Гуркало Татьяна Николаевна: другие произведения.

Феникс обретает крылья

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Открой свой Выход в нереальность
Peклaмa
Оценка: 9.60*10  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Фениксы умирают и возрождаются, переплавляя свою личность во что-то другое, то, чем они не могли быть еще мгновение назад. Так говорил учитель Тэдэра. И постепенно сходят с ума. Невозможно остаться в здравом уме, постоянно теряя самого себя. Фениксов считают мутантами, пытаются "это" лечить и запрещают распространять.Но есть место, где этот дар ценят, умеют обучать его носителей и не дают им скатиться в безумие. Потому что фениксы так же умеют "видеть". Видеть чужое отношение и слабости, намерения и страхи. И, научившись не обманываться, фениксы из проблемы превращаются в оружие.

  Татьяна Гуркало
  
  Феникс обретает крылья
  
  
  
  Пролог
  
  Корабли были прекрасны. Совершенны. Мечта, а не корабли. Их не портило даже то количество оружия, которое они направили на неуклюжую скорлупку не вовремя покинувшей изнанку мира КУ-32.
  - Что будем делать? - недоуменно спросил Дериш.
  Тэдэр его понимал. Для полного и окончательного уничтожения списанной пассажирской яхты хватило бы и одного такого корабля, а тут целое построение. Яхта не стоила такой чести. У нее даже имени не было.
  - Сдаваться, - решил Тэдэр.
  Решение было единственно верным. Сбежать не получится, слишком уж разный класс у корабликов. Повоевать - тем более. Присутствие ни в чем неповинных девушек на борту почти наверняка гарантировало, что разрушать кораблик до состояния ни на что не годного хлама не будут в любом случае. Но зачем сопротивляться неизбежному? Плюс-минус несколько минут ничего не решат. Пойманных работорговцев ангелы не упустят. Жителей Крылатого Королевства среди девиц нет, так что убивать этих работорговцев на месте не станут. А дальше, как повезет.
  Кто бы что не говорил, расстреливают работорговцев довольно редко. Чаще посылают на общественно полезные работы, вроде раскопок и помощи сельхозработникам. Реже - выдают кому-то недовольному их деятельностью. А там суды, адвокаты, законы. Доказать именно работорговлю на самом деле очень сложно, а жители Крылатого Королевства, тем более если они военные, быть на этих судах свидетелями традиционно отказываются. Сами же девицы... Половина не захочет сознаваться в собственной глупости, другая половина попросту испугается, а самым несговорчивым можно будет заплатить. К деньгам они явно неравнодушны.
  - Ладно, - не стал спорить Дериш. О статистике расстрелов он тоже знал и кому-то полезной работы не боялся. - Пойду, сообщу, что мы сдаемся.
  - Иди.
  Тэдэру хотелось ругаться. Потому, что в отличие от флегматичного Дериша, он умел думать. И додумался до того, что некто Серый Ферзь не мог не приложить свою руку к делу появления в необитаемом секторе такого количества кораблей. Исключительно во благо своему любимому ученику. Нечто вроде знаменитого пинка под зад. Тебе здесь не место, мальчик. Уйди по-хорошему, иначе я тебя уйду по-плохому. Ах тебе некуда? Ничего, я тебе подыщу подходящее место, там быстро из тебя дурь выбьют, раз ты на уговоры не поддаешься.
  Ох, не зря лететь пришлось на яхте доведенной предыдущими владельцами до такого состояния, что и выбросить не жалко. Еще и дамочки, как на подбор, не шибко ценный товар. И маршрут несколько необычен. Патрули, видите ли, стали слишком часто встречаться на привычных маршрутах, покупатели боятся.
  - С-с-сволочь, - душевно прошипел Тэдэр. На душе полегчало. Безрадостные перспективы обрели некоторую логику.
  Возможно, это не самый плохой способ оказаться в Крылатом Королевстве. Был способ и похуже. Похуже с точки зрения Тэдэра. Не любил он навязываться. Особенно людям, которые будут ему очень не рады. Особенно родственникам. А так, несколько лет тяжелой физической работы и можно проситься на постоянное место жительства. Ангелы верят в перевоспитание. Наверное потому, что видят людей насквозь и обмануть их в этом деле не получится. А Тэдэру обманывать не придется. На самом деле он даже не работорговец. Просто согласился оказать услугу учителю, чтоб ему пусто было. Обратное вряд ли кто-то сможет доказать, разве что пассивное соучастие вменять можно, без нарушения их драгоценного закона "о живущих".
  Корабли на экране поманеврировали, перестроились и выпустили из своих рядов нечто тонкое, длинное, похожее на кусок трубы. Переходник наверное, неведомой системы. У ангелов этих неведомых систем больше, чем у остального человечества вместе взятого. Списанные яхты им ни к чему. Поэтому они перегрузят идиоток, возжелавших легкой и прибыльной работы, на свои кораблики, затолкают экипаж яхты в количестве двух человек в какое-то не слишком приятное место и превратят яхту в симпатичный кубик для удобства транспортировки к ближайшему комплексу по переработке металлолома. Не самая плохая судьба для яхты.
  Большинство КУ-32 заканчивают свое существование в результате неудачного перехода и найти их в таком случае не представляется возможным. Большинство работорговцев разделяют их судьбу. Нервная работа. Не сильно прибыльная, если ты обычный перевозчик, а не куратор и не продавец. Тэдэр никогда не понимал, что заставляет людей ею заниматься. Возможно, лень и нежелание учиться чему-то полезному.
  
  
  Часть 1
  
  Когда кажется, что выбора нет.
  
   Правда, хорошо, когда тебя ждут?
   (Последняя фантазия 7. Дети пришествия.)
  
  
   Все лгут.
   (Доктор Хаус)
  
  
  Сны и реальность
  
  Номер один
  
  Возможно, все было совсем не так. Но сон повторялся раз за разом. Словно пытался не дать забыть, за что нужно быть благодарным старому работорговцу, очень умному человеку, по совместительству мерзкому старику, порочащему высокое звание носителя разума.
  Человек, в широком и длинном сером плаще, делавшим его похожимна привидение, торопливо шел по неосвещенной улице. Да и зачем ее освещать? Ничего кроме складов на этой улице не было, а нормальные люди среди ночи мимо складов не прогуливаются. У человека была цель. Или проклятье. Он почувствовал боль, чужую, слабую, на грани жизни. И как всегда, в таких случаях, не смог пройти мимо. Потому, что чужую боль он мог чувствовать только при одном условии. У того, кому больно, среди предков был Ахди, авантюрист, любитель красивых женщин, проклятый, живший пол тысячелетия назад. Один из предков человека в сером.
  Проблема была в том, что Ахди любил женщин вовсе не платонически и потомков наплодил по всему сектору людей. Потомки потомков имели дурную привычку появляться в самый неподходящий момент, в самом непотребном состоянии. Наверное, сказывалась наследственность. Некоторых человеку в сером пришлось добить из человеколюбия. Некоторых он с чистой совестью сдал местным стражам закона. Очень немногих довез до больницы. И единицы удостоились близкого знакомства.
  На этот раз чужая боль привела его к мальчишке. Вид такой, что возраст определить затруднительно, но человек в сером знал, что мальчику едва исполнилось всемнадцать лет, потому, что не раз видел его лицо. Узнаваемое даже в таком виде. Когда-то человек в сером очень на него был похож, потом внешность пришлось кардинально изменить.
  Мальчик знаменитость. Лучший сочинитель песен этого года. Тэдэр Бранко, пропавший два дня назад.
  Били сочинителя песен долго и вдумчиво. За что били - понятно. Не зря же второго сочинителя из той же группы вернули, предварительно избавив его голову от памяти, да и личности в целом. Связался идиот с местной аристократочкой, а второй, идиот, решил сообщить об этом любящему родителю аристократочки. В результате, первый умирает в яме с водой, чудом не утопившись при попадании в нее. Второй превратился в овощ и весело выдувает пузыри из слюней. Есть, правда, шансы, что по прошествии некоторого времени он опять превратится в личность, совсем не ту, которой был до решения наябедничать на более талантливого коллегу, но это вряд ли, состарится быстрее. Мозг перепахали безжалостно, не пытаясь уменьшить вред от воздействия.
  Какая нелегкая надоумила Серого Ферзя лично заняться спасением полутрупа, не знал никто, в том числе и сам спасатель. Словно долг кому-то пытался отдать. Но ведь спас, вывез с планеты, подлечил и даже занялся вколачиванием в продуваемую всеми ветрами голову необходимых для выживания истин. Обучение проходило увлекательно, с переменным успехом, и закончилось в тот момент, когда Тэдэр вспомнил чей он сын. И решил заняться спасением ненужной ему семьи отца, и местью за давно мертвую маму. Мстить ему хотелось больше, чем спасать, но раз уж так совпало, почему бы не совместить приятное, с не очень приятным?
  Отомстил, идиот, самому вспоминать не хочется. Влез в жизни ни в чем не виноватых людей. Помог одним натравить безликое общественное мнение на других. Стал причиной того, что людям пришлось спешно покидать родную планету. Целыми семьями. Глупость несусветная.
  Наверное, именно в тот момент Серый Ферзь понял, что ничего от Тэдэра не добьется и решил позволить ему учиться на собственных ошибках. Правда, под присмотром людей, которые даже не подозревали о своей миссии, хотя присматривали просто отлично. Они уж точно не позволят ему свернуть шею в процессе.
  Не зря у Тедера давненько появились подозрения, что эта сволочь, его любимый и местами дорогой учитель, работает на Крылатое Королевство. Слишком уж часто его конкуренты попадались то фуриям, с их нестандартным подходом к проблеме работорговли, то патрулям, больше похожим на часть армии, чем часть соединений стражей порядка, замашки у них были соответствующие.
  Крылатому Королевству на самом деле плевать на остальное человечество, что они и не скрывают, в отличие от центральных миров. Зато за своих граждан, в отличие от тех же цивилизованных центров человеческой культуры, они кого угодно в фарш превратят. Последствия их волнуют мало. Если кто-то настолько глуп, чтобы не внять предупреждениям, мозгов на то, чтобы навредить, у него точно не хватит. А если и хватит, любой вред компенсировать гораздо легче, чем потерю людей и последующие за этим сомнения в компетентности защитников и правовиков.
  Воевать с ангелами рискнет только сумасшедший, пытались уже. Дважды фурии за пару часов разбивали в пух и прах армию противника, едва успевшую войти в пространство Крылатого Королевства. Фурии не зря носят такое название, кого попало в эти элитные части не берут. Только лучших и способных стать с кораблем единым целым. Собственно, давно ходят слухи, что этих сверхов специально вывели какие-то загадочные генные инженеры. А что, мутантов в Крылатом Королевосве привечают, так что поверить не сложно. Но все знающий учитель утверждал, что кого-то выводить там не надо, и что такие сверхи даже в центральных мирах водятся, но там их лечат от сумасшествия и подозревают в мутациях, которые пока не умеют выявлять. А уж строить специально для них корабли... ну, для этого сначала надо отделить одних сверхов от других и понять, из которых можно сотворить фурию, а главное, каким образом. Вот только делиться этим знание ангелы не спешили.
   На убытки, как свои, так и чужие, ангелам было плевать, репутация в глазах собственных граждан важнее. Несколько раз на планеты, готовящиеся к священной войне с прибежищем мутантов, высаживался десант. Нахально высаживался, прямо на дома политиков и военных в высоких чинах. После этого все, кто лишившись любимого чада, расстрелянного за то, что "случайно" убил какое-то ничтожество из Королевства, пытались призвать граждан к священной войне, загадочным образом исчезали. Вместе с чужим десантом. Как этот с шумом приземлившийся десант умудрялся бесшумно исчезнуть, понять до сих пор никто не смог. Все всегда видят, как они появляются, и никто потом не замечает, куда и как пропадают. Из-за чего уже полстолетия упорно ходят слухи, что ангелы изобрели телепортер.
  На разнообразные эмбарго и репутацию кровожадных чудовищ, правители Крылатого Королевства плюют с вершины священной горы. У них получается неплохо торговать с не людьми, и всячески привечаются свободные торговцы, большинство из которых отличить от контрабандистов не смог бы, наверное, и Серый Ферзь.
  Да и сами ангелы не так страшны, как об этом говорят все в том же центре. С виду люди, как люди. Ну, подумаешь, изредка отращивают полупрозрачные крылья из непонятной субстанции и начинают демонстрировать чудеса вроде прыжков в открытый космос без скафа и даже плохонького летного комбеза, или ныряния в лаву на спор.
  В общем, не самое плохое место.
  
  
  Тэдэр лежал, глядя в зеленый потолок, и медленно отходил от сна. Сон мог и не быть правдой, не в деталях. В деталях он врал. Он точно повторял то, что рассказывал когда-то учитель. Тэдэр знал больше, потому, что имел глупость послать о себе запрос в архив корабельного хирурга.
  То, что Серый Ферзь нашел в яме, человеком было назвать сложно. Кусок мяса, по которому долго, со всей дури, колотили чем попало. Да и нашел он его не спустя два дня, а в первую ночь после исчезновения. Два дня хирургу понадобилось чтобы вернуть Тэдэра в мир живых. Но важно не это. По голове его не били. Наверное надеялись, что благодаря этому он все осознает и сам себя проклянет за покушение на чью-то там честь. И провалы в памяти возникли не из-за боли. Тэдэр специально уточнял.
  На момент тестирования общего состояния организма, превращенного в отбивную, он был накачан наркотиками по самую маковку и имел все шансы загнуться и без помощи мстителей за сестринскую честь. Это притом, что наркотики его никогда не привлекали и в день своего исчезновения исключений он не делал.
  О том, что аристократки неприкосновенны, Тэдэр прекрасно знал, общался только со знакомыми девушками, чтобы по ошибке не познакомиться с одной из них. Пил, вопреки своей привычке, он мало, опять же, во избежание неприятностей. Объяснение напрашивалось само. Анжел не просто ябеда. Он приложил максимум усилий, чтобы было что рассказать папаше девушки. Друг. Единственный и неповторимый.
  Зря он не верил Снежке, считал, что она пытается рассорить его с Анжелом. Переругался со всеми, с кем только мог. Был уверен, что лучше всех разбирается в людях. Дураком был, каких мало. Попался на примитивную лесть, грубую и однообразную. Гений, король сцены, мечта всех девушек. Стыдно и тошно.
  Он тогда был просто малолетним полудурком, если честно. Малолетним полудурком, с раздутым самомнением.
  И откуда оно взялось? Неужели выросло только потому, что его хвалили за те наивные стихи?
  Цвет потолка вгонял в тоску. Тэдэр подозревал, что именно для этого его и выкрасили в такой оттенок зеленого, чтобы ни у кого не возникало желания полежать, глядя в потолок, и помечтать. Но смотреть не переставал. Каждое утро. Непонятно для чего портя и без того паршивое настроение.
  С некоторых пор распорядок дня стал странным и выверенным до минуты.
  Два часа полежать с закрытыми глазами, размышляя обо всем на свете, находя в себе такие глубины, о которых даже не подозревал. Два часа в день. В течение двух лет. За это время он узнал о себе больше, чем за всю предыдущую жизнь. Раньше у него двух часов на анализ своих поступков не было. Было множество вещей, которые казались ему намного интереснее копания в себе, философских размышлений о мире и попыток решить не решаемые задачи.
  После этого пять часов на сон. Ни больше, ни меньше. Так устроен организм. И незачем пытаться перестроить его по-другому. Это Тэдэр тоже понял за последние два года. Потому, что не было никого рядом, кто бы был уверен в том, что знает сколько времени человек должен спать. Никаких психологов, пытающихся повлиять на восприятие ребенком мира. Никаких докторов наук, уверенных, что смогут обогатить науку и прославить себя, покопавшись в голове какого-то популярного музыкантишки. Как же их разочаровывал тот факт, что парень, пишущий довольно странные стихи, не сидит на наркоте. Им казалось это неправильным. Словно Тэдэр какой-то основополагающий закон мироздания своим существованием нарушал. Несколько их утешало пристрастие к выпивке, но не сильно.
  Здесь даже студенты от медицины отсутствовали. Нечего им тут было делать.
  Потом Тэдэр просыпался и смотрел на зеленый потолок. Тоскливый зеленый потолок. Ждал, пока начнут просыпаться другие обитатели общежития для выловленных на территории Крылатого Королевства преступников. Слушал непонятные звуки на грани восприятия и пытался расслабиться после очередного кошмара. Нормальные сны ему снились редко.
  Ангелы, как всегда, оказались оригиналами. У них отсутствовало такое явление, как тюрьмы. Были учебные центры, были центры рабочие, были бараки для приговоренных к смертной казни. В бараках долго не жили, так что вид у них был не очень. А учебные и рабочие центры чем-то напоминали студенческие городки. Всей разницы, что невозможно их покинуть по первому своему желанию.
  Центр Нила Шаи находился на распутье. Живущие в нем имели возможность учиться, не освобождаясь от рабочих обязанностей. Тэдэр тоже учился. Сначала совершенствовал свои пилотские навыки, просто ради интереса. Хотелось знать, каких высот он может достичь. Потом увлекся программированием крисаллических конструктов и понял, что это не его, мозги как-то иначе устроены. Полгода назад случайно забрел на лекцию по экономике и с тех пор ходил на эти лекции регулярно, перемежая их социологией, историей, развитием личности, напоминавшим Тэдэру обучение на шпиона, и обязательной пересдачей на лицензию пилота.
  Тэдэру не говорили на сколько он завис в центре, но также не предупредили о том, что это на всю оставшуюся жизнь, так что, рано или поздно, его отпустят. Учили в центре хорошо, гораздо лучше, чем в той старшей школе, из которой он сбежал в свои шестнадцать. Умели заинтересовать. Тэдэр согласился бы жить в центре не один десяток лет. Если бы не необходимость работать.
  Свою работу он ненавидел. Ненавидел тихо и всей душой. Отупляющее занятие, с которым прекрасно бы справился примитивный робот. Специально придуманное для того, чтобы сбить спесь с самых неуступчивых.
  Сегодня придется идти работать.
  Сегодня один из тех дней, когда Тэдэру не удается забыть, что на самом деле проживание в центре всего лишь наказание. Потому, что ничего большего он не достоин. Лицом не вышел. Или просто судьба такая.
  Не то, чтобы он в судьбу верил, просто хотелось на кого-то переложить ответственность за собственную глупость.
  Двести тысяч проклятий.
  За дверью чем-то загрохотали, давая понять, что в общежитии появились проснувшиеся люди, решившие покинуть свою комнату, так что тянуть дальше смысла не было. Работа никуда не денется. Придется ее выполнять. Превратиться в тупую машину, неспособную мыслить, постараться отключиться от внешнего мира и терпеть. Старательно думая о чем-то постороннем. Иногда это помогает.
  Два миллиона проклятий.
  Сосед по комнате, как всегда, безмятежно спал. Неудачливый воришка, настолько невезучий, что это было даже не смешно. И глупый. Он живет здесь почти год, и тратит свое время на всякую ерунду. Он искренне верит, что делает кому-то хуже, отказываясь учиться чему-то полезному. Иногда Тэдэру хотелось узнать, на что он надеется? На обучение в цивильном учебном заведении денег у него нет. С воровством явно не сложилось, раз поймали сразу же. Родственники дружно послали его далеко и надолго. Может ему нравится тяжелый физический труд? Тэдэр таким трудом был сыт по горло и намеревался посвятить свою жизнь чему-то поинтереснее.
  Привычно растолкать Дина, выслушав его ворчание о придурках, посетить душ, столовую. Потрепаться на отвлеченные темы с соседями. И, с унылым видом, отправиться на место работы.
  Два миллиарда проклятий.
  Песок. Желтый, меленький. Целая пустыня песка.
  Черные скалы торчащие тут и там, как чьи-то гнилые зубы.
  Серые застывшие волны, иногда достигающие шестиметровой высоты. Обманчиво красивые. Непрочные. От них лучше держаться подальше, обвалиться могут в любой момент.
  Намеки на зелень в расщелинах. Некрасивая такая зелень, присыпанная желтым песком. Но стойкая и живучая. Корневой системе этой зелени позавидует любой создатель лабиринтов. Ей приходится очень постараться, чтобы добраться до водных жил, скрывающихся под песком.
  А в песке прозрачные шарики, похожие на застывшие слезы. Природный камай, будь он проклят. Ценность, без которой прекрасно можно было бы обойтись, если бы не необходимость обеспечить работой несколько тысяч человек. Берешь лопату, сито и пересеваешь песок в поисках камая. Целый день пересеваешь, стараясь ни на что не отвлекаться, чтобы завтра не пришлось тратить еще один день на эту никому не нужную работу. Камая нужно собрать определенное количество, это ведь наказание, поблажек никому не делают.
  Камай было гораздо проще выращивать в лаборатории. Разницы никакой. Да и пользы от этого псевдокристалла маловато. Разве что использовать в качестве дешевого украшения. Обвеситься шариками с ног до головы и сверкать всеми цветами радуги, чтобы недруги ослепли. Тепловые пистолеты, для создания которых камай использовали, себя не оправдали и давно ушли из обихода. Генераторы с накопителями из камая слишком часто ломались. Странные личности, использовавшие его для создания скульптур, похоже, вымерли окончательно. Следовательно, работа в пустыне была ни чем иным кроме издевательства. Метод перевоспитания. Чтобы не возникло желания повторно здесь побывать.
  Тэдэр подозревал, что весь собранный воспитуемыми камай по выходным зарывают обратно в песок, чтобы он, не дай бог, не закончился.
  Лопата, сито, респиратор на лицо.
  Тэдэр печально вздохнул и решил приниматься за работу. Серьезно решил. Во избежание еще одного рабочего дня. Но его отвлекли. Дин и какая-то девица, не придумавшая ничего интереснее попытки обозреть окрестности с верхушки четырехметровой волны.
  - Сейчас рухнет, - философски заметил Дин.
  - Точно, - подтвердил Тэдэр и зачем-то рванул к волне.
  Он знал, что кричать бесполезно. Никто его не услышит, потому что возле волн есть нечто из семейства воздушных ям, надежно отсылающее звуковые волны в обход волн серых. Лезть за девицей - самоубийство. С момента, как девица там оказалось, пройдет не больше пяти минут, и волна рухнет, похоронив ее под собой. Вес Тэдэра никак на этот процесс не повлияет, ни в какую сторону. Да и что он может сделать?
  - Кретинка! - рявкнул спасатель в лицо скалолазке и толкнул в сторону пологого склона. Хоть не засыплет. Так что в живых останется, если шею не сломает.
  Под ногами что-то вздрогнуло, шевельнулось, Тэдэр рванул следом за съезжающей по склону на попе девицей, но так и не понял, успел или нет. Мир мог потемнеть как из-за того, что его засыпало, так и потому, что он обо что-то ударился головой. Экстренная тормозная система, такая. Хорошо, что респиратор не снял. Если засыпало, но успеют быстро откопать, задохнуться не должен.
  Кажется, на этот раз ему не повезло. Спасатель.
  Двести миллиардов проклятий.
  Интересно, он действительно проваливается в сон, или попросту теряет сознание? Необычное ощущение.
  
  
  Всхлип.
  - Саша, прекрати реветь. Живой он. И даже почти здоровый. Подумаешь, руку сломал, за два часа срастим. Легкие мы уже очистили. Антидот, вроде, подобрали правильный, аллергической реакции нет. А мозгов в его голове никогда не водилось, иначе он бы здесь не оказался, - недовольный мужской голос, то приближается, то отдаляется. То ли его обладатель ходит туда-сюда, то ли слух врет.
  - Я не знала, - несчастный женский голосок и еще один всхлип. Такой прочувствованный и виноватый, что захотелось открыть глаза и заявить, что все в полнейшем порядке, лучше просто быть не может.
  - У тебя тоже в голове недостача. Спрашивать надо о местности, которую собираешься посетить. Ему хотя бы хватило ума респиратор натянуть, иначе бы не откачали, - еще один женский голос, очень недовольный и чем-то знакомый. Похоже, кто-то из учителей, возможно, психолог. Жгучая брюнетка, любящая стучать указательным пальцем по лбу. Иногда по своему, иногда по лбу непонятливого ученика.
   Или они здесь все студенты? Никогда не интересовался.
  - Карин, прекрати. Она все прекрасно понимает, - опять мужской, совсем близко, и что-то холодное прижавшееся к плечу. - Жизненные функции в норме, мозговая деятельность тоже, вот-вот очнется, а вы тут воспитываете друг друга. Неужели не смогли другого места найти? Запритесь в каком-то чулане и хоть передеритесь.
  - У меня урок. Так что разбирайтесь дальше сами, - возмущенно прозвучал один из женских голосов.
  Шаги на каблуках. Точно психолог. Тоненькие каблуки, до половины металлические, которые звонко цокают по коридорам. Красиво, почти музыка, и бедра покачиваются в такт, привлекая в группу даже тех, кому психология совсем неинтересна. Она ведь даже не ангел. Жительница Сайгона, пишущая диссертацию о психологии преступников. Совмещает полезное с полезным.
  В свои семнадцать Тэдэр бы в нее непременно влюбился. А сейчас почему-то не получалось. Может, он стал слишком серьезно относиться к жизни? Серьезные мужчины не влюбляются в женщин, главная цель которых дразнить, ускользать, давать надежду, а потом разбивать ее на осколки. Кто-то когда-то это говорил, только Тэдэр ему не поверил. Собственно, и сейчас не верит, но должно же быть какое-то объяснение.
  Впрочем, какая разница? Изменился и изменился. Все люди меняются, так или иначе.
  Тэдэр глубоко вдохнул и открыл глаза.
  Еще одна брюнетка. Тоненькая и миниатюрная, как статуэтка. Заплаканная. Сидит возле стола вполоборота, подперев ладошкой подбородок.
  Мужчина, ей в противовес, высокий и ощутимо сильный, такой бы прекрасно смотрелся в армии среди десантников. А комбез медика выглядит на нем немного странно.
  - Очнулся, - заметил очевидное мужчина, добродушно улыбнувшись.
  - Очнулся, - подтвердил Тэдэр. Свой голос он узнал с трудом. Точнее, догадался, что голос все же его. Хриплый какой-то, словно проржавевший. И горло болит.
  - Я бы на твоем месте помолчал. Дня три-четыре. Надышался всякой гадости, чуть легкие не сжег, - посоветовал мужчина. - Раздражение скоро пройдет, но связки лучше не напрягать.
  - Ага, - не стал спорить Тэдэр. Надо, так надо.
  Девушка встала и подошла ближе. Она оказалась смуглой и голубоглазой, с обаятельной улыбкой, и Тэдэр печально констатировал, что знает откуда она такая взялась. С Тишодэ. Там помимо блондинов и блондинок всех оттенков, изредка встречаются такие - черноволосые, с невероятно яркими глазами. Та еще редкость. Так что она заведомо сильнее него, ловчее и умнее, как и все тишодцы. Преимущество в росте на этом фоне терялось. Хорошо хоть не ангел.
  - Ты полежи до вечера, а потом Саша тебя отвезет к Малику Тоэдо, - сказал медик, указав на девушку. Саша, значит. - Он желает с тобой поговорить.
  - Зачем? - печально прохрипел Тэдэр.
  Общаться со злым на весь мир руководителем центра Нила Шаи Тэдэру совсем не хотелось. Хватило и одного раза, чтобы на всю оставшуюся жизнь почувствовать себя полным ничтожеством. Малик Тоэдо был ангелом. Ангелом, которому настолько не нравилась его работа, что он решил нести это бремя до конца, дабы никому другому не портить жизнь. Своих подопечных он тихо призирал. Не из-за совершенных ими преступлений, а за то, что столь бездарно попались. Он не любил непрофессионализм в любом деле. Считал, что преступников нужно убивать на месте. Настоящих преступников. А их жалким подобиям, которые рано или поздно оказывались в центрах, нужно было сидеть дома и не рыпаться.
  Тэдэр не мог не признать, что он прав. От этого становилось только хуже. А то, что оказался здесь не без помощи учителя, которому слишком сильно доверял, на самом деле жалкое оправдание.
  - Надо, - весомо объяснил цель визита мужчина.
  - Ладно, - решил не спорить по пустякам Тэдэр. Никуда же не денешься.
  Мужчина громко хмыкнул и ушел, хлопнув на прощанье дверью. Пациент ему явно не понравился. Впрочем, в последнее время Тэдэр даже себе не нравится. Последние лет пять. Возможно не нравился и раньше, просто не замечал этого, потому что почти всегда был пьян. Зато стихи писал хорошие, хоть и наивные. Сейчас стихи не получаются. Совсем. Даже алкоголь не помогает. Муза, наверное, сбежала. Обиделась на то, что он долго о ней не вспоминал, а когда вспомнил, было уже поздно, она нашла кого-то достойнее.
  - Спасибо, - тихонько произнесла оставшаяся в комнате девушка, погладив макушку. Приятно, черт побери. - Ты мне жизнь спас.
  - Сам не знаю, как получилось, - честно признался Тэдэр. Просто побежал, ни о чем не думая. Странно и неожиданно.
  - Ты похож на моего брата. У него тоже все получается непонятно как.
  Интересно, это комплимент или упрек?
  Пока Тэдэр размышлял над этим вопросом, Саша успела уйти. Просто исчезла, словно приснилась. Стало скучно. Взгляд остановить не на чем. Даже потолок белый. Радостный какой-то. Совсем не в настроение.
  Тэдэр решил обидеться и уснуть. Глупое желание, но он почему-то почувствовал себя всеми брошенным ребенком.
  Сон решил обидеться на него и не приходить.
  Потолок весело сиял точечными лампами, словно насмехался.
  Сволочь.
  Тэдэр всхлипнул и неожиданно для себя разревелся. Вот позорище. Не дай бог кто-то войдет. Пришлось вцепиться зубами в одеяло и глубоко дышать. Вдох, выдох, вдох, выдох. А может он с ума сходит? Наконец-то. Давно пора, при такой жизни.
  Впечатления, впечатления. Яркие и бесполезные. Пустая жизнь, давно никому не нужная. Пустая месть во имя мертвой мамы, которую она бы не одобрила. Она хотела наказать одного-единственного человека, получив за это обещанную награду, а ее сын решил, что этого будет мало. А легче не стало.
  Информация - страшное оружие в руках безумца.
  Вечер никак не приходил. В голову лезли странные мысли. В основном о самоубийстве. Зря они, конечно, заканчивать свою жизнь таким бездарным образом Тэдэр не собирался. А мысли что? Мысли приходят и уходят. Главное спокойно их выпроводить, не предпринимая никаких действий.
  Мысли уходить не хотели. Они соблазняли очень оригинальными способами расставания с жизнью. Когда мысли вспомнили об угоне корабля, принадлежащего ангелам, Тэдэр чуть не согласился. Красиво и приятно. Он давно хотел покататься на одном из кораблей-драконов не в качестве груза. А там, будь что будет. Кому, в сущности, его жизнь интересна? Никому. Даже он сам не знает, что с ней делать.
  К сожалению, именно в этот момент пришел вечер, а вместе с ним и Саша. Мысли встретились с ее решительным взглядом и трусливо разбежались, оставив почти соблазненного Тэдэра наедине с девушкой.
  - Одевайся, - велела Саша, не соизволив отвернуться ради приличия. Не девушка, а главнокомандующий армии. Ей хотелось повиноваться. Вытянуться в струнку и ждать распоряжений. Бежать куда прикажет, делать что велит, тогда бесполезная жизнь станет кому-то нужна.
  Безумец промелькнул в отражающей поверхности какого-то непонятного оборудования и ободряюще улыбнулся. Тэдэр уставился на свое нечеткое отражение, но безумец уже исчез, просто растрепанный парень, белокожий сероглазый, с непослушной копной темно-русых волос.
  А еще где-то на грани слуха появился странный звук. Словно волны перебирают мелкие камешки и осколки раковин. Где-то далеко-далеко. Почти воспоминание. Слушать шелест этих волн совсем не хотелось. Он куда-то звал обещая покой.
  Тэдэр вскочил и стал торопливо натягивать одежду. Словно от этого зависела его дальнейшая жизнь. Нужно было торопиться. Зачем? Для чего? Неважно. Просто торопиться, иначе не успеешь.
  Хотя, вероятно, уже не успел и торопиться поздно.
  Чем дальше, тем сильнее он чувствовал нереальность происходящего. Хотелось тихонько хихикать, рыдать, корчить рожи и обматерить всех встреченных по дороге людей. Наверное это истерика. Или побочный эффект какого-то лекарства. Такое с ним было только однажды. В тот день он в первый и последний раз попробовал наркотики, какие-то капсулы, которые должны были добавить энергии и сделать мир лучше.
  Сделали.
  Мир превратился в отражение чьего-то кошмара, со всех сторон жестоко и насмешливо смотрели какие-то невидимки, а привычные, надоедливые вещи вцепились прямо в душу и пытались разорвать ее на кусочки. Вещи знали, что получив кусочек души, они получат подобие жизни.
  Состояние было такое, что понравиться могло только полному идиоту. Хотелось закопаться поглубже и никогда больше не видеть этой вселенной.
  Потом еще три дня болела голова и время от времени накатывало состояние, похожее на полет в невесомости, а из-за всех углов пялились какие-то тени, заставляя Тэдэра чувствовать себя маленьким и жалким. Так что в дальнейшем он отдавал предпочтение всем разновидностям алкоголя. Он безопасней.
  И вот опять. Странная легкость и чей-то шепот за спиной. При этом, Тэдэр отлично понимал, что никого там нет и быть не может. Он шел и шел, заставляя себя смотреть только вперед. Потом вошел в знакомый серый кабинет и с любопытством уставился на его хозяина. Отвлекает от шепота.
  Малик Тоэдо казался смешным. Смешной худой нос с горбинкой. Смешные волосы торчат рожками. Смешная перекошенная физиономия.
  - Саша, дорогая, выйди, пожалуйста, - попросил некрасивый мужчина красивую женщину.
  Слово "контраст" бабочкой выпорхнуло откуда-то из воспоминаний и закружилось под потолком.
  - Как ты можешь. Он мне жизнь спас. Он славный мальчик.
  - Саша, не заставляй меня повышать голос. Твой славный мальчик - работорговец.
  Какое смешное слово "работорговец". Рычащее и угрожающее.
  Слова превращались в химер и пытались проиллюстрировать сами себя. Это было очень странно, но интересно.
  Тэдэр не сдержался и хихикнул. Совсем тихонько, чтобы не отвлекать ссорящуюся парочку.
  - Все делают ошибки, - упрямо сказала девушка.
  - Саша, не мешай мне заниматься моей работой, - устало попросил мужчина. - Я в любом случае не могу его отпустить.
  - Разве я требую чтобы ты его отпустил? - удивилась девушка. - Просто отнесись к нему по-человечески.
  Малик с сомнением посмотрел на сидевшего с невинной физиономией работорговца и громко выдохнул.
  - К нему и так относятся лучше, чем он того заслуживает. Поверь мне.
  - Ты ничего о нем не знаешь, - вскинулась девушка.
  - А ты знаешь? Выйди. В конце концов, я не собираюсь его убивать.
  В ответ девушка громко выругалась и вышла, предупредив Малика, что он об этом еще пожалеет. Очень скоро. Очень сильно.
  - Никогда не женись на девушке с Тишодэ, - сказал Малик, криво улыбнувшись. - Лучше сразу застрелиться. Совершенно невыносимые женщины. Но с ними никогда не бывает скучно.
  Тэдэр покивал, чтобы не расстраивать человека. Настроение зависло в точке, над которой было красиво написано: "вот оно - равновесие". Душа просила высказаться. Остатки разума умоляли душу заткнуться. Третья часть Тэдэра, для которой названия не было, но которая в данный момент была ближе всего к Тэдэру настоящему, сидела в сторонке, безумно хотела красиво закурить, как герои маминых любимых старинных фильмов, и отстраненно наблюдала за развитием спора, возникшего между душой и разумом. Эта третья часть была мудра и ленива, поэтому в чужие конфликты никогда не вмешивалась.
  Ангел что-то увлеченно рассказывал, но Тэдэр его не слышал, душа и разум слишком громко спорили. Да и неинтересны ему были чьи либо рассказы. Он готовился. К волне. Которая обязательно его вынесет к пониманию. Тихая безжалостная волна, не знающая, насколько для Тэдэра понимание болезненно. И бессмысленно. Понимание ему не поможет, потому что он не умеет делать правильные выводы. Полтора года, посвященных мести, наглядно это продемонстрировали.
  Близко-близко.
  Одно короткое мгновение.
  И тихий шорох мелкими камешками.
  А потом Тэдэр закричал сползая на пол.
  Накрыло. Пропал звук, а мир потек и начал меняться.
  Все оказалось намного хуже.
  Хуже прихода от неизвестного наркотика. Хуже тех истинных лиц мнимых друзей, от которых он на следующее утро сбежал, бросив школу. Хуже злых призраков, и стены, помнящей человека, которого возле нее убили. Хуже бессмысленной пустоты, замеченной в зеркале вместо привычного отражения.
  И видениям, вызванным съеденными случайно ягодами, с этим не сравниться. Те видения погнали его мстить. Наметили цель в жизни. Словно тоннель построили и пообещали, что на выходе ждет светлое будущее. Не давали спать и почти отучили от алкоголя. И сотворили с ним нечто такое, что он разучился сочинять стихи.
  Тогда менялся он сам.
  А теперь изменился мир. Как удар отбросивший за грань. За которой живут злобные демоны, поедающие человеческие души.
  Все плохо.
  Так наверное умирают. Теперь Тэдэр был в этом уверен, хотя и не помнил, как умирал сам.
  - Мартин!
  Вопль выдернул из воды, позволяя сделать вдох. Мир качнулся, рассыпался цветным фейерверком, а потом опять стал миром, только каким-то более понятным.
  Тэдэр посмотрел на Малика и изумленно застыл. В этот момент он знал о руководителе центра больше, чем когда-либо знал о себе самом. Просто видел.
  Красиво. Фигура окутанная разноцветным сиянием. Стальной - убеждает и удерживает, очень мешая жить хозяину, переплетаясь сразу с двумя оттенками зеленого - жизнь и честь. Золото похожее на закат, целое море золота, разных оттенков, начиная с доброго юмора и заканчивая злой иронией. Синяя нить воли закручивается вокруг фигуры тугой пружиной, не какая-то вялая волосинка, такую даже приложив усилия разорвать нелегко, да и бессмысленно, даже разорванная она никуда не денется. И еще целый миллиард цветов, мельтешат, меняются. Рой. Чужие чувства и мысли, готовые Малику помочь, чем только могут. Разве он человек? Совсем не человек. И тень, живущая своей жизнью у него за спиной, вовсе ни причем. Она просто одна из составляющих этого нечеловека, никак на него не влияющая. Защитник. Симбиот.
  - Дьявол и его приспешники, - с восторженным испугом произнесли за спиной. - Ты что с ним сделал?
  - Я?! - удивленно заорал Малик.
  Тэдэр качнулся на волне, пытаясь рассмотреть того, кто за спиной. Оттуда веяло теплом и спокойствием. Уютом и почему-то музыкой.
  - А кто же еще?
  - Я ничего с ним не делал, - возмущенно произнес Малик. - Даже не угрожал. У меня жена и без того злится. Ей этот ненормальный чем-то понравился. Собственно, он ее спас, так что понятно чем.
  Тепло резко приблизилось и Тэдэр увидел Бога. Того Бога, которому молилась мама, доброго и всепрощающего. Всезнающего и всевидящего.
  Нужно было повеситься, пока было не поздно.
  - Чтоб мне провалиться... - сказал Бог.
  - Что? - спросил Малик.
  - Ты что ослеп?!
  Ладони из ослепительной чистоты света обняли лицо не давая Тэдэру утонуть.
  - У мальчишки припадок, - раздраженно сказал руководитель центра.
  - Сам ты припадок, - не согласился Бог. - Мальчишка видящий. Какой идиот дал ему пулю?
  - Никто ему ничего не давал. - Малик нечеловечески грациозно скользнул ближе и заглянул Тэдэру в лицо. - На него волна упала, в процессе спасения моей дражайшей половины. Думаю, он этой дряни столько вдохнул, что теперь его будет водить часами. Мозги напрочь вышибло. Хотелось бы знать, куда его в конце концов занесет? Может оружие приготовить? Мало ли что он увидит.
  - Мал, не хочу тебя огорчать, но он все прекрасно слышит.
  - Рухнувший в себя видящий?
  - Он не рухнувший в себя, его наверх вынесло, - голос божества стал уверенным и мягким, словно пытался успокоить.
  - Издеваешься?! - не поверил Малик. - Да этому учиться надо годы.
  - Какое учиться? Он же музыкант. Творческая личность. Он умеет настраиваться. И он, кстати, тебя видит, и меня.
  - Плевать. Что нам с ним делать?
  - Не давать ему смотреть на менее цельные личности. Он и так уже успел насмотреться.
  - Там смерть, - радостно произнес Тэдэр указав вверх. Нужно было сказать. Необходимо. Потому, что смерть пряталась, маскировалась подо что-то другое. Тэдэр откуда-то это знал. - Уже близко. Крадется.
  Ладони Бога от неожиданности разжались, и Тэдэр нырнул с головой, едва успев набрать воздуха. Сквозь воду было видно плохо, но излучающее жадность и бессмысленную злость пятно никуда не делось. Оно приближалось. Медленно. Принюхиваясь. Нет, не боялось, скорее опасалось.
  - Какая смерть? - спросил Малик.
  Разноцветное сияние всколыхнулось, смешная зелено-стальная косичка хлестнула по фигуре заставив пружину басовито загудеть, и ловкие руки выдернули Тэдэра на поверхность.
  - Глупая и жадная, - сказал Тэдэр. Нужно было говорить, пока поздно не стало. Он однажды уже опоздал. Больше нельзя. - Вы что-то прячете. Они что-то хотят и идут убивать. Вы их раздражаете. Они не люди. Не знаю кто. Очень много лилового, перетекает, меняется, спорит само с собой. Словно они не могут решить живы они еще или мертвы. У людей так не бывает.
  Да, не бывает. Тэдэр это просто знал и доказательств ему не требовалось. Удивительное ощущение. Словно смотришь в зеркало и видишь там совершенно постороннего человека.
  - Бывает, - уверенно сказал Мартин. - Если люди ежедневно вышибают себе мозги пулей. Психика идет вразнос, у них восприятие самых обыкновенных вещей совсем не такое, как у большей части людей. И агрессия зашкаливает за все нормы. Хотя они почти не способны ничего чувствовать. Своеобразное счастье. Ни боли, ни разочарований, ни стремлений, ни надежды. Просто очень много спокойствия, знание, что тебе необходимо для этого спокойствия и желание любыми путями это получить. Сложно объяснить, как оно все сочетается.
  - Проклятье, - рявкнул Малик. Разноцветное сияние плеснулось, как вода в сосуде, некоторые капли оторвались от его фигуры и бесследно растворились в пространстве, словно куда-то перенеслись. - Хватит лекции читать, нашел кому. Нужно эти проклятые волны сжечь к чертовой матери. Плазмой. Полностью. Если понадобится, раскопать до основания и выжечь эту заразу. Плевать мне, что оно живое. Столько проблем создает. Только наркоманов нам здесь и не хватало. Скучно без них.
  - Вооруженных наркоманов, - сказал Мартин. - Знающих, что все запасы пули были вывезены с этой планеты. Думаешь, ты сможешь их убедить, что кто-то такую ценную для них вещь уничтожил, наплевав на возможную прибыль? Сомневаюсь. И сжечь волны тебе никто не позволит. Они развиваются, меняют планету, лет через двести людям придется отсюда убраться, чтобы не мешать им. Кояд вообще считает, что у них есть шансы стать разумными, правда, не скоро.
  - Сколько у нас кораблей? - отмахнулся от объяснений Малик.
  - Достаточно. Иди, командуй, я с ним посижу.
  - Возьми парализатор. - Подозрительность промелькнула по пружине воли легкой тенью. Словно крупная рыба близко у поверхности воды.
  - Зачем? Он меня видит, - легко отмахнулся Мартин. - А парализатор все равно не подействует, не в таком он состоянии. Иди, не станет он меня убивать.
  - Он убивал, - упрямо произнес Малик.
  - Я знаю. Думаю, у него были веские причины.
  - Навеянные падением в себя.
  - Какая разница? - искренне удивился Мартин.
  - Если что, я тебя из гроба достану и придушу, - мрачно пообещал Малик.
  - Иди.
  Выпроваживает, словно старшего брата, поклявшегося родителям всячески оберегать бестолкового младшего братишку. Смешно почему-то.
  Тень за спиной Малика увеличилась, окутала фигуру поверх сияния, приготовилась защищать хрупкую человеческую жизнь. Воин готовый к битве. Становиться у такого на пути очень неразумно. Проще застрелиться самостоятельно.
  Тэдэр проводил уходящего ангела взглядом, качнулся на волне, стараясь поудобнее устроиться, лениво осмотрел комнату.
  Бог, с неподходящим ему именем Мартин, положил ладони на голову своего подопечного, коснулся лба теплыми пальцами. Закрыл на мгновенье глаза, прислушиваясь к чему-то, пальцы пошевелились, словно пытались поймать увертливую рыбку, замерли и резко что-то рванули. Боль пронеслась по всему телу и схлынула, вместе с волной.
  Тэдэр удивленно осмотрелся. Совсем тихо, и солнце заглядывает в окно. А комната подрагивает и никак не может стать четкой. Или это зрение все еще чудит?
  - Вот так-то лучше, - сказал Мартин. - Нельзя долго находиться в подвешенном состоянии. Можно себя потерять.
  Тэдэр проморгался и увидел перед собой парня. Резкое лицо, улыбчивые глаза, темные и большие. Светлые брови и волосы.
  Он улыбнулся и Тэдэр улыбнулся в ответ. В присутствии этого парня душа и разум решили заключить перемирие, а тот, третий, удивленно моргал, видя сквозь предметы. Мартина не хотелось расстраивать.
  Когда-то давно, в другой жизни, один семнадцатилетний музыкант написал песню о светлом духе и получил за нее несколько наград и денежное вознаграждение. Спустя много лет, тот же человек, давно не семнадцатилетний и не музыкант, повстречался со светлым духом. И понял, как сильно он ошибался. Светлый дух требует от себя гораздо больше чем от других. Зато и получает больше.
  Выбирай. Иди.
  Молись и плачь.
  Здесь все что тебе надо.
  Ты видел все.
  Ты шел сквозь тьму.
  Твой свет твоя награда.
  Никуда этот парень не шел. Ни от чего не отказывался. Просто, ничто в целой вселенной не способно заставить его по-другому относиться к себе и к событиям происходящим рядом. Светлый дух из песни был отражением маминой веры. Он все перенес и не отказался от своих убеждений, позволив в итоге себя убить.
  Мартин себя убить не позволит и не будет, страдая, смотреть, как умирают во имя его незапятнанного облика близкие ему люди, если будет нужно, он убьет и не станет от этого менее светлым. Потому, что принимает мир таким, какой он есть. Целиком. И не считает себя святым, не боится запачкаться, что ли? Зато он не верит в абсолютное зло, давая всем шанс за шансом. Вопреки всему.
  Сейчас он готов подарить шанс Тэдэру.
  Жаль, что бывший музыкант понятия не имеет, что делать с этим шансом. Без шанса как-то спокойнее. Все решено. Партия проиграна и незачем заново расставлять фигуры.
  - Ты опять уплываешь, - заметил Мартин. - Это вредно для здоровья. Нужно уметь смотреть, оставаясь на берегу.
  - Не умею, - слабо признался Тэдэр.
   Мир менялся. Кожа Мартина начала светиться. Руки Тэдэра становились прозрачными, наполненными рвущимися в разные стороны ветрами, искорки, застрявшие в кончиках пальцев, пугливо сжимались, боясь быть унесенными, и где-то далеко звучала музыка. Знакомая и незнакомая одновременно. Та, что так и не была написана. Та, что все еще надеется, что бывший малолетний гений одумается и позволит ей ворваться в этот мир. А он не знает, что нужно сделать, чтобы позволить этой музыке появиться на свет, разучился так чувствовать. Что-то в нем, то ли умерло, то ли уснуло. Теперь музыка звучит на грани восприятия, а стоит к ней потянуться и она исчезает, как мираж.
  Может, эта музыка и вовсе пытается его обмануть, манит пустой надеждой, обещает то, чего больше нет, а может и вовсе никогда не было.
  Новая волна спешила, накатывала, заставляя все три части Тэдэра пугливо вжимать головы в плечи.
  - Дыши, - велел Мартин, схватил наполненные ветрами ладони подопечного и сжал.
  Ветра рванули к голове, смешались с дыханием, покидая тело, и устремились навстречу волне.
  - Никогда не накапливай в себе чувства, - сказал Мартин. - Чувства нужно выпускать в мир.
  Волна пенилась и отступала. Поджимала края, брызгалась солеными капельками.
  - Если не давать чувствам выхода, они не оставят места ни для чего другого. Уплотнятся. Переплетутся. Превратятся в камень. И ты исчезнешь как личность. То, что от тебя останется, будет тенью человека, незаметной, никому не нужной, ни на что не влияющей. Впрочем, тебе будет все равно.
  Забвение.
  То, чего он так сильно хотел.
  Даже путь правильно выбрал.
  Вот только не подумал обо всех последствиях.
  Не понял, что потом уже ничего не изменишь. Просто потому, что не захочется.
  "Потом" просто не будет.
  У людей из камня не бывает будущего. Людей из камня называют памятниками, эти люди свою жизнь уже прожили. А памятник всего лишь напоминание.
  Тэдэр резко вдохнул, и Бог опять превратился в человека с доброй улыбкой и и внимательными темными глазами.
  - Вот так, правильно.
  - Кто ты? - вяло поинтересовался Тэдэр. Хотелось сжаться в комок и тихонько не то уснуть, не то умереть. Так ведь не позволят.
  - Целитель и наставник. Помогаю заблудившимся личностям найти себя.
  - Как ты это делаешь?
  - Инстинктивно. - Светлая улыбка и ободряющий взгляд. - Это такой же дар, как и умение видеть. Если его у тебя нет, объяснить невозможно. Нужно чувствовать.
  - Я не хочу видеть, - мотнул головой Тэдэр. - Никогда больше не стану вдыхать вашу пулю.
  - Это не поможет. Пуля один из самых мощных стимуляторов, но есть множество других послабее и для разных людей они разные. Иногда для падения в себя хватает испуга, удивления, счастья. Лучше научиться контролировать свой дар. Так жить легче.
  - Ты меня научишь?
  - Я не умею. Я ведь не видящий. Я просто должен был понять, что с тобой не так.
  - Понял?
  - Понял.
  Какое многообещающее выражение лица. Вот тебе и светлый дух.
  - И что со мной не так? - спросил Тэдэр.
  - Ничего особенного. Ты потерялся, что-то тебя напугало, что-то разочаровало. Теперь ты топчешься на месте, не зная куда идти, боясь, что куда бы ты не пошел, твой выбор будет неправильным. Такое случается с большинством людей. Просто они, рано или поздно, все равно идут. Топтаться на месте довольно скучно и безперспективно. А ты самостоятельно принимать решение отказываешься. Ждешь приказа. Уж не знаю, чьего.
  - Мой выбор всегда неправильный, - сказал Тэдэр. Ни одно решение не принесло ожидаемого результата. Сплошные разочарования. Впору сесть и завыть от тоски по погубленной жизни. Унылое будет зрелище.
  - Тебе так кажется, но ты неправ. Неправильного выбора не может быть в принципе. Нужно просто идти вперед. Любое твое свершение ценно. Даже неудачи. Они позволяют чувствовать счастье, понять, что это оно. Самое неправильное решение - стоять наместе.
  - Ты психолог? - подозрительно спросил Тэдэр. Слишком уж знакомые слова. Психологов он не любил с детства.
  - Я целитель, - сказал Мартин.
  - Есть разница?
  - Бывает, что нет.
  - Когда меня накрывает волна, ты становишься Богом. - Тэдэру просто хотелось говорить. Неважно о чем. - Светлым таким.
  - Мне говорили. На самом деле, это просто твое восприятие мира. Ты усвоил, как должен выглядеть Бог, запомнил его достоинства. Мои достоинства совпадают с твоими представлениями о Боге. Малика ты наверняка увидел несгибаемым воином. Он такой и есть. Но все видящие воинов видят по-разному. Со мной проще, образы добрых богов в некоторых деталях совпадают. Да и большинство верующих людей в той или иной степени христиане или мусульмане, никогда не понимал, чем их боги отличаются.
  - То, что я вижу - моя фантазия?
  - То, что ты видишь - истина. Ты видишь суть. Твое подсознание создает образы на основе известных ему вещей. Это как сны. Если их правильно истолковать, можно понять, что тебя беспокоит. Если правильно истолковать увиденное видящим, будешь знать что из себя на самом деле представляет человек.
  - Я не умею правильно толковать, - сказал Тэдэр.
  - А ты пробовал? - улыбнулся Мартин. И ведь ни капли насмешки.
  - Да.
  - Что получилось?
  - Я отомстил, но легче мне не стало. Наоборот, стало хуже.
  - Наверное ты что-то рассмотрел в себе, - предположил Мартин.
  - Наверное, - не стал спорить Тэдэр.
  - Ты из детей ветра?
   Тэдэр погладил шрам на щеке. Дождался. Нашелся человек, решивший уточнить, по праву ли этот шрам оказался на лице.
  - Бабушка моей мамы была из них. Поэтому родственники моего отца и не позволили ему жениться на моей матери. Точнее, заставили сразу же развестись. На Гловер до сих пор считают, что у детей ветра нездоровая наследственность. Что у людей, живущих вне планет, обязательно должны быть проблемные гены. Они не захотели такого наследия для своей семьи. Радетели за чистоту человеческого генома. А мой папаша не посмел им возразить. Слабый он человек.
  - Хочешь с ним познакомиться? - спросил Мартин. Нет, не любопытство, что-то совсем другое.
  - Нет, - уверенно ответил Тэдэр. Отец давно перестал его интересовать. Даже злости не осталось. - Зачем? У него семья, моей мамы давно нет в живых. Не думаю, что он мне обрадуется.
  - Ты не можешь этого знать.
  - Я не хочу это знать.
  - Оставляешь себе надежду?
  - Да, - вот такая маленькая слабость. Надеяться, что кто-то где-то ждет, вопреки всему.
  - Но не желаешь их прощать.
  - Да, не желаю, - согласился Тэдэр.
  Просто признаться себе и сразу станет легче. Почему он не верил?
  - Всех не желаю. Папашу, его семью, дурацкие законы и даже маму. Она ведь тоже могла попросить приюта у народа прабабки. Но не захотела. Надеялась, ждала, что все как-то наладится. Пока она официально не признала себя потомком вечных бродяг, у нее были шансы вернуться. Она так считала. Глупо, правда? Я даже тогда понимал, насколько это глупо. Зачем держаться за планету, которая столь легко тебя отвергла? Не понимаю.
  Высказался. Впервые. Признал, что больше всего на свете мечтал, чтобы мама наконец перестала грезить родной планетой.
  Тэдэр эту планету тихо ненавидел за то, что она их не отпускала, не отпускала даже изгнав. А мама за что-то продолжала любить.
  Ты вовсе не идеальный сын и это, наверное, не плохо. Всего лишь.
  Мартин улыбался. Он, похоже, улыбчивый парень. Мир плавно тек вокруг, гася бьющиеся где-то далеко волны. Все не так страшно. Даже небо, проглядывающее сквозь потолок, постепенно избавлялось от лиловых красок.
  Мама верила, что Христос действительно существовал, что он не был выдуман. Теперь Тэдэр тоже начал в это верить. Он существовал и был таким же как Мартин. Любящим мир целиком, со всеми его достоинствами и недостатками. Человек способный выслушать любой бред серьезно, словно величайшее таинство вселенной.
  - Как это выглядит со стороны? - спросил Тэдэр.
  Целитель понял что, не стал уточнять и переспрашивать.
  - Странно. Ты был похож на марионетку в неумелых руках, почти висел в воздухе. И лицо совершенно неживое. Ты Малика умудрился напугать, а это мало кому удается.
  - Он меня ненавидит.
  Почему тебе так важно отношение практически незнакомого ангела, а, мальчик? Неужели только потому, что ты никогда не сможешь перебороть в себе страх, лень и заняться чем-то, что будет другим нужнее, чем тебе. Помнится, ты всегда завидовал таким людям. Они тебе казались аристократами. Ты на их фоне был жалким побирушкой, не заслуживающим хорошего отношения.
  - Ты ошибаешься. Он просто тебя не понимает. - Мартин запрокинул голову и, прищурившись, уставился на солнце за окном. - Не понимает, что заставляет людей уничтожать в себе все мало-мальски стоящее. Он не умеет сомневаться.
  - Вот это я понял. Только никогда не сомневаться тоже плохо.
  - Он это знает. - Легкая улыбка-воспоминание. - Потому обязательно советуется по важным вопросам. У него были хорошие учителя.
  - Повезло.
  Мартин весело улыбнулся, тряхнул головой и Тэдэр понял. Его только что пытались учить. Успешно. Он совсем не сопротивлялся. Очень странно. Мартина хотелось слушать. Слушать его было очень уютно.
  Так же уютно, как мурлыканье кота, лежащего на коленях. Странное сравнение, но по ощущениям очень правильное.
  Где пролегает грань между обучением и навязыванием своего восприятия мира?
  
  
  
  Номер два.
  
  Выстрел в голову.
  Ненавижу!
  Бессмысленно. Человек разлетается стаей мелких птиц и насмешливо кружит в небе. А мир продолжает умирать. Содрогается в муках, корежится и уже не пытается сопротивляться.
  Тэдэру очень хотелось умереть вместе с миром, но нельзя. Он обязательно должен убить этого человека. Ведь он не остановится. Он полетит и уничтожит еще чей-то мир. Много-много миров. Безжалостно и спокойно, словно это не имеет ни малейшего значения. Просто такая работа, привычная и скучная.
  Хриплый смех в небе.
  - Что делать со щенком?
  - Ничего. Сам подохнет. Семилетние дети в одиночестве в космосе не выживают. Тем более с разбитой системой жизнеобеспечения.
  Руки перестают трястись и он стреляет. Рыжеватый верзила падает, скребя непослушными пальцами по полу. Не жилец. Тэдэр знает что попал, несмотря на пелену слез, делавшую пространство каюты расплывчатым и ненастоящим.
  Второй выстрел цели не достиг. Худой и черноволосый отскакивает в сторону и несется по коридору. Зачем ему задерживаться? Женщина мертва. От признаний бывшего министра экономики осталось только облако мельчайших осколков. Яхта протянет не дольше пятнадцати минут. Задание выполнено.
  А напарник? А что напарник, сумма выплаты из-за утери напарника меньше не станет.
  Мир разрушается. В нем остается только одна стабильная вещь. Спасательный бот. Все что досталось мальчику в наследство от отца. Черноволосый о боте не знал. Иначе бы уничтожил его в первую очередь. Он бы не дал мальчику трех часов, понадобившихся кладоискателям с Самити для его спасения.
  Но к боту надо еще дойти, иначе кладоискатели никого не найдут. Обязательно надо дойти, несмотря на то, что больше всего хочется сесть на пол и разрыдаться в голос. Как какая-то девочка.
  - Тэдэр.
  Толчок, и сон трусливо убегает, так и не позволив поймать ускользающего черноволосого, не дав времени, чтобы дойти до бота, не дождавшись спасателей. Вечно этот сон сбегает, оставив своего хозяина ни с чем.
  Одеяло в дурацких цветочках, меленьких, желтеньких, по ощущениям, улыбчивых. Выбросить бы это одеяло, купленное с недосыпа, но рука не поднимается. Жалко выбрасывать вещь, которая умудряется по утрам поднимать настроение. Деревянные панели на стенах. Гладкие и светлые, из дерева, с очень длинным и странным названием. Чуть золотистый потолок вместо привычного зеленого. Однажды Тэдэр не выдержал и полез на пирамиду из стола и табуретки, просто чтобы убедиться - ему не кажется, потолок на самом деле покрыт мелким песком.
  - Тебе опять кошмар приснился, - печально произнес девичий голос.
  - Мне они часто сняться, - уверенно и безразлично.
  Сны не имеют никакого значения. Они лгут. Черноволосый давно мертв, убит заказчиком за хорошо выполненную работу. Поэтому никто и не явился добивать найденного ребенка. Не связали его появление с хорошо выполненной этим человеком работой. Искать и ловить его незачем, мстить больше некому, а уютные миры маленьких детей разрушают совершенно другие люди.
  - За что ты себя не любишь? - с вызовом спросила девушка, уперев кулачки в бока.
  Тэдэр изумленно уставился на свою мучительницу. Растрепанные светлые кудряшки, серые глаза, переполненные состраданием. Лицо круглое, симпатичное, глядя на такие лица хочется улыбаться. Спасительница.
  - Неправда, - возразил Тэдэр. - Я себя люблю. Наверное даже больше, чем я того заслуживаю.
  Она хмыкнула и насмешливо улыбнулась, настраиваясь на спор. Не дождется.
  Тэдэр резко сбросил одеяло и плавно, одним движением, перетек на пол. Поближе к девушке. У жестких кроватей куча преимуществ на самом деле. Мягкие постели затягивают в свои глубины не хуже зыбучего песка.
  - Хамло! - поставила диагноз девушка и исчезла за дверью.
  Интересные выводы. Она врывается в его комнату, будит, задает провокационные вопросы, а потом еще и обзывается. И за что? Только за то, что он покинул постель. В своей комнате. Какая странная. Он что, должен был стыдливо натягивать на себя одеяло и вести с ней душеспасительные беседы?
  Тэдэр на всякий случай заглянул в зеркало. Ничего нового там не увидел. Побриться, конечно, не помешает, а так, вид вполне приличный, даже трусы на своем законном месте. Он бы ее еще понял, если бы спал голышом по старой привычке. Странная девушка. Одним словом - психолог. Делает выводы на пустом месте.
  Дверь открылась, явив взору Тэдэра еще одну мучительницу, смуглую и длинноносую.
  - А Стася сказала, что ты голый, - разочарованно протянула она.
  - Сейчас буду, - пообещал Тэдэр.
  Девица просочилась в комнату и застыла в ожидании, подпирая спиной дверь. Наверное, чтобы еще одна любопытная не вошла на самом интересном месте.
  - Ты что, голых мужчин никогда не видела? - с подозрением спросил Тэдэр.
  - Мне для сравнения. Пытаюсь проследить взаимосвязь между характером мужчины и величиной его мужского достоинства. Представляешь, какая тема для диплома? Главное набрать статистического материала, а потом можно писать, - нахально заявила Ольша, прищурившись от удовольствия.
  Она что, серьезно? И много нашла желающих стать ее статистическим материалом?
  - Выметайся, - потребовал Тэдэр.
  - Вот так всегда. Вы мужики только и способны обещать.
  Улыбнулась презрительно, окинула Тэдэра оценивающим взглядом и фыркнула. Мол, не сильно и хотелось, фигура средненькая, ничего впечатляющего нет вообще. Про рост лучше молчать. А уж физиономия... Мы лучше сходим в стиптиз-бар, там хоть есть на что посмотреть.
  И ушла. Чтобы рассказать всем какой он стеснительный, какие у него комплексы и какие на основе этого можно сделать выводы. Она учится на психолога, поэтому, привычно анализирует поведение людей.
  Тэдэр на всякий случай еще раз посмотрел в зеркало. Фигура как фигура, стройная, не отягощенная ни пивным животом ни излишней мускулистостью. Рост его тоже вполне устраивал, это местные жители дылда на дылде. И лицо нормальное, не смазливое и ладно. Если обращать внимание на фырканье этих девиц, так и комплекс неполноценности недолго заработать.
  Как его угораздило согласиться пожить рядом с этими безумными студентками? Лучше бы он палатку в парке поставил. Соблазнился единственной свободной комнатой за сравнительно небольшую сумму ежемесячной оплаты и оптимальным расстоянием от всех учителей. С другой стороны, он в момент своего согласия не знал, что в доме половина жителей - студенты проходящие практику. И большинство из них - девицы от психологии.
  Каким образом эти девицы умудряются открывать его дверь, Тэдэр решительно не понимал. Неужели в их учебных заведениях проходят специальный курс по взлому замков? Он замки менял два раза. Потом плюнул, решив не тратить попусту деньги. Все равно влезут, разбудят и начнут расспрашивать о кошмарах. Словно заняться им больше нечем.
  - Спасительницы мои.
  Девицы были неизбежным злом. В остальном остров Маяка, на планете Гловер, Тэдэру нравился. Никто не гнал его знакомиться с отцом, никто даже не упоминал о нем. Невольно верилось, что он здесь только потому, что Гловер одна из новопреобретенных планет Крылатого Королевства, на ней нужны люди и есть чему поучиться. Успокоиться, придти в себя, решить, куда двигаться дальше после того, как его признают способным самостоятельно о себе заботиться. Второй этап перевоспитания. Бросить в мир обычных людей с их обычными проблемами и смотреть, как он там барахтается. А потом долго и нудно объяснять, что именно и когда он сделал не так. Показывать пути решения проблемы, тогда, когда от них никакой пользы уже не будет. Тэдэр даже некоторое время подозревал, что над ним так изощренно издеваются.
  К своему безграничному удивлению засады за дверью Тэдэр не обнаружил. Неужели нашелся еще один несчастный, который, по мнению девиц, нуждался в неусыпном контроле? Верилось слабо. Пришлось посмотреть на часы и убедиться, что он опять проспал все на свете. А девицы просто разошлись по местам своей практики.
  Официально Тэдэр числился одним из помощников местного законника от ангелов. На самом деле учился контролировать свои видения, смотреть в людей и продолжал отбывать наказание. То есть, уволиться он бы не смог, даже будь у него такое желание. Сменить место жительства тоже не получилось. Законник почему-то посчитал, что бедняжке Тэдэру жизненно необходимо общество однолеток. Возражения он проигнорировал, сославшись на то, что Тэдэр меньше всех остальных знает, в чем нуждается. Пришлось сделать вид, что поверил.
  Что такое двадцать четыре года? Цифра, не больше. Тэдэр в десятилетнем возрасте был старше двадцатилетних студентов. Никто о нем не заботился, так что выбора не было. Сейчас выбора тоже нет.
  Тэдэр понял, чем отличаются преступники Крылатого Королевства от преступников остального человечества. Во всех человеческих мирах преступники - взрослые люди, отвечающие за свои взрослые поступки. В Крылатом Королевстве - дети, наделавшие обычных для детей глупостей, нуждающиеся в воспитании и наставлении на путь истинный. Преступников, которых признали взрослыми людьми, перевоспитывать не берутся, их расстреливают, во избежание возвращения к излюбленному занятию.
  Перевоспитатель Тэдэра ожидал его сидя на подоконнике. Смотрел в окно на птиц, скачущих по веткам дерева, болтал ногой, как мальчишка. На солнце щурился. Странный человек без возраста.
  - Что у нас сегодня? - спросил, заметив, что воспитанник все-таки явился, хоть и с опозданием.
  Роман Фатея. Целитель в каком-то там поколении. Этот дар, оказывается, детям по наследству передается в двух случаях из трех. Правда, становится целителями едва ли половина, многие считают, что есть занятия гораздо интереснее и зарывают свой талант в землю. А ловить малейшие изменения в настроении какого-то неуравновешенного потерпевшего? Да кому оно вообще нужно?
  Роман смотрел с любопытством, не зная, что на этот раз выкинет подопечный. Мысли Тэдэра имели дурную привычку перескакивать с одного на другое без всякой системы и логики, поэтому следить за ними и пытаться найти хоть какую-то взаимосвязь было довольно интересно. В том числе и Тэдэру, не говоря уже о любителе головоломок Романе.
  - Я понял, что меня больше всего пугало, - решительно заявил Тэдэр.
  Готовность слушать и никаких вопросов. Роман никогда не подгонял. Никуда не спешил. Он просто задавал вопросы и давал время подумать над ответами. Как оказалось, отличная тактика.
  Глубокий вдох, как перед прыжком в воду, и рассказать, честно и решительно, рассказать то, что всегда казалось глупостью и заставляло злиться на самого себя.
  - Я очень боялся забыть маму, - сказал Тэдэр.
  Вот так просто.
  Тоненькая темноволосая женщина была своеобразным якорем, не позволявшим ему наплевать на собственное существование, заставлявшим придерживаться каких-то правил поведения и критериев в выборе как друзей, так и места для жизни. Жалко, что даже этот якорь не помогал в выборе занятий.
  - Мне ведь было только семь лет. Я успел прочесть книгу о девочке, которая сама себе придумала родителей и до самой смерти верила в их существование. Дети все забывают очень быстро. Поэтому, все, что смог вспомнить, я надиктовал на салимский кристалл. Знаешь, такая круглая полупрозрачная штуковина на цепочке. И старался почаще его прослушивать. Еще и рисовать учился, чтобы у меня был портрет. Не знаю, может, я тоже что-то выдумал. Надеюсь, что не очень много. Я чуть не убил воспитателя, который кристалл разбил. Представляешь, десятилетнего ребенка не могли оттащить трое взрослых мужчин. Но меня тогда оправдали. А воспитателя уволили. Воспитатель слишком часто злоупотреблял властью, просто никто до меня не пытался сопротивляться. А я напал без раздумий. Это вторая вещь, которая меня некоторое время сильно пугала. Я никогда не боялся убивать и не боялся, что убьют меня. Странно, правда?
  - Много человек ты убил? - спросил Роман. Спокойно так спросил, словно ничего плохого в убийстве не видел.
  - Не знаю, может и много. Я с полгода подрабатывал в качестве наемника и участвовал в подавлении какого-то бунта черт знает где, еле оттуда сбежал. А так, если глядя в лицо противнику, то шесть. Первого за то, что он убил мою маму. Четверых после того, как они чуть не убили меня. А последнему просто увеличил дозу его лекарства. Иначе я не мог. Не умею жить рядом с садистами. Только не думай, что я пытался спасти связавшихся с ним дур. На дур мне было плевать, мне не нравились его методы воспитания. Мне было неконфортно. А девчонки все равно дали свое согласие на работу в борделе. Им эта работа показалась достаточно легкой. Кретинки.
  - Ты хочешь чтобы я тебя возненавидел?
  - Я подумаю над этим, - пообещал Тэдэр.
  Роман никогда не задает вопросы просто так. Если спросил, лучше попытаться найти ответ.
  - Подумай.
  И улыбка. Такая же светлая, как у Мартина. Целители, они все такие, где бы не работали. Да и не слишком велика разница между планетой, почти двести лет раздираемой разнообразными революциями и в итоге отданной одним из правительств на попечение ангелам, и планетой, большая часть населения которой - бывшие преступники, слабо представляющие, как можно жить тихо и мирно. Жители Гловер нуждаются в помощи для осознания себя, не меньше, чем запутавшиеся в жизни личности, от безысходности решившие поправить свое финансовое состояние казавшимся им простым способом.
  Роман - он ничего. Он умеет и любит слушать. Ему можно сказать все, не опасаясь ярко выраженного понимания и готовности простить все, что угодно. Он просто дает возможность подумать о том, способен ли ты простить себя сам. Если окажется, что не способен, он уговорит попробовать. Уговорит странно, как-то незаметно. А потом будет долго допытываться, что из этой попытки получилось и почему получилось именно это. Временами Тэдэр начинал себя ненавидеть. Временами хотел на все плюнуть. Но он наконец начинал понимать, за что он сам себе мстил, и кошмары становились осмысленными. Умея, можно толковать сны.
  Да, Роман, как река, тихая и целеустремленная, увлекающая за собой разных, не сумевших самостоятельно выбрать направление, водоплавающих. А в воде отражаются то звезды, то яркое солнечное небо, то серые тучи. Река, она всегда разная и всегда одинаковая.
  
