Демченко А.В.: другие произведения.

Воздушный стрелок 4

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 7.37*751  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    28.02.16. Начато...
    18.05.18. Часть 3. Главы 8,9,10. Продолжено...
    20.07.18. Закончено.


А.В. Демченко

ВОЗДУШНЫЙ СТРЕЛОК IV

Пролог

   Ольга потянулась и, сладко зевнув, открыла глаза. Обведя сонным взглядом залитую солнечным светом спальню, девушка довольно вздохнула. Выходной!
   Впрочем... взглянув на пустующую половину кровати, Ольга покачала головой. У неё-то выходной день, а вот у Кирилла вновь забот полон рот. Опять удрал куда-то, с утра пораньше. Неугомонный... Хотя-я, ночью она была только рада этой самой неугомонности.
   Ольга мечтательно улыбнулась и, тряхнув гривой роскошных русых волос, поднялась с постели. Бросив взгляд на собственное отражение в зеркале, девушка хотела было уже стереть с лица довольную улыбку, чтобы избежать довольно злых подколок Милы и Лины, но... замерла на месте и, чуть подумав, фыркнула. Да и чёрт с ними! Пускай завидуют. Тем более, есть чему...
   Мысли Ольги плыли, цепляясь одна за другую, уводя по цепочке ассоциаций всё дальше и дальше. И вновь, уже в который раз привели её к теме отношений Кирилла и близняшек. Странно он к ним относится. Учит, заботится, бережёт и защищает, да... но при этом ведёт себя с ними отстранённо, порой даже откровенно холодно, словно с чужими. И сёстры, несмотря ни на что, принимают это как должное...
   Чётко очерченные тонкие брови нахмурились. Нет, Ольга помнила признание Милы и Лины в том, что раньше они сами вели себя не очень-то красиво по отношению к брату. Но ведь сейчас подобного нет? Да они и прощения просили. Кирилл тогда ещё рукой махнул: "проехали", мол. Но отношения не изменил...
   Поговорить с женихом, попытаться убедить его? В чём? Нет, стоп... Оля прикусила губу и, задумчиво уставившись в окно, побарабанила короткими, но ухоженными ногтями по подоконнику. Прежде чем убеждать в чём-то Кирилла, нужно разобраться в происходящем, точнее, в происшедшем. Поговорить с Киром, выяснить причины такого его отношения к близнецам, а уж потом... Да, потом можно будет что-то решать. Иначе, велика вероятность, что она вновь "накосячит"... не хотелось бы.
   Оля решительно кивнула собственным мыслям и, поёжившись от ворвавшегося в открытую форточку холодного весеннего воздуха, отправилась приводить себя в порядок.
   После завтрака, за которым Лина с Милой действительно выдали несколько двусмысленных шуточек по поводу фонящей довольством и негой Оли, на что та лишь чуть снисходительно улыбнулась, дочь хозяина костромского имения Бестужевых, по привычке отправилась в гараж, где они с Роговым до недавнего времени проводили по шестнадцать часов в сутки, отрабатывая предложенную Кириллом идею о создании настоящего "спортивного" ТК. Зачем?
   Когда закончилась вся эта свистопляска с мятежом и "Трёхдневной войной", жених, застав Олю у спасплатформы, с печальным взором рассматривающую открытые "пеналы" с замершими в них фигурами ЛТК, тихо хмыкнул.
   - Соскучилась по беготне в "Визеле"? - Поинтересовался Кирилл, обнимая её за талию. Можно сказать, интимно прошептал на ухо...
   - Обидно. Такая вещь и... будет стоять без дела. - Кивнула в ответ Оля, старательно не обращая внимания на действия жениха. Ну, пытаясь не обращать внимания.
