складов была захвачена противником в ходе отступления советских частей, правда, нужно отметить, что таких случаев было немного. Много боезапаса было утрачено в результате подрыва складов в Сухарной балке, в Инкерманских штольнях и в Лабораторной балке. Много пишется о подвиге Черноморского флота, который в тяжелую минуту доставлял боеприпасы, рискуя своими кораблями, но кто пишет о том, что из-за неорганизованности, пять раз корабли возвращались на Кавказ, не выгрузив до конца боезапас в Севастополе. Для примера, крейсер "Молотов", доставив 142-ю стрелковую бригаду и 150 тонн боезапаса, 42 тонны увез назад. Об этом не пишут, а стоило бы...

Главной бедой стала плохая работа тыла, и пересортица по боеприпасам. Складывалась парадоксальная ситуация, люди есть, пушки есть, снаряды есть, а стрелять... нечем. К тем пушкам, которые находились в строю, не было боезапаса, а тот боезапас, который был, не годился для оставшихся в строю орудий. 45мм и 76мм боезапас (старого образца) был в избытке. Многие доты береговой обороны, даже после освобождения Севастополя, в 1944году, были под завязку забиты боеприпасами, в ходе разминирования и разбора завалов в Сухарной балке были вывезены и затоплены боеприпасы разных калибров. Для этого потребовалось девять рейсов грунтоотвозной шаланды. Много боеприпасов было вывезено на грузовиках, в ходе разминирования территории складов. На этой территории, за время обороны, трижды происходили масштабные взрывы боезапаса, хранившегося открыто. Боезапас мало завезти, его нужно сохранить и доставить до передовой, а вот этого как раз сделано не было. А жаль...Вопреки расчетам, Севастополь продержался почти месяц. Удержался исключительно благодаря стойкости и мужеству людей.

Глава 3 Небольшое отступление о численности СОР

Наверное, подошло время уточниться с численностью защитников города, и понять, а так ли нужны были Севастополю подкрепления. Кроме того, в последнее время вокруг соотношения сил немецких и советских войск идут споры, и наблюдается множество фальсификаций. Многие авторы начинают утверждать, что численность советских и немецких войск была чуть ли не равной.

Если вы не очень любите цифры, то эту главу можно пропустить, прочитав итоги подсчета, в ней просто сделана попытка обратным счетом просчитать количество потерь частей СОР и проверить достоверность некоторых цифр. Для чего? В последнее время наблюдается настойчивая тенденция преувеличить мощь советских войск и преуменьшить численность немецких. Договорились уже до того, что Севастополь штурмовали 150 тыс. немцев, а оборонялась группировка в составе почти 130 тыс. человек. Считать можно по -разному. 157 тыс.- это численность немцев только в пехотных частях, а вот 130 тыс. в рядах защитников никогда не было, даже если считать почти безоружные стройбаты и мобилизованное местное население. Давайте, подсчитаем вместе. Итак...

Начнем отсчет с той точки отсчета, данные которой можно проверить промежуточным результатом. На запрос начальника Генерального штаба Красной Армии командующий Черноморским флотом и СОР доложил ему о составе войск Севастопольского оборонительного района на 10 февраля. Сюда входили; Приморская армия, части морской пехоты, береговая оборона, военно-воздушные силы и корабельный состав флота, дислоцировавшиеся в Севастополе.

"1. Приморская армия в составе: 7 стрелковых дивизий, 1 кавалерийской дивизии, 2 танковых батальонов, 2 армейских артиллерийских полков, 1 отдельного минометного дивизиона и 1 гвардейского минометного дивизиона ("катюши") общей численностью 69853 человека, в том числе штыков 21 454, сабель--1173, в артиллерии 14 883 человека и в автобронетанковых частях"--450 человек". Первая цифра есть. Доставлено, начиная с 10 февраля :

12.02.42 Транспортами "Белосток", "Пестель", "Красная Кубань" и "Абхазия" доставлено 4987 человек. В тот же день "Абхазия", имея на борту 150 раненых, убыла из Севастополя.

13.02.42г. Крейсер "Коминтерн" доставил 1034 человека маршевого пополнения

14.02.42г. Крейсер "Красный Крым" доставил 1075 человек маршевого пополнения.

15.02.42г. Транспорт "Чехов" доставил 650 человек маршевого пополнения, приняв на борт 152 раненых, убыл.

17.02.42г. Прибыл тр-т "Белосток", доставивший 871 бойца маршевого, пополнения, и тральщик "Судком", имея на борту 141 бойца маршевого пополнения, Вечером "Белосток", имея на борту 78 раненых, 57 гражданских лиц и 144 курсанта ВМУБО им.Л КСМУ, вышел из главной базы.

21.02.42 Транспорт "Чехов" доставил 850 человек, и в этот же день, имея на борту 304 раненых убыл.

23.02.42 Прибыл транспорт "Белосток", имея на борту 476 бойцов маршевого пополнения

24.02.42 Прибыли транспорт "Красная Кубань" с 777 бойцами

27.02.42 Транспорт "Восток", прибыл, имея на борту 194 бойца.

Подводим итоги за март. Всего, прибыло 10 823 человек Убыло 832 человека.

Т.е. округленно 70 тыс.+10 тыс.=80 тыс. Это ориентировочная численность частей СОР (включая и морские части) по состоянию на начало марта.

По сводной таблице "Отчета об обороне Севастополя" в феврале доставлено 16 тыс. Т.е. должно быть около 86 тыс. Есть расхождения... Проверим.

В ЦАМО РФ ф.288,оп.9912,д.14 есть донесения о численности и боевом составе частей СОР на 27-28 февраля 1942г. Данные указаны с учетом морских частей включенных в дивизии, ЗА ЧФ и.т.д. и т.п. В числителе указано количество младшего начальствующего и рядового состава, в знаменателе -количество среднего, старшего и высшего начальствующего состава.

-штаб ПА-118\289 (!)
-Отд.батальон охраны штаба-360\32
-Отд. автотранспортный батальон штаба -373\46
-Армейский полк связи-451\84
-172 СД-6146\677
-25 СД-8492\730
-40 КД-1832\236
-95 СД-6636\756
-109 СД-6537\789
-386 СД -7708\858
-345 СД\6440\723
-388 СД-5247\709
-79 мор.стр.бр.-2759\308
7 ОБрМП-3997\346
-8 ОБрмП-2786\255
-61 зенап-1562\119
-52 отд.АП-474\78
-политуправление ПА-45\201(!)
-политотдел ПА-1\40
-военный трибунал-6\12
-военная прокуратура-2\9
-газета "За Родину"-33\23
-35 пункт почтовой связи-2\3
-хозвзвод- 29\1
-Отд.мастерские связи ПА-57(даны суммарно)
-126 ремонтная мастерская ПА-31\8
-81 отд.танковый б-н-287(даны суммарно)
-138 отд.инж.б-н-392\56
-20 отд.жел-дор.восстановительный б-н-187\53
-24 отд.погран.комендатура-168\27
-82 отд сап.б-н-470\87
-115 ППГ-77\22
-268 ППГ-188 (суммарно)
-76 ППГ-104 (суммарно)
-5 Управление военно-полевого строительства-3270\199
-в.т.ч. штаб-77\43
-824 отд.строит.б-н-682\28
-827 ОСБ-657\36
-828 ОСБ-612\30
-829 ОСБ-535\35
-830 ОСБ-707\27
-29 отд.дорожно-эксплуатационный б-н-345\34
-курсы мл.л-тов ПА-224(суммарно)

Всего около 79 тыс. человек. Итог совпал. Т.е. цифра более или менее достоверная.

При этом стоит учитывать, что в составе УВПС N 5 было 2172 гражданских строителей. Умиляет большое количество офицеров-политработников в политотделе армии (но, что поделаешь, время такое было), штаб армии так же имел достаточный аппарат управления.

Данных по невозвратным потерям по февральскому наступлению пока нет, поэтому, пока учитывать их не будем.

После начала наступления на ПБ "Львов", на крейсере "Красный Крым" и ЭМ "Шаумян" прибыли только бойцы легкого 674 артполка, всего 540 человек 50 краснофлотцев и 33 человека начсостава. Обратим внимание на некоторые цифры. Прежде всего, несмотря на то, что командование СОР вечно сетует на некомплект личного состава в частях, дивизии имеют по 70-80% укомплектованности. Стоит обратить особое внимание на 40-ю кавдивизию. Почему? Потому, что в феврале она имеет 85% укомплектованности (это "легкая" кавдивизия, со штатом 2, 5 тыс. человек), а в апреле ее остатки, 56 человек, погибнут на "Сванетии". Но... вернемся к марту.

Далее по той же таблице, из "Отчета..." в марте доставлено 4524 военнослужащих. Проверим?

1.03.42 на транспорте "Чапаев" погибло 120 бойцов

4.03.42 "Абхазия" и "Чехов" прибыли из Новороссийска в Севастополь. Было доставлено: 601 человек маршевого пополнения, обратно забрали 1552 раненых после февральского штурма и 125 гражданских.

6.03.42 Крейсер "Коминтерн" и транспорт "Белосток" в охранении базового тральщика "Искатель" прибыли из Новороссийска в Севастополь и доставили 233 человека маршевого пополнения.

11.03.42 В Севастополь прибыли крейсер "Красный Крым" в охранении эсминца "Свободный" из Поти и транспорт "Львов" в охранении эсминца "Шаумян" - из Новороссийска На крейсере и транспорте доставлено: 362 человека, обратно, на транспорте было отправлено 225 раненых. На крейсере 246 раненых.

13.03.42 Транспорт "Абхазия" в охранении базового тральщика "Щит" и двух сторожевых катеров прибыл из Новороссийска в Севастополь. Он доставил 388 человек маршевого пополнения, обратно отправлено 752 раненых, 100 человек гражданского населения.

16.03.42 транспорт "Чехов" в охранении базового тральщика "Мина" прибыл в Севастополь из Новороссийска. Транспорт доставил 335 человек маршевого пополнения.

19.03.42 Крейсер "Красный Крым", танкеры "Серго" и "Передовик" в охранении эсминца "Незаможник" прибыли из Поти в Севастополь. На крейсере доставлено: летно-технического состава ВВС флота - 197 человек

20.03.42г. "Абхазия" доставила 817 человек маршевого пополнения.

23.03.42г. в Севастополь были доставлены 173 человека с погибшего "Чапаева"

25.03.42г. лидер "Харьков" доставил 271 человека маршевого пополнения

29.03.42г. транспорт "Сванетия" доставил 571 человека.

Суммируем: в плюсе 3948 (если не считать бойцов), а если считать и погибших, при потоплении судов, то получится 4519 человек. Т.е. в "Отчете..." дана цифра "убывших" из портов Кавказа в Севастополь, а не прибывших в город. Не учтена и еще одна цифра: в минусе 2, 5 тыс. вывезенных раненых. В сумме всего около 1,4 тыс. человек (это если не учитывать убитых и пленных по результатам февральско-мартовского наступления). Т.е. ориентировочно, численность армии почти не изменилась и осталась в районе 80 тыс. человек (но, реально, меньше, за счет потерь). Из воспоминаний Н.И.Крылова: "К апрелю некомплект не уменьшился, так как зимние наступательные бои обошлись недешево, а маршевое пополнение в марте почти не поступало. Требовалось постоянно помнить, что такая-то дивизия состоит из семи батальонов, такая-то из шести. В оперативном отделе уже привыкли вести общий счет нашим силам по батальонам. Так было удобнее и точнее".

Апрель.

По данным сводной таблицы, транспортами в Севастополь доставлено 8327 человек. Проверяем:

2.04.42 транспорт "Абхазия" доставила 371 бойца, приняв на борт 217 раненых, и 250 бойцов 191-го армейского запасного стрелкового полка, убыл из города

4.04.42 В 03.24 транспорт "Сванетия" в охранении эскадренного миноносца "Бойкий" и двух сторожевых катеров прибыл из Новороссийска в Севастополь, доставив 382 человека маршевого пополнения, приняв на борт 120 раненых убыл из Севастополя.

10.04.42 транспорт "Абхазия" доставил 300 человек, и, приняв на борт 172 раненых, вышла из Севастополя в Поти.

13.04.42 транспорт "А.Серов" было доставлено: 485 человек маршевого пополнения,

15.04.42 транспорт "Сванетия" доставлено: 151 человек маршевого пополнения, приняв на борт 521 раненого, 35 человек личного состава 40-й кавалерийской дивизии и 9 человек гражданских лиц, "Сванетия" убыла.

26.04.42 Транспорт "А.Серов" доставлено 3187 человек маршевого пополнения, 138 краснофлотцев.

29.04.42 Крейсер "Красный Крым". Было доставлено 1780 человек маршевого пополнения, 61 человек флотских команд.

Считаем. В плюсе 6855человек. В минусе 1280 человек. В сумме 5675 человек. Нарастающим итогом 87 тыс. человек.

По данным "Боевого и численного состава ВС СССР в период ВОВ" (статистический сборник) Численность Приморской армии на 1 мая 1942г. дана: 82887 чел., в т.ч. 73103 в боевых войсках. Цифра даже меньше, чем насчитали мы, но здесь дана только Приморская армия, нет ни ОВРА, ни флотских частей, так что цифра похожа.

Май

По данным таблицы доставлено в Севастополь 14 973 человека. Проверяем:

7.05.42г. прибыл танкер "Москва" на нем было 59 командиров и краснофлотцев.

12.05.42г. 03.47 транспорт "А.Серов" доставил 588 человек маршевого пополнения,

14.05.42г. крейсер "Красный Крым" и эскадренные миноносцы "Незаможник" и "Дзержинский" вышли в Севастополь.

Эскадренный миноносец "Дзержинский", шедший головным, вышел на свое минное заграждение, и в 12.27 подорвался на мине и затонул. Из 170 человек экипажа и 125 человек маршевого пополнения спасено 35 человек. Оставшиеся корабли доставили 2126 человек

16.05.42 лидер "Ташкент", доставил 689 человек маршевого пополнения

20.05.42 транспорт "Абхазия", прибыл в охранении эскадренного миноносца "Свободный", базовых тральщиков "Трал", "Искатель" и двух сторожевых катеров. На транспорте, эскадренном миноносце и тральщиках было доставлено 1774 человека маршевого пополнения, 184 человека разных команд.

22.05.42г. лидер "Ташкент" прибыл из Новороссийска в Севастополь, доставив 775 человек маршевого пополнения

24.05.42г. прибыл транспорт "А.Серов". Доставлено: маршевого пополнения 1009 человек.

25.05 В 02.00 лидер "Ташкент" прибыл из Новороссийска в Севастополь, доставив 911 человек маршевого, пополнения, 72 человека из воинских команд

27.05.42г. в 21.31 отряд кораблей под общим командованием контр-адмирала И.Е.Басистого доставил 9-ю бригаду в составе 3017 человек,

28.05.42г. в 01.43 транспорт "Грузия" доставил маршевого пополнения 2734 человека.

Считаем. 13938 человек, с учетом утонувших... почти точно, и ошибка опять в сторону уменьшения. Т.е., если учитывать погрешность в подсчетах, на 1 июня в составе частей СОР (включая и морские части) находилось минимум 99, максимум 101 тыс. человек., что и подтверждается данными, по состоянию на 1 Июня. Продолжим.

Июнь

В 02.26 лидер "Ташкент" и эскадренный миноносец "Безупречный" прибыли из Новороссийска в Севастополь, доставив 1015 человек маршевого пополнения, приняв на борт 130 раненых и 722 человека эвакуированных, вышли из Севастополя в Туапсе. "Абхазия" доставила 1770 человек маршевого пополнения,

3.06 Крейсер "Красный-Крым" в охранении эскадренных миноносцев "Сообразительный" и "Свободный" доставил 1759 человек маршевого пополнения.

5.06 Из Новороссийска в Севастополь прибыл лидер "Харьков" доставив 254 человека маршевого пополнения, 16 человек летного состава.

6.06 Из Новороссийска в Севастополь прибыли лидер "Ташкент", доставил 510 человек маршевого пополнения, 12 человек летного состава.

Этот день можно считать днем, когда была достигнута максимальная численность Примармии, т.к. в дальнейшем потери будут превышать поступления.

Подводим итоги. 101+3,5 тыс. т.е. 104,5 тысячи. Но... Это цифры не учитывают невозвратные потери в течение февраля-мая 1942г. Ранее, мы, приблизительно, оценили невозвратные потери февральско-мартовского наступления (около 4-5 тыс. человек). Т.е. численность частей СОР (не Приморской армии!) составляет от 99 до 100 тыс. человек. А теперь, вновь обратимся к документам. Цифирь почти совпадает. Рассмотрим некоторые данные из статсборника "Боевой и численный состав ВС СССР в период ВОВ" на 06.06.1942 соответственно: (Нач. состав/ Мл. ком.состав/ Рядовой/ Всего)

Части Приморской Армии
Полевое Управление Армии 312/ 121/ 445/ 878
Пехота: 25, 95, 109, 172, 345, 386, 388 СД, 79 Стр.Бр 6115/ 9592/ 30180/ 45923
Артиллерия: 18 Гв.АП, 674 ЛАП, 700 ЛАП, 51 Арм.АП, 52 Арм.АП 486/ 923/ 2655/ 4064
Минометы: 3 Гв.Дивизион 32/ 63/ 181/ 276
Танки:81, 125 ОТБат. 82/ 211/ 149/ 422
ВСЕГО 6751/ 10789/ 33165/ 50705

Части тылового обеспечения Армии
ПВО: 880 ОАД, 48 Отд. Бат.ВНОС, 17 Отд. 3 Пульбат, 266 ОАЗД, 23 Отд прож.рота. 237/ 454 /1051/ 1742
Инженерные, связь, химические, автотранспорт 554/ 972/ 5068/ 6594
ИТОГО 791/ 1426/ 6119/ 8836

Тыловые и запасные части и батальон выздоравливающих 922/ 1111/ 6408/ 8441
Всего в Приморской армии 8776/ 13447/ 46137/ 68360

Части и соединения ЧФ в Севастополе
Морская пехота: 7, 8, 9, бр.МП
2й Перекопский и 3 Мор.П 1451/ 2814/ 11026/ 15291
Части БО 474/ 1203/ 4652/ 6329
ВСЕГО 1925/ 4017/ 15678/ 21620

Части боевого обеспечения
ПВО, ВВС ЧФ 917/ 1614/ 4159/ 6690
Штаб, тыл, ПУ, отдельные учреждения 607/ 1057/ 2904/ 4568
ИТОГО в частях ЧФ СОР 3449/ 6688/ 22741/ 32878
ВСЕГО в частях - СОР+Приморская Армия
Боевые части 8676/ 14806/ 48843/ 72325
Части боевого обеспечения 1708/ 3040/ 10278/ 15026
Штабы, тыл, отделы 1529/ 2168/ 9312/ 13009
ВСЕГО 101238

Т.е. цифра получается даже меньше, чем насчитали мы. Это расхождение может быть вызвано следующими причинами: а) заниженным количеством потерь, которое мы заложили в расчетах по февралю-марту, б) потерями в марте-мае в) здесь нет численности ОВР. Но был еще один фактор. Как это ни парадоксально звучит, но часть военнослужащих вернулось во флот. Была восстановлена работа Учебного отряда, сформированы команды эсминцев "Совершенный", "Червона Украина", доукомплектована команда "Свободного". Но в большинстве, эти моряки остались в городе. Проверка по другим документам, дала ту же цифру. Так что...

Либо ни о каких 130-и тысячах речь не идет, либо мы имеем дело с масштабной фальсификацией документов (что весьма сомнительно).

Сто тысяч человек, много это или мало? Ответ будет достаточно парадоксальным: "В зависимости от того, как они организованы и оснащены". Все дело в том, что противник, действительно, не имел классического перевеса в живой силе, достаточного для взятия города, но был неплохо оснащен. Но дело не только в этом.

Если посмотреть количественный состав севастопольских дивизий, то окажется, что количество бойцов и командиров в них по сравнению с декабрем не сильно изменилось, лишь добавились две дивизии и одна бригада, но...

Как ни странно, несмотря на то, что добавились новые подразделения, количество "штыков" (т.е. бойцов в стрелковых подразделениях), в армии не только не увеличилось, но и уменьшилось. В дивизиях появились медсанбаты, химроты, саперные батальоны, множество вспомогательных подразделений, но количество бойцов в стрелковых полках сократилось.

Пехота несла потери, которые компенсировались лишь частично, а дивизии росли за счет вспомогательных частей. Нет, безусловно, эти части в составе дивизий были нужно, но получается странная картина. Для примера возьмем 95-ю дивизию:

-57-й артполк 86% (несмотря на то, что полк матчастью был укомплектован всего на 60%)

-97-й отдельный противотанковый дивизион укомплектован на 80%,

-194-я зенитная батарея укомплектована на 80% (батарея передана из расформированной 40-й кавдивизии),

-13-й разведбат, укомплектован на 30%,

-48-й саперный батальон укомплектован на 75%,

-91-й батальон связи 97%,

-103-й медсанбат 94%,

-30-я рота химразведки 92%,

-Автотранспортная рота 110%,

- полевая хлебопекарня 100%

- 7-й дивизионный ветлазарет 100%,

- 321-я реммастерская 100%,

- 163-я полевая почта 100%

В то же время стрелковые части дивизии были укомплектованы:

- 161-й стрелковый полк 42%

- 90-й стрелковый полк 37%

- 241-й стрелковый полк 19%

Дисбаланс явный. При этом, формально, дивизия укомплектована на 60% (цифра вроде приличная). Но, может, это единичный случай? Увы, нет.

В 172-й дивизии 514-й полк укомплектован на 39%, 747-й на 42%, 383-й 22%, при этом, к примеру, 222-й батальон связи укомплектован на 98%

Примерно такое же соотношение наблюдалось и в других дивизиях. Причин две. Во-первых, сами бойцы старались не попадать в стрелковые части, используя при этом малейшую возможность (и это естественно), вторая причина заключалась в том, что стрелковые части несли максимальные потери в ходе боев, и компенсировать эти потери не удавалось.

На заключительном этапе воевали "и коки, и хлебопеки", как пишут ветераны, но эти бойцы почти не имели боевой подготовки, и, следовательно, стойкость таких частей была невысокой. Людей было достаточно, но, реальная боевая ценность Севастопольских частей была невысока.

Глава 4 Легенда о мощных укреплениях Севастополя.

Оставалось надеяться только на собственные силы и укрепления. Был ли шанс удержать город? В многочисленных работах, посвященных обороне Севастополя, многократно упоминаются "три мощных оборонительных рубежа", которые "...были построены перед началом обороны". Рубежи "...имели большую глубину, во многих местах образуя сплошную линию обороны". Еще пишут, что " ...рубежи состояли из множества батальонных пунктов, имевших круговую оборону, каждый батальонный пункт состоял из нескольких ротных опорных пунктов, которые в сою очередь состояли из одного-двух артиллерийских дотов и нескольких пулеметных дотов и дзотов...". Если сложить количество всех дотов, которые якобы были построены на Севастопольских рубежах, то их число превысит тысячу.

На схеме, приложенной к отчету об обороне Севастополя, от 2 октября 1942года, так же показано более семисот пулеметных и артиллерийских дотов. На ней же нарисовано более семидесяти батальонных опорных пунктов. Интересно то, что схема, составленная в 1942году, в составе отчета по обороне советскими войсками Севастополя, выполнена без привязки к рельефу местности, она нарисована на контурной карте.

На немецких трофейных картах наоборот все выполнено с привязкой к рельефу, но на них нанесена совсем иная информация. Огневых точек на ней во много раз меньше, укрепления Севастополя совсем не выглядят "мощными" и никаких опорных пунктов не обозначено. В какой же карте содержится правильная информация, в советской или немецкой?

Ответ может показаться парадоксальным. Ни в той, ни в той. Почему? Все очень просто, попробую пояснить свою мысль. Родившись, и прожив большую часть жизни в Севастополе, могу с уверенностью сказать, что в городе сохранилось совсем немного капитальных укреплений, постройка которых датирована 1941-42-м годом. Неплохо сохранились царские бетонные батареи, сохранились даже некоторые укрепления Крымской войны, и лишь кое-где сохранились взорванные доты береговой обороны. Но их всего несколько десятков, не более. Да и "дотами" их можно назвать чисто условно, мы об этом писали в первой части.

Даже при более тщательном обследовании местности, обнаружить следы даже семисот дотов, упоминаемых в различных источниках, не удалось. Может, они уничтожены современной застройкой? Или, может, они уничтожены огнем противника настолько, что даже следов не осталось? И то, и то отчасти, правда, но только отчасти.... В настоящее время обследовано и нанесено на карту 90% сохранившихся укреплений. Пока некоторые участки для обследования недоступны, т.к. находятся на территории воинских частей, но уже сейчас можно уверенно сделать некоторые выводы. Ни советская карта, ни немецкая, реальной картины не отражает.

Прежде всего, давайте определимся с понятием ДОТ. При этом слове в нашем сознании возникают бетонные стены метровой толщины, многокапонирные доты "миллионники" линии Маннергейма, или двухэтажные доты советских укрепрайонов, или доты линии Мажино, соединенные подземными ходами, в крайнем случае, вспоминаются массивные упрощенные доты Чонгара и Ак-Моная. Но...

Если вкладывать в это понятие общепринятый смысл, то в Севастополе не было... ни одного дота. Отдаленно (хотя и не полностью) к этому понятию приближаются казематные артиллерийские доты береговой обороны, построенные, в основном, осенью 1941. Но их было, всего, чуть более сорока штук, и большинство из них находились на Тыловом рубеже. Более того, если рассматривать весну 1942года, на оборонительных рубежах находились в готовности не более тридцати казематов, большинство из которых было оснащено малокалиберной 45мм морской пушкой 21К. Остальные казематы были оставлены или разоружены.

Мне могут возразить, что в литературе называется цифра в 74 артиллерийских дота, и даже в 82 дота. Все это так, но это цифра лукавая. Одновременно никогда такого количества артиллерийских дотов в Севастополе не было. С этим мы уже разбирались.

В Севастопольском понятии, "дот" - это и поставленная в отдельном открытом орудийном дворике пушка, а, иногда, "дот" -это морская пушка, поставленная в чистом поле на деревянном основании. Все это в Севастопольской обороне называлось "артиллерийским дотом", так же как два таких же орудия, часто поставленные на временные основания, не имевшие приборов управления стрельбой, гордо назывались "береговой батареей". Еще более интересная картина получается картина с пулеметными дотами. Все они имели толщину стен не более 40см, но даже не это главное, из общего количества лишь два десятка пулеметных дотов были монолитными, а остальные были сборными железобетонными конструкциями (СЖБОТ).

Расхваливая качество севастопольских укреплений, генерал А.Ф.Хренов приводил строки из немецкого отчета, согласно которому " ...сборный железобетонный дот выдерживал попадания трех 88мм снарядов...". Обследование остатков укреплений показало, что, как правило, такой дот уничтожался с первого же попадания снаряда из 88мм зенитки, становясь братской могилой для своего расчета. Обследование "закрытых комплексов" т.е. разбитых дотов, обломки которых не перемещались, показывают, что первый же снаряд, попавший в дот прошивал его стену, и взрывался внутри дота, "раскрывая" его, как цветок, разбрасывая обломки во все стороны.

Почему же немцы писали о трех снарядах? Ведь, как правило, они народ точный и дотошный. Обратившись к оригиналу, я понял, что фраза просто выдрана из контекста, а фрагмент текста имел прямо противоположное значение. В оригинале, она звучала она так: "...Этот новый скоростной способ строительства нашел широкое применение. Отдельные блоки были изготовлены на заводах весьма небрежно, в них попадаются пустоты без гравия, погнутая арматура, не имеющая необходимого бетонного закрепления, швы не заполнены раствором, стержни либо отсутствуют, либо не зацементированы.

Во время опытного обстрела из противотанковых орудий калибра 88 мм с расстояния 800 м такие конструкции разрушались после попадания трех снарядов, причем сами блоки повреждались очень незначительно; так что блочные сооружения сыграли небольшую роль для защиты Севастополя. Объясняется это, во-первых, плохим технологическим процессом изготовления, а во-вторых, сниженной на треть толщиной конструкции, которая представляет собой образец поспешного и небрежного производства строительных работ.". Аркадий Федорович Хренов, прославляя себя, просто переврал документ.

Эти сооружения, действительно имели свои преимущества, но совсем не те, о которых пишет генерал. Из того же немецкого документа: "Главнейшее их достоинство заключается в том, что при постройке значительно экономится время и квалифицированная рабочая сила. Если бетонная кладка требует как минимум одного месяца на схватывание и затвердение, то оборонительные сооружения из блоков приоб­ретают необходимую прочность сразу по их возведении. Для выполнения бетонных работ необходимо иметь специально обученных рабочих и развитую строительную площадку, конструкции же из блоков могут быть изготовлены на заводах очень быстро и качественно. В течение одного-двух дней можно получить блок из плотного бетона, спрессованного под давлением 6--10 атмосфер в стальной форме, в некоторых случаях с применением стальной арматуры, кото­рой дано первоначальное напряжение. При серийном выпуске на за­воде на третьи сутки сопротивление блока достигает величины 900 кг/см2 и даже больше, то есть их прочность вдвое выше, чем у применяемых до сего времени бетонных конструкций. Помимо этого они отличаются повышенной морозостойкостью и способностью сохранять свои формы и размеры. Если в распоряжении строительного отряда имеется передвижной подъемный кран грузоподъемностью 500 кг, подобный тем, что применяются в мастерских по ремонту транспортных средств, то из блоков указанных выше размеров можно в течение двенадцати часов построить дот с перекрытием, способным противостоять обстрелу полевой и осадной артиллерии, даже тяжелых минометов. Другое несомненное достоинство этого метода заключается в низкой стоимости работ". Но, к сожалению, назвать такие огневые точки прочными, весьма сложно.

Обследование остатков СЖБОТов показало, что, действительно, они не являлись полноценными дотами, и действительно, большинство из них было уничтожено первым же попаданием снаряда, калибром более 7,5см.

Причем, это касается как СЖБОТов "первого поколения", построенных гражданскими специалистами управления военно-полевого строительства осенью 1941г, так и СЖБОТов "второго поколения", упрощенной формы, которые строили войска зимой-весной 1942г. Такие конструкции имели бы право на существование, если бы они были дотами фланкирующего огня. Но почти все сборные железобетонные доты повернуты амбразурами в сторону противника. Т.е. они являлись дотами фронтального действия.

Что такое дот фланкирующего огня или полукапонир? Попробую объяснить. Уже в ходе финской войны советские войска столкнулись с тем, что большинство финских дотов, построенных западными инженерами, имели амбразуры для ведения огня, не во фронтальной части, а по флангам и в тыл. Передняя стенка этих дотов была глухой, массивной и была прикрыта насыпью. С фронта разбить такой дот артиллерией было очень сложно, почти невозможно. Иногда приходилось брать такие доты, укладывая на их крышу до тонны тротила. Но это было возможно лишь после того, как вся территория вокруг дота уже была расчищена. У такого дота фланкирующего огня была выше и скрытность. Даже доты Перекопского рубежа уже имели новую конструкцию, но в Севастополе строили по старинке. Причем А.Ф.Хренов резко критиковал специалистов, которые пытались строить капониры или полукапониры.

Почти все доты в Севастополе были фронтальными, исключение составляют несколько артиллерийских сборных железобетонных дотов в долине Кара-коба, которые были построены так, чтобы вести фланкирующий огонь по противнику, оставаясь сами при этом неуязвимыми, но это было скорее исключением из правил. Когда и как появилось это исключение?

Все просто, эти укрепления были построены во время приезда в Севастополь группы генерала Галицкого, который и настоял на таком расположении дотов. Были построены восемь сборных железобетонных полукапониров для полевых орудий, но после отъезда инженерного "начальства", все его рекомендации забыли, и стали строить как прежде, с амбразурами, направленными вперед, на врага. Амбразуры таких дотов закрывались бетонными ставнями на массивных кованых петлях. Но..., как показала практика, стойкость этих дотов так же была крайне низкой. В большинстве случаев, эти доты оказались выбиты попаданием в амбразуру.