  
  
  Яцуоми был полной противоположностью Романа. Азат. Желтоглазый, обтрепанный и изумительно грациозный, как бродячий кот. От далеких предков ему, помимо имени, достались разрез глаз, нос-картофелина, чернющая жесткая шевелюра и старинный меч. Меч был очень хорош собой, даже на взгляд не разбирающегося в мечах Тэдэра. Узкий, длинный, слегка изогнутый, он гордо стоял в зажимах специальной подставки возле стены, готовый в любой момент броситься в бой. Тэдэру казалось, что меч улыбается, улыбается насмешливо, так же, как и его хозяин. Тэдэр так и не решился подойти к мечу близко, чувствовал, что не понравится ему и не хотел тревожить.
  Меч был самой историей, поэтому у него были и память, и воля, и собственные мысли по любому поводу.
  Хозяин был похож на свой меч.
  Яцуоми не считал нужным изображать уважение к собеседнику или делать вид, что не знает, где этот собеседник провел несколько предыдущих лет. Нет, он никого не осуждал, просто давал понять, что на данном этапе уважать Тэдэра не способен, а равными себе он считает только тех людей, которых уважает. Все остальные должны быть благодарны уже за то, что он тратит на них свое время.
  Тэдэра, как ни странно, такое отношение не задевало. Возможно потому, что он знал, насколько этот человек сильнее, лучше и достойнее его. Это был не несгибаемый Малик, воин от рождения. Уверенный и стойкий. Яцуоми родился кем угодно, только не воином. Его броня была наносной, очень гибкой и снимаемой. Что было под ней, Тэдэр рассмотреть не смог, даже в тот раз, когда задержался на волне на целых две минуты, только глаза полыхнули насмешливо, приглашающе, отчего Тэдэра сразу же выбросило в реальность.
  Первое, что сделал учитель-видящий после ухода представившего их друг другу Романа, внимательно осмотрел фигуру ученика, немного пофыркал и заявил, что тому стоит вернуться к тренировкам, даже если он по каким-то причинам стал считать их пустой тратой времени. Тэдэр мгновенно покраснел, точно, как давно забытый юнец, переминавшийся с ноги на ногу перед первым в жизни учителем по самообороне, и пообещал вернуться. И вернулся тем же вечером, выпросив у Романа ключи от местного спортзала.
  Спустя две недели Яцуоми заявил, что Тэдэра, похоже, неправильно учили, потому, что человек, тратящий столько времени на совершенствование навыков убийства себе подобных, так двигаться не должен. Тем более человек с такими предками, совершенствовавшими собственную породу без малого тысячелетие. Тэдэр тогда вспылил, наорался от души и ядовито поинтересовался, как же именно он должен двигаться? А Яцуоми взял и показал, после чего Тэдэр впервые за долгое время напился. Из зависти. А спустя еще два дня он покаянно попросил учителя научить его двигаться, о чем пожалел к вечеру. Утром он засомневался, что люди после того, что Яцуоми наивно считает тренировкой, способны двигаться хоть как-то, но менять решение не стал, о чем жалел не однажды.
  Этот учитель не собирался никого жалеть. Бил в полную силу, выматывал до потери сознания и был вечно чем-то недоволен. Он мог три часа гонять Тэдэра по спортзалу, заставляя того бегать чуть ли не по потолку, а потом высказав все, что думает о его физическом состоянии и тонусе мышц, оттащить на этаж выше и, заявив, что у ученика сейчас подходящее состояние, еще три часа объяснять, как настраиваться на волну, чтобы видеть.
  Насчет состояния он оказался прав, именно в таком состоянии Тэдэр и поймал первую волну без помощи стимуляторов, правда, задержался на ней недолго, всего несколько секунд, достаточно для того, чтобы понять, что из себя представляет Яцуоми. После чего благополучно утонул в своих ощущениях и стал допытываться у меча о его истории. Насколько он помнил, меч ему что-то невнятное отвечал и всячески обзывался, а может, обзывался его хозяин, пытавшийся вытащить Тэдэра наверх.
  Дальше обучение пошло легче. Тэдэр даже научился самостоятельно возвращаться к реальности сразу же, как начинал тонуть.
  - Мечтаешь?
  - Вспоминаю.
  - Ну-ну. - И ухмылка, обаятельная и паскудная одновременно, так что не знаешь, что делать в первую очередь, стукнуть по ухмылке или улыбнуться в ответ. - Ты долго будешь от девушек бегать?
  - Причем здесь девушки?
   Тэдэр действительно удивился. Яцуоми, конечно же, был любимцем девушек, не мог не быть с умением улыбаться так, что даже Ольша таяла и начинала что-то лепетать, с умением двигаться и хищными глазами. Но отношение девушек ко всем остальным представителям мужского населения планеты его интересовало мало. Он вообще говорил, что ему больше достанется.
  - Воздержание плохо влияет на твой характер, - печально объяснил азат, покачав неодобрительно головой. Актер драмтеатра. - Да и на характер девушек, неспособных понять, почему ты не обращаешь внимания на их намеки, тоже.
  - О-о-о, - философски протянул Тэдэр. Да и что говорить? В благородные порывы Яцуоми не поверит, он же видящий. А признаваться в том, что опасается психологов как вида? Засмеет. - Может я выбрать не могу?
  - А тебе кто-то предлагал выбирать? - неподдельно удивился Яцуоми.
  - Кажется нет, - сознался Тэдэр. Ходили по очереди, будили, но выбирать не предлагали, даже не намекали на такую возможность. - Мне что, осчастливить собой любимым, всех оптом?
  - Если тебе жить надоело, можешь попытаться, - добродушно улыбнулся Яцуоми.
  Тэдэр задумчиво на него посмотрел. Странная тема для разговора.
  - Ничего не понимаю, - признался.
  - У тебя сил не хватит, чтобы всех осчастливить, а у них желания все простить и забыть.
  - И что же мне делать?
  Ведь правда интересно. У Яцуоми наверняка есть какая-то оригинальная идея.
  - Ничего, - безмятежно отмахнулся учитель. - Просто перестань убегать. Они сами разберутся кому достанется твоя шкура со всеми потрохами.
  Тэдэр представил свою шкуру вместе с начинкой в объятьях Ольши и вздрогнул.
  - Я им не доверяю. Они совсем не разбираются в том, кто мне нравится, а кто нет.
  - Это как раз не проблема. Проблема в том, что не разбираешься ты. И не пытаешься разобраться.
  - Может ты выберешь? - отчаянно предложил Тэдэр, надеясь, что азат не согласится.
  - Ага, бегу и падаю. Сводничество не моя стезя. Обратись к профессионалам.
  А вот это будет совсем смешно.
  - У тебя есть адрес? - заинтересовался Тэдэр.
  - Зачем он мне? - удивленно на него посмотрел Яцуоми.
  - Ну да. Извини, как-то не подумал. Тебе скорее адрес агентства сдающего в наем телохранителей понадобится. От девиц отмахиваться.
  Яцуоми светло улыбнулся, пригладил волосы и зачем-то посмотрел на потолок.
  - Вот-вот, - произнес он. - Ты слишком редко думаешь. Это еще одна твоя проблема. Может просто не умеешь? Могу научить.
  - Знаешь, я лучше книжки почитаю, обращусь к психологу, у меня среди соседей этих психологов уйма, - отказался от этой чести Тэдэр. Занятий в качестве ученика видящего и избиения в спортзале более чем достаточно.
  - Обратись. Есть там одна темненькая. К тебе неравнодушна.
  Яцуоми театрально подмигнул, мол, дерзай, парень, у тебя все получится.
  - Насколько темненькая? - подозрительно спросил Тэдэр. Ольша темненькая и это пугало.
  - Совсем темненькая. Горький шоколад, а не девушка. А какой характер! Два дня за мной бегала, пока не выдрала клок волос и не расцарапала лицо. Подстерегала, что твоя кошка мышь. Я даже пожалел, что мы так быстро расстались. Поначалу она мне показалась мирной, скучной немного. Подумал, зачем морочить девушке голову, все равно же ничего серьезного не получится. А мне пора про семью подумать.
  Успокоил. Лучше уж Ольша. И Яцуоми, думающий о семье?!
  - Мне кого-то поспокойнее, - заявил Тэдэр, с трудом изгнав из мыслей образ азата, баюкающего желтоглазого ребенка, орущего, как пожарная сирена.
  - Покойница подойдет? - спросил Яцуоми. - Совсем спокойная. Даже не шевелится.
  Издевается.
  - У тебя есть покойница?
  - У меня нет. Но на кладбище сколько угодно. Они здесь традиционно своих покойников зарывают в землю, вместо того, чтобы мирно сжечь и разваеять над лесом. Откопаешь. Помоешь, приоденешь. Главное, чтобы родственники не узнали. Обидятся.
  Точно издевается.
  А ведь говорит очень серьезно. Гад. Словно только об ученике и заботится.
  - Знаешь, я лучше по стенам побегаю, - решил закончить неудачный разговор о девушках Тэдэр, пока ему не вручили лопату и не приказали без покойницы не приходить. Яцуоми и не на такое способен.
  - Побегай, нужно же куда-то девать излишки энергии, раз в личной жизни штиль.
  Тэдэр не знал, на что соглашается. Он наивно верил, что знает каких пыток можно ожидать от желтоглазого изверга. Ошибался. Изверг стал требовать, чтобы он настраивался на волну, не отрываясь от тренировки, и обещал не выпустить, пока не настроится. Видите ли, его дар может потребоваться где угодно, во время любых событий и ждать, пока он сядет, подумает и успокоится, никто не будет.
  Тэдэр сначала не поверил в такие крайности. Потом стал надеяться на здравый смысл азата. Когда вера в здравый смысл испарилась, попытался сбежать. Отлично понимая, что это совсем уж дурость. Азат отлично знает, что и зачем делает, и чем быстрее справишься с очередным его заданием, тем быстрее он переключится на что-то другое. Может, даже менее травмоопасное и выматывающее.
  Как и следовало ожидать, ничем хорошим попытка сбежать не закончилась. Яцуоми поймал ученика за шиворот, как какого-то котенка, и от души приложил об стену, от которой тот отскочил, как мячик и зарылся носом в пол, давно утративший свою мягкость. Яцуоми мастер, а Тэдэр даже на ученика мастера не очень тянет. И аларры среди предков не спасают. Там начинать учиться нужно было с детства, а не в шестнадцать лет, после избиения. Тело успело развиться не совсем так, как было нужно. И в телохранители Тэдэра бы точно не взяли.
  - Сволочь, - охарактеризовал Яцуоми Тэдэр.
  Отползти на четвереньках, вскочить на ноги и, не очень резво, отбежать подальше. Сделать попытку отдышаться, недоверчиво глядя на приближающегося изверга. А потом попытаться уклониться. Совершенно бесполезное движение. Скорость никакая и сама попытка неуклюжая. Здравствуй, милая стена, по которой так приятно сползать вниз. Прохладная и гладкая. Как хорошо, что ты была за спиной, иначе лететь пришлось бы и лететь. Куда-то вдаль.
  Этот псих его здесь убьет. И ничего ему за это не будет. Он в своем праве. Чтобы выжить нужно поймать проклятую волну. Еще бы вспомнить, как это делается.
  Попытка проскользнуть под рукой, и лицом об пол. Стыд и позор. Устал, что ли?
  Проклятье. Он же клялся себе, что больше никто и никогда не сможет его избить. Нужно было поискать учителя получше, тогда, в шестнадцать лет. Может быть и помогло бы. Так нет, наивный юнец купился на красивую рекламу.
  Замах. Слишком широкий, самому противно, и в сторону. Несколько выигранных секунд. Две или три, не больше. А может, одна.
  Волна, волна. Отпустить себя, не цепляться за мир, смотреть вне. Для начала расфокусировать зрение.
  Качнулся и уже не почувствовал удара, свалившего на пол.
  Идиот. Не смотреть. Не чувствовать. Видеть.
  Доверять самому себе и видеть.
  Видеть ухмыляющуюся физиономию существа, очень похожего на Далажского божка дорог - этакой помеси человека и кошки. Яцуоми без доспехов. Весельчак и совершенно безалаберный тип. Нетерпеливый, способный как помочь, так и помешать. Дитя порывов. Какой, к дьяволу, воин? Гибкая придорожная лозина, качающаяся под ветром. Неужели всем видящим нужно хорошенько попортить их беззаботную жизнь, чтобы они научились не мотаться туда-сюда глупо улыбаясь, а отстаивать себя? Чтобы перестали быть ничем под ветром чужих желаний? Пакостить по-мелкому, почувствовав себя обиженными и счастливо бежать на помощь, услышав, как кто-то их восхваляет? Даже не соизволив задуматься о предпосылках чужих поступков?
  Нужно посмотреть в зеркало, чем он успел обрасти.
  - Лед очень непрочный материал, - сказал Яцуоми, словно мысли подслушал. - Он тает. И довольно легко раскалывается.
  Тэдэр удивленно моргнул, и Далажский божок исчез, сменившись усталым лицом желтоглазого азата.
  - Тебе нужно понять, что люди не могут на тебя не влиять. Социум, от него никуда не денешься. Не всех отпугнешь равнодушием. Нужно научиться разбираться в чужих желаниях. Стать воином и защищаться, а не стоять и верить, что тебя обойдут. Мужчина ты в конце концов, или кто? Да и не всех нужно отпугивать, как это делаешь ты. Если ты считаешь, что все только и мечтают о том, как бы побольнее тебя ударить, то тебе нужно лечиться от мании величия. Обратись к психологам, их рядом с тобой довольно много, кто-то да поможет. Будь собой, просто стань жестче и все будет в порядке, мне так кажется. И найди себе дело. Меня бесит твой потерянный вид. Словно маленький мальчик, засмотревшийся на яркую игрушку и отставший от родителей. Неужели тебе настолько на себя наплевать, что ты только и ждешь очередного пинка, который заставит тебя шевелиться? Раздражаешь, честное слово. На сегодня урок окончен.
  И ушел. Просто ушел. Еще и дверью хлопнул.
  Ушел, ничего не добавив и не объяснив.
  В этом весь Яцуоми. Дал понять, что его ученик ничтожество, наговорил высокопарной чуши и оставил размышлять о том, как это взаимосвязано и есть ли там вообще какая-то связь?
  Очень хотелось его обматерить. А еще лучше избить, чтобы больше никогда так не смотрел.
  - Сволочь!
  За что он тогда того же Романа уважает? Уважает, несмотря на его рассеянную улыбку и образ блаженного полудурка, добряка в последней стадии? Несмотря на то, что Роману точно не дано его победить, да он и секунды не продержится, рухнет после первого же удара.
  - Проклятые алары, если взялись совершенствовать свою породу, то доведите дело до конца! Какого черта вы остановились на полпути?! Почему, мать вашу, без проклятых тренировок для подгонки тела, пользы от вашей ДНК не больше, чем от местного планетарного правительства?! Гады!
  Высказавшись по поводу некоторых предков, Тэдэр улегся поудобнее и уставился на потолок. Что-то его в последнее время тянет рассматривать потолки. Этот, например, выложен черными панелями, с белыми стыковочными швами. По-своему даже красиво. Словно на потолке растянута большая сеть.
  Глупо как-то. Чего же от него добивается Яцуоми?
  Тэдэр повалялся немного на полу, попытался подумать, но получалось почему-то плохо. Мысли путались и скакали с одного на другое. В голову все время лезли посторонние, ничего не значащие вещи. Пришлось подняться на ноги и отправиться в душ. Там было зеркало. Совершенно бесполезное, потому что сил на то, чтобы что-то увидеть, не осталось совсем, а злость на Яцуоми куда-то испарилась.
  Зеркало добросовестно отражало разбитую губу, кровь на подбородке и симпатичный синяк у уха, грозящий перенести припухлость на глаз. Будет о чем поговорить девицам от психологии. В таком виде он домой еще не возвращался. Нужно придумать для них убедительную версию с множеством плохих парней, темной улицей и незнакомой девушкой. Им такая история должна понравиться. Главное, рассказать без хвастовства, как нечто само собой разумеющееся.
  А они будут охать и дружно лечить.
  Дурость, на самом деле.
  Или лучше забиться в какой-то темный угол и отлежаться. Намазаться заживляющей гадостью, съесть обезболивающие и тонизирующие таблетки, и лечь спать. Наплевав на разгар дня. И ни о чем не думать. Попытаться на некоторое время перестать существовать, исчезнуть из этой вселенной. Может и не найдут, хотя вряд ли.
  Девицы от психологии обязательно в очередной раз взломают замок. Их не может не заинтересовать его ранний сон.
  Они ведь действительно добра желают.
  Только не понятно, зачем им это нужно.
  
  
  
  Номер три.
  
  Зверь фыркнул в лицо, обдав горячей волной. Тэдэр попытался отвернуться, но шея почему-то не слушалась, а развернуться всем телом в узкой щели, куда он забился, не получалось. Да и выпускать животное из вида было страшновато. Казалось, стоит перестать на него смотреть и вместо почти осязаемого поджарого тела появится что-то похожее на клок тумана, способное без труда просочиться в ненадежное укрытие. Приходилось стоять, чувствуя как мерзнут пальцы рук, смотреть и думать.
  Предполагаемый противник ни на что не реагировал. Выковырять человека из щели он не пытался, хотя лапу мог бы просунуть без труда, да и сам, наверное, влез бы. Вместо этого зверь продолжал строить глазки, дышать прямо в лицо и фыркать. Хорошо хоть не плюется.
  На этот раз Тэдэр понимал, что это сон. Просто дурацкий сон. Даже не кошмар. Но проснуться почему-то не мог. Что-то его держало в этом сне.
  Впрочем, Тэдэр откуда-то знал, как проснуться. Нужно дойти до вершины горы. Первый раз в жизни довести до логического конца начатое дело. Не свернуть. Не броситься к другой горе, более симпатичной и менее крутой. Просто дойти. Докарабкаться. Доползти. Вот он и шел по узеньким тропинкам, карабкался вверх, скользил по снегу, цеплялся за какие-то ненадежные камни, и верил, что вот-вот эта пытка закончится. Верил. Пока не встретил рыжее нечто. Кота-переростка, похоже, породистого. Симпатичный котяра, зимний вариант, рыжий, очень пушистый, с раскосыми глазами, широким носом, задорно торчащими ушами, немного горбат, а подушечки лап надежно утеплены. Все бы ничего. Вот только рост у котика был несколько великоват. Он был больше самого Тэдэра и питал к нему какие-то непонятные чувства. Первым делом киса загнала человека в небольшую щель, потом сладко зевнула, продемонстрировав свою коллекцию клыков, и стала на него дышать, словно пыталась согреть. Иногда кот фыркал, напоминая дракона с икотой, разве что дыма не было.
  - Хорошая киса, - неуверенно произнес Тэдэр.
  Киса задумчиво повела ушами и насмешливо прищурила глаза. Мол, говори, я слушаю, мне очень интересно.
  - Мне идти нужно, - попытался объяснить Тэдэр, чувствуя себя полным и окончательным идиотом.
  Кот в ответ опять фыркнул и отвернулся. Иди, мол, раз тебе нужно, я за последствия не отвечаю. Видишь, даже почти не подглядываю.
  Тэдэр начал бочком выбираться из щели. Кот скосил на него глаз и немного опустил ухо. Рыжий хвост почти полностью распрямился и замер, как флажок, которым машут при старте.
  И Тэдэр решился.
  Он одним прыжком покинул щель и бросился вверх, моля всех богов, о которых помнил, помочь удержаться на склоне и не скатиться в лапы хорошей кисе. Кот издал недовольный хриплый мяв и рванул следом, как за сбежавшей мышью. Кажется, он решил, что с ним играют, потому что как-то подозрительно вовремя притормаживал и промахивался. Тэдэр скользил, падал и бежал, не желая становиться обедом для пушистика. Потом куда-то провалился и ткнулся лицом в нечто мокрое и холодное.
  - Думаешь, поможет? - тихонько спросил женский голос совсем рядом. Протяни руку и можно будет коснуться его обладательницы.
  - Хуже не будет. У него же жар, а лекарства Роман сказал не давать, это просто от переутомления. Еще эти синяки.
  Проснулся. Почти.
  Тэдэр попытался зацепиться за реальность. За что-то мокрое на лбу, за капли стекающие по вискам, за женские полузнакомые голоса.
  Не получилось. Даже глаза открыть не получилось. Что-то мягко оттолкнуло и он провалился обратно в сон.
  Снег, за который пытаются уцепиться пальцы. Мягкий и податливый. А под ним лед, абсолютно гладкий, словно отполированный.
  Тэдэр скользил вниз. К прищурившему глаза в ожидании развлечения рыжему коту. Желтоглазому, как один знакомый азат. Наверное они родственники.
  - Сволочь, - прохрипел Тэдэр, понимая, что не удержится. Здесь, чем больше шевелишься, пытаясь зацепиться, тем быстрее скользишь.
  А потом пришла злость, на самого себя. Да сколько же можно? Испытывает его там кто-то на прочность, что ли? Проверяет, как быстро он сдастся при столкновении с очередной проблемой.
  Свернуть на новый путь ведь намного проще, чем пытаться удержаться на старом. Так всегда было, сколько он себя помнил.
  Так что же делать? Чего именно они от него ждут? Хотят выпихнуть на новую дорогу или просто стряхнуть со старой? Все равно куда, лишь бы у кого-то более достойного под ногами не путался. А кто у нас более достойный? Да кто угодно, вероятнее всего.
  Тэдэр тряхнул головой. Кажется еще немного и он возненавидит всех богов скопом, и не важно существуют они на самом деле или нет.
  Вот почему какая-то высшая сила считает себя вправе вмешиваться в чью-то жизнь? Неужели без нее не разберутся? Или это просто от скуки, просто посмотреть, как долго тот или иной человечек сможет побарахтаться?
  Раздражает!
  Ну уж нет. На этот раз он не сдастся. Не отступит. Слишком часто он отступал и вот чем все закончилось? Преступник на перевоспитании. Весело, наверное, наблюдать было. Подобие преступника, которое даже на уважение не может рассчитывать. А это еще веселее. Ничего ведь не осталось, даже мелочей. Умение писать стихи исчезло, растаяло, как туман. От гранта на учебу он еще раньше сбежал, испугавшись теней. Сам сбежал, не идиот ли? Единственный друг предал. А может он и другом не был, говорят ведь, что нужно находиться рядом с врагами, чтобы не пропустить момент подходящий для удара. Не пропустил, сволочь, но и радовался этому не долго. Жалко, что он никогда об этом не вспомнит, хотелось бы на его лицо в этот момент посмотреть. Учитель попросту отказался, устав бороться с тупостью ученика. И виноват во всем он сам.
  Отмахивался от подарков судьбы. Всю жизнь отмахивался. Всегда желал чего-то большего. Зачем ценить привязанность белобрысой девочки-подростка, когда рядом есть парень, с которым так весело напиваться и знакомиться с красотками? Зачем слушать то, что говорит умудренный жизнью человек, если у каждого своя дорога, на которой каждый набьет своих шишек? Жизни ведь не повторяются с точностью до мелочей. Зачем держаться за мирок, который неожиданно показал свою темную сторону? Вокруг куча таких миров, в которых наверняка лучше.
  И еще куча очень важных вещей, от которых он отмахнулся, как от надоедливой мелочи.
  Дурак. Жалкий тупица.
  Тэдэр хихикнул, немного поразмышлял и придумал очередной дурацкий план. Он перевернулся на спину, прицелился, оттолкнулся руками для ускорения и свалился сверху на не ожидавшего такой подлости кота. Мягкое приземление. Шубка у кота отличная. И когти впечатляющие.
  Каким-то чудом Тэдэр вывернулся, дополз до приглянувшейся расщелины и свалился в нее. Кот обижено мяукнул, убедился, что теперь дотянуться лапой до ускользнувшей игрушки не может, повернулся к человеку спиной и уселся, окружив хвостом лапы. Коты так садятся к деньгам. Хоть одна хорошая новость.
  В расщелине Тэдэр не ошибся. Из нее можно было выбраться вверх. Нужно только приложить усилия. И плевать на усталость. Это ведь сон. Очередной дурацкий сон, навеянный какой-то глупостью. Незачем здесь задерживаться.
  - От меня ты чего хочешь? - мрачно и недовольно.
  Яцуоми пожаловал, какая радость. Интересно зачем? А еще, кажется, кто-то помешал ему выспаться.
  - Хочу понять, как давно ты рассорился со своей головой.
  А этот голос совсем незнаком. Тэдэр на мгновенье остановился и огляделся. Гора текла и менялась. Немного просвечивала. И подъем стал более пологим, ущелье расширилось, даже что-то похожее на ступени под ногами появилось.
  Подняв голову вверх и проследив за своей дорогой Тэдэр увидел их.
  Яцуоми в черных доспехах стоял на вершине, до которой было рукой подать. Несколько шагов и все.
  Почему же ему до сих пор казалось, что туда сложно забраться? Или это гора поменялась? Или он с самого начала что-то не так понял?
  Мысли путались и отказывались выстраиваться в логическую цепочку. Пришлось от них отмахнуться и сделать следующий шаг.
  - С ним иначе нельзя. Упертый, - раздраженно произнес Яцуоми.
  - Упертый? А может это ты ленивый? - хрипловато спросил его оппонент.
  Незнакомец стоял в воздухе ни на что не опираясь. Величественный, как памятник какому-то герою. Точнее, незнакомка. То, что Тэдэр принял за широкий плащ, при ближайшем рассмотрении оказалось длинными волосами, белоснежными. Лицо почти прозрачное, хрустальное, только глаза теплого зеленого оттенка. Такая себе сказочная красавица, еще одна Снежная Королева, Снежка. А голос странный, с одинаковой вероятностью может быть и женским и мужским.
  - Это твоя была идея, Зоя, - сказал Яцуоми, стряхивая с руки латную перчатку. Остальные доспехи растаяли сами собой, сменившись чем-то не менее черным и, похоже, теплым. - Я с самого начала пытался отказаться. Мы слишком похожи. Я знаю его предел. И не люблю уговаривать. Ты это знала.
  - Но не думала, что ты попытаешься его убить, - гневно произнесла красавица.
  - Если бы я попытался, он бы не выжил, - отмахнулся Яцуоми.
  Какая уверенность. Именно уверенность, верой там и не пахнет. Да, уверенность в собственных педагогических талантах, ни больше, ни меньше. А на способности ученика начхать. Гад.
  Тэдэр прислушался к нарастающей за спиной злости и сделал два шага отделяющие его от Яцуоми. Легко. Очень быстро. Словно взлетел. Злость заменила крылья.
  Пространство опять изменилось, Тэдэру даже показалось, что он прошел сквозь какую-то прозрачную стену. За спиной появилось ровное снежное плато, впереди скала, голая и неживая, а по бокам расходящиеся крыльями склоны, на одном из которых неуверенно топтался рыжий кот-переросток.
  - Сволочь! - заорал Тэдэр на обернувшегося к нему учителя. - Катись к своему родственничку!
  Кулаком в лицо и ногой под зад, чтобы задать направление.
  Кот родственнику обрадовался. Сразу схватил в объятья. Всеми четырьмя лапами, не забыв про дарованные природой когти. Так они вниз и покатились черно-рыжим клубком. Поднимая в воздух снежную пыль.
  - Я знала, что однажды он допрыгается, - удовлетворенно произнесла зеленоглазая, проследив за полетом мастера и кота. Улыбнулась и обернулась к Тэдэру. - Тебе нужно отсюда выбираться. Иначе заболеешь надолго.
  Тэдэр кивнул и сделал последний шаг. На самый верх. Вплотную к скале. Туда где недавно стоял непобедимый мастер.
  И выпал в реальность. Словно и не спал.
  Ольша и Стася сидели на подоконнике, похожие на взъерошенных пичуг. Одна держала на коленях посудину с водой, обхватив ее руками и прижав к себе, как последнее средство обороны. Вторая мяла полотенце. Обе, кажется, чем-то напуганы.
  Яцуоми расположился на полу у их ног. Он тряс головой, неразборчиво ругался и пытался подняться на ноги. Лицо перечерчивали красные полосы, подозрительно похожие на следы когтей одного знакомого кота. Нос распухал вследствие удара Тэдэра. Правая рука, похоже, была вывихнута. И весь вид помятый, и несчастный. Странно.
  Стену, скрестив руки на груди, подпирала незнакомка. Беловолосая и зеленоглазая. Высокая и тонкая. Нереально красивая. Такая себе сказочная красавица, Снежная Королева. Только более настоящая, чем была во сне, и длинные волосы заплетены в косу.
  На нее Тэдэр и уставился.
  - Проклятых никогда не видел? - насмешливо поинтересовался Яцуоми, бросив бесполезные попытки встать на ноги.
  Тэдэр перевел взгляд на него.
  - Любуйся, - разрешил, махнув здоровой рукой. - Пока она опять не решила внешность изменить. А заодно и пол. У них это легко. Три секунды времени.
  Тэдэр ничего не понял. Что наверняка отразилось в его взгляде, а может и на лице в целом.
  - Она не человек, - сказал Яцуоми, ощупывая левой рукой правую. - Точнее сейчас человек, потому что ей этого хочется. Захочет, станет собакой. Или той рыжей дрянью, которая тебя оберегает вне реальности. Единственное чего она не может сделать со своим телом, это превратиться в колонию странных простейших, которой были ее предки. Если попытается, умрет. У них там апокалипсис случился со смертельным заболеванием. Из-за чего пришлось срочно меняться, менять части своих ДНК-цепочек на чужие. В общем, не человек она, понял? - Яцуоми внимательно посмотрел на ученика и попытался еще что-то объяснить. - На самом деле она скопище клеток, которые при некоторых условиях могут жить самостоятельно, ДНК обмениваются, еще какой-то ерундой, не помню как она называется. И ее внешний вид большей частью зависит от того, какие клетки спят, а какие главенствуют и делятся. Ну не могу я понятнее объяснить. Она просто не человек. И такие, как она, паразитируют на людях.
  Тэдэр еле удержался от того, чтобы нецензурно сказать учителю, что с него и такого объяснения более чем достаточно. Клетки, значит. Да, а настоящие люди состоят из воздушных шариков, не иначе.
  - Урод, - дружно решили Ольша и Стася.
  Смотрели они при этом вовсе не на Тэдэра.
  Зоя насмешливо улыбнулась.
  - Грош цена твоим россказням, - лениво произнесла красавица. - Внешность у меня в маму и от моих способностей никак не зависит. Базовый облик, понимаешь? Тот, к которому привязана моя личность. А превратиться в большого кота я бы смогла при желании. Можешь завидовать, маленький обиженный мальчик. Только не хочется. Не умею ходить на четырех ногах. Учиться лень, да и незачем.
  - Но внешность и пол ты меняла, - не пожелал признавать поражение Яцуоми.
  - Когда это было необходимо для работы. Не всем повезло появиться на свет с заурядным лицом азата. Иди лучше полечись, пожалеешь ведь потом о своих словах. Как всегда.
  - Дал же Бог кузину, мало того, что не человек, так еще и стерва, - простонал Яцуоми и опять попытался встать. Заскользил подошвами по полу, на который было что-то пролито и, охнув, упал обратно. После чего схватился за пострадавшую руку. - Тэдэр, будь добр, больше не натравливай на меня свои фантазии! - рявкнул на смотревшего на него с интересом ученика. - Они у тебя слишком реальными получаются. А я не могу не верить. Этот талант встречается очень редко. Остальные страдают от фантазий не меньше чем от реальных монстров.
  - Я не знал, - зачем-то покаялся Тэдэр.
  - Верю. Именно поэтому не буду мстить.
  Можно подумать, этим обещанием он сильно облегчил участь своего несчастного ученика. Ему не нужно никому мстить. Достаточно продолжить обучение в том же темпе, и навязанный преступник на перевоспитании умрет естественной смертью.
  Тэдэр потянулся и на всякий случай еще раз осмотрел свою комнату. Никого нового не увидел.
  - Да поможет мне кто-нибудь? - подняться на ноги у Яцуоми в очередной раз не получилось.
  Тэдэр даже не пошевелился. Обойдется. Неизвестно, кто здесь в большей степени пострадал.
  Зоя поплотнее прижалась к стене, сложила руки на груди и насмешливо улыбнулась.
  Стася с Ольшей переглянулись, печально вздохнули и пошли помогать, пристроив полотенце и посудину на подоконнике. Яцуоми им чем-то не понравился. Удивительное дело. Яцуоми в принципе не может не нравиться девушкам, особенно таким юным. Что же здесь происходило, пока Тэдэр бегал по горе в компании кота? Может, кем-то любимый учитель, шаманские пляски с бубном устроил и пытался жертву какому-то божеству принести? Хотя кому такая жертва нужна?
  Соседки ушли, утащив с собой Яцуоми. Зоя осталась.
  - У тебя нет шансов, - произнесла совсем тихо, сочувствуя.
  - Шансов? - переспросил Тэдэр. Он не понимал о чем разговор, да и не хотел понимать. Ему хотелось любоваться совершенной девушкой, как художнику. Хотелось превратить чувства в стихи. Так будет правильно.
  - Ты не сможешь его победить. Никогда. Среди его предков были дети войны. Знаешь, потомки идеальных воинов, добровольцев, согласившихся участвовать в одном сомнительном эксперименте. Дети этих добровольцев кроме физической силы и странной внешности унаследовали целую кучу генетических заболеваний. И детей им без контроля специалиса по мутациям завдить нельзя. Зато сила, скорость и реакция остались.
  - Я знаю, - сказал Тэдэр. Когда-то мама эту историю рассказывала в качестве страшной сказки. - Среди моих предков эллары затесались. Совершенно случайно. Очень уж одна из пра-пра-бабушек была хороша собой. - Тэдэр передернул плечами и покатал слово эллары на языке, как конфету. Красиво.
  - Телохранители? Не будь наивным, - отмахнулась Зоя. - Самому лучшему из элларов очень далеко до худшего из детей войны. Элларов не ломали, они всегда оставались людьми.
  Спорить с девушкой не хотелось. Да и какая разница? Побеждать можно по-разному. Вот только что-то доказывать этой девушке неразумно, да и не нужно. Ее хотелось слушать, внимать, долго-долго, пока невнятный шепот на краю сознания не превратится в музыку. Правда, для этого может целой вечности оказаться недостаточно. Музыка больше не позволяла себя услышать, ее он тоже успел обидеть и бросить. Теперь она мстит. Издевается. Шепчет, манит, а потом исчезает.
  - Что здесь произошло? - спросил Тэдэр, решив пока забыть и о элларах, и о музыке.
  Разгром в комнате впечатлял. Словно орда пьяных десантников выясняла, кто из них сильнее. Хорошо, хоть ничего не поломано, а мебель можно будет сдвинуть обратно. Найти бы где-то помощника.
  Вряд ли это дорогой учитель злость вымещал.
  Беспокоить Стасю и Ольшу расспросами не хотелось. Они и без того выглядели впечатленными произошедшим. Яцуоми отвечать скорее всего не станет. Зачем оно ему? Прорычит что-то невнятное и заставит заниматься чем-то полезным с его точки зрения. Зато его кузину было очень приятно слушать, о чем бы эта девушка не говорила.
  - Мой ненормальный брат добился прогресса, чуть не вогнав в гроб и тебя, и себя, - улыбнувшись сказала Зоя. - Ты уснул. Сон плавно перешел в блуждания где-то в подсознании. Когда ты не проснулся утром, девочки забеспокоились, позвали Романа и Яцуоми. Хорошо, хоть знали, где их искать. Роман, как и следовало ожидать, раскритиковал методы моего братца. Тот в ответ наорал на него. Потом они несколько часов возле тебя дежурили и догадались позвать меня только после того, как ты начал швырять предметы.
  - Я бросался снежками в кота, - зачем-то сказал Тэдэр.
  Кот ловил снежки лапами и смешно тряс всем телом, когда получалось попасть. Правда, так и не ушел.
  - Возможно там бросался, тебе лучше знать, - серьезно сказала девушка. - А здесь ты напугал девчонок. Они не ожидали, что по комнате начнут летать вещи. После у тебя поднялась температура. Роману достало ума не лечить тебя доступными ему средствами. Яцуоми начал посыпать голову пеплом, он подозревал, что ты ходишь по его словам "где-то внизу" и никогда оттуда не выйдешь. Не спрашивай, что за "где-то внизу", оно, по-моему, только в воображении таких идиотов как мой братец существует. Впал человек в кому, значит "где-то внизу", и никак иначе. В общем, Яцуоми начал паниковать и нагнетать обстановку. Роман поступил умнее, пожаловался руководству. Потом пришла я, подкорректировала твою реальность, упростив путь. А кота очень вовремя отвлек мой брат. Кстати, кот, похоже, страж границ, программа в сознании для защиты. Если он опять не будет тебя куда-то пускать, лучше слушайся. Дольше проживешь. На задворках сознания у любого человека есть места в которые лучше не попадать. А в данном случае ты без чужой помощи вообще никуда бы не дошел. Сил бы не хватило. Ты слишком устал, и кот, похоже, пытался тебя заставить отдохнуть сначала.
  - Понятно, - сказал Тэдэр.
  Все интереснее и интереснее. Защитный механизм сознания, значит.
  Тэдэр вспомнил с каким упорством желтоглазый кот отгонял его от наиболее привлекательного подъема на гору. Что же там такое прячется? И почему именно там путь выглядел самым легким?
  А надо ли это знать?
  - Каким образом мой страж границ поцарапал лицо Яцуоми? - нашелся с самым важным вопросом Тэдэр. Сознание подождет. Оно, в отличие от Зои, никуда не денется. По крайней мере, Тэдэр на это очень рассчитывал. Целители ведь для чего-то тоже нужны. - Да и остальные повреждения для меня стали сюрпризом.
  - Он не умеет не верить. - Девушка улыбнулась, как-то очень печально, словно о чем-то сожалея. - Я умею, а он нет. Поэтому я могу выводить заблудившихся в собственном сознании видящих, а он умеет видеть. Для него и кот и гора были реальны. Он был в том мире. Физически. Он иначе не умеет. Вот и получил повреждения. Мозг знал, телу пришлось подчиниться. Ты тоже не умеешь не верить. Так что будь осторожен.
  Тэдэр кивнул и понял, что что-то упустил из виду. Какую-то мелочь.
  - Стоп! Каким образом у меня вещи летали?
  - Понятия не имею, - отмахнулась от этого вопроса Зоя. - Может полтергейст завелся? - спросила с иронией, которая ей неожиданно очень пошла. - Барабашка какой-то. Или это был телекинез? Видящие в себе иногда более странные вещи делают. Это необъяснимо. Просто дар. Кстати, будучи в сознании подобный фокус повторить не сможешь. Странно, правда?
  - Правда, - согласился Тэдэр.
  - Ты поспи. И больше никуда не проваливайся, - и отошла от стены.
  Шагнула грациозно, даже Яцуоми вряд ли когда-то сможет так двигаться. Хотелось смотреть и смотреть, а лучше схватить и никуда не отпускать.
  - Подожди. Ты правда не человек? - какой глупый вопрос, вот теперь она уйдет и больше не посмотрит в его сторону. Жаль.
  - Правда. - Зоя улыбнулась. - Тебя это остановит?
  - Нет. Ты еще придешь?
  - Нет.
  И ушла. Не выслушав. Грациозная и красивая. Не для преступника на перевоспитании.
  Мир опять стал очень сложной штукой. Поменялся как-то резко, наполнился красками, шумом и светом. В этом мире, вероятно, будет очень хорошо жить. И непросто. Но и не скучно.
  Хотелось улыбаться.
  Хотелось бежать за девушкой.
  Хотелось орать, а потом прямо на двери писать все, что в голову придет и возможно, рано или поздно, вослед за всем этим бредом придут стихи. Не те, злостно-наивные, мальчишеские, только и годящиеся для популярных песен, а настоящие, которые будут заставлять плакать и смеяться. Которые, наверняка, своего автора переживут. Чем не мечта?
  Людям необходима мечта, такая неуловимая и легкая, как плывущее по воздуху перо-лодочка. Если попытаться его поймать, оно легко ускользнет. Зато если подставить ладони и терпеливо подождать, возможно, оно, покачиваясь, на них опустится.
  Зою необходимо вернуть. Любой ценой. Зачем? Кто знает? Просто с ней мир станет целым и настоящим, со всеми своими темными и светлыми сторонами.
  Придется пытать ее брата. Если понадобится, с помощью кота. Как бы еще кота вытащить из собственного подсознания? Или проще Яцуоми туда затолкать?
  Или лучше купить большую кошку и не заниматься ерундой? Видел когда-то Тэдэр таких огромных полосатых кошек. Еще бы вспомнить, где.
  Что же, можно сообщить Роману, что в жизни одного из его подопечных появилась цель. Самая настоящая. Правда, неясная и расплывчатая, наверное глупая, но ведь раньше и такой не было. Возможно, его это порадует.
  
  
  А о том, кто такие проклятые Тэдэр выяснил через два дня. Просто спросил у Романа, в надежде, что он знает.
  Роман загадочно улыбнулся и рассказал, что это прекрасные женщины. Всегда только женщины. В мужчин они могут превращаться только временно, да и это скорее обманка будет, чем настоящий мужчина.
  И да, эти красавицы действительно паразитируют на людях. Когда-то, когда женщин на окраинах, с которых началось Крылатое Королевство, было раз в семь меньше, чем мужчин, там и здесь стали появляться прекрасные незнакомки. И никого особо не интересовало откуда они взялись, почему практически не умеют разговаривать, очень странно двигаются и едят только сладкое, а лучше вообще один сахар.
  А потом оказалось, что прекрасные незнакомки быстро учатся, умнеют, привыкают нормально есть, а то и вовсе рожают детей, девчонок.
  Как они там кого-то рожают, Роман не знал, хотя был уверен, что на обычную беременность это похоже мало. Они ведь по сути, размножаются то ли делением, то ли почкованием, просто включая в потомка ДНК мужчины.
  И да, изначально эти красавицы жили очень мало, от трех до пяти лет после того, как появлялись. И их дочери редко доживали хотя бы до сорока лет. А сейчас эти не люди живут побольше среднего человека. Видимо все еще продолжают избавляться от убивающих их частей самих себя, просто не передавая их потомкам, если это было возможно.
  А еще Зоя была старше Тэдэра. И даже старше Яцуоми.
  А убедившись, что и это спятившего ученика не пугает, Роман почесал макушку и поведал, что у прекрасных незнакомок, ко всему, еще и работает такая штука, как генетическая память. Но Тэдэр так и не понял, чем настолько страшен этот факт.
  
  
  
  Родственники и прочие доброжелатели.
  
  О смерти.
  
  Новости - это зло. Источник неприятностей и плохого настроения. Их нельзя смотреть, нельзя воспринимать всерьез, а тем более примерять на себя. Особенно если успел повстречать разных людей, поделить их на подвиды и убедиться, что некоторые из этих подвидов для блага общества необходимо полностью уничтожить.
  Новости - это зло. Зло притягательное и в меру правдивое. Почему-то тянет смотреть на чужое горе, фальшиво сочувствовать и радоваться в душе, что тебя оно не касается. Или думать о том, что бы ты сделал в такой ситуации. Бывает даже ловишь себя на том, что злорадствуешь.
  Убеждения - зло меньшее. Больше всего неприятностей оно доставляют самому убежденному.
  Убеждения необходимо отстаивать. Им необходимо следовать. Их нужно почитать. Иначе они обесценятся и перестанут быть убеждениями. Станут смутными тенями и воспоминаниями о том, что когда-то это имело большое значение. Когда-то за такую ерунду жизни не жалко было.
  И вот случилось страшное - Тэдэр посмотрел новости. Случайно. Нечем было заняться из-за отсутствия Яцуоми.
  До этого день начинался хорошо. После - на свет вылезли убеждения, и он вспомнил, что не любит садистов. В любом их виде.
  А еще у него был шанс. Его не учли. О нем не знали.
  И Тэдэр решил совершить подвиг. Благоразумно ни с кем не советуясь по этому поводу. Осталось только придумать внятный план и изучить здание.
  Всего лишь.
  Доступ к планам генохранилища он получил по сети. Оказалось, их без всяческих проблем мог затребовать любой, в ком текла кровь старых семей. Уколол пальчик и через секунду получил планы. Тэдэр такой наивности поражался. Неужели за столько времени не нашлось ни одного представителя старых семей, возжелавшего применить свой доступ к секретной информации не во благо тех самых семей, да и всей планеты в целом? Верилось слабо. Стоило только пересчитать все революции произошедшие на планете за последние двести лет, и вера пропадала напрочь. Без доступа к генохранилищу и станционной броне ни одна революция не завершилась бы победой. Броня поделила бы планету на секторы, остановила весь транспорт, как военный, так и граданский и делу конец, потом бы разобрались кто и в чем виноват. Впрочем, может оказаться, что старые семьи по наивности своей считали революции благом. Ступеньки в развитии общества, или еще какой-то бред. Может, даже отсев слабых и ненужных семьям.
  Планы Тэдэру подняли настроение. На планах было штук тридцать запасных ходов, которые какой-то умник решил сделать тайными. Наверное на случай нападения на генохранилище превосходящих сил, чего так ни разу за всю историю не случилось. Генохранилище сдавалось без боя значительно раньше, чем эти силы о нем вспоминали.
  По заверениям сети, ходы невозможно было обнаружить никакой аппаратурой, и три из них вели к демонстрационному залу. Особенно Тэдэру понравился ход номер семнадцать. Он был самым коротким. А еще семнадцать было любимым числом Тэдэра, следовательно должно повезти. При этом ход заканчивался прямо за спинами террористов, был снабжен обычной скользящей дверью, а со стороны демонстрационного зала маскировался голограммой под батальную картину на стене. Точнее, батальные картины меняющие друг друга раз в час. Такой себе выверт дизайнерского сознания.
   Лучшего желать было сложно. Главное, чтобы предполагаемый противник не сменил дислокацию.
  Хотя куда они от управляющего модуля денутся?
  План захвата демонстрационного зала показался Тэдэру идеальным, а главное, настолько простым, что никаких накладок быть не должно. Дело осталось за малым. Найти оружие.
  Вот над этим следовало подумать.
  Один из типов, захвативших генохранилище и группу сотрудниц, постоянно торчал у модуля, следовательно, сразу увидит, что кто-то пытается занести в здание оружие. Генохранилище сообщит, никуда не денется. Такая у него система защиты. Следовательно, нужно взять что-то такое, что довольно тупой древний мозг генохранилища оружием не сочтет.
  Оружие, которое он не сочтет оружием.
  Тэдэр сидел и думал, время шло, девушки наверняка страдали. Местным террористам обязательно нужно было продемонстрировать свою решительность. Они не знают, что такое ангелы. Надеются на них таким образом повлиять. Впрочем, повлияют. Только не так, как им хочется. Уже завтра на планету явятся фурии, следователи, десантники и еще куча народа, которая прочешет ее население частым гребнем. Все, кто причастен к произошедшему, до конца недели точно не доживут. Просить их о милости и сочувствии бесполезно. А кричать о своем древнем роде - еще бесполезнее.
  Тэдэр думал, думал. Перебирал все возможные и невозможные варианты. Вспомнил кучу экзотических стрелялок и был вынужден тут же о них забыть.
  А потом додумался, и понял, что своим умственным развитием недалеко ушел от стража генохранилища. Был бы умным, не потратил бы столько времени на поиски абсолютно логичного и очень простого решения.
  Что постоянно тащат в музей? Чем гордятся местные хирурги, способные, по их словам, при необходимости заменить киберов и вообще любое оборудование? Чем пользуются недоохранники генохранилища, когда прямо на посту решают попить чая с бутербродами?
  Правильно. Ножи, скальпели и прочие кинжалы. Да и убивают ножами разве что в быту. Ножи официально не считались оружием уже тогда, когда генохранилище только начинали строить. А сейчас вообще любой недоумок способен собрать простенький лучевик, главное подходящих деталей наковырять из бытовых приборов и подобрать вместительную батарею. А внешний вид? Да кому он интересен? Стреляет же.
  Так что заточенные куски железа мало кому интересны. Разве что профессионалам, которые знают, что ножи системы защиты не фиксируют, а даже самые большие параноики рано или поздно снимают броню и прочие защитные комбезы. Да и шлемы с защищающими щею щитками обычно не носят. А ножом ведь можно и в глаз ткнуть и глотку перерезать. Если уметь, то можно к заказу даже не подходить близко.
  А Тэдэр умел, спасибо алларам за вроденную ловкость и чувство баланса.
  
  
  - Стася, у тебя нет хорошо сбалансированного ножа? Очень нужно.
  Девушка посмотрела на Тэдэра как на призрак одного из своих предков и отрицательно покачала головой.
  - Жаль, - расстроился парень и закрыл за собой дверь.
  Осталось еще три двери. Трое жильцов этого дома, которым он не задавал успевший поднадоесть вопрос. Ольша, быть должником которой совсем не хотелось. Нэя, та самая темнокожая девушка, которая проредила шевелюру Яцуоми после разрыва отношений. Ее Тэдэр опасался, но почему-то меньше чем Ольшу. И странная личность, которую называли Таран. Тэдэр до сих пор не понял имя это, фамилия или прозвище. Да и в том, мужчина это или женщина пока не разобрался. Голос низкий, хриплый, простуженный. Фигура достойная десантника, плечистая и высокая, спрятанная под многочисленными слоями широкой одежды, явно не женской. Лицо высокомерное, тонкогубое, но при этом очень милое, скорее женское чем мужское. И косички. Штук сто не меньше. Все в бусинках, перьях, мелких колокольчиках, переплетенные с разноцветными шнурками и нитками. Оно все звенело и шуршало при каждом движении.
  Эта личность была немногословна, вечно чем-то занята и в чужие дела не лезла. Тэдэр тоже не лез. Не психолог и ладно, с психологами и так был перебор. Проблема была в том, что с этой личностью Тэдэр был почти не знаком, поэтому не очень рассчитывал на положительный результат и решил оставить ее напоследок.
  - Нэя, у тебя нет ножа... А знаешь, красиво.
  Точеная фигурка девушки была одета в короткие шортики внизу и серебристые узоры вверху.
  - Правда? Не смотрится вызывающе?
  - Смотря куда вызывать, - честно признался Тэдэр.
  Если она в таком виде выйдет на улицу, то обязательно произведет фурор.
  - Это мой брат нарисовал, - похвасталась девушка, рассматривая себя в зеркале. - Он художник, а завтра какой-то конкурс бодиарта. Вот он и попросил у меня помочь. На этой планете сложно найти подходящую девушку с подходящим цветом кожи. Все слишком светлые. Сеян он тоже разрисовал. Только у нее узоры красно-черные, ей очень идут к волосам и цвету глаз.
  Рыжая и кареглазая Сеян в черно-красных узорах? Может вернуться и попросить показать? Жаль нет времени. Лучше напроситься на конкурс.
  - Можно я приду посмотреть?
  - Можно, - великодушно разрешила девушка. - Завтра на южном пляже Маленького острова.
  - Приду. А ножа у тебя нет?
  Нэя посмотрела удивленно и печально призналась:
  - У меня и кухни нет. И готовить я не умею.
  - Жаль, мне очень нужен нож.
  Осталось две двери.
  - Ольша, у тебя ножа нет?
  Девушка выпустила из рук кошку и улыбнулась. Странно так улыбнулась, нехорошо так. Напомнив голодного вурдалака, узревшего подходящую жертву.
  - Пришел? - спросила она нетрезвым голосом и буквально рухнула на стул, почему-то стоявший напротив двери.
  - Мне бы нож, - почему-то засмущался Тэдэр.
  - Вены резать не дам, - решительно сказала девушка, пытаясь подозвать кошку движением пальцев. - Хватит с меня на сегодня.
  - Я не буду резать вены, - сказал Тэдэр.
  - Точно? - недоверчиво спросила Ольша, зажмурив правый глаз.
  - Точно.
  - Ладно, тебе отдам, - сменила гнев на милость. - Ему все равно возвращать не собиралась. Идиоту малолетнему.
  Ольша аккуратно сползла со стула и на нетвердых ногах подошла к сумке, валявшейся на полу. Шлепнулась перед сумкой на колени, долго в ней что-то искала.
  - На, пользуйся.
  Парень развернул кокон из непонятной тряпки и удивленно присвистнул.
  В руках у Тэдэра оказался обломок брони снятой с устаревшей модели военного киберхирурга. Тэдэр уже такие видел. Очень опасная вещь. Очень прочная и острая. Ни одна система защиты адекватно на такие вещи не реагирует, считает, что это мусор.
  - Ты где его взяла?
  - У психа, - печально произнесла девушка. - Самоубийцы малолетнего. Шестнадцать лет всего, представляешь? От него девушка ушла.
  - А он его где взял? - мало ли, может сейчас по планете рыскает предыдущий владелец, желающий оторвать малолетнему самоубийце руки, чтобы не трогал чужие вещи.
  - У отца стащил, - сказала Ольша. - У него папа вольный торговец, контрабандист, в общем. Говорит, что это средство защиты.
  - Скорее нападения.
  Тэдэр взвесил обломок брони на ладони и признал его годным.
  - Все? - спросила Ольша.
  - Все, - признался Тэдэр.
  - Отлично, - она подошла на цыпочках, поцеловала в щеку. - На счастье, - объяснила свой поступок, словно знала, какую глупость парень собирается совершить.
  Тэдэр вышел в коридор и задумался. Маловато. Такими темпами он будет собираться до вечера. Впрочем, осталась еще одна дверь. Терять нечего.
  - Привет, у тебя нет ножа?! - заорал приоткрыв чужую дверь.
  - Зачем? - голос из-за закрытой двери ванной.
  Чудо. В этом доме существует человек, которого удивил вопрос Тэдэра. Узнать бы еще, почему в этом доме никто двери не запирает. Неужели Тэдэр один такой оригинал, которому не нравится, когда к нему врываются, не поинтересовавшись его мнением на сей счет?
  - Очень нужно, - сказал парень и решил, что ему можно войти. Не гонят же вроде, общаются.
  - Картошку чистить будешь? - язвительно.
  - Метать, - терять все равно нечего.
  - Картошку? - столько наигранного удивления.
  - Нож, - сказал Тэдэр.
  - Купи себе дартс, - посоветовал человек в ванной.
  - Там балансировка другая, и вес.
  - Какие мы разборчивые. Вес ему не подходит.
  И вышел. Вышла. Вышло. Нет, все-таки вышла, завернутая в полотенце. Вовсе не десантник, скорее пловчиха. Вся такая стройная, длинноногая, талия, грудь, все на месте. Определенно девушка. Высокая, правда, очень, на полторы головы выше Тэдэра.
  - Насмотрелся? - спросила насмешливо.
  - Ты женщина, - разочаровано сказал Тэдэр. - Я думал десантник.
  - Десантник. В отставке. Решила сменить профессию.
  - А, - глубокомысленно выдал Тэдэр.
  - Так зачем тебе нож?
  - Чтобы в цель метать.
  - И кто у нас цель?
  Еще и умная. Откуда такие только берутся? И почему они появляются всегда не вовремя?
  - Не дашь? - спросил Тэдэр.
  А глаза у нее синие и веселые, даже тогда, когда внимательно рассматривает лицо.
  - Дам, только не забудь вернуть.
  - Верну, - пообещал Тэдэр. Хотя бы ради того, чтобы еще раз с ней поговорить. Очень привлекательная женщина на самом деле. А голос и странная прическа - такая ерунда на самом деле.
  Спустя минуту в руках у Тэдэра было произведение искусства. Кортик. Наградной. За проявленную храбрость и верные решения в непростой ситуации. С гравировкой, все как положено. Не просто десантник в отставке, командир спецотряда. Только им такие кортики вручают вместо медалей.
  Тэдэр покрутил приобретение в руке. Подходит. Это ведь не просто награда. Это боевое оружие.
  - Подходит, - озвучил свои мысли.
  - Отлично, - сказала бывшая десантница. - Ты в платьях не разбираешься? Меня на свидание пригласили, а я в последний раз надевала платье еще в школе.
  Неужели кто-то разобрался что под многочисленными одежными слоями скрывается женщина с такой фигурой? Явный талант.
  Тэдэр внимательно посмотрел на косички.
  - Не уверен, что платье подойдет к твоей прическе, - признался честно. Не то чтобы он очень в платьях разбирался. Просто картинка в воображении как-то не складывалась.
  - Расплести я их не успею, - сказала десантница. - Да и не хочется. Еще срок не прошел. Не хочу проиграть спор из-за пустяка. Ладно, подожди.
  И скрылась за дверью комнаты.
  Вышла она оттуда одетая в черные брюки нормального женского вида и темно-зеленый топ с серебряным отливом.
  - Хорошо, - признал Тэдэр. - Я бы тебя тоже на свидание пригласил.
  - Поздно, - улыбнулась девушка.
  - Жаль.
  А ведь и правда жаль, она же красавица. Такая себе экзотичная красавица. Особенно когда улыбается.
  Тэдэр покивал своим мыслям и, повинуясь повелительному взмаху руки, вышел в коридор.
  Не хватает еще одного ножа, а двери закончились. Время идет. Где можно взять нож? Проще всего на кухне, если эта кухня существует. В любой уважающей себя кухне должен быть хоть один нож, даже если им ни разу не воспользуются.
  - Роман, - вспомнил единственного знакомого человека с собственной кухней парень. Почему раньше не подумал? У Романа целая коллекция ножей. Стоят прямо на тумбочке в специальной подставке. На солнышке иногда блестят.
  Тэдэр хлопнул себя по лбу и опрометью бросился в свою комнату. За подарком Карима. Он очень удивился, когда ему, отпуская на поруки для обучения видеть, вернули дареный нож с усилителем. Преступнику дают оружие и даже не требуют документально затверженных уверений, что он не станет им пользоваться. Странно, если честно.
  Ангелы ведь не настолько наивны, чтобы думать, что невозможно убить оружием только из-за того, что оно устарело.
  
  
  - Мне к Роману нужно, - голос почему-то прозвучал неуверенно. Наверное из-за изучающе-недовольного взгляда мальчишки. Хозяин, чтоб его.
  - Его нет дома.
  - Мне на кухню, - со вздохом признался Тэдэр, осознавая насколько странно это звучит. - На минутку.
  - Проголодался? - насмешливо поинтересовался малолетний брат Романа, не забыв покрутить пальцем у виска.
  - Возможно, - не стал спорить Тэдэр. На то, чтобы доказывать, что он вовсе не спятил и нож ему нужен для дела, времени не было. Да и не нужно оно этому рыжеватому пареньку.
  - Ты ведь не отстанешь?
  - Не отстану.
  - Ладно, только быстро. Ко мне должны прийти.
  - Я быстро.
  Дожил. Оправдывается перед двенадцатилетним пацаном. И собирается украсть нож на чужой кухне. А вот и подходящий. Большой и тяжелый. Отличный нож. Сгодится в качестве оружия, нужно только немного наточить. А то у Романа все ножи тупые. Точно как его ученик. Может это как-то взаимосвязано?
  На выходе Тэдэр встретил светловолосую девочку, гостью братишки Романа. Кивнул на ее приветствие и постарался как можно быстрее исчезнуть.
  Может Яцуоми прав? Вон и мелкие мальчишки интересуются девочками. А он не понял, что Таран девушка, боится Ольшу, добрейшее в сущности существо, избегает всех остальных и до сих пор не отыскал местоположение на планете Зои. Нужно над этим надосуге подумать. Пока что времени нет.
  