   - Через два-три месяца идём регистрировать их в Дорожном приказе. - Улыбнулся Кирилл.
   - Ты, всё-таки решил это сделать?! - Удивлённо воскликнула Оля, моментально развернувшись в кольце рук жениха и оказавшись с ним лицом к лицу. Тот кивнул.
   - Разумеется. Мы ведь изначально планировали поступить именно так.
   - Да... но ведь... я думала, ты решил это сделать, в том случае, если ЛТК "засветятся". - Протянула Оля.
   - Хм. Визит к начальнику Пятого стола Преображенского приказа... точнее, теперь уже к главе всего Приказа, ты "засветкой" не считаешь? - Улыбнулся Кирилл.
   - Ох... Но ведь, Вербицкий - твой... наш союзник. Разве нет?
   - И вассал государя, не забывай. Более того, именно его ведомство отвечает за то, чтобы бояре не прыгали выше головы. А владение тактическими комплексами иначе расценить невозможно.
   - И... что теперь? - Нахмурилась Ольга.
   - Как я и сказал, идём в Дорожный приказ. - Пожал плечами Кирилл и вдруг хитро улыбнулся. - Но перед этим продемонстрируем кое-кому ваше с Жориком изобретение.
   - Хм?
   Известие о том, что цесаревич возжелал взглянуть на "спортивные" тактические комплексы, вызвало у Оли сначала лёгкий ступор, а потом... на лице Бестужевой расцвела совершенно сумасшедшая улыбка. Впрочем, ненадолго.
   - Кирилл, когда?!
   - На день Тезоименитства царевича Юрия. Шестого мая.
   - И ты только сейчас мне об этом говоришь?! - Оля легонько стукнула жениха по груди. - У нас же чуть больше месяца осталось! А тут дел невпроворот!
   - Каких дел, милая? - Фыркнул Кирилл. - Просто снимите с двух ЛТК вооружение и все!
   - Ты не понимаешь... если бы... - Оля моментально включилась в рабочий режим, посерьёзнела. - Нет-нет. Готовить машины придётся всерьёз. И возни там будет очень много. На одну только разборку "Визеля" уйдёт не меньше трёх дней. А ведь она, совсем не главное, нужно будет разобраться с тем, какие системы оставить, какие убрать... а отладка?! Не дай бог, на показе что-то пойдёт не так. Опозоримся... ай, да кому я говорю! Где Жорик?! Нам нужно приступать к работе немедленно!
   - Стоп-стоп-стоп, солнышко! - Рассмеялся Кирилл. - Ты ничего не забыла? У тебя, между прочим, как и у Георгия, кстати, ещё и учёба в Михайловском.
   - С сентября. - Фыркнула в ответ Ольга и, щёлкнув коммуникатором, продемонстрировала Кириллу письмо из деканата. - Все слушатели отправлены в академический отпуск... Литературы надавали, жуть!
   - М-да... - Кирилл прочёл письмо и покачал головой. - Так бы и говорила, что просто хочешь повозиться с железками.
   - Кирилл... - С укоризной в голосе, проговорила Оля, но тот только улыбнулся в ответ.
   - Я ведь не возражаю, Оленька. Но... выслушай моё предложение. Чем разбирать "Визелей", уже готовых к регистрации, а значит и к показу, лучше подумай о том, как можно сделать спортивный ТК, что называется, с нуля.
   - Зачем? - Не поняла Ольга.
   - Какая нехозяйственная невеста мне досталась. - Деланно печально вздохнул Кирилл. - Подумай сама. Демонстрация ЛТК даст нам гарантированную возможность зарегистрировать машины в Дорожном приказе. Так?
   - Так. - Кивнула Оля.