Как ни странно, те участки, где оборона имела фланкирующие огневые точки, продержались довольно долго, и были оставлены советскими войсками, только после того, как отошли другие части на их флангах.

Обследование рубежей показало, что все остальные укрепления севастопольских рубежей были еще более слабыми. Строились и так называемые бутобетонные пулеметные доты. Их в севастопольской обороне называли дзотами, хотя деревянных частей в них почти не было. Нижняя часть, этих укреплений, вырубалась в скале, а верхняя складывалась из вырубленного камня на цементном растворе.

Существовали и комбинированные огневые точки, нижняя часть которых складывалась из обычного стенового камня, а верхняя делалась из бетонных блоков. Были огневые точки, которые использовали нижнюю часть разбитых во время предыдущих штурмов СЖБОТов, а сверху перекрывались тонкими бревнами, камнями и слоем земли. Дотом назывался даже бетонный колпак-оголовок, толщиной всего 10см. Дотом называли укрепление из тонких бетонных балок, толщиной около 10см, сложенных на манер сруба. Т.е. понятие "дот" в Севастополе было несколько отличным от общепринятого.

Но даже если посчитать даже эти огневые точки, как доты, их все равно в три раза будет меньше, чем указывалось в документах и рисовалось на схемах.

Но, вернемся к советской схеме инженерного оборудования рубежей СОР перед третьим штурмом. Попытка воспользоваться ей для поиска сохранившихся огневых точек, привела к полному провалу. Не удалось найти и следы разрекламированных в мемуарах А.Ф.Хренова батальонных опорных пунктов.

Даже если отбросить неточности при составлении схемы к отчету об обороне Севастополя, то можно сделать вывод: ее рисовали почти полностью "из головы", придумывая нужное количество огневых точек и батальонных опорных пунктов.

Кстати, о батальонных пунктах.... Их в природе почти не существовало. Исключение составил левый фланг 1-го сектора обороны и передовые опорные пункты 172-й дивизии в 4-м секторе.

Здесь можно еще (пусть с натяжкой) выделить три или четыре батальонных опорных пункта, занимавших отдельные высоты. Да и то, это были в основном земляные редуты времен Крымской войны, приспособленные под современные условия, старые усадьбы, промышленные объекты, приспособленные для нужд обороны. На всех остальных участках, оборона имела однозначно линейное построение.

Немецкая карта оказалась не в пример советской точнее, но и она была далека от идеала. Причина проста, немцы не смогли выявить многие наши доты, и их на карте просто не оказалось. Однако и немецкие и румынские штурмовые группы успешно справлялись с советскими дотами. Нельзя сказать, что севастопольцы сделали мало для укрепления обороны. Работа по строительству оборонительных рубежей поражает. Сотни километров траншей, тысячи землянок, укрытых казарм, множество дзотов, но назвать эти укрепления "мощными" сложно. Тезис о "мощных укреплениях" является не более, чем мифом. Да, укреплений было много, но почти все они относились к разряду полевых. Немецкие войска применили для взятия Севастополя осадную артиллерию, которая на многих участках просто сровняла укрепления с землей.

Несмотря на это, многие укрепления продолжали сражаться до последней возможности. Ниже приведены выдержки из воспоминаний командира полка дотов и дзотов Н.Г.Шемрука, в которых он описывает судьбы отдельных бойцов и командиров, сражавшихся в наших дотах. 0x01 graphic
0x01 graphic
0x01 graphic
0x01 graphic
0x01 graphic
0x01 graphic

В послевоенные годы на многие участки "могучей обороны" были "посажены" воинские части, которые и скрыли от постороннего взгляда реальное состояние рубежей обороны. Многие участки, где шли бои, оказались погребены под свалками или разрушены карьерами. Позднее придумали еще более кардинальное средство: "Зеленый пояс славы". Так что восстановить реальную картину оказалось достаточно сложно. Более того, почти вся территория СОР простреливалась немецкой дальнобойной артиллерией, так что укрыться от ее действия можно было только в складках местности и подземных убежищах.

Тучи начали сгущаться над Севастополем уже 20-го мая 1942г. Силы 8-го авиакорпуса Вольфрама фон Рихтгофена, освободившись от избиения отступавших через пролив остатков Крымского фронта, обрушились на Севастополь. Тактика здесь была точно такой же. Выбивались точечными артиллерийскими и авиаударами командные пункты, узлы связи, коммуникации. Если обратить внимание на даты гибели многих офицеров и политработников в звании от майора до полковника, то многие из них погибли и получили ранения именно в это время. Но... в Севастополе этот номер не прошел. Причин было две. Сложный рельеф и ... подготовленность Севастопольского оборонительного района. Да, в некоторых отношениях Севастополь оказался очень хорошо подготовленным к обороне. Например, командный пункт командующего флотом был укрыт в скальной толще на склоне Южной бухты. Его прикрывали массивные бетонные своды и многометровая толща скалы. Он имел двойные бронедвери, собственный дизель-генератор, дублированный мощными аккумуляторными батареями. КП имел свой источник воды и запасы продовольствия.

Чуть хуже был оборудован армейский КП генерала Петрова. Он был перенесен с бывшей царской 11-й батареи на новое место, правда совсем не на то, на котором ныне висит соответствующая табличка. Общепринято писать, что КП командующего Приморской армией находился в Херсонесских погребах. Это подтверждает и табличка, расположенная рядом с входом в один из погребов. Это правильно, но лишь отчасти.

Вот что пишет об этом комендант береговой П.А. Моргунов: "Зная по опыту боевых действий, в том числе на Керченском полуострове, что командные пункты всегда являются важной целью авиации и артиллерии противника, мы с генералом И. Е. Петровым и начальником штаба Н. И. Крыловым заблаговременно подготовили новый запасной командный пункт в районе Херсонесского монастыря в капитальном железобетонном массиве бывшей крупнокалиберной береговой батареи. Пункт оборудовали в инженерном отношении, подвели телефонные и телеграфные линии связи, установили радиостанции. Командный пункт был готов и в любое время можно было перейти на него и принять управление войсками".

Т.е. по словам П.А. Моргунова КП Приморской армии находился не в Херсонесских погребах, а в погребах под 13-й царской мортирной батареей. Подтверждают эту информацию и воспоминания начальника ПВО полковника Жилина. "После совещания мы поднялись по винтовой лестнице наверх, и прошли через помещения на площадку, оборудованную на фланге старой береговой батареи. С нее открывался вид на вход в бухту...".

Подтверждает эту теорию и то, что на немецких аэрофотоснимках хорошо видны входы в Херсонесские погреба, а вход в погреб под царской 13-й батареей почти не просматривается. Вряд ли советские инженеры стали бы строить столь значимый КП без маскировки.

Действительно, по документам получается так, что в погребах располагались вспомогательные службы штаба. Одновременно, они являлись ложным КП Приморской армии. Т.е. сейчас табличка висит на ложной позиции штаба Приморской армии.

Получили свои подземные укрытия и другие штабы ЧФ. Штаб тыла флота получил убежище на городском холме, рядом с бывшим Петропавловским собором. После войны из части этого убежища сделали общественный туалет. Было построено убежища и под домом, в котором в то время проживал командующий флотом. Были вырублены штольни и под зданием Лазаревских казарм.

Получили свои подземные командные пункты и коменданты секторов. Для коменданта 1-го сектора КП был вырублен в скальном грунте высоты с ветряком ЦАГИ. Комендант второго сектора со своим штабом располагался в горных выработках Сапун-горы, недалеко от хутора Дергачи. Есть информация, что и для коменданта 3-го сектора был оборудован подземный КП, однако, установить его месторасположение не удалось. Официально штаб сектора располагался в Мартыновом овраге.

Лучше всего был укрыт КП 4-го сектора, располагавшийся недалеко от Никольского собора на Братском кладбище. Он был достаточно просторным и имел перекрытие в 3 наката железнодорожных рельсов, от него шли два подземных хода, ныне засыпанных. Сейчас на его месте находятся могилы 90-х годов ХХ века.

Намного хуже были оборудованы КП командиров дивизий и полков. Чаще всего они были деревоземляными. Бойцы передовой линии укрывались в т.н. "лисьих норах". Они представляли собой, чаще всего, землянки, врезанные в переднюю стенку окопа. В 3-м секторе некоторые "лисьи норы" имели перекрытия из бревен и бетонных балок. Войска были укрыты относительно неплохо, а, вот, связь была укрыта и обеспечена очень слабо. С некоторыми частями была налажена проводная телефонная и телеграфная связь, причем для обеспечения ее, использовались, зачастую, не специальные, а городские проводные сети. Связь с большинством объектов тылового рубежа обеспечивалась городской АТС. Кто-то может сказать, что это не столь важно, но приведу один документ, датированный примерно тем же временем. Приведу выдержку из документа:

ДИРЕКТИВА СТАВКИ ВГК N 170395

ВОЕННЫМ СОВЕТАМ ФРОНТОВ И АРМИЙ

ОБ ИСПОЛЬЗОВАНИИ РАДИОСРЕДСТВ

ДЛЯ УПРАВЛЕНИЯ ВОЙСКАМИ

18 мая 1942 г. 18 ч 00 мин

Практика войны показала, что обычные проводные средства связи для управления войсками в современном бою недостаточны и мало надежны. Работа узлов проводных средств связи, как правило, авиацией противника нарушается в первый же день боя; радио же средства командованием и штабами не используются. ... Ставка Верховного Главнокомандования несколько раз указывала и еще раз указывает и требует от военных советов фронтов и армий использования для связи радиосредств в полной мере, решительного пресечения радиобоязни, считая радиосредства основными средствами связи и под личную ответствен­ность военных советов не допускать таких моментов, когда бы фронт со своими армиями и армия со своими войсками не имели связи по радио....".

Это был горький опыт Керчи и поражения 9-й армии, который не успели учесть в Севастополе. В Севастополе многого не успели учесть. Линии связи с войсками, с полевыми и береговыми батареями часто были укрыты очень слабо. Доты, расположенные на рубежах обороны, линий связи вообще не имели.

Вот что писали немцы о нашей связи:

Вследствие значительных разрушений средств связи невоз­можно ясно представить себе формы их конструктивного оформления.

На особом положении находится автоматическая станция, расположенная в подземных галереях на западном берегу Южной бух ты. Она была построена в 1934--1935 гг. на ленинградском заводе "Красная заря" по патентам фирмы Сименса и Гальске. Однако при об­служивании 10 000 абонентов к автоматической связи было подключе­но лишь 400 пользователей, принадлежащих к группам номеров 20000,22000,23000 и 24000.

Все кабели, защищенные полосовым железом и витой проволо­кой и составленные из 50, 30 и 7 жил, были заглублены лишь на 80--90, максимум на 120 см. Они не выдержали артобстрела и действий авиабомб.

По показаниям двух пленных радистов с батареи "Максим Горький" I и пленных 222-й особой телефонной роты, почти вся сеть в первые же дни штурма была выведена из строя. Противник пытался вос­становить кабели при помощи резервных мероприятий, но по мере появ­ления все новых мест повреждений был вынужден от этого отказаться и перейти к соединению оборонительных сооружений проводами полевого типа, помещенных в открытых канавах. Коммутаторные станции 77-й, 79-й зенитных батарей и зенитного дивизиона, большая станция в Се- верном укреплении и на 13 батареях, расположенные в гражданских зданиях либо в бетонных дотах облегченного типа, были полностью раз­рушены бомбами и артиллерийским огнем.

Автоматическая станция 30 июня 1942 г. бесперебойно работа­ла до 22 часов, пользуясь неповрежденными проводами. Затем связь че­рез нее прекратилась.

Вообще можно сказать, что телефонная сеть крепости вслед­ствие непрофессиональной прокладки и дефектного расположения приборов во время германской атаки в июне 1942 г. совершенно себя не оправдала". Думаю, комментарии излишни. Именно отсутствие связи сыграет отрицательную роль во многих эпизодах 3-го штурма. Но, об этом чуть позже.

Глава 5 Как погиб зенитный щит Севастополя.

Одним из важнейших факторов, повлиявших на крушение Севастопольской обороны, стало господство немецкой авиации в воздухе. Важнейшей составляющей противовоздушной обороны, является зенитная артиллерия и ее вспомогательные средства. О них и поговорим. Тема авиации -это предмет особого исследования.

Казалось бы, главная база ЧФ должна была иметь достаточно мощный "щит", прикрывающий ее с воздуха. И так оно и было, но, увы, как показали события, "зенитный зонтик" в июне 1942г. оказался слабым. Уже к середине июня войска остались без прикрытия с воздуха. Почему? Попробуем понять.

Не будем вдаваться в далекую предысторию вопроса. Приведу цитату из книги П.А.Моргунова "Героический Севастополь: "В начале мая по приказу наркомата ВМФ в составе СОРа был сформирован Севастопольский базовый район ПВО. Начальником этого района был назначен полковник А. М. Хлебников, военкомом -- батальонный комиссар А. Я. Конобрицкий, начальником штаба -- полковник И. К. Семенов. На 20 мая в базовый район входили:

-61-й зенитный артиллерийский полк (командир -- подполковник В. П. Горский) в составе 2-го (батареи N 75, 229, 370, 851 -- три 85-мм и десять 76,2-мм орудий), 3-го (батареи N 54, 926, 927 -- три 85-мм и восемь 76,2-мм орудий) и 4-го (батареи N 459, 357 -- восемь 37-мм орудий) дивизионов;

-вновь сформированный 110-й зенитный артиллерийский полк (командир -- полковник В. А. Матвеев) в составе 1-го (ранее 61-го полка: батареи N 78, 79, 80 -- четыре 85-мм и восемь 76,2-мм орудий), 114-го (батареи N 219, 365, 366 -- десять 76,2-мм орудий) и 55-го (батареи N 551, 552, 553 -- двенадцать 45-мм орудий) дивизионов;

-92-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион (батареи N 227, 364, 928 -- три 85-мм и шесть 76,2-мм орудий) с приданной ему плавбатареей N 3 (четыре 76,2-мм и три 37-мм орудия). Кроме того, имелись три зенитные пулеметные роты (12 пулеметов М-4) и средства обеспечения (три прожекторные роты и рота ВНОС с радиолокационной установкой)".

Разберем внимательно цитату.

61-й ЗенАП

2-й дивизион 61-го полка (по данным Е.А.Игнатовича, командир дивизиона м-р Хижняк) это:

-три, много раз отремонтированных, 85мм пушки многострадальной 75-й батареи (командир ст. л-т Фастовец), расположенной в районе Херсонесского заповедника,

-три 76мм пушки, образца 1931г. 229-й батареи (командир ст.л-т Старцев), вышедшие из ремонта, они находились на стационарной, укрепленной позиции возле современного НПО "Муссон"

-четыре ствола двух стационарных спаренных установок 81К в районе Старой батареи N10 (мыс Мартынов)

-три совершенно изношенных стационарных орудия образца 1915/28года, принадлежавшие сводной батарее, которой присвоили номер 851 (взамен погибшей в Крыму батареи 85-го дивизиона), ранее это были пушки 365-й и 366-й батарей, сильно пострадавшие во время 2-го штурма, ее позиции находились в районе Юхариной балки (сейчас это район дач)

3-й дивизион 61-го полка (командир м-р Д.М.Ребедайло):

- три 85мм орудия 54-й батареи (командир ст. л-т В.Сюсюра) одно орудие, после ремонта на батарею не вернули, а отдали 75-й батарее, поэтому и стала батарея трехорудийной.

- четыре 76мм пушки, обр. 1931г. батареи N926 (командир ст.л-т А.Белый), располагались в районе Макимова дача -хутор Лукомского. Они так же были не новыми, а восстановленными из разбитых во время 2-го штурма орудий, с использованием деталей двух учебных зениток училища ВМУБО.

-четыре 76мм пушки, обр. 1931г. батареи N927 (командир ст.л-т Корзун) были в приличном состоянии, но имели значительный износ матчасти.

4-й малокалиберный дивизион состоял из:

-357-й батареи (три 37мм морских зенитных автомата, два из которых в феврале были установлены на автомобили)

-459-й батареи (бывшая 360-я батарея, командир ст. л-т Рейзин) в ее состав вошли два ствола экспериментальной 37мм автоматической спаренной установки 66К на форте Константиновский, 37мм стационарный зенитный автомат, установленный там же, и две подвижных 37мм установки.

110-й ЗенАП

1-й дивизион (командир м-р С.В.Тумилович):

-четыре 85мм орудий батареи N78 (командир ст. л-т Венгеровский)

-четыре 76мм орудия, обр. 31г. батареи N79 (командир ст. л-т Алюшин)

-четыре 76мм орудия, обр. 31г. батареи N80 (командир ст. л-т Пьянзин)

114-й дивизион (по данным Е.А.Игнатовича, им командовал ст. политрук Баракин, но данные нуждаются в уточнении)

-три старых 76мм пушки, образца 1915/28г. 365-й зенитной батареи (командир ст. л-т Воробьев)

-три старых 76мм пушки, образца 1915/28г. 366-й зенитной батареи (командир л-т Самойлов)

-четыре 76мм орудия, образца 1938года, батареи N 219 (командир ст. л-т Лимонов)

55-й дивизион (бывший 50-й, командир м-р Буряченко)

553-я батарея (командир ст.л-т Воловик) в составе батареи 4 орудия 21К, установленных на разборных основаниях

552-я батарея (командир ст.л-т Шишляев) в составе батареи 4 орудия 21К, установленных на разборных основаниях

551-я батарея (командир ст.л-т Беленко) в составе батареи 4 орудия 21К, два из которых установлены стационарно, а два на разборных основаниях.

Все три батареи были разделены на две полубатареи по два орудия.

92-й отдельный дивизион.

227-я батарея ст. л-та Григорова 3 орудия 1931года (одно "родное", два из ремастерских, за счет расформированных батарей)

364-я батарея ст.л-та Анохина 3 орудия, образца 1915/28г. (весьма изношенных)

928-я батарея - три орудия , калибром 85мм.

Для удобства управления Севастопольский базовый район делился на три боевых участка: Северный (110-й зенитный артиллерийский полк), Южный (61-й зенитный артиллерийский полк) и Херсонесский (92-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион). Обычно перечислением этих подразделений и ограничиваются. На самом деле, это лишь половина всех наличных средств. Это только флотские части.

В базовый район входила также артиллерия ПВО Приморской армии, а если говорить точнее, 880-й зенитный артполк полковника Ф.Н.Кухаренко в составе 7 батарей (20 орудий, образца 1939, калибром 85мм) и 26-й отдельный артдивизион в составе 3 батарей (9 орудий, калибром 76,2 мм). Так получается по одним документам. По другим документам, на ту же дату 880 полк имеет в своем составе 9 батарей. Скорее всего, батарей в полку было семь: 1-й дивизион (1-я, 2-я, 3-я батареи, всего 8шт. 85мм орудий), 2-й дивизион (6 и 7-я батареи, 6 шт. 85мм орудий), 3-й дивизион (8-я и 9-я батареи, 6 шт. 85мм орудий). Вместе с тем, в донесениях, указываются и батареи N 4 и 5 (по два 85мм орудия), погибшие в районе станции Мекензиевы горы.

По другим, кадровым документам 26-й дивизион был расформирован еще в ноябре 1941г., но как ни странно, в документах ЦАМО регулярно встречается именно это наименование. Встречается оно и в документах, относящихся к периоду 3-го штурма. Причем в ряде документов, указывается, что батарей было не три, а две, а третья батарея числится в составе 95-й дивизии. Причина в том, что 26-й отдельный зенитный дивизион был передан в Приморскую армию из Черноморского флота, и соответственно, у армейцев этот дивизион появился, а из флотских списков его исключили 25 октября.

Обратимся к зенитной артиллерии в составе дивизий. По старым штатам в составе каждой дивизии должна быть одна зенитная батарея. В "новых" штатах - зенитный дивизион трехорудийного состава, но для Севастополя это была недостижимая мечта. В дивизиях числятся зенитные дивизионы, в бригадах батареи. К сожалению, эти зенитные средства только числятся, реально их было намного меньше. Но они были:

-25стрелковая дивизия, числится одна зенитная батарея 193 ЗБ (323 ОЗАД), по факту 3 орудия, калибром 76мм., но они же числятся в 26-м дивизионе, получается двойной счет.

-95стрелковая дивизия, числится одна батарея 194 ЗБ (175 ОЗАД), по факту, 4 орудия, калибром 76мм, бывшие орудия зенитного дивизиона 40-й кавалерийской дивизии, но с ними та же история.

-109 стрелковая дивизия, числится одна батарея N234, по факту зенитных орудий нет.

-172-я дивизия, числится целый зенитный артдивизион 341-й, по факту ничего нет.

-345-я дивизия, по документам одна батарея N 179 (629 ОЗАД), фактическое состояние пока неизвестно.

-386-я дивизия, по документам одна батарея N180 (677 ОЗАД) по факту, зенитная артиллерия отсутствует.

-388-я дивизия, по документам одна батарея N181 (677 ОЗАД) по факту, зенитная артиллерия отсутствует.

По документам, в 345-й, 386-й, и 388-й дивизиях должны были находиться батареи 37мм зенитных автоматов по 6 орудий в каждой, и к ним были даже сформированы расчеты но, к сожалению, эти орудия пошли ко дну на транспорте "Чапаев" весной 1942г.

В дополнение к этому, в армейской ПВО числились: прожекторная рота (5 станций), зенитно-пулеметный батальон (7 зенитных счетверенных установок М-4), армейский батальон ВНОС. Сила немалая. Если исходить из уставных норм, то зенитной артиллерии почти хватало. Одна незадача: противник воевал не по уставу РККА.

И все же, почему, при достаточном количестве зенитной артиллерии, противник безнаказанно хозяйничал в небе Севастополя. Ответ, казалось бы, прост и понятен: не хватило зенитных снарядов. Но, есть одно "но". Большинство транспортных кораблей, доставлявших боезапас (в том числе и зенитный) были потоплены именно в Севастопольской бухте, на переходе потоплены единицы. Т.е. зенитная артиллерия не обеспечивала защиты бухты от авиации противника. Вообще-то, эту задачу должен был выполнять флот, точнее ПВО флота, но даже с напряжением всех сил, флотские зенитчики со своей задачей не справились. Почему? Все армейские части жаловались на то, что прикрытие от атак с воздуха было слабым. Почему? ПВО Приморской армии и флота, даже в первые дни отражения 3-го штурма понесли серьезные потери. И опять тот же вопрос... "Почему?"

Вопросов больше, чем ответов. Отвлечемся от славных побед зенитчиков, а их было достаточно много, и история ПВО Севастополя действительно славная. Рассмотрим обстоятельства гибели зенитных батарей. Открыла печальный обратный отсчет 227-я зенитная батарея на мысе Херсонес.

20 мая 1942г. противник попытался прощупать ПВО города, был нанесен бомбовый удар по четырем зенитным батареям. Самолеты зашли со стороны моря: десять Ju-88 и одиннадцать Не-111 в сопровождении шести Bf-109. Первой под удар попала 227-я батарея ст. л-та Григорова на мысе Херсонес. Противника обнаружили заранее. В воздух поднялись самолеты группы перехвата, открыли огонь зенитные батареи, прикрывавшие мыс Херсонес. Прицельное бомбометание было сорвано, но удар был комбинированным. Одновременно с авианалетом, противник начал обстрел аэродрома Херсонесский маяк дальнобойной артиллерией из района Качи. Из-за слабой связи зенитчиков и флотских артиллеристов вовремя подавить немецкую батарею не смогли. Стационарная зенитная батарея N 370 попыталась подавить вражескую батарею, но не смогла. В результате чего 227-я потеряла одно орудие и один расчет (11 человек), погибший при прямом попадании немецкого 15см снаряда в котлован. Во время налета были сбиты два Ju-88. Правда, и советские пилоты достаточно дорого заплатили за эту победу: один Як -1 был сбит немцами, и один И-153 был сбит огнем своей же 227-й батареи.

Без потерь отбилась 229-я батарея, находившаяся в районе современного завода Муссон. Трехорудийная 85мм зенитная батарея N75, находившаяся в районе бухты Песочная, так же отбилась почти без потерь, отбилась от первого натиска и 79-я. Бомбы настигли лишь 40-тонный кран, занятый на судоподъемных работах рядом с крейсером "Червона Украина".

Следующий удар был нанесен целенаправленно по 79-й батарее. "Работая" по наземным целям, 22 мая 1942г. 79-я "засветилась". Над ней дважды прошел немецкий разведчик, и 23-го мая по ней нанесли удар. Удар был снова комбинированным: вели огонь две дальнобойных батареи, при одновременном налете девятки Ju-88. Е.И.Игнатович описывал эти события так: "Девятка "юнкерсов", клином разрезая воздух, шла точным курсом к высотке, на которой ощетинилась пушками 79-я батарея. Плотная завеса огня, поставленная зенитками, заставила пикировщиков повернуть к морю. Я прислушался: должен последовать характерный всплеск падающих в воду бомб. Но не тут-то было! Самолеты, зайдя с разных сторон, снова двинули на батарею. В это время над головами зенитчиков просвистели артиллерийские снаряды. Фашисты решили устроить батарее огненную круговерть одновременно с земли и с воздуха. 

Отдаю приказ 78-й: во что бы то ни стало накрыть вражескую артиллерию. Сам же с волнением наблюдаю за маневрами "музыкантов". Алюшину поначалу удается от них отбиться. Но вскоре пара "юнкерсов", обойдя заградительный огонь, с воем сваливается на батарею, и крупные бомбы достигают высотки. Гремят взрывы такой силы, что бетонные перекрытия старых казематов подпрыгивают. Правда, один "юнкерс" выходит из пике тяжелыми рывками, а за ним тянется дымный хвост. Пират летит с трудом и вскоре становится добычей счетверенного "максима". Второй "юнкерс", напарник сбитого, оказался настырным. Он заходит с севера и снова атакует. Зенитный огонь стал менее плотным: по телефону доложили, что комбат ранен, а третье орудие разнесло прямым попаданием. Тяжело ранены наводчик Зауташвили, номерной Маслов, контужены трубочные. Командир орудия, младший сержант Квак, весь израненный, с трудом вытащил своих товарищей из-под обломков и перенес в траншею...".

Следующей попала под удар 926-я зенитная батарея ст. л-та А.С.Белого, располагавшаяся в районе хутора Лукомского. Батарея со славной историей, получившая звание снайперской, слишком долго не меняла позиции. Е.А.Игнатович в своей рукописи "ПВО ЧФ в обороне Севастополя" описывает события так: "25 мая в 10 часов 30 минут 926-я зенитная батарея подверглась бомбардировке с воздуха и артиллерийскому обстрелу. 20 пикирующих бомбардировщиков устроили "карусель". Пикируя, самолеты по 5-7 раз сбрасывали бомбы но батарею, а вражеские батареи вели интенсивный артиллерийский огонь. огневая позиция была изуродована воронками, выходили из строя пупки, приборы, связь; разрушались инженерные сооружения, возникали пожары. Более двухсот бомб и снарядов взорвались на огневой позиции, ... От прямого попадания снаряда в командный пункт были убиты один из первых орденоносцев в полку, командир батареи старший лейтенант Белый Анатолий Сидорович и краснофлотцы Дрозд и Дуденков...". В результате налета, были выведены из строя сразу три орудия, погибло более половины личного состава. Батарея была почти полностью выведена из строя. В чем причина? Вывести зенитную батарею из строя, если она находится на долговременных позициях достаточно сложно.

Все дело в том, что противник нанес удар "в нужное время, в нужном месте". Удар был нанесен как раз тогда, когда на батарее разгружали боезапас, прибывший накануне на транспорте "А.Серов". Не обошлось без предательства, перед началом обстрела, и за 30 минут до авианалета, рядом с батареей кто-то зажег старый автомобильный скат, подавая дымовой сигнал. Удар оказался болезненным, два орудия восстановлению не подлежали. Оставшееся в строю орудие оттянули в район Максимовой дачи, на закрытую позицию, второе отправили в ремонт.

Следующей стала 366-я 26 мая 1942г. В 10.20 восемь "Ju-88A-4" атаковали зенитную батарею N366, в результате налета батарея была почти полностью выведена из строя. На батарее оставалось всего одно орудие. Правда, по документам, батарею били дважды: 26.05.42г. от налета было разбито одно орудие, а на следующий день от артогня погибли еще два.

1-го июня 1942г. 1942г. При авианалете погибло одно орудие со всем расчетом на 927-й батарее. Дальнейшие атаки противника на зенитные батареи успеха не имели, но... В мае 1942г. только 61-й зенитный артполк израсходовал: 85мм снарядов 3266 шт. 76мм 10 тыс. 219 снарядов, 45мм снарядов 1869, 37мм снарядов 4885шт. Результатом огромного расхода боеприпасов стали всего 7 сбитых самолетов и 3 предположительно сбитых. Как писал Е.А.Игнатович : " ... авиация противника начала применять прием изнурения нашей ПВО, путем длительного воздействия на наши средства авиазенитной обороны..."

По простому, противник "выманивал" у зенитчиков боеприпасы, которых потом будет сильно не хватать в обороне. 22 мая выпущено 628 снарядов, 23-го уже 1098, 24-го- 1111, 25-го -1384, 26-го - 1625, 27-го 2980 (!), 28-го около 3 тыс. Ведя огонь в высоком темпе, ПВО уже к 11 июня осталась без боезапаса. А сколько было, этого самого боезапаса? И много и мало, это вопрос отдельного исследования. Мы к этому вернемся чуть позже. Дам только одну цифру: на 13 орудий, калибром 85мм в ЧФ было всего 3 тыс. снарядов.

Обращает на себя внимание тот факт, что успешные удары немецкой авиации по зенитным батареям были комбинированными. Зенитчиков вынуждали бороться одновременно с наземными и воздушными целями.

По логике, подавлением батарей дальнобойной артиллерии противника должны были заниматься подвижные артиллерийские подразделения армейского подчинения, с большой дальностью стрельбы. В крайнем случае, этим могли заниматься береговые батареи, хотя это и крайне нежелательно, т.к. эти батареи являются стационарными, и могут быть накрыты ответным огнем противника. Но .. все было сделано по-русски: из-за слабого взаимодействия частей и ведомственных границ, эти огневые средства бездействовали. Впрочем, в севастопольской обороне армейская дальнобойная артиллерия была очень слабой. Восемь 152мм пушек-гаубиц 51-го армейского артполка ушли в 1-й сектор, в качестве дивизионной артиллерии (что было крайне нерационально). В качестве армейской артиллерии числились 52-й артполк, основу вооружения которого составляли экзотические 155мм французские пушки, и 18-й гвардейский (бывший 265-й, "Богдановский") корпусный артполк, оснащенный не менее экзотическими 107мм пушками, к которым было мало боезапаса. Этого было явно недостаточно, кроме того, артиллерию берегли. В береговой обороне были еще две 152мм подвижных батареи (725 и 724), но их тоже использовали крайне экономно.

Расход зенитного боезапаса резко возрос в начале июня. Только за 1 и 2 июня 1942г. зенитной артиллерией ЧФ было израсходовано 11 тыс. 265 снарядов (или 150 тонн!) и это без учета армейской артиллерии. Такая расточительность привела к значительному сокращению резерва боезапаса. 3-6 июня флотскими зенитными батареями было израсходовано 174 тонны зенитного боезапаса (около 15 тыс. снарядов). Да, безусловно, противник бросил на Севастополь огромное количество самолетов, но и эффективность стрельбы была низкой, примерно 3-4 тыс. выстрелов на один сбитый самолет.

С началом штурма нагрузка на зенитные батареи возросла. Их использовали как противотанковые. Так, после начала штурма, оставшиеся в строю, два орудия 79-й батареи, и 80-ю зенитные батареи ставят на танкоопасное направление. Это была вынужденная мера, т.к. в 95-й и 172-й дивизиях противотанковые артиллерийские дивизионы полностью укомплектованы орудиями не были, а полковая артиллерия почти полностью отсутствовала. Такое "двойное" использование батарей снижало их эффективность. Расходовался в большом количестве дефицитный зенитный боезапас.