  
  После пяти минут мучений Тэдэр понял, что страннее жителей планеты Гловер, существ во вселенной нет. Они построили генохранилище, чтобы следить за изменениями, которые обязательно произойдут с людьми на новой планете, и превратили его в смесь больницы для избранных, научного центра, крепости и архива. Еще и управление системой защиты планеты зачем-то добавили.
  Они не забыли создать целую кучу запасных выходов из этого громадного здания, что очень даже разумно, пожары даже здесь случались. Почти сразу решили, что запасные выходы ни к чему, потайные нужнее, замаскировали их, после чего забросили эту страшную тайну в планетную сеть и благополучно о ней забыли. Еще и хлама всякого натащили. То ли места другого не нашли, то ли решили усложнить продвижение по этим ходам. Кому-то. На всякий случай. Вдруг кто-то, бродя в сети, случайно наткнется на полные планы генохранилища? Мало ли какой сбой произойдет. Да и взломщики информсетей все еще не вымерли.
  Впрочем, каждый развлекается, как хочет. Было бы желание и средства.
  Тэдэр, прикладывая героические усилия, продвигался со скоростью улитки по выбранному ходу, проклиная и архитекторов, и строителей, и старые семьи, и создателей баррикад в проходе. Он, конечно, все понимал, но быть погребенным под выброшенными кем-то шкафами, столами, стульями и прочей мебелью ему не хотелось. Вот как они эту мебель сюда затащили? Главное - тайно. Даже в сети ничего об этих баррикадах нет.
  А главное, зачем? Может, генохранилище какое-то время подрабатывало утилизатором для старой мебели? Или все эти столы, шкафы и прочее когда-то стояло в кабинетах персонала? А потом устарело, его надо было куда-то деть, кто-то решил присвоить деньги, выданные на утилизацию, и затащил мебель сюда. Опять же тайно. Бред какой-то.
  Или решили, что выбрасывать мебель из настоящего дерева - святотатство? И решили ее здесь хранить до лучших вемен. Вдруг какиму-то музею понадобится старая мебель?
  Тэдэр вздохнул, а потом тихонько обругал моду на все натуральное, периодически возвращающуюся и плодящую деревянные шкафы, стулья и столы. Причем, уродливые, потому что красивые, сделанные настоящим плотником, очень дорого стоят. А типовые и так купят, главное, что дерево. Зачем тратить деньги на дополнительное оборудование и программы?
  Возвращаться обратно Тэдэру хотелось еще меньше, чем ползти вперед. Во-первых, не факт, что в других ходах мебели нет. Во-вторых, он достаточно далеко зашел, приложил множество усилий и не хотел, чтобы все это оказалось зряшной работой. В-третьих, память услужливо напоминала о горе, рыжем коте и необходимости добиваться поставленной цели. Так что Тэдэр полз и ругался, потом карабкался и ругался, падал вниз и ругался, раскачивался на неустойчивой конструкции неизвестного скульптора-абстракциониста и ругался. Он никогда прежде так долго и разнообразно не ругался. Даже не подозревал о наличии у себя этого таланта. Повода не было.
  Когда мебель закончилась, Тэдэр не сразу осознал этот факт и еще немножко поругался, пока не уткнулся носом в искомую выдвижную дверь белого цвета.
  После этого вспомнил о себе любимом и обложил себя любимого так, что и строители, и архитекторы, и прочие сочли бы себя отомщенными.
  Он упустил из вида одну очень простую вещь. Двери на то и существуют, чтобы закрываться.
  После этого осталось только сесть и побиться головой о стену.
  - Вот тупой, - закончил характеристику себя любимого Тэдэр и стукнул кулаком по двери, все равно звук не пропускает.
  - Доступ разрешен, - вежливо ему ответил бесполый голос и дверь скрылась в стене.
  - Это пароль такой, замысловатый? - удивился Тэдэр.
  За дверью была обещанная планами генохранилища голограмма. Со стороны Тэдэра ничем картину не напоминающая. Просто дымка, чтобы границы обозначить. Тоненькая. Несколько миллиметров всего. Чтобы дверь на ощупь не обнаружили. Хотя кому понадобится ощупывать фальшивую картину?
  Умники с фантазией.
  За голограммой были обещанные новостями террористы и испуганные девушки в уголке. Одна из девушек валялась в центре комнаты. Без сознания. Террористы дислокацию не сменили. Наверное считали такое свое местоположение наиболее безопасным. Придется их разочаровать.
  Террористы были несимпатичными.
  Большой урод с гнусной физиономией, отражающей отсутствие у ее обладателя даже зачатков интеллекта. Весь в черном. Мастер пыток. В детстве его наверное обидели и девушки не любят, вот он и решил мстить всему миру.
  Громила в форме атмосферных стражей. Наблюдатель у модуля. Сволочь. Бросил какую-то взорвавшуюся гадость в комнату полную людей, а теперь следит за работой медиков на экране. Довольный такой. Противно.
  Квадратный коротышка, похожий на гнома. Стрелок и водитель. Привез всех, а потом начал стрелять направо и налево. В безоружных людей. Просто потому, что ему хотелось с шумом добраться в сердце генохранилища, к управляющему модулю.
  И мерзкий красавчик. Смазливый, холеный. Обладатель лучевика, предназначенного для стражей. Решил выделиться наверное. В лучшую сторону. Мол, не хочу никого лишнего убивать. Я только за необходимые для нашего дела жертвы. А может, просто не знает, чем лучевики для стражей отличаются от армейских.
  Тэдэр поправил набор разнообразных ножей заткнутых один над одним в самодельный чехол на правом предплечье. Потряс левой кистью настраиваясь. Глубоко вдохнул и шагнул в комнату за дымкой.
  Спасибо Яцуоми, что заставил вспомнить все навыки когда-то казавшиеся ему необходимыми.
  Времени секунды.
  - Сюрприз, уроды!
  Действительно сюрприз. О существовании запасного хода к управляющему модулю генохранилища ребята не знали. Застыли с удивленными физиономиями, даже тот, что шел к сидевшим под стеной девчонкам, для выбора новой жертвы, остановился.
  Раз!
  Заточенный до абсурда обломок брони снятой со старого киберхирурга сорвался с пальцев, мелькнул солнечным зайчиком и остановил свой полет под подбородком урода в черном, решающего добить ли потерявшую сознание от боли девушку, или привести в чувство и еще немного поиздеваться. Урод издал странный звук, взмахнул руками и повалился рядом с жертвой.
  Остальные посмотрели на него не менее удивленно, чем на Тэдэра, прошедшего сквозь стену. Девушки оказались понятливее, они вжались в свой угол и дружно уставились на спасателя.
  Два!
  Кортик, претендовавший на звание шедевра, ловко перекрутился в воздухе и повторил подвиг обломка хирургического инструмента. Громила в форме атмосферных стражей что-то прохрипел, схватился руками за шею и осел. Не опасен, хотя и не упал сразу.
  До оставшихся двух дошло, что призраки ножами не бросаются и убивать живых столь тривиальным образом не способны. Повели они себя по-разному. Красавчик схватился за оружие. Коротышка рванул к девушкам, надеясь спрятать за ними свою смертную тушу.
  Мало времени.
  Три!
  Тяжелый нож, уведенный из кухни Романа, догнал коротышку в тот момент, когда он протянул руку к светлым кудряшкам пытающейся отползти девчонки, припечатал к стене, да так и оставил, гордо торча со спины. Хорошая длина. Не насквозь, конечно и возможно не насмерть, но желание хватать девушек у коротышки сразу пропало. Наверное к ощущениям прислушивается. И жалеет, что не последовал примеру приятелей и не надел хотя бы летный комбез, не говоря уже о легкой броне.
  Выстрел.
  Вот идиот, кто этому красавчику сказал, что взрослого человека легко убить, стреляя из лучевика, предназначенного для стражей? Эти лучевики создавались вовсе не для того, чтобы кого-то можно было убить одним выстрелом.
  Четыре!
  Подарок Старха сказал свое излюбленное "важж!" и красавчика отнесло к противоположной стене, вместе с его лучевиком, вмяв непробиваемый комбез в грудину. Вот что значит экзотический нож с усилителем. Игрушка для милитаристов. Ему даже кости не помеха. Жаль, что не было времени целиться поаккуратнее, скорее всего, выживет.
  Обладательница кудряшек вскочила на ноги, отпихнула коротышку и бросилась к Тэдэру.
  - Он в тебя попал! - закричала прямо в ухо.
  И любопытный нос поближе к пострадавшему боку. Может врач? Или ее вид чужих ранений успокаивает?
  - Выключи защиту этой чертовой крепости, - попросил Тэдэр.
  Удивленно моргнула. Сглотнула, посмотрев на лежащего у модуля любителя формы и послушно пошла исполнять просьбу. Громилу она обошла, чуть ли не на цыпочках. Кончиком пальца поводила по светлым линиям и сразу поспешила обратно. Наверное, действительно врач, находящий успокоение в наличии пациента.
  - Посмотри что с подружкой, - дал следующее задание Тэдэр.
  Кивнула.
  Урода в черном она обходила менее аккуратно.
  - Ее лучше не трогать. У меня даже аптечки нет. Открытых ран не видно, а в остальном...
  Всхлипнула в голос и опять побрела к Тэдэру. Может, она просто рядом с ним чувствует себя в большей безопасности?
  Дурной пример оказался заразителен. Не прошло и пяти секунд, как все девушки дружно рыдали, кто сидя под стеной, кто встав на ноги. А Тэдэр себя чувствовал полным идиотом. Утешать девушек он никогда не умел. Тем более в такой ситуации. Не скажешь же, что все хорошо, им сейчас совсем не хорошо, да и ему тоже.
  Где эти чертовы спасатели? Неужели до сих пор увлеченно ищут добровольца из старых семей и оружие, которое пропустит защита генохранилища? Это же в первую очередь медицинское учреждение и лишь во вторую крепость. Так что защита обязана обходить вниманием колюще-режущие предметы, иначе как операции делать в случае глобального катаклизма и прочих невероятных вещей, при которых обязательно отключатся все киберхирурги и прочие достижения науки?
  Явились.
  Во главе с Романом, чей взор пылал праведным гневом. Интересно, по какому поводу? Неужели ему уродов жалко? Или хотел поучаствовать в спасении девушек, а тут явился ученик и все испортил? Глупость конечно.
  - Сильно ранен? - поинтересовался Роман, подойдя вплотную.
  - Так себе. Стою ведь, - попытался оценить собственное состояние Тэдэр.
  - Ах, так себе! - заорал Роман, заставив шарахнуться стоявшую рядом девушку. - Стоишь, значит! Еще один такой фокус выкинешь, я тебя своими руками придушу! Спасатель! Сказать мог?! Или гордость не позволила? У нас четыре бронежилета было, из музея привезли. Хоть какая-то защита. Ты хоть соображаешь, что было бы с тобой, окажись у них оружие мощнее?
  - Бросить нож я бы успел, - спокойно произнес Тэдэр. Орущий Роман зрелище новое и непривычное, мало ли как он отреагирует? - А он убить меня - нет. Разве что в голову бы целился. Из оружия помощнее так быстро не выстрелишь. Я время засекал. Чем мощнее оружие, тем сильнее тормозит предохранитель. А лучевик, снятый с предохранителя, пихают себе за пояс только самоубийцы, совершенно в лучевиках не разбирающиеся. Он может выстрелить, среагировав на движение.
  - Ты уверен, что они это знали? - устало спросил Роман.
  - Мне показалось, что они военные, - признался Тэдэр. - Они умеют убивать и любят. Им нужна была война. С кем-то. Не знаю зачем.
  Роман набрал воздуха для очередной тирады об умственных способностях подопечного, но ему помешал высказаться подошедший медик в сопровождении передвижного киберхирурга.
  - Молодой человек, я в восторге, - торжественно произнес он. - Очень чистая работа. Вы медицину случайно не изучали? Жизненно важные органы находите с потрясающей легкостью.
  - Он изучал скоростное убийство себе подобных. Для самозащиты, - пробурчал Роман.
  - Всех убил? - поинтересовался Тэдэр.
  - К сожалению только одного, - печально вздохнул кровожадный медик. - Но, человек в черном жив чудом. А остальные о крепком здоровье могут забыть, такие ранения бесследно не проходят. Это если их минует смертная казнь. Двенадцать человек убито при прорыве к управляющему модулю. Одна девушка чуть не умерла от болевого шока. Еще семь нуждаются в хорошем психологе. Не говоря уже о чудовищном количестве раненых. Все было сделано умышленно и транслировалось на всю планету. Противники подчинения ангелам спешат официально откреститься от этих парней, боятся, что их вполне мирное неподчинение сочтут террором. Старые семьи в таком случае не поддержат. Генохранилище для них свято.
  - Ненавижу садистов, - сказал Тэдэр, словно опять попытался оправдать собственные действия. Зачем только?
  - А кто же их любит? - удивился медик. - Кстати, вон ваши носилки. Отправим вас в больницу. Пожелания какие-то есть? Вы ведь официально ни к одной из первых семей не принадлежите, а страж генохранилища вас пропустил, как обладателя хранимых здесь образцов ДНК.
  - Не хочу я принадлежать ни к какому семейству - раздраженно произнес Тэдэр. Об этой проблеме он почему-то не подумал. Впрочем, какая разница. Ни он никому из местных родственников на самом деле не нужен, ни они ему.
  - Я так и подумал, - кивнул медик. - Не беспокойтесь. Врачебная тайна свята.
  Роман ухмыльнулся.
  Ну да. Семьи обязательно захотят узнать в чьих родственниках числится его ученик. Бедная врачебная тайна. Ей предстоит выдержать настоящий штурм. Массовый и разносторонний.
  Тэдэра аккуратно, но очень настойчиво погрузили на носилки и куда-то понесли. Куда, он не понял, потому, что киберхирург счел его душевное состояние неудовлетворительным и решил погрузить в целебный сон. Последнее, что расслышал засыпая Тэдэр, было довольно занудливое перечисление Романом лекарств и стимуляторов, которые Тэдэру категорически противопоказаны. И как он их все помнит? Тэдэр не помнил, поэтому предпочитал обходиться вообще без помощи химических соединений. Только натуральные продукты, те, в чьей безопасности для собственной психики он был уверен. На крайний случай у него был при себе список того, чего ему нельзя. Где-то в кармане, в памяти ежедневника. Вроде бы.
  
  
  Паломничество началось с утра и прекращаться, несмотря на протесты работников медицины, не собиралось. От раны за ночь остался только небольшой шрам похожий на след от ожога. Отпускать домой Тэдэра пока не хотели в целях профилактики. Доктора считали, что ему лучше никуда не рыпаться в ближайшие три дня. Они же пока в целях все той же профилактики, напичкают пациента витаминами и минералами, заодно разберутся как ему удалось не меньше недели мирно уживаться с колонией зловредных микроорганизмов в крови и откуда они там взялись. Обычно микроорганизмы попадали в кровь после купания в знаменитом этими самыми микроорганизмами озере и быстренько валили купальщиков с ног. Тэдэр об озере ничего не знал, ни с кем по поводу купания в нем не спорил, а с ног его не свалил даже разряд лучевика. Медики сочли это странным.
  Паломников сведения о микроорганизмах не впечатлили. Наверное потому, что медицина быстро и безболезненно с ними справлялась.
  Первым появился Роман со своим наточенным ножом и зверским выражением лица. Он Тэдэра обозвал, потряс перед его носом ножом и запретил появляться у себя на кухне. Оказывается его посещения кухни плохо влияют на малолетнего брата Романа. Особенно вкупе с просмотром новостей. О том, что новости плохо влияют на людей Тэдэр знал, поэтому решил не спорить.
  Следом пришли Ольша с большущими красными яблоками и Стася с шоколадом. Девушки быстренько выперли бушующего Романа, скормили Тэдэру яблоко и, пообещав скоро прийти еще раз, испарились. Практика у них в этой больнице, тремя этажами выше. Повезло, в общем.
  Потом был медик с витаминами, удивленной физиономией и вопросом: "Что медь делает в волосах пациента?". Тэдэр пожал плечами и сообщил, что наверное живет. Больше ей негде. Не в желудке же ей обретаться. Медик проникновенно сообщил, что в таких количествах меди в волосах делать нечего, это вообще-то признак какого-то заболевания и решил больше не задавать дурацких вопросов.
  Медика сменила группа благодарных девчонок. Они рассказали Тэдэру какой он герой, одарили его неизвестными фруктами синего цвета и всячески развлекали, пока их не выгнал вернувшийся медик. От медика Тэдэр узнал, что это были родственницы спасенных от садистов девушек. Родственницы младшие и очень решительные. Медику пришлось приложить усилия чтобы их выгнать. Даже охрану вызвал и запретил пускать посторонних на этаж.
  Потом появился Яцуоми, его наверное не сочли посторонним. Или не смогли задержать. А с ним пришла Таран. На фоне бывшей десантницы Яцуоми смотрелся комично. Он был ей по плечо, на лице все еще оставались следы от когтей кота, а решительное выражение лица плохо сочеталось с ее разноцветными косичками. При этом он смотрел на десантницу с обожанием, а она опять была похожа на существо неизвестного пола.
  - Герой, - сказал Яцуоми.
  - Кретин, - добавила Таран.
  Тэдэр вежливо улыбнулся. Какое взаимопонимание, хоть бери и начинай завидовать. Или желай счастья в семейной жизни.
  - Где мой нож? - поинтересовалась Таран.
  - О, - выдал Тэдэр.
  - Не переживай. Она его уже забрала, - успокоил Яцуоми. - Когда тебя отпустят, приходи, я тебя прибью.
  - О, - повторился Тэдэр.
  - Он сказал, что прибьет. Он не говорил, что убьет. Отлежишься и будешь как огурчик, точнее баклажанчик. Весь синий и вялый, - расшифровала сказанное Таран.
  - Ага, - не стал спорить Тэдэр.
  - Его заклинило, - понял Яцуоми.
  - Может его по голове стукнуть? - предложила Таран. - В профилактических целях.
  - Не поможет, - печально произнес Яцуоми. - Это врожденное. На генетическом уровне. А мозгов у него все равно нет, так что и бить бесполезно. Погудит немного и все.
  Тэдэр заподозрил, что его таким странным образом пытаются развлекать.
  - Жаль, - сказала Таран, махнув перед носом Тэдэра кулаком. - Правда, я это заподозрила еще в тот момент, когда увидела этого придурка в новостях. Весь в черном, с ножами, против других любителей черной одежды с лучевиками. Хотя, выглядело красиво.
  - Ага, - сказал Яцуоми.
  Ему тоже захотелось выглядеть красиво. Но не столь самоубийственно. Это запросто читалось на лице. И кто тут идиот, а?
  - Там была мебель. Старая поломанная мебель. Горы мебели, - поделился наболевшим Тэдэр.
  - Кресел там не было? Мне очень нужно кресло. Старое и поломанное. Для бывшего шефа, - заинтересовалась Таран. - Подарю на юбилей, еще и ленточкой перевяжу. Припомню ему трехногие табуреточки для подчиненных в кабинете.
  Занятный у нее был шеф.
  - Были, - вспомнил кожаного монстра, с которого чуть не свалился Тэдэр. - Их там много. Но тебе не удастся его вытащить. Это могильник мебели. Мебель там хоронят и она срастается.
  - Потом обретает подобие жизни и идет мстить, - мечтательно добавил Яцуоми.
  - Извращенец, - с гордостью сказала Таран.
  - Я могу закрыть глаза и сделать вид, что меня здесь нет, - зачем-то предложил Тэдэр.
  - Какое чувство такта, - восхитилась Таран.
  - Это он так шутит, - объяснил Яцуоми.
  - Я бы ушел, но боюсь меня не отпустят.
  - На что он намекает? - поинтересовалась Таран.
  - У него проблемы с девушками, - объяснил Яцуоми.
  - Понятно. Может на него моих подружек натравить? - предложила десантница.
  Тэдэр очень ярко представил себя в окружении рослых вооруженных девиц. Зрелище что-то не вдохновляло.
  - Он бегает быстро. И в тактике немного разбирается, - печально сказал Яцуоми. Чего же его так беспокоит личная жизнь ученика? Тоже еще крестный фей, знаток человеческих отношений.
  Может признаться ему, что совершал набеги в один бар в поисках приключений и необремененных предрассудками девушек? Так ведь не оценит. Ему что-то приближенное к возвышенному подавай. На себя бы посмотрел.
  - Ха-ха, - сказал Тэдэр.
  - По-моему, он намекает на то, что ему не интересны наши рассуждения, - задумчиво произнесла Таран.
  - Нет. Он думает что мы шутим, - не согласился Яцуоми.
  - А вы не шутите? - не поверил Тэдэр.
  - Неа, - обрадовал его Яцуоми, поощрив мыслительный процесс многообещающей улыбкой. - Видел я этих подружек. Их транспорт уже четыре дня на орбите висит.
  - Ладно, я сам закопаюсь, - решил Тэдэр. - Только лопату принесите.
  - Фиг тебе, а не лопату. Так просто ты не уйдешь. Я твой учитель, не забывай об этом.
  - Везет мне на учителей, - пожаловался потолку Тэдэр. - Один для моего блага сдал меня ангелам. Второй, опять же для блага, грозится прибить и натравить толпу десантниц. Третий вообще ножом здесь размахивал. Не поленился его забрать. Лучше бы мой нож забрал.
  - Этот? - спросил Яцуоми, продемонстрировав подарок Карима.
  - Этот, - уныло подтвердил Тэдэр.
  На то, что учитель отдаст подарок другого учителя без боя он не надеялся. Скорее всего даже с боем не отдаст. Все ради ученика. Чтобы глупостями не занимался.
  - Я его тебе не отдам, - подтвердил догадку Тэдэра Яцуоми. - Интересная вещь. Мастер делал. Тебе он пока ни к чему, только на глупости толкать будет. Так что не проси, не отдам.
  - Знаю, - сказал Тэдэр.
  - Вот и отлично. Постарайся больше не заниматься самоубийственными спасательными рейдами. Не знаю, кто тебя довел до такой степени недоверия, но постарайся поверить, что со мной советоваться можно и желательно. Мне не хочется любоваться на твой труп.
  Как-то подозрительно на уговоры похоже. Может Яцуоми кто-то подменил. Клона создал или просто кому-то пластику сделал.
  - У меня времени не было, - сказал Тэдэр, внимательно следя за реакцией на эту реплику. Хотя в подмену он не верил, скорее на нее надеялся.
  - Зато было время на поиски разнокалиберных ножей, - вполне ожидаемо продемонстрировал недовольство учеником азат.
  - Это первое что пришло в голову, - попытался оправдать собственную глупость Тэдэр.
  - В том-то и проблема, - недовольство возросло. - Тебе не пришло в голову связаться с Романом и сказать: "Ребята, я знаю что делать". Ты предпочел рисковать жизнью.
  Тэдэр пожал плечами. В принципе, он прав. Спорить нет смысла, а что-либо объяснить Тэдэр бы не смог. Сам не понимал.
  Яцуоми все-таки настоящий. Просто какой-то подобревший. Хотелось бы знать, что на него так повлияло? Гора с котом или бывшая десантница рядом?
  Таран улыбнулась, и они ушли. А Тэдэр остался размышлять. Яцуоми вел себя странно. Слишком мудро, почти как Роман, что до сих пор ему было не свойственно. Это понять Тэдэр тоже не мог. Что-то не сходилось. Что-то в мире совсем не так, как ему до сих пор казалось. Может Яцуоми вообще до сих пор притворялся и на самом деле его характер далек от того, который он демонстрирует своему ученику. Как бы это выяснить?
  Забрести в дебри необъяснимого Тэдэру помешал следующий посетитель. Представитель местных стражей порядка с популярным в последнее время вопросом:
  - Как давно вы поссорились с собственной головой?
  - Семь лет назад, - печально произнес Тэдэр. Ему этот вопрос уже надоел. - Я тогда курил какую-то дрянь и мозги решили взять отпуск. До сих пор не вернулись.
  - Сочувствую, - сказал посетитель.
  - Больше я дрянь не курю, не глотаю ее и не ввожу в кровеносную систему. А они все равно не возвращаются. Наверное, загуляли.
  Страж порядка улыбнулся.
  - Мальчик, не делай так больше, - очень ласково попросил он.
  - Как? - рассеяно спросил Тэдэр, успевший задуматься об участи загулявших мозгов.
  - Я не восторженный журналист, не благодарная родственница и даже не один из твоих многочисленных учителей-надсмотрщиков. Не нужно передо мной разыгрывать отупение в крайней стадии.
  - Я не разыгрываю, - совершенно честно признался Тэдэр. Он просто развлекался.
  - Клинический случай, - заметил в пространство страж.
  - Я в клинике.
  - Да. Конечно. Впрочем, какая разница?
  - Никакой, - зачем-то сказал Тэдэр.
  Страж был странным. Он тоже пытался разыгрывать. Правда не отупение. Он игрался в мудрого наставника. Ему шло.
  - У тебя проблемы, мальчик.
  - Они у меня давно, - признался Тэдэр.
  - Таких проблем у тебя еще не было. Первые семьи желают знать кто ты такой и боюсь очень скоро узнают. В больнице поймали уже семь человек пытавшихся сверить твою генокарту со своей. И это не предел. Это только начало.
  - Флаг им в руки, - равнодушно сказал Тэдэр. Ему действительно стало все равно. Ну сверят. Ну поймут чей он родственник. И что? Тэдэр общаться с ними не хотел. Они отказались от его мамы. Значит отказались и от него. Теперь они не имеют никаких прав. По законам Крылатого Королевства не имеют. Тэдэр специально прояснил для себя этот вопрос.
  - Они упорны, - мрачно произнес страж.
  - Они ничего не смогут сделать. Они отказали в семье моей маме, следовательно, не могут предъявить права семьи на меня, - озвучил свои мысли Тэдэр. Очень странный страж, ему-то какое дело? - Я ее сын. Ее семья. Их слово в отношении ее семьи уже было сказано.
  - Если отказ не был официальным...
  - Он был официальным. С сопутствующим скандалом и прочими некрасивыми вещами. Моей маме запретили здесь появляться, отказали в планете, как какой-то злостной преступнице, не поддающейся перевоспитанию. Из-за этого нам пришлось жить вне планеты, на старом, требующем ремонта корабле, собственно, из-за этого ее впоследствии и убили. Она пыталась получить право жить на планете, хоть где-нибудь. Бралась за любую работу. В общем, печальная история. Если родственники теперь будут надоедать, я потребую компенсацию.
  - Они не могли знать что ее убьют. В компенсации будет отказано, - уверенно сказал страж.
  Тэдэр пожал плечами. Ему было все равно. В деньгах он точно не нуждался, успел поднакопить.
  - Не понимаю я тебя, - заметил страж.
  - Меня мало кто понимает.
  - Ты похож на деда. С материнской стороны. Жаль, что Анна не оценила сокровища свалившегося ей на голову. Впрочем, она не поймет. Всегда была дурой. Не получит бедняжка наследства. И ее великовозрастный сынок тоже не получит. Почему-то мне их не жаль.
  Тэдэр ухмыльнулся, глубоко вдохнул и сделал то, что строго настрого запретил делать Роман. Он нырнул в себя.
  И открыл глаза.
  Что и следовало ожидать. Еще один божок. Серебряный воин. Хранитель. Честь и совесть целой семьи. Фигура текучая, меняющаяся, но стойко держится своей основы. С таким даже спорить бесполезно. Со всем согласится, а потом сделает, как посчитает нужным и плевать ему на чужие желания. Наверняка достойных противников до сих пор не встречал, семейка там довольно жалкая, таких запугать не сложно.
  - Удалось рассмотреть генокарту? - вежливо спросил Тэдэр.
  - Зачем? Внешне ты похож на папашу. Хорошо, что характером не в него. Это было бы печально.
  - Вы мне не нравитесь, - заметил Тэдэр, подковырнув пальцем текучую субстанцию.
  - Интересно, что ты видишь?
  - Амебу, - сказал Тэдэр. - Серебристую амебу зацепившуюся за стальной скелет. Совсем нет чувства юмора. Совсем нет способностей к маневрам. Гибкость меча, не больше. И эта внешняя мягкость и изменчивость. Я бы вас возненавидел.
  - Какое правильное отношение! Хорошо, что твои мозги в отпуске. Когда они вернутся, ты станешь по-настоящему опасен.
  - И меня придется усыпить.
  Хлесткая пощечина вышвырнула его наружу и снесла с кровати.
  - Ты что творишь?! - зашипела фурия.
  - Зоя, - глупо улыбнулся Тэдэр. - Я тебя искал.
  - Плохо искал! - рявкнула девушка.
  - Я тут с родственником общаюсь. На философские темы. - Тэдэр взмахнул рукой и решил, что пора вставать.
  Зоя резко обернулась к стражу, так и не назвавшему своего имени, окинула его возмущенным взглядом.
  - Как интересно... - протянул страж.
  - Убирайтесь, - велела Зоя.
  - Девушка-лиса, - продолжил страж.
  - Проваливайте. Иначе вас отсюда вышвырнут силой, как нахального щенка. Это плохо на вашей репутации скажется.
  - Этот мальчик мой племянник. Двоюродный кажется.
  - Я бы вам и сына не доверила. Бездушная сволочь.
  - Он меня так же охарактеризовал, - кивок в сторону Тэдэра.
  - Он видящий, его не обманешь, - сказала Зоя, испепеляя стража взглядом.
  - У вас получается, - ухмыльнулся тот.
  - Не получается, - изобразила вежливую улыбку в ответ девушка. - Мы даже пытаться не станем. Бесполезно потому что.
  - Вы просто не говорите всего. Старая политическая игра.
  - Да вся ваша планетка его мизинца не стоит! Он здесь не из-за ваших амбиций. Просто мы не смогли отсюда выдернуть подходящего для него наставника.
  - Яцуоми, - сказал Тэдэр.
  - Да, Яцуоми, - согласилась Зоя.
  - Вашего брата? - показушно удивился родственничек. - По-моему, он туповат.
  - Вы не разбираетесь в людях. Амебам и роботам этого не дано, - заметил Тэдэр. Кто-кто, а Яцуоми точно не туповат.
  - В тебе разобрался, - насмешливо отозвался страж.
  - Вам только кажется, - вызывающая улыбка у Тэдэра получилась, родственник уставился с видимым интересом. - Я совсем не похож на деда. Я знаю на кого я похож. Вы этого человека никогда не видели.
  - Посмотрим, - пообещал в пространство страж и ушел.
  - Дерек Сато, - сказала Зоя, дождавшись пока в коридоре стихнут шаги. - Хранитель семьи. Большая и упорная сволочь.
  - У него не получится. Меня никто никогда не смог ни в чем убедить. И у него не получится. Тем более у него. Когда-то я от такого человека уже сбежал.
  - Мы тебя не обманываем.
  - Я знаю. Вы просто не говорите всего. Пока я преступник на поруках, я смирюсь. Потом начну протестовать.
  - Потом будет поздно, - заметила Зоя.
  - Это угроза? - заинтересовался Тэдэр.
  - Это предупреждение.
  - Мне начинать протестовать прямо сейчас?
  - Сейчас протестовать бесполезно. Ты преступник на поруках. У тебя нет права протестовать.
  - У меня нет выбора.
  - Очень точное наблюдение. - Девушка улыбнулась и жестом предложила вернуться в кровать, как и положено порядочному больному в этой больнице. - Впрочем, выбирать тебе в данный момент не хочется. Ты просто плывешь по течению. Тебе нравится, что от тебя почти ничего не зависит. Но ты ошибаешься.
  - В чем?
  - Выбор странная штука. Он умеет быть невидимкой.
  - Я что-то упустил, - попытался угадать на что ему намекают Тэдэр.
  - Упустил, - согласилась девушка. - Ты плохо разбираешься в законах Крылатого Королевства.
  - Я не смогу потом уйти, - предпринял еще одну попытку Тэдэр.
  - Разве тебе хочется уйти? - Изумление в чистом виде. Хорошенькое такое изумление.
  - Не знаю. - Тэдэр пожал плечами и все-таки полез в кровать. Пол в этой больнице холодный, чего-то местные доктора не додумали. Или это специально, чтобы больные меньше бродили, пока им обувь не вернут? - Я не думал над этим. То, чего мне хочется я не получу в любом случае.
  - Ты очень плохо разбираешься в законах Крылатого Королевства, - повторила Зоя. - Я попрошу Тадэю поучить тебя. Тебе нужно знать основы. В остальном разберешься самостоятельно.
  - С вашими договорами что-то не так?
  - С точки зрения центральных созвездий с нашими договорами все не так. Их невозможно нарушить. Ты же умный парень. Попробуй понять сам. Тебе будет интересно.
  - Обещаешь?
  - Обещаю.
  - Почему он назвал тебя девушка-лиса? - решил сменить тему разговора Тэдэр. О договорах думать не хотелось. Не сейчас. Они в любом случае никуда не денутся, а вот Зоя запросто. Умеет она исчезать.
  - Я с его точки зрения оборотень.
  - Ты очень симпатичный оборотень.
  - Какой есть. Ты лучше поспи, пока опять посетители не прибежали. Тебе нужно спать.
  - Когда я смотрю на тебя сквозь себя, ты не меняешься, - сказал Тэдэр, просто чтобы удержать ее рядом.
  - Я не человек.
  - Не в этом дело. Я уверен.
  - В этом. Только у таких как я бывает этот дар.
  - Дар быть одинаковым и внутри и снаружи.
  - Дар меняться по своему желанию. Меняться полностью. Забывать на время себя.
  - Сейчас ты настоящая?
  - Сейчас я настоящая. Можешь спросить у Яцуоми. Он видел.
  - Я тебе хоть не нравлюсь?
  - Не знаю. - Она посмотрела как-то рассеяно и одарила еще одной улыбкой. - Я не знаю какой ты. Ты и сам этого не знаешь. Ты слишком легко меняешь маски. Слишком легко веришь, что вот это уже настоящий ты. Но я подумаю над твоим вопросом. А ты пока поспи.
  - Ладно, - не стал спорить Тэдэр.
  Какой странный разговор. Какая странная девушка. Да и весь мир вдруг стал странным и незнакомым. Словно он опять умер. В который раз. И опять родился. Младенец с чужой памятью.
  А может надел новую маску, сам того не заметив. Он ведь действительно не знает какой он. Возможно настоящего Тэдэра Бранко и вовсе не существует. Он умер. Умер в тот момент, когда убили его маму. Потому, что до того момента он даже кошек не обижал, а потом он умер и в его тело вселился кто-то другой. Этот другой легко выстрелил в человека, хладнокровно бросил мертвую женщину, единственного родного человека маленького мальчика, которым он был всего несколько минут назад, и талантливо разыграл потерю памяти, спасая свою жизнь.
  Он сумел выжить, сумел добиться стипендии на обучение в престижной старшей школе и трусливо сбежал от пустоты в зеркале, чтобы умереть в подворотне и впустить в ничейное тело талантливого сочинителя песен, страстного поклонника алкоголя, наивного мечтателя с атрофированным мозгом.
  Впрочем, сочинитель тоже долго не просуществовал. Его сменил злой на весь мир тип, решивший отомстить. А возможно их было двое. Или четверо. Они менялись как в калейдоскопе. Разные рядом с разными людьми. Они отомстили и решили что пора и им умереть, вот только не знали как. Хорошо Карим помог. Карим все понял. Он ведь тоже все время умирает и рождается. Иначе он не может. Иначе он бы сошел с ума. Феникс должен умирать и возрождаться, такова его природа.
  Да, Карим таких людей называет фениксами. Они как притицы, возрождающиеся из пепла прошлых жизней.
  Сон подобрался как-то незаметно. Подошел на мягких лапах неслышным кошачьим шагом, свернулся клубком над головой и замурлыкал, гася звуки мира. Сон был добрый и ласковый. Он не мучил кошмарами, не задавал вопросов, на которые Тэдэр скорее всего никогда не сможет найти ответы, он просто был и это было лучшее что могло с ним случиться.
  Возможно в этом и заключается смысл жизни - просто быть. И незачем задавать миру странные вопросы, незачем изводить себя и окружающих нерешаемыми задачами. Может пора смириться с собственным существованием?
  
  
  
  
  О семье.
  
  Старушка. Добрейшее с виду существо. Только глаза хитрые.
  - Уважь бабушку, - голос отлично сочетается с внешностью. Ласковый такой, тихий и мягкий. - Приди. Ничего больше от тебя не потребуется.
  Вторая гостья - девчонка. Тоненькая, светловолосая, голубоглазая. Такой себе ангелок. Лет тринадцать, не больше, но уже красавица. Да и умна, похоже. Глупышку бы на переговоры не прислали.
  Давно у него не было семьи, чтоб их всех.
  - Проклятье, - душевно произнес Тэдэр.
  Этих делегатов он обидеть не мог. Не мог их послать далеко и надолго. Не мог грохнуть перед носом дверью, а тем более спустить с лестницы, как вчерашнего настырного дядечку. Даже трусливо спрятаться и не открывать не смог. У старушки был вид великомученицы и она очень серьезно предупредила, что будет сидеть под дверью, пока он не выйдет. Девчонка ее в этом начинании поддержала. Что ему оставалось делать? Хорош бы он был с бабушкой и девочкой под дверью.
  - Да зачем я вам? - вопрос прозвучал как-то вяло. Сил на то чтобы возмущаться и спорить уже не осталось. Да и особого желания тоже. Понятно ведь, что ничего не докажешь этим упертым родственникам. Вспомнили. Хотелось бы еще понять, с какой радости. Его идиотский героизм понравился?
  - Ты мой правнук, - подчеркнуто вежливо сказала старушка.
  Тэдэр поскреб шрам на щеке и печально вздохнул.
  Да-да, правнук. Именно об обретении еще одного правнука эта старушка и мечтала несколько последних лет.
  Девочка очень внимательно проследила за его рукой. Она с первого взгляда прилипла взглядом к безобразию на его физиономии, и глаза отводила с видимым усилием. Шрам был хорошим, настоящим. Тэдэру пришлось подтвердить свою родословную чтобы его заполучить. Никто кроме вечных странников такие делать не умел, не знали рецепта дряни, которой шрамы красили. Тэдэр тоже не знал. Да и не хотел знать. Важно другое. Эта чуть выгнутая полоска от уха до центра щеки знак принадлежности. Знак того, что в тот момент он хотя бы кому-нибудь был нужен. А еще она начинает чесаться при малейшем признаке болезни, точнее целого списка заболеваний, большинство из которых носят вирусный характер.
  Шрам странный, почти черный и черты лица не искажает. Когда его делали было больно. А делали долго, почти три недели по пятнадцать минут в день. А Тэдэр терпел. Боль тогда не имела значения. Ничто тогда не имело значение. Он думал о себе и обо всем, что с ним успело произойти. Долго думал, упрямо. А по окончании размышлений попросил нарисовать у себя на лице еще две полосы. Он решил мстить.
  Те две полоски убрали с лица незадолго до обретения статуса заключенного. Хотя Тэдэр и не получил того, чего ожидал. Месть не принесла спокойствия. Все стало еще хуже. Еще запутанней и бессмысленней.
  А сейчас на шрам смотрит белокурая девочка. Смотрит зачаровано и с испугом.
  - Это просто знак рода. Он ничего не значит. Просто определяет человека. Дает право просить помощи, - сказал Тэдэр. На старушку он смотреть уже не мог, начинал чувствовать себя мучителем.
  - Я думала их делают, когда идут убивать, - смущенно призналась девочка.
  - Нет. Когда идут убивать рисуют две параллельные полоски. Очень тоненькие и короткие. Одним росчерком специально для этого предназначенного инструмента. Они заживают за два дня.
  - А когда уже убили, эти полоски очень аккуратно удаляют. Но если приглядеться, то можно заметить от них след. Такие тоненькие белые ниточки рядом с большим шрамом, - добавила старушка и благодушно улыбнулась.
  - Ой, - сказала девочка, наверное пригляделась.
  - Я их не убивал. Это было бы слишком просто. Да и хлопотно. Слишком их много. Я лишил их основного дохода, доброго имени и обеспечил целой кучей врагов. Думаю им весело живется.
  Прозвучало как оправдание, из-за чего желание вытолкать родственников за дверь стало почти непреодолимым.
  Кто они такие, чтобы перед ними оправдываться? Тэдэр им ничего не должен.
  - Четверть планет уже вышли из состава. Остальные разбегутся в ближайшие пять лет, если верить прогнозам. А в какой дыре экономика и говорить не хочется. Маленькие созвездия стараются держаться подальше от их проблем, потому что не доверяют, боятся, и как раз заняты поиском засланцев в собственном правительстве. Большие рады потопить соседа и готовятся подобрать остатки, - весьма задумчиво рассказала старушка.
  - Ой, - повторилась девочка.
  - Дерек скрипел зубами и клялся пристрелить твою бабку, а потом отвинтить ее глупую голову. - Старушка довольно улыбнулась, похоже склочную дамочку она не любила. - Он почему-то решил, что ты и с нами поступишь таким же образом. Ловить тебя он не рискнул. У тебя был очень уважаемый в некоторых кругах покровитель.
  - Ваш Дерек не разбирается в людях, - сказал Тэдэр, старательно изображая спокойствие. Очень хотелось наорать и объяснить что ему плевать на внутрисемейные дела рода, испоганившего жизнь его маме. Останавливало только то, что это было бессмысленно. Еще прощения начнут просить, а прощать ему не хочется, даже эту парочку. Лучше просто не замечать. - Мне и того что я успел сделать хватит на всю оставшуюся жизнь. На самом деле это не помогает.
  - Я знаю.
  И величественный кивок. Глава большого семейства. Мудрая женщина.
  - Зачем я вам понадобился? - повторил не единожды заданный вопрос Тэдэр.
  Вряд ли правду скажут, но...
  - Мы тебя потеряли чуть больше двух лет назад, - кивнув каким-то своим мыслям, сказала старушка. - Ангелы не распространяются о выловленных преступниках и методах их перевоспитания.
  - Зачем я вам нужен?
  - Боюсь, ты самый достойный из мужчин нашей семьи в своем поколении, - вздохнула упрямая родственница, не желающая отвечать на заданный вопрос. - Я не имею права тебя упустить.
  - Да? - почти искренне удивился Тэдэр. - Идите, скажите это Яцуоми. Он посмеется. Жалкая у вас, судя по всему, семья.
  - Не груби, - пискнула девочка.
  - Ладно. - Не объяснять же девочке что он считает грубостью.
  - За тобой зайдет Лорел, - словно Тэдэр уже дал свое согласие, сказала старушка. - Она хорошая девушка. Я буду тебя ждать. Сколько понадобится. Это ведь просто семейный сбор. Твой приход ни к чему тебя не обяжет. Просто познакомишься. Развлечешься. Праздник единения для того и предназначен, чтобы разбросанные по галактике родственники могли собраться вместе.
  - Вот только развлечений в кругу семьи мне и не хватает, - пробурчал новообретенный родич. - Я никогда не хотел с вами знакомиться.
  - Не лги, - сказала девочка, а Тэдэр вдруг понял что с этим ангелочком не так.
  - Вот, черт, видящая, - сказал устало и обреченно. Не зря же эту девочку на переговоры отправили. - Ее кто-нибудь обучает? Она же совсем мелкая. Это же на психику влияет.
  - Придешь, поговорим об учителях, - отрезала добрая бабушка.
  - Дура старая. Вы не представляете к чему это может привести.
  - Представляю. К самоубийству. К психиатру. К наркотикам. К поджогу дома. По-разному бывало. В среднем раз в два поколения кто-то рождается. До твоего возраста в здравом уме дожили только двое за всю историю семьи. Один из них лучше бы умер во младенчестве. Вторая вытащила семью из той выгребной ямы в которой она на тот момент находилась. Лично для меня стало большим сюрпризом, что кто-то знает как этим управлять.
  - Этим нельзя управлять. Этим можно пользоваться, если осознаешь, что это просто часть тебя, - попытался объяснить Тэдэр.
  Старушка просто отмахнулась и напомнила о семейном сборище и девушке по имени Лорел. Девочка улыбнулась, доверчиво распахнув глаза.
  - Сволочи вы, - отметил Тэдэр. - Ей обязательно нужно научиться справляться со своим даром. Пока не потерялась, как я.
  - Мы ждем, - строго напомнила бабушка и, взяв девочку за руку, покинула помещение.
  - Чтоб вы все провалились, - душевно пожелал Тэдэр прямой спине главы семейства.
  Она никак не отреагировала. Настоящая аристократка. Дереку Сато до нее далеко, его величие и невозмутимость на самом деле просто равнодушие. А его матушка истинная леди привыкшая держать эмоции в узде.
  - Что дальше? - спросил Тэдэр пустоту, когда стук каблуков родственниц стих. - Ко мне в гости заявится Энжел, чтобы попросить прощения за свои эксперименты с наркотиками и аристократскими дочками? Заявятся родственники маминого деда? Скажут, здравствуй парень, ты нам нужен, а твой прадед просто идиот, что не оценил твою прабабку. Предложат клинок и место в охране большой шишки. Эллары чертовы. Или опять прибежит придурочный принц с драконом на морде и компанией странных личностей за спиной, и станет требовать помощи? Потому что сам не может договориться с великим Ферзем. Как же мне все это надоело. Вот чего мне не сиделось на месте? Выучился бы на ДЕКА-механика, строил бы корабли, завел семью и умер в худшем случае от скуки.
  - Любопытное описание будущего.
  Тэдэр уныло обернулся и увидел Таран. Без косичек. Волосы оказались темными, коричневыми с рыжиной, и длинными, почти до талии. Синий комбинезон плотно облегал фигуру, так что никаких сомнений в принадлежности ее к женскому полу возникнуть не могло. А пояс с лучевиком и кортиком только придавали женственности и выглядел украшением.
  - Ого, - оценил увиденное Тэдэр.
  - Вот тебе и ого. Мне предложение сделали. Руки и сердца. Вот я и думаю, принимать или нет? Заодно прическу сменила. Я, кстати, выиграла спор.
  - Предложение?! Яцуоми?!
  Мастер в сознании Тэдэра как-то не вязался с предложением. Ему очень шли проблемы с девушками, которые либо изгоняли его пинками из своей жизни, либо старались удержать всеми доступными средствами.
  - Яцуоми. - подтвердила Таран. - Странно, правда? Он мне нравится. Мне никто никогда так не нравился. А я все равно сомневаюсь. Наверное из-за его репутации. Точно не из-за роста, сложно найти мужчину выше меня, тем более Яцуоми, как и положено мужчине, сильнее меня и при случае сможет защитить.
  - Сможет, - подтвердил Тэдэр. Любимый учитель целый взвод девушек смог бы защитить при желании. - А репутация дело наживное. У меня самого такая репутация, что в некоторых местах лучше вообще не появляться. Повесят при первой возможности. Или пристрелят. В зависимости от традиций.
  - Наверное я соглашусь, - задумчиво произнесла Таран. - В крайнем случае, можно будет развестись. И детей он любит. Я видела. Что я теряю?
  - Ничего, - признал Тэдэр.
  Ничего. Действительно, ничего. Не сможет же это развеселое семейство удерживать его в своем родовом гнезде силой. Важно другое. Важно, что он сможет попытаться помочь ангелочку. Пока она не доросла до проблем связанных с ее даром.
  Подсказал бы кто-то насколько это решение правильно.
  - Таран, я завтра пойду знакомиться с семьей. Только боюсь, большинство будут не рады знакомству со мной.
  - Ну и что? - пожала плечами девушка. - Мои сестры тоже не рады когда я появляюсь в доме родителей. Они считают, что я позорю семью, что десант не женское дело и что я дура. Но я все равно приезжаю. К маме. Думаю ей Яцуоми понравится. И отцу понравится, он терпеть не может представителей мира искусства, которых водят домой мои сестрички. А Даян и Соня будут огнем плеваться от злости. Как же, именно я первой замуж выхожу, а все их попытки окончились неудачей. Бедняжки так стараются. Столько времени проводят в салонах красоты. Ходят на специальные курсы. Так хотят понравиться. А их бросают в среднем через полгода.
  - Бедняжки.
  - Вот и я о том же. Удачи с семьей.
  - Спасибо.
  И упорхнула. Наверняка к Яцуоми. Обрадует его своим согласием.
  Тэдэр прижался лбом к двери и попытался думать. О себе. О будущем. Об ангелочке. Но получалось плохо. В голове вертелся светлый образ Яцуоми обнимающего Таран. Весьма комичное зрелище, надо сказать. Вот только смеяться Тэдэру не хотелось. Тэдэру хотелось завидовать.
  Он бы не рискнул сделать кому-то предложение. Слишком много ответственности, которую он на себя взять не может. Кто знает, как его переклинит в следующий раз, и чем закончится очередная глупая попытка что-то исправить?
  Самое странное, что понимая насколько все эти метания бесполезны, Тэдэр не сомневался в том, что остановиться не сможет. Словно его что-то вело.
  Научиться бы вовремя останавливаться. А то ошалело смотреть на плоды своих трудов было неинтересно даже в первый раз. Все остальные только раздражали и чем дальше, тем больше.
  Неприятно осознавать, что ты просто идиот, творящий сам не зная что.
  И то, что в тот миг, когда творить только начинаешь, все кажется разумным, нужным и логичным, утешает мало. Жалко впустую потраченного времени.
  - Наверное это неизлечимо, - сказал Тэдэр. - Может, стоит попытаться помочь девочке, а не себе, для разнообразия? Хоть какая-то польза будет. И почему эта старая ведьма не представилась? Старшая семьи, чтоб ее. Ищи теперь, как зовут ее и ангелочка.
  
  
  
  
  Лорел оказалась обычной девушкой, каких в человеческом секторе миллионы, если не миллиарды. Крашеная блондинка, избавленная хирургами от не попадающих под стандартные определения красоты особенностей лица и фигуры, терзающая себя диетами и специально разработанными упражнениями, искренне не понимающая, почему ее никто не выделяет из толпы подобных после всех усилий. По-своему, очень милая девушка. Вот только Тэдэр ей вряд ли понравится, он даже в лучшие свои времена не был похож на идеального мужчину в понимании таких девушек. Так, странный бродяга, не больше.
  - Тэдэр Бранко? - с сомнением уточнила блондинка. Даже в комнату через его плечо заглянула, наверное надеялась увидеть кого-то более достойного оказанной чести.
  - Да, - подтвердил Тэдэр, старательно изображая обаятельную улыбку.
  Девушка еще раз внимательно его рассмотрела, словно надеялась увидеть нечто ускользнувшее от ее взгляда при первичном осмотре. Ничего не заметила. Хмыкнула и натянуто улыбнулась.
  Кроме шрама ничего во внешности Тэдэра запоминающегося или экзотического не было. Глаза серые, волосы темные, непонятного оттенка, лицо обычное, ближе к европейским стандартам, рост, возможно, даже высокий, смотря с кем сравнивать, фигура худощавая и немного сутулая.
  - Ты же мальчишка, - задумчиво произнесла блондинка.
  - Мне двадцать четыре года. По земному летоисчислению, - зачем-то признался Тэдэр. Хотя какая разница?
  - Странно.
  Лорел дважды стукнула каблуком по полу, словно норовливая лошадка копытом, тут же себя одернула, ибо леди так делать не должны, и выдала виноватую улыбку, на мгновенье превратившись из куклы в живую девушку.
  - Почему? - отстраненно спросил Тэдэр. Эту родственницу хотелось оживить и не на миг, а надолго. Чашку воды со льдом ей на голову вылить, что ли? Как раз она стояла на столе у окна. Попросить подождать секунду и...
  - Я читала твою биографию, - голос ровный, без эмоций. Наверное девушка пытается демонстрировать спокойствие и выдержку. - Когда ты успел столько всего натворить?
  - В перерывах между пьянками, истериками, попытками подохнуть под ближайшим забором и традиционным битьем головой о глухую стену, - перечислил Тэдэр.
  - Хм, - только и сказала Лорел в ответ на все перечисленное.
  Неужели не впечатлило?
  - А потом меня поймали, - продолжил делиться воспоминаниями Тэдэр. - Так что последние два года я большей частью думал.
  - Ты издеваешься, - сделала неверный вывод девушка.
  - Я?! - удивился Тэдэр. Он даже брови поднял для большей достоверности.
  - Ты.
  - Странно. Никогда за собой такого не замечал.
  - Мне двадцать два, - задумчиво сказала девушка, глядя мимо родственника.
  - Поздравляю, - торжественно произнес Тэдэр.
  - Антии двадцать.
  - Да?! - удивился Тэдэр, насквозь фальшиво.
  Очень хотелось засмеяться и сползти по стене на пол. За кого его принимают? За дикаря, который оробеет и почувствует себя ничтожеством рядом с этой яркой куклой, наряженной в платье, на котором только ценника не хватает для подавления таких ничтожных личностей? Так просчитались. Слишком уж нелепо выглядит подобная девица на фоне симпатичного такого бардака, разведенного студентками от психологии в коридоре.
  - А Рустану всего шестнадцать и он тебя ненавидит. Он думает что ты у него отца отберешь.
  - Зачем? - удивился Тэдэр.
  - Чтоб был. У тебя же больше никого нет.
  Тэдэр задумчиво посмотрел на потолок. Подсказки там, как всегда, не было. Обижать девушку не хотелось. А промолчать? Для чего?
  - У меня давно никого нет, и незнакомый, слабохарактерный подкаблучник этого не изменит.
  - Он не слабохарактерный, - вяло запротестовала Лорел, уверенности в ее голосе было немного, если она вообще там была.
  - Да? Значит он имеет все шансы занять первое место в моем списке подлецов.
  - Он не подлец. Просто не разобрался, не понял...
  Похоже девушка сама не знала, что хочет сказать. Внятных оправданий поступкам папаши у нее не было. Наивная такая. Или пытается честь семьи блюсти? Поздно бросилась, честь этой семейки уже ничто не спасет, по крайней мере в глазах Тэдэра.
  - Не понял? - широко улыбнулся парень. Очень наивная блондинка, если в это верит. - Тайком женился на девушке, наобещал ей золотые горы, а когда понял, что скоро на свет появится ребенок, побежал жаловаться матушке на несправедливость мироустройства. Матушка, как и ожидалось, спасла сына от злобного младенца, желающего испортить жизнь подающему кому-то надежды студенту. Быстренько оформила развод и вышвырнула мою маму пинком с планеты с такими воплями, что ей не разрешили поселиться даже в Тупике. Они не поверили, что кого-то могут лишить права на планету только за то, что она полюбила не того парня. Думаешь папашка ничего не знал? Презентовал полуразвалившийся кораблик и с чистым сердцем отправил на все четыре стороны. Я до сих пор не знаю каким образом мы выживали до того, как ее взяли работать внештатным журналистом.
  - Он не подумал, - пискнула девушка.
  Покраснела так, словно принимала в этом скандале участие. Зато ожила, куда той холодной водичке.
  - О, конечно. Не думать его основная черта. Зачем думать? Вдруг неудачная мысль настроение испортит.
  - Прекрати, - скорее мольба чем просьба.
  Отца любит, или опять же пресловутая честь семьи? Вдруг кто-то подслушает, стыдно будет.
  - Ладно, - легко согласился Тэдэр.
  Эта девушка пока ничего плохого ему не сделала. Почему набросился? Нервы, наверное, и капелька засевшего где-то очень глубоко страха. Да, он боится встречи с семьей отца, самому себе можно признаться. Сейчас хочется их пинать и гордо уходить, если позовут. Просто жалко ангелочка, поэтому решил сдержаться. А потом... Знакомство с людьми может изменить мнение о них, даже вопреки желанию. А здесь даже мнения нет. Просто невнятные тени, которые когда-то были врагами.
  Изменение мнения о ком-то или чем-то равносильно признанию ошибочности суждений, разве не так?
  - Каким было твое лицо до того, как его испортили пластические хирурги? - решил сменить тему Тэдэр.
  - Его не испортили. Его исправили, - гордо вскинула голову девушка.
  Хоть не попыталась доказать, что с таким лицом на свет появилась. Здравый смысл у сестренки есть.
  - Я за свою не очень длинную жизнь видел сотни похожих лиц, - сказал Тэдэр. - А может и тысячи. Они мне настолько примелькались, что запомнить имена подобных девушек я не в состоянии. Мои мозги протестуют. Они не считают нужным запоминать имена обезличенных стандартных девиц. Это все равно что абсолютно одинаковым куклам на полке в магазине давать разные имена. Не хочу тебя обидеть, но я не знаю ни одного мужчины, который бы признавал похожих на тебя девушек личностями. На Втором Шансе таких девушек называют Клони. Некоторые всерьез считают их клонами некой самовлюбленной дурочки. Так что каким бы твое лицо ни было изначально, его испортили.
  - У меня скулы выпирали и нос был с горбинкой.
  - И что?
  - Это некрасиво, - растерянно объяснила Лорел.
  Похоже, сама она в этом не шибко была уверенна.
  - Красота - понятие субъективное, - со знанием дела объяснил Тэдэр. Уж ему ли не знать. Особенно после краткого периода ученичества у полулегендарного работорговца. На красоток насмотрелся на любой вкус, одна даже в кошмарах снилась периодически. - Иди сюда.
  Парень вышел, остановился посреди коридора и попытался вспомнить дома ли Таран, девушки с более нестандартной внешностью среди соседей не было. Потом он решил, что Таран лучше оставить напоследок и решительно постучал к Сеян.
  Дверь открылась настолько быстро, словно хозяйка квартиры подслушивала, приложив к ней стакан.
  - Тэдэр, - мордашка Сеян светилась счастьем. - Я получила разрешение на самостоятельные полеты.
  - Поздравляю, - отмахнулся парень, летать с этой малохольной девицей он по любому бы не согласился. Жить хочется. - Ты никогда не хотела изменить свою внешность?
  - Зачем? У меня отличная внешность, - засияла девушка.
  - Вот и я о том же. По-моему ты красавица. Хотя и скулы есть, и горбинка.
  - Это придает мне экзотики, - нравоучительно изрекла Сеян, явно повторяя чьи-то слова. И провела пальцем по горбинке, получилось грациозно и с вызовом. Мол, попробуй что-то сказать. - Идеальные лица не бывают красивыми. Просто потому, что они скучны. Взгляду зацепиться не за что. У моей мамы нос длинный, но это не мешало ей выигрывать на конкурсах красоты.
  - У меня не такое лицо было, - растерянно запротестовала Лорел.
  - Ой, бедняжка, что они с ней сделали. Я ее со Стаськиным манекеном спутала. Стоит, не шевелится, ну точно как он. Стаська вечно на него свои платья надевает на ночь, чтобы отвиселись. А иногда и включает его на ночь, чтобы почистил и микробов убил. Ну, как в магазинах делают. Только непонятно зачем в коридор его выперла? Чтобы мы все позавидовали? Так фасончик не мой. Не люблю я такие разлетайки, на улицу в них не выйдешь. Там же ветер, стыда не оберешься, - запричитала девица, далеким от сочувствия тоном.
  - Мой манекен? - в коридор выскочила круглолицая Стася, тряхнула кудряшками и возмущенно уставилась на растерявшуюся Лорел. - Ха! Мой манекен симпатичнее. Он бракованный, его поэтому мне отдали. У моего манекена из-за неудачного падения нос получился курносым, а по стандартам должен быть прямым.
  Точно подслушивали, решил Тэдэр и стал ждать чья дверь откроется следующей.
  - Ой, как на мою тетю похожа. Она так долго добивалась совершенства, что ее начали путать с пылесосом. Ну знаете, одно время такие были очень модные, похожие на живую девушку. Модель для холостяков, кажется, - в коридоре появилась Ольша, продемонстрировав Лорел впалые щеки, совершенно аристократический нос, тонкий и немного длинноватый и большие темные глаза, которым один из ее пациентов посвящал стихи.
  Тэдэр понял что эксперимент вышел из-под контроля. Сейчас сбегутся все студентки и задавят массой. Лорел удивленно рассматривала разномастных подружек, ни одну из которых даже при большом желании нельзя было назвать некрасивой. Подружки увлеченно вспоминали вещи на которые была похожа Лорел, совершенно не обращая внимание на подпиравшего стену Тэдэра. По лестнице кто-то поднимался. Тэдэр к сожалению догадывался кто.
  - Они твою тушку делят? - полюбопытствовал Яцуоми, посмотрев на галдящих девиц, загнавших пытавшуюся изображать равнодушие к их словам Лорел в угол.
  - Нет, - честно ответил Тэдэр.
  - Как на моих сестер похожа, - восхитилась Таран, рассмотрев незнакомую блондинку. - Что это за жертва рекламы, комплексов и хирургов?
  - Моя сестра. Если я, конечно, все правильно понял.
  Таран очень внимательно осмотрела Лорел и улыбнулась.
  - Тебе повезло, что ты рос вдали от отца.
  - Мне тоже начинает так казаться, - не стал спорить Тэдэр. - Я бы с удовольствием и дальше находился от него вдали.
  Яцуоми хмыкнул
  - Ладно. Сейчас о другом, - решительно сказала Таран и свистнула, привлекая внимание. - Девочки, вы почти первые, кто узнает эту новость. Я замуж выхожу.
  - За него?! - хором удивились Стася, Ольша и Сеян, и столь же дружно указали на ухмыляющегося Яцуоми.
  Лорен просто и незатейливо уставилась на престранную парочку, состоявшую из высоченной девицы в мужской одежде и худого азата, умудряющегося не казаться рядом с ней совсем крошечным.
  - Он же бабник, - возмутилась Стася. - За таких замуж не выходят. С ними можно погулять и хорошо провести время, не больше.
  - Тебя не спросили, - зашипела на нее Сеян. - По-моему, очень красивая пара.
  - Кажется, я с ума схожу, - печально сказала Лорел. - Или мне это снится
  - Не сходишь. Они на самом деле так выглядят. Девушка десантник, парень один из моих учителей, - поспешил ее успокоить Тэдэр.
  - По-моему, кому-то нужно быть на празднике единения у бабушки, - ласково сказал Яцуоми.
  - Успею, - беззаботно отмахнулся Тэдэр.
  - Действительно, - вспомнила о цели визита Лорел, превращаясь в безэмоциональную куклу. Строгую такую и холодную. Наверняка долго перед зеркалом репетировала.
  - У тебя есть бабушка? - удивилась Стася.
  - Похоже, у меня целая куча бабушек, дедушек и прочих родственников, - вздохнул Тэдэр. - Не могу сказать, что меня это радует.
  - Тебе нужно об этом поговорить, - вспомнила о своей профессии Ольша.
  - Не в этой жизни, - поспешил отказаться претендент на роль пациента.
  - Мы же опоздаем. - Лорел схватила его за рукав и попыталась отбуксировать в сторону выхода.
  Ольша и Стася дружно вцепились в другую руку, чтобы задержать и расспросить.
  Яцуоми насмешливо смотрел на босые ноги ученика. Наверное, представлял, как он в таком виде заявится в дом людей, мнящих себя аристократами, и что ему обитатели дома скажут.
  День начинался весело.
  Тэдэру очень хотелось кого-то ударить. Можно даже стену попинать. Потому что если он пойдет на праздник единения в таком настроении, дело наверняка закончится скандалом, и ему запретят приближаться к ангелочку. Будут защищать бедную девочку от злобного дикаря.
  И, кстати, не мешало бы рассказать об ангелочке Яцуоми, или Роману. Только немного позже, когда от родственников вернется.
  Хотя негодование Лорел идет.
  
  
  
  Иссушенная вечным недовольством дамочка с неподдельным ужасом уставилась на Тэдэра. Смотрела она, скорее всего, на шрам, поэтому Тэдэр решил придержать готовый сорваться с языка комментарий. Старые семьи традиционно боятся разнообразных бродяг с их сомнительным набором ДНК, словно ничего страшнее во вселенной нет. Странные люди.
  - О, Тэдэр.
  А вот и прабабушка, чтоб ей не болеть и прожить двести лет. Светится от счастья. Даже не притворяется, искренне рада приходу непутевого правнука. Старушка завернутая в розовое облако. Впечатляющее зрелище.
  И Дерек Сато рядом. Изображает телохранителя главы семейства. Тоже чем-то очень доволен. Может, в лотерею выиграл? Или на службе повысили? Хотя, куда уж выше в его-то возрасте, и так командует половиной гражданских войск северного полушария. А в эти войска входит слишком уж много подразделений. Начиная от стражей порядка и заканчивая таможней. Еще немного и не выдержит, либо лопнет от гордости за себя, либо рухнет под неподъемной ношей. Или умом тронется, что в этой семейке весьма вероятно. У них традиционно в каждом поколении несколько человек сходят с ума и заканчивают свою жизнь в тихом таком пансионе для избранных.
  - Это мой сын? - испугано спрашивает темноволосый мужчина, отодвинув в сторону недовольную миром дамочку.
  - Нет, - сразу же реагирует Тэдэр. Что угодно, но признать этого человека отцом он не согласится ни за что на свете. Даже ради ангелочка не согласится. Это понимание пришло как озарение.
  - Но... - мужчина смотрит на Дерека.
  - Это Тэдэр Бранко. - насмешливо отозвался Дерек. - Сын Глории Бранко.
  - Но... - повторился мужчина.
  - Боюсь, тебя он отцом не признает. Ты ему не нужен. Собственно никто из здесь присутствующих ему не нужен.
  Какое правильное понимание ситуации. Может действительно гений?
  Дерек ухмыльнулся и посмотрел куда-то за спину Тэдэру.
  - Что он здесь делает? - ядовито поинтересовались за спиной.
  - Я его пригласила, - ответила старушка в розовом. - Славный мальчик, очень самостоятельный, очень решительный.
  Словно домашнего любимца описывает.
  А еще он приучен гадить в специальный контейнер.
  - И вы приволокли сюда это... - в голос добавилось отчаяние.
  Тэдэр обернулся.
  За спиной, в двух шагах от него, стояла высокая блондинка. Когда-то, наверное, красивая. Сейчас лицо портила въевшаяся гримаса злости и такое же вечное недовольство миром, как и у дамочки, первой рассмотревшей шрам странника.
  - Это Анна, твоя не бабка, - жизнерадостно представил блондинку Дерек. - Вечная неудачница.
  - А, - равнодушно отозвался Тэдэр. - Понятно, почему Лорел изуродовала себя до такой степени. Глупая, самовлюбленная бабушка по доброте душевной решила сотворить из нее красавицу по своему образу и подобию, и не смогла вовремя остановиться. Почему этот идиот от нее не сбежал? - Кивок на тупо смотревшего на стену папашу.
  - Ты его жены не видел. Мы от этой мегеры еле откупились, а попробуй он сбежать, то и деньги бы не помогли. Нежелание жить рядом со свекровью стало решающим аргументом при согласии на развод, - очень спокойно объяснила прабабка.
  Интересные сведения, о семье побеспокоился, значит. Только как оно могло помешать папаше сбежать до того, как его женили?
  Анна вспыхнула. Наверняка сама невесту сыну подбирала. Из хорошей семьи, с идеальным набором ген. Вот только характер не учла.
  - Лучше бы я застрелился, - сказал в пространство Тэдэр. - Может вы объясните мне, чего вы от меня хотите и я пойду домой? Ваша семейка мне не нравится. Еще больше мне не нравится терять время. Меня в любой момент могут отпустить на все четыре стороны. Где я тогда учителей найду?
  Анна на него вытаращилась с ужасом. Дерек широко улыбнулся. А глава семейства покачала головой.
  - Совсем никто не нравится? - спросила она. - Я думала Минди тебе понравилась.
  - Видящая? - удивился Тэдэр. Кто же бедную девочку так назвал? - Этот ангелочек кому угодно понравится. Попросите Романа поискать ей учителя. Поймите, подходящего именно ей учителя найти нелегко. А если она упадет в себя до того, как научится держаться за реальность, все может закончиться очень плохо. Я до сих пор не уверен, что я вообще жив.
  - Попрошу, - величественно согласилась старушка.
  - Мою внучку... - зашипела Анна.
  - Предпочитаете свести ее с ума? - ядовито поинтересовался Тэдэр. Блондинка, упрямо стоящая за спиной, его раздражала. Обманщица. Самоуверенная дура, которая обманывает не только родственников и знакомых, но и себя любимую. - Я думал вы уничтожаете только неугодных вам претенденток на вашего сыночка. Оказывается, вам нравится сам процесс. Конечно, за безумием внучки будет наблюдать гораздо интереснее, чем за унижениями какой-то там Бранко, пытавшейся получить право жить хоть на какой-то планете. Впрочем, возможно вас не так интересовали мучения моей мамы, как мои. Вы наверное были очень разочарованы, когда ее убили, и у вас пропала возможность следить за моим ростом. Только знаете ли, я о своих предках знаю гораздо больше, чем вы о своих. Мои предки добивались гораздо большего, чем когда либо добьются ваши потомки. Порода, знаете ли.
  Здорово получилось. Очень аристократично. Интересно только - зачем?
  - Жалкие бродяги!
  Анна перешла на визг, побледнела и от напускного величия ничего не осталось. Просто злобная немолодая женщина. Неудачница, как сказал ее родич. Как же она в этот момент ненавидела Тэдэра. А ему вдруг стало ее жаль. Она же не только окружающим жизнь портит, она себя делает глубоко несчастной.
  - Ошибаетесь, - спокойно сказал он. Хуже ведь не будет? - Среди моих предков было два тирана, счастливо правивших до самой смерти от старости, были эллары, был признанный гений, были творцы Паутины. Хотя, откуда вам знать что такое Паутина? Вы ведь ничего о странниках не знаете и понятия не имеете, почему правитель Большого Треугольника счел за честь отдать свою дочь в жены Держащему Нити. Вы всего лишь старая семья. Вечно живущие на одной планете. Предпочитающие браки с такими же вечно живущими. Собственно, все старые семьи уже по десять раз переженились и не попадайся среди вас упрямые личности приводящие в семьи людей со стороны, вы давным-давно бы деградировали. Браки среди родственников плохо влияют на потомство.
  - Так ты похож на правителя Треугольника? - поинтересовался Дерек. Насторожено так. Словно сказанное Тэдэром для него сюрпризом не стало, просто он не очень-то этим сведениям верил.
  Блондинка покраснела и теперь мучительно пыталась вернуть мир на привычное место. Искала слова, которыми можно бы было поставить выскочку на место. Получалось у нее плохо. Вопрос Дерека для нее звучал, как подтверждение тому, что бродяга не солгал. А правители и тираны в ее понимании что-то слишком большое и страшное. С таким не поспоришь.
  Интересно, как она относится к эларам?
  - Нет, - ухмыльнулся Тэдэр, глядя в упор на удачливого карьериста и защитника интересов семьи в одном лице. - Человек, на которого я похож, в данный момент жив. Это из-за него я приобрел статус временно несвободного. Он решил меня проучить. Я не желал думать. А правитель так, всего лишь удачная попытка улучшить породу. У странников противоположная вашей философия, они ищут удачные изменения, верят, что эволюцию можно направить. Получается у них немногим лучше, чем у вас сохранить изначальную чистоту. Слишком много влияющих факторов. Моя бабка вообще из-за какой-то глупости решила жить на этой планете, наплевав как на предков, так и на потомков, как потом выяснилось.
  Дерек кивнул, возможно действительно понял кого Тэдэр обвинил в своей несвободе, или сделал из сказанного какие-то выводы.
  Анна тупо таращилась в пространство. Наверное пыталась осмыслить то, что среди предков изгнанной когда-то девчонки были правители созвездий. Недовольная дамочка хмурилась. Глава семейства благостно улыбалась, она была довольна разыгравшимся представлением, словно, именно для этого Тэдэра и пригласила. Папаша изображал мучения совести. Получалось достаточно достоверно. Из-за его спины выглядывал светловолосый мальчишка, пытавшийся тайком рассмотреть непочтительного родственника. Наверное, это и есть Рустан опасавшийся потерять любовь отца. Остальные родственники где-то прятались, даже Лорел бесследно испарилась. Впрочем, дом большой, целая толпа может спрятаться.
  Нашлись родственники в саду, куда его отвела глава семейства, разогнавшая по углам обеих недовольных миром дамочек. Светловолосый мальчишка увязался следом, его заинтересовала личность Тэдэра. Папаша потерялся по дороге. Кажется он решил напиться.
  В родственниках Тэдэр не ошибся. Разномастные интриганы, несколько истеричных девиц, развеселый разгильдяй, гордящийся званием отброса семейства, дети, смотревшие на Тэдэра как на выходца из потустороннего мира, и прочие не столь яркие личности. Одни стойко изображали презрение, другие изо всех сил старались угодить главе семейства и пытались быть добродушными, третьи пытались выяснить не обещала ли бабулька новоиспеченному родственнику наследство. Минут через десять захотелось сбежать.
  Лорел так и не появилась. Зато Тэдэр познакомился с Антией, женским воплощением развеселого разгильдяя. Сестричка оказалась ироничной и самоуверенной. Она выкрасила волосы в оранжевый цвет. Одела светло-зеленое платье и длинные тяжелые серьги, такие себе гроздья разноцветных камушков. Она нахально улыбалась ненакрашеными губами, смотрела на мир очень темными глазами и забавно вздергивала черные ниточки бровей, когда изображала удивление. Эта девушка хотела веселиться и ни о чем не думать. А еще она боялась. Боялась поддаться на уговоры, боялась поверить или смириться, очень боялась стать похожей на запуганную бабушкой сестру. Ей хотелось сбежать, но она боялась, что мир за стенами родного дома окажется еще более неприветливым чем мир, к которому она за столько лет привыкла. Наверное, у Тэдэра когда-то были шансы стать похожим на нее. Он тоже умеет бояться, но у него никогда не хватало времени на то, чтобы раздуть свои страхи до невероятных размеров. Семейная черта, видимо.
  Рустан ходил в отдалении и, кажется, охотился. Может на Тэдэра, может на впечатления, настроение этого мальчишки менялось каждые пять минут без видимых на то причин. Он долго ждал, пока парочке развеселых разгильдяев обеих полов надоест развлекать новоявленного родственника и они скроются в неизвестном направлении, наверняка сбежав с семейного сборища ради чего-то более увлекательного. Потом рискнул подойти. Долго Тэдэра рассматривал и в конце концов попросил:
  - Научи меня драться.
  - Зачем? - глупо спросил Тэдэр.
  Удивительная просьба. А главное, почему просят у него, неужели этого ребенка не могли отдать в соответствующую школу, раз ему так хочется?
  - Ты же умеешь, - привел убийственный с его точки зрения аргумент мальчишка.
  - Я не очень хорошо умею. Мой учитель вечно недоволен, - попытался откреститься Тэдэр, умолчав, что его учитель вряд ли вообще когда-то чем-то бывает доволен, если дело касается его ученика.
  - А я вообще никак не умею. А мне нужно, - грустно признался мальчишка.
  - Зачем?
  Действительно, зачем этому ребенку уметь драться, изворотливость и хитрость для этой семьи важнее.
  - Я не могу сказать. Я дал слово.
  - А Лорел сказала, что ты меня ненавидишь.
  - Лорел глупая. Она всегда верит Анне, а Анна всегда врет. Ей нравится чувствовать себя главнее всех. Нравится, когда остальные делают то, что она хочет. Вот она и врет. Всем. Только не все ей верят.
  Умный паренек. Он очень не любит жаловаться. Стоит, сжал губы, теребит что-то в пальцах и смотрит так, словно уверен, что сейчас над ним посмеются. Наверняка, у него куча неприятностей, о которых неизвестно никому из этой разномастной семьи. Он решил справляться с неприятностями сам. Для этого ему нужно научиться драться.
  - Знаешь, где находится дом законника?
  Паренек решительно кивнул. Домом законника его тоже пугали, как и страшными бродягами с черными шрамами на лицах, но он решил переступить разом через все свои страхи, судя по всему.
  - Можешь найти меня там по утрам. Посмотрим, что можно сделать. Я на самом деле не совсем свободен в своих решениях.
  - Ты преступник, - сказал мальчишка.
  - Я дурак, который считал, что ему больше нечего терять.
  - Мы тебе не нравимся?
  - По-разному. - Тэдэр пожал плечами и улыбнулся. - Я видящий, я могу рассмотреть гораздо больше, чем мне хочется. С этим сложно спорить. Дерек слишком равнодушен для того чтобы нравиться хоть кому-нибудь, он и себе не особо нравится. Антия и ее напарник очень боятся, что кто-то обманет их надежды, поэтому делают вид, что им никто не нужен. Наверное их уже обманывали, причем очень близкие люди. Минди видящая, феникс, она будет миллион раз меняться, прятаться от мира и заниматься прочими глупостями, пока не научится держать свою броню, только после этого можно будет понять, что она такое. Возможно. А может, и нет, о себе я такого сказать не могу. А может, я просто не дошел до себя настоящего. Или не хочу дойти. Впрочем, не обращай внимания. Наш папаша себя ненавидит и ему это нравится. Ведет себя как мазохист. Он не самый приятный человек на свете, он боится принимать решения, предпочитает сожалеть. Бабулька в розовом изо всех сил старается не дать семье рассыпаться на составляющие. Не понимаю почему. Половину из присутствующих следует разогнать и заставить заняться чем-нибудь полезным. Они от безделья с ума сходят. А на счет Анны ты не ошибся. Она врет. Врет себе. Говорит себе, что действует во благо, а на самом деле боится остаться не у дел. Только ей меняться поздно. Мне ее жаль, она самый несчастный человек среди присутствующих.
  Мальчишка зачаровано внимал, таких людей как Тэдэр он раньше не встречал.
  Оказывается, это очень приятно, когда на тебя так смотрят. Затаив дыхание, словно на мудреца.
  - Мне следует заняться чем-то полезным? - уточнил мальчишка, выслушав монолог.
  - По-моему, ты уже занимаешься. Может, не совсем полезным, но интересным для тебя. Тебе ведь для этого нужно научиться драться?
  Он кивнул и хмуро посмотрел на подпиравшего спиной стену Дерека, словно тот мог чем-то помешать. Странная семейка.
  - А правда, что из-за тебя сейчас целое созвездие разваливается на части? - спросил мальчишка. - Я случайно подслушал, когда Дерек перед бабулей отчитывался.
  - О, - сказал Тэдэр. Рассказать мальчику о том, к чему приводит неожиданно пришедшее желание отомстить? А к чему оно приводит? Да ни к чему. - Скорее из-за моей мамы и одного принца, на чье крохотное созвездие это большое точило когти. Парню это не понравилось и он стал искать способ предотвратить захват без развязывания войны, в которой у его созвездия шансов не было. Я просто под руку подвернулся. Совпало как-то.
  - Из-за мамы? - взгляд у мальчишки стал очень странным.
  - Она в свое время собрала компромат, а я им воспользовался. Люди, которые приказали ее убить, наверное, очень удивились. Они были уверенны, что копий нет. Ну, я еще кое-что от себя добавил. Вполне хватило.
  Пацан кивнул, оглянулся на что-то и поспешил исчезнуть.
  Тэдэр немного послонялся по саду, потом по дому, убедился, что никого он особо не интересует. Даже бабулька в розовом куда-то запропастилась. Находиться в этом доме смысла особого не было. Обещание он сдержал, пришел, теперь можно уходить со спокойной душой.
  Хороший был план.
  Но спокойно уйти не удалось. У выхода караулили обе недовольные миром дамочки. Анна явно чувствовала себя неуверенно. Зато ее напарница почти светилась от распиравшей ее злости.
  - Ты! - зашипела дамочка так, что Анна от нее шарахнулась. - Жалкий щенок! Думаешь, обезопасил себя? Ты всего лишь преступник, ты вообще не имел права переступать порог этого дома. Какой позор! Все из-за этих проклятых ангелов! Но ничего, скоро мы их вышвырнем с планеты. Докажем, что совет семей ошибся и им придется отменить решение!
  - Что? - ошарашено спросил Тэдэр. Анна с напарницей перекрывали выход. Пришлось этот бред слушать.
  - Оказали помощь, отлично, теперь могут убираться. Эти мутанты скоро превратят планету в прибежище для таких же мутантов. Какой ужас! - Дамочка, похоже, Тэдэра даже не услышала, полностью увлеченная своей речью.
  - Чокнутая, - сказал Тэдэр. - С дороги!
  Дамочка встрепенулась и уставилась на ненавистного родственника.
  - Скоро все изменится. Скоро ангелы уберутся с планеты, и разнообразные преступники вместе с ними, - мечтательно заявила она. - Да, совет переменит решение. Опасности больше нет, проклятые мутанты выжгли пиратское гнездо до основания, больше они здесь не нужны. Больше они ни на что не годятся.
  - Ненормальная, - сказал Тэдэр.
  - И никто вроде тебя больше не переступит порог этого дома.
  Довольная. Словно сама будет гнать ангелов пинками с планеты. Мозг отсутствует как явление, зато самомнение...
  - Не переступит? Не нужны? - злобно зашипел Тэдэр, даже сам удивился. Эти две мымры его уже достали. Нужно было убираться пока остальные родственники не набежали, так нет же, стоят, и одна какой-то бред несет. Кретинка. Элементарных вещей не понимает, зато вершит судьбы. - Уберутся?! Размечталась! Ангелы никогда не занимаются чужими проблемами, не вступают в союзы и организации, они защищают только то, что принадлежит им! Понимаете? Ангелы защищают только своих. Они признали вас своими. Отделиться от Крылатого Королевства вы не сможете при всем желании, скорее ваш совет прекратит свое существование! Все равно он бесполезен. Дошло?! Ангелы защищают только своих...
  Кажется, Яцуоми говорил что-то о состоянии сатори, когда мгновенно, вспышкой, вдруг понимаешь все и сразу. Озарение близкое к сумасшествию.
  - Только своих... Проклятье.
  Какой идиот.
  Все ведь так просто. Как можно было не понять раньше? Очень плохо разбирается в законах Крылатого Королевства? Похоже даже хуже, чем казалось. Как можно было не понять раньше? Ответ на поверхности. Протяни руку и схватишь. Проклятая самоуверенность. Строил планы на потом, вместо того, чтобы подумать о том, что происходит сейчас.
  Что же тебя, придурка, носит из крайности в крайность?
  - Проклятье.
  С лицом у Тэдэра было что-то сильно не то, иначе, как объяснить, что стоило ему сделать шаг, и обе дамочки шарахнулись, как от чумного. Но уйти опять не удалось. Выход перекрыла бабулька в розовом.
  - Уже уходишь? - тоном доброй бабушки поинтересовалась она.
  - Старая итриганка! - взвыл Тэдэр.
  - Я же говорил, он умнее, чем кажется, - скучающим тоном произнес Дерек, поддерживая ее под локоть.
  - Сволочь бесчувственная! - добавил Тэдэр.
  - Это кажется обо мне. - Дерек прищурил глаза и изобразил нечто отдаленно напоминающее улыбку.
  - Вы все поняли, да? Защиту захотели получить? Как же мне это надоело! Нужно было сразу сказать, а не изображать гостеприимство!
  - Понимаешь, дело не только в защите и прочих возможностях, - безмятежно произнес Дерек. - Ты сам по себе стал последним камешком, перевесившим чашу весов. Были и другие возможности.
  - Другие возможности?! - Раздражение и злость на самого себя постепенно сменялись холодной уверенностью. Это просто нужно сделать, здесь и сейчас. - Попробуйте мне доказать, что обойдетесь без меня, тогда я, возможно, подумаю. Уж я-то без вас точно обойдусь. И не смейте больше давить мне на жалость и семейные чувства. Только логика, ясно?
  - Принимается.
  Дерек легко склонил голову и, кажется, довольно улыбнулся. Бабулька просто шагнула в сторону. Хранительница семьи, чтоб ее. Кто будет первым, тот и возвысится. Решила опередить претендентов на власть. Паучиха.
  Раз избавиться от ангелов нет никакой возможности, следует воспользоваться всеми преимуществами такого положения. У жителей планеты будут права младших. А у каждой такой планеты, как известно, есть те, кто имеет право говорить от имени старших, говорить с ангелами на равных. Старшие семьи всегда правили на Гловер. Обращаться к крыльям, решающим и защитникам напрямую могут только старшие планеты. Почему бы не совместить эти понятия?
  Гениально по сути, если они сумеют соответствовать всем заявленным требованиям. А они сумеют. Дерек при всех своих недостатках точно соответствует, наверняка есть еще кто-то, да и в побочных ветвях люди найдутся. А еще у них есть видящие, на данный момент целых два. Необученная девочка, подходящего для обучения возраста, и полуобученный Тэдэр, преступник на перевоспитании, который, по сути, является полноценным старшим с временно урезанными правами и обязанностями. Как же можно было упустить из виду способ разделения на своих и чужих, и наказание, завязанное на способностях и полезности? Взросление же. Только у полезных младших есть шансы перейти в старшие. Если захотят, конечно. Болван!
  Тэдэр кивнул своим мыслям и рванул к одному из учителей.
  - Удачи, - напутствовала бабулька в спину.
  Словно поняла, что новоявленный родственничек решил учинить грандиозный скандал.
  Младших лелеют и оберегают, спасают и старательно исправляют то, что они натворили. Старшим в лучшем случае дают советы и предоставляют возможности с собственными проблемами справляться самостоятельно.
  Яцуоми никогда бы не смог стать учителем для младшего, он не помогает, он создает трудности.
  