   - Как ты думаешь, а много ли у нас в стране владельцев тактических комплексов, которые имеют возможность проделать то же самое? Вижу, дошло. Гром-завод и Рюминские верфи... но они сидят на военных заказах, им нет необходимости лезть в эту "детскую песочницу". Пока нет, разумеется.
   - Ты хочешь заняться производством спорт-ТК... - Вдруг прозрела Оля.
   - Не то, чтобы уж очень хочу. - Ответил Кирилл, - но, фактически, мы получили обещание такой привилегии от государя. А тебе, как я вижу, очень нравится возиться с тактическими комплексами, разве нет? Ну и как тут не воспользоваться стечением обстоятельств? А если учесть, что фактически, Вербицкий, докладывая о происшествии в своём доме, прикрыл нас своей... хм... полуправдой...
   - Поняла... - Задумчиво кивнула невеста и вдруг улыбнулась. - Действительно, это очень удачное стечение обстоятельств. Или очень уж витиеватая благодарность Анатолия Семёновича.
   - Одно другому не мешает. - Фыркнул Кирилл и добавил совсем другим, куда более серьёзным тоном, - но скажу честно, это ещё и завуалированное предупреждение от цесаревича Михаила. Чтоб не прыгал выше головы и не считал, что теперь мне сойдёт с рук любая выходка.
   - Ты точно не брал уроков у моего батюшки? - Прищурилась Ольга. Жених продолжал её удивлять своими выводами, порой больше подходящими прожжённому дипломату, чем пятнадцатилетнему юнцу. Впрочем, называть юнцом Кирилла Николаева, как успела убедиться Ольга, значит очень сильно недооценивать самого молодого гранда в истории.
   И вот наступил конец апреля. Работы по отладке "Визелей", на которой ей всё же удалось настоять, закончены и... хм, а зачем тогда Ольга идёт в гараж? Тем более, ещё вчера Кирилл предупредил её, что забирает с собой обоих Роговых, решать какие-то важные вопросы. Правда, какие именно, он так и не сказал.
   Впрочем, Ольга и без объяснений суженого догадывалась, что тот решил заняться делами своих людей. Нужно же отдать Ингу в школу, найти брату с сестрой подходящее жилье, обставить его... Учитывая, что Кирилл, кажется, решил основательно осесть в Костроме... всё правильно. Не вечно же Жорику с Ингой гостевать в поместье Бестужевых? Нет, никакого стеснения. Дом огромен, и двумя обитателями больше или десятью, на удобстве проживания в имении это никак не скажется, но... у Роговых должен быть собственный дом. В этом Кирилл абсолютно прав и Ольга с ним согласна. Свой дом, это гарантия стабильности, опора... без которой человек, просто перекати-поле. И если Жорику, как холостому мужчине с профессией на руках, наличие или отсутствие дома погоды не делает, то Инга... Молодец, Кирилл!
   Оля остановилась на пороге гаража и с удивлением заметила, что спасплатформа исчезла. Интересно... Неужели Кирилл решил отправиться по делам на этом монстре? Вот жители Костромы обрадуются-то, увидев на улицах оранжевого гиганта...
   - Оля! Где ты ходишь?! - Возникшая за спиной девушки, Елизавета мгновенно оказалась рядом и, покачав головой, помахала ладонью перед лицом задумавшейся подруги.
   - А? Что? - Пришла в себя Бестужева. - Что случилось, Лиз?
   - Машина ждёт. - Со вздохом сообщила та и, заметив непонимание на лице Оли, качнула головой. - Ты что, не читала записку Кирилла? Едем в город. Он целый список составил, что нам нужно купить для дальнейших тренировок... И что-то мне подсказывает, что проходить они будут не на полигоне...
     