7-го июня 1942г. 79-я зенитная батарея была выдвинута на огневую позицию перед станцией Мекензиевы горы. В этих боях 79-я потеряла еще одно орудие и 13 человек. На старую позицию, в районе старой царской батареи N1, вернулась всего две пушки. Бойцы 79-й смогли отремонтировать еще одно орудие, и батарея восстановила свою боеспособность, став трехорудийной. Позиции старались удержать любой ценой, даже ценой гибели зенитной артиллерии. В этот же день в этот же район выдвинули с мыса Херсонес 227-ю зенитную батареи ст. л-та Григорова. Батарея заняла позиции в районе казарменного городка 30-й батареи. В первый же день погибло одно орудие, и был ранен командир батареи, которого сменил лейтенант В.А.Бакатович.

8-го июня 1942г. около 15 часов, на второй день штурма, перестала существовать 80-я зенитная батарея ст. л-та Пьянзина, накрытая авианалетом, в то время, когда она вела огонь по наземным целям. Е.А.Игнатович так описывает последствия налета: " Я огляделся и не узнал позицию, еще недавно такую ухоженную и зеленую. Кажется, живого места на ней нет. У первого орудия оторвало и выбросило за котлован ствол вместе с накатником. Вокруг лежали убитые, стонали раненые. Наводчик, разрубленный надвое, будто шашкой, намертво зажал в правой руке штурвал поворотного механизма. Со ствола другой пушки, как горячие слезы, капала кровь. Сам Пьянзин застыл возле разрушенного КП, судорожно сжимая рукав морского кителя -- все, что осталось от его ближайшего друга, помощника командира батареи. Лицо закаменело, посиневшие губы плотно сжаты, глаза застыли. Я подошел вплотную, окликнул -- не слышит и не видит. Мне даже показалось, что и не дышит. Тронул за руку -- будто каменная. Тогда я схватил Ивана за китель и сильно встряхнул -- раз, другой, третий... Пьянзин очнулся. Огромные капли пота густо оросили лицо. Сразу обмякнув, он опустился на землю и... заплакал, да так горько, как могут плакать только дети".

Из четырех 85мм орудий осталось одно, три были уничтожены, и восстановлению не подлежали. У одного орудия был оторван ствол, второе разбито полностью, у третьего, взрывом ствол погнуло. Из воспоминаний Е.А.Игнатовича: " ...80-я батарея перестала существовать, но не перестала сражаться. В ту же ночь ее зенитчики спилили случайно уцелевшие с довоенного времени телеграфные столбы, установили их в котлованах на разбитых орудийных люльках и, как стволы, повернули в сторону противника. Пьянзин приказал четырем краснофлотцам из пороха неразорвавшихся снарядов приготовить взрыв-пакеты. Наутро, когда на позицию опять налетели бомбардировщики, четверка смельчаков, укрывшись за "пушками", потихоньку взрывала пакеты. Получалось что-то наподобие зенитных вспышек, и фашисты еще двое суток остервенело бомбили и обстреливали "батарею". А краснофлотцы, сделав свое дело, спешили в укрытие и подсчитывали, сколько рурского металла выманили своими "пукалками". Да, восстановить 80-ю батарею не было никакой возможности. Техника разбита, личный состав пополнить некем. И после долгих размышлений в штабе полка решили из оставшихся в живых сформировать роту морской пехоты, соответственно ее вооружить и поручить охрану дивизионного КП и всего Северного укрепления, оставшегося после передислокации батареи Венгеровского на Херсонесский мыс на попечении двух завскладами да нескольких раненых бойцов". Прикрыть 80-ю могла зенитная батарея 95-й дивизии, но та была занята отражением атаки противника и, кроме того, прямой связи между армейскими и флотскими зенитчиками не было. Флотские зенитные батареи имели связь только со своим КП. Эта разобщенность и сыграла отрицательную роль.

Находившиеся на направлении главного немецкого удара 172-я и 95-я дивизии, были надежно прикрыты от немецкой авиации зенитным "зонтиком". Здесь находились: 227-я флотская зенитная батарея (3х76мм), 2-я армейская (2х85мм), 3-я армейская (2х85мм), чуть позже подтянулись 4-я и 5-я батареи (о них данные отсутствуют, но они упоминаются в документах), зенитная батарея 95-й дивизии N194, стационарная зенитная батарея N365 (4х76мм). Т.е. на небольшом пятачке было сосредоточено 7 зенитных батарей. Их огнем и держалась оборона.

Стрелковые части держали фронт, зенитчики прикрывали их от налетов. Как только противник выходил из долины Бельбека на гребень высот, он попадал под огонь зенитчиков и армейских артиллеристов 134-го артполка. Пехотинцы держались до 9-го июня 1942г., после чего фронт обороны практически развалился. Почему? Это вопрос отдельного исследования. Дальше, линия обороны держалась только огнем артиллерии. Вовремя стрелковые части не подвели, и 9-13 июня стали черными днями для зенитной артиллерии СОР. До 9 июня противник не мог поднять свои орудия на прямую наводку- мешали пушки 134-го артполка, но 9-го июня, под угрозой захвата пушки отвели, и противник смог выкатить свои пушки на прямую наводку. Бои 7-9 июня с точки зрения артиллерии, необычны: длинноствольные зенитки и тяжелые 122мм гаубицы, предназначенные для поражения противника на больших дистанциях, ведут огонь по противнику практически в упор. Нерационально, но другого выхода не было. Не хватало противотанковой и полковой артиллерии.

Обычно, описывая события этих дней, многие исследователи останавливаются только на подвиге 365-й зенитной батареи на высоте 60.0. На самом деле, на указанной высоте было три зенитных батареи, и каждая из них совершила свой подвиг. Да, подвиг 365-й - событие яркое и героическое, но кто знает, что стоявшая рядом с ней 3-я армейская батарея совершила точно такой же подвиг, вызвав огонь на себя? Кто знает о подвиге 227-й флотской батареи, занявшей 9.06.42г. позиции у хутора Мекензия N1? Кто знает о гибели двух батарей 26-го дивизиона? О них забыли, и совершенно незаслуженно.

Из воспоминаний А.С.Овагимяна : " В конце мая 1942г. 3-я батарея заняла свою прежнюю позицию в районе высоты 60.0, рядом с героической 365-й батареей,... 10-го июня противник перешел в наступление, в предрассветной дымке, из-за бугра появился танк, сопровождаемый пехотой, орудие сержанта Бодана поймало цель и открыло огонь. Танк был подбит, пехота рассеяна, к уничтожению противника подключилось орудие сержанта Бондаренко. Немцы, подтянув артиллерию, в течение 25 минут вели огонь по позициям батареи. Считая батарею уничтоженной, враг бросил на нее танки, но они были отбиты. 11-го июня противник вновь совершил огневой налет на позиции батареи, были разбиты дальномер и два орудия, после этого на позицию батареи вновь пошли танки. Им удалось ворваться к 1-му орудию, но огнем остававшихся в строю орудий противника отогнали. Ночью отремонтировали еще одно орудие. 12-го числа бой разгорелся с новой силой, было выведено из строя 3-е орудие сержанта Сандлера. Вслед за ним умолкли 4-е и 2-е орудия, старшего сержанта Щирого и сержанта Фоменко. В строю оставался только счетверенный пулемет, которым отбивались от пехоты. Видя безвыходность положения, командир батареи ст. л-т Будишевский вызвал огонь на себя...". В этих воспоминаниях говорится о 4-х орудиях батареи, хотя изначально орудий было всего три. Уже в ходе боевых действий в 3-ю батареи слили остатки всех армейских зенитных батарей в этом районе.

Огонь по позициям батареи открыли армейские зенитчики батарей N4 л-та Рудакова и N5 ст. л-та Тарасенко. Скорее всего, эти две батареи сформировали уже после начала боевых действий, т.к. по состоянию на 20 мая они не существовали. По ним требуется отдельное разбирательство. Под прикрытием их огня удалось отвести два разбитых орудия. Орудия отправили в ремонт, а батарейцы получили две отремонтированные зенитки, и установили их в районе Артиллерийской бухте.

Батареи N 4 и N5 в ходе боев 11-12 июня, отражая атаки с воздуха, и ведя огонь по наземным целям, невозвратно потеряли в общей сложности 4 орудия и были отведены в район мыса Херсонес. В результате тяжелых боев 11-го июня 1942г. были почти полностью уничтожены 1 и 2 батареи 26-го дивизиона, находившиеся в верховьях Трензиной балки. Из воспоминаний Е.А.Игнатовича: "1-я батарея своим огнем сдерживала продвижение противника Трензину балку. Будучи окруженный немцами орудийный расчет старшего сержанта Григорьева, под шквальным огнем, в упор расстреливал наступавшие на батарею танки и пехоту. Артиллеристы сражались до последнего снаряда, уничтожили фашистов гранами, штыками и прикладами. Погибали смертью храбрых, но ни на шаг не Отступили, десятки трупов фашистов, подбитые танки говорили о мужестве командира батареи старшего лейтенанта Щуплецова и комиссара батареи старшего политрука Бондасюк. Это они превратили огневую позицию в узел сопротивления.

Когда наша пехота отошла. огневая позиция батареи осталась без прикрытия. Зенитчики, с небольшим количеством бойцов и техники, организовали круговую оборону. В помощь батарейцам командование дивизиона прислало группу бойцов из взвода управления под командование политрука Гусакова. С утра 11 июня противник атаковал батарею с воздуха и с земли. Завязался ожесточенный бой. Танки и пехота при поддержке авиации непрерывно атаковали батарейцев, но зенитчики прочно удерживали высоту 70 метров южнее кордона Мекензия. В первой половине дня на батарее вышли из строя все пушки, Атаки немцев батарейцы отражали гранатами и ружейно-пулеметным огнем. К концу дня почти все подступи к огневой позиции батареи, были блокированы. Доставка продовольствия и боеприпасов превратись. В течение трех суток батарейцы удерживали высоту, на которой находилась огневая позиция, и только к утру 12 июня зенитчиков сменили стрелковые подразделения. Три разбитых пушки и дальномер из-за отсутствия транспорта вывезти не удалось. Группа бойцов, пытающихся вывезти технику под огнем, понесла потери".

В этот же день была уничтожена и 2-я батарея дивизиона. Прием тот же самый: одновременная атака с воздуха и артобстрел. С позиции батареи смогли вывезти только одно 76мм орудие, два орудия и дальномер были разбиты.

11-е июня стало последним днем и для 54-й зенитной батареи на Камчатском люнете. Она в точности повторила судьбу 926-й батареи. Последовательность событий была следующей:

В 02.35 транспорт "Белосток" (капитан М.П.Рымкус) прибыл из Новороссийска в Севастополь. На транспорте доставлено 227 т артиллерийского боезапаса. Из воспоминаний А.Г.Воловика: " 11-го июня , ночью, у холодильника ошвартовался "Белосток". На нем прибыл 130 и 85мм боезапас, который повезли на Малахов курган....". Из воспоминаний Е.А.Игнатовича: " ...Утром 11 июня на 54-ю батарею завезли снаряды. Полный боезапас. Сгружать довелось у северного склона, на глазах у противника; в ином месте машине не пройти: сплошные воронки. Разгрузить-то разгрузили, а укрыть не успели. Фашисты, стоявшие невдалеке, немедленно отреагировали -- и с воздуха, и с земли обрушили на батарею ураган огня.

Зенитчики приняли неравный бой. Два "хейнкеля" сбили, остальных отогнали. Но справиться с тяжелой артиллерией, расположенной за горным кряжем, не удалось. А Зеленый холм у врага давно был пристрелян и прямое попадание в штабель боеприпасов сделало свое дело: позиция превратилась в настоящий ад. Снаряды взорвались и осколками усеяли все вокруг. Разнесло дальномер и прибор управления огнем, вдребезги разбило пушки.

Укрытия на батарее были надежные, но в бою надо работать, действовать. И вот уже тринадцать человек погибли, у многих -- тяжелые раны. А батарея жила, боролась. За ночь оборудовали новую позицию и в ожидании орудий забрались в кубрики. Там-то полутонная авиабомба накрыла еще восьмерых.

Почти безоружные, с одним М-4 да легкими карабинами, вели батарейцы бой с двумя десятками "музыкантов". Когда умолк счетверенный "максим" -- весь расчет во главе со Степаном Водяницким погиб, -- пикировщики  окончательно обнаглели: с бреющего расстреливали беззащитных теперь зенитчиков.

Погиб мой испытанный в боях заместитель Володя Сюсюра, скромный безотказный шофер Миша Крысанов, волшебник-кок Ашот Авакян. Тяжелые ранения получили комендоры Полтавец и Рыбак, командир приборного отделения Серобаба, двужильный работяга Шкурко и многие номерные, которых в ходе непрерывного боя благодаря стараниям израненного Николая Жушмана и Бориса Ефимова все же удалось переправить в госпиталь.

Один лишь Марченко со своими хлопцами из обычного "дегтяря" все еще отбивался от хищной стаи воздушных пиратов, пока тяжелая бомба, угодившая в бруствер, не похоронила целиком весь расчет. Почти одновременно прямым попаданием артснаряда разнесло БКП, где находились связисты. Убиты командир отделения младший сержант Литвинов, телефонисты Бобровников и Шумилин, радист Коломийцев. Немногих уцелевших временно прикомандировали к штабу ПВО флота...". Это не совсем так, вышло из строя три орудия и дальномер, одно уцелевшее орудие перебросили на запасную позицию вперед, к Килен-балке.

В эти же дни понесла тяжелые потери и 927-я зенитная батарея, сценарий тот же, результат похожий. Комбинированный удар артиллерии и авиации, возле одного из орудий взрывается сложенный боезапас, гибнут два орудия и два расчета.

В эти дни полностью потеряла свою матчасть и 227-я флотская зенитная батарея. Сценарий тот же: комбинированная атака с земли и с воздуха. Командиру батареи, л-ту В.А.Бакатовичу, удалось сохранить часть личного состава, и 14 июня 1942г. батарея получила матчасть и пополнение с южной стороны.

"Новую" 227-ю батарею разместили в районе Радиогорка-бухта Матюшенко, т.к. к тому времени умолкла 459-я батарея зенитных автоматов на крыше форта Константиновский. Что произошло с орудиями этой батареи - непонятно. Внешне спаренная башенная 37мм установка 66К и 37мм автомат на фото выглядят неповрежденными. В строю оставались только две счетверенных пулеметных установки.

Из воспоминаний Евсевьева (ОХР, Константиновский форт): " На крыше равелина, в начале зимы 1942года была установлена скорострельная зенитная батарея, которая вошла в состав береговой обороны. Командиром этой батареи был лейтенант Резин (по документам, Рейзин).... 11-го ноября одно орудие батареи вышло из строя... Примерно 12 июня 1942 года" неожиданно для нас, командира 12-й батареи Дзампаева, командира зенитной батареи на равелине л-та Резина, и командира 12-й батареи Матушенко командование отозвало на Южную сторону Севастополя...". И еще одна цитата из того же источника: "... 15 июня батарея уже не действовала...". Старший лейтенант Рейзин убыл на южную сторону во главе полубатареи (2 орудия) 37мм зенитных автоматов, установленных на автомобилях.

О подвиге 365-й батареи написано много. Подробности описывать нет смысла. К 12 июня 1942г. практически все зенитные и артиллерийские батареи перед высотой 60.0 были уничтожены. Не оставалось перед батареей и советских стрелковых частей. Пытаясь спасти батарею, командование 110-го зенитного артполка собрало весь наличный состав на прикрытие зенитных орудий. Завязался тяжелый бой. Батарея действительно, повторила свой декабрьский подвиг, вызвав огонь на себя.

При взятии высоты 60.0 в плен были взяты последние оставшиеся в живых 7 бойцов 365-й и 7 бойцов 366-й батареи. Но взятие высоты дорого обошлось вражеской пехоте, в 1-м и 3-м батальонах 16-го полка погибли почти все офицеры, среди них три кавалера рыцарского креста, в их числе и Х-А.Шредер, родственник будущего канцлера Германии. Остатки батальонов были сведены в один, его возглавил лейтенант Цвейблер. Серьезные потери понесли и саперы 744-го батальона. Многие погибли при огневом налете советской артиллерии.

На фоне этого подвига особенно гадко выглядит то, что на сторону противника перебежало пять бойцов бывшей 366-й батареи, переброшенных для усиления оборонительных рубежей 365-й. Еще один сержант 61-го зенитного полка перебежал 14-го числа. Его судьба достаточно показательна.

Если говорить совсем точно, то Николай Ворожун, перебежавший на сторону противника, сержантом не был. Изначально, он служил на 927-й зенитной батарее, затем служил на 54-й зенитной батарее, вместе с Е.А.Игнатовичем, и звание его было ... политрук (старший лейтенант). Вместе с Е.А.Игнатовичем он переходит в штаб зенитного 110-го полка, становится кандидатом в члены ВКП(б), а затем...

Затем он добровольно сдается немцам, переодевшись в форму сержанта. 0x01 graphic

0x01 graphic

Через три месяца оказывается в родной Белоруссии, в партизанском отряде, через месяц отряд был разгромлен. Чуть позже, в другом партизанском отряде был расстрелян за мародерство. Приспособленцы и ипредатели были во все времена, и часто делали неплохую карьеру.

Чем интересны показания "сержанта" Н.Я.Ворожун? Он в протоколе вторичного допроса, достаточно подробно описывает состояние ПВО Северной стороны на 14 июня 1942г.

0x01 graphic

А ситуация получается неприглядная. Как пишет Е.И.Игнатович: " Гитлеровская пехота не раз пыталась прорваться туда со стороны Бартеньевки и Учкуевки. Но батареи Алюшина (79-я), Шишляева (552-я) и Воловика (553-я) были начеку и перекрестным огнем отсекли ее от берега".  Стоп. Проанализируем.

Из множества зенитных орудий, прикрывавших Северную сторону в строю остаются: батарея N79 (три орудия, исправно два), 219 батарея (в строю два орудия), 227-я батарея (должна получить три новых 76мм орудия) на двух полубатареях батареи N 552 осталось два 45мм орудия. Все остальные батареи не действуют.

Еще хуже ситуация на Южной стороне. В 61-м зенитном полку действуют: стационарная зенитная батарея N 370 (две спаренных 76мм артустановки), батарея N 927 (2 орудия), две армейских 85мм батареи N7 и N6 и одно орудие в районе батареи N3 в районе Артиллерийской бухты. 45мм батарея N 553 в своем составе имеет два орудия. Все остальные зенитные пушки оттянуты в район мыса Херсонес. Т.е. город остался почти без зенитных орудий. В чем причина таких высоких потерь? На самом деле, причин три:

Первая, объективная, заключается в том, что противник, действительно сосредоточил достаточно много авиации под Севастополем. Противник просто выбивал батареи массированными налетами авиации в комбинации с артиллерийским обстрелом.

Вторую причину описать сложнее, но она связана с первой. Она заключается в вынужденном совмещении ПВО с противотанковой обороной. Совмещение крайне нежелательное. Батареи вынуждены были ставить на открытых позициях, что позволяло выбивать орудия и артиллерийским огнем и авиацией (чем и пользовались немцы). Кроме того, сами батареи были вынуждены вести борьбу одновременно на два фронта, что снижало эффективность как зенитного, так и противотанкового огня.

Третья причина вроде бы очевидна, но имеет ряд важных деталей. Причина в нехватке зенитного боезапаса. Севастопольское командование само себе "наступило на хвост". Оно не сохранило резерв орудий (в том числе и зенитных) и снарядов для приема транспортов с боезапасом.

Вернемся к судьбе зенитной артиллерии Северной стороны. Армейских зенитчиков на Северной уже не было, их батареи были разбиты или отведены.

79-я батарея располагалась на массиве бывшей 1-й царской батареи на мысу Толстый. КП полка и дивизиона перешел под укрытие массива бывшей царской 7-й мортирной батареи. Из воспоминаний Е.А.Игнатовича, датированных 17 июня: " ..., вскоре заговорила вражеская артиллерия, залаяли минометы. Фашисты упорно пристреливались к алюшинской батарее и к моему командному пункту. Я приказал: "Всем в укрытие!". Не прошло и минуты, как наш бетонный, глубоко вросший в землю каземат содрогнулся. В два-три прыжка мы со Сметаниным выскочили на поверхность. По соседству находился такой же прочный кубрик с толстой металлической дверью. После взрыва двери не стало. То, что мы увидели внутри, бросило в дрожь: крупнокалиберный снаряд разворотил помещение, никто из находившихся там не уцелел. (Их могилу, в июне 2011г. нашли поисковики А.П.Запорожко, прим мое А.Н.)

Подоспевшие связисты, несмотря на обстрел, стали выносить погибших. У моряков, которые никогда не плачут от боли, а умирают молча, по лицам катились крупные слезы. Тут же, в глубокой воронке, мы похоронили своих товарищей, и опять укрылись от огня, так как артналет продолжался. Очередной крупнокалиберный снаряд вспахал землю у входа в укрытие, ударился о его фундамент и взорвался. К счастью, произошел, как говорят артиллеристы, камуфлет: снаряду не хватило мощи, чтобы полностью разрушить фундамент. Но когда мы пробовали выбраться наружу, дверь не поддавалась. Только через минут десять подоспела помощь. Глотнув свежего воздуха, я огляделся -- и сердце похолодело. Медленно, как бы нехотя, прямо к нам летел огромный снаряд. Его вытянутое тупоносое тело отливало на солнце серебром. Можно только удивляться, как эта металлическая громадина, начиненная взрывчаткой, может лететь. Я еще успел подумать о примете военных -- именно "своего" не услышишь, -- как огромный конус, прошелестев над головой, с громоподобным звуком разорвался в расположении 79-й батареи.

В какую-то минуту -- не более -- я уже был там. Пыль еще не успела осесть, дым не развеялся. Но что натворил вражеский снаряд, увидел сразу: одна пушка перевернута и полностью разворочена. Весь расчет погиб. У другой сорван ствол, многие бойцы изранены.  Разбиты дальномер и счетверенный пулемет. Отовсюду слышны стоны. А дальше было еще хуже. Этот мощный 615-миллиметровый снаряд угодил прямо в стену капонира, где комиссар Лебедев собрал коммунистов батареи. Невиданной силы удар сорвал тяжелое бетонное перекрытие и обрушил его на людей. Под огромной глыбой все были погребены заживо.

В который уже раз краснофлотцам пришлось вгрызаться в землю -- лопатой, ломом, киркой, штыком. Работали молча, стиснув зубы, потому что из-под обломков слышались стоны, призывы о помощи. Отрыть удалось немногих, да и те уже были мертвы. Поднять же многотонную плиту не было никакой возможности. Под ней остались погребенными комиссар дивизиона старший политрук Лебедев, политрук батареи Лубянцев, младший лейтенант Полторацкий, старший сержант Попель, младший сержант Андрющенко и еще двадцать зенитчиков"...

Обстрел производился 600мм мортирами типа "Карл", но это выяснили уже потом. Батарея полностью перестала существовать. В строю на Северной стороне осталась всего одна зенитная батарея, 227-я, и она сражалась достаточно долго. 19 июня 1942г. Была создана сводная зенитная батарея из матчасти 219-й, 227-й и 79-й батарей, возглавил ее командир 219-й ст. л-т Лимонов. У стен Михайловского форта установили последнее 45мм орудие 552-й батареи. 20-го и 21-го июня батарея еще сражалась.

Странно другое, почти вся оставшаяся в строю артиллерия и техника сосредоточены в районе бухты Матюшенко, и в районе мыса Кордон, но вывозить ее явно не торопятся. Возле пирса в готовности к отправке находились два оставшихся в строю орудия 227-й зенитной батареи три 122мм пушки А-19 из состава 52-го артполка, пять тягачей "СТЗ", но вывезти их так и не успели. На немецком фото видно, что вся эта техника так и осталась стоять на своих местах.

Несли тяжелые потери и батареи Южной стороны, а если точнее, то все что от них осталось. Только за три дня 17-20 июня были разбиты 31 орудие.

553-я малокалиберная зенитная батарея ст.л-та Г.А.Воловика 18-го июня обеспечивала прием транспорта "Белосток" Г.А.Воловик описывает эти события так: "В бухте бросил якорь прибывший в Севастополь ночью танк , доставивший ценный бензин. Утром немцы, обнаружив танкер, повели на него атаку с воздуха. Поступил приказ командования зенитчикам: за танкер отвечаете годовой. Тяжелая работа была в этот день у зенитчиков, налеты вражеской авиации шли один за одним. Наша батарея, занимая позиции на берегу, у второго стоял танкер, особенно мешала вражеским самолетам зайти на цель, и враг решил подавить нашу батарею. Я дал команду, чтобы в случае выхода из строя связи с орудиями, огонь велся самостоятельно каждым орудием и только по самолетам, атакующим танкер. Начался бой. Связь с орудиями нарушена, но пушки стреляют. Сила огня не ослабевает, танкер цел. Вдруг бомба, вероятно, с тонну весом попала в орудийный окоп сержанта Терешкина. Геройски погибли Терещкин и весь его расчет, за исключением подносчика снарядов комсомольца Симоняна, которого взрывной волной отбросано в ход сообщения, и его откопали".

К вечеру батарея вступила в поединок с противником на противоположной стороне бухты. 20.06.42г. на батарее оставалось всего одно неисправное 45мм орудие. К 22 июня на Южной стороне действовали всего три армейских и 4 флотских зенитных орудия, если не считать орудий зенитных батарей мыса Херсонес. Погибли 851-я батарея, умолкла 75-я, полностью выведены из строя орудия 229-й батареи, уничтожена 927-я. 20-го гибнет от авиации противника плавбатарея "Не тронь меня". Стрелковые части оказались совершенно беззащитны от атак с воздуха.

Пытаясь хоть как-то компенсировать гибель зенитной артиллерии, с мыса Херсонес снимают 78-ю батарею. Она занимала позиции у Инкермана, 19-го июня переведена на Малахов курган, 21-го в районе кладбища Коммунаров. Постоянно меняя позиции, она какое-то время прикрывает советские части, но что может одна зенитная батарея, там где требуется более 200 стволов? 27-го июня батарею возвращают на мыс Херсонес, сюда же оттягивают последние два 85мм орудия армейской артиллерии.

Из воспоминаний А.С.Овагимяна: " ...В последние дни обороны, получил задание уничтожить последние два орудия нашей 8-й батареи, достреляв последние три снаряда, я шофер Подкопалов и полковник Потапов, подорвали орудия...". 2и 3 июля 1942г. На мысе Херсонес, еще отбивались остатки двух флотских зенитных батарей, но это были уже конвульсии. Объективно говоря, зенитная артиллерия полностью перестала существовать гораздо раньше: больше всего орудий вышло из строя 17-21 июня 1941г.

Итак, в самом начале штурма мы имеем достаточное количество зенитной артиллерии, а уже в середине штурма почти полное ее отсутствие. Некоторые причины этого мы рассмотрели ранее, а теперь, давайте посмотрим на "мелочи", ибо на войне мелочей не бывает. Начнем с того, что привычка считать поверхностно, является пагубной. Да, зенитной артиллерии, если считать по батареям, хватает, правда, "по минимуму". Если считать стволы, то артиллерии уже не хватает, т.к. в некоторых батареях было всего по два орудия.

"Комбинированная" оборона против наземного и воздушного противника, даже для полносоставной 4-х орудийной батареи, является тяжелой задачей, которая не гарантирует безопасность орудий. Для двухорудийной батареи такая задача просто невыполнима. Батарея гарантированно понесет потери или от огня противника, или от авиации. Кроме того, давайте обратимся к состоянию материальной части зенитной артиллерии.

В 61-м зенитном артполку батареи износ орудий батареи N 851 составил ... 647%. По сути, это был металлолом, собранный с 366-й и 365-й батарей после 2-го штурма, ее всерьез можно было уже не воспринимать. Около 200% был износ был у батареи N 54, 150% был износ у орудий батарей N 75, 370, 927, 928. Относительно "новенькой" была только 227-я (34%), да и то, только потому, что она получила новые орудия, взамен погибших 17-18 декабря на плато Кара-тау. Примерно в таком же состоянии находились и батареи Северной стороны 80-я имела 150%, 366-я и 365-я около 200%, малокалиберные батареи мели износ 200% и.т.д.

Т.е. "зенитный щит Севастополя" был весьма изношен, и имел множество прорех. Он был просто не в состоянии выдержать длительный штурм. Возможно, кое-что могла в этом отношении авиация. Но увы, здесь тоже не все было гладко.

Любители "попинать" наше прошлое любят восхвалять немецкого солдата, и принижать советского. Эта точка зрения -абсолютно неверная. Причина гибели севастопольской обороны в другом. Немцы смогли сосредоточить в нужном месте, в нужное время большое количество артиллерии и ... авиации. Вторая мировая, стала прообразом современных войн, где многое решает техника и умение ей пользоваться. Как бы мужественно не сражался советский боец, защищавший Севастополь, его усилия были сломлены немецкой авиацией.

А что могла ей противопоставить советская сторона? Ведь в составе 3-й севастопольской авиагруппы была почти сотня самолетов! Да их было меньше, но все равно, это сила!

Да... сила, для того, кто не вникает в суть. Разберем все по полочкам. В составе севастопольской авиагруппы 22 мая числится: 14 самолетов Як-1 (12 в строю), 5 самолетов МиГ-3 (ни одного в строю), 7 стареньких И-16, 11шт. И-153 (в строю 9), 6 самолетов И-15 (в строю половина). Все. Истребителей больше нет. Реально 12 новых истребителей и 19 старых. Как бы там ни расхваливали маневренность "ишаков" и "чаек", самолеты это были старые, изношенные, имевшие скорость вдвое меньшую, чем у немецких машин. Их превосходили по скорости, даже немецкие бомбардировщики. Их и использовали, в основном, не как истребители, а как слабенькие штурмовики. Их победы над немецкими самолетами, -это результат мастерства летчиков, а не качество машины. Машины же севастопольской группы были старыми, латанными-перелатанными, и их скорость была намного ниже паспортной.

"Яки" были новыми, неплохими машинами, но, мы забываем, что и они были наполовину фанерными, что и сказывалось на их прочности. Реальной ударной силой были штурмовики Ил-2, но их в строю, из 12 машин было всего шесть.

Из бомбардировщиков в Севастополе были ДБ-3 (7 самолетов), Пе-2 (7, в строю 4), СБ (2 самолета). Вот, пожалуй, и все боеспособные самолеты. Но если сложить все вместе, никак не наберешь 92 боевых самолета, числившиеся в 3-й авиагруппе. Да, это так, здесь не учтены 13 самолетов МБР-2 (в строю 7), "ночные штурмовики" УТ-1б (8 самолетов), и "ночные бомбардировщики" У-2. Но, можно ли рассматривать их как боевые? Объективно говоря, нет. Это четко показал разгром одной из эскадрилий 23-го ночного бомбардировочного полка, парой немецких истребителей. Что можно сделать на фанерно-бумажном самолете, со скоростью 150 км/ч, против современного истребителя, со скоростью вчетверо большей? Т.е. картина получается та же, что и с артиллерией. Единиц много, но качество явно хромает. Но даже те самолеты , что были, находились в весьма плачевном состоянии. Не хватало моторов.

Для современного читателя, эта проблема покажется странной. Современные двигатели имеют достаточно большой ресурс, но... Жизнь авиационного двигателя во время второй мировой была недолгой. Особенно это касалось советских моторов, изготовленных с низкой точностью и качеством. Во время 3-го штурма, севастопольская авиагруппа за сутки, суммарно, вырабатывала ресурс 1-1,5 двигателей.

Мы уже выяснили, что зенитные средства оказались не готовы к отражению длительного штурма. Но, самолеты, это мобильные средства ведения войны. Их достоинство в том, что их можно перебросить на нужный участок достаточно быстро. Почему же это не было сделано? Неужели Ставка не могла перебросить современные истребители, уничтожить армаду 8-го воздушного корпуса и...