  
  
  
  - Яцуоми!
  Вопль разнесся по улице, заставив вздрогнуть прохожих.
  - Открывай, сволочь!
  Подолбить пяткой по запертой двери, подергать ручку, выматериться вполголоса.
  - Яцуоми, я знаю, что ты там! Открывай, гад!
  Интересно, как долго любимейший учитель будет терпеть эти вопли под дверью. Тэдэр сдаваться и уходить точно не собирался. Будет орать, пока не охрипнет.
  - Яцуоми!
  - Что надо?!
  Дверь открылась как-то неожиданно, едва не снеся Тэдэра, и перед ним во всей своей красе предстал великий и непобедимый видящий, одетый в трусы с синими слониками. Тэдэр, узрев этих слоников, даже запнулся.
  - Какого ты здесь орешь?! - рявкнул Яцуоми.
  Тэдэр задумчиво изучил взглядом трусы, потом странный узор татуировки, змеящийся по руке, следы от помады на подбородке и растрепанные волосы, почти стоящие дыбом. Кажется он пришел очень не вовремя. Ничего, сговорчивее будет.
  - Яцуоми, - очень ласково произнес Тэдэр. - Я тут додумался до одной вещи и теперь мне необходимо уточнить принцип сортировки преступников на тех, кого вы оставляете себе и тех, кого вы выдаете другим созвездиям.
  - Что?! - вытаращился учитель.
  - Мне необходимо знать, почему я оказался в центре которым заправляет Малик.
  - Иди к черту! - рявкнул Яцуоми и попытался закрыть дверь.
  Тэдэр в нее вцепился как в родную.
  - Я буду тут орать, пока не ответишь.
  - Ты идиот? - зачем-то уточнил учитель.
  И так понятно, что нормальные люди подобным образом себя не ведут. А ненормальным что, любую неадекватную выходку можно списать на проблемы с психикой. Если соизволят выслушать и не прибьют в процессе.
  - Мне надо знать, - попытался как можно убедительнее сказать Тэдэр. - И я не уйду, пока не узнаю.
  Яцуоми посмотрел на него, как на неизвестный науке вид насекомых.
  - Или ты тоже не знаешь?! - повысил голос ученик, заметив, что прохожие потихоньку начинают останавливаться, собираясь в любопытную толпу. - Неужели мне тупого учителя подсунули, не знающего даже этого.
  - Прибью! - мрачно пообещал оскорбленный в лучших чувствах азат.
  Где-то в глубине дома раздалось что-то очень похожее на сдавленное хихиканье.
  Яцуоми оглянулся, окинул ученичка злобным взглядом, а потом просветленно улыбнулся.
  - Тэдэр, пошел бы ты задавать свои вопросы переговорщику.
  - Кому? - несколько опешил ученик. Странная попытка сменить тему разговора. Проще хорошенько пнуть и закрыть дверь на замок.
  - Переговорщику, идиот, - ласково-ласково сказал Яцуоми. - В его обязанности как раз входят разъяснительные беседы со всякими психованными потерпевшими.
  И опять попытался закрыть дверь.
  - И где мне этого переговорщика искать?!
  Тэдэр дверь не отпускал. Вдруг больше не откроет? Яцуоми, он упрямый.
  - В сети посмотри, идиот! Исчезни наконец!
  - А...
  Терпение у Яцуоми закончилось. Он схватил не успевшего отреагировать на смену обстановки ученика за шиворот, долбанул лбом об дверь и отбросил, как нашкодившего котенка. После чего с чувством выполненного долга заперся.
  - Переговорщик, значит, - пробормотал Тэдэр, потирая будущую шишку. Сидеть посреди дороги было довольно уютно, только пыльно. - Ладно, поищем.
  Любопытная толпа расходиться не спешила. Людям было очень интересно из-за чего какой-то несчастный нечистокровник поднял ор посреди улицы. Пришлось объяснить, что это не их дело и пообещать набить морды за "нечистокровника". Зрители вняли, позволили Тэдэру пройти и потихоньку начали расходиться, судя по всему обсуждая недостойное поведение всяких инопланетных выскочек и их учеников.
  Других развлечений у них нет, что ли? Все только и мечтают спровадить ангелов. Наивные такие.
  Допустим, произойдет чудо и крылатые нелюди уберутся к себе на родину. А дальше что? У этой несчастной планеты даже патрульные корабли устарели на четыре поколения, по сравнению с самой отставшей планетой центральных созвездий, а некоторые образчики военных судов давно пора было отправить на переплавку. Каких-либо внятных союзников местные жители так и не нажили, что и понятно, с их-то отношением к людям с других планет. Собственно, никому они особо не нужны, вместе со своими старшими семьями и странноватыми традициями, уходящими корнями в глубину истории. Зато гонору.
  Вот уйдут ангелы, вернутся обожаемые местным населением пираты, обнаглевшие настолько, что уводили корабли принадлежащие старшим семьям не стесняясь ошивавшихся рядом патрульных, что эти гордые и несломленные будут делать? Кого звать?
  С другой стороны, интересно, почему ангелы откликнулись? Им эта несчастная планета зачем?
  Тэдэр мотнул головой, решив отложить эти вопросы на отдаленное будущее. Сначала нужно разобраться со своим статусом, а уже потом лезть в дебри политики.
  Идиотизм, он похоже неизлечим.
  
  
  Искать переговорщика долго не пришлось. Первый же запрос выдал координаты ближайшего, часы работы и список вопросов находящихся не в его компетенции. Разъяснение законов Крылатого Королевства в этот список не входило, поэтому пришлось громко хмыкнуть и пойти куда посылал любимейший учитель.
  Адрес привел к приземистому зданию, окруженному высоченными деревьями и низеньким декоративным заборчиком. Больше ничего примечательного не было. Ни таблички, ни бдительного охранника у входа, ни очереди из жаждущих задать несколько жизненно важных вопросов.
  Тэдэр осмотрелся, пожал плечами. На всякий случай еще раз послал запрос. Убедился, что именно это здание ему нужно, точнее, кабинет номер восемь, и пошел разыскивать загадочного переговорщика.
  Искать опять же долго не пришлось. Восьмой кабинет располагался чуть ли не у входа. Наверное, чтобы всякие настырные посетители долго не ходили по зданию и никому постороннему не мешали работать.
  А вообще, в здании было подозрительно тихо.
  - И куда все делись? - задумчиво спросил Тэдэр сам у себя.
  Потом постучал, решив быть предельно вежливым, подождал несколько секунд и открыл дверь. Никакой реакции со стороны обитателя кабинета не последовало, пришлось входить так.
  Оказалось, кабинет как кабинет. Светлый, с большим окном и непонятным растением в кадке возле него. Стол из тонких металлических трубок и черной, с виду каменной, столешницы. Рядом у стены полки, до самого потолка заполненные сувенирами, кактусами и непонятными штуками, вероятно, какими-то приборами. За столом громадное кресло, в котором сидел, подперев щеку рукой, искомый переговорщик.
  Тэдэр удивленно уставился на мужчину, который числился местным переговорщиком, несколько раз моргнул и едва удержался от того, чтобы потрясти головой. Впечатляет. Для полноты образа местному переговорщику не хватало таблички "Параноик", очень уж похож. Светловолосая, немного нескладная личность, физиономия смазливая, взгляд недоверчивый и насмешливый одновременно. И все бы ничего, но одет он был в комбинезон, тщательно маскирующийся под летный, но с усиленным каркасом, начиненный генераторами, глушилками, колебалками и прочими профессионально-десантными прибамбасами. Тэдэр в свое время чуть не купил такой же. Примерил, убедился, что эта одежка не шибко удобна и отказался. Еще и различные системы наблюдения на нее среагировать могут, если вовремя не поправить настройки, учитывая особенности этих систем. В общем, мороки многовато. Проще купить какой-то стащенный у военных щит и надеяться, что в свернутом состоянии его никто не узнает. Есть умельцы, зарабатывающие тем, что превращают похожие щиты в бесполезные с виду безделушки.
  А этот ничего, носит комбинезон. Еще и подозрительными украшениями обвесился, вон та капелька на шнурке точно свернутый малый доспех. Тэдэр бы не удивился, если бы оказалось, что блондин в придачу к импульснику, рукоять которого призывно торчит из кобуры, носит на себе кучу хорошо замаскированного оружия. Так что табличка была бы к месту.
  Похоже, местные жители успели достать всех вменяемых людей, соглашавшихся на должность переговорщика, и кто-то решил, что этого мужчину доводить до белого каления желающих не найдется. Наивные. Если заявится кто-то вроде вдохновенно вещавшей об изгнании ангелов родственницы, бедолаге придется этого кого-то застрелить, иначе не заткнешь. Интересно, переговорщикам можно стрелять в особо надоедливых посетителей? Хотя бы в качестве самозащиты?
  - Даниил Лис, - сказал переговорщик.
  - А? - переспросил Тэдэр, все еще пытаясь понять, как этого параноика могли допустить до работы с населением не шибко дружественной планеты.
  - Я Даниил Лис, - мужчина насмешливо улыбнулся и помахал не занятой подпиранием щеки рукой.
  - О. Тэдэр Бранко, - представился посетитель.
  Хватит думать. Лучше вспомнить все те вопросы, с которыми бежал к Яцуоми.
  - И? - решил подтолкнуть нерешительного посетителя к разговору блондин.
  - Ага, - выдал очередную умность Тэдэр и поскреб переносицу. Мысли разбегались толпами, и разумные и не шибко. Раздражать этого мужчину совсем не хотелось. Мужчин в подобных комбезах раздражать вообще неразумно. - Ты переговорщик? - решил все-таки уточнить Тэдэр. А то мало ли, может человек зашел к знакомому, а тот попросил посидеть здесь, чтобы посетители не маялись от скуки в пустой комнате. Или отпугнуть особо назойливых уговорил.
  - Я, - кивнул блондин, неохотно выпрямившись в кресле. Благодушно так кивнул, с готовностью слушать.
  - Ясно, - обреченно произнес Тэдэр. Другого переговорщика можно не искать. Он один на весь остров. - Тогда у меня несколько вопросов.
  - Я слушаю, - с достоинством произнес Даниил Лис.
  Похоже он издевается. Или уверен, что Тэдэр приперся к нему с очередной патриотической дурью. Столько участия на лице. Может обернуться к нему той половиной лица, которую украшает шрам?
  - По какому принципу в Крылатом Королевстве сортируют преступников? - попытавшись скопировать тон переговорщика спросил посетитель.
  - Чего?! - хозяин кабинета вытаращился с таким недоумением, словно Тэдэр заговорил на лающе-всхлипывающем языке тидьжиков.
  - По какому принципу в Крылатом Королевстве сортируют преступников? - терпеливо повторил Тэдэр.
  - А-а-а-а, - задумчиво выдал переговорщик. Внимательно осмотрел посетителя с ног до головы, поскреб макушку и уставился на облака за окном, словно рассчитывал прочесть на них ответ. - Вот оно что, - сказал приняв какое-то решение. - По принципу - полезен-бесполезен.
  - Полезен-бесполезен? В смысле, всех, или только чужаков?
  - Всех, - немного подумав, сказал блондин. - Просто, бесполезных чужаков отдают на растерзание другим созвездиям, младших садят на шею советам планет, без права эту планету покидать, пока совет не докажет, что запрет на космос можно снять, а старших прогоняют через "Суд истины". Не самая приятная вещь на свете, лучше сразу подохнуть, чем полоскать собственные мозги, пока не дойдет, как можно исправить содеянное. Это, если преступник в нынешнем своем состоянии абсолютно бесполезная личность. Правда, со старшими это случается редко, принципы жизни не позволяют роскоши быть настолько глупым, но иногда случаются личности одаренные природой сверх меры. Так вот, - блондин печально вздохнул. - Младшим быть как-то проще, да. А из всех, кому предлагали выбор, это поняли только тишодцы. Но среди них встречаются странные личности, желающие служить и защищать, а не сидеть и ждать пока спасут.
  - А полезных? - уточнил Тэдэр, подозревая, что лучше остаться в счастливом неведении, хватит и того, до чего додумался сам.
  - А полезным дают шанс найти то место, где они будут полезны. Самостоятельно найти. Проверка на тупость, чтоб ее. Перед тобой несколько путей, и если ты не совсем туп, рано или поздно ты на один из них шагнешь, в статусе преступника, и успеешь зайти достаточно далеко прежде, чем опять станешь свободен в решениях. А потом возвращаться будет уже поздно и бесполезно. Долги придется отдавать, так или иначе, да и искать что-то другое, пока не узнал, что находится в конце этого пути, совершенно не хочется. Ловушка, чтоб ее.
  - Долги, - задумчиво сказал Тэдэр.
  Все так просто. Оплати то, что на тебя потрачено. Время преподавателей, тренажеры, истерики Яцуоми и готовность слушать Романа. Все, что будет предъявлено к оплате. В том виде, в котором эту оплату согласятся принять. А сбежать? Разве от ангелов кому-то сбежать удалось? Да и смысл? Оплата ведь тоже станет частью обучения. С другой стороны, если дают шанс стать своим, стать частью этого созвездия, откажется от этого шанса только тот, кто об этом созвездии ничего кроме слухов, бродящих по центральным мирам человечества, не знает. Стать частью мира, где своих не бросают ни при каких условиях. Заманчиво. Еще одна ловушка, вероятно. С такой ценной приманкой. Впрочем, спокойной жизни все равно никогда не хотелось. А риск давно стал привычен.
  - Еще вопросы есть? - спросил Даниил Лис.
  Тэдэр покачал головой. Вопросы-то были. Но не мешает для начала хорошенько обдумать тему долгов. Сбегать он не собирался, но тема все равно интересная. Что от него могут попросить, точнее потребовать, взамен всего полученного? Работы в качестве видящего? Так что-то не сходится. Когда его отправили просеивать песочек, об этом даре никто не знал. Он сам о нем не подозревал. Учитель называл фениксом и считал, что это просто умение меняться. Следовательно, изначально рассчитывали на что-то совершенно другое и не факт, что теперь от этого другого откажутся.
  - Нет, - сказал Тэдэр. - Я сначала попробую подумать.
  - Хорошая идея, - одобрил переговорщик. - Подумай. Может, потом вопросы занятнее появятся. Скучно здесь последние две недели. Сначала бегали, кричали, угрожали, потом куда-то делись.
  - А сколько переговорщиков было до тебя? - спросил Тэдэр.
  - Человек семь, - загадочно улыбнулся Даниил.
  - Понятно.
  Действительно для устрашения населения назначили мужика. Интересно, где он работал до этого?
  
  
  
  О жизни.
  
  
  - У тебя опять пришибленный вид, - сказала Таран, глядя мимо Тэдэра.
  Парень даже споткнулся, настолько неожиданно это прозвучало. Казалось, девушка витает в облаках, мечтает о чем-то, может даже о свадьбе, и на внешний мир внимания не обращает. Вообще непонятно, как она в коридоре оказалась. Возможно вышла и забыла куда направлялась.
  - Ну, - загадочно сказал Тэдэр.
  - Родственники настолько не понравились?
  Зеленые глаза посмотрели с фальшивым насквозь участием.
  - Нет! - рявкнул парень. - Сортировка преступников заставила задуматься.
  - О, ну тогда думай. Полезно оно, - сказала девушка и даже улыбнулась.
  - А еще тут переговорщик странный, - наябедничал Тэдэр.
  - Переговорщики, они всегда странные, - философски сказала Таран.
  - Он на бывшего десантника похож, - заявил Тэдэр и не дождавшись реакции добавил: - И зовут его Даниил Лис.
  - Так вот он где запрятался, - явно обрадовалась девушка.
  - Кто?
  - Мой командир, бывший. Теперь он от подарка не сбежит.
  И широко улыбаясь, куда-то пошла.
  Тэдэр оперся спиной о стену и задумался о женщинах. Удивительные они создания, непонятные. Даже самые казалось бы разумные и умеющие логически мыслить в любой момент могут начать жить в каком-то своем мире, в котором мужчины при всем желании не разберутся. Или это будущее замужество на бывшую десантницу так повлияло?
  А еще интересно, что ей Лис сделал, что она ему собирается мстить поломанными креслами?
  - Вот ты где! - заорал прямо в ухо девичий голосок.
  Тэдэр шарахнулся от Стаси, потом отступил на три шага. Огляделся, чтобы убедиться, что тут нет остальных начинающих психологинь, решивших взять его в плен и залечить до полного помешательства. Оказалось нет. Вряд ли интерес потеряли к его персоне. Скорее, пока не заметили, что он тут с самого утра бродит, как фамильное привидение.
  - Меня уже нет, - сказал девушке и предпринял тактическое отступление.
  Лучше один Яцуоми, чем десять студенток-психологов. Тот хотя бы большей частью физически избивает, а эти норовят побить морально. Причем, все ради блага пациента, пытающегося сбежать подальше и зарыться поглубже. Тут и других проблем хватает.
  Улица встретила Тэдэра ярким солнцем, наглым рыжим котом, сидевшим чуть ли не на пороге и не боящимся, что на него наступят, и подозрительно задумчивым переговорщиком, подпиравшим спиной дерево, которого какие-то черти именно сегодня привели именно сюда. Не дерево, Даниила принесли, дерево тут росло всегда. Хотя какая разница? Наверняка блондин с бывшей десантницей не разминулся и теперь грустит о своей загубленной почти спокойной жизни. С другой стороны - ему же вроде скучно было.
  - Я тебя жду, - не выходя из образа сообщил Лис. - Пошли.
  - Куда? - подозрительно спросил Тэдэр. - Мне к Яцуоми надо, он...
  - Не надо. К нему невеста побежала.
  Даниил улыбнулся, мечтательно так, словно представлял, как Таран Яцуоми в бараний рог скручивает. Или он ее? А вообще переговорщик знает как выглядит этот счастливый жених и кто он такой?
  - А ты Яцуоми знаешь? - спросил Тэдэр.
  Идти куда-то с переговорщиком почему-то очень не хотелось. То ли паранойя проснулась, то ли интуиция, то ли у дара видящего новая грань проявилась. Разобраться бы для начала.
  - Одного знаю, - сказал блондин. - Такая мелкая желтоглазая сволочь азатской наружности. У него еще проблемы с девушками были, точнее с одной. С другими Яцуоми меня знакомиться теперь не тянет.
  - Хм, - высказался Тэдэр. - Знаешь, мелкий, желтоглазый и азат подходящие слова для описания моего учителя.
  - Правда? - оживился Даниил, даже от дерева отклеился и стал поразительно походить на охотничьего пса взявшего след. Видел Тэдэр когда-то таких - низенькие, длинные и уши четь ли не по земле волочатся. А еще морда худая и остроносая. Нахальная. Точно как у Даниила Лиса. - А ну идем, быстро, пока они не уехали.
  И рысью помчался по улице, игнорируя взгляды местных жителей провожавших его неодобрительными взглядами. Не принято тут взрослым людям носиться сломя голову. Они тут должны ходить чинно и неторопливо, чтобы не позорить семью и не бросать тень на свой статус.
  Но с другой стороны...
  Тэдэр улыбнулся и помчался следом, решив не выяснять куда переговорщик так торопится и надеясь, что о забеге добрые соседи и знакомые расскажут Сато, и притворяющейся доброй и понимающей бабушке. Интересно, как они отреагируют? Посмеют требовать вести себя прилично или промолчат, решив, что бывают недостатки и похуже? Да один только шрам на щеке тот еще недостаток в глазах людей живущих на этой планете.
  - Он, - выдохнул переговорщик, затормозив у угла стены.
  - Кто? - зачем-то спросил Тэдэр, едва успев вовремя остановиться.
  - Чокнутый азат. Ромео новейших времен, чтоб его. Знаешь, в старые времена всякие недобитые Ромео травились, на дуэли соперников вызывали и занимались прочей ерундой. А в новейшие времена они стали оригинальнее. Станции обслуживания обстреливают. Пересадочные платформы обещают протаранить, если объект страсти немедленно не вернется...
  - Что? - ошарашено спросил Тэдэр. - Какие еще платформы?
  - Обыкновенные. В общем, дело было так. Сидел я на одном астероиде, перевоспитывался, никому особо не мешал.
  - Каком еще астероиде?
  - Тюремном, но дело не в этом. У меня там комната была. И я там думал о том, какой я идиот. Меня не трогали. Главное, чтобы вовремя приходил поесть и правильно сортировал кристаллы.
  - Ага, кристаллы, - вспомнил Тэдэр центр Нила Шаи. Наверное у ангелов принято подыскивать для своих тюрем места, где есть какие-то кристаллы. Традиции у них сильны и непреодолимы никакими доводами разума.
  - Ну да, кристаллы. Не помню как они называются. Их в центральные миры продают. На украшения. Больше они ни на что не годятся. Пустышки, хотя красивые, особенно рыжие.
  - Да понял я про кристаллы. Яцуоми тут причем? Или ты мне про что-то другое рассказываешь?
  Даниил посмотрел, как на умственно отсталого. Тяжко вздохнул. Осторожно выглянул за угол и широко улыбнулся.
  - О нем. Это ведь твой учитель? - спросил, указав на что-то, Тэдэру невидимое.
  Пришлось подойти поближе, выглянуть и полюбоваться на то, как грозный азат таскает какие-то мешки, наваленные перед воротами симпатичного домика. Во двор таскает. А Таран стоит рядом с кучей этих мешков и нетерпеливо притопывает ногой.
  - Мой, - сознался Тэдэр, решив, что не будет думать над открывшейся картиной. У влюбленных свои причуды. Может они там себе гнездышко решили свить и в мешках пряжа.
  - Вот! - поднял палец вверх Лис. - Однажды вот этот боец за справедливость прибыл на мой астероид и его поселили в мою комнату. И я понял, что не такой я идиот, как казалось. Бывают похуже. Мне бы точно не пришло в голову орать на всю планету о своей любви и обещать протаранить платформу, если бросившая девушка немедленно не вернется. А он ничего. И орал, и угрожал и баржу угнал, а потом еще при аресте сопротивлялся, пока его не вырубили...
  - Дела... - протянул Тэдэр.
  Он не мог представить Яцуоми в роли этого несчастного влюбленного. Яцуоми же вроде рассудительный, умный, сдержанный. Это кто ж его так перевоспитал?
  Видящие эмоциональны, делают всякую ерунду, о которой потом жалеют, порывисты и вообще похожи на лозинку у дороги, которую мотыляет туда-сюда ветер. Так кажется? Точнее необученные видящие. Потому что тот же Яцуоми на данный момент нечто совершенно иное. И если обучиться, дойти до самого конца, то тогда... Интересно, что в конце этого обучения получится из Тэдэра Бранко?
  Лишь бы что-то хорошее и способное о себе позаботиться. Способное понять что и для чего делает. Потому что обнаруживать себя в неожиданных местах и при неожиданных обстоятельствах, когда мировоззрение в очередной раз взяло и изменилось, откровенно говоря надоело.
  - Ладно, черт с ним, - сказал Лис. - Идем.
  - Куда?!
  Орать конечно не стоило, Яцуоми был недалеко и мог голос ученика узнать, но перепады настроения переговорщика и его неожиданные идеи настораживали. Какой-то он неуравновешенный, совсем. И видимо, считает, что окружающие умеют читать его мысли.
  - Тебе нужно с одним человеком поговорить. Чем раньше, тем лучше. Чтобы понять, куда двигаться дальше и стоит ли менять планы.
  - Нет у меня никаких планов, - мотнул головой Тэдэр.
  Может Даниил издевается? Скучно ему. Местные жители разбегаются, стоит появиться на улице. Вот он и придумал себе развлечение - решил свести с ума и без того не очень нормального парня.
  - Если их нет у тебя, это вовсе не значит, что ни у кого нет планов на тебя, - философски сказал переговорщик. - Идем, никто тебя убивать не собирается. Просто к тебе в гости прийти не могут. Мало ли кто увидит. А ты на вызовы ходить обязан, почти ко всем, и вряд ли кто-то догадается, кто тебя там позвал на самом деле.
  - И поэтому прислали тебя? Не могли воспользоваться каким-нибудь переговорным устройством? Их на этой планете только стационарных шесть разновидностей...
  - Мне нужно было посмотреть на твое настроение, - сказал блондин. - Идем, мы и так много времени потеряли. А этот тип и без того никогда не бывает доволен.
  И Тэдэр послушно пошел. Выбора особого у него не было. На данный момент он несвободен. А потом опять будет несвободен, только иначе. Интересно, почему это совершенно не пугает, даже возмущения не вызывает? Смирился со своей участью, принял ее? Или незаметно для себя нашел в ней что-то стоящее?
  Народ носящий на лице черную полосу больше всего ценит свободу. Свободу от всего, в первую очередь от планеты. А Тэдэру сейчас свободы не хотелось. Ему хотелось быть нужным и полезным. Чтобы кто-то ждал. Верил просто потому, что он Тэдэр Бранко, а не из-за того, что когда-то давно в родословной был общий предок. И, наверное, хотелось чтобы на него надеялись. Когда надеются - это правильно. Это не дает расслабиться, забыть, увлечься чем-то другим и в очередной раз потерять самого себя.
  Может, видящим нужны якоря? Чтобы уцепиться за что-то и остановиться. Чтобы течение больше не увлекало куда-то вдаль, не спрашивая, хочется ли туда человеку. Да, якорь это хорошо. И надежная пристань - тоже.
  
  
  
  
  Идти пришлось долго. У Тэдэра вообще сложилось впечатление, что переговорщик пытается путать следы, проверяет нет ли хвоста и всячески потворствует своей паранойе. Разговаривать Лис не хотел, попросту игнорировал вопросы. И очень скоро Тэдэру начало казаться, что его, как наивного ягненка, ведут на заклание. Наверное, паранойя заразна. Или жажда деятельности проснулась и пытается подкинуть очередную дурацкую идею - стукнуть проводника по голове, затащить в темный переулок и хорошенько допросить. Пришлось как-то себя отвлекать.
  Сначала Тэдэр рассматривал дома, мимо которых шел. Довольно унылые дома, однообразные, приземистые и серые. Их даже яркие клумбы и фигурно стриженые кусты не спасали. Просто растения были отдельно, а дома отдельно. Словно тут когда-то военные действия велись. Жители старались поменьше привлекать к себе внимание, перестали красить стены, сменили красную черепицу и белый пластик на какое-то непонятное, похожее на обшивку корабля покрытие. И страх перед возможностью чем-то выделиться до сих пор в этих жителях крепок и упорен, несмотря на то, что от войны их отделяет несколько поколений.
  Дома усугубляли и без того паршивое настроение, навевали нехорошие мысли. Пришлось смотреть себе под ноги, на пыльный тротуар, переводить взгляд на прямую спину переговорщика и шагать.
  Если подумать, кому может понадобиться заключенный на поруках? Ангелам и их приближенным он и так принадлежит с потрохами. Семья пока наблюдает, да и не стали бы они заниматься похищениями, бессмысленно оно. Нужно просто отвлечься и не позволить чужой паранойе закрепиться и разрастись.
  Отвлечься.
  Тэдэр огляделся, пытаясь высмотреть тех, кто за ним наблюдает. Убедился, что никому до него нет дела. Глубоко вдохнул, зажмурился и резко открыл глаза, чтобы увидеть перед собой вместо высокого худого блондина косматое золотое облако. От удивления споткнулся и чуть не упал на ровном месте. То ли умение видеть чудит, то ли он чего-то недопонимает.
  Присмотревшись Тэдэр все-таки рассмотрел человеческую фигуру в этом облаке. Фигуру очерченную тонкими, ломкими черными линиями. Нашел почему-то желтую, почти сливающуюся цветом с облаком, пружину воли, такую же прочную как у Малика Тоэдо. Непонятное серебристое сияние над головой...
  Вообще, насколько Тэдэр понимал, параноики должны выглядеть не так. Это облако буквально вопит, что Даниил Лис несерьезно относится к жизни, с юмором относится к окружающим и готов им простить практически что угодно. Да и к самому себе относится не шибко серьезно.
  Внешнее совершенно не соответствует внутреннему содержанию. Великий притворщик, чтоб его.
  - Пришли, - сказал Лис.
  Облако колыхнулось и засветилось ярче. Наверняка задумал какую-то пакость.
  - Куда пришли? - спросил Тэдэр, опять крепко зажмурившись и тряхнув головой. Почему-то в последнее время смотреть на мир глазами видящего легче, чем глазами просто человека. К чему бы оно? С одной стороны, конечно, хорошо. Но с другой... Вместо обычных человеческих лиц натыкаться взглядом на ледяные маски, клоунскую раскраску или смазанное серое пятно? Лучше просто смотреть.
  Оказывается, сразу понимать, что из себя представляет тот или иной человек вовсе не хорошо. Обманываться приятнее.
  - Куда, куда... - проворчал переговорщик, толкая низенькую калитку. - Куда шли, туда и пришли.
  - Ага, - сказал Тэдэр.
  Пришли они к еще одному серому дому, окруженному небольшим яблоневым садом. Яблони росли везде. Прижимались к забору отгораживающему территорию хозяев от соседской. Склонялись над неширокой дорожкой, ведущей к дому, словно предлагали сорвать желто-красный полосатый плод, освободить ветку от тяжести. Возвышались над цветущими белым кустарниками. Одна даже нахально положила тяжелые ветви на крышу.
  - А почему мы шли пешком? - зачем-то спросил Тэдэр. Идти было, конечно, недалеко, но обычно люди, желающие сэкономить время, пользуются каким-нибудь транспортным средством.
  - Традиции, - улыбнулся Лис. Насмешливо так и самодовольно. - На этой планете почему-то считается, что пешком можно только бесцельно гулять. А если тебя ждет важная встреча, то нужен соответствующий антураж.
  Тэдэр хихикнул.
  Странные люди. Неужели их так легко обмануть?
  - Люди любят обманываться, - подмигнул переговорщик. Словно прочитал мысли. И те, размышления об умении видящего. И эти, о традициях. - Идем, мы же вроде пришли в гости. А приличные гости во дворе не мнутся, привлекая внимание любопытных соседей.
  За дверью дома оказался длинный неширокий коридор с узким высоким окном в конце. По стенам, без всякого порядка, развешаны полки с вазами, фарфоровыми фигурками и моделями солнечных систем. Двери, ведущие в комнаты, среди этих полок терялись. Наверное, поэтому около той, за которой ждали гостей, стояла пустая бутылка от вина.
  - Тайная сходка заговорщиков, - пробормотал Тэдэр.
  - Почти.
  Почему-то заходить в комнату с заговорщиками было страшно. Даже не так. Неприятно. Неправильно. Словно, стоит туда войти и все, мир опять изменится и вернуть с таким трудом полученное почти спокойствие, почти равновесие и почти удовольствие от жизни будет невозможно.
  Отказаться туда заходить нереально.
  Сбежать?
  И чем эта глупая попытка закончится? Тем же самым, только потерь будет больше, наверняка. Он ведь уже бегал. Поэтому знает.
  Смириться и плыть по течению? Надоело. Хочется быть там, где нравится, хотя бы частично нравится.
  Хотя кто сказал, что нельзя попытаться вернуться после того, как по какой-то причине ушел? Вернуться он ведь никогда не пробовал, просто брел дальше, словно двери за спиной перестали существовать, а впереди ждет что-то стоищее. Глупо, наверное. И виноват в том, что всегда бездумно уходил, он сам. Его ведь никто не тянул вперед и не мешал оглянуться. Кто-то, кажется, даже пытался удержать.
  Получается, он всегда и сам делал такой выбор. Сам сбегал из одного мира в другой.
  Может, искал что-то?
  Почему-то ничего на ум не приходит. Даже ни к чему лучшему не стремился, просто убегал от чего-то. Скорее всего от самого себя.
  - О чем задумался? - спросил Лис.
  - О глупости, - честно ответил Тэдэр.
  - Зачем о ней думать? С ней нужно бороться. Идем, не стоит опаздывать. А то он и без того зол.
  Переговорщик три раза стукнул по отмеченной бутылкой двери, дождался невнятного восклицания и толкнул ее. Ладонью. Игнорируя латунную ручку-цветок. И дверь уехала в стену открывая проход.
  В глаза ударил яркий свет, заставив зажмуриться и шагнуть вперед вслепую. А когда Тэдэр проморгался и разглядел к кому в гости пришел, отступать было уже поздно. Глупо бы оно смотрелось.
  - Малик Тоэдо, - выдохнул Тэдэр. Похоже, какие-то боги подслушали его мысли и решили поиздеваться, вернув именно ту часть прошлого, видеть которую в ближайшем будущем не было ни малейшего желания.
  Ангел широко и непривычно приветливо улыбнулся, сразу став симпатичнее и растеряв свою пугающую мрачность.
  - Саша тебе привет передавала, - сказал Малик.
  - О, - рассеяно произнес Тэдэр.
  Саша, это ведь жена этого ангела, маленькая темноволосая тишодка. Впрочем, почему бы ей не передать привет спасшему ее парню? Такое легко не забывается.
  - Немногословный, - проворчал Малик. - Знал бы ты, как мне не нравится эта идея. Но другого выхода у нас нет. Война еще хуже, хотя они и заслуживают.
  - Какая еще идея? - вскинулся Тэдэр, как-то сразу поняв, что именно ради этой идеи его привели сюда. Или даже больше. Ради этой идеи его поселили в центре Малика на перевоспитание.
  - Довольно глупая, но наверняка сработающая, - чему-то кивнул Тоэдо. - Эти ублюдки со своей фальшивой честью носятся, как с трижды клееной бабушкиной хрустальной вазой. Поэтому, точно сработает. Но, мне все равно это не нравится. Не люблю быть рыбаком при приманке. Вообще не люблю эти игры с приманками. Но в этот раз другие выходы из ситуации еще хуже.
  Тэдэр заподозрил, что разыгрывать приманку придется ему. Слишком уж виноватый взгляд у Тоэдо, плохо сочетающийся с его характером виноватый взгляд.
  С другой стороны, сам ведь решил, что заплатит. Сделает все, что потребуют. Попробует сыграть честно, в первую очередь с собой. Вот только здесь и сейчас не мог сообразить кто на него может клюнуть. Торгашам с развалившегося союза на эфемерные понятия вроде чести всегда было плевать. А больше он вроде никому настолько сильно не насолил. Хотя кто знает? Может, сделал и не заметил.
  Забавно обнаруживать в себе скрытые таланты о которых даже не подозревал.
  
  
  Все оказалось и проще и сложнее, чем успел себе навоображать Тэдэр. Нет, его не пошлют на переговоры, не попросят опять сыграть роль работорговца и даже торгашам не пообещают его голову в обмен на что-то. В дверь постучалось гораздо более отдаленное прошлое. Тэдэра попросили опять петь. В своей группе, правда, без Анжела.
  Рик Тьял решил возродить легенду.
  Нет, не так.
  Рика Тьяла попросили возродить легенду. Напомнить, провести тур и надолго остаться именно на той планете, возвращаться на которую Тэдэру хотелось меньше всего. Он там умирал и ему не понравилось.
  Рику Тьялу пообещали большие деньги и живого, а местами даже здорового солиста, пропавшего безвести.
  Рику Тьялу обещали рекламу, поддержку, защиту и даже гражданство для него и его дочери.
  И Рик Тьял не смог отказаться. Он ведь умный.
  - Когда? - спросил Тэдэр, пытаясь понять, какая из сразу же появившихся проблем главная.
  - Начало примерно через три месяца, может, через четыре. Яцуоми как раз обещает завершить первую стадию твоего обучения, - задумчиво произнес Малик. - Месяц уйдет на шумиху вокруг возрождения легенды. А потом начнутся концерты.
  - Ага, - сказал Тэдэр, наконец выделив основное. - Только я пою не очень хорошо, главным голосом был Анжел. Мои были стихи. Но их сочинять я тоже сейчас не умею. Наверное, я только притворялся, что их сочиняю.
  Даниил Лис тихонько хихикнул и сделал вид, что его сильно заинтересовал пейзаж за окном.
  Малик Тоэдо мрачно кивнул.
  - Любили больше тебя, - сказал с такой уверенностью, словно лично проводил опрос оголтелых фанаток. - Так что не в голосе дело. А стихи... Стихи дело такое. Не думаю, что можно притворяться, что умеешь их писать. Скорее ты сейчас притворяешься, что не умеешь. Это как с дракой. Сколько на словах не убеждай, а стоит только дойти до дела и все почти мгновенно выяснится. Подумай над этим. Хоть оно и не важно. Петь ты будешь старые песни. Так что готовься.
  - Ага, - выдохнул Тэдэр.
  Почему-то слова о том, что он просто притворяется, что не умеет писать стихи, ему понравились. Теплая волна разлилась по телу и стало спокойно-спокойно. Можно попытаться вернуть былого себя.
  Нет, не так. Можно попытаться вернуть то, что до сих пор нравится в том мальчишке и забыть как страшный сон все остальное.
  Все будет хорошо. Все получится. Семейка неизвестной аристократочки клюнет на наживку и помчится защищать ее честь. Не важно, для чего эти ненормальные ангелам. Важно, что Тэдэра защитники чести не получат. На этот раз ему помогут, если сам не сумеет справиться.
  А еще хотелось вспомнить, понять и почувствовать. Поймать ту странную легкость, которая позволяла ритмично сплетать слова и превращала довольно наивные мысли во что-то большее, чему верили.
  Хотя, если и получится перестать притворяться, стихи все равно будут другими. Потому что сочинять их будет другой человек.
  Интересно, они будут лучше или хуже?
  И, наверное, все совсем неплохо. Уже сейчас. Он ведь и раньше своей жизнью рисковал, причем не ради чего-то, просто по глупости или со скуки.
  - Я не позволю тебе умереть, - мрачно сказал Малик Тоэдо. - Обещаю.
  Прозвучало твердо и весомо, как и полагается настоящему ангелу.
  Мысли они тут все читают? Или это у одного бывшего бродяги все на лице написано? Помнится, раньше умел скрывать свои чувства, а сейчас...
  А сейчас оно не нужно. Пускай знают.
  Ангелы ведь всегда держат данное слово. Точнее, слово данное жителю Крылатого Королевства. Значит не позволит. Тэдэр ведь почти стал таким жителем, только и осталось получить свободу распоряжаться собой.
  Просто хотелось в это верить.
  - Я буду петь, - сказал Тэдэр. - Но я не смогу жить как тогда.
  Даниил Лис опять хихикнул, но на этот раз отвернулся от окна, посмотрел на присутствующих так, словно только что их заметил, широко улыбнулся.
  - Наивный ребенок, - промурлыкал как большой кошак. - Думаешь, кого-то когда-то интересовало как ты живешь на самом деле? Они сами придумают твою жизнь. Главное им не возражай, иначе разочаруются.
  - Ага, - сказал Тэдэр. Еще один философ на его голову.
  Что ж ему так с этими философами везет? С философами и начинающими психологами. Странный набор.
  
  
  
  
  Погода на улице поменяться не успела, да и сама улица производила все то же забавное впечатление - военная форма украшенная рюшечками. Тэдэр шел, оглядывался и почему-то не задумался о том, куда на этот раз ведет его переговорщик. Хотя то, что не домой, было понятно сразу.
  Потом серые дома сменились стеклянными свечами. Кажется, именно в таких принято обустраивать нечто вроде представительства у местных достойных, близких к правительству, представителей старых семей и прочих желающих продемонстрировать свой статус. До сих пор Тэдэру не случалось забредать в эту часть города. Поэтому он с любопытством оглядывался, самому себе напоминая туриста.
  Лис шагал вперед уверенно, обстановкой не интересовался, казалось, даже не замечал людей торопливо перед ним расступавшихся.
  Тэдэру хотелось ему завидовать. Ему и Малику. Наверное, стальную пружину воли не умеющие видеть тоже как-то ощущают и не стремятся становиться у таких людей на пути.
  Десантник, перед которым разбегаются противники должно быть выглядел забавно.
  - Куда мы идем? - наконец спросил начинающий турист, когда стеклянные свечи начали надоедать своим однообразием.
  - Тебе нужно развеяться, - сказал Лис.
  Серьезно так сказал. Сразу захотелось с ним поспорить.
  - Развеяться? - переспросил Тэдэр.
  - Да.
  - Как развеяться?
  - Увидишь.
  Улыбка у переговорщика была загадочная и не предвещавшая ничего хорошего. У Яцуоми частенько такая бывает.
  - А если я не хочу развеиваться? - с сомнением спросил Тэдэр. Он честно не знал, хочет или нет. С одной стороны - начинающие психологини никуда ведь не делись, а вид у него наверняка пришибленный. Обязательно прицепятся. С другой - Тэдэр подозревал, что Даниил приготовил для него какую-то презабавную шуточку. Презабавную для самого Лиса. Тэдэру оно скорее всего не понравится. С третьей - а куда идти? Яцуоми и Таран вьют свое гнездышко и вряд ли обрадуются гостям. Роман куда-то пропал на два дня. Новообретенные родственники вообще не вариант. Ну их.
  Может, стоило обзавестись друзьями?
  Даниил полюбовался его задумчивой физиономией, хмыкнул и выдал привычное:
  - Тебе понравится.
  - Точно у одного учителя с Яцуоми учился, - пробормотал Тэдэр.
  И как оказалось - не ошибся.
  Впрочем, Даниил Лис тоже был прав. Тэдэру понравилось. С первого взгляда. Еще в тот самый миг, когда он увидел голограмму на всю стену изображавшую мчавшихся куда-то на непонятном транспорте людей.
  Оказывается, в стеклянных свечах бывают представительства не только сильных мира сего. Тут можно найти что угодно. Даже музей-офис полуподпольных гонок, признанных еще три сотни лет назад излишне травмоопасными, но так и не утратившими с тех пор ни своей популярности, ни зрелищности. Это если верить Лису. Небольшую лекцию об истории этих гонок он провел пока шли по длиннющему коридору и петляли между экспонатами, некоторые из которых удивительно напоминали груды металлолома. Тэдэр его слушал, любовался и хмыкал, демонстрируя заинтересованность.
  А потом Лис остановился, выдал широченную улыбку и развернул экскурсанта к невысокому кряжистому мужику в сером комбинезоне.
  - Рив, я тебе пилота нашел! - заорал вместо приветствия Даниил.
  Мужчина, что-то высматривавший через окно медленно обернулся. Кивнул переговорщику, осмотрел Тэдэра с ног до головы, улыбнулся не разжимая губ и покачал головой.
  - Новичок!
  Слово прозвучало как ругательство.
  - Талантливый новичок. Мне Ромка показывал его результаты на тестере - гораздо выше среднего. И это со всеми нагрузками...
  - Плевать на нагрузки. Вид у него неуверенный.
  - Ну, учитывая, что он ветрогоны вживую вообще ни разу не видел, хороший у него вид. Заинтересованный...
  - Ни разу не видел, - ядовито произнес Рив. - Ну, пускай посмотрит, может сам сбежит.
  И куда-то пошел, покачивая головой.
  - Подумать только, они мне уже приводят даже не новичков. Этот вообще ничерта не умеет. И все туда же. Талант. Будущая звезда. А потом вези этих звезд в больницу и думай как объяснить их травмы...
  Бурчал мужик долго. Петлял по узким, плохо освещенным коридорам, напоминавшим лабиринт. Но в итоге вывел в еще одно большое помещение, в центре которого аккуратным рядом висели в метре над полом те самые непонятные транспортные средства, на которых, то ли ехали, то ли летели люди на голограмме.
  - Ветрогоны, - сказал Рив. - Старые, правда. Самый новый почти пятьдесят лет назад летал в последний раз. Зато история у них о-го-го. Любой из них может похвастаться, что его наездник был чемпионом и легендой. "Синий бес" даже тремя. Он братьям Товаго принадлежал, а они люди были занятые и участвовали в гонках по очереди.
  - Здорово, - отстраненно произнес Тэдэр.
  Ветрогоны ему нравились. Они были изящны как корабли Крылатого Королевства, но одновременно была в них какая-то неправильность. Чего-то не хватало. Словно кто-то намеренно провел неуместную линию, отломал какую-то деталь, или это нечто, чего не хватает, появляется только в полете. Узкий вытянутый по-рыбьи корпус, расширяющийся с одной стороны - то ли хвост, то ли голова. Седло. Крепления для ног. Две загадочные выпуклости с обеих сторон седла. Может панели управления, может еще что-то. Выросты-рога, за которые люди на голограмме держались, тоже почему-то с двух сторон. А снизу корпуса три-четыре ряда зубцов, напоминавших чью-то распахнутую пасть.
  Как это летает, Тэдэр даже вообразить не мог. Поднимает его скорее всего обыкновенная магнитная подушка, но вот что эти штуки двигает? На голограмме под корпусами ветрогонов было изображено какое-то завихрение, напоминавшее пылевое облако. Возможно, эта пыль хвостом тянулась за гонщиками, просто ее не сочли нужным показывать. А что может поднять в воздух пыль?
  Да что угодно. Если ее много, достаточно по ней пройтись.
  Еще ветер может подуть...
  А эти, по хищному изящные штуки, называются ветрогонами. Ветер они значит гоняют. Или ветер гонит их? Как воздушные шарики, что ли?
  - Нравится? - спросил Рив, пристально уставившись на Тэдэра. Словно от его ответа зависела дальнейшая судьба гонок, планеты, да и вселенной в целом.
  - Нравятся, - выдохнул парень.
  Очень хотелось разобраться что оно такое. И плевать, что гонки травмоопасны. Для начала он попробует полетать медленно и осторожно. Если оно, конечно, возможно. Мало ли, может у ветрогонов не бывает маленьких скоростей и безопасных режимов.
  
  
  Выползая в третий раз из-под свалившегося на спину ветрогона, Тэдэр уже был готов петь оды и читать хвалебные стихи в честь Даниила Лиса. Если бы не одолженный им малый десантный доспех, один начинающий гонщик как минимум бы уже сломал себе что-то. А так, ничего.
  Потерял равновесие на повороте, лети себе спокойно по избранной траектории пока не приземлишься. Местность пустынная, даже деревья не растут, во что-то врезаться по пути маловероятно. Если повезет, можно даже понаблюдать, как ветрогон кувыркаясь летит в другую сторону.
  Затормозил не вовремя, забыв отключить задний импульсник, тоже ничего страшного. Ветрогон, конечно перевернется. Наездник, естественно, встретится головой с землей и получит транспортным средством по хребту, но оба останутся целы.
  Ветрогон вообще штука прочная, рассчитанная на воздействие сил тянущих одновременно каждая в свою сторону. А человека защитит доспех. Десантники бывает в таких чуть ли не с открытого космоса на планету падают и в худшем случае ломают руки-ноги, если приземляются не так, как требует строгая инструкция. А тут каких-то три метра над землей.
  Тэдэр вздохнул, встал, попытался стряхнуть налипшие травинки и посмотрел на своих новых учителей, взявшихся научить его управлять ветрогоном.
  Оба сияли от радости. Видимо он сделал именно то, что должен был. Или им нравилось наблюдать за его падениями. Разбираться как-то не хотелось.
  Тэдэр еще раз вздохнул, поднял транспортное средство, включил гравиполе, аккуратно уселся, переждал, пока ветрогон перестанет раскачиваться и попытался в очередной раз включить импульсники. По дуге, один за другим. Причем, включать нужно было плавно и быстро, начиная в переднего, пройдясь по всем зубцам и закончив мощным задним. В который раз получилось не очень. Гоночный аппарат встал на дыбы, резко шлепнулся передней частью вниз, чуть не задев землю и едва успев выровняться рванул вперед. Схватиться за руль Тэдэр успел только каким-то чудом. А ведь некоторые, если верить Риву, умудряются на ходу поправлять наклоны импульсников и с помощью второго руля, находящегося за спиной, регулировать ширину магнитной подушки с той или иной стороны. Оно им помогает не терять скорость на повороте. Ненормальные какие-то.
  Полет опять закончился падением. На этот раз просто с ветрогона. Магнитное поле по непонятной причине отключаться не стало. Хорошо хоть импульсники среагировали, а то лови потом эту безумную штуку.
  А, кстати, как ее ловить?
  Тэдэр потряс головой, сел поудобнее и стал ждать идущих в его сторону учителей. Наверное, хотят дать очередной бесполезный совет.
  - На сегодня хватит, - сказал Рив.
  - Что? - переспросил Тэдэр.
  Ему казалось, что не хватит, он только-только начал понимать, на чем пытается летать, ощущать правильности и неправильности начал. Это следовало закрепить.
  - Доспех нужно зарядить, - виновато сказал Даниил. - У него маловато энергии для таких нагрузок. Да и у Рива полно дел, а без сопровождающего он давать нам ветрогон не имеет права. Даже учебный.
  - Угу, - сказал Тэдэр.
  Поманили ребенка пряником, а потом сказали - не сегодня, дяди заняты, да и тебе нужно супчика для начала поесть.
  - Я завтра племянника с вами пошлю, - махнул рукой Рив. - Этот бездельник весь день может с вами просидеть.
  - Хорошо, - согласился на племянника Лис.
  - Ну, да. Пускай твой парень тренируется. Задатки у него точно есть. Интересно, что получится.
  А уж как Тэдэру было интересно.
  Но свое мнение он решил оставить при себе. Просто заподозрил, что кто-то попросил Даниила чем-то отвлечь и развлечь начинающего видящего. Непонятно только для чего, но это особого значения на данный момент не имеет. Потом выяснится, так или иначе. А Лис, пока Тэдэр пытался сломать ветрогон, переговорил с Ривом и теперь тот подыгрывает.
  Интриганы.
  Похоже, находящиеся в статусе несвободных попросту недостойны того, чтобы им все говорить сразу и начистоту. Придется это перетерпеть. Чего-то требовать пока рано, да и глупо. А уж потом...
  Что будет потом, Тэдэр честно говоря не знал. Главное, что это "потом" будет.
  
  
  И "потом" было. Разнообразное.
  Вернувшийся Роман пытался наставлять на путь истинный. Он был как всегда добр и мягок и, в отличие от начинающих психологинь, не надоедлив.
  Яцуоми не уставал доказывать, что в ученики ему подсунули бездаря, всячески измывался и умудрялся чего-то добиться. Зачастую чего-то совсем уж неожиданного. Однажды Тэдэр даже понял, что неплохо видит в темноте. Точнее не видит, а непонятным образом ощущает стены, предметы, людей. Можно вообще закрыть глаза и спокойно идти.
  Лис язвительно хихикал. Старался казаться хуже, чем он есть. И всегда находил время для тренировок с ветрогоном. Словно любимого сына водил. Оправдывался он тем, что собирается поставить на победу Тэдэра деньги. Не сейчас. Потом. Попозже. Когда Тэдэр вплотную приблизится к чемпионству. Или хотя бы окажется от него недалеко, чтобы неожиданно заскочить на пьедестал. Так будет даже интереснее.
  В талант начинающего гонщика он верил свято.
  Или успешно делал вид, что верит.
  А Тэдэру было легко и спокойно. Словно он наконец нашел свое место. И не беда, что через несколько месяцев это спокойствие разрушится. Утечет, как вода сквозь пальцы. Просыплется песком через сито и оставит застывшие слезинки - никому не нужные кристаллы.
  И одному парню впервые в жизни придется шагнуть назад. Много раз шагнуть. Чтобы вернуться к тому моменту, когда он умел писать стихи.
  Почему-то сейчас кажется, что это будет вовсе неплохо. Но думать об этом все равно не хотелось. Потом. Время еще есть. А сейчас следует наслаждаться спокойствием и превращаться в гонщика. Просто чтобы оправдать странноватые надежды Даниила Лиса.
  Весело ведь будет.
  Дни шли за днями. Постепенно сложились в неделю. Потом в еще одну и еще.
  Рив, полюбовавшись как Тэдэр лихо останавливает ветрогон, решил, что его уже можно попробовать на гонке новичков. О чем торжественно и сообщил.
  Лис расцвел какой-то загадочной улыбкой. Предвкушающей и пакостливой, напомнив его же бывшую подчиненную, все еще ищущую подходящиее для подарка кресло. И Тэдэр заподозрил, что опять умудрился во что-то вляпаться. Вот только не мог сообразить когда и каким образом. Вроде в ученики ни к кому не напрашивался. Опрометчивых обещаний не давал. Да и мстить не собирался...
  Впрочем, нужно было просто дождаться гонки и все выяснится само собой.
  И Тэдэр решил потерпеть. Чуть ли не впервые в жизни.
  Непривычное ощущение - ожидание.
  
  
  
  
  - Ты не должен это делать.
  Тон был далек от приветливого. Слова падали, как камни. Тяжело, весомо. И если бы это сказал Яцуоми, Тэдэр бы по крайней мере задумался. К сожалению, говорил Дерек Сато, появившийся перед начинающим гонщиком, как призрак вышедший из стены.
  - Что делать? - переспросил Тэдэр, хотя отлично понял, чего от него хотят на этот раз.
  Гордая семья, чтоб ее.
  - Ты не должен в этом участвовать, - требовательно произнес Дерек и посмотрел так, словно был уверен, что Тэдэр сейчас вздохнет, поставит шлем на полочку и тихо уйдет напиваться с горя.
  Как же, семья запретила. Честь и достоинство чуть было не задел негодным поведением.
  Идиотизм.
  - Это вам я ничего не должен, - напомнил Тэдэр и шагнул вперед.
  Дерек шарахаться не стал. Он улыбнулся, точнее оскалился, злобно и несдержанно, словно перестал быть неспособным на сильные чувства существом.
  - Только посмей! - рявкнул и наклонился вперед, будто едва удержался от того, чтобы залепить затрещину несносному мальчишке, решившему попрать родовую гордость. - Никто из нашего дома никогда не будет участвовать в подобных противозаконных развлечениях.
  - Ага, - ухмыльнулся Тэдэр. - Вы если нарушаете закон, то только по крупному. А тут я со своими мелочами.
  Нужно было уйти. Сразу, как только увидел тощую фигуру новообретенного родственника. Заткнуть чем-то уши и уйти. Гонщик обязан быть спокойным. Эту истину до Тэдэра ежедневно пытались донести все кому не лень. Даже девчонки-психологини два дня назад подключились и предложили свои услуги по оказанию помощи в достижении этого спокойствия. Пришлось вежливо отказываться. Не объяснять же им, что после их помощи от спокойствия даже ошметков и осколков не останется.
  - Дерек, уйдите с дороги, - довольно вежливо попросил Тэдэр.
  Он бы его конечно мог обойти. Возможно, защитник семейной чести даже за руки хватать бы не стал. Наверняка бы не стал, не тот человек. Но обходить не хотелось, дело принципа - заставить противника отступить и отойти.
  - Что ты себе позволяешь? - раздраженно спросил Дерек. - Кем ты себя возомнил? Ты обязан следовать...
  - Обязан?! Кому?!
  Может этот придурок пьян? Просто по нему незаметно.
  Тэдэр себя чувствовал каким угодно, только не обязанным чем-то новообретенной семейке. Еще бы лет сто их не видеть и ничего о них не знать.
  - Вы вышвырнули мою маму и меня не только из своего драгоценного дома, даже с планеты, как каких-то беспородных собак, путающихся под ногами! И теперь ты утверждаешь, что я чем-то вам обязан?! Я вообще должен вас ненавидеть. Всех! Каждого без исключения! Только не говорите мне про родную кровь, начхать вам было на кровь! Или желаете убедить меня, что ничего не знали, ни о чем не догадывались, а виновата одна только мамаша моего отца?!
  - Да как ты...
  Дерек несколько раз открыл и закрыл рот, силясь подобрать слова. Потом взмахнул рукой, глубоко вдохнул и выпалил, как мальчишка, решивший идти ва-банк:
  - Думаешь, сирота из приюта, с не лучшими оценками и сомнительным поведением, действительно мог поступить в приличную школу без чьей-либо помощи?!
  - Ага, - выдохнул Тэдэр и зло прищурил глаза. - Так вы знали где я, чем живу и решили меня облагодетельствовать. Поучиться отправили. Профессия конечно не престижная и много с ее помощью не заработаешь, но с голода не сдохну и ладно. Ваша коллективная совесть чиста, светла и благоухающа...
  Дерек удивленно вытаращился, похоже, ожидал какой-то другой реакции.
  Интересно, с чего бы? Вроде им с самого начала было сказано, что родственных чувств нет и не предвидится, и вливаться в эту семейку совершенно не хочется.
  - Ты не понимаешь, - попытался сказать еще что-то важное Сато, но Тэдэр слушать не хотел.
  Какая разница кто и что скажет? Прошлое не изменить, а свое отношение к нему менять не хочется.
  - Вы убили мою маму, вы лишили ее малейшего шанса поселиться на одной из тех планет, которые она считала подходящими для жизни. Заставили ее рисковать ради призрачного шанса. Вы ее убили, понятно? И я вам ничего не должен. Я вовремя сбежал и не стал учиться там, куда вы меня запроторили. Так что предъявляйте счета кому-то другому. А у меня гонка! С дороги!
  Как ни странно, на этот раз Дерек отступил. Наверное увидел что-то совсем уж нехорошее в глазах оппонента.
  Хотя что там можно было увидеть, кроме злости?
  А теперь нужно успокоиться.
  Просто успокоиться и ни о чем больше не думать. Гонка - самое важное. Родственнички никуда с планеты не денутся. Мама не воскреснет. Хорошее настроение быстро не вернется. Последнее может и к лучшему, меньше будет отвлекать окружающая обстановка, но успокоиться все равно необходимо.
  И будь что будет.
  