ЧАСТЬ I. ПРОСТО НЕ БЫВАЕТ

Глава 1. В старинном городе...

   Вопреки моим ожиданиям, выбору нового места жительства больше порадовался Георгий, чем Инга. Но когда я объяснил все нюансы предстоящего нам дела, настроение девочки сразу подскочило чуть ли не до облаков. Хотя мысль о скором возвращении в школу, нет-нет да и приходила ей в голову, отчего она начинала хмуриться. Но печали её хватало ненадолго, и вскоре Инга вновь начинала улыбаться.
   Дом. Это будет большой дом в ближайших пригородах Костромы. Я не собираюсь покупать квартиру в городе, такой вариант меня не устраивает совершенно. А значит, сегодня мы с Жориком и Ингой забираем в агентстве недвижимости нашего агента и едем кататься за город. Будем смотреть подходящие участки.
   Казалось бы, с какой стати я вообще диктую какие-то условия, если дом предназначен для Роговых? Ну, так думает Ольга... на самом деле, у меня в планах покупка земли на которой будет стоять наш с ней дом. А Инга и Жорик? Ну, они же мои люди, и будут жить там же, а значит, имеют полное право высказаться о своих предпочтениях. К тому же, вот уже две недели сестра Жорика доставала Олю вопросами на тему "своего" нового дома. Эта хитрюга так качественно изобразила глубочайшую заинтересованность в том, каким будет её новое жилище, что Оля, по-моему, даже не поняла, как рассказала ей своё собственное видение идеального дома. Хотя, если быть откровенным, то Инга несколько заигралась и, стараясь выполнить "оперативное задание" и не спалиться, на волне энтузиазма задолбала всех без исключения обитателей костромского имения... увлекающийся ребёнок, что тут скажешь. А сколько я ей теперь десертов должен, подумать страшно...
   Жители Костромы, завидев мою спасплатформу, головы посворачивали, пытаясь рассмотреть её получше и убедиться, что это не сон. Ничего странного. В обычных условиях, эти машины не появляются в городах. Их вотчина - пересечённая местность. Леса, болота, дальние, расположенные в труднодоступных местах хутора и посёлки, вот куда гоняют подобные агрегаты и им не место в городе. Дорожные приказные тоже так считают. Поэтому, пока мы добрались до агентства, мне пришлось четырежды демонстрировать удивлённым работникам полосатого жезла документы на машину. Ну да, недаром же я платил такие деньги за модернизацию платформы. Сотрудники мастерской чин чином провели все изменения через Дорожный приказ, так что, теперь никто не может запретить мне передвигаться на ней по дорогам общего пользования. Ну... когда права получу. А пока, за рулём сидит Рогов и, кажется, вовсю наслаждается процессом управления этим монстром. Завидно, да. А что делать?
   - Эм-м... Кирилл Николаевич? - Переводя взгляд с меня на Жорика и обратно, проговорил агент, моложавый дядька, подтянутый, спортивный, но при этом явственно прихрамывающий. Я кивнул.
   - Он самый. А вы, я так полагаю, Игорь Сергеевич Северский?
   - Да... - Как-то неуверенно подтвердил тот, но тут же встряхнулся и, чуть заметно улыбнувшись, взял со стола папку с документами. - Я подготовил несколько вариантов для просмотра. Так что, если вы не против, можем ехать прямо сейчас. Моя машина в вашем...
   - Не стоит, Игорь Сергеевич. - Улыбнулся я в ответ. - На нашей машине будет удобнее.
   Вот на выходе из конторы, агента и зацепило. Как раз в тот момент, когда я открыл дверь, ведущую в салон спасплатформы. Северский перевёл совершенно шалый взгляд с меня на машину, потом на невозмутимого Жорика, деловито забирающегося в кабину и... охнул. Вид был, хоть сейчас бери кисть и пиши с него аллегорию изумления.
   - Это что?
   - Моя машина. - Пожал я плечами в ответ. - Но, пока у меня нет прав на управление ею, водителем работает Георгий. Да вы не стойте столбом, забирайтесь в салон... и едем.
   - А... да-да, конечно. Едем. - Заторможено кивнув, агент, тем не менее, довольно ловко забрался в салон спасплатформы, где Инга тут же усадила ошалевшего беднягу в кресло и, вежливо поздоровавшись, предложила на выбор чай или кофе. Но ничего, Игорь Сергеевич довольно быстро отошёл от удивления и, согласившись на чай, принялся крутить по сторонам головой.
   - Адрес? - Расслышав, наконец, вопрос Георгия из кабины, встрепенулся он. - О, прошу прощения. Можно ваш номер коммуникатора?
   Скинув маршрут Георгию, Северский тут же почувствовал себя свободнее и, открыв папку, выложил на раскладной столик документы. Понеслась... Многословно рассказывая об объектах отобранных им для просмотра, Игорь Сергеевич, тем не менее, ни жестом, ни словом, не показал снисходительности или какого-то пренебрежения по отношению к столь юному клиенту. Но и фальши я в нём не почуял. Профи. Есть заказ, есть клиент. А сколько ему лет, вопрос десятый. Уважаю.
   Постепенно, мы перешли с темы предстоящего просмотра на так зацепившую его спасплатформу. Вопросы посыпались из агента, как из рога изобилия. Весьма толковые вопросы, выдающие знакомство моего визави не только с технической стороной дела, но и конкретно с платформами подобного типа.