Могла. И перебрасывала. Днем 30 мая на аэродром Херсонесский маяк перелетели из Анапы семь Як-1 247-го истребительного авиаполка 5-й воздушной армии. Флот тоже перебросил часть авиации, прилетели два СБ и по одному ДБ-3 и Пе-2 от 5-го гвардейского и 40-го авиаполков. Но противник уничтожал самолеты быстрее, чем они прибывали: Уже 1 июня при бомбардировке оказались уничтожены два ДБ-3 и "як" 247-го авиаполка, повреждены два ДБ-3, два СБ и один И-16. В воздушном бою были сбиты еще три самолета. 29 мая один Як-1, два ДБ-3 и один У-26 повреждены артогнем

Днем3-го июня с Кавказа на Херсонесский маяк должны были перелететь девять ЛаГГ-3 и два Як-1 из состава 9-го авиаполка ВВС ЧФ. На подходе к Севастополю, летчикам пришлось принять бой, имея, после длительного перелета совсем мало бензина в баке. Взлетевшие с аэродрома для прикрытия шесть "Яков", связать боем немцев, имевших численное превосходство, не смогли. В результате сбиты 3 ЛаГГ-3 и один "Як-1".

7.июня из Анапы на Херсонесский маяк перелетели десять Як-1 (1-я эскадрилья 62-го истребительного авиаполка ВВС ЧФ) и три Ил-2. Это позволило немного возместить потери. Численность авиагруппы пока удавалось поддерживать на уровне 90-100 самолетов, но из-за численного превосходства, небо, было все равно немецким. Советские летчики работали с предельным напряжением, отдельные экипажи Ил-2 поднимались в воздух до пяти, а сопровождающих истребителей -- до шести раз в день. Сложность была в том, что аэродромы постоянно подвергались ударам.

8-го июня с Кавказа перелетела шестерка И-16, но уже 9 июня массированные удары по аэродромам Херсонесский маяк и Куликово поле. Сгорел находившийся в ремонте "як", повреждения получили два ДБ-3, два Як-1, три И-153, три И-15 и два Пе-2.

В соответствии с приказом маршала Буденного в распоряжение командования СОРа выделялся 45-й иап, вооруженный истребителями Як-1. Его первую эскадрилью вечером 10-го привел на Херсонес капитан К. Д. Де нисов. 11-го перелетела еще одна эскадрилья, куда вошло восемь машин (еще одна села в море на перелете, пилот погиб). Последняя эскадрилья, не успевшая освоить новые машины во главе с командиром полка, так и осталась на Кавказе. Этот полк стал последним воздушным подкреплением Севастополю. Как указывает исследователь этого вопроса М.Морозов: "Покрыть такие потери оказалось нелегко. Ресурсы ВВС ЧФ истощались".

Но, так ли это? Приведу состав ВВС ЧФ на 3 июля 1941г. Они включали:

63-ю авиационную бомбардировочную бригаду в составе

40-го авиационного полка (аэродром Елизаветинская). В полку насчитывалось 10 СБ(исправно 7),9 шт. Пе-2 (исправно 3)

5-го гвардейского минно-торпедного авиационного полка (аэродром Майкоп) в составе 15 самолетов ДБ-3

62-ю истребительную авиационную бригаду в составе:

3-го истребительного авиационного полка (аэродром Анапа): И-16 - 12 (все в строю 8), Як-1 -3(все в строю),

7-го истребительного авиаполка (аэродром Анапа): ЛаГТ-3 - 7 (в строю 2), МиГ-3 - 13 (в строю 9), Як-1 - 2 шт.

32-го истребительного авиационного полка (аэродром Анапа): МиГ-3 - 4/0, И-15 - 2/2, (аэродром Мысхако): ЛаГТ-3 - 1/0, (аэродром Лазаревская): ЛаГТ-3 -13/11, И-16 - 1/1, Як-1 - 1/1,(аэродром Агоя): И-15 - 10/9,

62 истребительного авиационного полка (аэродром Майкоп): ЛаГГ-З - 5/5, (аэродром Анапа): Як-1 - 9/6, ЛаГТ-3 - 4/4, аэродром Мысхако: ЛаГГ-З -10/10;

Отдельные подразделения:

-46-й штурмовой авиационный полк (аэродром Ейск): УТ-16 - 2/2, (аэродром Анапа): УТ-16-18/16);

- эскадрилья 18-го штурмового авиаполка (аэродром Курганская): Ил-2 - 18/18,

- 14-я эскадрилья: Ил-2 - 9/7;

- 27-я эскадрилья (аэродром Елизаветинская): Пе-2 - 4/3;

- 60-я эскадрилья (аэродром Поти): МБР-2 - 10/8

- 80-я эскадрилья (аэродром Геленджик): ГСТ - 1/1, Че-2 - 1/1, МБР-2 - 1/1;

- 82-я эскадрилья (аэродром Геленджик): МБР-2 - 7/6);

- 87-я эскадрилья (Ейск): И-15 - 5/4, Анапа: И-16 - 8/8;

- Отряд корабельной авиации (Поти): МБР-2 - 2/1, КОР-2 - 2/2, (Туапсе): МБР-2 - 3/3, КОР-2 - 2/2.

Всего с учетом учебных и резервных подразделений на 1 июля 1942 г. в составе ВВС флота числилось:

- бомбардировщиков: 23/12 (СБ - 10/6 и Пе-2 - 13/6);

- торпедоносцев: 15/11 (ДБ-3);

- штурмовиков: 54/45 (Ил-2 - 32/25 и УТ-16 - 21/19, У-26 - 1/1);

- истребителей: 126/93 (Пе-3 - 2/0, ЛаГГ-З - 45/32, МиГ-3 -13/9, Як-1 - 22/19, И-16 - 22/18, И-153 - 3/0, И-15 - 19/15);

- гидросамолетов: 59/43 (МТБ-2 - 1/1, Че-2 -1/1, МБР-2 - 50/36, ГСТ-1/1,КОР-3-4/4).

Но эта цифра уже включила в себя самолеты перелетевшие из Севастополя, а именно:

- 6-й гвардейский истребительный авиационный полк, состоящий из одного самолета Як-1

- 9-й истребительный авиационный полк, шесть Як-1 и один И-16, все машины исправны,

- 18-й штурмовой авиационный полк пять неисправных Ил-2 ,

- 23-й штурмовой авиационный полк от которого остался один У-2б

- 116-й морской разведывательный авиационный полк (Геленджик: МБР-2 -7/5);

- 119-й морской разведывательный авиационный полк (Ейск: МБР-2 - 6/5, Николаевка: МБР-2 -15/8);

Т.е. говорить о том, что ВВС флота исчерпали ВСЕ ресурсы для спасения Севастополя, это большое преувеличение. Да, авиация понесла тяжелые потери, но сохранила достаточно много машин. Причем, много машин относились к современным типам. Можно ли было спасти Севастополь, бросив эти силы в бой? Вряд ли.

Для того, чтобы сломить немецкую воздушную блокаду, требовалось нанести мощные бомбоудары по немецким аэродромам, перебросить в Севастополь много истребителей. Но, выполнить это было невозможно. Аэродромов в Севастополе не хватало. Вернее, аэродромы были, но практически вся территория города простреливалась и ... бомбилась. Замкнутый круг. Самолеты не могут перебросить, потому, что бомбят, а бомбят потому, что не перебрасывают истребители. Узел могли развязать зенитчики, но ...

Глава 6 "Такого ада мы еще не устраивали никому..." .

Первый удар немецких войск, действительно, получился массированным. Начался он с авиационной и артподготовки. Сосредоточение ресурсов под Севастополем, действительно, было уникальным. Потом, во многих эпизодах войны будут и более масштабные примеры применения артиллерии, но на тот момент это было событие уникальное.

Обратимся к составу армии противника. Объективно говоря, после падения Керчи, судьба Севастополя была решена. Состав 11-й армии даже по численности, в 2,5 раза больше сил защитников. Причем даже без учета техники. Многие историки оспаривают цифру в 250 тыс. человек. Советские историки говорят о полумиллионной группировке, и о 100 тысячах защитников, постсоветские всего о 150 тысячах в 1-й армии и 127 тысячах защитников. Вопрос о численности частей СОР мы уже рассмотрели. А вот о численности немецкой армии есть большие разночтения. Цифра 150 тыс. человек, не обеспечивает достаточного перевеса штурмующих частей для взятия города. Но эта цифра лукавая. Это численность только боевых частей дивизий 11-й армии под Севастополем на момент начала штурма. Она не учитывает вспомогательных частей, и частей армейского и корпусного подчинения, артиллерийских частей усиления. Т.е. советские части считают полностью, а немецкие лишь частично. Это неправильно.

Приведу полный список частей немецкой 11-й армии (кто не любит длинные перечни, пожжет обратиться сразу в конец к главы к выводам):

Штаб армии

Части армейского обеспечения:

1. 553-я комендатура полевого управления

2. 558-й армейский полк связи

3. 587-е управление снабжения

4. Железнодорожное управление, в составе:

-Штаб управления;

-19-я строительная бригада;

-Служба снабжения;

5. 37-строительный полк;

6. 521-й инженерно-строительный батальон

7. 552-й инженерно-строительный батальон

8. 646-й инженерно-строительный батальон

9. 505-й дорожно-строительный батальон

10. 678-й дорожно-строительный батальон

11. 245-й строительный батальон (строительство лагерей для пленных)

12. 2-й крепостной строительный батальон

13. 61-й крепостной строительный батальон

14. 597-й дорожно-строительный батальон

Части прямого армейского подчинения:

1. 300-й танковый батальон;

2. 223-я рота трофейных танков;

3. 617-й картографический батальон;

4. 756-й батальон регулировщиков движения;

5. 766-й артиллерийский полк береговой обороны, в составе:

- Штаб полка

-145-й артиллерийский береговой дивизион (две батареи 150-мм орудий в районе Евпатории);

-147-й артиллерийский береговой дивизион (две батареи 105-мм орудий, еще одна батарея числится в составе LIV корпуса);

-148-й артиллерийский береговой дивизион (две батареи 105-мм орудий) 1-я батарея Евпатория, 2-я батарея Очеретай (современное Прибойное), 3-я батарея в районе пос. Кача, в составе LIV корпуса;

-284-й артиллерийский береговой дивизион (три батареи 150-мм орудий);

-774-й артиллерийский береговой дивизион (три батареи 150-мм орудий)

-789-й артиллерийский береговой дивизион (три батареи стационарных 105-мм орудий);

-батарея 601-го морского артиллерийского дивизиона (временно подчинена армии, 105мм орудия в районе Феодосии)

6. 926-е строительное управление в составе:

-173-я подвижная строительная колонна;

-1-е отделение 403-й подвижной строительной колонны;

-1-е отделение 410-й подвижной строительной колонны;

-2-е отделение 427-й подвижной строительной колонны;

-2-е отделение 430-й подвижной строительной колонны;

-536-я подвижная строительная колонна;

7. 693-я рота пропаганды;

8. 521-й картографический взвод;

9. 542-е картографическое управление;

10. 647-е отделение полевой жандармерии;

Т.е. частей и пушек много, но далеко не все они находятся не под Севастополем. Советские десанты сыграли свою роль, 11-я армия вынуждена была оттянуть достаточно много пушек и частей для береговой бороны. Обычно принято клеймить позором советскую 51-ю армию за то, что она держала достаточно большой контингент на охране побережья, увы, должен огорчить, у немцев, на береговую оборону было поставлено еще больше людей и пушек. Причем, это еще не весь перечень орудий, стоявших в береговой обороне, часть орудий числилась в составе корпусов. Но, продолжим. Под Севастополем находились два немецких корпуса LIV (54-й) и ХХХ (30-й).

54-й корпус

Части корпусного обеспечения:

454 корпусной батальон связи

454 корпусное управление снабжения

Части корпусного подчинения:

190-й батальон штурмовых орудий (13 шт. коротких и 6 "длинных" Stug III)

197-й батальон штурмовых орудий (18 шт.)

3-й батальон 204-го танкового полка 22-й танковой дивизии;

46-й корпусный саперный батальон;

744-й корпусный саперный батальон;

905-я саперная рота (штурмовые плавсредства);

88-я подвижная строительная колонна;

620-я подвижная строительная колонна.

15-е отделение полевой связи;

791-я автотранспортная рота;

872-я автотранспортная рота;

316-я рота жандармерии.

560-й противотанковый дивизион ( в мае переоснащен 75 и 76,2 мм орудиями)

306 -я высшая артиллерийская комендатура (сокращенно HArKo 306 ), которую ошибочно называют дивизией, в составе:

Состав 306 HArKo:

Штаб

2. 49-й артиллерийский полк в составе:

- Штаб 49-го артиллерийского полка (береговые батареи);

- батарея 147-го берегового артиллерийского дивизиона (105-мм орудия)

- батарея 148-го берегового артиллерийского дивизиона (105-мм орудия) на Каче;

-502-я отдельная артиллерийская батарея;

-741-я отдельная артиллерийская береговая батарея (28cm Kusten Haubitze);

-742-я отдельная артиллерийская береговая батарея (28cm Kusten Haubitze);

-743-я отдельная артиллерийская береговая батарея (28cm Kusten Haubitze);

-744-я отдельная артиллерийская береговая батарея (28cm Kusten Haubitze).

3. 781-й тяжелый артиллерийский полк (железнодорожная артиллерия) в составе:

- Штаб 781-го артиллерийского полка;

-31-й батальон артиллерийской разведки;

-556-й батальон артиллерийской разведки;

-627-й взвод артиллерийских корректировщиков;

-513-й метеорологический взвод;

-459-я отдельная артиллерийская батарея (420-мм гаубица Гамма);

-672-й артиллерийский железнодорожный дивизион (800-мм орудие Дора);

-688-я артиллерийская железнодорожная батарея (280-мм орудия Бруно)

4. 787-й тяжелый артиллерийский полк в составе:

- Штаб 787-го артиллерийского полка;

-1-й дивизион 77-го тяжелого артиллерийского полка (150-мм гаубицы);

-2-й дивизион 54-го тяжелого артиллерийского полка (150-мм гаубицы и 105-мм пушки);

-дивизион 111-го тяжелого артиллерийского полка (150-мм гаубицы)

-дивизион 2-го тяжелого артиллерийского полка (210-мм гаубицы)

-458-я отдельная тяжелая артиллерийская батарея (42cm tezky houfnice vz.17)

-624-й тяжелый артиллерийский дивизион (305mm houfnice M.1938 Skoda)

-641-й тяжелый артиллерийский дивизион (30.5 cm tezky mozdir vz. 16 и 35.5cm M 1);

-737-й тяжелый артиллерийский дивизион (15 cm tezka houfnice vz. 15);

-767-й тяжелый артиллерийский дивизион (150-мм орудия)

-2-й дивизион 814-го тяжелого артиллерийского дивизиона (24 cm tezky kanon vz. 16);

-дивизион 818-го тяжелого артиллерийского полка (105-мм орудия)

-815-й тяжелый артиллерийский дивизион (30.5 cm tezky mozdir vz. 16);

-833-й дивизион тяжелых самоходных орудий (600-мм гаубицы Карл);

-857-й тяжелый артиллерийский дивизион (210-мм гаубицы);

-917-я отдельная батарея самоходных орудий (Canon de 194 GPF)

5. 1-я Ракетная бригада, в составе:

-Штаб бригады

-1-й полк пусковых реактивных установок (пусковые установки 280/320-мм)

-батарея 1-го полка тяжелых минометов (150-мм)

-батарея 54-го дивизиона тяжелых минометов (150-мм)

-4-я отдельный минометный дивизион (105-мм минометы)

Пехотные части:

1. 22-я пехотная Нижнесаксонская дивизия : 16-й, 47-й , 65-й пехотные полки, 22-й артполк, 22-й батальон ПВО, 22-й батальон полевого пополнения, 22-й саперный батальон, 22-й противотанковый дивизион, 22-й разведбат, 22-й батальон связи, 22-я санитарная служба,

2. 24-я Саксонская пехотная дивизия, 31-й, 102-й, 103-й пехотные полки, 24-й артиллерийский полк, (три дивизиона) 1-й дивизион 60 АП (12х 15cm sFH "18"), вошел 4-м дивизионом в 24АП, 24-й батальон полевого пополнения, 24-й разведбат, 24-й саперный батальон, 24-й противотанковый дивизион, 24-й батальон связи, 24-я служба снабжения, 24-я санитарная служба

3. 50-я Брандербургская пехотная дивизия: 121-й, 122-й , 123-й пехотные полки, 150-й артиллерийский полк, 150-й батальон полевого пополнения, 71/150-й саперный батальон , 150-й противотанковый дивизион, 150-й разведбат, преобразован 7.06.42г. в велосипедный батальон, 71-й батальон связи, 354-я служба снабжения, 150-я медслужба, 150-я ветеринарная рота

4. 132-я пехотная дивизия : 436-й , 437-й , 438-й пехотные полки, 132-й артиллерийский полк, 132-й саперный батальон, 132-й противотанковый дивизион, 132-й батальон связи, 132-я служба снабжения, 132-я санитарная служба

5. 4-я горнострелковая дивизия (рум.) в составе трех горных групп (8,-й, 9-й и 16-й) по три батальона в каждой, 4-го горного пионерного батальона, 4-го горного артиллерийского полка.

Части усиления: 213-й пехотный полк 73-й пехотной дивизии, 190-й и 197-й дивизионы штурмовых орудий, 560-й моторизованный противотанковый дивизион, шесть корпусных пионерных батальонов, ряд более мелких подразделений.

30-й корпус

Части армейского обеспечения

430-й корпусной батальон связи

430-я группа снабжения.

Части корпусного подчинения

1. 110-я артиллерийская комендатура (ArKo 110):

29-й батальон артиллерийской разведки

два дивизиона 2-го тяжелого артиллерийского полка (210-мм гаубицы и 150-мм орудия)

154-й тяжелый артиллерийский дивизион (150-мм гаубицы)

батарея 624-го тяжелого артиллерийского дивизиона (305-мм гаубицы)

батарея 767-го тяжелого артиллерийского дивизиона (150-мм орудия)

батарея 818-го тяжелого артиллерийского дивизиона (105-мм орудия)

2 батареи 147-го берегового артиллерийского дивизиона (105-мм орудия)

2 батарея 772-го берегового артиллерийского дивизиона (150-мм орудия Кореиз и Ялта)

батарея 601-го морского артиллерийского дивизиона

2. 249-й батальон штурмовых орудий (12 шт.)

3. 610-й зенитный артиллерийский дивизион

4. 70-й дивизион тяжелых минометов (150-мм минометы и 280/320-мм установки)

5. 690-й саперный полк, в составе:

Штаб полка

70-й саперный батальон

741-й саперный батальон

902-я саперная рота (штурмовые плавсредства)

176-я подвижная строительная колонна

430-й корпусный батальон связи

430-й корпусный батальон снабжения

430-й корпусный картографический батальон

430-я рота полевой почты

430-я рота жандармерии

6. Пехотные части:

72-я пехотная дивизия, 105-й пехотный полк, 124-й пехотный полк, 266-й пехотный полк, 172-й артиллерийский полк, 172-й саперный батальон,

170-я пехотная дивизия, 391-й пехотный полк, 399-й пехотный полк, 240-й артиллерийский полк, 240-й саперный батальон,

28-я легкопехотная дивизия: 49-й егерский полк, 83-й егерский полк, 28-й артиллерийский полк, 28-й саперный батальон.

На охране побережья находилась т.н. "боевая группа Шредера".

Горный румынский корпус

В составе:

-Штаб корпуса

-1-я горнострелковая дивизия, в составе двух горных групп 1-й (2-й, 3 и 23-й батальоны) и 2-й (1-й, 4-й и 24-й батальоны), 1-й артиллерийской группы, 2-го горного артдивизиона, 2-го пионерного горного батальона.

-18-я пехотная дивизия, в составе 18, 90, 92-го полков, 35-го и 36-го артполков,

-7-й корпусный артиллерийский полк (рум.)

Штаб полка

51-й артиллерийский дивизион (105-мм орудия)

53-й артиллерийский дивизион (150-мм орудия)

52-й отдельный артиллерийский дивизион

54-й отдельный артиллерийский дивизион (150-мм орудия)

57-й отдельный артиллерийский дивизион

Но это только те части, которые находились в начальный период под Севастополем. На завершающем этапе, для того, чтобы "дожать" ситуацию, перебрасывались части 46-й, 213-й, 444, 125-й немецких дивизий, перебрасывались и части 10-й румынской ПД, но об этом чуть позже.

Если же просуммировать только те части, которые были под Севастополем, в начальный период, то получим 235 тыс. человек. Но это без учета Люфтваффе. И дело даже не в авиации.

В этом перечне отсутствует т.н. "группа Север", т.е. пять артиллерийских полков ПВО. А ведь именно они применялись для борьбы с долговременными точками севастопольской обороны. Кроме этого, под Севастополем, действительно было сосредоточено огромное количество авиации.

Соединение

Подразделение

Аэродром

Количество самолетов в подразделениях на 1.6.1942

VIII авиакорпус

I/KG51

Запорожье, Сарабуз

35 Ju-88A-4

II/KG51

Запорожье, Сарабуз

38 Ju-88A-4, C-6

I/KG76

Сарабуз

28 Ju-88A-4

III/KG76

Сарабуз

41 Ju-88A-4, C-6

I/KG100

Саки

33 Не-111Н-6

III/LG1

Евпатория

27 Ju-88A-4

I/StG77

Сарабуз

37 Ju-87B/P./D

II/StG77

Сарабуз

29 Ju-87B/R

III/StG77

Сарабуз

27 Ju-87B/R

III/JG3

Сарабуз

27 Bf-109F-4

II/JG77

Багерово Сарабуз

36 Bf-109F-4

III/JG77

Сарабуз Багерово

37 Bf-109F-4

3(H)/11

Симферополь

10 BM10C-5, D-4, Е-3

3(H)/13

Симферополь

14 HS-126B-1

Westa76

Николаев

11 Ju-88A-4, D-1, D-5, 2 Не-111Н-6

FliFu Sud

II/KG26

Саки

45 Не-111Н-6

I/JG77

Константиновка Сарабуз Багерово

27 Bf-109F-4

4(F)/122

Саки

13 Ju-88D-1, D-5, 1 Не-111Н-6

4(H)/31

Керчь

11 Fw-189A-1, А-3

Итого

246 БА, 93 ПБА, 27 ИА, 62РА= 528 боевых самолетов

Что можно сказать, анализируя эти цифры? Только то, что командование СОР не смогло обеспечить нужное сосредоточение сил для обороны города. Если с 15 мая по 1 июня еще что-то можно было сделать для обеспечения удержания Севастополя, то после этой даты все попытки доставить что-то в город приводили к большим потерям.

Самое интересное, что в высшем эшелоне командования СОР, с самого начала осознавали, что город не удержать. Многих волнует вопрос, а можно ли было удержать город? Скажу прямо: скорее всего, нет, а после выхода немцев к бухте, однозначно -нет.

Да, штурм Севастополя потребовал от 11-й армии большого напряжения, потребовал много ресурсов, но... В 11-й армии, и после взятия города еще оставались относительно свежие части. Рассмотрим, какие же еще части были в 11-й армии.

7-й румынский корпус в составе двух пехотных (19-й и 10-й) дивизий, и одной кавалерийской (8-я кавдивизия).

42-й корпус в составе 46-й пехотной дивизии и моторизованной бригады Корнэ и "группы Риттера". Кстати в его составе на тот момент находились три дивизиона армейской береговой артиллерии и три батареи морских орудий (две из которых- бывшие советские). Кроме этого в составе корпуса находились 46-й, 70-й и 533 пионерные батальоны. Частично эти части были задействованы и под Севастополем, но далеко не все, и резерв, чтобы добить Севастополь у Манштейна оставался.

Итак, немецкая подготовка наступления началась....Чтобы не демаскировать позиции своих батарей, немецкие войска наносили, как сказали бы сейчас, точечные артиллерийские удары по командным пунктам и узлам обороны.

Несмотря на все недостатки советской обороны, немецким войскам эта тактика, в отличие от Керчи, успеха не принесла. КП дивизий и полков, за редким исключением, имели хорошие укрытия. Правда стоит заметить, что именно в период, когда немецкой авиацией и артиллерией проводились точечные удары, резко возрастают потери офицерского состава в чине от майора до полковника. И все же основная цель немецких налетов не была достигнута. Советскую оборону дезорганизовать не удалось. Тогда началась планомерная, многодневная, массированная обработка оборонительных линий артиллерией и авиацией.

Приведенные в заголовке слова принадлежат немецкому офицеру Р.Мюллеру. Немецкая артподготовка действительно была беспрецедентной. Две тысячи стволов, в течение пяти суток почти непрерывно вели огонь по городу. Ежедневно немецкая авиация делала от шестисот до тысячи восьмисот (!) вылетов. Город действительно стал похож на ад.

Не стану повторять рассказы о "Доре", "Одине", "Торе", чешских и немецких тяжелых мортирах и гаубицах. Отмечу только, что наибольший эффект, как ни странно, оказали не эти монстры, а ... немецкая реактивная артиллерия. Именно ее снаряды, имевшие калибр гораздо больше, чем у советской "Катюши" оказались эффективными против некоторых видов советских укреплений и линий связи. Многие деревоземляные огневые точки, столбы проволочных заграждений, телеграфные столбы сгорели именно после обстрела реактивными зажигательными снарядами. Для выжигания лесных массивов применялись фосфорные минометные снаряды и зажигательные бомбы.

Массированная артподготовка началась в начале июня и продолжалась пять дней подряд. Советские авторы утверждают, что эффект от нее был близок к нулю. Это неправда. Обследования рубежей и анализ воспоминаний фронтовиков рисуют совершенно иную картину. П.А.Моргунов писал об этом так: "Несмотря на такую продолжительную и мощную авиационно-артиллерийскую огневую обработку обороны, наши потери в личном составе были незначительными. Спасали глубокие и узкие траншеи, а также подкопы под их передние стенки". Из воспоминаний старшины второй статьи Игнатьева: ".... Фашисты вели огонь орудиями крупного калибра, даже от близкого разрыва такого снаряда сборные огневые точки разваливались, так, как будто они были сложены не из бетонных камней, а из картонных кубиков. Выходы из многих укрытий и землянок засыпало. Мы были вынуждены под огнем противника откапывать своих товарищей. Многих спасти не удалось, и они так и остались навсегда под землей. После артиллерийской подготовки выскочив из бетонного каземата, я не узнал местности: все было перепахано артиллерийским огнем. Немецкие снаряды, взрываясь в каменистой севастопольской земле, высекали из нее тучу мелких и микроскопических камушков, которые тоже наносили раны....". Немецкая артподготовка имела и еще один эффект, на который мало кто обратил внимание, она разрушила большинство проводных средств связи. Полки и дивизии были лишены связи с комендантами секторов, а, следовательно, и с центральным командованием. Устойчиво работала только связь между КП командующего флотом и КП командующего Приморской армии, но без связи с войсками, она смысла не имела.

С одной стороны, советские историки пишут о том, что немецкая артподготовка не нанесла урона оборонительным сооружениям, с другой сами себе противоречат, описывая повреждения береговых батарей. Была повреждена даже бронебашенная батарея N30. Ее немецким артиллеристам нужно было вывести из строя в первую очередь, чтобы обеспечить выполнение плана операции. Из воспоминаний П.А. Моргунова: "К исходу дня была зафиксирована стрельба осадных 615-мм мортир, стрелявших по батареям береговой обороны. Одним снарядом была пробита крыша башни батареи береговой обороны N30, и та временно вышла из строя.".

Современное обследование линии обороны СОР показывает, что на участках наступления немецких войск практически все огневые точки были разрушены. Были разрушены и 2/3 укрытий, о которых пишет П.А.Моргунов. Это разночтение было вызвано, видимо, тем, что после освобождения Севастополя, в органах НКВД, проводилось разбирательство по вопросу слабости укреплений Севастополя, и создатели севастопольских укреплений были вынуждены оправдываться. На самом деле, при строительстве укреплений никто и предположить не мог, что немецкое командование будет столь массировано использовать артиллерию особо крупного калибра. Почти все выявленные огневые точки были уничтожены в ходе артподготовки. Немецкие артиллеристы (в отличие от кораблей ЧФ) вели точный и прицельный огонь по выявленным целям до полного их уничтожения. Это была не стрельба по площадям. Приведу статистику по сборным железобетонным огневым точкам. Это наиболее распространенный вид дота в Севастополе. Сохранились до настоящего времени в более или менее целом виде до 10% этих укреплений. Еще 10% были уничтожены современной застройкой, 55% представляют собой россыпь блоков, перемешанных с землей - это результат немецкой артподготовки. Остальные имеют очень характерные повреждения. Снаряд прошивал стену укрепления, кроша бетонные блоки, и раскрывал дот как цветок в наружу, разбрасывая блоки на несколько десятков метров. Как правило, попадания снарядов приходятся на надамбразурные или подабразурные блоки. Лишь несколько дотов были уничтожены с тыла. Что же это было за оружие, с помощью которого немецкие войска уничтожали советские доты? Для уничтожения не выявленных огневых точек немцы использовали артиллерийские полки люфтваффе, вооруженные 8,8 см зенитками. Снаряд этого орудия мог пробить стену сборного дота с дистанции, недоступной для огня советского пулемета, установленного в доте. Твердым орешком для немцев оказались доты, вооруженные крупнокалиберным пулеметом ДШК, но таких было немного. В том случае, когда применить 8,8 см зенитку не удавалось, в ход шли зенитные автоматы Flakk и специальные штурмовые группы.

Было и еще одно эффективное средство для борьбы с советскими дотами: 7,5 см штурмовое орудие Stug III различных модификаций и ... советская трофейная техника. В литературе упоминается о 4-х трофейных танках КВ, которые немецкие войска использовали против Севастополя. В других источниках речь идет о 28-ми КВ, захваченных на полуострове. Все это так, но ... 28шт. ИСПРАВНЫХ КВ показаны в официальном списке трофейной техники. Реально точное количество захваченных КВ и Т-34 установить сейчас, наверное, уже невозможно. Эффективными средствами борьбы с советскими дотами стали трофейные пушки УСВ и Ф-22, которые имели так же высокую начальную скорость снаряда. Кроме этого, в немецком арсенале имелись тяжелые французские танки, переоборудованные в огнеметные.

Арсенал борьбы с советскими укреплениями у немцев был достаточно большим. Однако, до того момента пока действовала советская полевая артиллерия, все эти средства, кроме штурмовых групп, оказывались бесполезными. А применение штурмовых групп вело к большим потерям, причем гибли наиболее подготовленные немецкие солдаты.

Глава 7 Начало штурма. Удар с Севера.

Не хотелось бы пересказывать события 3-го штурма, но без общей хронологии событий, разобраться в сложных вопросах будет сложно. Итак, канва событий такова:

Упредив наступление противника, артиллерия СОР 7-го июня произвела контр-артподготовку по позициям противника. П.А.Моргунов в своей книге "Героический Севастополь" пишет: "Около 3 час. 7 июня артиллерия СОРа провела контрподготовку по изготовившемуся к наступлению противнику и его артиллерийским позициям, которая, хотя и была сравнительно короткой (вследствие ограниченного количества боеприпасов), но все же на­рушила организацию и проведение им артподготовки и нанесла потери его пехоте. Только к 4 час. врагу удалось начать артподготовку. Ураганный артиллерийский, минометный и пулеметный огонь обрушился на наш передний край на всем протяжении фронта, особенно сильный в III и IV секторах, где действовали шестиствольные минометы и реактивные батареи. Одновременно была проведена авиационная подготовка. В 5 час. утра 7 июня немецко-фашистские войска перешли в общее наступление по всему фронту нашей обороны".