  
  
  Успокоиться так и не получилось. Безумно хотелось вернуться и врезать Сато по физиономии. Еще казалось, что вел себя он странновато, только никак не получалось выловить эту странность. Вроде бы все логично. Кого еще могли послать требовать и устрашать? Не девочку-ангелочка же. Но все равно, что-то было не так.
  Может Сато действительно выпил для храбрости?
  Хотя кого ему бояться?
  В общем и целом, мысли были нерадостные и сумбурные. Сосредоточиться на том, что ему говорят Тэдэру никак не удавалось. Казалось, еще мгновение и он вообще провалится в мир в себе, к желтоглазому кошаку и заснеженным горам. Или очередная неконтролируемая волна накроет. А Романа рядом нет. Роман гонки не одобряет, хотя отговаривать не стал. И беловолосой девы тоже нету. У нее дела, которые гораздо важнее страдающего тихой истерикой парня.
  Или это не истерика?
  Люди рядом с Тэдэром все еще пытались что-то объяснять, но их голоса сливались в ровный гул с голосами других таких же объясняющих.
  Наверное, следовало присмотреться к соперникам, к их ветрогонам, попытаться оценить что-то. Вместо этого Тэдэр бездумно пялился на ровный серо-зеленый степной пейзаж, над которым предстояло лететь. И думалось почему-то о сером цвете, теплом горьковатом запахе, о подсвеченном солнцем облаке, похожем на подтаявшее мороженое, о мелких птичках, которые с писком кого-то гоняли. Интересно, эти птички сообразят убраться с пути когда стартуют ветрогоны?
  Тэдэр глубоко вдохнул, закрыл глаза и попытался очистить сознание от посторонних мыслей.
  Первое - необходимо хотя бы посмотреть на соперников. Ну и что, что эта гонка первая для всех без исключения. По тому насколько волнуются, как храбрятся, что делают можно попытаться что-то понять.
  Второе - нужно сосредоточиться на объяснениях и на самой гонке. К черту птичек и облака. Ветрогон важнее.
  Ветрогон, он вообще ненадежная штука умеющая кувыркаться, падать и во что-то врезаться. А еще он же дает ощущение полета. Настоящее такое, словно крылья выросли. Когда от любого движения человека, от малейшего наклона, резкого поворота головы, неловкого взмаха рукой может поменяться направление и скорость. Ветрогон словно становится продолжением человеческого тела. Иногда неловкого тела, способного само себя поранить на ровном месте.
  Когда Тэдэр это понял, стало как-то жутко и весело.
  Интересно, ангелы, когда у них появляются крылья, что-то подобное ощущают?
  Гонка и соперники.
  Тэдэр глубоко вдохнул и повернул голову направо, где темнокожий парень неуверенно переминался перед светловолосым верзилой, потеряно озирался и, похоже, не понимал что он тут делает и как оказался. Еще один неспособный сосредоточиться.
  Справа от темнокожего парня стояла тоненькая девушка осторожно поглаживающая свой ветрогон и что-то ему шепчущая. Словно с живым существом разговаривает. Но, может, она права и именно так и нужно делать?
  Тэдэр еще раз вдохнул, посмотрел на мрачного Рива, тут же заподозрив, что пропустил что-то очень важное, но переспрашивать не рискнул. Как-то оно будет. Или кто-то повторит, раз настолько важно. Положил ладонь на сиденье своего ветрогона и попытался что-то почувствовать, что-то похожее на жизнь, или на одного из тех духов, в которых упорно верит Яцуоми. Сиденье было теплое, и шершавое. Настоящее такое, что захотелось улыбаться. Просто стоять и улыбаться. Только казалось, что оценив эту улыбку, Рив точно отменит участие в гонке странноватого парня, приведенного переговорщиком. Поэтому Тэдэр сдержался и посмотрел налево.
  Пухленький коротышка стоял в расслабленной позе и странновато улыбался, словно пребывал не в этом мире. Тощий и высокий парень наоборот был мрачен и почему-то напоминал одинокое сухое дерево с обломанными ветвями. Еще двое непонятных типов ходили кругами вокруг ветрогона и по очереди под него заглядывали, словно боялись, что им туда кто-то что-то подложил. Глядя на них хотелось хихикать и Тэдэр неожиданно для себя понял, что изучать соперников вживую не лучшая идея. Может они специально так себя ведут. Понять бы еще для чего.
  - Успокойся, - велел Рив.
  Тэдэр вздрогнул, удивленно на него посмотрел и поспешил заверить:
  - Я спокоен.
  - Да? - удивился Рив. - Тогда перестань отвлекаться. У тебя совершенно потерянный взгляд. Словно ты сам не понимаешь, что будешь делать. Это очень плохо. Если собираешься что-то сделать хорошо, делай только это, думай только об этом. Забудь обо всех остальных проблемах на время. Здесь и сейчас существует только гонка. В данный момент она для тебя важнее.
  - Я понимаю, - вздохнул Тэдэр.
  Не объяснять же теперь, что изо всех сил пытаешься именно сосредоточиться. А мысли перескакивают с родственников на пейзажи, с пейзажей на заговоры, с заговоров на волну в которой успешно уже несколько раз тонул начинающий видящий...
  Интересно, а Даниил Лис сказал этому доброму человеку, что начинающий гонщик - видящий? Вдруг, видящим вообще запрещено участвовать в виду особых способностей и подозрений в нечестной игре?
  С другой стороны, на Гловер до недавнего времени вообще в разных аномалов-экстрасенсов не очень верили. Да и сейчас привычно пытаются списать все на мутации.
  Об этом тоже, наверное, пока лучше не думать. Главное ведь гонки.
  Когда дали команду готовиться к старту, Тэдэр все еще пытался сосредоточиться. Получалось чем дальше, тем хуже. Словно Сато каким-то совсем уж неимоверным способом сумел как-то воздействовать. А ощущение приближающейся волны нарастало. Хотя этого вообще не могло быть. Тэдэр научился видеть, волна теперь для него не опасна. Он сумеет выплыть и решить что делать. Даже не так, он мгновенно вынырнет и вернется в реальность. Достаточно просто моргнуть.
  Проблема только в том, что участвуя в гонке моргнуть можно не успеть.
  С одной стороны, конечно не убьется.
  С другой - слететь с ветрогона ни с того ни с сего на глазах изумленных зрителей совсем не хочется. Да и Рив не поймет с чего вдруг. Гонка не самая скоростная, а держать равновесие на скорости, которая допустима для новичков, Тэдэр научился даже лучше, чем тот ожидал.
  С третьей - а как объяснить тому же Риву желание сойти с дистанции еще до начала? Не испугом же. А рассказывать о видящих, волнах и всем остальном слишком долго. Старт будет дан через несколько минут.
  Наверное, лучше бы сошел без каких-либо объяснений.
  Стартовал Тэдэр нормально, даже на какое-то время перестал думать о посторонних вещах. Только, как оказалось, они не перестали думать о нем. А наматывание кругов вокруг сигнальных столбов-голограмм уже после пятого круга стало привычным делом, лететь можно было автоматически. Перегонять ушедших вперед Тэдэр пока не пытался. За шестьдесят кругов может случиться что угодно, а тройка лидеров слишком уж рьяно начала делить первое место. Кто-то даже умудрился пролететь сквозь столб, получив свои штрафные баллы. И где-то на седьмом круге Тэдэр опять почувствовал приближающуюся волну, даже кончики пальцев начало покалывать.
  Возможно, даже тогда сойти было еще не поздно. Изобразить вылет, кувыркнуться, приложиться об землю и позорно похромать к своей команде, каяться и отдыхать. Но Тэдэр решил не поддаваться. Захотелось побороться. Довести начатое до конца, до хоть какого-нибудь, если не победного.
  Скорость потихоньку увеличивалась. Круг мелькал за кругом. Кто-то пытался Тэдэра обогнать. Очень неудачно пытался, попал под завихрение воздуха, хвостом тянущееся за гравилетом и срикошетил куда-то в сторону, наверняка потеряв кучу времени на возвращение. Ветрогон Тэдэра даже не качнулся. Он инстинктивно, не задумываясь даже на мгновенье, наклонился влево, погасив толчок от удара.
  А волна подбиралась все ближе. Даже шум уже слышался. Или это свист ветра?
  И неясно откуда она вообще взялась. Сато с его претензиями не мог быть таким потрясением. И ничего способного повлиять на сознание Тэдэр вроде не ел, не пил и даже не вдыхал...
  Или вдыхал сам того не заметив?
  Проклятый родственник стоял очень близко и мог что-то незаметно отвинтить, разбрызгать, выпустить на волю. Что-то способное повлиять на видящего.
  Только для чего ему это?
  - Сволочь, - прошептал парень.
  Теперь сойти и проиграть хотелось еще меньше. Возможно, именно на это Сато и рассчитывал. А если не сходить, то нужно как-то пережить волну, не позволив ей заставить тело дернуться, зависнуть в странной позе, отключиться на мгновение, которого хватит для того, чтобы потерять равновесие.
  О гонке Тэдэр больше не думал, просто летел. Появившаяся проблема оказалась гораздо интереснее.
  Остановить волну невозможно. Из нее можно выплыть только после того, как она накроет с головой. Уходить под эту ненастоящую воду с головой как раз нельзя. Остановиться, позволить накрыть, а потом лететь дальше? Тоже не выход. Возможно, это будет нарушением правил, Тэдэр точно не помнил. А если и не нарушение, то набирают скорость ветрогоны не мгновенно и пока опять разгонишься, соперники успеют пролететь три-четыре круга. Продолжать в этом случае просто бессмысленно. Разве что назло Сато и семейке его подославшей.
  Волна бросает необученных видящих в глубины их сознания. С обученными этот номер уже не проходит, они способны удержаться за мир и просто смотреть, словно сами этого захотели. Не контролируются только первые мгновения.
  Тэдэр хмыкнул, удивился появившейся идее, улыбнулся и резко рванул вперед, пытаясь получить немного свободного пространства для эксперимента. Лидеров он все еще не догнал. Преследователь не ожидавший такой прыти немного отстал. Он, конечно, сократит дистанцию, но время есть.
  Интересно, что будет, если нырнуть в видения не дожидаясь волны? Может ее пронесет над? Или она колыхнет, ударит по мозгам, но уже не так сильно?
  Очень интересно.
  И можно ли управлять ветрогоном, видя мир иначе?
  Это тоже стоило проверить. Не сейчас, конечно, еще на тренировках. Но тогда не догадался, а теперь выбора нет.
  - И будь что будет.
  Тэдэр глубоко вдохнул, стараясь стать спокойным-спокойным. Выдохнул и прищурил на мгновенье глаза, чтобы широко их открыв увидеть мир другим.
  Серо-зеленая степь превратилась в море колышащегося тумана, расчерченное желтыми солнечными бликами. Кажется, тут близко под поверхностью вода, а еще в траве прячется много камней. Хвосты воздуха, тянущиеся за летящими впереди ветрогонами, стали видимыми, превратились в меняющийся морозный рисунок, почему-то трехмерный. Фигуры гонщиков окутались разноцветным сиянием. Ничего толком рассмотреть невозможно, далековато, но то, что у крайнего слева слишком много красного - нехорошо. Нельзя сидя на ветрогоне излучать злость. Обозленные люди способны наделать глупостей. Наверное это он пролетал сквозь столбы.
  Столбы, кстати, стали невидимыми, но Тэдэр почему-то ощущал где они находятся.
  - Теперь посмотрим, - сказал парень.
  Ветрогоны всегда летят на заданной при старте высоте. Росказни о том, как кто-то посильнее разогнавшись перепрыгнул через соперников либо неправдивы, либо заканчиваются исключением героя из гонок за нарушение одного из основополагающих правил. Менять настройки высоты нельзя.
  Вылетать за пределы трассы ограниченной столбами тоже нельзя, но наказание не столь сурово, всего лишь штрафные очки, которые при особом невезении могут превратиться в отставание от соперников, которых на самом деле перегнал.
  А проскочить между ветрогонами не зацепив хвосты... Рисковано. Великие гонщики делать это умеют, а также они умеют сбивать хвостами желающих обогнать. А тут все новички. Один даже оказался неспособен проскочить между ветрогоном и краем трассы. И значит... Если нужна победа, то это выход, ведь Тэдэр видел мимо чего нужно пролететь.
  Но сначала нужно дождаться волны и лишь потом думать, насколько честной будет такая победа.
  
  
  Волна пришла только после пятидесятого круга, словно все это время не могла догнать. Ударила по голове, заставив пространство басовито бамкнуть, как огромный колокол. И умчалась куда-то дальше, словно преследуемый человечек перестал быть ей интересен.
  Тэдэр даже разочаровался. Так готовился, столько думал и ничего в результате.
  Лидеров он решил не обгонять. Они к тому времени успели столько раз вывалиться за пределы трассы, что их наверняка после подсчета штрафных баллов обойдет половина соперников.
  А на финише Тэдэра поджидала целая делегация. Довольная-довольная. Даниил Лис сиял так, словно сумел сделать величайшую пакость в своей жизни, на фоне которой трехногие табуретки для проштрафившихся подчиненных заметно меркли. Малик спокойно улыбался и щурился на солнце. Его жена, вцепившаяся в мужнину руку с любопытством осматривалась и сияла такой улыбкой, что к ее ногам должны были уже начать падать все присутствующие мужчины. Яцуоми старательно изображал спокойствие. А Роман и Сато о чем-то тихо переговаривались и выглядели счастливыми людьми.
  - Зараза, - сказал Тэдэр.
  Кажется он понял чего эта подозрительно дружная компания изначально от него добивалась. Обучение, чтоб его.
  
  
  
  - Ты обижаешься, - сказал Роман.
  Тэдэр тихонько хмыкнул.
  - Нельзя было иначе. Иначе бы оно заняло слишком много времени, - объяснил Яцуоми. - Тебя практически невозможно заставить сделать что-то сразу и правильно. Ты слишком много думаешь, выдумываешь себе непреодолимые проблемы, сомневаешься. А так, сделал, то что должен был, просто потому, что не знал, что именно это сделать необходимо.
  - Что я сделал? - спросил Тэдэр.
  Учителя его уже начали доставать. Малик увел свою жену любоваться планетой. У Даниила нашлись дела. А эти сидят и успокаивают, как ребенка. Ладно Роман, ему положено. Но у Яцуоми откуда такая забота?
  - Научился не просто смотреть. Ты научился смотреть не застывая статуей и не прекращая заниматься чем-то не менее важным.
  - Я и раньше умел, - сказал Тэдэр, вспомнив, как брел за переговорщиком к Малику.
  - Нет, не умел. Ты мог, конечно, куда-то идти или что-то есть. Но более сложные действия тебя сразу же выбрасивыли из видения. Я проверял, - сказал Яцуоми.
  - Проверял? - переспросил Тэдэр.
  - Апельсином в тебя бросал, - объяснил азат. - А еще пытался заставить защищаться в спортзале. Но ты предпочитал получить по своей дурной голове и вырубиться.
  - Ага, - вздохнул Тэдэр вспомнив эти эпизоды. - И что теперь?
  - Продолжим обучение, - улыбнулся Роман.
  - У тебя маловато времени до того, как придется покинуть Гловер ради турнэ возрожденной легенды, - добавил Яцуоми. - Нам нужно успеть научить тебя как можно большему. Хотя бы заставить понять как и что делается. Почему-то кажется, что оно тебе пригодится.
  - Родственники с наркотиками в кармане больше не помогут, - задумчиво сказал Тэдэр. - Я теперь буду еще более подозрительно к ним относиться. Они мне не нравятся.
  - Зря, кстати, - сказал Яцуоми. - Среди них есть достойные люди.
  - Мы еще что-то придумаем, - безмятежно пообещал Роман.
  И с ними хотелось согласиться.
  Да, есть, но пускай они просят, требуют и пытаются понравиться. Тэдэр прекрасно жил уйму времени без них, обойдется и дальше.
  Да, придумают. И ноовобретенная паранойя в случае чего не поможет. Эта парочка успела неплохо изучить Тэдэра Бранко. И отвлечь знали чем, и как разозлить поняли. Именно злость на родственников помешала заметить подозрительных запах, злость она вообще отупляет. И то, что он назло Сато не пожелает остановиться и признать поражение знали.
  Гады они.
  Но хорошие гады, почти родные.
  
  
  
  Прошлое и настоящее.
  
  
  Все, что было забыто.
  
  Неделя пролетела очень быстро. Просто куда-то делась. Тэдэр даже не понял, чем именно все это время занимался. Вроде бы, ничем полезным. Даже Яцуоми почему-то успокоился в своем учительском рвении и был задумчив, а временами еще и рассеян. А потом, вообще взял и куда-то пропал, не сказав ни слова. И Тэдэр не сразу сообразил, что он, наверное, отправился знакомиться с родственниками невесты.
  По прошествии недели, и через день после исчезновения Яцуоми, опять появился Даниил с очередной интересностью. Тренировался на ветроловах Тэдэр уже без него, и переговорщику, наверное, не захотелось оставаться не у дел.
  Ну, или ему опять кто-то дал задание развлечь и увлечь заскучавшего видящего, который от тоски даже подрался с каким-то амбалом в баре.
  Даниил к заданию приступил незамедлительно. Забрал драчуна из участка, заплатив за него выкуп и пообещав возместить ущерб, и, весело насвистывая, куда-то повел. Даже не сказав ничего.
  Тэдэр терпеливо шел следом.
  Потом столь же терпеливо примерял легкую десантную броню, успешно маскирующуюся все под те же летные комбезы.
  Зачем это было нужно, Лис сначала не говорил, а потом выдал лекцию о рыбалке и том, что наживку особо зубастые рыбины могут откусить вместе с крючком. И лучше бы этой наживке быть прочной. Чтобы, как минимум, подавились, а как максимум, не смогли сожрать.
  Тэдэр в ответ только вздохнул и не стал говорить, что все эти десантные брони, даже легкие, чертовски неудобные штуки. И от легких пользы, на самом деле, не так и много. А тяжелую ему примерить не дали, потому что не пригодится. Не будет же он ходить в ней по городу, пугая население.
  Следующий номер развлекательной программы оказался гораздо интересней списанной, но все еще прочной и рабочей брони.
  Тэдэра впервые пустили на орбитальную страж-станцию, напичканную разнообразными кораблями. Там ему пришлось сдать экзамен на полетный допуск, временный, правда, после чего его действительно допустили к полетам. Почему-то на мелких осах - корабликах быстрых и с преотличной маскировкой, но хрупких и годящихся только для скоростного улепетывания, после того, как попытка что-то тихонько разведать с треском провалилась.
  Тэдэр с удовольствием пошнырял по разрешенному сектору, вполне успешно спрятался за смерзшейся глыбой какого-то мусора, возможно, когда-то бывшего кораблем или спутником, а потом неохотно вернулся.
  - Молодец, - похвалил Лис и задумчиво добавил: - Может и выживешь.
  - Думаешь, мне придется удирать прямо посреди концерта? - полюбопытствовал Тэдэр. - А оса будет стоять за кулисами, маскируясь под деталь декораций? Или под обородувание? Усилитель новейшей системы...
  - Все может случиться. И если чего-то никогда и ни с кем не случалось, это вовсе не значит, что и ты избежишь этой участи, - рассудительно заявил Данил и, выдав широченную улыбку, добавил: - А оса будет маскироваться под десантный бот, соединенный с твоей каютой. А то мало ли что этим идиотам придет в головы? Вдруг они решат поиграться в пиратов?
  - И тогда я запрыгну в осу, расхохочушь на общей линии, сообщу пиратам, что они придурки и меня там уже нет, а потом стану драпать, героически отвлекая их от корабля.
  - Кто знает, - почему-то не стал спорить Лис.
  - Ладно, - терпеливо сказал Тэдэр. - Вы все гении. Очень предусмотрительные гении. Но мне там в первую очередь придется играть на гитаре, петь, вести себя как придурок и...
  - На счет придурка ты абсолютно прав, - подозрительно засиял Даниил.
  Тэдэр заподозрил, что над ним либо издеваются, либо ждали, пока он сам осознает, во что именно влип.
  - Знаешь, почему у Белой Земли провалилась программа с их клонами?
  - Какая еще программа? - мрачно спросил Тэдэр.
  - Видимо, не знаешь, - сказал Даниил. - Ладно, пошли, посидим.
  
  
  Посидели они в итоге в баре.
  Лис сразу же заказал крепкий кофе и соленые сырные палочки. Тэдэру, хотевшему пива, он посоветовал попить апельснового сока и пожевать петрушки. Оно, по его мнению, здорово прочищало мозги и помогало усваивать информацию. Еще лучше, конечно, работали табуреты без одной ножки, но в баре вряд ли разрешат ломать мебель.
  Тэдэр хмыкнул, и тоже потребовал кофе и сырных палочек, заверив Лиса, что информацию и так усваивает неплохо.
  А усваивать было что.
  Сначала Даниил рассказал о Белой Земле и ее попытке заменить каких-то нужных людей на клонов. Нужные люди имели какое-то отношение к правительству мелкого созвездия, которое Белая Земля хотела тихонько прибрать к рукам. Созвездие там было действительно слабенькое и прибрать его было не сложно. Просто, до какого-то момента, оно было никому не нужно, а потом резко понадобилось чуть ли не всем соседям сразу. Почему, история умалчивает, но все сразу же стали предлагать защиту и содействие. А правители созвездия оказались достаточно нахальны для того, чтобы потихоньку что-то получать от всех, раздавая обещания и заседая над никак не желающими изменяться законами. Вот Белая Земля и решила ускорить процесс в свою пользу. Для чего вырастили клонов, обучили их в процессе и попытались заменить ими какие-то ключевые фигуры.
  - Ага, - сказал Тэдэр. - И на чем эти клоны погорели?
  - На наблюдательности родных и близких, а после, на беседах с психологами. Понимаешь, личность клона невозможно сформировать абсолютно так же, как и у донора. Там слишком много факторов влияет. Иногда совсем незначительные и незаметные оказывают такое влияние, что и не поверишь, если не будешь знать. В общем, это была последняя попытка применить клонирование в чем-то действительно полезном. Она, как и все предыдущие, благополучно провалилась.
  - Ага, - сказал Тэдэр и захрустел сырной палочкой. - А мне эту печальную историю зачем знать?
  - Так, на случай, если ты попытаешься скопировать себя шестнадцатилетнего. Ты не сможешь, получится очень фальшиво. Даже если ты себя вспомнишь и прочувствуешь... ну не может человек за столько времени не измениться. Так что не занимайся глупостями. Просто найди в себе основу, яркую черту, которая могла сохраниться. Этого хватит.
  - Хм, - сказал Тэдэр. - И кто тебя попросил мне это сказать?
  - Яцуоми. Он сначала не успел, а потом забыл. Или наоборот? - Лис нахмурился и немного посмотрел в кофейную чашку. - Ладно, не важно. Просто запомни и не теряй время на глупости.
  Тэдэр пожал плечами, немного подумал и сообразил, что именно все это время упускал из вида.
  - Подожди, - сказал, пристально уставившись на Лиса. - А как же тогда сородичи Зои кем-то притворяются? Они ведь даже не специально выращенные клоны.
  - А они работают в паре с видящим. Чтобы ты знал, видящие запросто обманут и психологов, и родственников, и...
  - Видящий смотрит на нужного человека и говорит, что и в каких пропорциях должно быть? - спросил Тэдэр.
  - Не знаю. Никогда не интересовался, - легкомысленно сказал Даниил.
  - Врешь, - уверенно отрезал Тэдэр.
  - Ага. А еще видящие лучшие детекторы лжи из возможных, - сказал Лис, но развивать тему не стал. Вместо этого взял чашечку и продолжил с удовольствием пить кофе.
  Тэдэр немного посверлил его взглядом, а потом задумчиво хмыкнул.
  - Дань, зачем вообще нужны видящие? Ну, кроме работы в паре с метаморфами.
  - В дипмиссиях всегда есть несколько видящих. Еще они способны увидеть опасных невидимок, в случае чего, но эту историю пускай тебе расскажет Малик, она, вообще-то, засекречена. Ну, или у какого-то тишодца спроси. Им на эту засекреченность начхать и наверняка знают все до одного. И когда дело касается других разумных, видящие тоже могут пригодиться, особенно в паре со специалистом соответствующего направления. Тэдэр, видящие, на самом деле, очень полезны. Будь это не так, кто бы стал терпеть вас? Вы ведь ненормальные. Эта ваша способность на ровном месте менять психотип и превращаться непойми в кого, она ведь не только вас с ума сводит. Вы слишком опасны. И... Собственно, возможно, тебе это говорить еще рано, но, умея, ты сможешь менять эти проклятые психотипы по собственному желанию. Представляешь?
  Тэдэр глупо заморгал.
  - Не представляешь, - константировал очевидное Лис. - Тогда подумай о такой вещи. Все самые совершенные защиты строятся вокруг психологических матриц. Потому что считается, что подделать сетчатку, отпечатки, да даже ДНК не так уж сложно. А вот психотип нереально.
  - Если ты не видящий, - сказал Тэдэр и задумался, пытаясь выловить какую-то промелькнувшую и сразу же исчезнувшую мысль. На нее он не обратил вовремя внимания, а сейчас казалось, что зря это сделал.
  
  
  Искать в себе яркую черту Тэдэр начал с того, что наконец открыл футляр с гитарой, которую ему принесли почти сразу после гонок. Ее якобы вручили за занятое второе место. Так Тэдэр сказал любопытным соседкам, и они долго удивлялись, потому что гитары и ветрогоны, в их понимании, совсем не сочетались.
  В комплекте с гитарой шли усилители, мембранный комбик и преобразователь, который можно было подключить к чему угодно, по заверениям все того же Лиса. На следующий день Тэдэр купил набор медиаторов, разноцветных и ярких, до рези в глазах. Немного подумав, добавил к ним наушники, решив, что комбик пока куда-то спрячет. А потом, еще немного подумал, и выпросил у Даниила отсекатель звуков.
  А получив запрошенный отсекатель, как-то неожиданно растерял весь энтузиазм, и гитара так и осталась стоять в углу, как воплощенное напоминание о том, что время потихоньку уходит и его остается все меньше.
  В футляре кроме гитары больше ничего не обнаружилось, и Тэдэр понял, что зря туда не заглядывал. Купить ремень и стреплоки он как-то не сообразил. Вообще о них не подумал. Поэтому пришлось садиться на кровать и пытаться играть с гитарой на коленях, чувствуя себя при этом полным придурком.
  - Настроить надо, - сказал сам себе, немного послушав жутковатые звуки, которые получились при первой попытке.
  Желание играть на гитаре, и так невеликое, начало таять и испаряться. Тэдэр глубоко вдохнул, приказал себе не расслабляться и подключил инструмент к стационарке. Кто-то, видимо, в этом доме играл на гитаре до Тэдэра, потому что стационарка отреагировала почти мгновенно и, вместо того, чтобы вывесить бесконечный список возможных действий, тут же предоставила программный тюнер.
  - Наверное, судьба, - мрачно сказал Тэдэр.
  Он помнил, как надо играть на гитаре. И делал все правильно. Вроде бы. Но слух все равно улавливал фальш. А что-то быстрое сыграть бы вообще не получилось, Тэдэр это знал. И чувствовал себя опять учеником. Уже третий раз в жизни.
  Сначала он был учеником в детдоме. Там никому не было особо интересно то, научится он чему-то или нет. Просто кто-то пожертвовал инструменты. А детей следовало чем-то занять. Вот и заняли. Гитару Тэдэр тогда не любил и, когда ушел учиться, пообещал себе никогда больше не брать этот инструмент в руки.
  Впрочем, слово он сдержал. Тот человек так ни разу и не притронулся к гиаре. Ее взял в руки тот, кто пришел ему на смену. Свою гитару он украл, не понимая зачем, потому что был пьян. Потом сидел в парке и наигрывал простенькую мелодию, удивляясь, что получается, хотя и фальшивенько. И как-то так получилось, что вокруг краденого инструмента завертелась вся его жизнь. И стихи пришли почти сразу. А потом, следом за ними, и Рик Тьял. Просто увидел мальчишек, упоенно игравших на облупленной сцене музыкального бара. Одного из тех, в которых рискуют пробовать свои силы разные самоучки, не боящиеся, что в случае неудачи требовательная публика набьет им морды. Какая уж нелегкая занесла туда Тьяла, так и осталось неизвестным. Возможно, сам когда-то пытался играть в таком месте.
  А чем ему понравились не шибко чистые, но одухотворенные и увлеченные подростки, он и сам не знал. Просто что-то увидел и не смог отвести взгляд.
  Или сработало его знаменитое чутье.
  А может, изначально он просто удивился, что они играли что-то свое, а не перепевали чужие песни, как это обычно случалось в подобных барах.
  И...
  - Очень красиво.
  Женский голосок прозвучал совсем уж неожиданно, и Тэдэр не сразу сообразил, что сидит и продолжает играть. А на пороге стоит Стася, нарушившая границу отсекателя звука, и мечтательно смотрит в неведомые дали.
  - Я фальшивлю, - сказал Тэдэр.
  - Все равно красиво.
  Девушка улыбнулась.
  А Тэдэр почесал затылок и вспомнил, что тот подросток, на которого обратил внимание Тьял, тоже безбожно фальшивил. И не сразу научился понимать где.
  Впрочем, когда понял, лажать перестал быстро. Главное ведь уловить, а там можно настроиться.
  - Словно самого себя немного изменить, - удивленно пробормотал Тэдэр и, поймав заинтересованный взгляд Стаси, поспешно отложил гитару, надеясь, что девушка поймет - на этом неожиданный концерт закончен.
  
  
  
  Яцуоми вернулся только через два дня после того, как Тэдэр, наконец, извлек гитару из футляра.
  За это время начинающие психологини, неожиданно воспылавшие любовью к звучанию электрогитары, успели довести Тэдэра до непонятного состояния. С одной стороны, ему при виде той же Стаси очень хотелось лихо выпрыгнуть в окно и удрать, панически размахивая руками. С другой стороны, ему их внимание было приятно, самомнение постепенно раздувалось и начинало греть, и в целом, он ловил себя на том, что широко и глупо улыбается. С третьей стороны, от своих улыбок и самомнения Тэдэр был вовсе не в восторге. И ладно бы еще улыбки, самомнению точно не стоило высовываться - фальшивить Тэдэр так и не перестал, пальцы казались деревянными, а ко всему хорошему, о проклятущем ремне он вспоминал только в тот момент, когда брал гитару в руки. Во все остальное время почему-то о нем не помнил, даже тогда, когда проходил мимо магазина, в котором покупал медиаторы.
  Еще, за это же время Тэдэр умудрился довести Романа если не до белого каления и желания убивать, то до мечтаний о том, как однажды пинками прогонет ученичка и забудет о нем, как о кошмарном сне. И получилось это само собой. Просто потому, что Тэдэр честно пытался стать придурком и возрожденной легендой.
  Несмотря на то, что терпение Романа было явно на исходе, он продолжал в сотый раз объяснять Тэдэру все, что до него уже объяснил Даниил. Но Тэдэр все равно не понимал, как это великое знание можно применить.
  - Понимаешь, - мерно и спокойно говорил Роман, проникновенно глядя в глаза замершему в кресле ученику, - ты не можешь стать чем-то таким, чего в тебе нет совсем. Музыкантом ты стал потому, что умел играть на гитаре и, наверняка, интересовался музыкантами. Возможно, даже им завидовал. И, в момент, когда тебе стало плохо, именно это все выплыло на поверхность. И, наверняка, там сыграла роль та украденная гитара. Она стала якорем для личности. А эта личность стала такой, каковыми ты представлял музыкантов.
  - Так я своего придурка придумал или он у меня и так был? - въедливо спросил Тэдэр.
  Роман тяжко вздохнул.
  - Одно другому не мешает. Пойми, наконец. Ты бы не смог стать придурком, если бы в тебе этой придурковатости не было вообще. Возможно, ее было очень мало, настолько, что ты сам ее не замечал. Но оказавшись на переднем плане, она разрослась и поглотила все остальное. Черт, ну это же как с игрой на гитаре. Если бы ты не учился на ней играть, ты бы не смог это сделать, когда украл гитару. Потому что у тебя бы не было навыка. А навык быть придурком тоже нужен.
  - Ага, - сказал Тэдэр и почесал затылок. - Значит, я могу стать только тем, что во мне и так есть.
  - Да, - подтвердил Роман. - С другой стороны, ты что-то можешь получить сверх того, что уже имеешь. Выучить, понять, да просто позавидовать и представить себя на чьем-то месте.
  - Ага, - повторился Тэдэр. - Значит все эти части меня никуда не пропадают. Они просто отходят на задний план и становятся малозаметными.
  - Да, - подтвердил Роман. - Тэдэр, в людях всегда много намешано. Ну не бывает так, что кто-то на любую ситуацию реагирует абсолютно одинаково. Да и взрослеют люди. Опыт приобретают.
  - Хм, - только и сказал Тэдэр, вспомнив, как валялся похмельный на скамейке и наблюдал за мелкими детьми, гоняющими в парке на площадке мяч. Им он тогда очень завидовал, у них ведь никаких проблем не было Вот бы было весело, если бы тогда в нем вдруг проснулся такой беззаботный ребенок. Тогда точно проблем бы больше не было. Закрыли бы в заведении для душевно нездоровых, кормили бы, поили, лечили.
  От Романа, после этого разговора, Тэдэр вышел с гудящей головой. На улице успело стемнеть, и начал накапывать мелкий дождик. Прохожих почти не было, видимо не любили гулять под моросью, и Тэдэр почти сразу обнаружил троицу рослых парней, старательно делавших вид, что они идут вовсе не за ним.
  Видящий поднял воротник, сгорбился и ускорил шаг, якобы стараясь побыстрее сбежать от дождя домой.
  Парни зарысили следом, уже не делая вид, что рассматривают витрины и заглядывают в приветливо открытые двери бара.
  - Любопытно, - пробормотал Тэдэр.
  Вряд ли эти ребята провожали его по просьбе Романа, неожиданно испугавшегося за ученика и решившего, что ему не стоит в одиночестве бродить по практически уже ночным улицам. Так что, либо это сопровождение подослал кто-то из родственников, с непонятной целью. Могли как начать охранять, так и подбирать момент, чтобы поставить бродягу с неидеальным набором ДНК на место. Либо это приятели тех придурков, которые развлекались захватом заложников в генохранилище.
  Ни один из вариантов Тэдэру не нравился.
  А еще хотелось побыстрее все выяснить и забыть о существовании этих провожатых.
  - Мерзкая погода, - довольно громко сказал Тэдэр и свернул в узкий проход между глухими стенами двух многоквартирных домов.
  Дома были трехэтажные и длинные. Видимо с другой стороны у каждого были окна и входы в подъезды.
  Сопровождение ускорилось, бодро зашлепало по начавшей накапливаться воде, а потом и вовсе побежало, сообразив, что еще немного, и преследуемый выйдет из такого удобного для разговора закутка. Тэдэр это тоже сообразил, поэтому присел и стал перестегивать зажимы на ботинках, подтянув ремешки.
  - Эй, мутант, - практически прохрипел один из преследователей, темноволосый и лопоухий.
  Остальные пытались отдышаться.
  Тэдэр сделал вид, что обращаются не к нему, мутантом он точно никогда не был. Застегнул два последних зажима, встал, поправил воротник и, засунув начавшие зябнуть руки в карманы, медленно пошел дальше.
  Преследователи на несколько мгновений опешили от такой наглости. Потом сориентировались в ситуации, лопоухий и рыжеватый, с физиономией усыпанной веснушками, бастренько опередили Тэдэра и остановились, повернувшись к нему лицами. Самый здоровенный, с откормленной ряхой, навевающей мысли о запасливых хомяках, остался за спиной.
  - Мутантик, мы к тебе обращаемся, - протянул рыжеватый, явно чувствуя себя при этом очень крутым. - Нас попросили объяснить тебе, что таким как ты здесь не место, раз ты сам не способен это понять.
  - Кто попросил? - полюбопытствовал Тэдэр.
  Лопоужий почему-то хирипло рассмеялся и хлопнул приятеля по плечу.
  Оставшийся за спиной проворчал:
  - Он еще и тупой.
  - Так кто вас попросил? - решил все-таки прояснить это вопрос Тэдэр. - У вас тут действует лига по борьбе с мутантами? Ангелы не всех еще выловили?
  - Думаешь родственники тебе так уж рады? - вопросом на вопрос ответил лопоухий и, победно улыбнувшись, добавил: - Думаешь им нужно такое?
  - Большинство не рады, да и в меньшинстве я сомневаюсь, - честно признался Тэдэр. - Меня это не расстраивает, если что.
  И шагнул вперед.
  Рыжеватый почему-то дернулся. Тэдэр даже моргнул, перейдя на зрение видящего. Убедился, что ребята трусоваты, но сейчас их буквально окутывало фиолетовое предвкушение веселья. Очень им хотелось самоутвердиться за счет того, кого они почему-то считали слабее. А еще, в рыжеватом жила брезгливость, и он единственный действительно считал мутантов чем-то нехорошим. Остальным было все равно, лишь бы был повод для драки. Точнее, избиения слабых.
  - Тупые придурки, - проворчал Тэдэр.
  - Да у него нет никаких ножей с собой! - излишне жизнерадостно заорал рыжеватый.
  - Сейчас мы тебе все объясним, - мрачно пообещал хомяк за спиной.
  Как оказалось, драться ребята не умели, совсем. Видимо, привыкли быть большими и сильными. И не привыкли, что жертва, вместо того, чтобы замереть в страхе и позволить себя схватить, ловко уворачивается, бьет тяжелыми носами ботинок по коленям и лодышкам, а локтями по спинам, затылкам и ушам. Бить кулаками Тэдэру совсем не хотелось. Из него и так музыкант не очень, а если еще руки об чьи-то черепа разобьет, получится вообще позорище. И не факт, что лечение в этом случае быстро поможет.
  Ребята сначала пыхтели и толкали друг друга, стараясь все-таки поймать увертливую жертву. Потом пытались договориться, чтобы один бил, а двое других в это время ловили, но так и не договорились. Потом лопоухий, получив таки локтем в переносицу, шлепнулся на колени и стал хрипло, словно предсмертно, дышать. Рыжеватый, видя такое дело, с непривычки растерялся, на мгновение замер и, получив по хозяйству, шлепнулся рядом с приятелем. Понятливый хомяк, выставив перед собой руки в подобии боксерской защиты, стал отступать.
  - Перчатки надо, - злорадко сказал Тэдэр, шагая к нему.
  - Что? - не понял хомяк.
  Рыжеватый тоненько подвывал, лопоухий тряс головой, опираясь на руки.
  - Перчатки надо, - повторил Тэдэр. - Такая стойка для защиты хороша только когда ты и противник в перчатках. Боксерские перчатки большие и защищают большую площадь. Между твоими перчатками моя бы не прошла. А вот мой кулак между твоими пролетит со свистом и прямо в нос.
  Тэдэр сделал вид, что замахивается. Хомяк отскочил, выставив перед собой локоть. Тэдэр усмехнулся, шагнул к нему...
  И в этот момент появились местные стражи порядка, испортив все веселье. Сортировать драчунов на правых и виноватых они не стали, просто пригрозили компании, которую, похоже, уже знали, в случае чего пообрывать им ноги и руки. Засунули всех в силовой мешок и повели к участку, который здесь оказался чуть ли не сразу на выходе из междомья.
  А выручать Тэдэра из плена пришел Яцуоми, который, как оказалось, уже вернулся. Еще и ворчал, что Тэдэра нужно срочно научить вовремя сбегать, а то так и разориться на его штрафах можно. Но зато он рассказал, что нападавшим откупиться штрафом не удалось. Слишком часто их ловили. А тут еще какой-то мелкий мальчишка прибежал и нажаловался, что его родная бабка наняла этих недоумков, чтобы они побили его родного брата. Парни, конечно, сначала отпирались. Но потом пришел один из помощников законника и сумел их убедить во всем сознаться. Так что проблемы теперь были как у ребят, которым предстояло собирать мусор на всех окрестных полях в ближайшие три года, так и у нанимательницы, действия которой родственники отчего-то не одобрили и отказались брать за нее ответственность на себя. Правда, будет ли бабушка тоже собирать мусор или для нее придумают что-то интереснее, Яцуоми не знал. Наказание для нее пока еще не придумали.
  - Бедная блондинка, - только и смог пробормотать Тэдэр.
  Представить недовольную дамочку управляющей мусоросборником, он не мог. Как-то они в его воображении не сочетались.
  
  
  То, что следует понять.
  
  
  Следующий день для Тэдэра начался с посетителей и напоминаний о данном обещании. Проснулся он сам, видимо, все девушки от психологии были заняты. Но обрадовался Тэдэр рано, потому что сразу по выходу из квартиры в коридоре обнаружились посетители. Родственники. Малолетний Рустан сидел на подоконнике, болтал ногой и пялился в наладонную проекцию, в которой мелькало что-то яркое. Лорел опять изображала безэмоциональную куклу.
  - Меня без нее не отпустили. Я наказан, - мрачно сказал Русатан.
  - За что? - полюбопытствовал Тэдэр.
  - За то, что вмешал полицию и тебя в личную меть. Бабке, - еще мрачнее признался мальчишка и пробормотал: - Извини.
  - За что? - еще больше удивился Тэдэр.
  - За то, что вместо того, чтобы предупредить тебя о засаде, я разрешил им на тебя напасть. Мне хотелось, чтобы бабка наконец получила за все. Я был уверен, что они тебе ничего не сделают.
  - Хм, - только и смог сказать Тэдэр.
  Рустан вяло улыбнулся, потом вскинул голову и посмотрел в глаза.
  - Научи меня драться, - попросил проникновенно.
  - Так. - Тэдэр сложил два и два, и, наконец, получил нужную сумму. - Я так понимаю, эти веселые ребята еще и малолеток грабят.
  Рустан фыркнул, но кивнул.
  - Ага, - сказал Тэдэр. - Но боюсь, мне придется тебя огорчить. Даже с моей генетикой для того, чтобы научиться бить парней старше, чем я, а тем более, не позволять себя избить, когда их несколько, понадобился почти год. И на занятия я тратил все свободное время. А у меня врожденный талант, немного больше, чем у всех остальных ловкости и силы. Предрасположенность.
  - Ну, начинать с чего-то надо, - философски сказал Рустан.
  Лорел не сдержалась и фыркнула, как кошка.
  Тэдэр перевел взгляд на нее и поинтересовался:
  - Зачем тебя на этот раз прислали?
  - Попросить тебя забрать заявление, - призналась девушка.
  - Какое еще заявление?
  - На бабушку, за нападение.
  - Хм, - задумчиво отозвался Тэдэр.
  - Ну нельзя же так, - стала уговаривать девушка и даже улыбнулась, ласкво, как неразумному ребенку. - Прабабушка закрыла счета и ей, и отцу, и даже мне с Рустаном. Адвокат даже не пытался ее выручить, наверное, получил соответствующее распоряжение. И... Ну не может она мыть животных в передержке...
  - Какой еще передержке? - удивился Тэдэр.
  - Там где их в карантине держат, когда завозят откуда-то на планету, - сказал Рустан. - Еще заболевших заразной болезнью тоже часто туда сдают, чтобы штраф в случае чего не платить. Ну, и просто отезжающие надолго хозяева отдают. Там есть специальное место, отдельно от больных и карантинных. Вроде гостиницы. Но бабке придется мыть именно карантинных и больных, - довольно закончил Рустан.
  - Понятно, - сказал Тэдэр. - Проблема только в том, что я на бабку не жаловался. На нее ее наемники пожаловались, когда поняли, что шансов у них против меня не было, а она забыла предупредить. И у кого-то плохое настроение было, а она посмела угрожать, странная женщина.
  Лорел печально вздохнула, поблагодарила за объяснение и просто ушла. Даже не попрощалась.
  Тоже странная женщина.
  - Она считает, что это позор для семьи. И что прабабка не права. Что надо было заплатить штраф, хоть он и огромный.
  - А эта чудная баулька решила, что если ее родственницы хотят развлекаться, то пускай сами за свои развлечения и платят.
  - Ага, - подтвердил Рустан. - Она даже сказала, что того, кто выкупит эту дуру, вычеркнет из завещания.
  - Сурово, - оценил Тэдэр.
  
  
  Спортзал в доме законника Рустан рассматривал так, словно впервые в жизни что-то подобное видел. На Яцуоми он бросал недоверчивые взгляды и явно его опасался. А когда азат, пощупав плечи и хлопнув ладонью по спине, велел в первую очередь размяться и вручил голографического учителя-напарника, посмотрел еще и обижено.
  - Если что-то не нравится, можешь уходить, - сказал Яцуоми, оценив выражение лица Рустана. - Собственно, с таким циплячьим телосложением тебе вообще заниматься нельзя, еще травму получишь. Сначала нужно окрепнуть и выучить что-то простенькое.
  Мальчишка вздохнул и пошел разминаться.
  - Так, теперь ты...
  Яцуоми со странным интересом посмотрел на ученика.
  - Неплохо-неплохо... Так, о твоих музыкальных потугах мне уже рассказали. С восторгом, как ни странно. У тебя где-то там харизма есть. Но этого мало. Играть, в конце-концов, ты можешь хоть фальшиво, хоть вообще никак, оборудование выправит, если будет совсем плохо. Но я просмотрел записы с предыдущими концертами и теперь уверен, что тебя освистают и обвинят в самозванстве.
  - Да? - поддельно удивился Тэдэр, давно в этом уверенный.
  - Да. Потому что в тебе нет ни смелости того парня, ни самоуверенности, ни обезбашенной веселости. Ты сейчас слишком флегматичен. Ты даже ножами в тех типов бросался с выражением скуки на лице. Какая уж тут обезбашенность. А еще ты слишком много думаешь и все время сомневаешься в самом себе. В данной ситуации это очень плохо.
  - И что мне делать? Я пытался искать его в себе, но...
  - Не нашел?
  - Нет.
  - А все почему? А все потому, что тот парень сейчас тебе очень не нравится и ты не желаешь быть на него походжим. Он ведь придурок, по твоим словам.
  - Да, - не стал спорить Тэдэр.
  - Вот поэтому мы начнем с малого. С наблюдений и попыток подстроиться под что-то попроще. Вот, попробуй войти в резонанс со своим братцем, - велел Яцуоми и замер, сложив руки на груди.
  Рустан с пыхтением наклонялся влево-вправо-вперед. Голограмма его критиковала за плохую физическую подготовку. Тэдэр немного на это посмотрел и глупо спросил:
  - Что сделать?
  - В резонанс войди. Стань таким как он, усилься...
  - Заколебайся, - проворчал Тэдэр.
  - Насроение поймай, - поправил Яцуоми.
  - Как?
  - Точно так же, как нырял в несуществующую воду до того, как к тебе докатилась несуществующая волна. Ты ведь умеешь испытывать все те эмоции, которые испытывает он сейчас. Улови их, найди в себе и ныряй.
  Тэдэр посмотрел на Яцуоми с большим сомнением.
  - Это не сложно, - добавил азат и насмешливо улыбнулся. - Просто научись не контролировать себя в рамках очередной маски. Выйди за ее пределы, а потом вернись обратно, когда надоест.
  - Если я выйду, я вряд ли вернусь, - мрачно сказал Тэдэр.
  - Это не сложно, - повторился Яцуоми. - Просто запомни себя и, вместо того, чтобы, как ты обычно это делал, разбить этот образ на осколки и весело хохоча утонуть в галлюцинациях, выйди из него, не разрушая, а потом вернись обратно. Шагни назад и все. Это действительно просто. А я присмотрю и отвешу тебе оплеуху, если заиграешься.
  Тэдэр только вздохнул.
  Выбора у него опять не было. И если это похоже на ныряние под воду, то, возможно, действительно получится.
  
  
  Рустан выдохся почти сразу, но упорно повторял упражнения за голографическим учителем. Яцуоми это даже понравилось и он, отправляя мальчишку домой, всучил ему и учебный проектор, пообещав, что подберет ему учителя сразу после того, как он сможет хотя бы двадцать раз отжаться от пола. Потому что умирать всего на пятом разе - совсем нехорошо.
  Мальчишка поблагодарил и уковылял загадочно улыбаясь.
  - Так, - сказал азат. - Теперь второй ученичок. И как у нас дела?
  - Никак, - честно ответил Тэдэр. - Я его видел, попытался и ничего. Просто почувствовал себя очень глупо, словно я очень плохой актер, которого вот-вот освищут студенты. Все такое фальшивое было.
  - Вот! - Яцуоми поднял вверх палец, словно указывал на малозаметное пятно на потолке. - Это потому, что ты ничего не понял. Не надо притворяться, резонанса не получится. Нужно было почувствовать то же, что и он.
  - Как?
  - Да запросто. Нужно всего лишь вспомнить, как умирал, а потом возрождался. Понимаешь, когда твоя личность разлетается осколками, ты либо окончательно сходишь с ума, либо поспешно собираешь эти осколки в кучу и что-то из них лепишь. Что-то более-менее адекватное. И я тебя сейчас наверное огорчу, но при этом на тебя кто-то влиял. Всегда. Ты мог просто брести по улице в невменяемом состоянии, увидеть яркий плакат с гитаристом и стать тем Тэдэром Бранко, который нам сейчас нужен. Понимаешь?
  - Не очень, - признался бестолковый ученик.
  - Тэдэр, ты ведь тонул и не мог вынырнуть. Тонул в самом себе, погружаясь все глубже и глубже. И тут ты увидел плакат и этот плакат стал для тебя своеобразным крючком. За который ты, как глупая рыбина, уцепился, и позволил себя вытянуть на поверхность. Правда, в процессе ты слился с крючком и он стал твоей основой. Как-то так. Ты построил себя вокруг образа, который тебя спас от безумия. Понимаешь? Вокруг совершенно случайного образа. Просто настроившись на чувства, которые ты в нем увидел. Чувства всегда видны в первую очередь. Ну или ты спроецировал свои чувства на картинку, так тоже бывает.
  - Фильм, - неожиданно для самого себя вспомнил Тэдэр.
  - Какой еще фильм? - удивился Яцуоми.
  - Древний. Мама такие любила и коллекционировала. Там был сыщик, умный, хладнокровный, умеющий красиво курить. Он как-то влился в банду, втерся в доверие ее главы, а потом их, благодаря ему, всех арестовали. А я тогда очень захотел стать таким же умным и хладнокровным. Потому что я был глупым, мне было страшно и я не знал, что делать.
  - Ну вот, ты понял, - удовлетворенно сказал Яцуоми. - Теперь надо научиться практиковать. Главное, чтобы получилось один раз, а дальше ничего сложного.
  - Мне надо подумать, - сказал Тэдэр, у которого пухла голова и на самом деле хотелось лечь и проспать несколько суток.
  - Думай, - милостиво разрешил азат и указал на выход.
  
  
  Думать Тэдэр начал сразу по выходе из спортзала. Думалось не очень. Как настроиться на чье-то настроение Тэдэр так и не понял. Ну не мог он по своему желанию резко стать веселым или огорчиться. Тем боле беспричинно, просто потому, что у кого-то такое настроение. А требовалось именно это.
  - Напиться, что ли? - сам у себя спросил Тэдэр. - Для расслабления.
  Идея, откровенно говоря, была так себе. Да и компании не было. А пить в одиночестве он никогда не любил, глупо оно как-то.
  Тэдэр остановился и немного бездумно посмотрел на нахально разлегшегося на скамейке кота. Позавидовал тому, что у него нет проблем и, покачав головой, пошел дальше.
  Наверное Яцуоми прав, его бестолковый ученик слишком много думает.
  Хмыкнув, Тэдэр свернул на свою улицу и увидел их - дружно делавших вид, что любуются синими цветами на клумбе парней. Парни были рослыми, с породистыми лицами и одеты то ли в местную военную форму, то ли в спасательскую. Но точно не полицейскую, ее Тэдэр уже видел.
  - Может моих психологинь ждут? - с сомнением спросил сам у себя Тэдэр.
  А что, напялили форму, чтобы покрасоваться, познакомились с девушками, позвали на свидание. А те решили сначала приодеться, чтобы соответствовать столь представительным кавалерам.
  Пожав плечами Тэдэр пошел дальше.
  Парни, увидев его, подозрительно оживились и стали соревноваться в мрачности лица. А когда Тэдэр почти до них дошел, выстроились в шеренгу и стали смотреть с брезгливым любопытством, как на какого-то особо мерзко выглядящего червя, надумавшего вылезти из-под земли.
  - Ну? - решил ускорить что бы то ни было Тэдэр. - Тоже решили обозвать меня мутантом и попытаться выгнать с планеты при помощи кулаков?
  Парни переглянулись, потом один не шибко уверенно признался:
  - Нет. Просто мы считаем, что поступать так с женщиной, тем более родственницей - недостойно.
  Тэдэр с интересом на него посмотрел. Сначала так. Потом с помощью дара.
  Парни оказались как парни. Среднестатистические. У одного самоуверенности многовато, второй старательно борется со стеснительностью, еще про двоих и сказать особо нечего, в любой толпе таких - каждый второй.
  Зато эти парни абсолютно одинаково пылали искренним возмущением.
  - А, вот оно что? - задумчиво отозвался Тэдэр и добавил: - Достали.
  И попытался уйти.
  Парни ловко заступили дорогу и стали излучать возмущение интенсивнее. Оно было такое яркое, что казалось, протяни руку, и можно будет набрать его в ладонь.
  - Ты поступаешь не как мужчина! - грозно произнес тот, который скрывал стеснительность. - Заставлять женщину мыть животных и клетки только потому...
  - Что она наняла троицу недоумков, чтобы они меня избили и рассказали, что я не эталон чистоты крови. Ну, да, такая ерунда на самом деле. Тем более меня даже побить не смогли. Жалко, что мыть клетки эту блондинку отправил не я, а ею же нанятые недоумки.
  Парни переглянулись.
  - Не планета, а кунсткамера какая-то, - пробормотал Тэдэр, а потом все-таки попытался поймать в ладонь возмущение. Захотелось его почувствовать, просто чтобы понять, что движет такими вот людьми.
  Возмущение оказалось ярким и колючим, почти как радость. И, на удивление, приятным.
  - Любопытно, - сказал Тэдэр. - Может, изначально надо было просто захотеть? А я пытался изобразить. Интересно.
  И, развернувшись, Тэдэр пошел в другую сторону, не дойдя до дома каких-то сто метров.
  Парни провожали его удивленным взглядами и, похоже, не знали, что делать. Их возмущение утверждало, что Тэдэр должен оправдываться, объяснять, а потом еще и извиняться. А он, вместо этого, просто ушел, явно потеряв к ним интерес даже раньше, чем от них отвернулся.
  Преследовать ненормального инопланетника они, к счастью, не стали. И Тэдэр спокойно дошел до знакомого бара, где и засел в темном уголке с бокалом пива, наблюдая за немногочисленными посетителями. Самым интересным оказался мужик, пытавшийся что-то рассмотреть в наполовину пустой пивной кружке.
  На самом деле этот мужик за кем-то следил и его флегматичное спокойствие было напускное. В нем было очень много нетерпения, желания немедленно вскочить и кого-то побить, что-то разрушить, расхохотаться и просто бежать, долго-долго. А он сидел и заглядывал в кружку. И у него тряслись пальцы и начали болеть от поддельной расслабленности плечи.
  - Интересно, - сказал Тэдэр своему пиву. - И какие бури бушевали в нашем придурке с гитарой и плохими стихами?
  Вспомнить ощущения не получалось. Что-то было такое яркое и веселое, способное заменить крылья, но при этом занести куда угодно, не спрашивая, а нужно ли это. Но что это было такое, сейчас Тэдэр не понимал. И не шибко хотел понять. Почему-то казалось, что тогда он опять станет глупым и беспомощным.
  - А если не захотеть, то и не получится, - пробормотал парень. - Дилемма. Может, найти кого-то похожего? Яркого, увлеченного чем-то, не сомневающегося и не умеющего слишком много думать. Порхающего, как бабочка. Хотя нет, точно не бабочка, что-то другое, позлее, попрочнее, летающее быстрее. Хм... Ветрогон...
  Тэдэр в задумчивости осмотрелся, убедился, что никого подходящего в этом баре нет и решил погулять и понаблюдать за прохожими. А потом, если никого не встретит, сходить на какие-то соревнования. Хотя спортсмены наверняка не то, у хорошего спортсмена должна быть хорошая дисциплина. Вроде. А тот Тэдэр Бранко понятия не имел, что это такое и зачем нужно.
  Он вообще был очень цельной и целеустремленной натурой. Практически не поддающейся дрессировке. Даже своей собственной. Сколько раз обещал себе заснуть пораньше, чтобы без проблем вовремя проснуться. Так и не выполнил это обещание ни разу.
  
  
  
  Бар был то ли третий, то ли четвертый. Тэдэр никак не мог это вспомнить, хотя это было важно. Вспомнив, он бы наверняка разобрался в том, сколько и чего успел выпить.
  Настроение было бодрое и игривое, как у щенка, гоняющегося за бабочками. Правильное настроение, именно в таком следует ловить чужие эмоции и примерять их на себя. Просто главное - не увлекаться. А Тэдэр увлекся, отлично это понимал, но останавливаться не хотел. Боялся, что если сейчас остановится, не дойдет до чего-то мелькавшего на самом краешке бокового зрения, то потом его поймать уже не сможет. И что-то опять не поймет.
  А может, он просто себя так оправдывал, потому что сейчас было хорошо и весело и это состояние хотелось продлить.
  А может, это вообще было влияние алкоголя. И чтобы исключить это вариант, следовало понять, который по счету бар.
  - Интересно, где был тот здоровяк? - спросил Тэдэр, глядя на портрет какого-то безумного типа с зелеными волосами и акустической гитарой, которую он держал так, словно собирался обрушить ее на чью-то голову.
  Сидевшая под боком у Тэдэра девушка загадочно хихикнула. Откуда она взялась и как долго сидит на диванчике, парень тоже не помнил, да и не хотел вспоминать. Здоровяк, в любом случае, был интересней. Огромный и неуклюжий с виду, он шел легко-легко, словно был невесом. И он улыбался, светло и мечтательно. А вокруг него вилась кошкой музыка. Благодаря этому здоровяку Тэдэр узнал, что на этой планете тоже существуют музыкальные бары. Просто они почему-то называются клубами. А еще музыканты и слушатели здесь заходят через разные двери.
  И Тэдэр зашел послушать, просто потому, что хотелось.
  До этого он так же спокойно сел на ограждение клумбы с розами и наблюдал за жонглирующими огнем подростками. И ловил их увлеченность и азарт.
  А еще раньше чуть не влез в чужую драку, потому что там была ярость и почему-то веселость.
  А здесь музыка. Прекрасно же.
  - Ладно, - сказал Тэдэр, так и не вычислив, сколько было баров. Потому что в одном точно был большой голографический аквариум с рыбками и русалками. А два или три остальных почему-то не озаботились оригинальностью.
  Напиток, попробовать который посоветовала хихикающая под боком девушка, назывался искра. И он действительно был очень хорош под музыку, которую играли на сцене четверо парней, старавшихся казаться близнецами. Они одинаково постриглись, одинаково оделись, у них даже лица были похожы. Но они все равно были разные.
  Один беспокоился о чем-то постороннем, возможно даже о том, заплатят им в этот раз или вышвырнут, заявив, что за такую игру это они должны посетителям клуба доплачивать. И это ему мешало. Он то сбивался с ритма, то недотягивал ноты.
  Второй был разочаровавшийся и равнодушный. Ему надоела охота за славой и признанием. Он просто не хотел подвести друзей, вот и играл.
  Третий верил, что вот-вот оно произойдет. То самое чудо, которое превратит их из любителей в профессионалов. И он старался. Слишком сильно. Тэдэр вообще считал, что с таким настроением играть не стоит. Потому что музыку тоже следует любить, а не снисходить к ней, жаждая славы и денег.
  А вот четвертый был правильный. И компанию не забросали остатками еды и стульями только благодаря ему. Он просто играл и наслаждался этим.
  Тэдэр допил напиток. Хихикнул вместе с девушкой, а потом выставил перед собой руку и стал ловить музыку, которая падала на ладонь колючими холодными снежинками, а потом превращалась в муравьев и шустро забиралась под рукав, спеша добежать до загривка, где собиралась в холодные капли и текла по позвоночнику. Ощущение было странное и казалось, что еще немного, и начнут расти крылья.
  И Тэдэру хотелось отобрать гитару у третьего, чтобы не вносил диссонанс в эту музыку своей старательностью.
  Правда, он был уверен, что играть будет не лучше. Потому что будет фальшивить. Да и эту музыку он не знает.
  Но хотелось.
  - Достал, - сказал Тэдэр и встал на ноги, еще не зная, что будет делать.
  Стол мешался под ногами и его пришлось оттолкнуть.
  И к сцене Тэдэр шел долго-долго. Наверное, потому, что на руке висела девушка, а дорогу все время кто-то заступал и их приходилось ронять на пол. Зато речь о правильных музыкантах получилась настолько прочувствованной, что кто-то даже аплодировать начал.
  А потом Тэдэр пообещал показать, как надо играть. И зачем-то ловил настроение правильного музыканта, бормоча, что надо настроиться. Правда, сыграл он в итоге что-то или нет, Тэдэр уже не помнил. Зато воспоминания о том, что хотел почувствовать себя ветрогоном, почему-то никуда не делись.
  - Потолок, - задумчиво сказал Тэдэр, когда проснулся в незнакомом месте и в незнакомой компании.
  Разбудил его звенящий надоедливым комаром передатчик, валявшийся где-то на полу. Звон слышал только Тэдэр, потому что именно на него эта пакость была настрона, но это утешало слабо. Голова болела и без передатчика, и спать дальше было совершенно невозможно.
  Пришлось сползать с кровати, копаться в валявшихся на полу вещах, а потом, прихватив с собой их часть, брести в неведомое, выискивая тихий уголок для разговора. Потому что Тэдэр догадывался, кому так срочно понадобился. Да и за окном было явно не утро, так что на очередную тренировку он безнадежно опоздал.
  - Да? - прохрипел Тэдэр, наконец найдя тихий уголок.
  Голографический Яцуоми посмотрел удивленно, хмыкнул и спросил:
  - Ты почему на унитазе сидишь?
  - Потому что душевая еще неудобнее, а в единственной комнате спит девушка... две.
  - Что? - ошарашено переспросил Яцуоми, а где-то за его спиной что-то невнятное воскликнул Даниил. - Какие еще девушки и как ты там оказался? И где это "там" находится?
  - Понятия не имею, - ответил сразу на все вопросы Тэдэр. - Кажется, я там все-таки играл. И девушка сначала была одна, она возле меня сидела. А на сцене трое идиотов портили музыку талантливого парня. И я так и не вспомнил, сколько было баров до этого. Зато было весело. И я понял, как стать тем Тэдэром.
  - И сколько тебе для этого выпить надо? - спросил невидимый Лис.
  - Дело не в выпивке, - не согласился с ним Тэдэр. - Нужно просто себя в музыку вложить, а не наоборот. И отпустить ее, ничего не требуя.
  - Поэт, - восхитился Даниил.
  Яцуоми стоял с задумчивым лицом и, похоже, не знал, похвалить ученика или пообещать прибить, как только увидит.
  - Я говорил, чтобы ты не пытался ни с кем резонировать без моей страховки? - спросил как-то не очень уверенно.
  - Нет, - ответил Тэдэр.
  - Яцуоми, у тебя тоже провалы в памяти, - жизнерадостно сказал Даниил. - Наверное, по голове часто били.
  Азат цветасто выругался и велел ученику :
  - Жди и не выключай передатчик. Попробуем тебя по нему найти. Но быстро можем не справиться, здесь столько помех, все друг от друга прячутся.
  Тэдэр только пожал плечами, а потом встал и пошел досыпать в приятной компании. Ждать ведь тоже можно по-разному.
  
  
  Часть 2
  
  Время отдавать долги.
  
  Каждая работа выглядит интересной, пока ей не займешься. В конечном итоге работа всегда остается работой.
   (Терри Пратчетт)
  
  
  Подготовка. Разбор полетов.
  
  - Кто это? - с подозрением спросил Тэдэр, глядя с платформы под самой крышей на людей внизу.
  - Твоя группа поддержки, - серьезно сказал Малик и кривовато улыбнулся. - Понимаю, больше похожи на разгильдяев, но это внешнее. На самом деле это профессионалы.
  Людей внизу было много и они все выглядели очень по-разному. Явные военные, в форме или легкой броне, перемешались с какими-то непонятными пестрыми личностями. Было даже несколько девиц в экстремальных мини-юбках. Все люди там бродили, шумели, чем-то грохотали, что-то носили и в целом выглядели этаким базаром, где вместе с торгующим цивильным населением удачливые дезертиры распродавали утащенное на волю оружие и оборудование.
  - Идем, представлю тебя, - сказал Малик и шагнул на лестницу.
  Тэдэр, выхватив взглядом из толпы Даниила, явно читавшего лекцию громиле, стоявшему перед ним с виноватым видом, и поспешил за Маликом. Присутствие Даниила внушало какие-то неясные надежды. И почему-то казалось, что все будет хорошо и весело. Видимо, влияние образа.
  С образами Тэдэру вообще подозрительно везло. После загула по барам и музыкальным клубам, и последующего онаружения себя в гостях у незнакомых девушек, дела с даром видящего резко пошли вгору. Нет, Тэдэр по-прежнему пользовался им больше интуитивно, чем умея, но делать все правильно и с первого раза понимать, что именно Яцуоми пытается объяснить, получалось все чаще.
  И образы Тэдэр с того дня ловил ежедневно, под присмотром Яцуоми, который первое время не давал уплыть слишком уж далеко и опять усвистеть в загул, или влезть во что-то похуже. На настроение людей вообще оказалось настроиться очень легко. Даже обычные люди настраиваются, сами того не замечая. Приходя в веселую компанию очень скоро тоже начинают веселиться. А в печальной - вся веселость куда-то пропадает, даже вопреки желанию.
  После настроения плучалось уловить сильное чувство, то самое, которое вело человека в этот момент и стало основой для настроения.
  А за сильным чувством приходили все остальные и Тэдэр физически чувствовал, как вокруг него нарастает образ другого человека. Как-то ему даже удалось превратиться в Малика, ненадолго, потому что не понравилось. Образ Малика оказался тяжелым и Тэдэру сразу же стало страшно. Казалось, еще мгновение, и он поглотит Тэдэра, вышибив все то, что он так долго в себе растил, сметя недостаточно прочную броню и заставив опять умереть, чтобы перевоплотить в еще одного Малика.
  Жуткое ощущение на самом деле.
  Группе поддержки Малик Тэдэра представил просто. Хлопнул ладонью по плечу, дождался, пока все обратят внимание, а потом сказал, что вот это существо с потерянным взглядом, тот самый парень, ради которого все здесь собрались.
  Люди стали переглядываться, переговариваться и недоумевать. Видимо, ничего особенного в Тэдэре не заметили. Один только Даниил загадочно улыбался.
  - Он видящий, - продолжил свою речь Малик.
  На Тэдэра стали смотреть с гораздо большим интересом.
  - Он нам поможет замкнуть куб, - добавил ангел, и люди загалдели, кто радостно, кто удивленно. Тэдэру даже захотелось к последним присоединиться, он понятия не имел, что за куб такой. - Зовут его Тэдэр Бранко. Он временно несвободен. И временно же младший. Мы все отвечаем за его жизнь.
  Галдежь поднялся сильнее, потом к Тэдэру стали подходить и знакомиться в частном порядке. А самое странное, что никого не интересовало, за что он получил статус временно несвобдного. Одним почему-то было любопытно, каково это быть видящим. Других интересовало где и от чего его понадобится защищать. А светловолосой девице в мини-юбке вообще просто захотелось рассмотреть поближе его шрам на щеке, а потом еще и за эту самую щеку ущипнуть. Странная особа, в общем.
  Но знакомство закончилось. Тэдэра запомнили, и он тоже запомнил довольно многих. Малик торжественно попрощался и передал подопечного Даниилу, велев ему ответить на вопросы, которые не затрагивают внутреннюю безопасность. Безопасность чего именно, Малик не уточнил, но блондин только пожал плечами и повел Тэдэра куда-то вдаль по коридору, завел в помещение, похожее на свалку разбитых атмосферных кораблей, а из него в столовую, переполненную мужчинами в спец-костюмах то ли грузчиков, то ли механиков, а то и вовсе наладчиков разнопланового оборудования.
  - Садись, - велел Лис, буквально затолкав Тэдэра в угол потемнее. - Здесь отличное место для разговора. И ходить далеко не надо.
  Тэдэр сел и хмыкнул.
  - Знаешь, - задумчиво сказал Даниил, проводив взглядом невысокого парня. - Тишодцы на самом деле самые умные из всех нас. Они единственные, имея выбор быть младшими или старшими, выбрали права младших, наплевав на возможность участвовать в жизни всего созвездия и что-то там диктовать. Кому-то. Это такая ловушка на самом деле. На дураков с ущемленным самолюбием. А тишодцы это сразу поняли и решили, что лучше будут детками, которых следует оберегать и защищать, чем теми недоумками, которые витирают этим деткам носы. Заметь, частенько деткам, которые и сильнее, и умнее, и богаче. Ну не дурость ли?
  Тэдэр пожал плечами.
  - А самое поганое, что выбиться в старшие из младших можно, если будешь действительно этого хотеть и сможешь соответсововать. А в обратном порядке никак. Ловушка, чтоб ее, - торжественно сказал Лис и печально вздохнул. - Люди любят красивые слова и громкие названия. И самолюбие весит больше, чем здравый смысл. Понимаешь?
  Тэдэр кивнул. Чего уж тут непонятного. Это со стороны кажется, что старшие младших угнетают и все решают за них. А когда присмотришься, пересчитаешь все права младших и обязанности старших, понимаешь, что все если не наоборот, то вполне себе взаимно. И пользоваться правами младших гораздо проще, чем соответсовать обязанностям старших. Большинство населения старших планет им не соответствуют вообще и ничего кроме осознания собственного величия у них нет. Даже возможности требовать привилегии нет. Потому что уже большие и о себе заботиться должны сами.
  - Дань, ты к чему это?
  - Я к тому, что пока ты младшенький, переживать тебе не о чем. Тебя будут спасать даже в том случае, если ты будешь считать, что все в порядке и отбиваться от спасателей руками и ногами. Просто забудь об этой проблеме и сосредоточься на работе. Ладно?
  - Ладно, - не стал спорить Тэдэр. - Только объясни мне, что за куб упоминал Малик.
  - А, ерунда, - сказал Лис, широко улыбнувшись. - Мы тут територрию захватываем, причем так, чтобы никто не догадался, что именно нам надо. Собственно, даже участвующие в захвате пока не догадываются, этот кубик, точнее, кубики, могут замкнуться с любой стороны. И все, что будет внутри, а это на данный момент в любом случае ничейные территории, малонаселенные всяким отребьем... в общем, это все станет нашей головной болью. Понятия не имею, зачем оно нам.
  - Ага, - только и смог сказать Тэдэр и порадовался тому, что теперь хотя бы понимает зачем ангелам понадобилась бесполезная планета Гловер, с ее жителями, обеспокоенными чистотой своих генетических цепочек. Видимо она находится либо в углу куба, либо где-то на грани или плоскости и игнорировать ее нельзя. Вот и пришлось прихватить, чтобы потом от правовиков каких-то организаций, защищающих непонятно чью независимость, не отбиваться. - Дань, а кто знает, зачем оно надо?
  - Малик, наверное, знает. Но лучше у него не спрашивай. Ну или сразу давай разрешение на прошитие блока на разговоры на эту тему. У него ведь долг.
  Тэдэр хмыкнул и не стал говорить, что планетка, населенная защитниками сестринской чести, тоже, вероятно, вписывается в какой-то из резко понадобившихся кубов.
  
  
  
  - Вот, - сказал Даниил, перехватив в очередной раз избитого Тэдэра на выходе из спортзала, и всучил довольно объемный сверток.
  - Что это? - с подозрением спросил Тэдэр.
  - Защита, - представил сверток Даниил. - Броня, два щита, запястных, развертываются из браслетов, поглотитель, простенький и нестабильный, зато неотслеживаемый, ну и так, мелочи.
  - Какая еще броня? - опешил Тэдэр, красочно представив себя на сцене, с гитарой и в ярком комбезе, маскирующемся под обыкновенный летный.
  - Неприметная. Хамелеон. Не беспокойся, к твоему образу очень пойдет.
  - Я не буду носить эту пакость, - сразу отказался Тэдэр.
  - Будешь, - серьезно сказал Даниил. - С того момента, как окажешься на той милой планетке, наденешь и постараешься не снимать.
  - Даже когда буду спать?
  - Если будешь спать без охранника, сидящего у твоей постели - да.
  - С ума сойти, - оценил перспективы Тэдэр. - Да я буду чувствовать себя идиотом. Я уже чувствую себя идиотом.
  - Зато ты живой, - оптимистично сказал Даниил и, насвистывая что-то неузнаваемое, удалился.
  - Во что же я ввязался? - спросил сам у себя Тэдэр.
  Хотя, возможно, это в Лисе разыгралась паранойя. Правда, непонятно, почему она была на паранойю не похожа. Да и его обычная веселость куда-то пропала. Даниил вдруг стал серьезным и собранным, у него даже взгляд изменился.
  - Вот черт, - пробормотал Тэдэр и тоже убрел, прихватив сверток с собой, хотя разворачивать его совсем не хотелось.
  Домой Тэдэр брел медленно-медленно, прислушиваясь к мелодии звучащей на краю сознания и пытаясь подобрать рифму к слову "бабочка". Зачем оно ему надо, парень не сильно понимал, просто прицепилось и крутилось в голове.
  А у дома Тэдэра ждал сюрприз в виде Дерека Сато, сидевшего на ступеньке и пившего чай из большой красной чашки, наверняка принадлежавшей кому-то из психологинь.
  - Если ты тоже собираешься всучить мне броню, я начну пинаться, - мрачно предупредил Тэдэр, вместо приветствия.
  Сато невозмутимо сделал еще глоток, потом аккуратно положил чашку на супеньку выше той, на которой сидел.
  - Нет, у меня иное предложение, - сказал, загадочно улыбнувшись.
  Зрение у Тэдэра стало плыть и двоиться, как с недавних пор бывало при переутомлении, и на лицо Дерека накладывалась стальная маска, едва покрытая студенистой массой. Выглядело жутковато и мерзко.
  - Какое еще предложение?! - наверное излишне раздраженно спросил Тэдэр.
  - Семейное, - сказал Сато настолько серьезно, что Тэдэру захотелось весело засмеяться, а потом с разгона боднуть стену. - Тебе не обязательно рисковать...
  - Что? - не поверил своим ушам Тэдэр, а потом схватил родственника за плечо и буквально поволок за собой, понимая, что такие разговоры на улице лучше не вести.
  - Ты сильнее, чем кажешься, - задумчиво сказал Сато, оказавшись в квартирке родственника. - Милое место.
  - Что вы от меня хотите?! - раздраженно спросил Тэдэр.
  - Хм, - задумчиво выдал Сато. - Ты сильнее и орешь громко...
  - Я на какую-то там часть аллар, а они сильнее вас, неизмененных, этак в три раза. Так что если, ты продолжишь меня раздражать, я разможжу твою голову о стену, а потом порежу труп на очень мелкие кусочки и спущу в канализацию.
  - Кто-то мог видеть, как я сюда вошел и отсюда не вышел, - философски сказал ни капельки не впечатленный Сато. - А предложение... Ты ведь член нашей семьи, следовательно, мы можем протестовать и не позволять.
  - Я заключенный, вы ничерта не можете.
  - Можем, я узнавал. Мы ведь младшие, а значит, ты, как член нашей семьи, тоже младший. И мы можем потребовать вернуть тебя под нашу опеку...
  - Под которой я никогда не был, - ядовито напомнил Тэдэр.
  Сато только пожал плечами и продолжил говорить:
  - Но для этого тебе следует официально признать себя частью семьи...
  - Не хочу, - сказал Тэдэр.
  - Предпочитаешь рисковать головой? - Сато посмотрел на него с любопытством, как на незнакомое животное.
  - Предпочитаю.
  - Думаешь, без тебя действительно не могут обойтись? У них есть оборотни, которые могут притвориться кем угодно и никто не отличит.
  - Но они предпочитают рисковать ценным видящим. Потому что вина должена быть настоящей. Не должно быть подлога. Иначе вся иерархия полетит к чертям собачьим.
  - Да кто узнает? - искренне удивился Сато. - Если держать все в тайне...
  - И меня тоже держать в тайне, никуда не выпуская и надеясь, что никто не догадается, что за узник сидит в дальней комнатке. - Тэдэр даже покивал. - Да не мели чепухи. Вы, на самом деле, до сих пор не понимаете, во что ввязались, попросив у ангелов защиту. Они не станут настолько перевирать ситуацию. Им нужен настоящий проступок.
  - Тебя могут убить.
  - Могут. Мне вот даже броню всучили. Но я рискну. Дерек, вы все действительно не понимаете. Чтобы стать взрослым, нужно совершать взрослые поступки. Нужно взвалить на себя ответственность и что-то делать, а не отступать, сбегать и надеяться, что кто-то другой сделает. Понимаешь? Возможно я идиот, но я хочу быть свободным старшим, а не зависящим от семьи младшим. Понимаешь? Так что идите вы все, вместе со своими заманчивыми предложениями.
  - А еще ты умнее, чем кажешься, - задумчиво сказал Сато и действительно пошел. Только вряд ли в то место, озвучить которое постеснялся Тэдэр.
  - Дурдом, - сказал парень, выглянув в коридор и убедившись, что родственник действительно ушел.
  Сверток все так же валялся на кровати, куда Тэдэр его швырнут, и смотреть на его содержимое по-прежнему не хотелось. Но, наверное, надо было. И Даниил наверняка прав, защита лишней не бывает.
  - Дурдом, - повторил Тэдэр и пошел разворачивать неожиданное приобретение.
  В свертке оказалась куртка странного кроя, длинная, до середины бедра, с диагональной застежкой и алыми шнуровками в самых неожиданных местах. На спине куртки красным шелком по белой коже была вышита загадочная хищная птица в ореоле оранжевых огненных языков. Кроме этого клочка, остальная куртка была черной.
  Ощупав ее, Тэдэр убедился, что вшитый каркас там есть. Еще там есть ромбовидные пластыны, черт его знает, для чего предназначенные. И какие-то тихо похрустывающие волокна.
  В общем, интересная курточка оказалась.
  Браслеты вообще выглядели так, словно их сплела какая-то малолетняя родственница. Из обыкновенных световолокон, полупрозрачных, с синевой.
  А разбираться, что есть что в наборе подвесок на шнурках, Тэдэр не стал. Просто повесил на шею, чтобы привыкнуть и не поправлять их все время.
  - Дела, - сказал, засунув куртку в шкаф. - Чувствую себя неудачливым и неумелым шпионом из комедии.
  
  
  А на следующий день, с самого утра Яцуоми надумал устроить что-то вроде экзамена. Тэдэр не меньше трех часов описывал людей, сначала тех, которые проходили по улице за окном, потом тех, которые приходили, видимо специально вызванные, и пытались что-то там в себе скрывать. Говорил Тэдэр столько, что в голове стало пусто и звонко, а слова путались и не желали нормально выговариваться.
  - Ладно, - сказал Яцуоми. - Отдыхай. Потом попробуем почувствовать внимание, опасность и все остальное, что будет на тебя направлено.
  - Я их чувствую, - устало сказал Тэдэр.
  - Да-да, - с непонятным сомнением отозвался Яцуоми, усадил ученика в кресло и куда-то ушел.
  Потом взамен азата появилась улыбчивая конопатая девушка с кофе и бутербродами. Благодарный Тэдэр поел, попил, а потом заснул. И снилась ему музыка, под которую танцевал Яцуоми с мечом, а Таран задорно хлопала и еще более задорно улыбалась. И все было хорошо, пока Яцуоми не остановился и не сказал задумчиво:
  - Болван.
  - А? - удивился резко проснувшийся Тэдэр.
  - Ты болван, - сказал учитель. - Если бы тебе идиоту вместо снотворного в чашку подлили отравы, ты бы уже помер, в корчах. И помочь могли не успеть.
  - Аларов сложно отравить, - флегматично сказал Тэдэр, обнаружив за окном ночь вместо ожидаемого дня.
  - Смотря чем травить. Тэдэр, ты неправильно воспринимаешь опасность. Почему-то думаешь, что на тебя должны злиться и не учитываешь профессионалов, которые будут спокойны...
  - Эти придурки не станут подсылать профессионалов, - уверенно сказал Тэдэр. - Честь требует личного участия.
  - Они не станут. А кто-то может и попытаться.
  - Я опять чего-то не понимаю? - спросил Тэдэр, который вообще ничего не понимал.
  - Ты не понимаешь, что опасность тебе будет грозить в любой момент. Тебе нельзя будет расслабляться. А ты...
  - А я слишком доверяю своему учителю? - полюбопытствовал Тэдэр.
  - А ты невнимателен и до сих пор не понимаешь, что даром можно пользоваться, чтобы помочь самому себе. Почему-то думаешь, что он существует для того, чтобы кто-то мог давать тебе задания, а ты героически с ними справляться.
  - Хм, - сказал Тэдэр.
  В голове по-прежнему было пусто и звонко. Думать особо не хотелось, но в словах Яцуоми что-то было. Кто сказал, что видящие не должны использовать свой дар с пользой для себя?
  - Я подумаю, - пообещал Тэдэр.
  - Подумай. А еще привыкай быть внимательным, все время.
  - Заразиться паранойей от Даниила?
  - У него нет паранойи, - уверенно сказал Яцуоми.
  - Я знаю, просто...
  - Просто будь внимательным и не усложняй. У тебя там целая группа поддержки будет.
  - Ага, если меня все-таки отравят, кто-то может и успеет добежать и спасти, - флегматично сказал Тэдэр. - Может мне согласиться на предложение родственников?
  А Яцуоми улыбнулся и пожал плечами. Видимо прекрасно знал, что это было за предложение.
  
  
  А потом, в один из самых обыкновенных дней, к Тэдэру пришел Малик в сопровождении четверых суровых мужчин, переполошив будущих психологов настолько, что они вызвали Яцуоми и Романа. Так и получилось, что в небольшой квартирке собрались семеро мужчин и стали с непонятным интересом смотреть на восьмого.
  Тэдэр, чувствовавший себя под этими взглядами неуютно, старательно давил в себе желание либо забиться в угол кровати и притвориться одеялом, либо броситься в драку, не выясняя, что гостям надо. Столь же старательно он изображал на лице собранность и спокойствие, что, судя по подергивающемуся уголку губ Яцуоми, получалось плохо. А потом, когда молчание сгустилось и буквально переполнило комнату, у Тэдэра почему-то зачесались ладони. И захотелось схватить гитару, чтобы прижать ее к себе, как щит. Странное желание.
  - Так, - наконец сказал Малик, когда Тэдэр уже с трудом удерживался от ерзанья на одолженном у Ольши веселеньком розовом пластиковом стуле. - Выдержка у него точно есть.
  - Я говорил, - флегматично отозвался Роман. - Он действително умеет пережидать, особенно когда не знает, где противник и с кем следует бороться.
  - Зато когда знает, обвешивается ножами и весело скачет сражаться, - мрачно сказал Яцуоми. - Поэтому кто-то должен ходить следом и напоминать, что делать это нельзя.
  - Уверен? - спросил Малик.
  - У Романа спроси, - еще более мрачно сказал азат и, демонстративно сложив руки на груди, откинулся на спинку кресла.
  - Роман? - послушно спросил Малик.
  - Он нестабильный, вы ведь знаете. Ему до стабильности еще учиться и учиться, и, если бы можно было подождать, я бы не дал разрешения. У него по-прежнему нет защиты от стимуляторов. Он, конечно, может направить их воздействие, если успеет понять, что происходит. Но заблокировать не сможет. Гонки это показали.
  - Я думал гонки другое показали, - пробормотал Тэдэр.
  - И другое тоже, - не стал спорить Роман. - Но защиты у тебя нет. И ты должен не забывать об этом. Потому что, если забудешь и не заметишь...
  - Меня накроет волна в самый неподходящий момент, - отлично понял в чем проблема Тэдэр. - И я стану вести глубокомысленные беседы с гитарами.
  - Ну, не настолько все плохо, - почему-то смутился Роман. - Настолько глубоко тебя вряд ли затянет. Разве что, что-то наложится.
  - Вы меня пугаете? - решил поинтересоваться Тэдэр.
  Лица у всех были излишне серьезными. А с помощью дара Тэдэр мог рассмотреть только спокойствие, причем, у всех, даже у Яцуоми. Хотя Яцуоми, скорее всего, притворялся, и это спокойствие было всего лишь узором на броне, прятавшей его истинную сущность.
  - Нет, мы просто хотим, чтобы ты ко всему происходящему относился очень серьезно. И не забывал об этом, даже когда покажется, что все прекрасно, ты счастлив, а мир просто великолепная штука, - серьезно сказал Роман.
  - Я не забуду. Это тот мальчишка мог забыть, а я...
  - Тэдэр, ты и будешь тем мальчишкой, ты будешь в него нырять, а потом возвращаться, - с нажимом сказал Яцуоми. - И тебе будет очень сложно помнить, что это личина, а не ты насоящий. И хорошо, если забывшись, ты всего лишь опять обнаружишь себя наутро в постели непонятно какой девицы. Тебе нельзя забываться. Понимаешь?
  - Понимаю.
  Яцуоми хмыкнул и поплотнее вжался в кресло.
  Видимо не поверил.
  - Ладно, лучше не будет, - решил Малик, полюбовавшись обоими учителями. - Да и там есть кому присмотреть и вовремя врезать по физиономии, чтобы привести в чувство.
  - Хм, - очень мрачно отозвался Яцуоми.
  Тэдэр посмотрел на него с интересом, но развивать свою глубокомысленную речь учитель не стал.
  - Есть кому присмотреть, - с нажимом повторил Малик. - Сейчас о другом. Сейчас нашему герою объяснят, что он действительно умеет, а о чем у него несколько неправильное мнение.
  - Ножами швыряться он умеет, - проворчал Яцуоми. - Летать. Причем даже на ветрогоне сумел удержать равновесие почти сразу, мне Данька рассказывал. Этому факту там даже удивились. А с чем-то попроще справится сразу. Даже если его посадить в кресло пилота корабля класса "мародер".
  - С гитарой у него как дела? - спросил Малик.
  - Лучше, чем могло бы быть, - сказал один из здоровяков. - Я слушал. Учитывая его образование и большой перерыв, можно сказать, что парень очень талантлив.
  - А к броне у него странное отношение. Он ее за что-то не любит, - высказался второй здоровяк.
  - Тоже слушал? - полюбопытствовал Яцуоми, одарив парня странным взглядом.
  - Наблюдал. И, если с этим ничего не сделать, любой столь же наблюдательный человек, как и я, придет к выводу, что с курткой что-то не так. И хорошо, если это будет страж порядка, заподозривший, что придурковатый музыкант таскает лучевик в подмышечной кобуре, или наркоту в потайном кармане.
  - Может лучше без брони? - спросил Тэдэр, который действительно чувствовал себя в чудо-куртке нелепым и смешным. - И кто придумал ее мне подсунуть.
  - Даниил, - сразу выдал автора идеи Малик. - Он сказал, что такая защита тебе пригодится. Потому что ты невнимательный, особенно, когда увлекаешься, и вовремя нырнуть в укрытие не успеешь, даже если эти придурки действительно не решатся убивать тебя издалека.
  - Не решатся. Преступнику надо смотреть в лицо, - флегматично сказал Роман.
  - В общем, будешь ходить в курточке по городу, привыкать к вниманию, - жизнерадостно сказал Яцуоми.
  Тэдэр хмыкнул и посмотрел на не успевших пока высказаться мужчин.
  Они посмотрели на него и синхронно улыбнулись.
  - Я бы не стал с ним работать. Он недостаточно серьезно относится, - сказал один.
  - А я бы не доверял Лису группу поддержки. Видел я его удачные операции. Креативно, конечно, но если его узнают... - сказал второй.
  - Не узнают. Он обычно креативит в тяжелой броне, а в ней все на одно лицо, - сказал Яцуоми.
  - А те, кто может собирать сведения о наших десантниках, вряд ли заинтересуются каким-то музыкантом, - сказал крепыш, наблюдавший за отношениями Тэдэра с курткой. - А если и заинтересуются... так Даниил обыкновенный белобрысый парень. Похожих на него можно найти где угодно и сколько угодно. А после того, как его нос, скулу и челюсть собирали буквально из осколков, его даже сестра первое время не узнавала. Вы видели, как он теперь улыбается? Вечно криво, хотя лицо стало симметричнее.
  - С кем я связался, - пробормотал Тэдэр.
  Желание схватиться за гитару росло и крепло. И комната начала казаться совсем крошечной. А гости, кажется, подросли ввысь и вширь.
  - А еще нашему подопечному надо заново привыкать к толпе. Ему сейчас не по себе, - сказал Роман.
  - Проклятье, - сказал Малик. - Так я и знал. Где я вам сейчас подходящую толпу найду?
  - На пересадочной платформе, - сказал Яцуоми. - Задержим пару рейсов, сославшись на местных террористов, знаете какая толпа будет?
  - У него страсть к пересадочным платформам, - сказал Тэдэр, но на него никто не обратил внимания.
  
  
  Пересадочные платформы у Гловер были старыми, неудобными и слишком маленькими для того количества кораблей, которые ошивались вокруг них. Пассажиры носились, как безумные, сталкивались друг с другом и с надеждой пялились на информационный столб - на самом деле часть несущей конструкции, на которую какой-то умник навесил голопроекторов. Столб находился в центре тарелкообразной платформы и, в принципе, был виден из любой точки. Но проблема была в том, что информации было много и она, блоками, спирально закручивалась вокруг столба, из-за чего пассажирам приходилось водить хороводы, пытаясь высмотреть то, что было нужно именно им. А когда диспечер скучающим тоном объявил, что из-за угрозы теракта временно приостановлена подача кораблей, поднялся еще и возмущенный ор.
  Тэдэр чувствовал в этой толпе себя невидимкой и предпочел бы таковым и оставаться. Потому что привлекать внимание и без того раздраженных людей, мягко говоря, не умно.
  - И что я должен делать? - мрачно спросил он у потолка.
  Чехол с гитарой - плохонькой акустической - висел за спиной. Но даже если инструмент распаковать и начать играть, никто попросту не обратит внимания. Да и в целом это была та еще глупость.
  Оглядевшись, в поисках запропастившихся наблюдателей, Тэдэр пожал плечами и решил тоже поводить хоровод и подумать. Может, сумеет как-то иначе привлечь внимание. Например, начнет призывать народ к бунту против семей, делящих с помощью террористов власть и не дающих покоя простым людям. Вот весело будет. Малик точно так развеселится, что придушить захочет.
  Человеческое раздражение клубилось над толпой вишневым облаком с желтыми проблесками. Оно становилось гуще и плотнее. И на самом деле, для того, чтобы начался бунт, даже особо призывать не понадобится. Тэдэр бы на месте руководства платформой включил успокаивающую музыку, а то и начал распылять снимающее раздражение лекарство.
  Из толпы захотелось выбраться и уйти подальше. А то в некоторых случаях черный шрам на щеке может привести к куче неприятностей. Вот стоит сейчас какому-то придурку оглянуться, увидеть подозрительную физиономию еще более подозрительного бродяги с гитарой, и главный террорист, виноватый в задержке, будет найден.
  - Надо стать не подозрительным, - пробормотал Тэдэр. - Излучать добродушность и спокойствие. Хм.
  Тэдэр застыл, не обращая внимания на толчки и попытался вылепить соответствующее настроение. Почему-то почти сразу стало весело, и идея усестья под инвормационным столбом и начать играть перестала казаться совсем идиотской. Да и люди как-то сразу вокруг подобрели, а некоторые даже стали улыбаться.
  - Я тупею, - задумчиво сказал Тэдэр, борясь с желанием заорать что-то жизнерадостное и пригласить всех на свое выступление, абсолютно бесплатно. - Перебор с эмоциями, надо притушить.
  А потом тело само-собой дернулось в сторону и назад прежде, чем Тэдэр понял, что происходит. Напускная веселость и добродушие тут же слетели, а вместо них разлилосьь ледяное спокойствие и сосредоточенность на мужчине, который только что чуть не врезал по лицу зажатым в кулаке металлическим бубликом. Таким, попав в висок, можно и убить.
  Люди, словно что-то почувствовав, стали поспешно расступаться, стараясь держаться подальше что от мужчины с бубликом, что от Тэдэра. А мужчина, вместо того, чтобы продолжить размахивать руками, выдал широкую, сбивающую настрой улыбку и пророкотал:
  - Дженке, барабанщик.
  - Что?
  - Не что, а кто. Барабанщик я.
  - А?
  Возле Дженке, словно из-под земли, вырос Даниил в тяжелой броне, в серо-синих тонах, и со шлемом на сгибе локтя.
  - Дженке это. Ты извини, но твой бывший барабанщик спился настолько, что даже чистка его в норму не привела. Он там, видимо, не только пил, мозги всмятку. Вот мы и подыскали... Ему все равно в ближайший год нельзя прыгать с ускорением, позвоночник был поврежден. А так и отпуск, и дело. А то он от безделья морды бьет и во всякие нехорошие истории ввязывается.
  Лис хлопнул барабанщика по плечу так, что он охнул и присел.
  Толпа, которая должна бы была начать ругаться, разбегаться или мысленно желать Даниилу и его десантникам смерти в муках, почему-то успокоилась и стала излучать любопытство, а местами и восхищение. И это было очень странно.
  - Так, - задумчиво сказал Тэдэр.
  - А, не обращай внимания, - жизнерадостно сказал Лис, буквально расцветая в улыбке недалекого идиота. - Это курсанты и научники. У одних тут маневры были, другие какой-то интересный астероид ковыряют. Пригласили их поучаствовать в массовке и заставили немного подождать, пока Яцуоми не сказал, что у них настроение подходящее. Они не местные и продавать твои секреты не станут.
  - Какого... - Тэдэр не шибко понимал, что именно желает спросить, но Даниил его, видимо, понял.
  - Это все твой учитель, желтоглазый который, - легко и непринужденно выдал он Яцуоми. - он был уверен, что у тебя слепота. И если ты увлечешься одной проблемой, остальные для тебя перестанут существовать и ты проморгаешь даже слона, пытающегося тебя растоптать. Рад, что он не совсем прав.
  - Не совсем? - заинтересовался Тэдэр.
  - Ты Дженке не заметил, но отреагировать успел. В общем, нам надо опять много думать, а времени мало. Проблемный ты парень, Тэдэр. А вообще, готовся, через два дня ты отправляешься на первую репетицию.
  - Хм, - только и смог сказать Тэдэр.
  Если они ради того, чтобы проверить насколько он за себя боится, готовы нагнать на платформу кучу статистов, куда-то дев реальных пассажиров, то, наверное, он им нужен живым и желательно здоровым. Но и территорию захватить нужно срочно.
  Знать бы еще, зачем она им.
  Может, действительно у Малика спросить? не так он страшен, как кажется на первый взгляд.
  Новоявленный барабанщик спрятал свой бублик в карман и стал добродушно улыбаться. Что с его ростом, шириной плеч, да и не шибко симпатичной физиономией сочеталось плохо.
  Зрители будут в восторге. Насколько Тэдэр помнил, такие контрасты они любят.
  Правда, ощущение нереальности, появившееся в момент, когда Дженке представлялся, никуда так и не делось. А это, наверное, нехорошо.
  
  
  Подготовка. Хорошо забытое старое.
  
  
  Откровенно говоря, Рик Тьял, получив заманчивое предложение о воскрешении легенды, вовсе не верил в то, что кто-то действительно эту легенду станет воскрешать. Он вообще был убежден в том, что воскрешать там некого.
  Анжел, когда-то привлекавший толпы визжащих поклонниц своей смазливой физиономией и ломким голосом, теперь был высоченным тощим мужиком. Смазливая физиономия вытянулась, нос истончился и удлинился, челюсть стала массивнее и от красоты не осталось и следа. Но и это было бы не страшно, узнать его можно было, если бы бившиеся над ним столько лет врачи смогли вернуть хоть половину того мальчишки, пускай даже не помнящего себя. Но нынешний Анжел был флегматичен, явно отставал в развитии и смотрел на мир пустыми глазами. В нем даже любопытства не было.
  Малькарре О"Нил из бодрого и веселого парня превратился в развалину неопределенного возраста, с трясущимися руками, клочковатыми волосами и вечно просящим, собачьим, взглядом. Рика он даже не узнал и о том, что когда-то был барабанщиком, вспомнил с большим трудом. А когда-то казался умным парнем. Даже сбежал, не дожидаясь, пока остатки группы станут выпроваживать с угрозами, и насмешливыми обещаниями обязательно найти всех виноватых в состоянии Анжела и наказать. И Рик был уверен, что если бы не делал вид, что думает, будто Тэдэр сбежал еще раньше, чем Малькарре, их бы вообще не выпустили. Ну, или выпустили недалеко, а потом случился бы несчастный случай.
  Басгитарист Веник, точнее Вениамин Шевцов, был жив, здоров и весел. Он за это время успел сменить четыре группы, но нигде не прижился по причине самоуверенности других участников, уверенных, что начинать карьеру с музыкальных баров и бесплатных площадок - некомильфо. Судя по тому, что группы после ухода басгитариста быстро распадались и исчезали, так и не получив давно их ожидавшей славы, мнение у него было правильное. Но связываться с возрожденной легендой он все равно не хотел, пока лично тот придурковатый ангел не пообещал ему бешеные деньги, защиту, поддержку, а потом и гражданство Крылатого Королевства. Правда, гражданство Веник потребовал вперед, после чего и успокоился.
  С остальными было проще, они соблазнились деньгами. Да и на виду они никогда особо не были.
  В общем, спасти эту аферу мог только действительно чудом выживший Тэдэр Бранко, во что Рик не верил. Впрочем, это были не его проблемы. Афера нужна была ангелам, пускай они и займутся поисками кого-то достаточно похожего. И пускай этот похожий попробует соответствовать.
  С этими мыслями Рик Тьял прибыл на планету, о которой до сих пор даже не слышал. С ними же он подошел к дому законника, а потом нажал на ручку двери, на которую ему указала говорливая девчонка-сопровождающая.
  Дверь открылась бесшумно. Рик, подгоняемый девчонкой, утверждающей, что его там уже заждались, шагнул через порог и замер, уже не слыша щебет сопровождающей.
  Этого не могло быть, но у стены, опираясь на нее спиной и недовольно глядя на троицу, заседавшую за столом, стоял самый настоящий Тэдэр Бранко. Такой же вихрастый и худющий. Не очень высокий. Скуластый и большеглазый.
  - Не может быть, - сказал Рик.
  - О, уже прибыли? Заходите, - жизнерадостно велел сидевший за столом блондин, а потом, опомнившись, широко улыбнулся и поздоровался.
  - Не может быть, - повторил Рик, на деревянных ногах идя к столу и свободному креслу.
  - Здравствуйте! - жизнерадостно воскликнул очень похожий на Тэдэра Бранко парень и улынулся.
  Вблизи он на того мальчишку был похож меньше. Явно старше. Смотрит пристально, с каким-то непонятным интересом. Слишком сосредоточенно для того Тэдэра. На щеке черная полоса, что-то означающая, только Рик не помнил что именно. Да и в целом, ощущения от этого парня были вовсе не такие. Ему бы совсем не подошла бесшабашная и нервная музыка, которую играл тот Тэдэр Бранко. Здесь было гораздо больше спокойствия и уверенности. Устойчивости.
  Рик поймал себя на том, что стоит у кресла и пялится на парня, пытаясь понять, это бывший подопечный так вот вырос или где-то нашли его родственника.
  - Он это, он, садитесь. Тэдэр, ты тоже садись, не маяч, - велел блондин и представился. - Даниил Лис, буду обеспечивать безопасность вашей работы.
  - И вносить в нее бедлам, - проворчал темноволосый мужчина, явно имевший какое-то не шибко отдаленное отношение к монголоидной расе.
  А второй, европейского типа, улыбнулся. Настолько ласково, что Рик опять почувствовал себя на приеме у психоаналитика, на который его затащила о чем-то беспокоящаяся дочь.
  - Вот такая вот команда, - сказал Тэдэр Бранко, и Рик опять на него уставился. Потому что эти насмешливые интонации он знал. Только принадлежали они вовсе не сгинувшему подопечному, а жизнерадостному полулегальному торговцу, давнему другу и большой сволочи, хоть и с принципами.
  
  
  Рик Тьял продолжал смотреть все с тем же сомнением, хотя Тэдэр успел продемонстрировать и игру на гитаре, и свое сомнительное пение, и даже перевоплощение в придурковатого музыканта. После перевоплощения Рик некоторое время ходил пришибленным и бормотал что-то загадочное на тему: "А может все-таки он?". Но потом все вернулось на круги своя, и он опять стал одаривать Тэдэра сомнением и недоверием. И Тэдэр невольно чувствал себя самозванцем, хотя таковым не являлся. Правда, доказывать что-либо Рику он не собирался. У него и без этого пролем хватало, что с учителями, что с даром, что с Даниилом, которому кто-то доверил заниматься безопасностью. Даниил вообще оказался стихийным бедствием, причем, уверенным, что для лучшей сохранности подопечных их следует засунуть в бронированный контейнер и не выпускать оттуда до конца жизни.
  А потом Рику, видимо, надоело сомневаться и он решил все выяснить и стал задавать вопросы, пристально глядя Тэдэру в глаза.
  - Это действительно ты? - спросил страшным шепотом и оглянулся, словно боялся, что кто-то подслушает.
  - Да, - тоже шепотом ответил Тэдэр. Вопрос на его вкус был странным, он в любом случае был бы собой, кем бы ни был.
  - Ты Тэдэр Бранко, тот самый?
  - Да, - честно ответил Тэдэр.
  - Но как?!
  - Мне повезло с предками. Аллары очень живучие твари, да и странники не хуже. А еще, один человек вовремя меня нашел. Вовремя для того, чтобы было еще что спасать.
  - О, - явно удивился Рик и печально убрел. То ли не поверил, то ли ему надо было подумать.
  Вернулся он бодрым и решительным. Заявил Тэдэру, что даже если он врет и притворяется, ответственности это с него не снимает, а значит, придется становиться звездой, отдавать всего себя музыке и наслаждаться происходящим. Прозвучало даже зловеще, поэтому Тэдэр только кивнул.
  
  
  Музыкантов и второго певца с гитарой привезла Снежка. Подросшая и еще больше похорошевшая Снежка. В четырнадцать лет она была серьезной девочкой, с еще пухлыми детскими щечками, просто огромными серыми глазами и маленьким упрямым подбородком. А еще она была светлокожа и светловолоса. И имя Снежанна ей очень шло. Не зря ее так назала безответственная матушка-актриса, считавшая, что Рик за ребенком присмотрит лучше, а матери можно появляться и набегами.
  Теперь та милая и упрямая девочка превратилась в женщину - красивую, холодную и своеобразную. Она умудрялась выглядеть женственной даже в мешковатых линялых штанах и клетчатой мужской рубашке.
  Походка у Снежки была размашистая. Вид настолько уверенный, что даже изображавший параноика Даниил отступил перед ней в сторону, а музыканты вообще брели следом с потерянным видом.
  Девушка окинула взглядом присутствующих, кивнула отцу и увидела Тэдэра. Постояла немного, а потом уронила сумку, завизжала и бросилась на шею. С таким рвением, что парень еле устоял на ногах.
  Рик говорил что-то о том, что до сих пор не уверен, что это не хорошо сделанный и правильно обученный клон.
  Даниил смотрел со странным интересом, словно подозревал, что визг был оглушающим жертву оружием и девушка сейчас начнет откусывать Тэдэру голову.
  Музыканты выглядели еще более растерянными.
  И только один Тэдэр счастливо улыбался. Потому что если его узнала недоверчивая Снежка, отлично разбиравшаяся в людях даже в четырнадцать лет, то не так уж сильно он изменился. И точно не стал хуже. А это не могло не радовать.
  
  
  Защитно-ударный корабль класса "жало" был замаскирован дополнительной обшивкой и съемными надстройками под развлекательно-прогулочную яхту, построенную по заказу какого-то любящего излишества болвана. Ради все той же маскировки его обозвали просто и незамысловато - "Цыпленком". И теперь он величественно плыл в межзвездном пространстве, притягивая удивленные и насмешливые взгляды разбиравшихся в кораблях людей.
  Точнее, никуда он не плыл, а уже четвертый день болтался над планетой "Первая". Эта планета, на вкус Тэдэра, была той еще дырой. Люди на ней зарабатывали исключительно за счет туристов, благо климат и наличие спокойных слабосоленых морей позволяли. Для туристов же на планете выращивались диковинные фрукты и разводились морские деликатесы. Все остальное на Первую завозили, потому что на множестве островов банальные пшеница или рис расти не сильно желали, да и стоили они значительно дешевле фруктов. А почему жители планеты за всю свою историю так и не озаботились построить завод для выращивания мяса, было той еще загадкой. Завод, в конце-концов, можно было повесить и на орбите, если не хотели свои острова загромождать.
  В общем, то, что ели туристы под видом выращенной ненатуральным путем говядины, могло оказаться чем угодно. Начиная от банального восстановленного белка замешанного на красителях и вкусовых добавках, и заканчивая неизвестного вида тварями, которых где-то набил воинственный молодняк тидьжиков, возжелавший обзавестись человеческими деньгами и сходить в развлекательный центр.
  "Цыпленок" на орбите висел не просто так. С планеты "Первая" должно было начаться возрождение группы "Удар". А пока эта группа пыталась сыграться, все отрепетировать и запомнить инструкции Даниила. Последнее было невозможно в принципе, потому что инструкции опять ударившийся в фальшивую паранойю Лис рожал каждый час, и были они длинны, подробны и многословны.
  К счастью, вскоре Даниила отвлекла Снежка, которой надоело сидеть без дела и захотелось хотя бы позагорать, раз ее пилотские таланты пока никому не нужны.
  В пилотские таланты Лис почему-то упорно не верил, даже после того, как был бит на симуляторе в гонке. Отпускать девушку загорать не желал, утверждая, что ее там украдут и продадут бывшие коллеги Тэдэра. Правда быстро согласился на пляж, когда окончательно обозленная девушка сказала, что раз он так переживает, пускай идет с ней и изображает телохранителя.
  - Это она от безделья, - сказал Рик.
  А Яцуоми многозначительно хмыкнул.
  Вернулась Снежка с пляжа злая и разочарованная. А Даниил наоборот сиял и был очень доволен собой. Тэдэр даже заподозрил, что девушку там действительно попытались украсть, а Лис героически ее спас. Но все оказалось гораздо банальнее.
  Хваленный пляж с чудесным белым песком, на который она отправлялась насмотревшись рекламы, на самом деле был местом шумным и довольно грязным. Из песка торчали камни и принесенные водой ветви, которые почему-то никто не убирал. На белых скалах, торчащих из воды клыками неведомых чудовищ, сидели противно орущие птицы. Они же пытались обгадить отдыхающих. В воде разрослись желтые и зеленые водоросли, превратив ее в суп. Ходили, конечно, слухи, что если заплыть достаточно далеко, обязательно найдется чистая и прозрачная водичка, как в рекламе, но проверять Снежка не стала.
  Зато Даниил, изначально не ожидавший от излишне популярного пляжа ничего хорошего, с удовольствием набил морду какому-то нетрезвому идиоту, считавшему, что имеет право лезть с объятиями к любой попавшейся на глаза девушке. Еще он, под аплодисменты отдыхавших, подбил камнем птицу, чуть не нагадившую ему на голову. За птицу пришлось заплатить штраф, но Даниил, вместо того, чтобы раскаяться, предложил доплатить еще за несколько птичек, чтобы штрафующие не бегали туда-сюда. А они почему-то не согласились. Да еще и пообещали изгнать Даниила с пляжа с позором.
  Снежка дожидаться следующей птички разумно не стала и уволокла телохранителя есть знаменитые фрукты. Там Даниил спас ее от осы и заплатил за столик, слишком хлипкий для того, чтобы выдержать его удар.
  Девушка заподозрила, что Даниил надел под рубашку в легкомысленных цветах усиливающий удар каркас. Лис гордо задрал нос и сказал, что даже стол попрочнее запросто сломает. Снежка не поверила и решила проверить свою догадку. А страж порядка, застукавший их за расстегиванием рубашки, и вдумчивым изучением обнаружившихся под ней пластин-подвесок и, на всякий случай, вытатуированного непонятного кошачьего с раззявленной пастью, как-то неправильно Снежку понял и впаял штраф за вызывающее поведение. Штрафовать Лиса, как ни странно, он не стал, видимо впечатлился глупой улыбкой на его лице.
  Окончательно разозлившаяся, но все еще желающая отдохнуть Снежка огляделась, и решительно пошла заказывать экскурсию в морских глубинах. А глубины оказались, мягко говоря, не шибко глубокими. Яркие рекламные рыбы оказались тусклыми и какими-то облезшими, а еще, как назло, барахлила система охлаждения, и в субмарине очень быстро стало жарко, неуютно и завоняло потом.
  И эта экскурсия, наконец, стала последней каплей. И планета "Первая" для Снежанны тоже перекочевала из разряда "курорт" в разряд "дыра".
  Тэдэр, выслушав обличительную речь девушки, только кивнул и сказал, что достойные места для отдыха здесь очень дорого стоят и рассчитаны на очень небольшое количество отдыхающих. А Лис предложил повторить и пообещал расчистить Снежке место на пляже, поставить ловушки на нетрезвых мужиков, расставить по периметру подчиненных, наряженных в тяжелую десантную броню, и лично отстреливать тех мерзких птиц. Но девушка почему-то не согласилась. Еще и болваном обозвала, не поверив, что он серьезно.
  
  
  А первый концерт начался неинтересно и банально. Словно и не было многолетнего перерыва.
  Оказалось, Тэдэр успел забыть, что большинству собравшихся на ночном пляже людей, нет никакого дела до приглашенных знаменитостей. Эти люди понятия не имеют, что это за знаменитости и где именно они знамениты, просто не нашли другого развлечения на вечер.
  Часть людей все-таки заинтересовалась музыкой и собралась у сцены. Другие разбрелись по пляжу, пошли купаться или расселись за столики на выложенной светящимися в темноте камнями площадке.
  И этот концерт был всего лишь очередной репетицией. Репетицией того, насколько одна ожившая легенда сумеет вжиться в образ музыканта и звезды. И Тэдэру стало тоскливо-тоскливо. И, наверное, он бы все запорол, если бы не вспомнил зачем здесь находится. И если бы не уловил излучаемое барабанщиком и десантником в обном лице удовольствие, и не сумел его подхватить, примерив на себя.
  А потом Тэдэра понесло. То ли музыкой, то ли настроением. Он орал так, что охрип и даже вода, с растворенным в ней волшебным лекарством не сильно помогла. И зрителей как-то незаметно стало гораздо больше. И это было хорошо, приятно, и даже звезды танцевали под ритм выбиваемый Дженке.
  Правда закочилось все не очень хорошо. Тэдэр, видимо, слишком далеко себя отпустил и очнулся от того, что Даниил безжалостно макал лицом в миску со смесью воды и льда. Рядом стояла почему-то испуганная Снежка. А под глазом барабанщика Дженке, держащего миску, расцветал фиолетовый синяк.
  - Что? - хрипло спросил Тэдэр, когда Лис, вглядевшись в его лицо, наконец отпустил.
  - А, ерунда, ты всего лишь раздолбал гитару, обозвав ее дровами. Устроил драку, а потом предложил девушкам купаться голышом. Собственно, благодаря последнему предложению, мы благополучно сбежали. Девушки тебя послушались, и охрана отвлеклась на них.
  - Какая еще охрана? - удивился Тэдэр.
  - Охрана клуба, - сказал Даниил. - Знаешь, без Яцуоми я больше присматривать за тобой не соглашусь. Я просто не понял, что что-то не так. Ну, захотел человек отпраздновать удачное начало, ничего ведь необычного.
  - Проклятье.
  - Ага, а потом ты еще и сидел спокойно некоторое время, только улыбался так, шально. И мы ничего не подозревали, пока ты не заявил, что больше не можешь слушать эти мучения и не разломал гитару о сцену, чудом не прибив гитариста.
  - Гитара была не моя? - удивился Тэдэр.
  - Не твоя. Ты хоть что-то помнишь?
  Тэдэр подумал. Выловил смутные образы и признался:
  - Местами.
  - Чудесно, - сказал Даниил. - Просто великолепно.
  - Да я потом постепенно вспомню. Это состояние, как при шоке...
  - Меня это не утешает. Проклятье. Надо придумать какой-то пароль для проверки твоего состояния, что ли?
  Даниил был серьезен, сдержан и уверен в себе. Поэтому Тэдэр махнул рукой и позволил ему придумывать. А ему следовало подумать о другом. Проанализировать и найти тот момент, когда увлекся и перестал соображать. Чтобы больше так не делать.
  
  
  - А вот теперь ты мне все расскажешь, - мрачно прошептали на ухо Даниилу Лису, прижав его к стене.
  - Хм, - выдал глубокомысленно мужчина.
  Нападение было неожиданным и поэтому прошло более-менее успешно. Конечно, если бы он хотел, то запросто отшвырнул бы пигалицу в другой конец коридора, но кто же будет швыряться девушкой, когда она столь страстно прижимается к груди?
  - Ну? - еще мрачнее сказала Снежанна, заметив, что жертва нападения нахально улыбается.
  - Что тебе рассказать? - полюбопытствовал Лис.
  - Все! - яростно сказала девушка и зашептала: - Папа вчера, наконец, окончательно признал, что Тэдэр настоящий. Когда увидел, как он играет. Папа вообще музыкантов по игре узнает и...
  - Ладно, пошли, - перебил Лис Снежку и, подхватив ее под локоток, повел в пустую по случаю позднего времени кают-компанию.
  Там он усадил девушку на диван, сел напротив в кресло и приподнял бровь, демонстрируя, что готов слушать.
  Снежка тяжко вздохнула, а потом хмыкнула и почему-то решила рассказать историю с самого начала.
  - Я тогда еще маленькая была, - сказала тяжко. - И глупая. Западала на смазливые физиономии. И когда папа приволок тощих пацанов, обозвав их гениями, я решила, что с первого взгляда влюбилась в Анжела. Понимаешь, он был очень красив. И улыбался еще, да и... В общем, эта моя влюбленность просуществовала ровно три дня, столько времени мне понадобилось, чтобы понять, что белокурый красавчик на самом деле ни капельки не соответствует своему имени. Что на самом деле он самовлюбленный придурок, мелочный, жадный и презирающий всех вокруг.
  - И ты перекинула свою страсть на Тэдэра, - улыбнувшись, предположил Даниил.
  Снежка фыркнула и сказала:
  - Какая еще страсть? Я мелкая была, да и Тэдэр больше всего напоминал бестолкового восторженного щенка. Он славный был, и так играл... но я его видела в разном виде. Но в целом, ты прав. Знаешь, у группы была куча поклонниц, которые приходили, увидев где-то смазливую физиономию Анжела. И так забавно было наблюдать, как они за каких-то пару дней превращаются в обожательниц Тэдэра. Причем, они близко не общались ни с одним, ни с другим. Просто красавец Анжел, вместе со своим великолепным голосом пел о себе и для себя. А Тэдэр для зрителей. И это очень чувствовалось. В общем, папа не верит, но я уверена, что Анжел из-за своей извечной зависти сам создал ту ситуацию, в которую попал. Хотел избавиться от отбирающего поклонниц Тэдэра и тоже попал под раздачу.
  - В этом ты права, - сказал Лис.
  - Понятно. Но, я хочу знать, что тогда произошло и что происходит сейчас. То, что происходит с Тэдэром, это очень странно. Он словно два разных человека, понимаешь? Папа узнал только второго, когда Тэдэр в него превратился, что ли... Ты, наверное не понимаешь, но он играть стал по-другому. Он фальшивил, слишком старался, а потом раз - и полетел вместе с музыкой.
  - О том, что произошло тогда, лучше спроси у Тэдэра. Захочет, расскажет. А сейчас...Слышала о видящих? Ну или о фениксах, так их тоже называют.
  - Фениксы сумасшедшие с раздвоением личности, - не шибко уверенно сказала Снежанна.
  - Не совсем, но близкое явление. Вообще, официально утверждается, что это дар такой, передающийся по наследству. Экстрасенсорика. Чуть ли не магия. Но на деле, от безумия оно недалеко ушло. А может и вовсе не ушло, просто безумные фениксы, умеющие это безумие контролировать, очень выгодны и нужны.
  Девушка похлопала глазами, а Даниил зарылся пятерней в волосы и откинувшись на спинку кресла, посмотрел поверх ее головы.
  - Как бы тебе объяснить... - спросил задумчиво.
  - Как есть, - уверенно сказала девушка. - Я пойму и переживу. Я вообще не пугливая.
  - Хм... Ладно, вот представь, что того Тэдэра, которого наконец узнал твой папа, на самом деле уже не существует. Он умер, личность распалась на осколки и перестала существовать. Ну, или сгорела в огне, как говорят о фениксах. А потом из этого огня появилась новая личность, более приспособленная к выживанию в тех условиях, в которых оказался человек. Ну, теоретически. На практике может получиться что угодно. И у этой личности вдруг появились таланты, не свойственные предыдущей, зато пропали те, которые были. О морали, убеждениях и всем остальном даже говорить не стоит. Оно может поменяться на противоположное. А если с человеком такие превращения случаются часто, в какой-то момент он не приходит в более-менее вменяемое состояние и сходит с ума по-настоящему. В общем, в дикой природе фениксы долго не живут, либо оказываются в психиатрической лечебнице, либо самоубиваются, либо их убивают. Насколько я понял, этот дар вообще сложная штука. Слишком сложная. Да и в целом, с фениксами лучше не связываться, если они не умеют себя контролировать. Их в любой момент может переклинить, они перережут тебе глотку и убредут, весело посмеиваясь.
  - А если умеют?
  - Если умеют, то такое развитие событий маловероятно, хотя тоже не исключено. Видел я одного, наследственного, обучаемого с пеленок. Понятия не имею, что его так довело... хотя говорили, что все вместе, там и усталость была, и травма, и наорали не вовремя, и, возможно, какой-то неучтенный стимулятор. В общем, парня переклинило, и потом его полгода вообще не могли найти. Еле отыскали среди контрабандистов и, если бы не его папаша, сумевший привести сына в чувство, нам бы там еще и повоевать из-за него пришлось. А самое смешное, что потом он не мог понять, почему вообще решил заняться контрабандой и какая нелегкая его понесла именно в тот сектор. Представляешь?
  - Представляю. Действительно страшно. Только не понимаю, зачем и кому нужны такие проблемные люди.
  - О, поверь, видящие очень полезны, когда вменяемы. Это их умение перевоплощаться на самом деле ерунда. Обычно их для другого используют. Просто у нас ситуация внештатная, и без воскрешения музыканта Тэдэра Бранко не обойтись.
  - Хм.
  - Не хмыкай. Ты ведь должна понимать, что за увеселительную поездку по местам былой славы твоему отцу столько бы не заплатили.
  - Понимаю. - Снежанна вздохнула. - И я была бы сильно против, если бы не долги и не возможность увидеть живого Тэдэра. Я так надеялась, что он выжил. И папа надеялся. Он очень переживал, что, возможно, бросил на той планете беспомощного мальчишку. А потом еще и за отмену концертов пришлось платить. И везти перестало.
  Снежанна опять вздохнула, поблагодарила за разговор и ушла, сообщив, что отправляется спать.
  
  
  - Говорят, тебя оштрафовали за то, что совращала Даньку, - жизнерадостно заявил Тэдэр, когда Снежанна подошла к нему на следующий день.
  Вот так и получилось, что вместо того, чтобы расспросить, что произошло много лет назад, она стала оправдываться и вести разговоры о белобрысом десантнике.
  - Я его не совращала, я всего лишь хотела посмотреть, не носит ли он на себе оборудования для крушения столов, - призналась Снежка.
  - Столов?
  Девушка вздохнула и рассказала об охоте на осу. Ну или не осу, но насекомое очень на нее похожее. Тэдэр почему-то хохотнул, а потом посерьезнел и сказал:
  - Зря.
  - Что зря?
  - Оборудование искала. Стол действительно мог быть хлипким. А Даниил очень сильный, он же десантник.
  Девушка сделала удивленное лицо и хмыкнула.
  - Не понимаешь, - озвучил очевидное Тэдэр. - Ты же видела эту его броню. Тяжелую. Знаешь, сколько она весит?
  Снежанна мотнула головой, а потом уверенно сказала:
  - Ничего она не весит. В ней компенсаторы. Она еще и самостоятельно раненых может выносить, мне один знакомый рассказывал.
  - Все так, но в десантники все равно берут только людей, которые могут тащить на себе тяжелую броню с отключенными компенсаторами. Понимаешь, бывают ситуации, когда они отключаются. Из-за сбоев, из-за повреждений и необходимости перестроить работу. Оружие еще есть, специальное. Бывает, что всю начинку брони отключают, чтобы не отследили. И тогда эту махину тащит на себе десантник. А весит она немало, можешь мне поверить. Я примерял похожую.
  Снежка с сомнением хмыкнула и посмотрела на маячившего у входа в кают-компанию Даниила. Он помахал ей рукой и широко и глупо улыбнулся.
  - Он не выглядит сильным, - сказала, отвернувшись от белобрысого десантника. - Худой, длинный, мышцы, конечно, есть, но не так, чтобы очень. Сухой и жилистый.
  - Возможно, в его роду аллары тоже потоптались, временами даже похож немного, - сказал Тэдэр, улыбнувшись. - А может и нет. Я знаю даже одну девушку-десантника, бывшую, правда. Ей запретили перегрузки. Они там очень неудачно откуда-то свалились. Таран вообще пришлось профессию менять. Дженке позвоночник повредил. Даниил - лицо. В общем, там вся команда инвалиды благодаря броне. А если бы не она, были бы трупы. Жалко, что от легкой брони почти нет пользы.
  Снежанна, опять смотревшая на Даниила и, видимо, пытавшаяся рассмотреть повреждения на его лице, встрепенулась и пристально уставилась на Тэдэра.
  - Зачем тебе броня? - спросила серьезно.
  - Чем прочнее рыбка, тем меньше шансов, что ее раскусит рыбка крупнее, - философски сказал Тэдэр. - Не беспокойся, меня же охраняют и оберегают.
  - Тэдэр! - с нажимом сказала Снежка.
  Парень вздохнул, посмотрел на потолок и все-таки поведал печальную историю своей жизни. Просто хотелось выговориться. Да и, зная об опасности, та же Снежка наверняка будет вести себя острожнее. И за увлекающимся отцом присмотрит.
  Интересно только, почему Рик не рассказал ей, куда и зачем они едут? Может, забыл по рассеянности?
  
  
  
  Игра на жизнь. По местам былой славы.
  
  
  За прошедшие две недели Даниилу пришлось еще дважды макать Тэдэра головой в миску со смесью льда и воды. Это оказался самый простой и самый быстрый способ привести его в чувство. А один раз самоотверженный Дженке буквально вырвал Тэдэра из рук поклонниц, тащивших его то ли к себе, то ли в клуб, а то ли вообще в соседнюю галактику. Но в большинстве случаев Тэдэр, к счастью, себя контролировал и вытаскивал свою настоящую личность самостоятельно.
  Олав, второй певец - высокий, худой и беловолосый, неуловимо похожий на Анжела, но поприятнее и даже поголосистее, понаблюдав за превращениями Тэдэра, засел писать мемуары. На них он тратил любую свободную минутку. Но в целом был парнем дисциплинированным, совсем не пьющим, да еще и сотрудником какой-то странноватой конторы Крылатого Королевства. Эта контора занималась созданием хаоса, диверсиями, попутным шпионажем и трепетным созданием образа граждан Крылатого Королевтсва. Это Олав сказал про трепетный образ. А Даниил добавил, что выставляют они этих граждан полными придурками. Хотя чего еще ожидать от Мутной воды? В этой конторе нормальных людей никогда не было. Таких туда не берут.
  Группа, не смотря на спешку, каким-то чудом успела сыграться и даже проникнуться друг к другу уважением. И Рей чувствовал себя гением.
  Яцуоми так и не появился. Видимо, его запоминающаяся физиономия успела помелькать где не надо. Роман отказался, сказав, что будет только отвлекать и напомнив, что он был против. Зато сразу по вылету с планеты-курорта на "Цыпленке" обнаружился Малик Тоэдо, перекрашенный в блондина. Такой цвет волос ему категорически не шел и делал тем еще уродом, но Малику оно нравилось и вел ангел себя так, словно ехал в давно заслуженный отпуск.
  Вмешиваться во чью бы то ни было работу Малик не собирался. Он, по его словам, просто был на подстраховке. Так, на всякий случай. Мало ли, как дела пойдут.
  Группа поддержки все эти две недели тоже маялась бездельем. Планеты, на которых отметилась возрожденная легенда, были тихими и мирными курортами. Их специально подобрали, чтобы все успели привыкнуть и втянуться в работу. Но, если в отношении музыкантов и всех, кто так или иначе участвовал в выступлениях, это сработало, то всем остальным скорее навредило. Делать им было нечего, и они несколько расслабились, из-за чего Малику даже пришлось проводить общий сбор и читать на нем лекцию об отвественности и долге.
  А потом две недели закончились. Какой-то массив информации где-то набрался, и все пришло в движение - на очередной планете возрожденную легенду ждал не получивший взятку чиновник или управляющий курортом, а толпа репортеров и даже неожиданно образовавшихся поклонников. И Тэдэру пришлось на ходу настраиваться на то, что выступление уже начинается, а потом отвечать на дурацкие вопросы о своем неожиданном воскрешении и дальнейших планах.
  О том, как именно ему удалось воскреснуть, он загадочно молчал. А если спрашивали очень настойчиво, отказывался комментировать и уходил с постной миной на лице. Об этом Даниил попросил. А Олав, проследив за тем, как русоволосая девушка о чем-то шепчется с неприметным мужчиной, стоя немного в стороне от остальной толпы, мрачно пробормотал:
  - Слухи распускают и таинственности нагоняют.
  - А? - не понял Тэдэр.
  - Хаос создают. И привлекают к нам внимание. Думаю, та красотка такого о тебе понарассказывает сейчас, что тебе будет половина галактики сочувствовать, и даже тидьжики прослезятся. И довольно скоро не заметить нас будет сложно. Публика любит жалостливые истории о великом спасении.
  - Хм, - только и смог сказать Тэдэр.
  Впрочем, Олав оказался прав. Видимо, опознал в русоволосой девушке свою коллегу.
  
  
  - Что ты творишь? - ласково-ласково спросил Даниил, улыбнувшись Снежке так, что она почувствовала себя школьницей, которую застукал учитель за дегустацией пива, тайком стащенного у папы.
  - Ничего! - агрессивно рявкнула девушка, как та самая школьница, и едва удержалась от того, чтобы треснуть десантника по колену.
  - Это не игрушка для взбалмошных девиц, - еще ласковей сказал Даниил и подошел поближе, видимо желая нависнуть и задавить морально.
  Снежанна вскочила на ноги, отложила пилотский шлем и уставилась блондину в глаза. Когда человек лишь немного выше, нависнуть у него не получится, а бодаться взглядами она умела.
  - На стимулятор иди, пигалица, если возомнила себя великим пилотом, - велел Даниил. - А то ищи тебя потом вокруг станции.
  Девушка даже моргнула. Она думала, что он в принципе не разрешает посторонним трогать лочботы, а он, оказывается, боится что она по неопытности потеряется.
  - Я всего лишь круг со всеми, - от неожиданности начала оправдываться Снежка, но чертов десантник посмотрел на нее так, словно она сморозила величайшую глупость во вселенной. - Да не разобью я его и не потеряюсь. Я летала на похожих одноместниках, просто они были гражданские, а не военные.
  Даниил шумно выдохнул. Потом глубоко вдохнул и вкрадчиво спросил:
  - А ты знаешь, чем военные суда отличаются от гражданских, вне зависимости от величины и предназначения?
  - Военные тяжелее, - мрачно сказала Снежка.
  - На военных оружие есть, дура. И ты, случайно нажав на незнакомую кнопочку, можешь обстрелять станцию или нас. А мы, официально тихие, мирные и практически безоружные.
  - Я ничего незнакомого нажимать не собираюсь, - упрямо сказала Снежка, хотя уже решила, что надо заняться самообразованием и полетать на симуляторе именно на военного образца лочботах.
  Блондин почему-то широко улыбнулся, а потом протянул ладонь и потребовал:
  - Допуски.
  - Что?
  - Допуски на разрешение полета на лочботах.
  - У меня категория... - начала объяснять Снежанна.
  - Плевать на твою категорию. Без допуска пилотировать конкретный корабль никто тебя туда не пустит. Вон у Тэдэра есть допуски на пилотирование половиной нашего флота. У него было много свободного времени и он занялся. Теперь ему достаточно пройти пару тестов на соответствие и его пустят куда угодно. А твоя категория, какая бы она ни была, даже для пилотирования гражданских пасажироперевозящих не годится. Блондинка.
  - Кто бы говорил, - огрызнулась Снежка, вздернула нос и ушла.
  Пускай подавится своими лочботами. Командир. И допусками тоже. А она пока потренируется на симуляторе и в следующий раз будет гораздо осторожнее. И опробует себя в качестве военного пилота просто назло этому болвану. Пускай это даже ребячество.
  - Ну не убьет же он меня, - пробормотала девушка, хотя почему-то в этом сомневалась. Наверное судьба стола, пострадавшего из-за осы, не вдохновляла. Стол Даниил ломать тоже не хотел. Случайно получилось. - Криворукий болван!
  
  
  В плане упрямства Снежанна могла бы поспорить с кем угодно. Поэтому симулятор она оккупировала плотно и стала заниматься со всем возможным рвением. В том, что и зачем нажимается, она разобралась быстро и даже некоторое время этому радовалась, пока не обнаружила, что даже у мелких лочботов Крылатого Королевства есть прямой доступ, пользоваться которым она не умела просто потому, что гражданские суда подобными игрушками не оборудуются. Слишком это дорогое удовольствие. Да и пилот должен быть очень высокого класса - когда корабль реагирует на твое малейшее движение, нельзя даже лишний раз пальцем дернуть, не говоря уже о том, чтобы почесать нос.
  - Это он специально, - пробрмотала Снежка, почему-то уверенная, что один белобрысый десантник назло ей не рассказал о существовании на лочботах этой системы управления. - Ну ничего, я научусь, - сказала оптимистично и, едва успев дать разрешение на считываение импульсов, красиво врезалась в астероид, похожий формой на крокодилью голову.
  К счастью, астероид был генерирован программой, как и все остальное и, после яркой вспышки, Снежка обнаружила себя в капсуле симулятора.
  - Наверное, я дернулась, - мрачно сказала Снежка. - Попробуем еще раз.
  Во второй раз получилось немного лучше - дернулась девушка осознанно, желая обогнуть знакомый астерод слева.
  Направление она выбрала неправильное, потому что с той стороны рядом со знакомым астероидом обнаружился незнакомый - сравнительно небольшой и умело прячущийся в тени и гравитации собрата.
  - Это он точно специально, - пробрмотала Снежка, уже не зная на астероид сердится или все на того же Лиса. А если на Лиса, то какое он имеет отношение к программе симулятора.
  С третьей, четвертой и даже пятой попытки ничего так и не получилось. Вероятно, она чего-то не понимала, и нужно было посоветоваться с пилотами, умеющими пользоваться этой системой.
  А то в теории все было легко и просто. Корабль реагировал на какие-то нервные импульсы, словно был частью человеческого тела. А на практике, будь лочбот настоящим, она бы на нем убилась, не успев покинуть материнский корабль. А возможно, и его бы угробила.
  - Кофе? - вежливо спросил тот самый белобрысый десантник, когда злая, раздраженная и желающая вытрясти из кого-то правду Снежка выбралась из капсулы.
  - Это все ты! - рявкнула девушка и ткнула пальцем Даниила в грудь.
  Грудь оказалась твердой, как камень, и палец Снежка чуть не сломала. Зашипела, обозвала Лиса нехорошим словом. Едва не пнула десантника по лодыжке, но вовремя сообразила, что она может быть еще тверже его груди, особенно учитывая ботинки и глубоко вдохнув потребовала:
  - Давай!
  - Обычно из симулятора выходят уставшими и замороченными, - пробормотал Лис. - Удивительно нестандартная реакция.
  - Где кофе? - язвительно спросила Снежка, не желая делиться с этим человеком своими проблемами. Наверняка ведь опять вспомнит о какой-то разнице между гражданскими и военными лочботами.
  То, что разница не только в наличии оружия, девушка уже поняла и так, и напоминая ей были ни к чему. Особенно от такого раздражающего человека. Гражданские лочботы вообще годились только для прогулок вокруг материнского корабля и любования пейзажами - планетой, на орбите которой находился, звездами, другими кораблями. А военный, судя по всему, мог довольно продолжительное время болтаться по космосу вдалеке от больших судов, а потом еще и самостоятельно вернуться на место приписки. Главное, чтобы пилот оказался предусмотрительным и не забыл прихватить с собой пайков и воды. Ну и пакетов для отходов жизнедеятельности.
  - Не поверишь, но в столовой, - сказал Даниил.
  - А?! - отозвалась успевшая задуматься Снежка.
  - Кофе в столовой, - терпеливо сказал Лис. - Ну, можем еще у техников попросить, у них здесь кофеварка есть. Но в ней что-то расстроилось, и напиток у нее по любому рецепту получается гадостный.
  - О, - только и сказала Снежка.
  Кофе в столовой варил автомат, но разносил мечтательный парень, то ли угодивший в кофеносы из-за провинности, то ли согласившийся на такую работу изначально. Он аккуратно поставил чашки на стол, пальцем стер с края рыжеватое пятно и мечтательно убрел продолжать скучать за стойкой. Лиса поприветвовал темноволосый практически незнакомый Снежке парень, десантник на несколько мгновений отвернулся, а рука девушки в этот момент сама собой схватила солонку и поставив дозатор на максимум щедро отсыпала соли в чашку. Не в Снежкину, надо сказать. Кофе с солью девушка не любила и этого вкуса не понимала.
  Лис, показав темноволосому какие-то загадочные знаки на пальцах, повернулся к девушке. Задумчиво помешал содержимое своей чашки, а потом его отпил. Выражение лица у него стало интересное.
  - Тоже в автормате что-то расстроилось? - вежливо поинтересовалась Снежка.
  Догадливый Лис посмотрел на солонку и отодвинул чашечку в сторону. Но, как ни странно, метать громы, молнии и обещать страшное он не стал. Вместо этого широко и очень обаятельно улыбнулся, склонил голову на бок и стал вот так смотреть на девушку.
  - Не получается? - спросил.
  Снежка от неожиданности похлопала глазами и уставилась на него с подозрением.
  - Могу помочь, - сказал Лис.
  Снежка на всякий случай понюхала свой кофе, подозревая, что туда было изначально подсыпано что-то похуже соли.
  - Как? И чем? - спросила девушка, ничего не унюхав, но решив на всякий случай подозрительный напиток не пить.
  - Все на самом деле просто, можешь у Тэдэра спросить. Он ведь тоже наши корабли изнутри впервые увидел только в симуляторе на той планете. Правда, он и до этого с системой соединения сталкивался и даже ею пользовался, но не столь чувствительной, - сказал Лис и забрав чашку Снежки с удовольствием из нее отпил.
  - И? - заинтересовалась девушка.
  - Чувствительность снизь, блондинка, если не мнишь себя гением от пилотирования. В стандарте эта система гораздо менее чувствительна. Рассчитана на среднестатистического пилота. Она вшита так, потому что считается, что незачем множить сущности и давать пилотам слишком много воли в играх с настройками. Да и пользоваться некоторыми стимуляторами запрещено, без которых с высокой чувствительностью системы работать вообще невозможно.
  - О, - только и смогла сказать Снежка, вспомнив слухи о том, что все пилоты у ангелов наркоманы, безумцы и вообще расходный материал.
  - Они просто не умеют этими стимуляторами пользоваться и не знают, что разные их виды создавались для людей с разными особенностями, - сказал Лис. - Точнее, знают, но не верят, думают, у нас есть какой-то универсальный антидот или еще какая-то ерунда. И вообще, воровать чужие стимуляторы нехорошо.
  - Ладно, - сказала Снежка, понаблюдав за тем, как десантник аккуратно ставит ополовиненную чашечку на стол. - Как эту чувствиельность снижать?
  - Надо замеры пройти и она сама под тебя подстроится.
  - А замеры где проходить?
  - В медицинском блоке. Там людям и оборудованию как раз заняться нечем, от скуки играют в карты прямо на перевозке для трупов.
  - Здесь и такое есть? - удивилась Снежка.
  - Ну мало ли что случится, - философски сказал Даниил. - А хранить трупы в саркофагах крайней помощи нехорошо. Вдруг они кому-то еще не совсем умершему пригодятся?
  - Это да, - согласилась Снежка и, вздохнув, посмотрела на испорченный кофе.
  - Ладно, - проворчал Лис и, забрав с собой солонку, пошел к стойке. А вернулся оттуда с еще одной порцией кофе и поставил ее перед Снежкой.
  - Спасибо, - пробормотала девушка, чувствуя себя малолетней дурындой.
  - Для красивой девушки что угодно, - сказал десантник и выдал очередную очаровательную улыбку. Словно специально эти улыбки репетировал.
  - Так, - с подозрением сказала Снежка, опять понюхала кофе и осторожно его отпила. - Что тебе надо? Только не говори, что ты решил за мной приударить.
  - Почему? - спросил Лис.
  - Потому что! - припечатала Снежка и, отпив еще кофе, добавила: - Не дождешься. И не верю я.
  Чертов десантник пожал плечами и ушел.
  А Снежка решила, что в следующий раз подсыплет ему что-то похуже соли. Как только придумает куда, так сразу и сразу подсыплет. Потому что очень хочется.
  Было в этом десантнике что-то такое, будящее в Снежке подростка и требуещее страшно отомстить. И она собиралась этому желанию поддаться, хотя и понимала, что это ребячество, недостойное взрослой женщины.
  - Да кто узнает, - мрачно сказала девушка и пошла искать медицинский блок, о существовании которого до сих пор даже не догадывалась.
  Блок она в итоге нашла, но к тому, что три разновозрастных мужчины и одна женщина без возраста будут там играть в карты, взяв в компанию киберхирурга, она как-то была не готова. Похоже, медикам на этом корабле действительно очень скучно, настолько, что они умудрились заразить скукой псевдразумное оборудование.
  - Чокнутые ангелы, - пробормотала девушка, прежде, чем начать рассказывать о своей проблеме.
  