Затем началось немецкое наступление на стыке 3-го и 4-го секторов Севастопольской обороны и на левом фланге 4-го сектора. И, вроде бы никаких нерешенных вопросов по этому эпизоду нет, но если внимательно рассмотреть хронологию событий, наблюдается интересная динамика развития событий. Три дня немцы топчутся переда позициями 172-й дивизии, прогрызая их метр за метром, проходя в день около 500м, а 10-го июня сразу же выскакивают на 2,5 км вперед, и занимают станцию Мекензиевы горы. При этом, они, почти без задержек преодолевают тыловой рубеж и противотанковый ров. В этот день гибнут многие зенитные и полевые батареи, находящиеся в этом районе, и, если немецкие потери 7 и 8 июня были высоки, то начиная с 9 числа, они резко снижаются. Почему?

А потери немцев в первые три дня боев были очень высокими. Достаточно сказать, что в 22-й пехотной дивизии выбыли из строя почти все командиры батальонов. Причем, стоит учитывать, что офицеров в немецкой армии было относительно немного (по сравнению с советскими войсками), и их старались беречь. Несмотря на то, что главный удар наносила элитная дивизия, ее поддерживали танки, тяжелая артиллерия и авиация, немцы трое суток практически топтались на одном месте. Потом все изменилось...

События 3-го штурма, общеизвестны. Но советские источники обычно описывают события отдельными эпизодами, из которых общая картина не вырисовывается. Это сделано не случайно, чтобы соблюсти "политкорректность".

Объективно говоря, если разобрать картину первых дней третьего штурма, то выяснится, что первой свои позиции потеряла прославленная на страницах многих произведений, 79-я морская стрелковая бригада, на штате курсантской, которой командовал легендарный полковник А.С.Потапов. Именно из ее участка немцы в первый же день "выкусили" большой кусок, окружив роту 2-го батальона в противотанковом опорном пункте N2.

Вины командиров и бойцов бригады в этом нет. Линия обороны на этом участке объективно говоря, была слабой. В первой линии обороны бригады на направлении главного удара, стояли всего полтора батальона, против которых действовали сразу два немецких полка (16-й и 47-й) 22-й пехотной дивизии. Естественно, бригада, численностью чуть более 3 тыс. человек свои позиции удержать не смогла. Ее растянули более чем на 5 км. Да, участок был удобен для обороны, он был усилен пулеметными дотами 4-го батальона дотов и дзотов, но линия обороны бригады была слишком редкой.

Тактика немцев была обычной: "клещи". Они как бы выкусывали из севастопольской обороны куски, и если бы советская оборона действительно состояла из опорных пунктов, с круговой обороной, то немцам пришлось бы трудно. Это четко можно увидеть на примере противотанкового опорного пункта N2, который имел подобие круговой обороны. Его бойцы, продержавшись до ночи, и, в большинстве, смогли прорваться к своим. Но это было редкое исключение. Советская оборона имела, в основном, линейную структуру, рекомендации группы консультантов под командованием генерала Галицкого, выданные еще в январе, остались без внимания.

Однако не все командиры пропустили рекомендации московской группы мимо ушей. Оборона 172-й стрелковой дивизии полковника Ласкина имела комбинированную структуру. Она имела четыре опорных пункта с круговой обороной, и именно в них "завязли" лучшие немецкие части. Несмотря на то, что сосед справа отошел, дивизия, в основном, позиции держала, загнув фланг 747-го полка и удерживая противника от продвижения огнем артиллерии. Два передовых опорных пункта дивизии в районе долины Бельбека были окружены, но стойко держали оборону. Оборона одного из таких пунктов, стала яркой страницей в истории обороны.

Гарнизон Томатного завода, трое суток держался в окружении, его остатки в ночь с 9-го на 10-е июня вышли к своим. Они бы держались и дальше, но создалась критическая ситуация на основном участке обороны 172-й дивизии, и был дан приказ отойти назад.

Что же произошло? Почему создалась опасность прорыва немецких войск на участке 172-й дивизии? Все дело в том, что после того, как рухнула оборона соседа на правом фланге, 79-я стрелковая бригада, попыталась контратаковать, но атаковала неудачно.

Нельзя сказать, что комендант 3-го сектора Т.К.Коломиец ничего не предпринимал, для восстановления положения на участке 79-й бригады. Правда, делал он это очень оригинально. Он приказал бригаде контратаковать, восстановить положение, но усилил ее всего одним батальоном 2-го Перекопского полка, который к тому, же запоздал. Была ли возможность успеха у этой атаки. Давайте посмотрим на ситуацию объективно. Да советских батальона неполного (2-й батальон бригады и батальон 2-го Перекопского полка) состава должны атаковать два немецких полка (16-й и 47-й) и выбить их с позиций. Реально ли это? Однозначно - нет. Их атака привела лишь к большим потерям. Но разве признаются себе наши командиры в своей неправоте?

После этой атаки бригада отошла, еще дальше, полностью открыв фланг 172-й дивизии, противник атаковал во фланг и в тыл, "откусив" еще один кусок обороны. 747-й полк оказался тоже окружен. Ситуацию частично спасли артиллеристы 134-го гаубичного артполка, стоявшие в тылу. Они открыли огонь, обеспечивая выход из окружения окруженных бойцов, но и сами за это поплатились гибелью корректировочных постов и трех 122мм гаубиц, находившихся в боевых порядках пехоты.

122мм гаубицы вели огонь прямой наводкой, как полковые орудия. Дивизионы под командованием капитанов Мезенцева и Н. Ф. Постоя спасли много бойцов 747-го полка, но это дорого обошлось артиллеристам.

Долго держались бойцы соседнего 514-го полка той же дивизии. Но и им, после окружения 747-го полка пришлось загнуть фланг, чтобы не быть окруженными. Бой шел вокруг двух полуразрушенных казарм на обратных скатах высоты 104.5. К этому времени, 3-я севастопольская авиагруппа потеряла почти все свои штурмовики и большой процент истребителей. Немецкая авиация все уверенней себя чувствовала в севастопольском небе. С 9 июня 1942года, на зенитные батареи поступил приказ вести огонь только на самооборону. На обороняющиеся на высоте 104.5 части 172-й дивизии, сыпались уже не только авиабомбы...

Ветераны вспоминают, что с неба сыпались оперенные стальные стрелы, пробивавшие пехотинца почти насквозь. Их называли "тихой смертью", ни взрыва, ни выстрелов, а люди падают, как подкошенные.

И все же линию обороны удалось стабилизировать. В ночь с 8-го на 9-е июня удалось восстановить линию обороны, используя последние резервы: дивизионную школу младших командиров, 388-й полк, в котором успели сформировать только один неполный батальон, химроту, батальон связи. 172-я дивизия держалась из последних сил, но ...

Но противника смогли удержать еще два дня. А дальше.... 10-го числа, части 22-й немецкой пехотной дивизии перемололи остатки 172-й дивизии и 79-й бригады. Они атаковали зенитные и полевые батареи, стоявшие у нее в тылу, и выскочили к станции Мекензиевы горы. Все вроде бы просто и понятно, непонятно одно: почему пропустили тот момент, когда стрелковые части исчерпали свои резервы.

С большим опозданием, после того, как противник смог продвинуться на значительное расстояние, в бой вели 345-ю дивизию, но было поздно. Почему произошло именно так? Почему 345-ю ввели в бой тогда, когда вернуть позиции было уже нереально?

Версий две. Согласно первой, командование СОР просто потеряло управление войсками. Эту версию подтверждают многие воспоминания, суть которых сводится к следующему: части держались только на своих командирах. И, похоже это правда. Нет, внешне, по документам, все выглядит пристойно, командующий СОР и ЧФ сидя в одном бетонном бункере, шлет телеграммы в другой бетонный бункер, где сидит командующий Приморской армией, а заодно и своему начальству на Кавказ, но, ни один, ни другой бункер 9.06.42г. связи с войсками не имели.

Командующий СОР и ЧФ докладывал днем 7-го июня:

"Буденному, Исакову, Кузнецову

Начальнику Генерального штаба

Сегодня с утра противник перешел во всех секторах в общее наступление. На 12--00 все атаки I и II сектора отбиты. Идут жестокие бои с рукопашными схватками в III и IV секторах. Глав­ный бой происходит на высотах 64,4, 57,8 и 59,7, где противник вклинился в расположение 79-й стрелковой бригады и 172-й стрелковой дивизии. Наступают на этом участке 132-я, 50-я пехотные дивизии и 213-й полк СС. Противник применил танковые части и с самого утра непрерывно атакует, бомбит наши войска большим числом самолетов. Прошу облегчить положение с воздуха. Прошу нанести удары по аэродромам противника. Октябрьский, Кулаков"

Самое интересное, что из всех немецких частей, упомянутых в донесении, атаковала только 132-я пехотная дивизия, да и то, неудачно. 50-ю пехотную дивизию и 213-й полк 73-й пехотной дивизии (отнюдь не СС), немцы ввели в бой несколько позже.

В адрес генерала Петрова 7.06.42г. ушла грозная телеграмма: "Прорвавшегося противника к высоте 64,4 любой ценой уничтожить. Запрещаю откладывать контратаку на завтра, требую везде прочно удерживать свои рубежи"

На что генерал Петров дал обратную телеграмму командующему СОР "Делается все что можно, ..." Интересная картина. Два командующих, сидят в убежищах, и обмениваются телеграммами, не имея связи с войсками. Вернее, до вечера 8-го числа какая-то связь была, но после того, как противник захватил КП 172-й дивизии, а затем и запасной КП связь прервалась.

Все вроде бы сходится, но есть еще одна маленькая деталь. 345-ю дивизию должны были перебросить в помощь как минимум, 9-го июня утром, когда ситуация была еще под контролем. Вечером 8 июня командование СОРа дало телеграмму; "Петрову и Чухнову. Мой приказ восстановить положение 79-й бригады и 172-й дивизии не выполнен, потому что было упущено время. Запоздали подтягиванием 2-го полка морской пехоты. Положение в IV секторе таково, что полковник Ласкин потерял высоту 49,0 (это выс. 104,5), район, где был его КП. Его части продолжают отходить на рубежи третьей линии обороны. Приказываю:

В течение ночи 8 на 9/У1--42 перебросить всю 345-ю стрелковую дивизию район III--IV сектора. Продумать выгодные рубежи для ее полков.

Прочно занять войсками 95-й, 172-й, 345-й стр. дивизий и 79-й бригадой рубежи: дер. Любимовка--выс. 38,4, дальше по третьей линии обороны, противотанковому рву на восток -- отм.38,0, памятник на стыке с 25-й стр. дивизией.

Объявить лично всем командирам дивизий -- Капитохину, Коломийцу, что дальше этого рубежа отходить некуда. Отходить дальше без моего разрешения запрещаю... Врага остановить и
обескровить.

В течение ночи лучше окопаться, рыть ходы сообщения, все, что возможно, укрывать в скалы.

На 100% использовать дивизион РС.

Просмотреть огневые позиции с точки зрения смены и маскировки.

8/1У 17:53 Октябрьский, Кулаков"

Т.е. вроде бы приказ отдан своевременно, в ночь с 8-го на 9-е 345-я дивизия должна была занять оборону позади 172-й, на тыловойм рубеже обороны, и все было бы нормально, но...

Приказ дошел до И.Е.Петрова, и дальше не пошел. 345-ю сосредоточили в штольнях нефтебазы и железнодорожных тоннелях, но 9.06.42г. на рубежи не вывели. Почему? Непонятно.

В воспоминаниях ветеранов, нет-нет да скользит мысль о том, что И.Е.Петров просто мстил за что-то И.А.Ласкину. Но это не более чем сплетни, хотя....

Далее получился "карточный домик". 10 июня Военный совет дал директиву коменданту IV сектора полковнику А. Г. Капитохину: "Еще раз требую от Вас надежно удерживать высоты 38,4 и 42,7, усильте всем, чем возможно, этот участок. Если противник временно прорвется от станции Мекензиевы Горы на юг, юго-запад, ваша задача прочно удерживать эти высоты, образовав фронт на восток, бить противника по его правому флангу, использовать все, что вы имеете, вплоть до личного состава батарей, хозкоманд, саперных частей. Еще два-три дня, и враг будет отброшен, он истечет кровью. Октябрьский, Кулаков"

Но, где же 345-я дивизия? Почему в бой вводят хозкоманды, а полноценная дивизия, отсиживается в штольнях. Совершенно непонятно. Но результат предсказуем.

Противник прорвал линию обороны, которую занимали остатки 172-й дивизии, и начал громить зенитные и артиллерийские батареи, прикрывавшие советские войска. Зенитчики и артиллеристы сражались мужественно, но без прикрытия пехоты ничего не могли сделать. В этот день погибли 10 зенитных (6 армейских и 4 флотских) и 7 полевых батарей. Все ... начался развал ПВО и системы артогня Северной стороны СОР.

К этому времени, и 3-й сектор потерял много войск, а самое главное большой кусок территории СОР. Схема была традиционной: противник наносил два удара, сосредоточив на узком участке много войск, прорывал советскую оборону в двух местах, и выгрызал из обороны ту или иную часть. Правда, при этом многие подразделения достаточно долго сражались в окружении. Для немцев это было неприятным сюрпризом. Почти неделю, до 12 июня 1942г. держался окруженный 1-й батальон 79-й бригады, три дня держался в окружении батальон 2-го Перекопского полка. Советские источники об этих окружениях молчат. Нужно сказать, что в 3-м секторе, как и во время 2-го штурма царил беспорядок. Комендант сектора Т.К.Коломиец, несмотря на весь свой боевой опыт и высокое звание, сектором управлял из рук вон плохо, что вело к большим потерям. Приведу одну лишь цитату из политдонесения комиссара 25-й СД Блохина (который по совместительству являлся и комиссаром сектора), датированного 8.06.42г. :

"Сегодня 8.6.42г. противник с утра начал сильный артиллерийский обстрел и бомбардировал боевые порядки частей, особенно массированные огневые налеты наносил боевым порядкам 287 сп. С наступлением с рассвета в районе 287 сп противник силами до батальона перешел в наступление, и активизируя свои действия продолжал теснить левый фланг полка между 79 бр. и левым флангом нашей обороны. Просочившаяся группа автоматчиков к 14.00 проникла в район КП 287 СП и стали обстреливать расположение полка, командиры и бойцы работающие в штабе полка организовали круговую оборону и ведут бои.

Находившиеся в 287 сп комиссар дивизии ст. бат. комиссар тов.Волков и работники политотдела дивизии Карпенко Финк и Козлов встали во главе работников штаба 287 сп и пошли в атаку на автоматчиков. В результате этой операции ранен комиссар 25 сд и ст. бат. комиссар Волков получили легкие ранения работники политотдела Козлов, Финк. Принимаются меры для истребления вражеских автоматчиков и задержания прорвавшегося противника в районе левого фланга 25 СД. Для восстановления положения, в 287 СП были посланы отдельные подразделения химроты, разведроты и часть автоматчиков 31 СП

В силу того, что управление подразделения химроты, разведроты и часть автоматчиков 31 СП.(так в оригинале, повтор текста не опечатка, но часть текста вымарана шариковой ручкой). В силу того, что управление подразделениями со стороны командования 287 СП было потеряно, вышеуказанные подразделения прибыли на место и не знали что делать. Каждая груша действовала самостоятельно, не имея никакого взаимодействия и общего управления. Такое положение породило панику и растерянность среди прибывших для помощи групп, эта паника охватила и 3 б-н, который имел попытку отойти". Если это написано в прилизанном политдонесении, значит ситуация была действительно серьезной. В воспоминаниях коменданта 3-го сектора Т.К.Коломийца ситуация в секторе описана мутно, его воспоминания -это мешанина из газетных штампов, описывающих подвиги бойцов и командиров, совершенно не привязанная к местности. Бывший комендант 3-го сектора допускает такие ошибки, что невольно возникает вопрос, а управлял ли он войсками вообще. Так, к примеру, в его мемуарах 287-й полк оказывается в районе станции Мекензиевы горы и кордон Мекензия N1, а на помощь к ним спешат автоматчики, которые, по словам Т.К.Коломийца " уже совсем рядом, в Мартыновой балке". Для человека, малознакомого с географией Севастополя эти названия ничего не говорят, но в реальности, написана глупость. От начала до конца.

Кстати, в описании событий в советской научно-исторической литературе допускаются существенные искажения даже по сравнению с "отредактированными" после войны документами военного времени.

Г.И.Ванеев, в своей книге "Севастополь1941-42г", описывая тот же эпизод, пишет: "Во второй половине дня неприятель потеснил и правый фланг 79-й бригады, где занимал оборону 1-й батальон под командованием старшего лейтенанта Н.С.Оришко. Отошли подразделения левого фланга 287-го стрелкового полка (командир майор М.С.Антипин) 25-й дивизии".

Увы, части не отошли, а были окружены. Об этом четко говорят воспоминания ветеранов 2-го и 3-го батальонов полка. Для примера приведу воспоминания З.Смирновой-Медведевой (287-й полк), которые были опубликованы: "Я находилась в медсанбате уже третий день и считалась "старожилом". Не знаю, как перенесла бы я контузию и ранение в глаза, случись это в гражданских условиях. Но тогда, в борющемся Севастополе, едва придя в себя, я тут же поднялась на ноги. И подобное было не только со мной. Подходила к концу короткая июньская ночь, а машина, посланная за ранеными, все еще не возвращалась с переднего края. В штольнях по этому поводу ходили самые разные толки. Одни говорили -- на фронте наступило затишье и потому нет раненых. Другие считали, что полк попал в окружение, а из окружения не просто вырваться даже здоровым... Второе предположение казалось наиболее реальным большинству из нас. Но и оно требовало подтверждений. Вот я и отправилась к помощнику командира полка по тылу Сергею Ивановичу Зудину. Он так сухо встретил меня, что я сразу подумала: наши дела, кажется, действительно плохи. И все же спросила:

-- Сергей Иванович, вы не знаете, почему не вернулась машина, посланная за ранеными?

-- Не знаю. Ничего не знаю, -- сухо ответил Зудин. Не мог, видимо, сказать правды старый вояка.

Слишком горькой была эта правда: наш полк действительно попал окружение, а машина, посланная за ранеными на передовую, вряд ли когда-нибудь вернется в медсанбат". Но, может, пулеметчица 287-го полка ошибается? Увы нет. Ее рассказ подтверждается и другими воспоминаниями. Из воспоминаний А.М.Москаленко (287 СП) "Мы продержались в окружении с непрерывными боями 6 суток, потеряв много бойцов и командиров, уснувших навечно на Мекензиевых горах".

Никто не оставил своих позиций, но, может, и зря...Из тылов полка сформировали небольшой отряд (около 300 человек), который и начали называть старым именем "287-й полк", возглавил его майор Чередниченко. А основной состав полка, стоял на своих позициях, в лесах Мекензиевского плато, и лишь на третий день окружения отдельные группки бойцов начали сдачу в плен.

Но не у всех отрядов судьба сложилась именно так. Удивительна одиссея отряда, которым командовал Иван Ильич Кохно. Отряд сформировали для того, чтобы прикрыть брешь в 3-м секторе.

0x01 graphic

В нем было чуть более 150 человек. Удивительно, но отряд продержался до 17-го июня 1942года, и смог выйти к своим, тогда, когда их уже все похоронили. По ОБД "Мемориал" И.И.Кохно числится пропавшим без вести, но он выжил. В материалах конференции 1966года есть его доклад. Правда, вот что странно, в воспоминаниях Т.К.Коломийца о подвиге группы И.И.Кохно нет ни слова.

Группа И.И.Кохно держалась в надежде на то, что части 3-го сектора нанесут контрудар, и деблокируют ее, а так же другие окруженные части. И удар был. Правда, в этой истории тоже много непонятного.

После того, как 10-го июня противник прорвался к станции Мекензиевы горы, И.Е.Петров решил нанести контрудар. Тактика была не новой, заимствованной у немцев: "клещи". Прорвавшуюся группу противника решили ударами с двух сторон, отсечь от основных войск и окружить. С одной стороны, противника должны были атаковать два батальона 7-й бригады морской пехоты и "недоформированный" 241-й полк 95-й дивизии (в нем был всего один неполный батальон.), с другой, части 3-го сектора. С первой группой все просто и понятно. Она была, действовала, и несмотря на потери, задачу выполнила. А вот со второй группой ситуация совершенно непонятная.

Из воспоминаний Т.К.Коломийца: "Зазвонил телефон. Беру трубку. Командарм Петров сообщает, что принято решение нанести удар по вражеским частям, вклинившимся в нашу оборону, с двух сторон -- из третьего и четвертого секторов. От тридцатой береговой батареи навстречу нам пойдет ударная группа из подразделений полковника Е. И. Жидилова, -- часть бригады, которая перебрасывается на Северную сторону из второго сектора. В другую ударную группу войдут из Чапаевской дивизии 1-й батальон Разинского полка и 1-й батальон Пугачевского полка, 7 танков, рота бронебойщиков 54-го стрелкового полка, некоторые другие подразделения. Контратака назначается на одиннадцатое июня".

Все просто и понятно. Но, П.А.Моргунов в своей работе дает несколько иной состав войск 3-го сектора, назначенных для проведения контратаки. Действия второй группы из состава III сектора были следую­щими. Командовать группой генерал Коломиец назначил командира 54-го стрелкового им. Степана Разина полка подполковника Н. М. Матусевича. В ее состав входил 1-й батальон 54-го полка и несколько рот со средствами усиления. Поддерживал их сводный танковый батальон и обеспечивала артиллерия III сектора". Расхождение небольшое, но и оно уже вызывает определенные сомнения. 7 танков это не сводный танковый батальон, в перечне отсутствует батальон Пугачевского полка, но это мелочи. Если обратиться к документам, эти сомнения станут еще больше. Из политдонесения , датированного 11.06.42г."Сегодня 11.06.42г. с рассветом противник открыл артиллерийский, минометный и ружейно-пулеметный огонь но боевым порядкам и КП частей. Наши части прочно удерживают прежние рубежи. Выполняя боевой приказ сводная группа подполковника тов. Матусевича продвигалась вперед, имея задачу овладеть кордоном N1 и закрепиться. К исходу дня группа задачу не выполнила и находится в 2000 метрах от кордона Мекензи N1. Причиной невыполнения боевого задания является то, что наступление началось с большим опозданием, приданный Матусевичу 2 батальон 775 СП, 386 СД, командир батальона ст. лейтенант Науменко, вместо 4.00 начать наступление, сосредоточился на исходном положении в 7.10 и в 7.20 начал наступление. Эта медлительность послужила главной причиной невыполнения приказа. При продвижении вперед, сводная группа подполковника Матусевича подверглась ураганному артиллерийскому и минометному ружейно-пулеметному огню и бомбардировке с воздуха, что несомненно также сдерживало продвижение группы Матусевича".

Стоп. А, причем здесь 386-я дивизия? Ведь это войска 2-го сектора. Все дело в том, что, по воспоминаниям других ветеранов этой дивизии, уже перед самым наступлением, Т.К.Коломиец вынужден был признаться, что не смог собрать свою боевую группу. Части, намеченные для атаки, 10.06.42 уже ввели в бой, чтобы закрыть брешь в обороне сектора. И для того, чтобы атака все же состоялась, И.Е.Петров выделил войска из другого сектора. Но произошло это уже около 4 утра.

Документы подтверждают этот факт. 2-й батальон 775-го полка (командир ст.л-т Науменко) был передан в 3-й сектор для проведения атаки, но почему-то никто из наших историков об этом не пишет. Наверное, это сделано для того, чтобы не было стыдно генералу Т.К.Коломийцу, который так и не смог выполнить свою часть операции.

Некоторое недоумение вызывает информация о том, что к исходу дня "группа Матусевича" находится в 2 км от кордона Мекензия N1, т.е. даже на 500м дальше от кордона Мекензия N1, чем в начале дня. Невольно возникает вопрос, а была ли эта атака?

В некоторых воспоминаниях указывается, что пехота не поднялась в атаку. И, почти во всех воспоминаниях указывается, что группа была совсем малочисленной. Так, скорее всего, и было. Т.К. Коломиец, не смог организовать удар. Почему? Непонятно.

Непонятно и потому, что в самом секторе еще были резервы. Как указывалось в другом донесении: "против 3-го полка морской пехоты регулярных частей противника нет. Действуют румыны, татары, изменники Родины (так в оригинале) и всякий сброд". Полк сохранил боеспособность почти до последних дней обороны, и в отличие от других полков был укомплектован почти на 80%. Так что резервы еще были. Но комендант 3-го сектора, как и во время 2-го штурма со своей задачей не справился.

"Клещи" не сработали. Зато сработал план противника. Нанося удар с севера, противник ждал, когда советское командование снимет части из 1-го и 2-го секторов. И Манштейн рассчитал верно. 12 июня 1942г. для нанесения контрудара из 2-го сектора были взяты бойцы 7-й бригады. Правда, противник просчитался. Взяли всего один батальон, севастопольская оборона еще располагала внутренними резервами. Но... уход батальона А.С.Гегешидзе с участка 7-й бригады, послужил сигналом к нанесению удара с юга.

Глава 8 Удар с Юга, забытый подвиг.

В поселке Первомайское у подножья Федюхиных высот, есть одна достопримечательность, о которой в Севастополе (да и в самом поселке) мало уже кто помнит. Это пулеметный дот, ставший мемориалом. Табличка гласит, что это дот N9.

Это действительно пулеметный дот N9 2-го батальона дотов и дзотов. И, подвиг, совершенный расчетом этого дота (да и других бойцов этого батальона) достоин того, чтобы о нем вспомнили.

0x01 graphic

Дот N 9 в поселке Первомайка.

Жизнь странным образом переплетает судьбы людей. По доброй традиции, раньше студенты помогали убирать урожай сельскохозяйственным предприятиям. И в 1983 году, нас, студентов севастопольского вуза, отправили в совхоз-завод "Изумруд". Председателем там был Левон Калистович Захарьян. Если бы я знал тогда, что это за человек....

О подвиге бойцов электромеханической школы учебного отряда ЧФ, во время второго штурма написано много, но мало кто знает о подвиге еще одного батальона этой школы. Произошло это уже во время 3-го наступления немцев на Севастополь, и батальон уже назывался иначе... Но обо всем по порядку.

Батальон школы связи учебного отряда, в начале обороны, в ноябре 1941года, в бой водить не собирались. Связисты, сигнальщики, шифровальщики были ценными специалистами, и в сентябре большая часть школы ушла на Перекоп, в Каркинитский сектор, и на корабли ЧФ. В школе оставалось всего около 500 человек.

Из воспоминаний М.А.Стыскало. "...я учился в школе связи учебного отряда на радиста. Ночью нас выводили в район Английского кладбища, мы строили доты, рыли окопы. Днем возвращались на учебу. Потом из школы связи был сформирован отдельный батальон морской пехоты. Специалистов школы связи было мало и он был пополнен за счет электромеханической школы. Располагались мы у подножья Сапун-горы во втором секторе". Из воспоминаний Л.К.Захарьяна: "Часть личного состава школы эвакуировали в Поти, но на партсобрании было решено, что коммунисты и комсомольцы останутся защищать город, всего, в городе осталось 326 краснофлотцев и командиров, ряды нашего батальона были пополнены за счет других школ. Мы строили доты и дзоты в Золотой балке и на Сапун-горе...".

Из воспоминаний С.Г.Малышенко: " мы учились в электромеханической школе на котельных машинистов, в 5-й роте И.Ф.Жигачева. Нас использовали на оборонных работах в районе Сахарной головки, на погрузке боеприпасов в Одессу. Позже нас вернули в экипаж. Дней 10 с нами занимались, изучали станковый пулемет "Максима", станковый Дехтярева, гранаты, а потом направили в батальон школы связи. Здесь был сектор, связистов много взяли на Перекоп, и людей не хватало. Первое время были на Английском кладбище, охраняя город от высадки десантов, потом строили укрепления слева и справа от Ялтинского шоссе. До сих пор на выезде из Севастополя по старой дороге сохранился дот, где было наше КПП. Мне приходилось проверять документы у выезжающих и въезжающих в Севастополь".

Но во втором эшелоне батальон был недолго. Во время второго штурма 79-я бригада понесла тяжелые потери, и 30 декабря 1941г. часть батальона направляется на пополнение бригады. Из воспоминаний М.А.Стыскало: "когда 79-й бригаде стало трудно, нас 98 человек посадили на машины и направили на помощь.... После небольшой передышки нас направили в 3-й батальон, на передовую. Немцы наступали, и пришлось с ходу вступить в бой. Мы были одеты во флотскую черную форму, на земле лежал снег. После этого боя нас осталось 11 человек с младшим лейтенантом, двое были легкораненые. Мы хорошо довооружились: два станковых пулемета Максим и винтовки СВТ- десятизарядные. Под вечер немцы активизировались, взяли нас в кольцо, завязался в бой, один Максим был разбит, пулеметчик тяжело ранен....Оборону держали до 2 ночи, потом мл. лейтенант вывел нас к домику Потапова. ". Из ушедших в январе 98 человек, в батальон никто не вернулся. Не вернулись и 120 человек, ушедшие в 79-ю бригаду в феврале. По состоянию на 5 февраля в батальоне школы связи числится всего 326 бойцов. Правда, батальон уже именуется иначе. Теперь это 2-й батальон дотов и дзотов береговой обороны. Во главе его стоит тот же командир -капитан П.А.Губичев. В батальоне числится пять дотов (26, 25, 24, 23, 22), В дотах 1х100мм , 1х76мм (зенитная9К), 3х45мм орудий, все на тыловом рубеже. Три орудия на открытых позициях (N27, 28 и противотанковая 45мм пушка). В батальоне 13 пулеметных дотов и дзотов, минометный взвод (4х82мм миномета), отделение ДШК.

Из воспоминаний Л.К.Захарьяна: " До сих пор сохранились наши доты и дзоты. Справа от Ялтинского шоссе, загороженный колючей проволокой стоит наш дот N 1, сохранился 9-й дот в Первомайке, у изгиба железной дороги на Балаклаву". Из воспоминаний Малышенко: "8-й дот находился правее 9-го у дороги, 7-й дот находился у современного Ялтинского кольца, 5-й на самой Сапун-горе, 5-й "бис" у Ялтинской дороги. Был еще "запасной" дзот, вырубленный в скале на склоне Сапун-горы".

В феврале-марте батальон был пополнен личным составом, орудия N27 (75мм Канэ) и N28 (76мм 9К) установили в дотах, 45мм пушку тоже установили в сборный дот.

Из воспоминаний Малышенко: "Командный пункт наш был на месте Диорамы, большой бетонный и хорошо замаскированный. Командиром батальона был военинженер 3-го ранга Губичев, командиром батареи капитан Мороз (из летчиков), комиссаром старший политрук Мельников, потом батальонный комиссар Владимиров. Дот N 9 раньше был как командный пункт. Его построили из больших бетонных блоков. Мы заняли его в январе и начали его обживать. Дот наш был хорошо замаскирован и стоял невысоко над землей. Мы обложили его дерном, поливали его, тропинки рыхлили, рядом была землянка, соединенная крытым ходом сообщения".

Из воспоминаний Л.К.Захарьяна: "Я был секретарем партбюро, направлен был на самый важный участок, в дот N9 Расчет был небольшой, все с разных мест. Командир дота старшина 1-й статьи Гордиенко из Сталинской (Донецкой) области, краснофлотец Малышенко с Украины, Лаврин с Воронежа, Алиев -азербайджанец, я коренной крымчанин, Дрозд, по моему, был с Полтавы, Рябов откуда-то с Севера".

После 12 июня участок, обороняемый дотами 2-го батальона, оказался на направлении главного удара. Немцы наносили удар узким клином вдоль Ялтинского шоссе. Огневые точки последовательно, одна за одной вступали в бой и умолкали. К тому времени, когда в бой вступил 9-й, умолкли уже 6 дотов, их обломки -бетонные кубики с круглыми отверстиями, еще можно найти по обе стороны от Ялтинского шоссе. Из их расчетов назад никто не отошел. Из воспоминаний Л.К.Захарьяна "Немцы блокировали наш 1-й дот, комиссар Владимиров организовал контратаку, но был тяжело ранен в голову. 1-й дот пал". Весь его расчет во главе с командиром, краснофлотцем Н.Г.Лазаревым, числится пропавшим без вести. Числятся пропавшими без вести и расчеты дотов и дзотов N1А (командир краснофлотец Иконников А.П.), 2 (командир сержант Цецерин А.М.), 10 (ст. сержант Мирошниченко)

18-го июня настала очередь и 9-го дота. Из воспоминаний Малышенко " Немцы думали, что не встретят сопротивления, и пошли в атаку в полный рост, как стадо баранов, человек 100-150, с дикими криками. Вокруг пыль, гарь, дым, вой бомбардировщиков. Был я первый номер у станкового пулемета. Дрозд и Рябов из двух ручных бьют, меня с тыла прикрывая, Алиев только успевает диски набивать. Нас не видно, амбразуры сеткой затянуты, в стороне стоял ложный дот, и нас не сразу заметили. Много мы немцев тогда положили. Но дот есть дот, от пороховых газов дышать нечем, многим плохо стало". Кончилась вода, до колодца не добраться. Четверо суток держалось небольшое укрепление. 22-го июня прямым попаданием в амбразуру был разбит станковый пулемет, повреждены коробки с летами. Тяжелый снаряд разворотил бревна, упал внутрь , но не взорвался. В ночь на 23-го июня расчет дота получил приказ отойти в дот N8 к подножью Сапун-горы в районе современного Ялтинского кольца. Из воспоминаний Л.К.Захарьяна. " Здесь кроме дота были траншеи с огневыми точками. Артиллерийские доты уже не действовали, на месте одного из них дымились развалины. Расчет второго полностью погиб, но хоронить товарищей уже было некогда. 25-го июня, когда пошли в атаку танки, прикрыть наши позиции было уже некому. Погиб краснофлотец Лаврин, который вел огонь из ручного пулемета, ему оторвало снарядом голову. Пришлось его похоронить в окопе. За смерть товарища отомстил Малышенко. Ведя огонь из "кочерги" (противотанковое ружье), подобранной на поле боя, он подбил танк врага. В 8-м доте мы продержались еще три дня, потом отошли в 5-й дот (командир сержант А.М.Яловой), у дороги на Ялту возле Сапун-горы. Двое суток держались в 5-м, потом перешли в 7-й (командир сержант А.А.Тури) на вершине Сапун-горы. Скоро дот завалило бомбами, но мы выбрались через амбразуры. Укрылись в пещерке. Собралось нас 11 человек из разных частей, оружия почти не осталось. Утром враг забросал нас гранатами, и контуженных захватил в плен. Было это 29-го или 30-го июня".

Остатки 2-го батальона дотов и дзотов сражались вместе с 7-й бригадой морской пехоты в районе современной Диорамы. Из воспоминаний Е.И.Жидилова: "Правее нас высоты Карагач обороняет 9-я бригада морской пехоты, которая оперативно подчиняется мне. Она только что прибыла на кораблях из Новороссийска. Командует ею полковник Николай Васильевич Благовещенский, образованный, инициативный офицер, за плечами которого большая школа строевой службы и опыт боев на Керченском полуострове. Я поручаю ему выбить противника с высоты 157,6, покинутой 1330-м стрелковым полком. Это очень выгодная позиция, и оставлять на ней немцев опасно. Бойцы и офицеры бригады Благовещенского приложили все старания, чтобы взять высоту. Ночью бесшумно подошли к ней, охватили с трех сторон, с боями поднялись по склону. Но утром оказалось, что занята лишь небольшая часть высоты. Отбив многочисленные атаки гитлеровцев, бригада возобновила наступление в следующую ночь, но сил не хватило, и пришлось отойти. Тем временем наши разведчики пытались блокировать занятый немцами дот у самого подножия Сапун-горы. Не раз моряки подбирались к этой огневой точке. Немцы без выстрела подпускали их шагов на десять, а потом из амбразуры вылетала синяя ракета, и тотчас со стороны противника следовали прицельные залпы минометов прямо по доту. Разведчики несли потери. Тогда начальник химической службы бригады капитан Владимир Васильевич Богданов предложил использовать ампулометы. Стеклянный шар выстреливался устройством, похожим на миномет. При ударе шар разбивался, содержимое его вспыхивало жарким пламенем. Разведчики после многократных попыток ухитрились попасть ампулой в амбразуру. Немцы выскочили как ошпаренные, и победители прочно обосновались в доте". Высота 157.6, это высота с памятником Киевским гусарам, дот , который отбивали морские пехотинцы, это 28-й артиллерийский дот. В доте стояла старенькая 75мм пушка, бывшее учебное пособие ВМУБО. 25 июня в амбразуру дота влетел снаряд, сдетонировал остававшийся нем боезапас... Весь его расчет, во главе со старшиной 2-й статьи А.Ф.Курцевым погиб. Их изуродованные взрывом тела похоронили тут же в блиндаже дота (ныне на этом месте свалка садового кооператива).

0x01 graphic

Но батальон продолжал сражаться. Английское кладбище стало опорным пунктом, вокруг которого оборонялись отходящие части. Правым флангом эта позиция опиралась на Сарандинакину балку, левым на Лабораторное шоссе. На левом фланге 100мм дот N 23 (командир ст.1 статьи С.В.Терехов), за ним 45мм дот N 22 (командир старшина 2-й стати Н.В.Красильников), На другом фланге 76мм старая зенитка 9К в доте N 26 (командир ст.2 ст. Я.Ф.Курумов). Межу ними находились еще два 45мм дота N 24 и 25 и четыре пулеметных дота. Подробности того боя неизвестны.

На немецком фото, 23-й, "раскрытый" взрывом изнутри, напоминает бетонный цветок, видны обгоревшие останки расчета, стреляные 100мм гильзы. 26-й будто накрыт авиабомбой, его обломки лежат внутри дота. Есть воспоминания о поединке 25-го с немецкой 105мм пушкой. Когда в доте закончился боезапас, расчет отбивался стрелковым оружием. Дот получил прямое попадание в амбразуру, входной тамбур был снесен взрывом. Рядом с расчетами дотов сражались артиллеристы береговой батареи N 702 и зенитчики 926-й батареи, краснофлотцы и красноармейцы отступающих Частей. Все эти эпизоды отрывочны и не дают общей картины. Известно, что Английское кладбище продержалось 2 дня. Но почти все герои этого отчаянного боя остались безымянными. Достаточно сказать, что из пятисот бойцов батальона, без вести пропавшими, числятся 422 человека. Почти все они погибли в последние дни 29-го и 30-го июня 1942г. Пропал без вести и командир батальона... Они не отошли на мыс Херсонес, не оставили своих позиций. Восстановить память о них- наш долг.

Глава 9 Глупость или предательство? Загадка 138-й бригады.

Странностью севастопольской обороны стало то, что несмотря на то, что в город прибывали свежие части, с большой земли, они почти не оставили следа в истории обороны города. Одной из таких частей стала 138-я стрелковая бригада.

Вопросов по этой бригаде много... гораздо больше чем ответов. В каком количестве прибыла бригада, кто ей командовал, где сражались бойцы бригады. Итак...

П.А.Моргунов пишет хитро: " ...Прибывшая 13 июня в Севастополь 138-я стрелковая бригада в составе 3000 человек с несколькими артиллерийскими и минометными батареями находилась в готовности в районе близ Северной стороны в резерве армии, но она была последним резервом на всякий критический случай".

Да, до 13 июня прибыло всего около трех тыс. человек, это правда, но только по состоянию на 13-е число. Тем, не менее, ряд авторов, в своих работах, опираясь на эту фразу, дают неверные данные по численности бригады. Разберем внимательно события: 9 июня 1942года в Севастополь поступило сообщение о передаче в Севастополь 138-й бригады. 12-го июня 1942года в 23.32 из Новороссийска в Севастополь прибыл крейсер "Молотов" в охранении эсминца "Бдительный" которые доставили 2998 человек личного состава 138-й стрелковой бригады. На кораблях были доставлены 16 76-мм и 12 45-мм орудий, 8 120-мм минометов, 150 т боезапаса бригады. 15-го июня, второй ходкой крейсера доставлены 2325 человек личного состава 138-й стрелковой бригады, 24 шт. 82мм минометов, стрелковое вооружение, имущество, полевые кухни этой бригады. Всего, если верить документам, в составе бригады, прибыло 5323 человека. (2998+2325).

Косвенно, этот факт подтверждает и другая фраза из воспоминаний П.А.Моргунова: "За это же время, т. е. с 12 по 17 июня, было доставлено: личного состава 138-й стрелковой бригады и маршевого пополнения -- 6741 человек, 900 т боезапаса, 36 орудий...". Маршевого пополнения за этот период, на различных кораблях прибыло 1418 человек. Т.е. выходим на ту же цифру в 5,3 тыс. бойцов.

Причем, бойцов достаточно крепких. Формировалась бригада в Сталинградской области в Астраханском районе. Большую часть личного состава набрали из запасников флота и моряков каспийцев, вооружением бригаду укомплектовали за счет армии. Артиллерийский и минометный дивизионы были кадровыми, сибирскими. Командный состав был в основном из запаса, политический состав был укомплектован, в основном, добровольцами г.Астрахань. Получается, что по численности, это подразделение, не намного уступало Севастопольским потрепанным "дивизиям", однако, по неизвестной причине, почти не оставило следа в севастопольской обороне... Почему?

Нет, определенный след конечно остался. Севастопольский историк Г.И.Ванеев пишет: "17 июня ночью у командующего ЧФ и СОР вице-адмирала Ф.С.Октябрьского собрался руководящий коман­дно-политический состав СОР и Приморской армии. Генерал-майор И.Е.Петров доложил об итогах дневных боев, подчеркнув сложность положения на Северной стороне, особенно в районе четвертого сектора. Чтобы не допустить выхода противника к Северной бухте, он предложил утром 18 июня силами 138-й стрелковой бригады (командир майор П.П.Зелинский), находившейся в резерве, и 345-й дивизии (командир подполковник Н.О.Гузь) контратаковать противника в направлении северо-западнее балок Графской и Сухарной с одновременной отвлекающей атакой силами батальона 79-й морской стрелковой бригады полковника А.С.Потапова и батальона 2-го Перекопского полка морской пехоты подполковника Н.Н.Тарана".

Казалось бы, удар свежего, достаточно большого подразделения, должен был опрокинуть и отбросить немцев. Но, увы, этого не произошло. Вот как это описывают немцы: " 18.06г. началась сильная контратака русских на позиции 47-го пехотного полка, готовившегося к атаке на укрепленный железнодорожный туннель. Русская бригада, доставленная крейсером несколько дней назад по морю, атаковала позиции батальона с приданными противотанковыми орудиями, минометами, подразделением саперов и кавалерии (всего 17 офицеров, 50 унтерофицеров и 372 солдата). В утреннем тумане удалось уклонится от боя, ведя заградительный огонь артиллерией. В контратаке удалось взять до 800 пленных и захватить обратно утраченные позиции и даже продвинуться немного дальше". Странный результат...

Пять тысяч свежих советских бойцов атакуют немецкий батальон, терпят поражение, и откатываются назад, потеряв 800человек. В чем же дело? Чудес не бывает. Можно сколько угодно возносить немецкого солдата, и хаять советского, но, все равно, на войне так не бывает. Тем более, что в других боях астраханцы показали себя крепкими бойцами. Попробуем понять, что произошло. Насчет 800 пленных автор "Истории 22-й пехотной дивизии", цитата из которой приведена выше, явно соврал. Причем, соврал сильно. Вот сводки по пленным 22-й ПД за 18 и 19 июня 1942г. Всего 14 человек из 3-го батальона бригады 18-го июня и 5 человек из того же батальона 19-го. 800 человек никак не набирается. Но непонятно другое, почему в сводках пленных указан только один батальон, 3-й, ведь их должно быть пять. Попутно возникает еще ряд вопросов: почему все историки указывают командиром майора Зелинского, в то время, как по документам, командовать бригадой должен был подполковник Зайцев (1888г.р., призван из запаса)? И, откуда взялись 2-й Перекопский полк и 79-я бригада? Ведь эти части были уничтожены (почти полностью) за неделю до этого.

Из немецкого протокола опроса пленных: " 14 пленных из 3-го батальона 138-й отдельной бригады, плененных к северу от "лагеря танков" 47-м пехотным полком показали следующее: 138-я бригада состоит из 3-х стрелковых батальонов, по три стрелковых роты, одной пулеметной роты и противотанкового взвода. Состав роты 165 человек, вооружения 12 ручных пулеметов, 24 автомата на роту. В пулеметной роте 6 станковых пулеметов. В противотанковом взводе 20 человек , 8 противотанковых ружей Командует бригадой майор, фамилию никто не знает. Командир 3-го батальона майор Новореченный (или Новорещеннный, немецкая транскрипция непонятна). Скорее всего, речь идет о подполковнике Новокрещенных Владимире Федотовиче (1902г.р.) командире отдельного 3-го батальона. И опять загадка. Отдельный батальон в отдельной стрелковой бригаде,... что это за подразделение? Пока непонятно. Много неясного и по П.П.Зелинскому. По документам ОБД "Мемориал" он числится не майором, а подполковником, а дата гибели стоит 29 декабря 1942г. т.е. через полгода после оставления Севастополя. Причина выбытия -"пропал без вести".

Бригада была сформирована 23.03.42г. в Хоробали (150км от Астрахани)... доставлена к ст. Крымская, доставлена в Севастополь на крейсере "Молотов "14.06.42г.". Тяжелым вооружением бригада была оснащена очень слабо, но не в этом дело. 0x01 graphic

0x01 graphic

Если посчитать, то в 3-х батальонах наберется менее 3 тыс. бойцов. Т.е. это только та часть бригады, которая прибыла раньше. Из протокола опроса пленных: "3-й батальон был сосредоточен в железнодорожном тоннеле (указаны координаты Графского тоннеля). 1-й батальон атаковал в направлении форта "Донец" (земляное укрепление времен Крымской войны над военной нефтебазой).

2-й батальон атаковал в направлении "лагеря танков" (т.е. вдоль Симферопольского шоссе из Графской балки). 3-й батальон должен был атаковать посередине, вдоль по железной дороге". Т.е. батальонов все-таки три, а не пять. Но, даже три батальона- сила большая, а эффект нулевой (если не сказать хуже). Почему?

Вместе со 138-й стрелковой бригадой должны были перейти в наступление и части 345-й дивизии, может в ее документах что-то есть? Кое-что действительно есть: " Части 345СД после 30-минутной артподготовки перешли в наступление в направлениях: кордон Мекензи N 1, высота 60 восточнее Мекензиевы горы и продвинулись правым флангом на 200 метров и левым- 100-150 метров. В дальнейшем успеха не имели. Причины неуспеха: 1.Нерешительность отдельных мелких групп в наступления. 2.Сосед слева - части 138 бригады не обеспечили выхода на указанный в приказе рубеж. В результате этого левый фланг остался открытым, и противник с высоты 60.0 по флангам вел сильный ружейно-пулеметный огонь, что приостановило продвижение вперед. В 19:00 после 10-ти минутного огневого налета части дивизии вторично перешли в наступление". Итак, понятно, 138-я бригада, действительно не справилась с задачей. Но, почему, и почему, в числе пленных у немцев указаны только бойцы 3-го батальона, да и то, в очень незначительном количестве? Возможно, ответ содержится в воспоминаниях бывшего помначарта 345-й СД Л.Некрашевича: " Командование бригады прибыло к нам на Графскую штольню часа в два, Гузь тут же начал знакомить Зайцева (скорее всего, Некрашевич путает его с Зелинским) с обстановкой, и намечать план действий. Все было сделано, а батальоны не пришли.

Вместо того, чтобы использовать остаток ночи, дожидались рассвета. Батальоны были направлены кружным путем по открытой и пристрелянной немцами местности, мимо Инкермана, вдоль верховьев бухты, не дали даже проводника из бывалых командиров-севастопольцев.... Вскоре в штольню вбежал Гузь кричал Зайцеву: " Где бригада? Где твои батальоны?" Зайцев растерялся, и ничего не мог толкового ответить. Он этого не знал. Тогда Гузь ему крикнул: "Иди, и ищи свое войско!" Остался в штольне только начарт Белоусов. По совету Остроуха он тоже пошел разыскивать своих людей, набрал около взвода бойцов и с тем прибыл". Правда, в воспоминаниях Некрашевича не совпадают с документами многие детали. Так, например, по документам, начартом 138-й бригады числится не Белоусов, а майор Губарев В.К. (1904 г.р.). Но, очень похоже, что здесь Некрашевич прав.

Подтверждают эту версию и воспоминания Е.Н.Рыжкова, который пишет, что после сосредоточения в районе в.Суздальская, три батальона бригады, под общим командованием майора Зелинского, в 4 утра начали движение, спускаясь по дороге к мосту. "Неожиданно во главе колонны появился майор из 345-й дивизии, и устно передал приказ об изменении маршрута. Голова колонны повернула вправо, и начала спуск к поселку, батальоны разделились, пошли по разным дорогам ... когда проходили Инкерманские казармы, наш 2-й батальон накрыл плотный огонь артиллерии".

Из воспоминаний складывается странная картина. Все три батальона бригады начинают движение около 2 часов ночи. По прямой до исходных рубежей 3,5км., всего 1 час пешего хода. Вместо этого колонны встречает "представитель 345-й дивизии", и колонны меняют направление движения, двигаясь в обход. Два батальона из-за этого опаздывают. Причем, все три колонны попадают под обстрел 22-го немецкого артполка. 1-й батальон накрывают в районе Чертовой балки, 2-й батальон в районе Инкерманского болота, 3-й уже на подходе Графской балке. При этом, выясняется, что 345-я дивизия своих "представителей" не посылала. Описывают их так: один: "толстый майор, с опухшим лицом и сильным перегаром", второго описывают так: " ...высокий худой молчаливый майор с мрачным вытянутым лицом".

Возникает ощущение, что, действительно, атака сорвалась в результате диверсии или предательства. Сейчас сложно пока сказать, как же все происходило, но, ясно одно: людей положили абсолютно бездарно. Все три батальона понесли серьезные потери от артогня и авиации противника, даже не вступив в бой с противником. Остатки 2-го батальона бригады (229 человек) были пленены в районе Сухарной балки 25 июня, первый батальон смог прорваться из окружения, и занял оборону в бывшем монастыре, в районе современного автомобильного моста через р.Черная.

Но, где, же 4-й и 5-й батальоны бригады? Ответ так же удалось найти в воспоминаниях. Оказывается бригаду просто "поделили". 4-й и 5-й батальоны, прибывшие позднее, "придержали", раздав их по другим частям. В результате в Севастополе вновь появляется 79-я морская стрелковая бригада (полностью прекратившая к этому моменту свое существование). От бригады еще оставались в строю тылы и штаб, но последнее боевое подразделение - минометный дивизион, погибло 16-го июня 1942г в районе Мартынова оврага. Вновь появляется и 2-й Перекопский полк, почти полностью уничтоженный еще 12-го июня. Создается ощущение, что севастопольское командование, просто пыталось скрыть реальный масштаб потерь.

Последний бой части бригады приняли на Сапунгорском рубеже. Артиллерийский дивизион находился в районе высоты Суздальская, 1-й и 2-й сводный батальоны бригады находились в районе бывшего моста (ныне 51-й причал), современной станции "Инкерман-1", современного автомобильного моста через р.Черная, и Каменоломенного оврага. Левее, вдоль бухты, стояла 79-я морская стрелковая бригада (а по сути, остатки 4-го батальона этой же бригады). Правее, в Каменоломенном овраге, занял оборону 3-й полк морпехоты. Следы последнего боя бригады видны на гладкой поверхности скалы, над станцией "Инкерман-1", она вся иссечена пулями. Монастырь, служивший укрытием бойцам, был почти полностью разрушен артиллерией противника. Стойко удерживая свои позиции, остатки бригады попали в окружение. Из окружения смогли вырваться только остатки артдивизиона бригады.

Из опроса пленного Шалунова: " должность - старший политрук (капитан), 37 лет, гражданская специальность- профессор Астраханского госуниверситета, пленен в районе Килен-балки на участке 16-го пехотного полка. В составе дивизиона числится 16 орудий, из них осталось на 29.06.42г. 7 орудий..."

Последние три орудия и 27 бойцов 30.06.42г. заняли позиции на фланге 79-й морской стрелковой бригады в районе Камчатского люнета. Это подразделение в сводках гордо именуется "138-й стрелковой бригадой"....

0x01 graphic

Глава 10 Сапунгорский рубеж. Нерешенные вопросы.

Штурм последнего рубежа обороны немецкими войсками начался рано утром 29-го июня 1942г. И на тот момент ситуация еще не казалась безнадежной. Советские войска удерживали естественный хорошо укрепленный Сапунгорский рубеж, войска были измотаны, но сил еще хватало. Спустя всего сутки с небольшим, ситуация была совсем иной. В чем же дело?

Попробуем разобраться. Что такое Сапунгорский рубеж? Это участок Главного рубежа обороны, от верховий Севастопольской бухты в районе Инкермана до Балаклавского шоссе. В тылу его находился еще одна линия обороны- Тыловой рубеж, от высоты Суздальская до Стрелецкой бухты. В тылу ее шла еще одна, третья линия, правда, оборудованная только деревоземляными укреплениями -Тотлебеновский рубеж 1870-78г.г. Была и четвертая линия -линия прикрытия эвакуации, модернизированная французская "линия Камьеж", построенная в 1854-56г.г. Т.е. оборонительных рубежей было много, и было за что зацепиться.

Еще действовали береговые батареи N 701, 702, 703, 705, 702бис (у хутора Молочный), 2бис (на Воронцовой горе), 14, 18, 19 (на 7-м км Балаклавского шоссе), большая часть 15-й отдельной батареи дотов, в районе 10-й остановки трамвая на Балаклаву. Наконец, действовала 35-я батарея. Своей артиллерии в войсках хватало, людей губили, но технику спасали.

0x01 graphic

Приведу строки из опроса пленного сержанта Стратеенко немцами: "Полковник Гусаров приказал расстрелять 50 человек, отказавшихся втаскивать тяжелые гаубицы в Инкерманские штольни...". И орудий еще хватало. Об этом четко свидетельствуют воспоминания севастопольских ветеранов-артиллеристов. Но, может, не хватало войск? Но, нет, войска были. Уставшие, потрепанные, но, как показали дальнейшие события, вполне боеспособные. Согласно журналу боевых действий Приморской армии по состоянию на 29 июня "активных войск осталось 18 тысяч человек, в Береговой обороне из 50 орудий -- 16, в ПВО из 63 орудий -- 20, в полевой артиллерии орудий от 76 мм и выше 200 из 376, часть которых требует ремонта. Отмечается, что в результате бомбежек некоторые подразделения полностью уничтожены". Но это только Приморская армия, без учета флотских и вновь сформированных частей.

На Сапунгорском и Тыловом рубеже находились 1-й, 2-й и 3-й батальоны полка дотов и дзотов. Это два десятка малокалиберных орудий, и около сотни пулеметов, и чуть менее тысячи бойцов. 4-й батальон дотов майора И.Ф.Жигачева был еще 18 июня 1942г. отведен с Северной стороны, но не был использован для усиления оборонительной линии, а отведен в тыл, на линию прикрытия эвакуации.

Помимо расчетов долговременных огневых точек, на позициях находились:

-вдоль берега Северной бухты, вновь сформированные 79-я "бригада" и 95-я "дивизия"

-в районе станции Инкерман-1 остатки 138-й бригады, численностью до 1 тыс. бойцов.

- от правого фланга 138-й бригады вновь сформированный 514-й "полк" 172-й "дивизии".

-далее, вдоль скатов Сапун-горы, до дороги д Новые Шули - хут. Дергачи (ныне не существует) остатки 8-й бригады морпехоты.

-до дороги от современного Ялтинского кольца на Сапун-гору- остатки 388-й дивизии.

-от района современной Диорамы до высоты Карагач - остатки 7-й бригады.

-от в. Карагач до казармы в районе развилки Ялтинского и Балаклавского шоссе 9-я бригада морпехоты.

-от развилки остатки двух полков 388-й дивизии

-от их фланга до берега моря 109-я дивизия.

Были даже резервы, на случай прорыва противника (например, остатки 25-й и 345-й стрелковых дивизии). Но были и части, которые можно было использовать в качестве резерва, но их в боях почти не использовали.

В тылу, на линии прикрытия эвакуации, находились: свежая 142-я стрелковая бригада, 81-й отдельный танковый батальон, 778-й полк 388-й дивизии. Но это штатные части. Кроме них на линии прикрытия эвакуации находились и вновь сформированные батальоны.

Ночью в районе Казачьей бухты находившийся на боевых позициях истребительный батальон ВВС ЧФ, сформированный 20-й МАБ ВВС ЧФ, был пополнен и вошел в состав резерва СОРа как батальон морской пехоты под командованием лейтенанта И. П. Михайлика. В Камышовой бухте был сформирован из состава химических и спецчастей флота второй батальон морской пехоты в качестве резерва. В Приморской армии были сформированы три батальона резерва на базе курсов младших лейтенантов, 191-го запасного полка и из зенитных частей на базе зенитно-пулеметного батальона. Создавалась странная ситуация, когда на рубеже прикрытия эвакуации, плотность войск на 1 км фронта, вдвое выше, чем на передовой. Но, даже не это важно.

Мы не будем касаться деталей штурма, это отдельная тема. Части побежали после того, как одновременно на всех участках обороны пропала связь. И не стоит искать виновных и выяснять, кто побежал первым. Из воспоминаний Е.И.Жидилова: " И тут телефон замолчал. Проводная связь прекратилась со всеми батальонами и со штабом армии. Восстановить ее не удается. Снаряды падают так часто, что линии рвутся сразу в нескольких местах. Действует пока лишь радиосвязь".

Но жалуется на мгновенный обрыв связи не только Е.И.Жидилов, об этом пишет и комиссар 386-й дивизии и ветераны 8-й бригады морской пехоты. Везде картина одна и та же, исчезновение телефонной связи. Работают только радиостанции с автономными источниками питания. Все дело в том, что АТС, обеспечивавшая нужды обороны, была запитана от севастопольской ГРЭС, а утром 29-го июня десант противника ее захватил....

С Сапунгорским рубежом связан и еще один нерешенный вопрос: когда взорвали Инкерманские штольни, и были там люди. Казалось бы, что тут сложного? Ответ прост: в ночь с 29 на 30-е июня 1942года, воентехник П.П.Саенко и старший оперуполномоченный особого отдела Зудин произвели подрыв штолен, из которых перед этим был эвакуирован весь личный состав. Об этом четко и ясно говорится в воспоминаниях самого Прокофия Павловича Саенко. Но...

Во-первых, один человек такую операцию выполнить физически не может. Взорвать 11 штолен одновременно одному человеку не под силу. Во-вторых, и по воспоминаниям, и по документам, подрыв совершила группа подрывников, которой командовал Н.Бордо. По свидетельствам очевидцев, его группа наткнулась на немецкие части в районе Килен-балки, и во время боя он погиб. На мой взгляд, это более реальный сценарий развития событий, т.к. противник сосредоточил большое количество войск в этом районе, и занимался "вылавливанием" разрозненных частей отступавших с Сапункгорского рубежа. Каких?

Все дело в том, что 8-я бригада морской пехоты, остатки 138-й бригады, вновь сформированные "514-й полк" и "1-й батальон 90-го полка" со своих позиций не отошли, продолжая сражаться. В результате, противник, соединив части, высаженные через бухту с порвавшимися на участке 386-й дивизии, окружил большую группу войск на скатах Сапун-горы. При выходе из окружения многие бойцы и командиры были пленены. Попали в плен остатки расчетов 703-й (114-й) береговой батареи во главе с командиром ст.л-том Кононовым, группа бойцов 138-й бригады, во главе с политруком Шалуновым. Кольцо окружения уже вечером 29-го числа было очень плотным. П.П. Саенко не мог уйти, не попав в плен. Тем более, что он был контужен (по его утверждению). Кроме того, есть разночтения по дате взрыва. Многие утверждают, что штольни были взорваны рано утром 29-го числа, когда возникла угроза их захвата. Так, например ветеран 99-го гаубичного полка Олейников, однозначно утверждал, что взрыв произошел утром 29-го, после чего, около 10 часов в расположении его батареи появились Саенко (целый и невредимый) и Зудин, и направились к Лабораторному шоссе для подрыва складов. Склады в Лабораторной балке были взорваны в 12 часов 29-го числа .так что...

0x01 graphic

Есть и другие свидетельства. Вопросов очень много. И, скорее всего, люди в штольнях все же оставались. В протоколе немецкого допроса разведчика Сабельникова, указано, что "полковник Гусаров с остатками полка укрылся в штольнях и собирался обороняться до конца, имея на руках много автоматического оружия и ПТР". Подтверждают эти данные и другие документы. Можно предположить, что полковник Гусаров все же покинул штольни, и вроде бы многие командиры пишут, что его видели во главе остатков 3-го полка морпехоты, но...

Наводит на размышление одна деталь. Пять командиров севастопольской обороны утверждают, что они являются свидетелями гибели полковника Гусарова, трое утверждают, что Гусаров умер у них на руках, но по их рассказам, получается, что полковник погиб в трех разных местах, причем одновременно, и при разных обстоятельствах. Странно это. Из пяти человек, как минимум, четверо лгут. Вопрос взрыва складов боезапаса так же требует более внимательного изучения.

Но вернемся к частям, обороняющимся на скатах Сапун-горы. Больше всех повезло 386-й дивизии, которая просто побежала. Это спасло от окружения большую ее часть 7-й и 8-й бригам морской пехоты повезло меньше, они попали в два больших "котла": на высоте Суздальская и в районе современной диорамы. Остатки 8-й бригады, с примкнувшими к ней частями, возглавил начальник штаба 8-й бригады Н.А.Стальберг. Кто возглавил оборону 7-й бригады- неизвестно. Да, в советских документах продолжают фигурировать 7-я и 8-я бригада, но это тыловые части, собранные инициативными командирами. Основной состав частей оказался окруженным на своих позициях.

Любопытно и дальнейшее развитие событий. В ходе утренних и дневных боев, противник захватил почти всю Корабельную сторону, вышел к вокзалу, но его планировали остановить на еще одном удобном рубеже: Южная бухта- Панорам- балка Сарандинаки. Это фактически граница Городской и Корабельной стороны. Укреплениями могли стать развалины домов, они же могли укрыть бойцов от авиации противника.

Здесь заняли оборону пополненная 345-я дивизия и созданный на базе Местного стрелкового полка, сводный полк береговой обороны. На пополнение этих частей пошла и часть личного состава 142-й бригады. Но вот дальше происходит нечто странное. В самый критический момент, около 18 часов 29 июня 1942г. на 35-ю батарею отзываются командиры ВСЕХ частей, сражавшихся на передовой. Дальше, больше. 30 июня 1942г.

6 утра части, занявшие оборону пол линии Графская пристань- Панорама- Сарандинакина балка, еще даже не вступив в боестолкновение, получают приказ об отходе к бухтам Казачья и Камышовая. Чей приказ? Пока неясно. Войска выводят из города, где они могли бы сражаться в режиме уличных боев, и выводят на бесплодный клочок суши, с трех сторон ограниченный морем, где нет воды, и укрыться от немецкой авиации негде. Решение, более чем спорное.

В 7 часов 15 минут 30-го июня 1942г., отведя все наличные войска на линию прикрытия эвакуации, командующий отправляет телеграмму начальству. Такова официальная версия. Правда, сразу возникает вопрос, а какому... начальству?

Как командующий флотом, он подчинялся наркому ВМФ Н.Г.Кузнецову, а как командующий СОР, он подчинялся командующему направлением маршалу С.М.Буденому. Если говорить точнее, то телеграмм было две. Одна в адрес НК ВМФ, другая маршалу. По тексту телеграмм есть небольшие расхождения.