  
  
  Мерзкая летучая фигня, чтобы не сказать хуже, крутилась вокруг головы Тэдэра, лезла чуть ли не под нос, светила в глаза и всячески раздражала, вызывая желание прибить ее, как комара.
  Владелец этой фигни недалеко ушел от нее по надоедливости. Он заглядывал в глаза, для чего ему из-за высоченного роста приходилось наклоняться, пытался ловить Тэдэра за руки и задавал вопросы таким тоном, словно от ответов на них зависела судьба всей вселенной.
  Тэдэр был уверен, что этот человек узнал о его несчастной судьбе хорошо, если неделю назад. А может, и вовсе накануне. Но какой же преуспевающий репортер откажется потоптаться по чужой трагедии во имя рейтинга?
  - И вы ничего не помните? - допытывался репортер, а его летучая фигня опять лезла под нос, чтобы не упустить ни ползвука.
  - Я мало что помню, - печально уточнил Тэдэр, старательно давя в себе желание драться и разрушать.
  Желание давиться не хотело, упрямо поднимало голову и клацало клыками, целясь в надоедливую летучку.
  Тэдэр медленно и глубоко дышал, а чертов репортер преданно заглядывал в глаза. И подставлял под укус длинный нос.
  - Мало? - переспросил репортер.
  Тэдэр глубоко вдохнул, закатил глаза, пытаясь изобразить печаль и выдал свою коронную в последние три дня фразу:
  - Без комментариев.
  Благодаря сопротивляющемуся удушению желанию убивать и крушить, прозвучало даже довольно прочувстванно.
  Репортер вскинулся, шагнул вперед, явно собираясь вцепиться в воскресшего певца зубами и вытрясти всю правду, но перед Тэдэром, как по волшебству, выросла грудастая и высокая Паола. Она ловко оттерла, не без помощи бюста, работника прессы от подопечного, подхватила мужчину под локоток и потащила к выходу, жизнерадостно щебеча о том, как больно Тэдэру даются воспоминания. А ему ведь еще петь и зрителей радовать. А вы ведь не хотите, чтобы у него был срыв? А...
  Шансов вырваться у репортера не было. Потому что кроме выдающегося бюста у Паолы были стальные мышцы и сумасшедшая напористость.
  - Как же они мне надоели, - пробормотал Тэдэр, когда Паола благополучно выволокла репортера за дверь, оборудованную глушилкой, а летающая фигня унеслась следом за хозяином.
  - Что, в предыдущей жизни меньше надоедали? - спросил Даниил, во время репортажа вполне успешно маскировавшийся под стену.
  - В предыдущей жизни мы были мальчишками, едва-едва начавшими набирать популярность и отправившимися в турне по окраинам. До нас вообще мало кому было дело.
  - Да, крутая легенда, - оценил Даниил.
  - Нормальная, - мрачно сказала Снежка, просидевшая все интервью на столе, изображая то ли украшение, то ли гарпию. - За год собрать несколько миллионов фанатов в разных мирах - это много. На самом деле, это очень много. Хотя нам немного повезло. Но основная популярность к группе пришла после того, как репортеришка вроде этого продемонстрировал на четыре планеты пускавшего пузыри Анжела и прочувствованно рассказал, что второй певец вообще пропал. Он еще так тоненько обличал мерзких аристократов, заслушаться можно было.
  - Хм, - только и сказал Лис.
  
  
  Репортер оказался очень настойчив и желал во что бы то ни стало получить эксклюзив. Так что с планеты, с милейшим названием Жемчужина, пришлось буквально убегать сразу после концерта. И Тэдэр впервые обрадовался очень плотному графику.
  Если честно, у него от постоянных перескоков с придурковатого певца в привычное состояние и обратно, уже голова шла кругом. Позавчера он вообще поймал себя на том, что стоит перед зеркалом с бритвой в руках и разговаривает с отражением, доказывая, что очень не любит его, придурка этакого. И, из-за чего собственно взяла оторопь, чертово отражение отвечало. Оно бесшабашно улыбалось, доказывало, что жизнь одна и прожить ее надо ярко, что девушек много не бывает, что нужно просто идти вперед, а не думать и сомневаться, что...
  В себя Тэдэр пришел как-то неожиданно и потом долго вглядывался в зеркало, в уверенности, что отражение сейчас улыбнется и предложит выпить. А потом, так уж и быть, снизойдет и отправится бить кому-то морды.
  Отражению, на самом деле, нынешний Тэдэр тоже не нравился и оно, наверное, с удовольствием бы ожило полностью, захватив тело и отправившись радоваться жизни.
  - Выспись, - мрачно бросил Даниил, когда Тэдэр забрел в командно-управляющий зал.
  Спать Тэдэру не хотелось. Еще больше не хотелось оставаться в одиночестве, потому что подозревал - опять начнет спорить с отражением или еще что-то похуже учудит. Поэтому Тэдэр помотал головой и медленно, чувствуя нереальность норовившего ускользнуть из-под ног корабля, пошел к тактик-монитору.
  - Нас преследуют? - спросил, разобравшись в переплетении разноцветных наложений и графиков.
  - Уже четвертый день, - равнодушно сказал Даниил. - Пускай себе. Если нападут, тогда и будем разбираться. А пока мы мирное полуслепое судно и их не видим.
  - Хм, - высказался по этому поводу Тэдэр.
  - А ты завтра наденешь куртку и больше без нее с корабля не сойдешь, - добавил Даниил. - А сейчас спать. Ты на сомнамбулу похож и движения у тебя замедленные. Если не можешь уснуть, пойди в медблок, они тебя в капсулу засунут.
  - Я с зеркалом разговаривал, - признался Тэдэр.
  - Да? - вяло удивился Даниил. - Я тоже, бывает, с ним разговариваю, особенно после загула, когда голова трещит. Правда, в последнее время это бывает все реже и реже. Старею, наверное.
  Лис печально вздохнул.
  - А зеркало тебе отвечало? - спросил Тэдэр.
  - До таких высот я никогда не доходил.
  - А со мной отражение спорит, - пожаловался Тэдэр.
  - Тэдэр, если ты не поспишь, с тобой скоро шкафы и тарелки начнут спорить, - устало сказал Даниил. - Иди в капсулу. А потом, если выспишься и оно все еще будет спорить, мы поищем кого-то способного заменить Яцуоми. Хотя, если верить твоему учителю, никто с тобой спорить не должен уже. Максимум, ты можешь заиграться и опять куда-то убрести. Так что спать. От недосыпа и не то можно увидеть. Паола, проводи.
  Тэдэр пожал плечами и послушно пошел, куда послали. Тем более Паола крепко держала под локоть.
  Отправив изображавшего корабельное привидение Тэдэра спать и велев не спускать с преследователя глаз, Даниил решил, что пока сделал все, что мог. И тоже убрел, чтобы не мешать людям работать.
  Откровенно говоря, он так и не понял за что именно его назначили командиром разношерстной толпы, сопровождающей воскресшую легенду. То, что происходило в этом турне мало было похоже на простые и понятные высадки десанта. Успокаивало Лиса только наличие на корабле Малика, который точно не даст неопытному командиру всех угробить.
  Нет, местами все довольно весело, но иногда на Лиса накатывали сомнения, и он чувствовал себя не на своем месте.
  Впрочем, быть переговорщиком ему нравилось гораздо меньше. Если бы он еще немного посидел в том доме, обязательно бы кого-то пристрелил. А обратно в десант всю их развеселую компанию пока не пускали медики, а особо невезучих вообще заставили заняться поиском новой работы.
  - Глупость какая-то, - сказал Даниил потолку, а потом развернулся и решительно пошел в столовую. Потому что точно знал, на этом корабле есть еще одна неприкаянная личность, которой не дает покоя упрямство. И сейчас эта личность вылезет из симулятора и захочет кофе. По Снежанне даже часы сверять можно было. Она умудрялась укладываться в учебные программы практически идеально, вне зависимости от того, выполнила она задание или несколько раз раздолбала очередной иллюзорный кораблик. - Странная девушка.
  
  
  
  - Кофе, - сказал Даниил, протягивая выбравшейся из капсулы девушке термочашку.
  Она негромко, совсем по-кошачьи фыркнула, но кофе милостиво взяла.
  - Что дальше? - спросила открыв термочашку и понюхав содержимое.
  - Дальше я пойду спать. И тебе рекомендую заняться этим же. У нас здесь вообще не корабль, а какой-то филиал больницы, лечащей расстройства сна. Только у нас почему-то подобрались люди с бессонницей.
  - О, - сказала Снежка. - Я выспалась, честное слово. Просто устала бороться с этой системой. Чего-то я не понимаю.
  - Наверное того, что люди учатся так летать годами, постепенно увеличивая чуткость системы, - сказал Лис и улыбнулся. - Но упрямые блондинки, похоже, думают, что сотворят чудо и станут сверх-пилотами за пару недель.
  - Хм.
  Девушка посмотрела на Даниила очень недоверчиво.
  - Но ты учись, никто не против, - сказал десантник.
  - Это хорошо, где я еще смогу этим заняться, - проворчала девушка.
  - Да, - зачем-то подтвердил Даниил, хотя был уверен, что если ее папаша всерьез вознамерился остаться в Крылатом Королевстве, то подходящее учебное заведение блондинка себе найдет. - О, еще, проследи, чтобы Тэдэр куртку надел. Это же броня, а мы уже достаточно сильно нашумели, обозначили маршрут, за нами кто-то следит. А он то ли забывает, то ли не желает. А тебе не откажет.
  - Хм, - сказала девушка.
  Лис кивнул и оставил ее наедине с ее мыслями. Но, вместо того, чтобы воспользоваться относительным затишьем и пойти спать, зачем-то пошел еще и к Бирцу, все это время наблюдавшему за потугами Снежки в овладении навыками отличного пилота.
  - Ну, талант у нее точно есть, - заявил Бирц сходу. - Ей бы еще немного терпения и я бы ее в команду рекомендовал.
  Даниил только вздохнул.
  И чего его проблемы какой-то блондинки интересуют? Вроде бы и без того есть чем заняться.
  
  
  
  Насчет временного затишья Даниил оказался абсолютно прав. Причем, это было затишье перед бурей.
  Началось все с того, что на очередной перевалочной станции, ничем не выделявшихся из череды ей подобных, "Цыпленку" стали очень настойчиво предлагать ремонт, якобы увидев страшную поломку. Системы оповещения никакой поломки не видели, но мужик, назвавшийся техником, утверждал, что она есть. Еще он утверждал, что очень переживает за корабль и находящихся на нем людей. Да и вообще, он страстный поклонник таланта группы "Удар". Правда, напеть хоть одну песню этот поклонник так и не смог, хотя Снежка улыбалась ему по-доброму и весьма поощрительно.
  Дошло до того, что ремонт стали предлагать сделать бесплатно, а оно и без того было весьма подозрительно.
  На станцию "Цыпленок" свернул только для того, чтобы обозначить скорое прибытие возрожденной легенды на очередную планету-курорт. С этой станции кто-то должен был передать сведения репортерам. В общем, все было продумано. Но, видимо, не только разработчиками гениального плана от ангелов.
  Ну или владелец станции с кем-то там был связан и решил сымпровизировать.
  - Нам не нужен ремонт, - монотонно твердила девушка, которую посадили разговаривать с озабоченным чужой безопасностью техником.
  - Но как же, но если с вами что-то случится?! - патетически вопрошал заросший бородой мужик и даже воздевал над головой руки.
  На взгляд Даниила, да и не его одного, мужик сильно переигрывал, но почему-то продолжал упорствовать.
  Потом пришел сонный Тэдэр, похлопал глазами, глядя на мужика, и потусторонне заявил:
  - Вижу страх, нетерпение и зависть еще почему-то. Думаю, ему нужно нас просто задержать.
  Техник от этого заявления шарахнулся, едва не выпав с кресла.
  - Ага, - многозначительно сказал Лис, таким тоном, словно услышанное стало неприятным сюрпризом, окончательно убившим в нем веру в людей. - Уходим! - рявкнул, демонстративно посмотрев вправо.
  - Есть! - жизнерадостно закричала случайно попавшая в поле его зрения Паола, хотя к управлению "Цыпленком" не имела ни малейшего отношения. И вообще ее быть здесь не должно было.
  Как и стоявшей рядом с ней Снежанны.
  - Связь вырубай! - приказал Лис.
  Бородатый техник все еще пытался что-то объяснить, замахал руками, но тут же пропал.
  - Ну вот, - удовлетворенно сказал Даниил. - Теперь проверим, пиратов он на нас навел, решив, что у нас можно легко разжиться кораблем, охотников на видящих или это привет от недоброжелателей Тэдэра.
  - Охотников. Слишком была бурная реакция на Тэдэра, - сказала Паола. - Да и в целом, белокожий, черноволосый, всей разницы, что бороду отпустил. Типичный вилаж. Интересно, как они определяют, что на корабле есть видящие? Их, не зная, даже ангелы не отличат от всех остальных, пока чудить не начнут.
  - Вот и узнаем, - мрачно сказал Даниил.
  - Станцию захватим? - спросила Паола.
  - Нет. Всего лишь парочку рабочих. Только уберемся отсюда. А потом вернемся и захватим. Не нравится мне это.
  - А кому может понравиться? - философски спросила Паола и, подхватив Снежанну под локоток, куда-то ее повела.
  - Вилаж ищут фениксов? - спросил Тэдэр.
  - Ищут. И, самое поганое, умеют их находить, а мы не знаем как, - ответил Даниил. - Черт их знает, зачем им видящие. Есть мнение, что хотят выделить отвечающий за этот дар ген и привить его себе, но это чушь. Даже тишодцы не возьмутся за что-то подобное, слишком много случайных переменных. Будь это не так, оно бы наследовалось всеми и в каждом поколении. А этот дар иногда появляется только у правнука, когда о видящих и думать перестали. А однажды даже был у одного из однояйцевых близнецов, а у второго нет. Хотя они практически идентичны. Так что...
  - Можно подумать, вилаж когда-то останавливали разумные доводы, - проворчал один из пилотов.
  - Теперь придется еще и этих придурков учитывать, - устало сказал Лис и опять почувствовал себя самозванцем, который обязательно не справится с возложенной задачей. - Ненавижу вилаж.
  - А кто этих торговцев любит? - отозвался все тот же пилот и тяжко вздохнул.
  Даниил только кивнул.
  Вилаж, вместе с их теорией об идеальном наборе ген, которого можно добиться только клонированием с попутным геномоделированием, исключив из воспроизводства ненадежных женщин, с одной стороны были не интересны, слабы, да и успели довести себя до такого состояния, что начали деградировать и вымирать. У них на данный момент едва каждый тридцатый клон жизнеспособен, а они, никому не веря, только ухудшают ситуацию.
  В общем, их даже завоевывать не надо. Достаточно еще немного подождать, и тогда населения станет недостаточно для определения "колония способная самостоятельно выжить". А дождавшись, спокойно предъявить свои права на планету и обозвать вилаж аборигенами, которых собираешься холить, лелеять и всячески ублажать.
  А если подождать еще немного, то и ублажать некого будет. Эти чертовы клоны, лезущие во все дыры, судя по изученным трупам, довели себя до того, что средний срок жизни у них семь лет. А в таких обстоятельствах то, что на свет они появляются взрослыми и с заложенной минимальной программой в мозгах, уже не спасает ситуацию.
  Вилаж, конечно, дергаются. Пытаются исправить ситуацию. Но вряд ли уже смогут. У них на данный момент попросту нет достаточно компетентных специалистов, а нанятым чужакам они не сильно доверяют. Да и мрут эти чужаки, как мухи, из-за чего действительно чего-то стоящие люди туда не полезут, ни за какие деньги.
  Но все это не мешает вилаж продолжать гадить, где только можно, и начинать очередные грандиозные проекты по улучшению породы. А попутно они грабят не человеческие кладбища, умудряясь продать украденное в качестве изобретения, похищают людей, завозят в человеческий сектор воинственный молодняк тидьжиков...
  В общем, всем бы было лучше, если бы кто-то решился на геноцид и уничтожил этих проклятых торговцев как вид. Но до недавнего времени вилаж были проблемой исключительно "окраин" человеческого сектора. Центры умудрялись получать благодаря им колоссальные прибыли. Да и информацию под шумок покупали. А то, что за обворованные кладбища, наконец, досталось и центральным созвездиям, вряд ли изменит ситуацию. Это пока единичный случай. А значит, центры будут вилаж защищать. Ну или используют их уничтожение в своих интересах, крича об этой защите. А кому оно надо?
  - Ненавижу вилаж, - повторился Даниил.
  
  
  Возвращаться за рабочими станции Даниил передумал почти сразу. Точнее, он сообразил, что никуда не девшийся корабль-преследователь может быть наблюдателем от тех же вилаж, и они вряд ли пропустят даже лочботы, летящие обратно. А потом возвращающиеся. И сопоставить пропажу рабочих с этими полетами сможет даже последний идиот.
  Поэтому Лис немного подумал и пошел будить Малика. Он точно сможет абсолютно незаметно связаться с ангелами, а те уже натравят на подозрительного техника кого-то менее заметного. И расспросят профессионально.
  - Нужно что-то с этим кораблем делать, - пробормотал Даниил, посмотрев в зеркало.
  Отражение отвечать не стало.
  - Даже поговорить не с кем, - сказал Лис. - Ладно, пока корабль не трогаем. Не так сразу. И лучше бы он сломался без нашего участия. Ну или с незаметным нашим участием... Хм, интересная идея. И даже подходящая планета есть.
  Лис довольно улыбнулся. Нужно было все обдумать, но это не к спеху. Главное, чтобы Тэдэра не умыкнули до того, как удастся избавиться от корабля. Хотя попробуй его умыкни. Кого-то может ждать большой сюрприз, особенно, если они ловят именно неожиданно вернувшегося певца и понятия не имеют об остальных его личностях.
  Что именно даст избавление от корабля, Лис не знал, но интуиция твердила, что что-то да даст.
  Впрочем, возле очередной перевалочной станции преследователь куда-то делся самостоятельно. Лис, узнав об этом, долго вглядывался в мониторы, а потом скомандовал:
  - Уходим отсюда, немедленно.
  - А как же... засомневалась Паола, опять оказавшаяся там, где ее меньше всего ждали.
  - Уходим, - повторил Даниил. - Хотя, давайте оставим сюрприз. Маяк с запросом о помощи вон в том скоплении мусора. Может, кто-то пожелает откопать.
  Маяк нежно и аккуратно дистанционно завела все та же Паола, оказавшаяся специалистом очень широкого профиля. После чего "Цыпленок" благополучно исчез из пространства возле станции. А преследователь так и не появился. И станция, так и не пославшая запрос мелькнувшему на краю ее сферы влияния, оставалась тихой и пустынной, словно люди на ней вымерли.
  
  
  А на следующий день, когда "Цыпленок" был уже на орбите очередной осчастливленной прибытием воскресшей легенды планеты, Малик решил собрать в кают-компании всю группу поддержки Тэдэра. На этот раз планета была не курортной, а самой обыкновенной. На ней даже космопорт был, чего не могли себе позволить заботящаяся об идеальной экологии правители курортов.
  Находился космопорт, правда, посреди каменистой пустыни, по которой гуляли пылевые бури, а с северного края еще и торчали зубья красноватых скал. И соваться туда никому особо не хотелось. Да и смысла не было, если не собирались висеть на орбите слишком долго, а значит, платить за помехи. В космопорт опускались в основном корабли местных, вернувшихся домой. И небольшие юркие частные торговцы, которым доставка по земле выходила дешевле, чем с орбиты на планету.
  - Так, слушайте новости, - многозначительно сказал ангел, когда все расселись или нашли себе место для постоять. - Тот техник действительно вилаж. Правда, молодой совсем и безмозглый, его, похоже, оставили в качестве жертвы. Ничего он нам особо не рассказал, так что вы бы попросту потратили время, да и обвинить вас в нападении на станцию могли, учитывая наличие преследователя. Гораздо интереснее оказалась вторая станция. Во-первых, персонал с нее куда-то делся и хорошо, что вы не подходили близко. Там сейчас куча оперативно прибывших следователей, которые обязательно бы заинтересовались последним прибывшим кораблем. А в вашу ловушку попалась одна интересная личность - наемник. Которому надо было вас обстрелять и кого-то дождаться. Вот он нам рассказал много интересного, наблюдательный, гад, и любопытный. Не брезгующий тащить все, до чего сумел дотянуться. А потом нахально продавать утащенное.
  - Он вам что-то продал? - заинтересовался Тэдэр.
  - Да. Историю охоты на одного музыкантишку, который ускользнул буквально в последний момент. У вилаж на этого музыканта оказалось досье. Тэдэр, они тебя заметили еще в твои шестнадцать лет, просто не успели поймать. Они уже тогда умели находить видящих. В общем, вам придется быть еще осторожнее, учитывая их политику - если не нам, то никому. А мы попробуем поохотиться на вилаж. Надо разгадать эту загадку.
  - А во-вторых что? - спросила Паола.
  - Ах да, - словно вспомнил Малик. - Наша благородная семейка наконец заинтересовалась Тэдэром и теперь старается незаметно выяснить, он это или не он. Нужно как-то доказать, что он. Мы над этим пока думаем, но уверен, они попытаются кого-то подослать и для начала хотя бы расспросить. В общем, пришла пора рассказать репортерам о чудесном спасении из ямы с водой.
  - Хм, - отозвался Тэдэр. - О том, кто меня столь чудесно спас тоже говорить?
  - Пожалуй, не стоит. Расскажи лучше о родственниках, которые тебе шрам нарисовали.
  Тэдэр опять хмыкнул, и на этом Малик всех отпустил.
  
  
  
  Наверное, это было уже раздвоение личности или что-то около того.
  Один Тэдэр сначала по-идиотски улыбался, рассказывал о дальнейших планах и красоте музыки.
  У второго в это время подрагивали пальцы от желания треснуть очередного репортера по голове очередной же летучей штуковиной, на этот раз мископодобной, довольно большой, но упорно лезущей в лицо.
  Потом первый трагично заламывал брови, крепко сжимал губы, старательно выдавливал печальную улыбку и не шибко уверенно, словно сомневался, что это следует делать, рассказывал о том, как был подобран еле живым в наполненной водой яме. И что именно ледяная вода, вероятно, помогла выжить, она немного замедлила процессы в теле. И что подобрали вечные странники, которые узнали в нем своего сородича. И да, наверное, они умеют читать гены, ну или своих ощущают...
  Второй Тэдэр в это время корчился от смеха и мысленно желал репортеру провалиться. Всем от этого станет только лучше. Потому что репортер был мерзким человечком. Его переполняли самолюбие и зависть. И воскресшую легенду он на самом деле презирал и считал недостойным разговора с собой. Но начальство приказало, куда уж тут денешься?
  Ушел репортер довольным собой и миром. Он был уверен, что сам добился эксклюзивного интервью. И в том, что заставил Тэдэра открыть пару секретов, тоже был уверен. А также в том, что воскресший музыкант - большой тупица.
  А Тэдэр удержался и не плюнул ему в спину. Это желание объединяло обе личности. А еще их объединяла общая нелюбовь к легкой броне, замаскированной в дурацкую куртку. Просто Тэдэр, который преступник на перевоспитании, отлично понимал, что от нее больше неудобства, чем пользы. А Тэдэру, который музыкант, не нравилась сама куртка, слишком она была для него нелепа. Впрочем, ему щиты, рассеивающее и поглощающее поля, которые могли развернуться при необходимости из подвесок, тоже не нравились. Он вообще не любил что-либо таскать на шее.
  - Ну ты и придурок, - сказал Тэдэр отражению прежде, чем выйти из гостиничного номера, где давал интервью.
  - Сам такой, - беззвучно пошевелило губами отражение.
  Тэдэр вздохнул и был вынужден признать, что все-таки сходит с ума. И, возможно, это зашло уже слишком далеко. А самое поганое, что это его ни капельки не пугало. И он был уверен, что никому об этом не скажет, пока не закончится это нелепое представление с воскрешением легенды и ловлей придурков на живца. Потому что если скажет, и если окажется, что видящие действительно очень ценны, все могут прекратить, прервать на самом интересном месте, когда уже хоть что-то начало происходить. Да и потраченных усилий было жаль. Как своих, так и чужих.
  А день, начавшийся с эксклюзивного интервью, оказался поганым и полным неприятных сюрпризов.
  На концерте случилась грандиозная драка, которую почему-то местные стражи порядка даже не попытались прекратить. Видимо считали, что если это не планета-курорт, то и демонстрировать изо всех сил благолепие не обязательно. А агрессивная музыка эту драку только подогревала, и вскоре втянутыми в нее оказались около половины зрителей.
  Со сцены это выглядело грандиозно и очень странно. Зрители по правую руку Тэдэра спокойно стояли, пританцовывали, размахивали руками, что-то пили. А по левую - махались все со всеми, и было похоже на бурлящую в кастрюле воду. И Тэдэр даже почувствовал тяжесть сидящих на плечах ангела и черта. Только воздействовали они почему-то не на него, а на зрителей.
  Потом, уже после концерта с кем-то подрался барабанщик и не признался с кем. Тэдэр сильно подозревал, что Дженке героически его от кого-то спас. Ну не мог же он отправиться бить непонятливых зрителей и заработать фингал под глазом. Но расспрашивать Тэдэр не стал, а барабанщик без расспросов так ничего и не рассказал.
  Не успела группа вернуться в отель, как там начался пожар, переросший в потоп. И на этот раз подрался и без того раздраженный Даниил Лис. Чем-то ему не понравились пожарники, решившие проверить на предмет возгорания комнаты музыкантов. Может не понравились рожами, как на подбор бледными, черноглазыми и бородатыми. Может, отсутствием пожаротушащей техники рядом с этими пожарными. А может, и вовсе акцент, совсем не похожий на тот, что был у местных жителей.
  В общем, Даниил, демонстрируя ловкость, силу, а потом еще и умение прыгать, отталкиваясь от стен, скрутил всех пятерых прежде, чем ему смогли прийти на помощь подчиненные. Побитых пожарников быстренько скрутили и растащили по комнатам. А в коридоре остались тяжко дышащий Лис, рассуждавший о том, что он слишком стар для всей этой акробатики, да и драться без брони как-то отвык. Паола, которая вглядывалась в развернувшиеся над ладонью схемы и уверяла, что все системы слежения на этаже отключены, так что местные точно пленников не хватятся, а их начальство на выручку неудачникам обычно не приходит. Тэдэр, подпиравший плечом косяк своей двери и думавший о том, почему не бросился в драку, пока чертовы вилаж еще стояли на ногах. Хоть душу бы ответ. И Снежка, смотревшая на Даниила с непонятным интересом.
  А самый цирк начался, когда пленников, переодев, замаскировав и напоив успокаивающим, выводили из гостиницы под видом пьяных поклонников. И, наверное, если бы не последствия пожара, странным шествием точно бы кто-то заинтересовался.
  И не удивительно, что убраться с планеты все были очень рады, но, как оказалось, зря. Разрешение на прыжок через изнанку рядом с планетой "Цыпленку" не дали и вообще отправили чуть ли не на край солнечной системы, рассказав о состыковке электромагнитных полей и перегруженности пространства кораблями.
  Лис сделал вид, что поверил, но приказал быть готовыми к чему угодно.
  Но, ко всеобщему сожалению, что угодно так и не произошло, если не считать таковым опять объявившегося преследователя.
  - Ага, - многозначительно сказала Паола, опять находившаяся там, где ее никто не ждал и вглядывавшаяся в один из информационных экранов. - Они пойдут по нашему следу. Поэтому нас заставили отойти от основной массы кораблей, чтобы бедолаги направление, глубину и длину этого следа не спутали ни с чем другим.
  - А смысл? - искренне удивился Даниил. - Наш маршрут известен всем, кто им интересовался. Это же турне. Реклама и печальные истории о судьбе великого музыканта бегут впереди нас. Те, кому заплатили за приглашение безвестной звезды, очень стараются, чтобы оно не выглядело странным. У них ведь какая-никакая, но репутация.
  - Вилаж, - презрительно бросила Паола. - То ли надеются где-то нас перехватить. То ли не верят, что мы никуда не свернем. И это они еще не знают, что "Цыпленок" начал свой путь из Крылатого Королевства. Знали бы, наверняка бы попытались обстрелять или устроить несчастный случай.
  - Не защитники чести сестры? - спросил Тэдэр.
  - Одно другому не мешает. Вилаж с удовольствием торгуют информацией. Практически любой. А уж организовать преследование за счет клиента, но с собственными целями - это вообще святое.
  - Надо что-то с этим кораблем делать, - задумчиво пробормотал Даниил. - И я даже знаю что.
  
  
  - Снежка, сделай глупое лицо.
  Просьба Даниила была столь необычна, что глупое лицо у Снежанны получилось само собой.
  - Да, неплохо, - одобрил мужчина и добавил загадочное: - Годишься.
  И ушел, ничего не объяснив.
  Снежанна от возмущения на несколько мгновений застыла, а потом со злостью топнула и побежала следом.
  Даниил самым возмутительным образом это проигнорировал. А потом еще долго делал вид, что не замечает злобно пыхтящей за спиной девушки. Он отдавал распоряжения. Приставил к Тэдэру кучу телохранителей и велел Паоле побыть своим заместителем и проследить за всеми. Она в ответ жизнерадостно козырнула и многозначительно улыбнулась.
  Дальше чертов Лис зашел в зал управления и велел отключить часть систем, якобы для проверки, замены изживающих свое блоков и зарядки тех, которым до смерти еще долго. И обязательно рассказать об этом диспетчеру, прося стоянку поспокойнее.
  Убедившись, что все и все поняли, Лис, все так же игнорируя вопросы Снежки и всего лишь почесав затылок, когда она не выдержала и стукнула его кулаком по голове, пошел к пилотам лочботов и велел им заняться охраной полуживого корабля. Только так, чтобы никто не догадался, что это охрана.
  - Гонки устроить, что ли? - спросил рыжеватый парень, который объяснял недавно Снежке, что нельзя дергать коленом, когда управляешь через систему прямого доступа. Потому что корабль может на это отреагировать как резким поворотом, куда не надо, так и гашением части систем, решив, что пилот по какой-либо причине потерял управление.
  - А хоть и гонки, - милостиво разрешил Лис. - Можете даже тотализатор организовать. Но чтобы мимо вас никто не прошмыгнул к кораблю. И да, не забывайте фиксировать желающих. Возможно, потом на них поохотимся.
  Пилоты почему-то дружно обрадовались странным приказам, а Даниил, опять проигнорировав вопросы Снежки, помчался дальше. Повторно нашел Тэдэра, покритиковал его внешний вид и приказал надеть куртку, пригрозив в противном случае уговорить Малика срочно вызвать парочку детей войны, всего лишь для того, чтобы надевали эту куртку на певца насильно перед каждым выходом с корабля.
  Удовлетворившись недовольным и обреченным выражением лица Тэдэра, Даниил, наконец, снизошел к Снежанне, подхватил ее под руку и куда-то повел, практически поволок, уверяя, что сейчас поделится с ней секретом. Девушка от неожиданности даже не сильно сопротивлялась. Хотя вздумай она сопротивляться сильно, вряд ли бы это помогло, Лис действительно оказался сильным.
  - Что тебе надо?! - рассерженно спросила девушка, демонстративно потирая запястье, когда Лис затолкал ее в совершенно незнакомое помещение, похоже, еще один ангар, только не с лочботами, а с тремя легкими суденышками совершенно гражданского и даже какого-то раздолбайского вида. Одно вообще было розовое. А второе было разрисовано под скалящую немаленькие клыки хищную рыбу. Зато на третьем, сером, с белой полосой по горизонтали, взгляд отдыхал, пока не начинал улавливать легкое ритмичное сияние.
  - Это кузнечики, - представил кораблики Лис. - Тишодцы на таких летают в атмосфере своей планеты, а когда надоедает, отправляются на них же в дальние космические путешествия. Они гораздо прочнее, чем кажется. И выглядеть могут по-разному. Их блоки подвижны, их можно поставить практически в любом порядке, меняя форму, а верхний слой брони легко заменяем и, в зависимости от каркаса, может кардинально менять внешний вид кузнечиков.
  - О, - только и сказала Снежка, по-новому взглянув на корабли.
  - Нам их дали на всякий случай. Вдруг придется срочно кого-то эвакуировать с какой-то планеты. Или устроить где-то бедлам. Ну, мало ли, что случится. И вообще, я надеялся, что тишодские корабли нам не пригодятся. Но увы...
  - Что-то случилось? - забеспокоилась девушка.
  - Преследователь у нас случился. Из-за которого нам приходится вести себя гораздо осторожнее, чем собирались. Нужно поумерит его прыть.
  - О...
  - Да. Так что, оденься пофривольнее, кофточку с декольте поглубже, и чтобы поярче, как любят эти девчонки, зарабатывающие глупостью и красотой...
  - Красотой? - переспросила Снежанна.
  - Ну ты же красивая. Слушай дальше. Пока ты переодеваешься и репетируешь глупое лицо, я затаскиваю сюда броню, и мы отправляемся с тобой делать большую пакость.
  - Может, лучше Паола, - тут же засомневалась в себе Снежка.
  - Паола не шибко хороший пилот, у нее полно других талантов. И она не сможет быстро меня выловить. Я, конечно, вряд ли помру, но внимание можем привлечь.
  - Хм, - сказала Снежка.
  - В процессе все объясню, времени мало. Надо успеть, пока гонки вокруг "Цыпленка" привлекают внимание, а Тэдэр дерет горло на сцене. Во время возвращения его на корабль мы должны уже давно вернуться. Вообще, именно возвращающийся на материнский корабль бот легче всего отследить и перехватить. И в таком случае кузнечики могут сильно пригодиться.
  - Или обстрелять, - сказала Снежка.
  - Нет, вилаж всегда пытаются ловить человеков до последнего. А у нас впереди запланирован еще долгий путь, и попыток может быть много.
  - Ага.
  
  
  Если честно, Снежанну до последнего не покидало ощущение, что Даниил попросту пошутил. Даже в тот момент, когда она вернулась к кузнечикам, вырядившись в серебристое платье с заказанным декольте и увидела, что десантник сидит на полу в своей тяжелой серо-синей броне, оно никуда не делось.
  - Будешь изображать дурную туристку, поспорившую о том, что сумеет пробраться на корабль. Тут таких много. Вообще это одно из любимых развлечений аборигенов. У них даже официальный тотализатор есть.
  - Ага, - сказала Снежка, сообразив, зачем декольте. - Только вилаж на женщин не реагируют.
  - Туристка этого не может знать, в смысле, что на корабле вилаж. Да и поразвлекаться за счет глупых женщин они любят. Они получают истинное наслаждение, наблюдая за очередной дурой. У них при этом появляется "ощущение правильности выбранного пути". По-моему, они даже особо перспективных специально засылают туда, где таких дур много, чтобы убедились, что женщины - зло.
  - А если там не вилаж?
  - Тем лучше, в декольте нормальные мужики любят заглядывать, - сказал Лис и в подтверждение своих слов с удовольствием туда заглянул, за что был пнут в колено, но вряд ли это почувствовал.
  - А если женщины?
  - Ну, эти за счет дур развлекаться тоже любят. В общем, постарайся как можно дольше помаячить перед кораблем, всячески привлекая внимание. Меня они и так вряд ли заметят, я к ним подберусь за счет инерции, и работать ничего кроме жизнеобеспечения на минимуме не будет. А оно совсем не фонит. Но лучше подстраховаться. Тем более они не могут не знать о постоянно возникающих спорах на тему: проникни на вон тот корабль.
  Снежанна вздохнула и согласилась. Тем более Даниил восхитился ее талантами в пилотировании, еще раз одобрительно заглянул в декольте и пообещал таскать кофе до конца жизни.
  Управлять кузнечиком оказалось не сложно. Снежке вообще показалось, что эти кораблики рассчитаны на то, что управлять им сможет даже последний идиот. Она, выслушав детальный план Лиса, спустилась в атмосферу планеты, на том самом сером и сверкающем. Повисела немного в грандиозной грозовой туче, меняя форму кузнечика, отлетела подальше, а потом вынырнула в космос и неспешно, словно сомневалась, отправилась к находившему в отдалении от основных скоплений судов преследователю.
  - Здравствуйте, - поздоровалась Снежка, широченно улыбаясь, когда на ее запросы ответил очередной белокожий и черноглазый вилаж. - У меня здесь поломка, отпало что-то.
  Девушка "незаметно" потянулась рукой вправо, открывая хвостовой шлюз и оттуда вывалился Даниил в броне, старательно изображая сброшенный дурой хлам.
  - Что тебе надо? - невежливо спросил вилаж.
  - Помощь и участие. - Снежка старательно заулыбалась и затрепетала ресницами, чувствуя себя той самой дурой.
  
  
  Самое сложное оказалось зацепиться за чужой корабль - инерция тащила дальше, а корабль у вилаж бил на удивление гладенький. Но Даниил справился и даже ничего не оторвал, хотя остановила его полет, похоже, какая-то наружная система оповещения. Успокоившись и осмотревшись, Даниил включил фиксаторы и тараканом пополз по обшивке к носовому шлюзу, где закрепил небольшой сюрприз, который начнет работать сразу, как этот шлюз откроется, в чем Даниил почти не сомневался.
  А если и не откроется, искажение сигнала и невозможность нырнуть на изнанку вилаж тоже займет на некоторое время. А там они найдут источник искажения у шлюза и, если повезет, опять же его откроют и не смогут в ближайшем будущем закрыть.
  Если не повезет, то попытаются сковырнуть так, и это тоже доставит им некоторые проблемы.
  На самом деле совсем не сложно.
  После этого осталось включить маяк для Снежанны и, легко оттолкнувшись от чужого корабля, отправиться в самостоятельное путешествие к планете.
  В общем, Даниил все рассчитал правильно. А то, что какой-то микро-метеорит надумает скорректировать его курс, попутно сожрав половину энергии, потраченной на защиту от него, не смог бы учесть никто. Потому что все метеориты обитетели планеты давным-давно собрали, во избежание неприятностей для кораблей, зависших поблизости.
  - Вот зараза, - пробормотал Даниил, ярко представив, как одна блондинка упорно ищет сигнал маячка именно в направлении планеты, несмотря на то, что на данный момент он двигался гораздо правее. - Начхать на вилаж и включить направляющие? - спросил сам у себя.
  Нет, вилаж, конечно же, в своей массе были не очень умны. Но не настолько же, чтобы не заинтересоваться неожиданно объявившимся в поле зрения придурком в тяжелой броне. Да и разнообразные защитники планеты могут отреагировать неадекватно.
  Энергии, чтобы откочевать подальше, а потом самостоятельно отправиться к "Цыпленку" увы, не осталось. Да и опять же, как еще местные военные на это отреагируют? А репортеры, мимо которых этот цирк не пройдет?
  - Это надо же, чтобы так не повезло, - пробормотал Лис, осматривая прострнство на предмет того, от чего можно срикошетить и скорректировать курс. Хотя бы немного. Ничего подходящего не наблюдалось, а надеяться на очередной, на этот раз удачно прилетевший, метеорит не приходилось. - Интересно, она догадается поискать меня где-то еще, когда не найдет там, где я должен быть?
  
  
  
  Время буквально утекало сквозь пальцы, Снежанна чувствовала это физически, а придурковатый десантник куда-то делся.
  Вилаж, как и ожидалось, девушку на свой корабль не пустили, причем, не пустили весьма невежливо. Снежка на всякий случай поуговаривала их еще несколько минут, а потом обозвала гадами и медленно стала отдаляться от их корабля, пытаясь выловить сигнал маяка. А сигнала там, где он должен был быть, не было. И Даниила не было.
  От отчаяния девушка даже развернула кузнечика и несколько мгновений так повисела, сканируя пространство между собой и кораблем вилаж. Пространство оказалось девственно пустым.
  - Куда ты делся, идиот? - спросила Снежка у пустоты, всерьез забеспокоившись.
  Нет, поймать Даниила не могли. А если бы поймали, то подозрительную девчонку бы тоже не обошли вниманием.
  А может, поймали не вилаж.
  Или...
  - У-у-у, скотина бесчувственная, я же беспокоюсь!
  Глубоко вдохнув, крепко зажмурившись и пытавшись успокоиться, девушка решила поискать везде. И несчастный кузнечик медленно стал вращаться вокруг своей оси, словно издеваясь над неуступчивыми вилаж. Сначала по горизонтали вращался, потом по диагонали. Потом поменял угол наклона и повторил, потом снова, а потом, когда Снежка заподозрила, что занимается какой-то дурью, чертов маяк нашелся.
  - Надеюсь, он не самостоятельно там дрейфует, а вместе с владельцем, - мрачно произнесла девушка и медленно и торжественно отправилась на поиски. Словно все еще надеялась, что вилаж одумаются и впустят ее такую раскрасавицу и ловкачку.
  - Идиот, - задумчиво сказала девушка, обнаружив, что серо-синяя броня медленно уплывает в космос. - Может он там сознание потерял?
  И только Снежанна приготовилась этого идиота подобрать, как система оповещения сообщила о запросе с планеты.
  Девушка злобно ругнулась, скрипнула зубами, но ответила. А то мало ли, кто ее там вызывает.
  А увидев местного стража порядка в дурацкой малиновой униформе, изобразила наиобаятельнейшую улыбку из всех, на которые была способна.
  - Офицер, - практически промурлыкала Снежанна и наклонилась вперед, демонстрируя декольте.
  Страж порядка оказался правильным мужчиной и уделил декольте довольно много внимания. Потом опомнился, хмыкнул и поинтересовался:
  - Вы чем там занимаетесь? Ваше странное поведение обеспокоило диспетчеров.
  - Ой, простите, - пролепетала Снежка. - Я пытаюсь свое имущество поймать. Которое упустила, случайно открыв дверку.
  И затрепетала ресницами, наклонившись вперед еще сильнее.
  Офицер задумчиво улыбнулся, оглянулся на кого-то и милостиво разрешил ловить имущество. Главное побыстрее и без дополнительных фокусов. Снежка пообещала ему это с большим удовольствием.
  А Лис за время переговоров успел отдрейфовать еще дальше и останавливаться, похоже, не собирался.
  -Ладно, - пробормотала девушка, опередив притворяющегося металлоломом десантника и пытаясь прицелиться так, чтобы он залетел в открытый шлюз. - Убиться в любом случае не сможет, а если я промахнусь, у меня будут еще попытки.
  Но, как ни странно, не промахнулась, а закрыв шлюз и бросив управление на милость автопилота, побежала смотреть, насколько удачно Даниил там приземлился и не сломал ли что-то нужное в процессе.
  Оказалось, десантник валяется возле перегородки, как та самая груда металлолома и подниматься не собирается, даже когда Снежанна его пнула, признаки жизни он подавать не стал.
  - Так... - задумчиво сказала девушка, сообразив, что понятия не имеет, как нужно вытягивать пострадавших десантников из тяжелой брони.
  - Все нормально, - отозвалась система корабельной связи хриплым голосом Лиса. - Меня пока не выпускает, потому что энергии мало. Сейчас договоримся с кузнечиком, он поделится, и я вылезу из скорлупки.
  - Ага, - только и смогла сказать Снежка, успевшая подумать о переселении души в корабельный компьютер.
  Договаривался Даниил довольно долго и совсем беззвучно. Снежка успела вернуться в рубку управления, выбрать орбиту для медленного облета планеты и даже заскучать. А когда решила сходить посмотреть, чем Лис там занимается, по кораблю разнесся чувственный женский стон.
  - А? - Снежка от неожиданности подскочила и удивленно уставилась на выход из рубки.
  - Все в порядке, - несколько сипло отозвался Даниил. - Это интерфейс.
  - Что?!
  - Ох, милый... - вклинился в разговор все тот же женский голос.
  - Интерфейс это. Звуковое сопровождение процесса.
  - О, да, - томно подтвердила интерфейс.
  - Ты идиот?! - раздраженно рявкнула Снежка, а звуковое сопровождение издало совсем уж неприличный звук.
  - Мне казалось, что это очень забавно. У техников обычно такие интересные лица становятся. А потом забыл переставить на более приличное, - признался Лис. - Не беспокойся, это не надолго.
  - Ты действительно идиот! - поставила диагноз Снежка и, сев поудобнее, уставилась на панораму планеты.
  - О, да, - подтвердила интерфейс.
  - Дура! - обозвала ни в чем не повинную программу девушка, и в этот момент система оповещения сообщила, что некто Тэдэр Бранко требует выйти на связь.
  Снежанна выругалась сквозь зубы и разрешила соединить.
  
  
  Рик потерял дочь. Вот так взял и потерял, на ровном месте. Причем он не помнил, когда видел ее в последний раз, потому что с самого утра она была ему не нужна. Зато когда понадобилась, поставил на уши всех.
  - А вдруг ее похитили и уже продают? - трагически спрашивал нетрезвый, но очень переживающий отец у Тэдэра.
  - Снежку, незаметно? Да вряд ли, - попытался его успокоить Тэдэр, а его альтер-эго забубнило что-то рифмованное, но пока не шибко понятное.
  - Но вдруг?! Ты должен ее найти. Она всегда в тебя верила!
  Тэдэр только вздохнул и спросил, пытался ли переживающий папаша связаться с дочерью при помощи сетефона, которые были у всей команды "Цыпленка".
  Оказалось, пытался, но блудная дочь оставила столь нужный девайс в каюте и куда-то усвистела.
  Тэдэр вздохнул. Узнал, что никто Снежку не видел, и предположил, что пешком она сквозь вакуум уйти не могла.
  Лочботы были все на месте, но один из пилотов только пожал плечами и сказал, что на корабле есть еще и кузнечики. И если девчонка их нашла, то в управлении точно разобралась. там даже пилот похуже, чем она, разберется.
  Тэдэр, передав страдающего отца на руки Паоле, пошел смотреть на кузнечики и обнаружил, что одного действительно не хватает.
  - Понятно, - многозначительно сказал парень и полез в неприятно-розовый кораблик, в надежде, что они тоже связаны в сеть, и дозваться отсутствующего оттуда будет проще всего. И что Снежка на этом отсутствующем обнаружится.
  Логика Тэдэра не подвела - Снежка действительно была на куда-то девшемся кузнечике. Правда и там она сначала не отвечала, а когда включила связь, почему-то появился только звук, а вместо изображения колыхалась серая пелена.
  - Да?! - раздраженно рявкнула девушка.
  - Ты где? Рик тебя обыскался и...
  - Я занята! - перебила Снежка каким-то странным тоном.
  Тэдэр удивленно посмотрел на загадочную серую пелену, почесал макушку и попытался собраться с мыслями, чтобы заставить Снежку все-таки вернуться.
  - Ох, - вздохнули-простонали из-за пелены женским голосом.
  Собранные мысли тут же рассыпались и Тэдэр удивленно воскликнул:
  - Эй, ты чем там занимаешься?!
  - Ничем! - злобно ответила Снежка. - Тут эта...
  - А-а-ах!
  - Ты там с кем? - спросил Тэдэр.
  - Я... - попыталась что-то сказать Снежка, серая пелена дернулась, стекла вниз, и наконец появилось изображение всклокоченной и очень злой девушки. - Я...
  - Да, дорогой, да, так! - перебил ее все тот же женский голос.
  - Да заткни ты эту дуру! - заорала Снежка, повернувшись вправо.
  - Не могу! - придушенно ответил Даниил Лис.
  - Еще немножко, еще! - опять решила высказаться незнакомка.
  - Эй, вы чем там занимаетесь?! - повторил вопрос Тэдэр, не в силах поверить, что первое, что пришло в голову, и есть правильный ответ.
  - Ничем! - рявкнула Снежка.
  - Ах, - подтвердила незнакомка.
  Лис все так же придушенно выругался.
  - Я потом тебе все объясню, - сказала Снежка и отключилась, оставив удивленного Тэдэра смотреть на опустевшую проекторную площадку.
  - Спятить, - только и смог сказать парень.
  
  
  
  - Знаешь, я себя очень странно чувствую, - признался все-таки выпущенный из брони Даниил.
  Снежанна фыркнула и демонстративно посмотрела на планету, величественно проплывающую слева.
  - Очень, - повторил Лис и взъерошил волосы на затылке.
  - Никто тебя не заставлял ставить эту пакость, - мстительно сказала Снежка, не отрывая взгляда от планеты.
  - Ты меня понимаешь, - сделал свои выводы мужчина и тоже посмотрел на планету.
  А Снежка опять фыркнула и лишь потом поинтересовалась:
  - У тебя хоть получилось?
  - Получилось. Теперь посмотрим, как они будут действовать дальше. Либо нас будет встречать следующий преследователь. Либо они рассердятся, и Тэдэра будет встречать человек из прошлого. Ну или его представитель. Впрочем, там может завестись кто-то умный каким-то чудом, все сопоставить, и нас встретит тихий, неприметный дядечка, ну или тетенька, и вежливо попросит отменить концерты на Лонге. Во избежание.
  - Тэдэра они не попробуют убить заранее? - забеспокоилась Снежанна.
  - Могут, но на этот случай у него есть все мы.
  - Ладно. А запретить тем придуркам приближаться к Тэдэру могут?
  - Могут. Только они вряд ли послушаются. А если послушаются, их подтолкнут к нужному нам решению, - объяснил Лис и зачем-то добавил: - Все будет хорошо.
  Снежка опять фыркнула, но уточнять, для кого будет хорошо, не стала.
  
  
  - Тэдэр, что с ним не так? - спросила Снежанна, благополучно вернувшись на "Цыпленка", успокоив папу и найдя музыкантов в кают-компании, где они предавались безделью и шумным воспоминаниям о том, как на сцену лезла буйная поклонница.
  - С кем? - отстраненно спросил парень.
  - С Даниилом. Он старше меня на десять лет...
  - На семь, ему двадцать девять, - педантично уточнил Тэдэр.
  - Неважно, - отмахнулась девушка. - Он старше, опытнее, да он целой группой десантников командовал, а ведет себя, как... как... как ребенок. И чувство юмора у него дурацкое.
  - Чувство юмора?
  Снежанна вздохнула и рассказала об интерфейсе с женским голосом. Потом рассказала, что она с Лисом там делала, зачем и почему. А потом, сама не заметив как, еще и том, что теперь произойдет дальше рассказала.
  - Интересно, - сделал какие-то свои выводы Тэдэр.
  - Да? - удивилась Снежка.
  - Ага.
  - Я что-то упустила? - с подозрением спросила девушка.
  - Нет, ты просто не знаешь, что такое вилаж. Думаю, после того, как вы щелкнули их по носу, они обидятся и предоставят одной развеселой семейке доказательства того, что я - это я. А они у них есть, учитывая, что охотились на меня в мою бытность еще тем Тэдэром Бранко.
  - Понятно, - задумчиво протянула Снежка и прищурилась. - Значит вот как... Ну я ему...
  - Даниилу? - уточнил Тэдэр. Очень уж кровожадный вид был у девушки.
  - Ему. Он мне о таких деталях не рассказал. Просто сказал, что избавимся от преследователя. Зачем-то.
  - Возможно, он об этом не подумал. У него другие задачи. Выполнению которых мешал корабль вилаж.
  - Да? И какие?
  - Думаю, мы сейчас отклонимся от маршрута, чтобы подобрать что-то или кого-то. Скорее кого-то. Практически любую технику можно скрыть, попросту ее отключив и спрятав за другую, включенную технику. В том числе и оружие, чем мы и занимаемся сейчас. С людьми сложнее, особенно если их много. А из анабиоза выводить долго придется. И учитывая продолжительность нашего маршрута, кто-то где-то бы заметил несоответствие.
  - Хм, - сказала Снежанна, не шибко поверив в такое объяснение.
  Как оказалось, зря. Потому что "Цыпленок" действительно отклонился от маршрута, и на борту появилась шумная толпа коллег Даниила.
  - Сюрприз, - только и смогла сказать девушка, глядя на здоровенных мужиков, которых бы вполне хватило для захвата какой-то не особо развитой технически планеты.
  Зато теперь стало понятно, почему "Цыпленок" такой большой, зачем ему лочботы, да и многое другое.
  С другой стороны, стало спокойнее. Ангелы действительно собирались сделать все возможное и невозможное, чтобы наживку не сожрали.
  
  
  
  Игра на жизнь. Троллинг.
  
  Планета Лонга встретила "Цыпленка" грандиозным ураганом, растянувшимся на половину северного полушария и запретом на заход в атмосферу. Так что пришлось висеть на орбите и ждать, пока закончится ураган и жители планеты снизойдут до гостей.
  Вообще, именно здесь заставить кого-то кружить вокруг планеты считалось чуть ли не оскорблением. Пренебрежением так точно. Жители Лонги чтили традиции и свято верили, что космические корабли, которые не превышают средне-большой тонажности, должны приземляться в портах и там выпускать своих пассажиров. Они бы, наверное, и большие суда заставляли опускаться на планету, если бы была гарантия, что они потом смогут убраться обратно в космос.
  Портов на Лонге было великое множество, каждый захудалый городок считал делом чести содержать хотя бы один, даже если суда туда опускались раз в полсотни лет. Поговаривали, что где-то существует даже один, в котором никто так и не приземлился с самого момента постройки. Но, возможно, врут.
  На планету эта традиция влияла не лучшим образом. И грандиозные ураганы стали всего лишь одним из следствий. Вот только на мнение экспертов жителям Лонги было начхать. У них были гордость и традиции. И то и другое для них было ценнее, чем какая-то погода, да и атмосфера в целом.
  Именно это и обсуждала компания из музыкантов, их сопровождения, успевших заскучать десантников и самозваных телохранителей Тэдэра, среди которых затесались Даниил и Малик.
  - Дурацкая планета, - мрачно произнесла Снежанна. - В прошлый раз на ней через день шел дождь, причем, практически везде.
  - В этот раз будут идти почти каждый день, - предрек Даниил. - У них баланс экосистемы меняется. Скоро будут сплошные джунгли с небесами затянутыми тучами. Но их то ли все устраивает, то ли не хватает ума сопоставить ухудшение ситуации с возрастанием количества кораблей.
  - У них гордость и нежелание поступаться традициями, - сказал Тэдэр. - Точно как у моих родственников с их чистотой крови. Только еще более запущено.
  - Хм, - сказала Снежка и предложила: - Давайте лучше кофе пить. А они пускай упиваются свей гордостью сколько влезет.
  Против кофе никто не возражал.
  Гордые жители Лонги дали разрешение на посадку, когда ураган, подозрительно быстро, откочевал и оказался над всепланетной столицей. Даниил успел к тому времени напиться кофе, поругаться со Снежкой, с ней же помириться, попутно поудивляться женским странностям, и даже поиздеваться над акустической гитарой Поэтому он потянулся и скучающе сообщил, что добрые лонгийцы, похоже, решили просто и незатейливо угробить гостей, избавившись от любых возможных проблем разом. А потом жизнерадостно улыбнулся и добавил, что не дождутся. После чего побежал в каюту пристегиваться. Остальные последовали за ним.
  Болтало "Цыпленка", продирающегося через ураган, страшно. Пару раз, если верить ощущениям, об него еще и что-то довольно большое ударилось. Тот же Лис потом говорил, что это корабли поменьше не удержались на поле космопорта и решили полетать с ветром. Но ему мало кто верил.
  Зато приземлился "Цыпленок" легко и грациозно. И сразу замер, не обращая ни малейшего внимания на ветер. То ли как-то закрепился, то ли обтекаемый дизайн обшивки способствовал.
  - Идем знакомиться со встречающими? - спросил Рик, когда компания в практически том же составе опять собралась в кают-компании.
  - Нет, - неожиданно для всех отозвался обычно молчаливый Малик. - Мы ведь тихие и мирные. И очень напуганные тем, в каких условиях пришлось садиться. Нам сначала нужно привести себя в порядок, собрать упавшие, а тем более разбившиеся вещи и немного подумать о том, а стоило ли сюда вообще прилетать.
  - А если они спросят, почему мы не выходим? - поинтересовалась Снежка.
  - Скажем, что подходящую для их ливней одежду ищем. И пожалуемся, что нас об этой погоде никто не предупредил.
  - После этого они нам плащики припрут, - добавил все еще веселый Даниил. - Для них это дело чести - сделать все возможное, чтобы гости поменьше говорили о погоде.
  - А если продолжают упорствовать, пытаются пристрелить, - мрачно сказал Тэдэр, неожиданно для самого себя сообразив, что меньше всего хотел опять оказаться на этой планете.
  - Преувеличиваешь, - сказал один из десантников.
  - Совсем немного преувеличивает, - опять заговорил Малик.
  - Милая планетка, - проворчал десантник и задумался о чем-то. Выражение лица у него при этом было такое, словно он размышлял, как бы уговорить начальство на захватническую войну и последующее сбрасывание самых неприятных аборигенов на местное светило.
  
  
  Плащики действительно принесли. Они были огромны, раздувались парусами и явно не годились для прогулок в ураганный ветер. К счастью, идти пришлось недалеко, всего лишь к прозрачной кишке тоннеля, защищавшего как от ветра, так и от дождя.
  По тоннелю ездили несерьезного вида вагонетки, гораздо уместнее смотревшиеся бы в каком-то детском развлекательном центре. И ехали эти вагонетки медленно-медленно, видимо для того, чтобы гости успели полюбоваться пеленой дождя за прозрачными стенами, невнятными громадами кораблей, испугаться того, что следующий немного промахнется мимо выделенной площадки и рухнет им на головы, проникнуться общей атмосферой и, так и не покинув территорию космопорта, резко засобираться домой.
  Зато здание, над которым парила ярко-желтая голографическая надпись "Вокзал", в контраст космопорту и погоде было излишне жизнерадостным, словно провалившимся на эту дождливую планету из иной реальности. Здание изо всех сил сияло и сверкало рекламой, справочной информацией и просто картинками. Оно орало на разные голоса кого-то разыскивая, что-то объявляя или предлагая. Среди этого бедлама туда-сюда носились люди и не люди, колыхались голографические пальмы, огороженные ажурными заборчиками, чтобы никто не бегал сквозь деревья, сбивая тонкие настройки, и пели хором какие-то странные личности в белых хламидах.
  - Надеюсь, нас встречают не они, - мрачно сказала Снежка, явно не восхитившаяся царившим вокруг бардаком.
  - Нет, платили мы точно не этим, - не шибко уверенно сказал Малик, а потом кого-то рассмотрел в толпе и просиял широченной, пугающей с непривычки улыбкой. - Вон они.
  "Они" оказались парочкой состоявшей из толстого и тощего мужиков, одетых столь пестро, что могли составить конкуренцию целому вокзалу. Эта парочка рассыпалась в комплиментах и восхищении, походя рассказала, что все билеты были разобраны еще полторы недели назад, а интересующихся печальной историей Тэдэра было столько, что и не счесть.
  - Догадались, почему и куда я делся, - мрачно пробормотал парень, услышав это. - И интересуются, как я умудрился выжить.
  - Что вы, большей частью интересуются, точно ли вы - это вы, - возразил тощий мужик, поглаживая козлиную бородку, черную, с синим отливом. - Сомневающихся очень много. Но сведения о вашей родословной большую часть убеждают, что все-таки вы. Как и говорил тот человек.
  - Ага, - сказал Тэдэр.
  Лонга - это не Гловер, жители которой помешаны на страхе перед мутациями. Местные аристократы даже проводят что-то вроде селекции, пытаясь стать сильнее, умнее и лучше своих предков. Получается у них так себе. Заполучить в семью какого-нибудь самого неудачливого и слабого аллара они были бы безумно счастливы. А о бродягах с черными шрамами на лицах здесь вообще ходят разнообразные легенды. И самая популярная о том, что они улучшили свой вид настолько, что даже в вакууме могут прожить гораздо дольше обыкновенных людей. Не зря же не нуждаются в планете.
  - Интересно, а если им предложить мой генетический материал в обмен на то, что убивать меня не будут, они согласятся? - спросил Тэдэр задумчиво, когда один пестрый мужик умчался договариваться с кем-то о доставке багажа гостей, а второй занимать очередь у одного из фиксировочно-сканирующих устройств, пройти через которые обязаны были все, даже никуда не летавшие лонгийцы, всего лишь зашедшие в здание вокзала, чтобы проводить родственников. Что там фиксировали и сканировали, Тэдэр точно не знал, но когда-то ему рассказали, что таким образом на планету пытаются не допустить мифическую космическую чуму. Бояться ее - тоже своеобразная традиция.
  - Не согласятся, ты же не чистокровный. Попробуй из твоего материала выдели чистого бродягу, - сказал Даниил.
  - Ага. - Тэдэр, на которого напало нервно-игривое настроение, привычное для ипостаси музыканта, состроил на лице вселенскую скорбь и спросил: - А дразнить их когда начнем?
  - Да хоть сейчас, - легко разрешил Даниил. - Вон, стоят под пальмой. Видимо, решили посмотреть на столь живучее чудо своими глазами.
  Тэдэр посмотрел на пальму. Потом на стоявших под ней людей. Их он не помнил совершенно, видимо, к тому моменту, как познакомился, уже был не в состоянии что-то запоминать. Трое светловолосых мужчин обрядились во что-то напоминавшее военную форму и были похожи, как близнецы - светловолосы, мрачны, с тяжелыми квадратными подбородками, породистыми носами и недобро прищуренными глазами. Женщина тоже светленькая и не блистающая красотой, видимо из-за семейных подбородка с носом. Стоит рядом с братьями, вид заносчивый и самоувернный. В общем, неприятная дамочка. Тэдэр добровольно связываться с ней бы не стал. Даже его абсолютно дурная ипостась с гитарой и без мозгов.
  - Это сколько же выпить надо, - словно прочел его мысли Дженке.
  А Снежка фыркнула, как кошка.
  Тэдэр, скользнув взглядом по пальме и четверке под ней, столь же лениво и неспешно стал рассматривать других людей.
  - Недовольны, видимо ожидали, что ты испугаешься, - сказал Даниил, стоявший за спиной и, видимо, наблюдавший оттуда в свое удовольствие.
  - С какой радости? - удивился Тэдэр. - Я их не узнал.
  - Точно? - засомневался Лис.
  - Точно, - подтвердил Тэдэр. - Их это разозлит и привлечет больше, чем мой страх. Они привыкли пугать. А вот к тому, что их игнорируют, привыкнуть вряд ли когда-то успеют. Это их раздражает. Один вообще фиолетовый, жаждет убивать. Только вряд ли решится броситься прямо здесь. Трусоват. Эта трусоватость заменяет ему осторожность.
  - Видящие, - пробормотал Даниил.
  А потом пришла их очередь фиксироваться и сканироваться. И Тэдэр, проходя сквозь устройство, спиной чувствовал четыре недовольных взгляда. Вот только пока не понял насколько это хорошо и насколько плохо.
  
  
  Жители Лонги или какая-то их часть явно поставили себе цель - продемонстрировать лично Тэдэру и всем, кто его сопровождал, что таким гостям здесь не рады. Гостиница, в которой им нашлось место, оказалась далеко как от космопорта, так и от развлекательного центра, где группа должна была давать концерты. Добираться туда приходилось сначала на наземном транспорте, споро чешущем по древнему ржавому рельсу, иногда утопающему в глубоких лужах, иногда возносящемуся над крышами старых же домов. Потом пришлось пересаживаться на нечто похожее на полузатопленную фасоль и плыть в ней до острова посреди залива, где и находилась гостиница.
  - Нас не уважают, - мрачно сказала Снежка.
  - Тем лучше, - отозвался Даниил.
  - Вообще, гостиница на этом острове всего три года назад была очень популярна среди богатых людей. Там было тихо, спокойно и сравнительно уединенно. Пляжи рядом и вообще. А потом погода окончательно испортилась, и эти люди теперь предпочитают отправляться на курорты других планет. Да и люди победнее предпочитают отдыхать в южном полушарии, там еще есть места, где довольно долго светит солнце, - рассказал толстый пестрый мужик и печально вздохнул.
  - Ничего-ничего, - еще мрачнее сказала Снежанна. - Скоро и на южном полушарии их не останется.
  Гостиница, когда-то блиставшая великолепием, сейчас выглядела так себе. Часть голографических проекторов безбожно барахлила, и "роспись по стенам" накладывалась друг на друга, произвольно меняла цвет и превращалась в непонятную, медленно вращающуюся мешанину, способную у особо впечатлительных людей вызвать тошноту и головокружение. Великолепные пляжи, каковыми они были всего пару лет назад, если верить все тому же толстяку, сейчас полностью ушли под воду, оставив после себя только узкую каменистую полоску, на которую море без устали выбрасывало обломки дерева и прочий мусор.
  На ресепшен вместо положенного приличной гостинице человека сидела пластиковая кукла, похожая внешностью на Лорел, глупо лупала глазами и голосом, раздававшимся из встроенного где-то в груди динамика, задавала монотонные вопросы, а, получив ответы, резко рявкала:
  - Сохранено!
  Кукла, откровенно говоря, нагоняла жути, но со своей работой справлялась более менее хорошо. Чего нельзя было сказать о горничных или заменявшей их технике. В комнатах было чисто, все разложено по местам, всего хватало, но при этом сыро и мерзко, и начинало пованивать невидимой пока плесенью. Наверное включать сушилки и обогрев, пока не заехали гости, технике и горничным не полагалось. А может, не полагалось и вовсе в целях экономии. Потому что управление этими сушилками было надежно запрятано за картинами и, если бы обозлившаяся Снежка одну такую не сорвала со стены, искали бы их долго. А на призывы и требования никто так и не пришел, только кукла на ресепшене монотонно бубнила, что у нее такой программы нет.
  - Ну, зато никто под ногами не путается, - оптимистично сказал Даниил.
  Снежка в ответ фыркнула и предрекла, что это только начало проблем.
  Как оказалось, девушка была абсолютно права. Утром разыгрался шторм, заливший весь первый этаж, днем он и не подумал заканчиваться, а ближе к вечеру компания обнаружила, что еще немного, и группа опоздает на запланированный концерт. А это было уже не хорошо, потому что могло стать поводом для изгнания с планеты - мол, обидели и оскорбили.
  - Фасолину за нами не пошлют, - сказала Снежанна, все так же пребывавшая в мрачном настроении. - Они специально нас сюда заперли, чтобы мы не смогли вовремя выбраться. А, может, этот остров завтра вообще под воду уйдет, и это все знают кроме нас.
  Даниил безмятежно улыбнулся и стал вызывать "Цыпленка", а вызвав, потребовал прислать кузнечиков, придав им вид потрепанных гражданских атмосферников.
  - Вот и вся проблема, - сказал жизнерадостно.
  Снежка громко фыркнула и отвернулась.
  
  
  Концерт, ко всеобщему удивлению, прошел без эксцессов. Если не считать таковым продолжавшую фыркать на Даниила Снежанну.
  Зато после концерта возле одного из кузнечиков обнаружился блондин из вокзала. Стоял он там с таким видом, словно этот корабль накануне у него украли. Снежка, увидев это вымокшее чудо, фыркнула особенно громко и прошла мимо него с видом королевы. Остальные потянулись за ней. Даже Тэдэр делал вид, что знать не знает, что это за странный человек, пока на его плечо не опустилась тяжелая ладонь.
  - Эй, ты, - обратился блондин.
  Тэдэр одарил его рассеянным взглядом и дернул плечом.
  - Я Тларн ка-Деловара, - грозно сказал блондин.
  - Да? - искренне удивился Тэдэр, так и не удосужившийся узнать, как зовут любителей постоять под пальмой на вокзале. - Где-то я эту фамилию слышал... А, так звали младшего техника по холодильникам на корабле моего учителя. Только у него "ка" не было.
  И изобразив жизнерадостного идиота, Тэдэр попытался вырвать плечо из стальной хватки и продолжить путь.
  - Тварь! - буквально зарычал блондин, окутываясь красно-фиолетовым туманом. - Я тебя уничтожу, мразь. Чтобы такие, как ты, поняли, что не имеют права трогать благородных дев...
  - Каких еще благородных дев? - удивился Тэдэр. - Ту страшную бабу, что стояла с вами под пальмой? Так я ее разве что допившись до невменяемости трону, но я так больше не делаю.
  - Ты... - не нашелся, что бы такое еще сказать блондин и попытался по-простому сломать Тэдэру руку.
  - Идиот, - сказал ему по секрету парень.
  - Что?! - искренне удивился блондин и в следующее мгновенье уже лежал лицом в луже, а ненавистный музыкант прижимал его коленом между лопаток к земле, выкручивая руку и не давая даже дернуться, не говоря уже о том, чтобы встать.
  - Знаешь, - сказал Тэдэр тихо. - Мне очень не нравится твоя сестра, она мало того, что не красавица, так еще и выражением лица отпугивает и делает себя вообще уродиной. И я понимаю, зачем мне надо было подсыпать или подливать наркоту, иначе бы я от нее бежал, как о той самой космической чумы, даже не зная, что она благородная. Единственное, чего я никак не мог понять, почему вы решили мстить мне, и так пострадавшему от вашей гулящей страхолюдины. Если желаете сохранить своих дев в чистоте и невинности, топите их за то, что тащат в постель мужиков, не считаясь с их мнением. Иначе они так и продолжат пачкать собственную честь о всяких простолюдинов и инопланетников. Или вам на эту так называемую честь начхать, а цель изначально - развлечься, избив ни черта не соображающего подростка? А что, и дева, распугавшая всех знакомых лицом, наконец-то хоть как-то мужика получила. И вам, садистам, радость.
  - Убью, - простонал блондин.
  - Я живучий, - легкомысленно сказал Тэдэр. - И на этот раз успел познакомиться с некоторыми своими родственниками, которые тоже привыкли за своих мстить. Сюда они, конечно, не явятся. Но вот покидать пределы планеты никому из вашей семейки я не посоветовал бы в случае моего убийства. Обратно не вернетесь. Ты еще ничего, здоровенный и не сильно страшный, наверняка найдут, куда тебя такого пристроить и кому продать. А вот эту страшную деву наверняка сразу же выбросят в вакуум, чтобы кошмары не снились. У нее такое выражение лица, детей пугать можно. Интересно, это врожденное? Может мимические мышцы полечить надо?
  - Тварь!
  - Да-да, так и есть, - не стал спорить Тэдэр и вырубил придурка.
  Потом спокойно встал, полюбовался на лежащее в луже тело и пошел к кузнечику.
  - Теперь он точно явится тебя убивать, - сказал Даниил, стоявший у входа.
  - Так за этим и прилетели, - заметил Тэдэр.
  - Броню не снимай. И подвески активируй, - велел десантник и отошел в сторону, пропуская Тэдэра.
  Защитник сестринской чести все так же валялся в луже.
  Снежка, обнаружившаяся в двух шагах от Даниила, была бледная и задумчивая, и ей пришлось сказать, что все хорошо, что так и надо было действовать, и что чем быстрее, тем лучше. Что именно быстрее, Тэдэр разумно уточнять не стал.
  - Лишь бы они гостиницу не обстреляли с орбиты, - проворчал Дженке. - Остальное точно переживем.
  
  
  - Тэдэр, зачем ты это делаешь? - спросила Снежанна, остановившись напротив парня, сидевшего на стойке ресепшен и с непонятным интересом рассматривавшего говорящую куклу.
  - Что именно? - спросил он.
  - Злишь этих... блондина того. Ты его унизил.
  - А он меня почти убил в свое время, - довольно жизнерадостно заметил Тэдэр. - Считай, что я мщу.
  Снежка громко фыркнула.
  Тэдэр улыбнулся, соскользнул со стойки и, подхватив девушку под руку, куда-то ее повел. Вел довольно долго, петляя по коридорам и лестницам. И оказались они в итоге в мрачном помещении, провонявшемся рыбой и водорослями.
  - Здесь не подслушают, - сказал Тэдэр, зачем-то оглянувшись.
  - А? - удивилась Снежка.
  - Лис еще вчера сказал, что нас наверняка подслушивают. Возможно, с целью выяснить точно, я это или не я. Впрочем, думаю, уже выяснили. Иначе тот блондин со сложным именем бы не появился. Он у них, наверное, самый нетерпеливый.
  - Ага, - сказала девушка. - Но...
  - Снежанна, мне здесь очень не нравится. И я хочу побыстрее отсюда убраться. И сделаю для этого все. Если нужно дразнить и злить этих придурков, я так и буду действовать.
  - Это плохо закончится, - предрекла Снежка.
  - Я знаю, - не стал с ней спорить Тэдэр.
  И был он серьезным-серьезным. Совсем не похожим на того парня, который пел на сцене. Тот Тэдэр был излишне весел и привлекал девушек внутренним огнем, как светильник бабочек. А этот был надежным, уверенным и действительно знал, что делал. Осознанно рисковал. Осознанно старался унизить и разозлить. Так что говорить ему об опасности бесполезно.
  И пытаться спасать бесполезно, скорее помешаешь.
  - Ладно, - сказала Снежка. - Но если тебя убьют, я приду и плюну на твою могилу.
  - Тогда я попрошу меня кремировать и развеять пепел, - оптимистично сказал Тэдэр.
  - Болван, - невольно восхитилась Снежка.
  
  
  Полежавший в луже блондин да и его родственники почему-то больше не появлялись и страшно мстить Тэдэру не спешили. Зато несколько раз мелькали люди, подозрительно похожие на замаскированных бородами вилаж, и кто-то попытался вломиться в "Цыпленка", но не смог справиться даже с отталкивающим полем, не говоря уже об открывании корабля.
  Потом появились местные стражи порядка и стали требовать досмотра, но были отогнаны Паолой и предоставленными ею документами.
  Обстреливать гостиницу тоже не рискнули, хотя последние живые работники из нее сбежали всего за три дня, предоставив гостям самим разбираться со своим питанием и куклами-горничными, тоже похожими на Лорел. Тэдэр даже этих красавиц заснял и отправил родственнице, чтобы впечатлилась и больше не поддавалась бабкиному влиянию.
  Зато концерты проходили великолепно. Видимо, на планете хватало людей, которым местная аристократия давно успела надоесть, и они были рады приветствовать любого, кто умудрился щелкнуть ее по носу. На пятый день даже не хватило билетов для всех желающих послушать возрожденную легенду, и люди висели на ограждениях и окрестных деревьях, с которых было видно большой экран. А утром выяснилось, что в планетной сети появился еще более популярный ролик, на котором папаша требовал от великовозрастного сыночка, вывалянного Тэдэром в луже блондина, не трогать мерзкого музыкантишку, потому что его появление подозрительно. А блондин задирал нос и твердил, как попугай, о том, что его честь требует мести.
  Ролик попытались запретить, удалить, но это только подстегнуло его популярность, и Тэдэр осознал, насколько сложны отношения между местным благородным сословием и неблагородным. Удивляло только, что никто пока не устроил революцию. То ли традиции мешали, то ли неблагородных не пускали в орбитальную оборону во избежание.
  - Нехорошо, - задумчиво пробормотал Даниил, увидев ролик. - Папашу они могут послушаться. Даже несмотря на то, что об этом чудном разговорчике теперь не знает только ленивый.
  Компания дружной толпой сидела в гримерке. Гримерка явно была маловата для всех, но зато здесь была гарантия, что никто не подслушает.
  - Ничего, у меня есть идея, - отозвался Тэдэр, наигрывавший что-то минорное на акустической гитаре.
  У него в голове толпились рифмованные строчки, но, к сожалению, все какие-то разрозненные и несвязанные друг с другом. Двустишья и четверостишья без начал и концов. И настроение этим обрывкам соответствовало. И очень хотелось что-то сделать, подтолкнуть, чтобы все сдвинулось с мертвой точки. И тогда либо эти обрывки рассеются туманом и оставят недопоэта в покое, либо наконец обретут начала, концы и смысл.
  - Броня где? - мрачно спросил Лис, только что обнаруживший, что куртки на Тэдэре нет, да и нигде вблизи она не валяется.
  - Не знаю, где-то забыл, - равнодушно отозвался Тэдэр, продолжая наигрывать.
  - Ох, идиот, - почти простонал Даниил.- Сиди здесь, - велел грозно и куда-то умчался.
  - Концерт скоро начнется, - сказала Снежка, посмотрев Даниилу вослед, и решила, что в случае чего лично удержит Тэдэра от выхода в коридор, не говоря уже о сцене, до того момента, как вернется Лис с курткой.
  Но куртку Даниил так и не нашел, и куда она делась, никто так и не вспомнил. Поэтому Тэдэра почти насильно одели в летный комбез Лиса, уверили его, что красный цвет отлично сочетается с зеленой гитарой и вытолкали на сцену.
  Впрочем, никто все равно не верил, что кто-то рискнет убивать Тэдэра прямо на сцене. Это было бы чересчур драматично.
  Собственно, Тэдэр тоже не верил, что кто-то может настолько отчаяться, чтобы пытаться убить его на сцене. Не снайпера же они позовут. Семейные дела следует решать самостоятельно и глядя в глаза врагу.
  Так что зачем ему постоянно напяливать на себя мешавшуюся броню, Тэдэр не понимал. Радовало только, что комбез Даниила оказался удобнее идиотской куртки. Видимо потому, что был немного великоват.
  Зрителям музыкант в красном комбезе почему-то понравился. Они радостно приветствовали группу, иногда начинали подпевать и Тэдэра почти любили. Он это отлично чувствовал. Видел плывущую над толпой радость и колышущуюся оранжевыми языками огня веселую злость. Местами алым вспыхивала агрессия, но ни разу так и не переходила в неприятный фиолетовый, она или выгорала вспышкой, или превращалась в оранжевое пламя. И все это дышало и колыхалось в такт музыке, словно толпа стала одним живым организмом. Как по волшебству. По волшебству, которое сотворила группа, и в первую очередь барабанщик Дженке, хотя и без Тэдэра там не обошлось. И это было здорово и приятно, очень правильно.
  А еще обрывки стихов наконец обретали форму и ложились на ритм старой песни.
  Если хочешь все закончить быстро, возьми меч и разруби тот узел. Тебе ведь незачем его распутывать, правда ведь? Тебе не нужна целая веревка, тебе нужно чтобы не было узла. Все просто.
  - Все просто, - прошептал Тэдэр, сжав микрофон в ладони. - И разве может что-то быть лучше оскорбления при такой толпе народа? Тем более, после того ролика все догадаются, о ком это. Они сбесятся. Даже папашка.
  Толпа радостно кричала.
  Барабаны Дженке, утихшие на несколько минут, опять стали оживать, зовя за собой гитары. А Тэдэр широко улыбнулся, подошел к Олаву и шепотом, зажав в ладони и его микрофон, попросил его не петь. Потому что песня будет немного не та. Очень уж ему хочется спеть про некрасивую блондинку, вынужденную поить мужиков до невменяемости, чтобы они перестали обращать внимание на ее лицо, и о ее братьях, считающих, что любвеобильность блондинки наносит урон их чести, но почему-то мстящих ее жертвам.
  Олав хмыкнул, пробормотал что-то вроде "да ты извращенец", но кивнул, соглашаясь на эту авантюру.
  Видимо, ему тоже надоела дождливая планета, гостиница с недостачей персонала и вообще это задание.
  - Быстрей начнем, быстрей закончим, - сказал Тэдэр и выпустил из ладони микрофоны.
  
  
  Песня произвела впечатление на всех.
  И на зрителей, которые не сразу поняли, что Тэдэр поет что-то не то, потом прислушались, затихли, а потом стали улюлюкать, свистеть и радостно орать. И наверняка транслировать эту песенку в сеть, чтобы друзья и знакомые тоже оценили.
  И на Даниила, который еле дождался окончания концерта, а потом схватил Тэдэра за шкирку и стал всех подгонять, попутно раздавая указания кому-то на птенчике и требуя от оставшихся в гостинице никого и близко не подпускать, даже если этот кто-то представится новой горничной, будет очень хорош собой и с виду мил и невинен.
  И на Снежку, которая обозвала Тэдэра идиотом, попутно восхитилась и предрекла, что он с таким подходом в любом случае своей смертью не умрет.
  Да и все остальные равнодушными не остались.
  Но по пути к гостинице, как ни странно, никто не напал и даже не остановил. Наверное, не успели среагировать на скоростной побег.
  В гостинице Даниил развил бурную деятельность, расставил охранников у каждой двери и в каждом коридоре, велев бдеть, следить за окнами и пустующими номерами. Тедэру приказал не снимать комбез и все время быть недалеко от других, чтобы когда его придут убивать, успели и спасти. Попутно попытался напялить на голову шлем, но, решив что это будет слишком и может отрезвить мстителей за честь сестры, ограничился приказом беречь дурную голову, после чего куда-то умчался.
  А вот развеселая семейка взяла и разочаровала Лиса. Они не появились ни тогда, когда он как угорелый носился по этажам и лично блокировал намертво все попавшиеся на пути двери. Не пришли, когда он заглянул в подвал, убедился, что он полон воды и, просветив сканером, не обнаружил за затопленными бочками никого живого, способного выскочить в самый неподходящий момент, и все равно заявил, что подвалы ему не нравятся.
  И еще через два часа тоже не пришли.
  И через три, когда "Цыпленок", летевший чиркая пузом по воде и старательно маскируясь, дополз до гостиницы.
  - Они над нами издеваются, - сделал вывод Дженке.
  - Внимание усыпляют, уверен, они явятся, - сказал Лис и, чтобы не бродить из угла в угол, отправился делать кофе для Снежки. Все занятие.
  И один только Малик все это время спокойно сидел на подоконнике и то ли думал, то ли слушал что-то неслышимое для всех остальных. Изредка он еще и улыбался.
  А Тэдэр маялся от скуки и почему-то чувствовал себя очень глупо. Даже развеселый музыкант, который фактически и устроил этот бедлам, предпочел убраться в подсознание вместе со стихами и не высовываться. Так что и пообщаться было не с кем.
  - Хм, - сказал Тэдэр, посмотрев в зеркало и увидев там привычного унылого себя. - А что, если они ждут, пока я окажусь в одиночестве?
  Мысль Тэдэру понравилась. Поэтому он помахал рукой Дженке, сказал, что будет вон в той комнате, но в случае, если кто-то начнет ломиться в окно, сразу же выскочит в коридор, и пошел ждать убийцу.
  Убийце на то, что его ждут, было начхать. Тэдэр от скуки нашел мини-бар и попробовал какую-то пузырящуюся синюю гадость, мерзкую что на вид, что на вкус, что на запах. Обозвал местных богачей извращенцами, хотя эта гадость могла быть самогоном, запрятанным в бар запасливым настройщиком кукол-горничных. Полюбовался дождливым пейзажем, попутно убедившись, что никто ни в какое окно лезть пока не собирается. И, наверное, бы плюнул на решение подождать в одиночестве, вернулся в коридор и стал там всех раздражать своим хождением из конца в конец, если бы не пришла Снежка.
  - Что? - спросил Тэдэр, когда девушка в задумчивости остановилась посреди комнаты.
  - Это было глупо, но сильно, - сказала она. - И Лис так забегал, перестал придурка изображать. Знаешь, он симпатичный, когда не улыбается, как идиот. Хотя, когда улыбается, тоже симпатичный, просто раздражает.
  - О, - сказал Тэдэр, вспомнив, что этот симпатичный отправился за кофе для одной блондинки и где-то пропал. Наверное, опять решил проверить подозрительный подвал.
  - Да, - уверенно подтвердила девушка. - Тэдэр, я...
  Дверь резко распахнулась, словно от порыва ветра, Тэдэр удивленно моргнул и увидел красно-фиолетовый росчерк, где-то на грани между обычным зрением и тем, как видят мир фениксы. И уловил что-то знакомое и слишком опасное. Дальше он действовал инстинктивно. Рванул к Снежке, толкнул к стене и попытался там прикрыть ее своим телом, нагибая голову. Должен же проклятый малый доспех хоть для чего-то пригодиться?
  Но так и не понял, пригодился или нет, потому что удар в спину был очень сильный и мгновенно погасил сознание.
  И Тэдэр уже не слышал, как завизжала Снежка.
  Не видел, как следом за невидимкой заскочил запропастившийся Лис, сдернул крышку с термочашки и вылил ее содержимое перед собой, делая невидимое частично видимым. А потом сделал самую большую глупость в своей жизни - схватился за игольник голой рукой, направляя следующий выстрел в потолок, и двинул термочашкой стрелка по голове. Голова оказалась чем-то защищенной, но стрелок дернулся, нажал на пуск, и часть раскрывающихся одуванчиком игл оказалась у Даниила в руке, а часть ушла в потолок, осыпав людей каменной крошкой и кусками разноцветной пенокраски.
  Дженке, прибежавший на шум и мгновенно оценивший ситуацию, жалеть недоневидимку не стал. Схватил столик и обрушил его на голову человеку, пытавшемуся почти вслепую засунуть в игольник очередной бочонок-заряд.
  А за Дженке прибежал запыхавшийся Малик, наступил на валявшегося стрелка, рявкнул барабанщику, чтобы немедленно звал медиков. Поднял на ноги Снежку и приказал ей затянуть чем-то руку Даниила, пока он кровью не истек. А потом шлепнулся на колени перед Тэдэром, обозвал кого-то убожищем недоделанным, помянул чью-то мать и засунул пальцы в развороченную иглами спину.
  Всхлипывающая Снежка пыталась перетянуть шейным платком плечо Даниила чуть выше того места, от которого его рука превратилась в сплошное кровавое месиво с торчащими обломками костей. Десантник давал советы и повторял: успокойся, успокойся. И девушка не понимала, ей он это говорит или самому себе. А Малик замер над Тэдэром и беззвучно шевелил губами, словно разговаривал с кем-то невидимым.
  И один только стрелок валялся себе у двери среди обломков стола и не подавал признаков жизни. Впрочем, даже подай он их, вряд ли был бы для кого-то опасен. Игольник Дженке благоразумно забрал с собой, как и обнаруженный на ощупь лучевик, а ударил он его славно, даже шлем не помог. Плохонький шлем, видимо, не рассчитанный на то, что хозяина будут бить, вместо того, чтобы пытаться отстреливать.
  
  
  Спустя час гостиница превратилась в натуральную крепость. "Цыпленок" развернул стандартную атмосферную защиту. Стандартную для тишодцев, так что у местных жителей пробить ее не было ни малейшего шанса, даже с помощью орбитальной обороны. Скорее часть шельфа вокруг гостиницы разворотят и добьются того, что корабль уберется в космос, а на его месте вырастет вулкан, в лучшем случае.
  Десантники в полной амуниции расселись по периметру защиты и демонстрировали слетевшимся репортерам воинственность и силу.
  Защитники сестринской чести уныло сидели в крохотной каюте и ждали своей участи. Как оказалось, не зря подвал настолько не нравился Даниилу. Именно через подвал, у которого оказалось сообщение с затопленной пещерой, в гостиницу проник младшенький с игольником наперевес. А старшенькие в это время ломились через чердак и черный ход, отвлекая защитников мерзкого певчишки. Просто братцы не рассчитывали, что этих защитников будет столько, что они их почти сразу скрутят, а у командира достанет ума спросить где третий и помчаться это выяснять в самое вероятное место. И надо сказать, вовремя он помчался. Второй выстрел Тэдэр бы точно не пережил.
  Игольник братцы получили у вилаж, решив с ними посотрудничать вопреки папашиным протестам. А хамелеон у них был семейный, работал через раз, но младшенького за что-то любил и всегда делал невидимым. И именно об утере этого раритета братцы сейчас очень жалели, видимо, не понимая, что на этот раз папа из неприятностей их не вытащит. По их мнению, нападение на чужаков и попытки убить оскорбившего семью певца были совершенно рядовыми событиями, за которые им максимум пальчиком погрозят. Ну, может, еще папаша в очередной раз пообещает наследства лишить. А хамелеон артефактная вещь, черт знает кем и когда сотворенная и крайне редко кем-то находимая в ржавых руинах на совершенно разных планетах. Было даже мнение, что их там раскидали специально, и кто-то наблюдает и делает ставки на то, кто и когда найдет, и что сделает. Но это так, всего лишь теория. А от рабочего хамелеона никто бы не отказался. В общем, есть о чем жалеть.
  Еще они очень жалели, что и на этот раз не смогли убить излишне живучего певца. И не шибко поверили, что если бы убили, то вряд ли бы это великое деяние пережили. И благодарными за его живучесть быть не хотели.
  А сам живучий Тэдэр валялся в медицинском саркофаге в полусне и прислушивался к странному шевелению на грани слуха. Ему казалось, что там копошится его альтер-эго, только он не мог понять которое и боялся, что опять умудрился умереть и воскреснуть.
  В соседнем боксе в это время сидел Лис, баюкал руку, упрятанную в малого кибер-хирурга, постепенно собирающего воедино кости и не дающего отмирать мышцам, и слушал о том, как долго будет эта рука приходить в норму, сколько понадобится ее реабилитировать и почему оно того стоит.
  - Протез, вообще самый крайний случай, - устало говорил медик. - Это, конечно, самый быстрый вариант, но и самый плохой. Их могут отключать совершенно посторонние люди. Из-за них часто останавливают на таможнях и проводят многочасовые проверки. Даже подселить крота в программу могут, и этот протез вас возьмет и задушит.
  Лис с умным видом покивал.
  - Отрезать руку и растить новую тоже не стоит, если есть возможность восстановить раненую. Вы же знаете о проблемах клонирования. И абсолютно идеально вам подходящей эта рука не будет, даже выращенная из ваших клеток... а нам ведь придется задавать им направление роста, и могут случиться мелкие мутации. Да и на самом деле пришить готовую руку не проще, чем собрать то, во что превратилась ваша. Это только обывателям кажется, что так проще. Но проблемы будут те же, а может даже похуже. И процесс реабилитации будет ненамного короче...
  Лис вздохнул и кивнул. По всему выходило, что с карьерой десантника пора прощаться и задуматься о чем-то другом. Благо, время на подумать будет, учитывая срок лечения и реабилитации.
  
  
  
  
   Игра на жизнь. Всем сестрам по серьгам.
  
  
  Нечто, находящееся то ли рядом, то ли где-то в голове, то ли в параллельном мире, осторожно развернулось, устраиваясь поудобнее, случайно царапнуло коготком шею под кожей и смущенно затихло, словно ждало очередной истерики.
  Тэдэр вздрогнул, но ругаться не стал, не так уж оно и мешает, просто непривычно.
  - Что со мной, - вместо этого мрачно спросил у Малика.
  Тот совершенно безмятежно улыбнулся. Виноватым он себя точно не чувствовал.
  - Я ведь пообещал в случае крайнего невезения сделать все возможное и невозможное, чтобы ты выжил.
  Голос у него какой-то подозрительно добрый. И выражение лица слишком спокойное. Напрягает.
  - И? - потребовал более развернутого объяснения Тэдэр. Нечто подняло то, что заменяет ему голову и прислушалось, напомнив любопытного щенка, маленького совсем, глупого, но обожающего хозяина, вокруг которого так весело бегать.
  - Даже в мой извращенный мозг не забралась мысль, что эти идиоты настолько обнаглеют и попытаются решить свои проблемы с поруганной честью столь радикальным образом, - сказал Малик. Ни сожалений, ни удивления, только легкая ирония. Его ведь на самом деле все это очень веселит. Действительно извращенец.
  - Ага, очень радикально. Меня чуть по стене не размазало тоненьким слоем. Если бы Данька не страдал паранойей и не заставил меня нацепить легкую броню, спасать там бы было нечего.
   - Это частности, - легко отмахнулся Малик. - Вообще, предчувствия очень редко подводят этого Лиса, к ним лучше прислушаться. А игольник очень неприятная вещь. Так что ты должен поблагодарить Лиса за доспех, иначе и сам бы не выжил и девушку не спас.
  - Я понимаю. Дело не в этом...
  - Дело в том, что я дал слово сделать все возможное и невозможное. Твое выживание из разряда невозможного.
  - Что-о-о-о? - вот так сюрприз. Диагност ведь не обнаружил повреждения жизненно важных органов, просто бесчисленное множество поверхностных порезов. С другой стороны, Малик пришел первым и, по словам Снежки, делал с бессознательным Тэдэром что-то очень странное, пальцами в порезы тыкал, бормотал что-то.
  - Ты бы умер через несколько секунд. Ни один хирург не успел бы собрать твое тело в единое целое. Так что выбора у меня не было. Ты бы по любому умер, но так хоть один шанс из четырех тысяч был, точнее трех тысяч семьсот трех.
  - Ты что сделал?!
  - Подарил тебе крылья.
  - Чего?!
  - Не тупи. Ты же знаешь, чем ангелы отличаются от бескрылых людей. Всего лишь симбионт настроенный на ДНК, живущий в нигде и всюду, для которого носящий его человек еще одна грань его мира.
  - Но ведь...
  - Да, на ДНК постороннего человека они настроиться не могут, нужно чтобы у них уже был достаточно близкий к тебе образец, чтобы крылья были у кого-то из твоих очень близких родственников, чаще всего настройка проходит через общего с ангелом ребенка. Это истина, которая не подвергается сомнениям. Но ты задумывался, откуда взялись первые ангелы?
  Тэдэр моргнул, мотнул головой и с подозрением уставился на Малика.
  - Из экипажа корабля, наткнувшегося на наши крылья, выжила одна женщина. Потом еще одна выжила, когда разнообразные экстремалы и суицидники пытались получить такого же симбионта. Заметь, очень полезного симбионта. Две женщины из почти восьми тысяч. Потом удалось объяснить крыльям, что такое смерть, и они перестали реагировать на попытки до них достучаться. Вот. Могу тебя поздравить. Ты улучшил статистику выживания.
  - Я что, ангел?! - кажется опять истерика начинается.
  - Пока нет. Сначала научись жить с крыльями в одном пространстве. После этого наверняка сам поймешь, чего тебе не хватает. Хотел бы я на это посмотреть...
  - Да пошел ты!
  - Не нервничай. Когда поймешь, до ангела тебе останется один шаг. Ничего страшного. Для некоторых.
  Издевается, понял Тэдэр. В своей обычной манере. Нужно просто успокоиться.
  - Ладно, я подожду, - сказал Тэдэр. - Только все равно не понимаю, причем тут мое выживание?
  - Малыш, которого я позвал, первым делом подлатал твой организм. Пойми, он везде и сразу. Он способен генерировать клетки человеческого тела. Собственно, он заменил поврежденные клетки целыми, исправил то, что угрожало твоей жизни. Мгновенно. Сразу везде. Возможно, именно из-за этого твоя адаптация прошла так легко, твое тело частично создано им. Хотя, экпериментировать вряд ли кто-то станет. Разве что в таком же безнадежном случае.
  Тэдэр вздохнул и вместо того, чтобы обозвать Малика позаковырестее, удобнее устроился на локтях, мечтая о том дне, когда опять можно будет ложиться на спину.
   А вообще, забавная ситуация получается.
  Клылья, подумать только.
  Крылья для феникса.
  Забавно же.
  
  
  Снежанна смотрела с жалостью, сочувствием и виной, из-за чего Даниил чувствовал себя самым натуральным инвалидом. А еще понимал, что принесенному кофе девушка на этот раз не обрадуется. Хотя конечно, возьмет, чтобы не обижать бедного калеку.
  - Снежка, моя рука на месте. Это всего лишь ранение, - проворчал уже бывший десантник и сел рядом с девушкой, все-таки подавая термочашку.
  - Видела я это ранение, - проворчала Снежанна.
  - Сейчас оно выглядит лучше. Кости собрали по кусочкам и зафиксировали, еще какого-то порошка добавили. Доктор говорил какого, но я в этой латинской шифровке ничего не понимаю и не способен с первого раза ее запомнить. Мышечные, нервные и все прочие волокна тоже потихоньку сращивают. Все будет хорошо. Даже внутренних рубцов и шрамов не будет, если не спешить. А спешить я не собираюсь. У меня бессрочный отпуск, и я собираюсь привести свою руку в тот порядок, который вообще возможен в такой ситуации. Мне моя рука дорога как память. Привык я к ней.
  Девушка тихонько фыркнула и все-таки открыла чашку.
  Даниил понаблюдал, как она пьет, улыбнулся и задал вопрос, ради которого на самом деле пришел.
  - Снежка, а ты сейчас куда?
  Девушка опять фыркнула, покачала головой и тоже улыбнулась.
  - Провожу отца. Он намерен получить вторую часть вознаграждения за это безумное турне и открыть что-то вроде музыкального бара для начинающих. Только подходящую планету подберет. Похоже, он все-таки в душе мечтает опять встретить юных гениев и догадывается, что Тэдэр по-настоящему не вернется. Музыка ему больше не то, чтобы совсем не интересна, но не настолько нужна, чтобы продолжать карьеру легенды.
  - Хм, - отозвался Лис. - А потом ты куда отправишься.
  - Получать свои пилотские допуски, - с вызовом сказала девушка и посмотрела так, словно подозревала, что сейчас он рассмеется и заявит, что они ей не достанутся, а если и достанутся, то не помогут.
  - Хорошо, - сказал Даниил и добавил: - Ты талантливая.
  - Да? - удивилась Снежка.
  - Да. Один из лучших пилотов, которых я знаю, сказал, что рекомендовал бы тебя в группу. А это о многом говорит.
  Девушка нахмурилась и выпила немного кофе.
  - Ладно, - сказала. - Тогда мне нечего бояться.
  - Нечего, - подтвердил мужчина. - Главное, не забудь сказать, где будешь получать свои допуски. Иначе мне придется самому тебя искать.
  - Зачем?
  - Чтобы кофе приносить.
  Снежка глупо на него уставилась, а потом проворчала:
  - Я пошутила про "до конца жизни" его носить.
  - А я нет.
  - Ты дурак?
  - У меня отпуск, и все равно нечем заняться кроме лечения. А лечиться мне все равно где. Да и, черт с ним, неужели я не могу принести кофе девушке, которая мне нравится?
  Снежка опять фыркнула и проворчала:
  - Ты не серьезный.
  - Я? - искренне удивился Даниил. - Да я очень серьезный, серьезнее некуда. Это у меня лицо такое.
  - Ага, а еще паранойя, - сказала Снежка.
  - Нет у меня паранойи. У меня интуиция на опасность. Иногда.
  - Поэтому ты ходишь в легкой броне и таскаешь с собой оружие.
  - Нет, у меня профессия обязывает не расслабляться. Точнее, обязывала. Черт его знает, как оно дальше будет. Вон Малик угрожал, что меня уже ждет одно интересное предложение... пугают меня его предложения, если честно. Боюсь, что после его предложения перейду с легкой брони на тяжелую.
  Снежка недоверчиво на него посмотрела, потом ткнула пальцем в грудь и уверенно сказала:
  - Ты шутишь!
  - Кто знает? - туманно отозвался Даниил и пожаловался: - А мне кофе сейчас нельзя. Только нюхать могу.
  - Эй! - возмутилась девушка: - Мы только что говорили о серьезных вещах?
  - А кофе разве не серьезно? Сама его любишь. Да и что может быть серьезнее кофе? Особенно, когда его нельзя?
  - Дам в глаз, - мрачно сказала девушка.
  - Меня бить нельзя, я ранен!
  - Так я же не по руке бить буду.
  - Злая женщина.
  - Балбес! Ты старше меня, а ведешь себя как...
  - Как? - полюбопытствовал Даниил, наклонившись к девушке.
  - Как мальчишка!
  - Да? - Он задумчиво почесал затылок и обаятельно улыбнулся. - Попытаться стать серьезным мужчиной?
  - Зачем? - с подозрением спросила Снежка.
  - Чтобы тебе понравиться.
  - Ты мне и так нравишься, просто... ну балбес ты, когда не работаешь. Да и когда работаешь, все равно балбес.
  - Тебе нравятся балбесы, - сделал вывод мужчина, и Снежанна все-таки его стукнула. Точнее, хлопнула ладонью по макушке.
  А он взял и рассмеялся. И это почему-то казалось очень правильным.
  - Ладно, - проворчала девушка. - Можешь носить мне кофе.
  - Обязательно. А потом буду сидеть рядом и вдыхать аромат, пока ты пьешь.
  - Мазохист.
  - Ага, - не стал спорить Даниил. - Связался с какой-то пигалицей, кофе ей таскаю. Мазохист и есть.
  
  
  Уснуть Тэдэр так и не смог. Новообретенные крылья мешались и отвлекали. Все время казалось, что кто-то шепчется за спиной.
  - Ну и зачем ты мне нужен? - мрачно спросил Тэдэр, попытавшись устроиться удобнее и не потревожить спину.
  Малыш-крылья тоже поворочался и застыл, словно задумался над ответом на вопрос.
  - Интересно, чем все занимаются? - спросил сам у себя Тэдэр.
  Малыш насторожился и стал ярче.
  Тэдэр вздохнул и мысленно обозвал одного конкретного ангела, который наговорил всякой чепухи, не сказав ничего конкретного. Мол, сам разберешься, тогда все и поймешь. Ерунда какая-то.
  - Ладно, - сказал Тэдэр, подозревая, что до конца жизни не разберется, и крылья так и останутся бесполезным симбионтом. - Попробуем конкретизировать. Дженке сейчас где?
  В голове словно щелкнуло, и Тэдэр увидел откуда-то сверху барабанщика, любовно натиравшего тряпочкой какое-то экзотического вида оружие. Возможно, даже тот самый игольник.
  - Хм, - только и смог сказать Тэдэр. - Ладно, покажи мне Снежку.
  Картинка мгновенно изменилась, и Тэдэр увидел запрошенную Снежку. Она сидела на скамейке возле капсулы симулятора и увлеченно целовалась с Даниилом. Тэдэр так удивился этому факту, что не сразу понял, что в этой картинке не так.
  - Эй, а что у него с рукой? - спросил, сообразив.
  Симбионт опять замер, явно не понимая, чего от него хотят, и картинка пропала.
  - Черт, похоже, тебя надо учить. Весело. На кого бы мне еще полюбоваться? О, покажи мне этого придурочного стрелка.
  Крылья отмирать и не подумали, и Тэдэр, подумав, сделал вывод, что увидеть может только людей, которых хорошо знает. С увиденными мельком этот номер не пройдет.
  - А Малика?
  Ангел сидел за столом, глядя в глубины чашки с чем-то красным - то ли соком, то ли вином, так не поймешь. Но на подглядывание он в отличие от предыдущих жертв отреагировал мгновенно. Вскинул голову, прищурился, а потом проворчал:
  - Не балуйся.
  И Малыш пугливо отступил, сначала уменьшив изображение, а потом его и вовсе убрав.
  - Ага, ангелы чувствуют, когда на них смотрят. Зато понятно, что у них там за таинственная суперсвязь, которую никакими силами не отрубишь. Интересно, как далеко эта связь распространяется? Покажи мне Яцуоми.
  Дорогой учитель уныло сидел на полу перед низеньким столиком, с деревянными палочками в руках. Перед ним стояла плоская миска, из содеримого которой Тэдэр узнал только рис, да и в этом не был уверен. Рядом с Яцуоми сидела серьезная Таран, одетая во что-то зеленое, похожее на халат, но скорее нечто национальное, зато у девушки была ложка, а не палочки.
  А напротив Яцуоми и его невесты величественно восседала, иначе это не назовешь, немолодая пара азатов.
  - Ага, - пробормотал Тэдэр. - Теперь с его родителями знакомство.
  И решил оставить учителя в покое.
  - Любопытно, - пробормотал немного подумав. - А Зою мне можешь найти? А то меня она всячески избегала, пока я был на Гловер.
  Симбионт радостно вскинулся, а потом показал Паолу, о чем-то спорящую с незнакомым мужчиной.
  - Э-э-э-э... - только и смог сказать Тэдэр, как-то неожиданно для себя вдруг поняв, что девушка действительно не человек и выглядеть может как угодно. - Дела. Похоже рядом со мной все-таки был специалист, способный не дать мне окончательно спятить. А я и не заметил. Ладно, придет кто-то, передам через него привет.
  Наблюдения Зоя-Паола так и не заметила. Мужика переспорила и выгнала, а потом с чувством выполненного долга отправилась пить кофе. Стоя. Прямо возле кофеварки. Видимо для того, чтобы не ходить за следующей порцией.
  - Ну и чем ты отличаешься от людей, кроме умения менять внешность? - проворчал Тэдэр.
  Малыш встряхнулся. Картинка пропала. Зато вместо нее в голове стали всплывать сведения о метаморфах, то ли те, которые Тэдэр когда-то где-то узнал, а потом забыл, то ли черпаемые прямо из сети, возможно даже всегалактической. А то и вовсе это было то, что знал кто-то из ангелов.
  - Или все ангелы вместе взятые, - проворчал Тэдэр, вспомнив, как пытался рассмотреть сущность Малика, а увидел вокруг него тучу других соприкасающихся с ним сущностей. - Ладно, давай поспим, - сказал своему симбионту. - Я сейчас не в состоянии воспринимать много информации.
  Информация исчезла, а Тэдэр мгновенно провалился в сон. А потом во сне долго этому факту удивлялся, и снилось ему какое-то идиотское расследование, в котором человек, похожий на Малика, искал лучшее в галактике снотворное.
  
  
  
  "Мальчишки" Деловара так и не поняли во что вляпались. Об этом Тэдэр узнал в тот день, когда ему разрешили ложиться на спину, а всем остальным его навещать. Первым, как ни странно, пришел Дженке и рассказал об нехороших мальчишках, излишне самоуверенных, наглых и не умеющих думать и сопоставлять.
  - Ничего себе мальчишки, - проворчал в ответ Тэдэр. - Старшенький на год младше Даниила, а младший на год младше меня.
  - Ну избалованные они дураки, что тут сделаешь, - сказал Дженке и засобирался уходить.
  - Подожди, - остановил его Тэдэр. - Сделай мне одолжение. Найди Паолу и передай от меня привет Зое.
  - Какой Зое? - удивился барабанщик.
  - Она поймет.
  После Дженке прискакала Снежка. Похвасталась тем, что Малик лично рекомендовал ее в какую-то крутую академию для пилотов, и ее туда взяли на повышение квалификации. Наконец объяснила, что случилось с рукой Даниила, и даже рассказала о том, что сейчас усиленно думает встречаться с ним или нет, хотя подозревает, что он все равно не отстанет, вместе со своим бессрочным отпуском. Выглядела девушка при этом весьма довольной, и Тэдэр решил не лезть в ее личную жизнь.
  Не маленькая, сама разберется. Да и Даниил не легкомысленный Яцуоми. Хотя и на учителя нашлась десантница, к которой он отнесся серьезно.
  Стоило уйти Снежанне, как явился ее папа, чтобы уточнить, точно ли Тэдэр не желает продолжать музыкальную карьеру.
  Тэдэр пару секунд подумал, прислушался к Малышу, который похоже спал и храпел, а потом уверенно ответил, что не желает. Осчастливленный этим ответом Рик, успевший придумать какой-то гениальный план, торжественно попрощался и ушел.
  Потом, в течение дня к Тэдэру заходила толпа народа. Даже Малик появился, полюбовался разрисованной шрамами спиной и обрадовал тем, что на Гловер Тэдэру возвращаться не обязательно. Он перешел на новый уровень и уже имеет право сам выбирать, куда отправляется. Правда обязан кому-то о своих передвижениях сообщать, но в его случае это не обязательно. И так не потеряется благодаря новообретенному симбионту.
  Тэдэр хмыкнул и задумался о том, куда бы отправиться.
  А Малик взял и напомнил, что лучше, чем Яцуоми учителя ему не найдут. А азат все еще работает на Гловер.
  После чего стал счастливо улыбаться. Видимо сразу понял, что на обучение Тэдэр не наплюет. Не нравилось ему медленно сходить с ума и разговаривать с зеркалами.
  Полюбовавшись переливами эмоций на лице Тэдэра, Малик сел и спросил:
  - Тебе не интересно, ради чего ты рисковал жизнью.
  - Интересно, - признался Тэдэр.
  - Ради рукотворных аномалий. Так называемых искривителей пространства, адских провалов, порталов и прочих червоточин.
  - О, - неподдельно удивился Тэдэр. Об этих явлениях он знал. Одним даже время от времени пользовался - аномалия позволяла сэкономить три часа времени, если нужно было перемещаться между ее входом и выходом. К сожалению, зайти там можно было только возле одной малозаметной звезды, а выйти только у одной из баз Серого Ферзя. В обратную сторону эта штука не работала почему-то.
  - На самом деле это не червоточины и не искривители, - сказал Малик. - Просто соединенные точки входа-выхода. Пространство, знаешь ли, не совсем линейная штука. И то, что нам кажется короткой прямой, может оказаться окольным путем, если посмотреть с другой точки.
  - И?
  - Шепчущие умеют их соединять, - сказал Малик.
  - О, - восхитился умениями здоровенных существ, похожих на богомолов, для которых не существовало прошлого и возможности вернуться назад, как таковой.
  Они медленно и неотвратимо кочевали по космосу в рукотворных городах. Если верить золотоносным, то кочевали по галактике, по спирали, то расширяющейся, то сужающейся. Обратно они возвращались не раньше, чем туда их выносил очередной виток. При этом они все равно двигались вперед. В общем, странные существа.
  - Большинство аномалий, которые считаются природными, создали именно шепчущие, - сказал Малик. - Просто создали давно, и они успели врасти в пространство. Создают они их, на самом деле, не часто. Это средство для побега от врагов, с которыми они не могут или не хотят воевать. У них, из-за образа жизни, некоторые проблемы с накоплением энергии. Да и создавать эти аномалии надо осторожно, а то туда даже звезду может затянуть, прежде, чем оно стабилизируется, и тогда получится полная ерунда, вроде аномалии у Касатки, которая выплевывает залетевшие в нее корабли совершенно случайным образом, частенько вообще неизвестно куда.
  - Так, - сказал Тэдэр. - Вы хотите им предложить что-то такое, что они согласятся поделиться этой технологией.
  - Да. Мы собираемся предложить им защиту их кладки. Зародыша города. Для этого нам в данный момент следует захватить территорию, на которой эта кладка находится. Причем быстро. Потому что ее уже начали разворовывать, даже не подозревая о том, что это такое.
  - У них города зарождаются? - неподдельно удивился Тэдэр.
  - Представляешь? Сначала зарождаются города, какие-то механизмы, начинает накапливаться энергия. Потом вылупляются детки, к ним мчатся выведенные из анабиоза няньки - очень старые особи, которые обучив деток азам, торжественно помрут, исчерпав ресурс. А потом новый город начнет движение по спирали, если выживет на первых порах. Что случается очень редко. А у шепчущих сейчас два старых города при смерти, и передать то ли знания, то ли еще что-то некому. Собственно, они скорее перерождаются во что-то другое, чем умирают и уходят в другое пространство, но это не отменяет передачи знаний будущим поколениям, которых давно не было. А мы предлагаем им защиту этим поколениям, пока не окрепнут.
  - А они взамен отдадут нам опасную технологию?
  - Не факт. Но сотворить несколько согласятся. Даже своими старыми особями пожертвуют. И у нас будет полноценный образец. А еще тишодцы, поприсутствовавшие при акте творения.
  - Хм, - отозвался Тэдэр. В таланты тишодцев он верил. И зачем эти аномалии нужны, отлично понимал. Не зря же десантники Крылатого королевства славятся умением незаметно исчезать. Видимо пользуются кокой-то нестандартной аномалией, в которую можно при некоторых условиях попасть откуда угодно и выйти в определенной точке. О существовании одной такой Тэдэр даже знал, хотя она была жуткой тайной тидьжиков. - И много вам еще надо присвоить созвездий, чтобы заполучить в свои руки нужное пространство?
  - Это была последнее, - обрадовал Тэдэра Малик.
  Новоявленный герой-завоеватель миров только присвистнул, а потом уточнил:
  - А мы его заполучили?
  - Да. Мы предложили правителю нынешнего главного дома условия, от которых он не смог отказаться.
  - Да? - удивился Тэдэр.
  - Ага, - подтвердил Малик.
  - И что это были за условия?
  - Единственные, при которых он сохранял и власть, и детей. Вот представь, его сыновья домой не вернутся в любом случае. Просто, если они остаются гражданами свободного от нас мира, дорога им в открытый космос, без защищающего от его воздействия оборудования. Дальше, он может либо попытаться мстить и объявить войну, как полагается по их законам, и тогда мы их спокойно завоевываем. Причем, даже центральные миры особо протестовать не будут. Либо не пытается мстить и его, вместе с домом, отстраняют от власти, потому что слабак. В общем, и так нехорошо и так плохо, и в обоих случаях он лишается сыновей.
  - И что вы ему предложили?
  - Стандартный договор, как с Гловер. Сотрудничество, защита, автономия законов и помощь в подтягивании технологического уровня. Думаю, там его еще и хвалить будут, некоторое время. Пока не поймут, что со своими законами они должны будут сидеть на своей же планете и не высовываться. А высунувшись, резко начинать жить по законам Крылатого Королевства.
  - И уйти они не смогут, - сказал Тэдэр.
  - Само собой... Кстати, хочешь свежий анекдот из жизни?
  - Хочу.
  - В самый разгар переговоров в кабинет папаши, где эти переговоры происходили, ворвалась одна блондиночка, которую никак замуж не могут выдать. Шлепнулась на пол, расправила вокруг себя подол платья, немного повыла и стала требовать отпустить братьев. Потому что на самом деле ничего не было. Потому что ее честь ты не трогал. Ты был настолько невменяем, что принял ее за смерть, пятился все время и просил тебя пока не забирать. Это ее и рассердило, на самом деле. Если бы ты действительно на честь покусился, она бы потом помогла тебе сбежать с планеты. Да и поджаривать мозги Анжелу, видевшему этот позор, не стала бы. Хотя ему она мозги поджарила, потому что начал ржать. В общем, девушка обиделась и пожаловалась братьям. На отсутствие чести. Дальнейшее ты знаешь. И эта дура почему-то решила, что раз она все выдумала, то и ее братья ни в чем не виноваты, а значит их следует отпустить.
  - Похоже, у нее не только с внешностью непорядок, но и с головой, - задумчиво сказал Тэдэр.
  - Я тоже так подумал. А ее отец так обрадовался новости о сохранности чести, что чуть дочурку от радости не придушил. Еле его оттащили. Но самое забавное даже не это. Самое забавное, что согласившись, он потребовал для своей семьи особых условий.
  - Да? И каких?
  - Все получат права младших. А его семейка будет принадлежать к старшим, - жизнерадостно сказал Малик.
  - Вот идиот, - восхитился Тэдэр.
  - Он самый. Но нам головной боли он добавил. Теперь надо думать, что делать с его сыновьями. Мы их обязались вернуть через время, но поступить как с бесполезными младшими уже не можем.
  - Тогда не совсем идиот, - решил Тэдэр.
  
  
  
  Эпилог
  
  На Гловер Тэдэр вернулся с чувством выполненного долга и Зоей - все еще рыжей, смуглой и большегрудой, но уже больше похожей на саму себя, чем на Паолу.
  Вообще с ее превращениями все оказалось не так и просто. Они не происходили мгновенно, ДНК-цепочки меняться и вовсе не умели, а чтобы превратиться из бледненькой беловолосой девушки в смуглую рыжую Паолу, Зоя пила какие-то красители. Да и в целом, превратиться во что-то слишком отличное от ее настоящего облика, ей было очень сложно. Особенно когда дело касалось фигуры. Вес, даже для увеличения конкретной части тела, ей приходилось банально наедать. Чтобы стать ниже, приходилось с полгода сидеть на жесткой диете, чтобы организм стал в самом прямом смысле поедать самого себя. А потом несколько лет пришлось бы опять расти, как ребенок. С тем, чтобы стать выше, проблем было еще больше и это было очень вредно для костей, которые истончались.
  Это все Тэдэр узнал благодаря Малышу, который так и не понял, что такое риторические вопросы и почему на них не надо отвечать.
  Зато удалось доказать девушке, что Тэдэр действительно знает, с кем связывается. Хотя разговор получился забавный. Да и ловил он ее для этого разговора долго.
  - Ты не понимаешь, - устало сказала Зоя, когда Тэдэр поймал ее возле кофеварки.
  - Правда? - делано удивился Тэдэр. - У меня сейчас такой справочник... где-то. Так что я в курсе, что клетки твоего тела попросту способны двигаться относительно друг друга, при приложении некоторых усилий, делиться сверх нормы, или питаться соседками. Что кости могут менять форму, правда, медленно-медленно, именно поэтому ты до сих пор не вернула свое лицо. У тебя сейчас что-то среднее между твоим лицом и Паолы. И да, ты, потратив довольно много времени и усилий, действительно можешь стать похожей на мужчину, даже соответствующие половые признаки отрастить, только без вмешательства хирурга они будут... хм... бесполезными. Действовать они не будут. На самом деле ты женщина. А все россказни Яцуоми о том, что тебе раз плюнуть превратиться в здоровенного кота - бред. В кота, точнее кошку, ты лет за десять сможешь превратиться, вряд ли раньше тело перестроишь. Да ты и сейчас рост не меняла, фигуру только в одном месте, а если присмотреться к лицу, то...
  - Ты не осознаешь, а когда осознаешь, сбежишь, - сказала Зоя и стала демонстративно пить кофе.
  - Чего я не осознаю? Того, что ты не человек? Не хочу тебя огорчать, но ты ошибаешься. Генетически ты отличаешься от обыкновенных людей даже меньше, чем дети войны, не говоря уже об тишодцах, с их особенностями. Подумаешь, тело меняться умеет. До какого-то момента оно у всех меняется. Знаешь, что такое детство?
  Девушка громко хмыкнула.
  - Зоя, вы ведь натурально постепенно превращались в людей. Понимаешь? Не знаю чего добивались твои предки, но на данный момент это умение изменяться - единственное, что вас отличает. Сказать тебе сколько процентов генов за это отвечают?
  Девушка опять хмыкнула.
  - Ах, да. Еще вы сплошь женщины, умеете без помощи аппаратуры следить за развивающимся плодом и при необходимости это развитие направлять. У вас всегда рождаются на удивление здоровенькие и безпроблемные дети. Правда только девочки, но это я переживу, если когда-то наши отношения дойдут до детей.
  - Какие еще отношения?! - возмутилась Зоя.
  - Обыкновенные. Знаешь, когда встречаются мужчина и женщина, понимают, что нравятся друг другу, и решают попробовать остаться вместе. А там, как повезет.
  Девушка опять хмыкнула. Но избегать почему-то перестала. То ли Тэдэр был столь убедителен, что она решила рискнуть душевным покоем, то ли решила действовать по принципу: проще дать, чем объяснить почему нет.
  А вот с чувством выполненного долга все было гораздо проще и понятнее.
  Сначала Тэдэр торжественно попрощался с Риком и большей частью группы.
  Потом, когда разрешили доктора, не менее торжественно напился с Дженке, обругал вместе с ним неведомое начальство и чуть не набил ему морду, когда он сказал, что Паола диво как хороша. Правда, потом оказалось, что он просто на выражение лица хотел посмотреть, а так Дженке счастливо женат, и отправили его подрабатывать барабанщиком оторвав от медового месяца.
  Попрощавшись с Дженке, которого все-таки отпустили к жене, а потом и со Снежанной, которая умчалась повышать квалификацию и получать допуски, Тэдэр решил немного подумать и разработать план общения с семьей, потому что по всему выходило, что от Гловер пока никуда не денешься. Но у него ничего не вышло, потому что появился Даниил Лис и заявил, что теперь Тэдэр будет тем человеком, рядом с которым он будет сидеть, когда он пьет кофе. Тэдэр этому так "обрадовался", что не нашел слов для отказа. Пришлось сидеть и уныло пить кофе, глядя на человека, явно завидовавшего этому простому действу. Чувствовал Тэдэр себя неуютно.
  Правда и это закончилось довольно скоро. Даниилу разрешили пить его кофе, а потом и вовсе обрадовали чем-то таким, что он большую часть пути к Гловер злобно шастал по кораблю, разыскивая Малика и обещая ему всяческие несчастья.
  - Повысили его, - объяснил ангел, умудрявшийся избегать Лиса, но все время попадавшийся на глаза видящему.
  - Не похоже, что он рад, - сказал Тэдэр.
  - А никто поначалу не рад, а потом привыкают, - легкомысленно сказал Малик. - А этот балбес даже не понял, что уже прошел испытание и доказал, что способен справиться с нестандартной ситуацией и заставить всех себя слушаться. Если бы еще не лез с любой проблемой справляться самостоятельно, цены бы ему не было. Но, думаю, он скоро поймет, что группа, состоящая из людей разных профессий и направлений, не так и отличается от его любимых десантников. В общем, поймет, обзаведется парочкой трехногих табуретов и примется за воспитание подчиненных.
  - Дела, - только и смог сказать Тэдэр.
  И даже родственники как-то сразу стали гораздо меньшей проблемой. Ему этих родственников хотя бы не надо воспитывать и заставлять себе подчиниться. В конце концов, большинство из них можно спокойно игнорировать.
  - Да и время у него есть для того, чтобы привыкнуть и разработать план, - добавил Малик. - Лечиться ему еще долго.
  - О, - только и сказал Тэдэр.
  - А пока я знаю, чем его занять, - сказал Малик.
  Тэдэр посмотрел на него с большим подозрением, а потом ткнул пальцем и обозвал:
  - Учитель.
  - Так не твой же. - Малик улыбнулся. - Да и не учитель, а так, наблюдающий. Причем, временно. Довезу тебя домой и вернусь в свой любимый центр, буду над пополнением издеваться.
  - О, - повторился Тэдэр.
  Все-таки этот ангел странный.
  
  
  
  Если честно, Девин впервые оказался в такой ситуации и постепенно начал понимать, что в этот раз отец либо не смог, либо не захотел помочь. Как иначе объяснить то место, где Девин в итоге оказался? Да еще и один, без братьев.
  А ведь всего лишь пару недель назад он был уверен, что сейчас откроется дверь, войдет один из отцовских порученцев и сообщит, что молодому господину пора домой. И что отец очень расстроен.
  Впрочем, отцовское расстройство Девин бы как-то пережил, главное, что он поступил правильно. Никто ведь не имеет права даже косо посмотреть в сторону высокородных. И разные инопланетники должны либо это очень быстро понять, либо расплатиться за непонятливость. А уж оскорблять женщин словом или действием...
  В общем Девин был абсолютно уверен в своей правоте, упивался собственным величием и был уверен, что не смотря на запреты отец на самом деле одобряет, поэтому вылетят эти инопланетники со свистом за пределы атмосферы и больше не вернутся. А может и не вылетят, может не успеют.
  И сожалел Девин только о том, что проклятый музыкантишка опять выжил. Впрочем, сожалел не сильно, потому что был уверен, что как только окажется дома, начнет охоту за его головой.
  Немного пошатнулась уверенность Девина уже после того, как прошло три дня, а никто так и не появился. И даже с братьями инопланетники поговорить так и не позволили. И угрозы отплатить их явно не испугали. И даже не побеспокоили.
  А потом еще пришел тот тощий тип, рассказал свежий анекдот о блондинке и дал горошину-голопроектор, посоветовав посмотреть перед сном "эту занятную вещицу". И Девин посмотрел, не перед сном, а почти сразу после его ухода, просто от скуки. И узнал о своей глубоко оскорбленной сестре много нового и неожиданного.
  И священная месть в одно мгновение превратилась именно в то, чем ее называл тот тощий тип - садистское избиение подростка, ни за что, преследование, угрозы, попытка убийства невиновного, ну и все остальное. Поговорить тощий тип вообще любил. А уж расписать чужую вину у него получалось ярко, красочно и доходчиво.
  И Девин впервые в жизни растерялся.
  А еще заподозрил, что никакой отцовский порученец не придет.
  Впрочем, он и не пришел. Вместо него опять появился тот тощий тип и рассказал последние новости. О том, какой договор подписал отец, чтобы спасти своих сыновей. О том, что с планеты со свистом вылетели вовсе не инопланетники, а родная сестра Девина и младшая жена отца. Первая после того как "свежий анекдот" и ролик с требованием немедленно отпустить братьев, потому что урона чести на самом деле не было, непонятным образом опять попали в планетную сеть. А вторая следом за первой, когда попыталась обвинить отца в чем-то невнятном.
  Мир Девина постепенно разрушался.
  То, что казалось незыблемым, вдруг превращалось в нагромождение нелепостей, держащееся на тонких опорах, способных проломиться от малейшего толчка.
  А он сам из светлого рыцаря, не дающего в обиду семью и сестру, превратился в какого-то недоумка, поверившего голословным обвинениям девчонки, решившей отомстить именно за то, что кто-то не стал совершать проступка, в котором она его обвинила. И что теперь с этим делать, Девин не знал. Не просить же прощения. Такое не прощают. Да и оскорблял тот парень намеренно, с пониманием, что именно он делает.
  То, что это была ловушка, в которую он с братьями так радостно влез, Девин понял только спустя еще неделю. Просто как-то пришло в голову, и все стало на свои места. И неожиданное возвращение никому не нужной легенды. И наглость этой легенды. И оскорбления, практически вызов. И то, что гражданский корабль оказался военным, на борту обнаружилась толпа десантников, да и казавшиеся легкой добычей люди вдруг превратились в зубастых хищников.
  Всего лишь ловушка.
  И отец это наверняка сразу понял.
  Он понял и вовсе не испугался. Он просто, как разумный человек, не стал лезть в ловушку.
  - Значит я не разумный, - сделал вывод Девин и кивнул, не открывая глаз.
  - Долго же ты думал, - насмешливо сказал знакомый голос.
  Девин открыл глаза и вскочил с узкой койки, просто потому, что валяться в кровати перед гостями очень не вежливо.
  Тот самый тощий человек, не соизволивший представиться, громко хмыкнул, а потом бросил на койку какой-то сверток.
  - Переоденься, балбес, - сказал ворчливо. - И респиратор не забудь надеть и включить. Там сейчас пылевая буря.
  Девил удивленно моргнул, не представляя откуда взялась эта буря.
  - Ах, да, ты наверняка даже не почувствовал, что мы давно отбыли с твоей родной планеты, - сказал тощий человек. - Ну так поздравляю, мы отбыли и на данный момент даже прибыли туда, где ты будешь отрабатывать наказание.
  - Отрабатывать? - удивился Девин.
  - Да. К учебе и прочим развлечениям ты пока не допускаешься. Не заслуживаешь ты их. Для начала тебе следует укротить характер. А то ведь там люди есть разные. Кто-то еще голову тебе случайно проломит, возвратим твоему папе идиота с отбитыми мозгами, он расстроится. Хотя... возможно и не заметит разницы. Но рисковать не будем, так что ты на сугубо рабочей половине, пока кое-чего не поймешь. И да, отлынивать не советую. Это в конечном итоге увеличит строк твоего пребывания на этой половине. Даже если поумнеешь и станешь не таким заносчивым, долг никуда не денется.
  Девин похлопал глазами, совсем ничего не понимая.
  - Ах, да, - сказал тощий мужик таким тоном, словно что-то вспомнил. - Добро пожаловать в центр Нила Шаи. Удачи, терпения, ума и всего такого.
  Мужик помахал рукой и ушел.
  А Девин стоял, смотрел на дверь и пытался понять, во что же это он так неосторожно вляпался.
  А еще он подозревал, что братьев даже теперь не увидит. И очень надеялся, что с ними все хорошо. Особенно с младшим. Он ведь на самом деле виноват не больше и не меньше остальных. Просто у него был хамелеон, а у старших его не было. И выбора у них тоже не было.
  Точнее был, но о том, чтобы отступить, они тогда совсем не думали.
  
  
  
  - Глупость какая-то, - мрачно пробормотала Элла, разминая запястье.
  У нее впервые в жизни устали кисти. Ощущение было новое и неприятное, и повторения не хотелось. Но учитывая, что эту проклятую Первую помощь будут еще и оценивать... В общем, придется учиться.
  - Вовсе не глупость, - не согласилась с подругой Снежанна.
  - Почему это не глупость? Ну кому сейчас нужны все эти повязки, жгуты и прочая ерунда? Вызвал киберхирурга и...
  - Это ты просто не попадала в ситуацию, когда три недоумка заглушили сеть, а орать бесполезно, потому что дом большой и со звукоизоляцией, натыканной абсолютно везде. И ты не то что киберхирурга не можешь вызвать, а даже трех имеющихся в наличии медиков не дозовешься. А рядом с тобой умирает хороший парень. А у другого хорошего парня рука выглядит так, словно ее пожевал и выплюнул кто-то очень зубатый. И если первого держит настоящий ангел. И, вероятно, додержит до того момента, как один десантник найдет медиков и притащит их. То второй может банально истечь кровью... Ярко-красной такой. И надо что-то сделать, а ты стоишь, как тупая индюшка и хлопаешь глазами. Потому что не представляешь, что именно следует делать в такой ситуации.
  - И что ты сделала? - с любопытством спросил Марош, на ходу дожевывая пончик.
  - Что-что, попыталась перетянуть руку выше кровотечения шейным платком. Хорошо хоть Даня подсказал, как его закрутить надо.
  - Даня? - с любопытством переспросила Элла.
  - Практически однорукий парень, - мрачно ответила Снежка, уже жалея, что стала все это рассказывать.
  К счастью, они дошли до капсул симулятора, по очереди погладили толстого кота Талисмана, почти ритуально попросив у него удачи, и разошлись, каждый к своей капсуле. На это раз им предстоял бой. То ли сообща против кого-то, то ли против друг друга. И надо было постараться, чтобы ни корабли, ни иллюзорные команды не пострадали.
  А когда Снежка, вполне успешно доведшая свой корабль до окончания маршрута, вышла из капсулы, оказалось, что ее ждал сюрприз.
  - Кофе? - спросил этот сюрприз, протягивая термочашку.
  Девушка охнула, замерла на мгновение, а потом с визгом бросилась на шею Даниилу.
  - Эй, осторожнее, я все еще однорукий, - картинно возмутился мужчина, прижимая девушку к себе чашкой с кофе.
  Снежка охнула и поспешно отстранилась.
  - Да не болит она, не болит. Видишь, уже киберхирурга сняли и даже его собрата стимулирующего нервы, мышцы и что-то там еще. И у меня пальцы шевелятся.
  В подтверждение Даниил еле-еле пошевелил пальцами, прятавшимися в черной перчатке.
  - Разрабатывать надо, - сказал мужчина. - А все остальное постепенно само исчезнет. Оно только выглядит жутковато. А мешать, не мешает.
  - Давай свое кофе, - мрачно потребовала Снежка.
  Элла с любопытством выглядывала из-за капсулы симулятора. Марош, даже не пытаясь прятаться, жевал очередной пончик и явно ожидал чего-то интересного.
  - Что ты здесь делаешь? - спросила Снежка.
  - Не рада меня видеть? - задал встречный вопрос Даниил.
  - Рада, но увидеть тебя здесь и сейчас не ожидала.
  - А. Меня сюда временно направило начальство, почему-то решив, что я скучаю. Я инструктор.
  - Инструктор? - глупо переспросила девушка.
  - Временно заменяющий кого-то. И не у пилотов. Чему я могу научить пилотов?
  - Десантников в этой учебке нет, - уверенно сказала Снежка.
  - Зато есть разные тактики-стратеги и аналитики. Вот над ними и буду издеваться. Практически.
  - Ага, - только и смогла сказать Снежанна.
  - Ну, мне пора, я тебя позже найду, - пообещал Даниил, заметив мелькнувшую за окном чью-то любопытную физиономию.
  Целомудренно чмокнув девушку в щечку, он ушел. А Снежка осталась пить кофе и ждать результатов. Возможно, ей вообще никогда не придется быть пилотом военного корабля. Да она к этому и не стремилась. Но допуски собиралась получить. Потому что случиться на самом деле может что угодно, даже то, чего меньше всего ждешь.
  - Это кто? - спросил Марош, подойдя к Снежке и заглянув в полупустую чашку.
  - Это кофе, - представила напиток девушка.
  - Это твоя погибель, - добавила Элла. - Новый инструктор аналитиков, практик. А ты ему попался на глаза рядом с его девушкой. Неудачник.
  Снежанна вздохнула и рассеянно погладила лезущего под руку Талисмана.
  С одной стороны она, конечно, была рада видеть Даниила. И что у него пальцы уже шевелятся рада. И вообще...
  А с другой - можно быть уверенной, что к вечеру все будут знать, что она любовница вон того инструктора. А через пару дней обязательно найдется недоумок, который станет уговаривать повлиять на Даниила. Ну или приласкать его, чтобы стал добрее.
  Сплошные проблемы, хоть и приятно.
  - Элла, все время забываю узнать... Кто такие комдоры?
  - Командоры? - переспросил Марош.
  - Комдоры, болван, - поправила Элла. - И как такого идиота могли сюда направить?
  - Так кто они? - спросила Снежка.
  - Ой, это была такая историческая личность - командующий Доран. Ксениш Доран, если не путаю его с братом. В общем, один был исследователем и корабли строил. А второй занимался диверсиями во благо мелкого и слабого на тот момент созвездия, которое в итоге и стало началом Крылатого Королевства, - рассказала Элла.
  - И? - удивилась Снежка. Не могли же Даниила отправить командовать какими-то диверсантами.
  - Ну, теперь звание такое есть. Довольно редкое. Этих комдоров на шестнадцать миллионов военных и еще раза в три больше околовоенных, запасных и всех прочих, всего человек триста, а скорее даже меньше. Не знаю за какие заслуги его дают, там какие-то особые таланты должны быть, но командовать им в итоге приходится скопищем творческих личностей, у которых проблемы с дисциплиной, зато развита фантазия, полно всяческих умений и вообще. Ну и задания эти группы выполняют оригинальные. Иногда даже диверсии устраивают, но это так, неподтвержденные слухи. Официально Крылатое Королевство таким не занимается.
  - Ага, вот почему он Малика обещал задушить, - пробормотала Снежка.
  Командовать кучей творческих личностей, после того, как побывал в турне возрожденной легенды... подумать только.
  Или это была проверка на то, справится Даниил или нет? Не зря же там был Малик.
  - В общем, да, - пробормотала Снежка.
  - Девочки, пошли поедим, а? Уверен, результаты нам выдадут вместе со всеми, а половина группы еще даже не дошла до капсул, - начал Марош свое обычное недостойное мужчины нытье.
  - Да ты два пончика умял! - взмутилась Элла.
  - Да сколько тех пончиков. Я когда переживаю, вечно жрать хочу.
  - Нет, ты точно не мужик, - сказала Элла, но пошла.
  А Снежка осталась гладить кота и думать о том, куда бы отправиться после того, как получит допуски. Наниматься к торговцам ей не хотелось. Военные тоже не вдохновляли, да и вряд ли ее туда возьмут. А вот курьерская служба - уже интересно. И выходных у курьеров много.
  В общем, неплохая идея.
  Сидеть в отцовском баре ей хотелось гораздо меньше. Наверное, тоже к музыке охладела.
  
  
  А для Тэдэра спустя почти два месяца все наконец вернулось на круги своя. Яцуоми гонял по спортзалу, требуя странного и пытаясь избить. Роман внимательно слушал, задавал вопросы и делал какие-то выводы. А две личности - Тэдэр-музыкант и Тэдэр-унылый парень - переплелись и срослись воедино, превратив в очередной раз переродившегося, на это раз тихо, спокойно и без полного умирания, феникса во что-то довольно приятное, улыбчивое и не глупое. Почему так получилось, Тэдэр не понимал, хотя Роман утверждал, что ему попросту захотелось таким быть. Он постепенно примирился с собой, многому научился, приобрел уверенность и позволил себе просто жить, а не существовать, подозревая вселенную в подготовке очередной пакости и готовясь к удару.
  В общем, меняться частично, не отбрасывая абсолютно все, что было, и не цепляясь за все, что ново и неизведанно, оказалось гораздо интереснее и спокойнее.
  И да, Тэдэр себе даже нравился. Хотя Роман все равно находил о чем поговорить. Особенно ему не давала покоя Зоя. По его мнению, Тэдэр опять намеренно усложнял себе жизнь и не желал искать легкие пути.
  - Почему именно метаморф? - спрашивал он раз в три дня.
  - Нравится она мне, - спокойно отвечал Тэдэр, и Малыш радостно кивал головой. А, может, и не головой. Может, головы у него вообще не было. В общем, Зоя ему тоже нравилась, она была спокойствием, зимой и при этом теплом. - И я знаю, что такое метаморфы, не беспокойся.
  Роман вздыхал, словно никак не мог донести до Тэдэра какую-то простую мысль.
  - Роман, серьезно, ну нет у меня проблем с девушками, нет. Просто я не понимаю, зачем пытаться лезть в жизнь к кому-то, если особо не хочется. Да и девушек, которым как и мне просто хотелось развлечься, хватало. И...
  - И Зоя первая, к кому ты отнесся серьезно, не с намерением развлечься, - сказал Роман. - Почему?
  - А я знаю? Просто так получилось. Нравится она мне. Снежка, конечно, красавица, но она скорее сестренка, вообще не женщина. Таран девушка интересная, но ее забрал Яцуоми. А Зоя...
  - А Зоя очень интересная. Тэдэр, ты усложняешь себе жизнь. Понимаешь? Почему-то думаешь, что чем сложнее, тем лучше. Поэтому тебе нравятся сложные девушки. Успокойся.
  - А? - удивился Тэдэр.
  - Просто, прежде чем решать очередную возникшую проблему, усложняя попутно жизнь себе и окружающим, остановись, подумай и поищи путь проще. Проще - не всегда хуже.
  - Да?
  - Да, - сказал Роман и улыбнулся. - И со своим симбионтом так быстрее поладишь. Там тоже на самом деле все гораздо проще, чем ты думаешь. Это ты все делаешь сложнее, пытаясь искать скрытые смыслы там, где их не было. Это просто ребенок, который учится воспринимать через тебя мир, очередную грань мира, которую без тебя он не видел и не ощущал. Все. Не больше и не меньше. А ты ему сразу высшую математику, психологию, черта с огромными рогами. Успокойся.
  - Ладно, - выдохнул Тэдэр. Похоже, и у этой личности есть свои проблемы. - Я постараюсь.
  Он действительно собирался стараться. Хотя подозревал, что искать простые пути тоже сложно и не всегда нужно.
  Ну, зато хоть не скучно, и заняться всегда будет чем.
Оценка: 9.60*10  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Леола "Покорители Марса"(Научная фантастика) П.Роман "Ветер перемен"(ЛитРПГ) Д.Черепанов "Собиратель Том 3"(ЛитРПГ) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) Я.Малышкина "Кикимора для хама"(Любовное фэнтези) F.(Анна "(не)возможная невеста"(Любовное фэнтези) Ю.Васильева "По ту сторону Стикса"(Антиутопия) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) Е.Мэйз "Воровка снов"(Киберпанк) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"