Первая: "Кузнецову, Противник ворвался с Северной стороны на Корабельную сторону. Боевые действия протекали в характере уличных боев. Оставшиеся войска сильно устали, дрогнули, хотя большинство продолжает героически драться. Противник резко увеличил нажим авиации, танками. Учитывая сильное снижение огневой мощи, надо считать, в таком положении мы продержимся максимум 2--3 дня. Исходя из данной конкретной обстановки, прошу Вас разрешить мне в ночь с 30 июня на 1 июля вывезти самолетами 200--300 человек ответственных работников, командиров на Кавказ, а также, если удастся самому покинуть Севастополь, оставив здесь своего заместителя генерал-майора Петрова".

"ДОНЕСЕНИЕ КОМАНДУЮЩЕГО ВОЙСКАМИ СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ФРОНТА N 00111/оп ВЕРХОВНОМУ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМУ О ПОЛОЖЕНИИ В СЕВАСТОПОЛЬСКОМ ОБОРОНИТЕЛЬНОМ РАЙОНЕ" от 30 июня 1942 г. 10 ч 20 мин

   Передаю донесение т. Октябрьского, полученное мною в 7.15 30.6.1942 г.: "Тт. Буденному, Исакову. Противник ворвался с северной стороны на Корабельную сторону. Боевые действия принимают характер уличных боев. Оставшиеся войска сильно устали, ярко выражая апатию. Резко увеличилось количество самоутечки, хотя большинство продолжает героически драться. Противник резко увеличил нажим авиацией, танками, учитывая резкое снижение нашей огневой мощи; надо считать, в таком положении мы продержимся максимум два-три дня. Исходя из данной конкретной обстановки, прошу вас разрешить мне в ночь с 30.6 на 1.7.1942 года вывезти самолетами "дуглас" 200--250 ответственных работников, командиров на Кавказ, а также, если удастся, самому покинуть Севастополь, оставив здесь своего заместителя генерал-майора Петрова. Октябрьский Кулаков". Со своей стороны докладываю:

   Подготовленных рубежей для дальнейшей обороны СОР больше не имеет. В результате утомлений снизилась боеспособность войск. Резкой помощи с моря и воздуха мы оказать не можем. Все корабли, прорывающиеся в Севастополь и обратно, подвергаются сильной бомбардировке с воздуха и торпедным атакам катеров и подводных лодок.    Только за последние три-четыре дня на подступах к Севастополю потоплены подлодка Щ-214, подлодка С-32, миноносец "Безупречный". Сильно поврежден 86 самолетами лидер "Ташкент". Учитывая, что намечаемая операция по N 170457 уже не может оказать влияния на судьбу СОР, прошу: Подтвердить задачу войскам СОР вести борьбу до конца, тем самым обеспечить возможный вывоз из Севастополя. Разрешить Военному совету ЧФ вылететь в Новороссийск. На месте оставить старшим генерал-майора т. Петрова. Возложить на Октябрьского организацию вывоза из Севастополя возможного в данных условиях обстановки, используя все средства флота. Прекратить подвоз СОР пополнения и продовольствия. Продолжать вывоз раненых самолетами и боевыми кораблями. Для уничтожения самолетов противника на его аэродромах, тем самым облегчения блокады Севастополя, возможности прорыва кораблей к Севастополю и обратно, прошу выделить немедленно в мое распоряжение (сколько возможно) дальнебомбардировочную авиацию. БУДЕННЫЙ ИСАКОВ ЗАХАРОВ".

   Н.Г.Кузнецов писал в своих воспоминаниях: "Об этой телеграмме, мне доложили в 14.00 30 июня. Армейское командование в Краснодаре еще болезненно переживало недавнюю катастрофу на Керченском полуострове. Я полагал, что Главком направления вряд ли сам примет решение, не запросив Ставку. Времени для согласования и запросов уже не оставалось. Было ясно. Севастополь придется оставить. Поэтому, еще не имея согласия Ставки, я приказал немедленно ответить вице-адмиралу Ф. С. Октябрьскому: "Нарком Ваше предложение целиком поддерживает"". Если говорить точнее, то телеграмма выглядела несколько иначе: "В. С. Черноморского флота. Нарком Ваше предложение целиком поддерживает. Будет доложено Ставке. 30--06--42 г. 17 час. 10 мин. Алафузов. Никитин". Говоря объективно, это не разрешение на эвакуацию, а констатация мнения Наркомвоенмора.

Разрешение на эвакуацию пришло позже. Из воспоминаний Н.Г. Кузнецова: "Переговорив по телефону со Сталиным, я в 16.00 послал военному совету ЧФ вторую телеграмму: "Эвакуация ответственных работников и Ваш выезд разрешены. "" Правда, насчет времени НК ВМФ ошибается: время на телеграмме указано другое: не 16:00, а 18 40. Кроме того, необходимо четко разделять подчиненность. Да, командующий флотом получил право на эвакуацию, но командующий СОР такого разрешения еще не получал, пусть даже это и один и тот же человек. Армейскому командованию, в принципе, эвакуироваться никто не разрешал.

   Разрешение командующего Северо-Кавказского направлением на эвакуацию было получено только утром 1.07.42г., в нем четко давались инструкции персонально И.Е.Петрову: как организовать эвакуацию личного состава, оборону, но...

   Уже в 19 часов 30 июня 1942г в кают-компании 35-й батареи были собраны Военные советы ЧФ и Приморской армии. На нем присутствовали: командующий СОР и ЧФ вице-адмирал Ф.С.Октябрьский, член Военного совета флота дивизионный комиссар Н.М.Кулаков, командующий Приморской армией генерал-майор И.Е.Петров, члены Военного совета Приморской армии дивизионный комиссар И.Ф.Чухнов и бригадный комиссар М.Г.Кузнецов, комендант береговой обороны генерал-майор П.А.Моргунов, военком береговой обороны полковой комиссар К.С.Вершинин, командир ОВРа главной базы контр-адмирал В.Г.Фадеев, начальник Особого отдела ЧФ дивизионный комиссар Ермолаев, начальник штаба СОР капитан 1-го ранга А.Г.Васильев.

Из воспоминаний П.А.Моргунова: "Командующий СОРом и флотом, открыв заседание, кратко охарактеризовал сложившуюся обстановку. Он сказал, что на его телеграмму об эвакуации получен ответ от наркома ВМФ адмирала Кузнецова с решением Ставки об эвакуации. Эвакуа­цию начать в ночь на 1 июля 1942 г. на самолетах и подводных лодках. В это же время маршалом С. М. Буденным на основании решения Ставки была дана директива по организации эвакуации раненых и войск из Севастополя. Для руководства обороной в Севастополе, прикрытия эвакуации раненых и в по­следующем войск". Неправда. Не в это же время. Радиограмма Буденного была получена около 10 утра следующего дня! О ней в то время еще не было ничего известно.

Читаем дальше: " Генерал Петров на вопрос адмирала Октябрьского о том, кого оставить, предложил оставить в Севастополе генерала П. Г, Новикова -- командира 109-й стрелковой дивизии, так как его сектор обороняет район Херсонесского полуострова и остатки войск отходят туда же". Стоп. Вот это уже называется провокацией. Разрешения на эвакуацию генерала И.Е.Петрова никто не давал. Ведь и Ставка, и Буденный, и Кузнецов были уверены, что он останется, и будет руководить обороной,

Глава 11 Кто защищал последний рубеж, или тайны 142-й бригады.

Последним подразделением, прибывшим в Севастополь, стала 142-я морская стрелковая бригада. Она была во многом схожа с прибывшей незадолго до нее 138-й бригадой. Так же как и 138-я формировалась она в Астраханском регионе в пос. Владимировка.

23-го июня, ночью, на лидере "Ташкент" прибыли первая партия и вооружение 142-й бригады. Всего 167 человек. В ночь с 23-го на 24 июня 1942г. прибыл ЭМ "Бдительный", доставив две роты 1-го батальона, всего 364 человека, при 3 пулеметах ДШК, 2-х "Максимах" и 7 пулеметах "Дегтярева". В тот же день (24 июня) в 23 часа прибыли лидер "Ташкент" и эсминец "Безупречный", доставив 1507 бойцов 142-й бригады. (1142 на лидере , 365 на эсминце). Прибыл еще один батальон (2-й) и артиллерийский дивизион бригады.

Ночью, около 2 часов 25 июня прибыли Эсминец "Бдительный", сторожевик "Шквал", и три тральщика ("Взрыв", "Защитник" и "N412"), доставив 1100 бойцов бригады. и 12 минометов. Утром, из Новороссийска вышли тральщики "Трал" и "Мина", имея подходное расчетное время в Севастополь, около 12 ночи. На борту тральщиков находились 580 человек Днем, около 12 часов 26 июня из Новороссийска вышли лидер "Ташкент" и эсминец "Безупречный", с предполагаемым временем подхода в Севастополь 1 час ночи 27 июня 1942г. На борту лидера находились 944 бойца 142-й стрелковой бригады, винтовок -- 760, противотанковых ружей - 8, автоматов ППШ -- 125, 76-мм пушек -- 4 и снарядов к ним - 1360 минометов 12шт..

На "Безупречном" находились 320 бойцов бригады и 20тонн стрелкового боезапаса. Во всяком случае, так принято писать. Так ли это?

Из воспоминаний В.И.Краснюка (142ОСБр) "...примерно в апреле месяце нас ... выборочно направили под Сталинград, в село Успенка Владимирского района, здесь на основе нас сформировали новый и могучий Особый миномётный батальён (так в оригинале) в составе 142 стрелковой бригады; Примерно в мае месяце нас отсюда перевезли в Сталинград на несколько дней, затем в Новороссийск в район Малой 3емли,и наконец 26 июня 1942 года нас отправили на корабле "Ташкент" прямо на фронт в Севастополь... Сидя сверху на палубе видели как скрывается за горизонт ушедший раньше нас корабль "Безупречный", на котором уехала часть бойцов 142 стрелковой бригады и наши боеприпасы.

Вскоре и мы отчалили от причала Новороссийска по направлению в Севастополь в сопровождении нескольких советских истребите лей, которые не долго нас сопровождали....Сразу же начались налеты врага. Я, видел, как многие офицеры вели огонь по самолётам противника даже из своих пистолетов. Сравнительно недалеко От меня находилась площадка с зенитным морским пулемётом и мне впервые пришлось увидеть как краснеет ствол пулемета при ведении, огня моряком по самолётам противника.

К нашему счастью ни одна из многочисленных бомб противника не попала в наш корабль и мы успешно продолжали свой курс на Севастополь. Самолёты противника нас продолжали Преследовать, но уже реже и на большей высоте. Капитан корабля продолжал бдительно наблюдать на своём мостике за морем ж воздухом. Потом всё снова и снова повторялись атаки немецких самолётов на наш корабль, а мы продолжали отстреливаться изо всех сил, и снова увидели дымовой шлейф сбитого нами немецкого самолёта, упавшего в море. Вдруг раздался сильнейший взрыв и мы увидели на горизонте, по курсу нашего корабля, поднимающиеся вверх огромны клубы, черного зловещего дыма. Ваш корабль продолжал следовать в направлении этого дыма, который сравнительно быстро рассеялся, а мы оказались на месте гибели корабля "Безупречный". Наш корабль на мгновение остановился и последовала команда спустить на воду шлюпки плавающим на воде людям, но вдруг мы увидели два бурлящих следа в направлении нашего корабля с левой стороны по ходу корабля. От плавающих людей по поверхности моря к нам доносились звуки с просьбой; братцы, спасите нас!. Некоторые из плавающих уже не подавали признаков жизни. Тут вдруг наш капитан подаёт команду "полный вперёд", а плавающим спросить все спасательные круги, как позже я узнал, из всех примерно тысячи человек, находившихся на корабле Безупречный в этот трагический момент для него были спасены нашей подводной лодкой малютка, только три человека из моряков, а остальные все погибли вместе с кораблём и нашими боеприпасами. Так начали мы терять своих бой­цов из 142 стрелковой бригады даже по пути в Севастополь". Так сколько же было на "Безупречном", 320 или тысяча? По документам, на Кавказском берегу, бригада имела в своем составе 5 287 бойцов, при 16шт. 76мм полковых орудиях, 12 шт. 45мм орудиях, 24 шт. 82мм минометах. В Севастополь прибыли 4662 бойца 16 шт. 76мм орудий, 9 шт. 45мм орудий 24 миномета. "Некомплект" 625 человек. Вдвое больше, чем числится погибшими на эсминце "Безупречный".

Если считать по другим данным, цифра будет еще большей. Из книги П.А.Моргунова "Героический Севастополь": "22, 23 и 24 июня в Севастополь прибыли лидер "Ташкент", эсминцы "Безупречный" и "Бдительный", шесть подводных лодок: М-32, М-118, Д-5, С-32, Л-24 и Щ-205 181. Они доставили 1850 человек из состава 142-й стрелковой бригады, 350 т боезапаса и 20 т продовольствия, а также около 200 т бензина на подводных лодках....

В течение трех дней, с 25 по 27 июня, в Севастополь прорвались лидер "Ташкент", эсминец "Бдительный", быстроходные тральщики "Взрыв", "Защитник", N 412, сторожевой корабль "Шквал" и подводные лодки Щ-212, М-112 и М-120. Они доставили 2150 бойцов 142-й стрелковой бригады, 85 т боезапаса, 40 т продовольствия и 4 т медикаментов". Данные приведены по данным отдела Центрального военно-морского музея в Тушино (Москва) Если сложить цифры, то получим 4 тыс. человек. "Некомплект" бригады получается еще более значительным, но все равно, это было достаточно сильное, свежее, и многочисленное подразделение. К сожалению, распорядились им, крайне нерационально.

По прибытию, бригада сосредотачивалась в б.Камышовая, занимая "линию прикрытия эвакуации". Что представляла собой эта линия? Фактически их было две, и обе строились в 1854-56г.г. французско-турецкими оккупантами во время восточной войны (она же война Крымская). В 1870-78г.г. эту систему обороны "освежили" русские, выполняя работы по плану генерала Тотлебена

Одна линия обороны проходила от верховий б. Стрелецкая до командного пункта береговой обороны N3 (морской участок), в районе современного Автобата. (Хутор Иванова-хутор Пятницкого-б.Стрелецкая) Линия представляла собой ров, глубиной до 6 м и бутовую стену (в некоторых местах вал) с редутами, кое-где усиленную огневыми точками.

Вторая линия была недостроенной, и представляла собой большой земляной редут в районе современных Южных очистных сооружений (не сохранился). Прибывшие первыми, три батальона, выгрузившись в Камышевой бухте, заняли оборону на "линии прикрытия эвакуации". Два батальона в первой линии, один в резерве на второй. ВВ ночь с 26 на 27 июня прибыл 4-й и часть 5-го батальона, вместе с минометной батареей. Несмотря на потерю части служб и роты 5-го батальона сосредоточение бригады было завершено. Командовал бригадой подполковник С.Е.Ковалев (числится пропавшим без вести в июне 1942г.), начальник штаба майор Баскин С.Д. (пропал без вести).

Но, бригада недолго находилась в полном составе. Бывший комендант береговой обороны П.А.Моргунов пишет: "Поздно вечером 27 июня на командном пункте командующего вице-адмирала Ф. С. Октябрьского собрались И. Е. Петров, И. Ф. Чухнов, П. А. Моргунов, В. Г. Фадеев.

Генерал Петров доложил обстановку, сложившуюся на сухопутном фронте. Особенно тяжелое положение в III секторе, у генерала Коломийца: войска несут большие потери, нет боезапаса, боевой состав малочислен. Прибывающую 142-ю стрелковую бригаду придется вводить в бой по частям". И началось "растаскивание" бригады. 28.06.42г. из нее забирают минометный батальон к-на Овсянникова, который располагают в районе Максимовой дачи. Уходит в район Панорамы и 1-й батальон, которому ставят задачу строительства укреплений в районе Панорамы. После выхода командования 345-й дивизии из района Инкермана, батальон включают в состав 345-й СД. Оставшиеся два батальона 2- и 3-й занимают позиции на "линии прикрытия эвакуации".

А, вот дальше происходит обратный процесс. Не удержав Сапунгорский рубеж, командование СОР начало оттягивать части назад, прикрывая свою эвакуацию. Из воспоминаний Олейникова (99-й ГАП 25-й СД) : "Немного времени спустя, Василевский позвал меня: "Посмотри в перископ". Он был направлен в противоположную сторону города. Посмотрев в окуляр, увидел необычную картину: машины, подымая пыль, двигались из города в направлении Карантинной бухты. Картина была необычная еще и потому, ч" уже очень давно мы не привыкли видеть подобные перемещения среди белого дня. Обычно все делалось в наступлением темноты. Подобные перемещения в дневное время явление необычное. Старался понять цель такого движения. Двигались подразделения пешим строем, ехали машины, снова шли люди".

Что же произошло? Попробуем восстановить картину. 28 июня 1942года, советские части заняли предпоследний рубеж: скаты Сапун-горы -высота Горная -Мраморная балка. В результате немецкого штурма, течение дня 29-го июня в нескольких местах противнику удалось выйти на плато и захватить его часть. В ночь с 29 на 30-е июня удалось организовать заслон вдоль Килен-балки, и далее по линии Тылового (Противодесантного) рубежа. Было начато создание рубежа от верховий Южной бухты, вдоль высот левого ската Сарандинакиной балки, и далее по линии Тылового рубежа. Но в 18 часов 29-го июня 1942года стало происходить нечто непонятное. События все больше стали смахивать на предательство.

В последние три дня обороны, частями командовали, в основном, начальники штабов и политработники. Все дело в том, что около 18 часов 29 июня большинство командиров частей получили приказ явиться на 35-ю батарею. Были отозваны из своих частей Н.О.Гузь (345СД), Н.Ф.Скутельник (386СД), Н.В.Благовещенский (9-я ОБрМП), И.А.Ласкин (172СД), Шварев (388СД). Никого не предупредив, исчез из расположения части, комендант 4-го сектора и командир 95СД А.Г.Капитохин. Получив легкие ранения, отправились в тыл А.С.Потапов (79 МСБр), П.Ф.Горпищенко (8-я ОБрМП), комендант 3-го сектора Т.К.Коломиец, т.е. практически все части были обезглавлены. Никто из командиров в свои части вернуться не смог.

0x01 graphic

Приказ был передан по телефону, и не совсем понятно, был и он отдан командованием СОР, или это был ложный приказ. И был ли он? Телефонная связь полностью вышла из строя еще в 7 утра 29-го июня, это подтверждают все участники событий. Когда вновь заработала телефонная связь и почему, пока не ясно. Не исключена и игра немецкой разведки, но все же, скорее всего, командование просто готовилось покинуть Севастополь, и готовило для этого базу. Причем готовило оно ее еще до того, как было получено разрешение Ставки, тем более, что часть командиров получила аналогичный приказ по рации. Этот приказ и послужил началом той самой "самоутечки", о которой докладывал командующий флотом в Ставку. Из воспоминаний Краснюка (142ОСБр) "вечером 28-го или 29-го июня все офицеры куда-то исчезли, и мы оказались предоставлены сами себе. Кормить нас тоже перестали, боезапас никто не подвозил. ". Т.е. командование само спровоцировало оставление рубежей. Хотя большинство подразделений осталось на своих рубежах, не оставив их без приказа.

Из воспоминаний Н.Г.Шемрука (полк дотов и дзотов): " Вечером 29 июня, когда я прибыл на свой КП, меня вызвали к рации командира химроты (моя рация была уже разбита). Меня вызывал на свой КП генерал Петров. Прибыв на 35-ю батарею, и там, в присутствии генерала Моргунова, И.Е.Петров мне сказал: "Шемрук, от вас мы не скрываем, Севастополь мы уже оставили. Командир 4-го батальона Жигачев в моем распоряжении, командир 3-го батальона Малахов, выполняет мое задание, командир 2-го батальона Губичев, подчинен Жидилову. 1-ю батарею дотов поверните в сторону города... На что я отвечал: " доты не повернешь, а окопы для стрелков и пулеметов уже сделаны ...". Странно, но еще накануне штурма, 3-й батальон полка дотов и дзотов был снят с Сапунгорского рубежа, и переброшен на линию прикрытия эвакуации. Это приказание отдал И.Е.Петров, объезжая рубежи утром 28 июня. Т.е. готовились к бегству заранее, заблаговременно, снимая с передовой части.

Итак... "Севастополь мы УЖЕ ОСТАВИЛИ" . "Уже", это вечер 29-го июня, когда еще есть рубежи, и есть возможность обороняться. Более всего, противник боялся уличных боев. Именно поэтому, он стремился обойти город. 29-го июня 1942г. перед Севастопольским командованием встал ребром вопрос: или втянуть противника в уличные бои, пожертвовав возможностью эвакуации, но нанеся ему максимальные потери, или ....

Да, командование СОР упростило задачу противника, выведя все войска из города. Зачем? Для прикрытия собственной эвакуации. С самого начала было четко ясно, что вывезти всех, как из Одессы, не получится. Можно ли было удержать и мыс Херсонес, и город?

Проанализируем силы обороняющихся. Причем, наверное, стоит сделать анализ с разбивкой на два этапа. Первый этап: состояние на вечер 29-го июня и на вечер 30-го июня, когда части уже заняли рубеж прикрытия эвакуации. Сделать это достаточно сложно, но возможно. Во всяком случае, оценочно.

28 июня 1942г. по сводкам отдела комплектования Приморской армии, в ней насчитывалось 28,5 тыс. человек. Еще около 9 тыс. насчитывалось в частях флота и морпехоты. Эти цифры весьма приблизительны и условны, т.к. учитывают только те части, которые подали сведения.

29-го июня 1942г. вечером, ситуация существенно изменилась, но в основном, за счет морских частей. Попали в окружение 7-я и 8-я бригады морской пехоты, понесла тяжелые потери 9-я бригада. Но в строю еще оставалось достаточно много бойцов.

Утром 30-го июня противника планировали остановить на рубеже: Южная бухта -Панорама- балка Делагарди (совр. Лагерная балка). На этом рубеже уже находились около 3,5 тыс. человек. Продолжался выход частей из неплотного окружения войск противника и с Корабельной стороны. Строились окопы, оборудовались огневые позиции. Т.е. левый фланг имел удобный рубеж, и готовился к обороне.

Надежно держался и правый фланг, который удерживали 109-я дивизия и часть 388-й, опираясь на отсечную позицию главного рубежа, вдоль Балаклавского шоссе. Брешь зияла в центре, но ее можно было залатать. Тем более, что силы еще были. Но сосредоточены они были на рубеже прикрытия эвакуации.

Подсчитаем, сколько же всего было 29 июня, вечером, на этом рубеже? Это не сложно, и цифру эту сложно оспорить. Свежие части:

-2,5 тыс. человек из состава 142-й стрелковой бригады. Части совершенно не измотанные, и не понесшие потерь.

-778-й полк 388-й дивизии (788 человек), еще не участвовавших в боях

-81-й отдельный танковый батальон в полном составе (в строю 12 танков, 3 танкетки, 5 вооруженных тягачей "Комсомолец" ).

-4-й батальон дотов и дзотов майора Жигачева (285 человек, 18 пулеметов, в т.ч. 2 ДШК)

-3-й батальон дотов и дзотов капитана Малахова

-3-й дивизион "гвардейских минометов" (8 "катюш",около 200 бойцов)

В принципе, при нормальном руководстве, этих частей уже хватило бы для удержания рубежа прикрытия эвакуации. Но к ним в помощь формируются из флотских частей:

-батальон ВВС ЧФ под командованием лейтенанта И. П. Михайлика (около 350 человек)

-батальон химических и спецчастей ЧФ

Из армейских частей формируются:

-батальон школы младших лейтенантов

-сводный батальон 191-го запасного полка

- сводный батальон ПВО и зенитно-пулеметной роты.

Скрупулезно подсчитав силы, с учетом мобилизованных батальонов мы получим 18- 20 тыс. активных "штыков". Т.е. в пересчете две полнокровных дивизии, способных занять фронт обороны до 20 км. Как раз столько, сколько требуется для того, чтобы удержать и город, и мыс Херсонес. Правда, основные свежие силы , численностью до 7 тыс. бойцов, находятся на рубеже прикрытия эвакуации.

Как это ни парадоксально звучит, но артиллерии (в том числе и зенитной) тоже было в избытке: почти 200 стволов, не считая минометов, к этому времени, уже действительно, не хватало боезапаса для некоторых калибров. 152мм боезапас был, 76мм тоже. В избытке был 45мм боезапас. В избытке были и 50мм мины. Не хватало 122мм и 85мм снарядов, 82мм мин, снарядов к РС, боезапаса для береговой артиллерии. Пушки бойцы сохранили, и даже кое-какие снаряды были, а вот управлять этим уже было некому. Объективно говоря, "линия прикрытия эвакуации" эвакуацию большого количества войск не обеспечивала. Она не обеспечивала прикрытия подхода кораблей ни в Камышовую, ни в Казачью бухты.

Противника нужно было "держать" на Тыловом рубеже, одновременно начав работы по подготовке эвакуации. Вместо этого, в ночь с 29-го на 30-е и утром 30-го июня 1942года начинается "передислокация". Утром 30-го июня командование частей, занимавших Городскую сторону Севастополя, получает приказ об отводе частей к бухтам Стрелецкая и Камышовая. Чрез город, к Стрелецкой бухте начали отход части только сформированной "345-й дивизии" (включая и батальон 142-й бригады), сводного полка береговой обороны, ряд более мелких частей. Отвод около 5 тыс. человек, в дневное время, неизбежно привел к тяжелым потерям и в людях и в технике. При отходе были взорваны склады боезапаса возле "старой" 10-й батарее (мыс Мартынов), взорваны береговая батарея N8, зенитная стационарная батарея N 370, ряд других оборонных объектов.

Правый фланг обороны так же получил приказ об отходе. 456-му полку предписывалось оставить Балаклаву, линию обороны вдоль Балаклавского шоссе, дер. Карань, и занять оборону по линии Мраморная балка - выс. Горная, высвободив для отхода на рубеж прикрытия эвакуации остатки 388-й дивизии и 9-ю бригаду морской пехоты. Однако, Г.А.Рубцов или не получил приказа, или не рискнул перебрасывать войска под огнем и авианалетами противника, но полк остался на своих позициях. В результате, вместо того, чтобы закрыть брешь, советские войска ее расширили,

Советский историк И.С.Маношин пишет: "Разгорелись ожесточенные бои. Согласно журналу боевых действий оперативного отдела Приморской армии, из отчета начальника штаба СОРа и итоговой разведсводки N 46 штаба Северо-Кавказского фронта между 08.00 и 12.00 противник силами до пехотной дивизии и при поддержке 48 танков прорвал оборону 9-й бригады морской пехоты в районе высоты 101,6 у Балаклавского шоссе и начал продвижение в направлении Юхариной балки, одновременно продвигаясь вдоль Балаклавского шоссе, к 14.30 вышел на рубеж хутора Максимовича -- Николаевка и на юго-западные скаты Хомутовой балки, овладев хутором Максимовича". Все это замечательно, но истине не соответствует, т.к. еще около 9 утра 30-го июня 9-я бригада, выполняя приказ, ушла в тыл на новую линию, под общим командованием майора Никульшина (Благовещенский был уже на 35-й батарее).

Снялась с позиций и ушла и 388-я дивизия. Были отведены на рубеж прикрытия эвакуации и остатки 386-й дивизии. В строю оставалось еще много орудий, которые из-за невозможности вывезти, взрывали и выводили из строя. Результатом отвода частей с обороняемого рубежа стала гибель береговых батарей. Сначала окончательно замолчала 15-я отдельная батарея дотов в районе 10-го километра и 10-й остановки трамвая на Балаклаву, затем, замолчала 19-я, потом 705-я, потом 702-я. Еще продолжали действовать 14-я и 702 бис у хутора Молочный. Стреляла 18-я. Противнику как будто специально расчищали путь между мысом Херсонес и городом. Ненадолго удалось приостановить противника на Тыловом рубеже в районе современного проспекта Острякова, но около 15 часов командир 1-го батальона дотов и дзотов получил приказ оставить доты, и отходить к хутору Пятницкого.

Отвели на линию прикрытия эвакуации и минометный батальон 142-й бригады (командир к-н Овсянников). Получили приказ на отход в район 35-й батареи и остатки 125-го отдельного танкового батальона. Из воспоминаний В.И.Стальбовского: " ...29-го вечером, наш батальон получил приказ отходить в бухту Стрелецкую или Казачью (не помню точно) для эвакуации. Мы должны были встретиться с 81-м танковым батальоном, но почему-то не встретились. Пришло 7 машин и моя танкетка. Мы остановили свои машины возле 35-й батареи и стали ждать... Утром 1-го июля немцы бомбили весь край обрывы и 35-ю батарею. После бомбежки, я направился к машинам, здесь встретил начфина и механика-водителя из 4-й роты, больше никого не было...".

Те, кто стенает о трагедии на мысе Херсонес, и оправдывают действия командования СОР, совершенно забывают, что вполне боеспособные части, были стянуты на маленький пятачок, именно по приказу этого самого командования. Командир 2-го дивизиона артполка 388-й дивизии Норенко писал: "Мне было совершенно непонятно, почему мы уходим. Связи между частями и подразделениями не было, штабы, этот мозг и нервы командования всех уровней не действовали. Мне все-таки непонятно было, почему все подразделения, которые еще сохранили свою организационную структуру, и еще связаны были общей воинской дисциплиной, подразделения, которые еще в состоянии оказывать сопротивление врагу, стягивались на Херсонес в эту ловушку. Ведь всем было ясно, что на Херсонесском мысу оказывать сопротивление невозможно! Оборона здесь не оборудована, маневра войсками никакого, противник легко мог нас сбросить в море и уничтожить. Да, так не только я думаю, это понимают все... Неужели командование не видит бессмысленности такого решения?". Это не "послезнание" это строки написанные в 1942году. Если это понимал старший лейтенант, то, это должно было понимать и командование СОР. Скорее всего, понимало, но продолжало отвод, спасая себя. И все же...

Командование СОР убыло в ночь с 30-го июня на 1-е июля. Генерал-майор Новиков частями уже не управлял. Последняя "передислокация" нарушила все линии связи (даже те, которые были). Но даже лишенные единого командования, части продолжали сражаться. Люди просто останавливались, и принимали бой, понимая, что отступать дальше нельзя.

Завязался бой вокруг хутора Отрадный и молочных дач. Сначала вело огонь 130мм орудие батареи 702 бис, но вскоре оно вышло из строя, к батарее отошел батальон 9-й бригады майора Никульшина. На выручку сражающимся с хутора Голикова вышел 81-й отдельный танковый батальон майора Юдина. Того самого Юдина, который еще лейтенантом сражался в составе бронетанкового батальона под Одессой.

Один Т-34, пять Т-26, три танкетки Т-27 атаковали вдоль современной дороги с проспекта ген. Острякова в Камышовую бухту. Бой произошел в районе современной остановки "Севастополь-товарная". Из воспоминаний Т.Ф.Крохмалева: " В третьем часу дня мы были в районе молочной фермы. Там в саду, в капонирах, стояли наши танки, остатки танкового батальона, которым командовал прославившийся еде в Одессе майор Юдин. Всего танков было 9 - один тяжелый танк, пять средних -"Т-26" и три танкетки - Т-27.

Едва мы успели устроиться на позиции, как снова появились немецкие средние танки, тяжелых не было. Костяхин еще до этого повидался с Юдиным, и договорился с ним о взаимной поддержке. Мы приняли бой на подступах к молочной ферме. Майор Юдин вывел свои танки против немецких, ведя огонь из пулеметов и пушек. Сам он шел на тяжелом танке, люк башни сверху был открыт. Слева от него двигались "Т-27", справа - "Т-26". Завязался танковый бой. Поднялась густая пыль, заклубился черный дым от загоравшихся наших и немецких танков. Сквозь пыль и дым сверкали молнии выстрелов. Снарядов, видимо не хватило, и наш танк пошел на таран - было слышно как он мощным ударом ломал броню немецкого танка. Дым стал рассеиваться. Все три "Т-27" горели, Т-26 прорвались и уходили на запад, к морю. Тяжелый танк горел, а через борт висело неподвижное тело майора Юдина. Так погиб этот отважный танкист, преданный Родине, сражаясь до последней минуты своей жизни".

К вечеру 30.06.42г. противник вышел к "линии прикрытия эвакуации", в бой вступила 142-я стрелковая бригада, и сводные батальоны из различных частей и ... противник остановился. Прорвать даже эту слабенькую линию противник не смог, его силы тоже подходили к концу. Из донесения СОР: "Попытки противника наступать в направлении на хутор Бермана встретили сильное сопротивление 109-й стрелковой дивизии и 142-й Отдельной стрелковой бригады, и он вынужден был повернуть фронт наступления на север в направлении на хутор Коммуна""

Двигаясь влево, части немецкой 170-й дивизии, в которую были вынуждены влить и два полка, прибывшие с других участков фронта, отсекли 456-й полк, выйдя к бегу в районе Феолента. Части 72-й немецкой дивизии вышли к бухте Карантинная, отсекая город. Организованная оборона города завершилась. Но еще двое суток продолжала держаться 142-я бригада, в надежде на то, что будут предприняты хоть какие-то меры, чтобы вывезти войска. Из воспоминаний Сухих Л.П. (142 ОСБр). "Нами никто не руководил, сражались сами по себе, но никто не помышлял об отходе. Сержанты и младшие командиры бригады, брали на себя командование разрозненными группами войск, которые самостоятельно занимали позиции, и сражались до тех пор, пока не гибли в полном составе".

Из воспоминаний ""К концу дня 30 июня немцы на автомашинах появились на левом фланге нашей обороны. Шли без предосторожностей. Мы их встретили ружейно-автоматным огнем. Нас поддержали неизвестные нам соседи-моряки из "Максима". Машины загорелись, а уцелевшие немцы разбежались по развалинам. Ночью установил, что вокруг нас осталось несколько групп моряков по 15-20 человек под командой майора, в тылу у нас в 100 метрах группа бойцов из 142-й бригады в 20 человек под командой старшины. Справа в 150-200 метрах 20-25 человек под командой младшего политрука. У стен разрушенного здания 5-6 человек под командой сержанта из 142-й бригады. Договорились сутки держаться, а потом отходить к морю на корабли.

1 июля несколько немецких танков. За ними следовала пехота. Танки прошли, а пехоту встретили уничтожающим огнем. Немецкие автомашины вспыхивали одна за другой. Немцы бежать в панике назад, в развалинах их встретили огнем наши автоматчики. Немцы не только бежали, но и поднимали руки вверх. Три танка вернулись и начали утюжить наши окопы. Забросали их гранатами. Один загорелся. Бой разгорался. Потом атака их автоматчиков. Отбивались еще два часа. Из группы сержанта остался только он один и к нам приполз. Подошло еще несколько танков. Бой, стрельба. Некоторые наши сдались, так как нечем было стрелять. Справа и в тылу у нас не было защиты, кончились гранаты. В 19 часов в тылу появились немецкие танки. Кольцо замкнулось. Немцы сгоняли из нашего тыла большую группу пленных. Нам удалось в общей суматохе уйти ползком по траншее и укрыться в разрушенном дзоте. Несколько моряков, три девушки-военфельдшеры и пять бойцов".

142-я бригада оставалась наиболее крупным боеспособным соединением и ее бойцы и командиры стали костяком обороны в последние дни. 2 июля 1942 года по инициативе старших командиров было принято решение организовать прорыв в направлении Ялтинского шоссе. Из воспоминаний начальника особого отдела НКВД 142-й Отдельной стрелковой бригады И. М. Харченко: "После того, как ночью прибыл корабль для эвакуации, на который с трудом попало немного смельчаков, была взорвана 35-я морская батарея. Надежды на спасение пропали. Выйдя на берег, заметили скопление бойцов и командиров человек триста. А когда приблизились, увидели, что выступает полковник. После уточнения оказалось, что это был начальник артиллерии 25-й Чапаевской дивизии полковник Гроссман. Перед отрядом добровольцев была поставлена задача: перед рассветом 2 июля сделать прорыв в сторону Балаклавы. Все понимали на что идут. Принимал участие в этом прорыве лично я, мой заместитель А. И. Зарва и другие работники отдела. Отряд численностью, примерно, в триста человек тихо продвигался к линии прорыва, а когда приблизились на расстояние человеческого голоса, то по сигналу зеленой ракеты двинулись вперед. Встреченный шквальным огнем пулеметов, минометов и артиллерии отряд понес большие потери. Погиб мой заместитель Зарва. Попав в большую воронку при беге, где лежал уже один раненый, мы несколько раз выглядывали из нее и при свете ракет было видно большое количество лежащих трупов на поле боя".

Кстати, в своих воспоминаниях И. М. Харченко однозначно говорит, что части ни 30-го июня ни 1-го июля никаких приказов не получали, а о том, что командующим СОР был оставлен П.Г.Новиков, он узнал только после войны. Еще оставались боеспособные войска, еще была техника , но все это были последние конвульсии умирающего организма., Войсками никто не управлял, снабжение никто не организовывал. вывозить их никто не собирался. Армию бросили...

Глава 12 Загадочный десант

В этой истории много непонятного, и однозначного решения вопроса еще пока нет, но... Общая канва событий такова: около 1 часа ночи, оперативный дежурный штаба капитан В. Г. Никитченко доложил, что в районе мыса Фиолент обнаружено 12 шхун врага. Из книги П.А.Моргунова: " Артиллеристы просили разрешения открыть огонь. Я приказал проверить, нет ли там наших подводных лодок, которые часто по ночам всплывают, заряжая аккумуляторные батареи, и если нет, то открыть огонь. Было около 2 час. ночи 29 июня. Командир 3-го отдельного артиллерийского дивизиона майор М. Н. Власов доложил, что наших подводных лодок нет, и что 18-я батарея открывает огонь". Г.И.Ванеев пишет смелее. "На правом фланге СОР враг предпринял попытку высадить морской десант в районе Херсонесского мыса с целью захватить его, чтобы иметь возможность высадить парашютный и посадочный десанты и отрезать все пути для эвакуации. 12 моторных шхун и 5 итальянских торпедных катеров, вышедших из Ялты, огибали мыс Айя". Все вроде бы просто и понятно, коварный враг попытался высадить десант, всадив нож в спину севастопольской обороне. Но, с этим десантом, много непонятного.

В воспоминаниях В.Боргезе есть упоминание: "29 июня 5 торпедных итальянских катеров снова вышли в море, чтобы во взаимодействии с 6 немецкими десантными кораблями произвести демонстративную высадку десанта на берегу между мысом Фиолент и Балаклавой с целью отвлечь внимание русских от настоящего десанта, который должен был высадиться в другом месте"...

Так даны воспоминания В.Боргезе в советском переводе. В оригинале использовано словосочетание "вarcone da sbarco" т.е. "десантная баржа" в другом месте "chiatta motorizzata", т.е. моторная баржа.

Ни о каких парусно-моторных шхунах у Боргезе речь не шла. Да, в итальянском языке есть слово "barca" т.е. "барк", но это другой тип судна. Кроме того, стоит разделять две группы кораблей. Итальянцы, действительно, устроили "шум", прикрывая высадку диверсантов на побережье. Из воспоминаний В.Боргезе: ". "Чтобы привлечь к себе внимание противника, наши моряки кричали и стреляли, стараясь наделать как можно более шума, катера маневрировали, наконец, один взрывающийся катер, управляемый старшиной Барбера, был направлен прямо на берег и своим ужасающим взрывом еще больше усилил желаемую суматоху".

Вторая группа кораблей это десантные баржи, высадившие диверсантов. В статье Ф.Куровски есть упоминание о высадке грузинской диверсионной группы "Тамара II" и 6-й роты учебного полка 800 "Бранденбург" (командир Ганс-Герхард Банзен) с десантных судов, на пляжах, в четырех точках побережья, от "kap Feolent" до "Kossaken-bucht". Т.е. от Феолента до Казачьей бухты. При этом указано, что группы высаживались именно с моторных десантных барж. Ни о каких шхунах речь не идет.

Высадка десанта была. С 29-го июня во многих воспоминаниях появляются немцы, переодетые в красноармейскую форму. Вспомним хотя бы мемуары Н.Александрова. "В лощине, возле засыпанного выхода из тоннеля, много народу. Кроме нас, здесь остатки отступающих подразделений. Стоит дикая пальба. Не разобрать, кто по кому стреляет. Присматриваюсь: из-за куста солдат в плащ-палатке строчит из автомата по толпе. Что-то неладное! Прицеливаюсь ему в голову. Он падает. Подбегаю к нему, сдираю плащ-палатку. Под ней эсэсовский мундир. Показываю убитого комиссару. Порозов приказывает:

-- Всем снять плащ-палатки! Бойцы выполняют команду. Все сняли, кроме нескольких солдат, которые, отстреливаясь на ходу, бегут к кустарнику. С ними быстро расправились. Они оказались переодетыми гитлеровцами". И это далеко не единичный случай. Судя по немецким документам, и по тому, что переодетые "немцы" все же появились в рядах защитников, высадка все же удалась (во всяком случае, частично), и была она произведена как раз с 28 на 29 июня.

В то же время П.А.Моргунов указывает: ""Береговая батарея N 18 сорвала этот план противника, своевременно открыв огонь и не допустив десант к Херсонесскому полуострову. Командир 18-й батареи Н. И. Дмитриев 30 июня вечером доложил, что огнем батареи 9 из 12 шхун, шедших в направлении Херсонесского маяка, были потоплены на траверсе мыса Фиолент в расстоянии 6,5--7,5 км. Оставшиеся три шхуны ушли в море. Десант врагу высадить не удалось". Странно вот что: П.А.Моргунов опять же пишет о парусно-моторных шхунах, в то же время, как по немецким данным, в высадке использованы десантные баржи. Это означает, что была и третья группа. Это двенадцать парусно-моторных шхун, которые были обстреляны 18-й батареей, т.к. в документах 3-то артдивизиона четко указаны параметры цели, и ее тип.

Что же это за шхуны, которые потопила 18-я батарея? Вспомним телеграмму Ф.С.Октябрьского: " Тов. Елисееву поставить на питание Севастополя все подводные лодки, в качестве пробы поставить на коммуникации 7--10 лучших моторно-парусных шхун, надежно оборудовав их в навигационном отношении. Увеличить зенитное вооружение".

Действительно, из нескольких точек кавказского побережья в ночь с 27 на 28-е июня вышли девять парусно-моторных шхун, имея на борту, в общей сложности, две маршевых роты и боезапас. Не вернулись обратно шхуны "Моряк", "СП-217", "СП-218". Числится "пропавшей без вести", в период с 26 по 29 июня, шхуна "СП-212". Этот вопрос требует более тщательного исследования. Возможно, это совпадение, а возможно и нет.

И можно было бы отмахнуться от этого предположения, назвав все выдумкой, если бы не один случай. На пункт приемки металла поступили два якоря, характерной формы. Якоря были откованы ростовской артелью, в 20-е годы ХХ века. Якоря этого типа, как раз, использовались на парусно-моторых шхунах. Якоря были найдены и подняты на поверхность, как раз в районе, где должны были лежать потопленные шхуны. Сама по себе находка ни о чем не говорит, но в ходе беседы, выяснилось, что якоря - не единственная находка. Снимки поднятых со дна моря предметов были "безликими" и не дали никакой дополнительной информации. Кроме одной. На небольшом латунном колоколе, с внутренней стороны, стандартными штампами по краю была выбита надпись "СП 212". Может это совпадение. Что нашли в указанном районе? Куски деревянной обшивки и набора, остатки небольшого двигателя, дельные вещи, и... 76мм снаряды советского производства. Так что вполне возможно, что 18-я вела огонь по своим же. Такие ситуации на войне бывают часто, даже в нормальной обстановке, даже если это так, не стоит клеймить советские войска позором. Вспомним, например, сколько своих вертолетов сбили американцы в Ираке. Дело в другом: из-за ослабевшего наблюдения за побережьем, немцам удалось высадить десанты.

Снимаемая с охраны берега 9-я бригада имела дислокацию вдоль берега, а, вот, прибывшая ей на замену 142-я бригада сосредотачивалась на линии прикрытия эвакуации. Группы были высажены на пляж Васильевой балки и у скалы Митилино. (1-й и 2-й взводы "Саперной школы"). Группа была обнаружена и частично уничтожена частями 456-го полка. Пограничники вовремя обнаружили высадку, и завязался бой. Описание этого боя сохранилось в неподписанных воспоминаниях, хранившихся в Балаклавском музее (ныне утрачены). Вторая группа была высажена между мысом Лермонтова и Виноградным мысом, здесь высаживались "бранденбуржцы" из 6-й роты. Третья группа высаживалась за Виноградным мысом. Здесь тоже высаживались диверсанты из 6-й роты. Высадка этих двух групп прошла удачно.

П.А.Моргунов пишет: "Гарнизон береговой батареи N 18 около 12 час. дня 1 июля отбил атаки танков и пехоты с помощью батареи N 35, открывшей огонь по танкам практическими снарядами, после чего враг временно прекратил атаку. Вечером противник снова пошел в атаку, но на батарее уже не было снарядов. Подорвав орудия, командир батареи N 18 старший лейтенант Н. И. Дмитриев с оставшейся небольшой группой бойцов при наступлении темноты сумел прорваться на батарею N 35. Позже он со своим личным составом принял участие в обороне батареи и геройски погиб в бою". Тогда, почему же, моряки, повстречавшиеся Меньшикову вечером 30.06.42г. сказали, что батарея взорвана? Отчет нашелся неожиданно. В воспоминаниях наемника, немецкого происхождения, сражавшегося в Южной Африке, с чисто немецкой фамилией Orloff, есть упоминание о его службе в спецподразделениях Вермахта. Он пишет: "после высадки на живописном пляже под скалами, мы бесшумно поднялись по тропинке. Нам никто не препятствовал, лишь на самом верху, "Вили" зарезал спящего часового в солдатской форме. Сами мы были в матросской робе, и, нам казалось, что мы мало отличались от защитников. Мы несколько раз пытались проникнуть к цели нашей операции огромному бетонированному форту, но каждый раз, нас останавливали часовые. И вот, наконец, удача улыбнулась нам, мы встретили ничего не подозревающих "собратьев" моряков, которые шли на какую-то батарею, во главе с каким-то лейтенантиком. "Густав" вовремя сообразил, что к чему, рассказав, что батареи уже нет, она взорвана, угостил лейтенанта сигаретами, и убедил вернуться в форт. Вместе с этой группой прошли и трое из нашей группы. Остальных остановил патруль. Но судьба той троицы оказалась незавидной. "Йохан", доставая пачку сигарет "засветился" своими запасами, и был буквально растоптан озверевшей толпой. После этого НКВД застрелило "Густава", когда он открыл стрельбу по офицерам, удалось вырваться из этого ада только "Вилли", да и то, потому, что, убирая часового он весь измазался в глине. Причина провала бойцов группы, оказалась совершенно неожиданной: на нас было слишком чистое и аккуратное обмундирование, мы были выбриты, и этим разительно отличались от окружающих". Может, это и совпадение, но уж очень много деталей сходится.

Член "группы особого назначения" ЧФ Н. Монастырский писал, что 1 и 2 июля на аэродроме они вылавливали немецких провокаторов в форме матросов, которые подбивали одиночных бойцов стрелять по нашим самолетам, жечь боезапас, когда каждый патрон был на счету. Член этой группы В.Гурин в своих воспоминаниях написал, что после подрыва батареи группы фашистов на шлюпках и катерах высадились на мысе с целью пленить командный состав. Фашисты были одеты в красноармейскую форму и сумели просочиться в район 35-й батареи, при этом внесли панику среди бойцов. Всю ночь шел бой и вылавливались десантники, а утром после рассвета они стали явно заметными по выхоленным лицам и были полностью ликвидированы. Их шлюпки и катера захватили счастливчики из бойцов на берегу. Из воспоминаний Александрова (бронепоезд "Железняков"): "Мы сидим в темноте, не выпуская из рук оружия. И в это время послышался истошный крик. Какой-то сукин сын взывал к "гражданскому населению":

-- Зачем нам погибать? Обезоруживай матросов и выходи на волю! Немцы нас не тронут!

Несколько моряков бросаются на голос. Не так-то просто в темноте найти мерзавца. Наконец слышится:

-- Вот он, гад!

Комиссар включает фонарь. Два раненых краснофлотца держат верзилу с перекошенным от страха лицом. Допрашиваем его. Ясно: предатель, подосланный фашистами.

-- Смерть собаке! -- гремит под сводами тоннеля. Провокатор стоит, прижавшись боком к стене. Четыре моряка поднимают автоматы, смотрят вопросительно на комиссара. Порозов брезгливо морщится и кивает головой. Коротко треснули очереди, словно горсть гороха кинули на жесть. Предатель упал".

Глава 13 Была ли возможна эвакуация?

Еще, и еще раз возвращаясь к вопросу, о возможности удержания Севастополя, сравнивая и оценивая все факторы, приходишь к выводу, что Севастополь удержать все-таки было невозможно. Падение города было, к сожалению, предопределено. Даже если бы Э.фон Манштейну не удалось бы сломать хребет советскому сопротивлению в июне, это произошло бы чуть позже.

Обратим внимание на общую тенденцию. С каждым штурмом территория плацдарма сокращалась. 13-го июня 1942г. появились первые предпосылки к падению города.

В это время ситуацию можно было бы спасти, доставив в город не менее двух-трех дивизий, доставив необходимый боезапас, и пополнив артиллерию. Но это нужно было сделать быстро, оперативно, четко. К сожалению, ни наше государство, ни наши военные никогда не отличались ни оперативностью, ни исполнительностью. Советская военная машина была нетороплива и неповоротлива. Например, Керченско-Феодосийская операция готовилась месяц, и пошла совсем не по плану.

В мае 1942г., после разгрома керченской группировки советских войск, стало кристально ясно, что следующей целью вага станет Севастополь. В связи с этим, давайте посмотрим, а существовала ли возможность альтернативного развития событий? Можно ли было удержать Севастополь, доставив большее количество войск и боезапаса, и можно ли было эвакуировать бойцов и командиров Приморской армии.

Войну, которую у нас принято называть Великой Отечественной, Черноморский флот встретил в довольно сильном составе. Приведу только одну цитату: "Для решения поставленных задач флот имел в своем составе линкор, 6 крейсеров, 3 лидера, 14 эсминцев, 47 подводных лодок, 2 сторожевых корабля, минный заградитель, 15 тральщиков, 84 торпедных катера, 10 катеров-охотников, суда вспомогательного флота, 625 самолетов (315 истребителей, 107 бомбардировщиков, 36 торпедоносцев, 167 разведчиков)". (И.В.Касатонов. Командую флотом. Кн.1, с.92. М., "Андреевский флаг", 2004 г). Цитата имеет ряд неточностей, но примерно отражает состав флота. В чем неточности этой фразы? В том, что в состав флота на 22 июня включены корабли, вошедшие в строй уже после начала боевых действий, в частности эсминец "Свободный" вступил в строй в январе 1942г., а сторожевики "Шторм" и "Шквал" подняли военно-морской флаг только в мае 1942г. и.т.д. Но вместе с тем, флот был достаточно силен. С началом войны в его состав вошли мобилизованные корабли, в частности, большое количество морских охотников из состава морпогрнохраны НКВД, мобилизованные суда, корабли Азовской и Дунайской флотилий.

Но это было в начале войны. В каком состоянии был Черноморский флот к маю 1942года? Начнем с основного корабельного состава.

Линкор "Парижская коммуна" в 1933-1938 гг прошел капитальный ремонт и модернизацию на базе Севастопольского морского завода. Были проведены значительные работы по модернизации корабля: изменена энергетическая установка - 12 котлов большей паропроизводительности. Котлы были переведены на мазут. Были выполнены корпусные работы: увеличена толщина крыш башен главного калибра до 152 мм, увеличена толщина броневых листов средней палубы до 75 мм, увеличен угол вертикального наведения орудий и дальность стрельбы, сделаны противоторпедные були, установлены новые системы связи и управления стрельбой и.т.д. Помимо этого на носовой и кормовой башнях было усилено зенитное вооружение, были установлены шесть 76-мм зенитных пушек 34К. Линкор активно участвовал во многих операциях , но к марту полностью расстрелял ресурс своих стволов. В апреле 1942г. сменил расстрелянные стволы главного калибра, и находился в полной боевой готовности. С крейсерами было чуть сложнее. Из шести крейсеров в боеготовности находились лишь половина. Новейший крейсер "Ворошилов", 2-го ноября 1941г., стоя у Элеваторной пристани Новороссийска, получил серьезные повреждения при налете немецкой авиации, но 18 марта 1942г. вышел из ремонта, и "работал" на Севастополь. В частности, на его борту в Севастополь прибыла 9-я бригада морской пехоты. На крейсер погрузили 36 орудий, 12 минометов, автомашины, обоз, 280 т грузов и 2485 бойцов и офицеров. В строю находился и другой крейсер того же типа: "Молотов" Крейсер получил тяжелейшие повреждения во время январского шторма, но уже 14 февраля вышел из ремонта. В марте крейсер повторно встал в ремонт. В мае-июне крейсер находился в строю, доставляя грузы и подкрепления в Севастополь. "Красный Крым" был заложен еще в 1913 году, но вошел в строй в 1928-м. К началу войны крейсер был уже "пожилым", но вполне боеспособным. Во время шторма в январе 1942г. он получил удар форштевнем от "Молотова", но остался в строю. В мае 1942г. крейсер был вполне боеспособен, чего не скажешь о его собратьях. 1-го января 1942г. крейсер "Красный Кавказ" получил тяжелые повреждения от ударов немецкой авиации, и до июля 1942г. находился в ремонте. "Червона Украина" с 12 ноября 1941г. лежала на дне моря в Севастопольской бухте. Ее орудия вели огонь с береговых позиций, усиливая оборону Севастополя. Еще одним "крейсером" Черноморского флота числился старенький "Коминтерн" (он же "Кагул", он же "Память Меркурия"), построенный еще в далеком 1905-м году. Слово "крейсер" не случайно взято в кавычки. В июне 1941г. этот корабль был переклассифицирован в минные заградители. Действительно, корабль со скоростью хода всего 10 узлов, вооруженный восьмью старыми 130мм орудиями, вряд ли можно считать крейсером.

Из трех лидеров, по состоянию на май 1942г, в строю оставалось всего два: "Ташкент" и "Харьков", "Москва" погибла в результате неудачной набеговой операции на Констанцу еще в начале войны. С эсминцами ситуация получилась еще хуже. Указанная в цитате цифра "четырнадцать эсминцев" не верна. Почему? На первый взгляд все правильно:

-пять "новиков": "Дзержинский" (бортовой номер 11), "Железняков" (12), "Незаможник" (13), "Шаумян" (14), "Фрунзе" (15)

-пять "семерок" (проект 7): "Безупречный", "Беспощадный", "Бойкий", "Быстрый"

-четыре "умника" (проект 7У) "Способный", "Свободный", "Совершенный", "Смышленый"

Но это только на первый взгляд. Начнем с того, что ЭМ "Свободный на 22 июня 1941г. находился в постройке (процент готовности 83%), он вступил в строй только в январе 1942г. Вторая ошибка заключается в том, что эсминец "Совершенный", вообще, не входил в состав флота. Просто не успел. Эсминец "Совершенный" после спуска на воду со стапеля завода N200 был переведен для достройки в Севастополь на завод N201. К 22 июня 1941 года он находился в 90-процентной готовности.

30 сентября 1941 года "Совершенный" вышел из Севастополя на мерную милю для проведения испытаний. В этот день планировалось подписание приемного акта. Во время испытаний, в 16.42 неожиданно прогремел сильный взрыв. Корабль наскочил на советское минное заграждение. Корабль попытались спасти, но 12 ноября корабль был окончательно разбит авиацией противника в доке завода N201 (СМЗ). 20 февраля 1942г. Док осушили, корабль частично восстановили, поставили к достроечной набережной, но в июне 1942г. он был потоплен в 3-й раз немецкой авиацией. В состав флота он так и не вошел. Итак, эсминцев было не четырнадцать, а несколько меньше. К маю 1942г. их стало еще меньше, несмотря на то, что филиал завода N201 в Поти достроил эсминец "Свободный". Черноморский флот потерял к этому времени не один боевой корабль.

Обратный отсчет открыл эсминец "Быстрый" 1-го июля 1941года он вышел из Севастополя в Николаев на ремонт. При выходе из Севастопольской бухты, при проходе первой линии бонового заграждения, в 14.10, эсминец подорвался на немецкой донной мине. Корабль затонул на траверзе бухты Матюшенко на глубине 6-12м. С ЭМ сняли два 130мм и три 45мм орудия, но дальнейшим работам помешал шторм. Осматривавший его 5 июля 1942г. командующий флотом вице-адмирал Ф.С. Октябрьский, определил его положение как безнадежное. Тем не менее 13 июля 1941г. корабль был поднят, введен в док. После того как корпус эсминца "залатали", 30 августа его отбуксировали в Килен-бухту, для завершения ремонта. Но при налете в сентябре 1941г. он был потоплен у достроечной набережной. Следующим стал "новик" "Фрунзе". 21 сентября в 14 часов, спасая личный состав канонерской лодки "Красная Армения", корабль был сам потоплен немецкой авиацией, при этом был ранен, находившийся на мостике эсминца, командующий эскадрой контр-адмирал Владимирский. Эсминец был вынужден выброситься на мель. Следующей жертвой Григорьевского десанта стал "Беспощадный", потерявший свою носовую оконечность, при налете 22 сентября 1941г. Корабль смогли довести до Севастополя, но 12 ноября 1941г., стоя в ремонте, он попал под налет немецкой авиации. Корабль в этот раз удалось спасти, но он простоял в ремонте до сентября 1942г. Т.е. по состоянию на май, еще один эсминец был выведен из строя. Но на этом потери не прекратились. 21-го февраля 1941г. во время шторма погиб "Смышленый", 3-го апреля выскочил на камни эсминец "Шаумян". 14 мая 1941г. на своем минном заграждении гибнет "Дзержинский". Т.е. по состоянию на май, в строю оставалось всего шесть эсминцев, два проекта 7, два 7У и два "новика". Чтобы восполнить нехватку кораблей этого класса, в состав дивизиона эсминцев включили и два сторожевика "Шторм" и "Шквал", хотя по своим показателям, они до эсминцев не дотягивали. (они несли всего два 102мм орудия, 1х45мм, 1х37мм и имели скорость 20 узлов).

С тральщиками была похожая ситуация, их в строю оставалось всего девять из тринадцати бывших на начало войны. Два тральщика были уничтожены (Т-402 и Т-405), еще два находились в ремонте. Были в составе флота и 27 вспомогательных тральщиков, но по сути, это были гражданские суда, переоборудованные под нужды войны. Флот имел в своем составе достаточно много вспомогательных кораблей, морских охотников, торпедных катеров, катерных тральщиков, но их огневая мощь и мореходность были ограничены. Просуммировав возможности перевозки всех боевых кораблей ЧФ, можно прийти к выводу, что за одну "ходку" они могли перевезти около 8-9 тыс. человек, если не задействовать линкор, и 10-12 тыс. при его участии. С перегрузом, корабли могли взять до 15 тыс. человек. Возникает вопрос: "А как же вывезли из Одессы 85 тыс. человек?". Ответ прост: использовали транспортный тоннаж. В начале войны Советский Союз имел достаточно большой тоннаж на Черном море. К сожалению, легендарная Керченско-Феодосийская десантная операция имела еще один негативный эффект: она почти полностью уничтожила светский транпортный тоннаж. Ниже приведена таблица состояния транспортов, по состоянию на май 1942г.


Название

Год постр

г/п

Судьба

1

"Антон Чехов"

1931

2121

Погиб на минном заграждении 14.4.1942 у Камыш-Буруна

2

"Анатолий Серов"

1939

3685

18.05 42г. поврежден в Севастополе

3

"Абхазия"

1930

4727

4

"Азов"

1929

967

5

"Белосток"

1933

2034

6

"Березина"

1918

3087

7

"Валериан Куйбышев"

1914

4629

Торпедирован в Керченском проливе 2.4.1942

8

"Вайян Кутюрье"

1932

7596

Убыл с ЧФ

9

"В.Чапаев"

1935

2150

Торпедирован 23.3.1942 на подходе к Севастополю.

10

"Ворошилов"

1924

3908

Поврежден авиацией 29.3.1942, в ремонте

11

"Восток"

1901

2787

Потоплен 6.5.1942 в Керченском проливе

12

"Георгий Димитров"

1905

2482

Потоплен 21.3.1942 в Севастополе

13

"Грузия"

1928

4857

14

"Димитров"

1919

3689

Поврежден 19.4.1942, на ремонте

15

"Жан Жорес"

1932

3972

Потоплен 16.1.1942 у Феодосии

16

"Зырянин"

1919

2593

Потоплен 5.1.1942 в Феодосии

17

"Иосиф Сталин"

1934

7745

Поврежден 19.4.1942 на ремонте

18

"Калинин"

1925

4156

Потоплен 21.4.1942

19

"Коммунист"

1891

1941

Потоплен в феврале 1942г. на переходе в Севастополь

20

"Красная Кубань"

1889

2862

21

"Красный Профинтерн"

1902

4648

3.2.1942 поврежден, не восстанавливался

22

"Красный Флот"

1882

712

Потоплен 12.5.1942 у Еникале

23

"Кремль"

1932

7661

Поврежден, в ремонте

24

"Крым"

1928

4867

Поврежден, на консервации

25

"Кубань"

1932

3113

Поврежден, в ремонте

26

"Курск"

1911

5801

Поврежден, в ремонте

27

"Ленинград"

1889

1783

Поврежден в начале войны, находится в ремонте в Туапсе

28

"Михаил Громов"

1930

836

29

"Москва"

1932

6086

30

"Ногин"

1933

2109

Потоплен 5.1.1942 в Феодосии

31

"Одесский Горсовет"

1931

557

В ремонте

32

"Передовик"

1939

1846

Поврежден, в ремонте

33

"Пестель"

1890

1850

34

"Потемкин"

1887

882

Поврежден, потоплен 14.5.1942

35

"Сванетия"

1937

4125

17.4.1942 потоплен в рейсе из Севастополя

36

"Севастополь"

1896

1339

37

"Серго"

1930

7596

Поврежден, в ремонте

38

"Советская Нефть"

1929

8228

Поврежден, в ремонте

39

"Советский Крым"

1930

968

Поврежден, посажен на грунт

40

"Спартаковец"

1939

958

Потоплен в Феодосии 9.1.1942

41

"Стахановец"

1923

1219

42

"Торос"

1929

1396

43

"Украина"

1931

4727

44

"Ульянов"

1941

2150

Не на ходу.

45

"Фабрициус"

1906

2434

Потоплен 2.3.1942 у м. Утриш

46

"Чапаев"

1915

3596

Потоплен 1.3.1942 на подходе к Севастополю

47

"Чатырдаг"

1896

901

Потоплен 9.1.1942 у Феодосии

48

"Черноморец"

1898

1048

Потоплен 10.5.1942 у Керчи

49

"Шахтер"

1902

3028

50

"Эльборус"

1898

970

Поврежден, в ремонте

51

"Эмба"

1929

7886

Поврежден, посажен на грунт

52

"Ялта"

1916

611

Оценка: 7.00*4  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Д.Рымарь "Десерт по имени Аля" (Современный любовный роман) | | Э.Грант "Жена на выходные" (Современный любовный роман) | | Д.Хант "Лирей. Сердце волка" (Любовное фэнтези) | | Э.Блэк "Падший (зеркало Иштаар)" (Приключенческое фэнтези) | | А.Ганова "Тилья из Гронвиля" (Подростковая проза) | | О.Герр "Захватчик" (Любовное фэнтези) | | Л.Ред "Акула недвижимости" (Короткий любовный роман) | | К.Ши "Жена на день" (Современный любовный роман) | | Ю.Ханевская "Отбор для няни. Любовь не предлагать" (Юмористическое фэнтези) | | С.Бушар "Сегодня ты моя" (Короткий любовный роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"