   - Ну, тут нет ничего удивительного, Кирилл Николаевич. - Улыбнулся он, услышав мой вопрос. - До открытия агентства недвижимости, я десять лет проработал в геологоразведке. И навидался подобных машин изрядно... Но чтобы из обычной спасплатформы кто-то догадался сотворить дом на колёсах, ни разу не слышал, честное слово.
   - Ясно. А как же вас угораздило так радикально сменить вид деятельности, Игорь Сергеевич? - Поинтересовался я и тут же спохватился, - если, не секрет, конечно...
   - Да какой уж тут секрет? - Пожал плечами мой собеседник. - Всё просто. Здоровье, Кирилл Николаевич. Ночёвки под открытым небом и многочасовые, а тем паче многодневные пешие переходы, мне врачи запретили. Вот и пришлось переквалифицироваться. Да и то, как посмотреть... Я ведь специализируюсь не на домах и квартирах, а именно на земельных участках. Ко мне частенько обращаются не только за подбором удобного места для дома, но и заказывают геологические исследования. Знаете ведь, любой дом начинается с фундамента. А выбор его типа, глубины закладки напрямую зависит от места. Какие почвы, как глубоко залегают грунтовые воды и прочее... Вот я и провожу соответствующие исследования и готовлю рекомендации.
   - Это интересно... - Задумчиво протянул я. Кажется, мне повезло, но... надо кое-что проверить. - Как вы понимаете, мне такие рекомендации тоже понадобятся. Участок-то мне нужен именно для того, чтобы на нём поставить дом. Будущее родовое гнездо, если можно так выразиться, а значит, он должен простоять века.
   - Да, родовое гнездо, это дело серьёзное. Как говорят некоторые наши европейские "соседи": мой дом - моя крепость. А без серьёзных геоисследований браться за возведение крепости никак нельзя... иначе, ни о какой безопасности и речи быть не может. Я буду рад помочь вам в этом начинании. - Улыбнулся Игорь Сергеевич, явно поняв, к чему я клоню. В яблочко! Удачное знакомство, определённо. Нет, понятное дело, что я ещё посоветуюсь с Бестужевыми, и думаю, Аристарх не откажет в любезности и "пробьёт" моего нового знакомца. На всякий случай...
   Тем временем, мы выбрались за город и, спустя полчаса, прибыли на место. Первый объект. Земельный участок оказался ничем не примечательным местечком. Ровное, почти квадратное поле с двух сторон обрамлённое перелеском, вдоль третьей проходит грунтовка, ведущая к посёлку, а с четвертой, участок ограничен широким, но мелким ручьём, за которым раскинулся огромный луг. Ничего особенно интересного... Следующие два объекта тоже оставили нас равнодушными, а последний и вовсе произвёл откровенно неприятное впечатление, поскольку неподалёку от него обнаружился маленький, но сильно дымящий заводик. Даже наш агент недоумённо покачал головой.
   - А в прошлом году его здесь не было. Странно... - Вздохнул он и, повернувшись ко мне, развёл руками. Выглядел при этом Игорь Сергеевич откровенно обескураженным. - Извините, Кирилл Николаевич. Для меня это тоже большой сюрприз. Обещаю, что при подборе других вариантов, я тщательно прослежу за тем, чтобы подобных казусов не возникло. Но сейчас... знаете, на сегодняшний день, это всё, что я успел найти по вашему запросу.
   - Ничего страшного, Игорь Сергеевич. - Отмахнулся я. - Мы же и не рассчитывали, что удастся вот так сходу подобрать что-то подходящее.
   - Да-да... понимаю, но тем не менее. - Покачал головой агент. - Для меня это вопрос престижа, если хотите. Мои клиенты всегда получают то, что ищут. И сегодняшняя ситуация...
   - Игорь Сергеевич, давайте договоримся так... - Подождав, пока агент устроится в кресле в салоне спасплатформы, предложил я. - Мы оставим вам расширенный список желаемого, и не будем ограничивать во времени. В пределах разумного, естественно. Работайте, ищите. Может быть даже, это будет объект, который хозяева не хотят продавать, не отбрасывайте его, если он подходит по параметрам. Мы не торопимся, правда, Инга?
   - Можем ждать хоть год. - С комичной серьёзностью кивнула та. - Валентин Эдуардович так и сказал...
   - Эм, Валентин Эдуардович? - Приподнял бровь агент. - Не о боярине ли Бестужеве вы говорите?
   - О? Вы его знаете? - Удивился я.
   - Кирилл Николаевич, да кто же его здесь не знает?! Да и имя-отчество для наших мест довольно редкие, согласитесь? По крайней мере, ни одного другого Валентина Эдуардовича в Костромском воеводстве нет, это точно. - Всплеснул руками наш собеседник. - Так, вы остановились в его имении?
   - Именно так.
   - Ха, если бы Кирилл остановился где-то ещё, Ольга бы ему такой бэмс устроила! - Хихикнула Инга. Ну, чертёнок!
   - Вот так так... - Весело улыбнулся агент. - Так вот вы какой!
   - Эм, простите? - Не понял я.
   - Ох, это я прошу прощения. - Вдруг спохватился Игорь Сергеевич. - Понимаете ли, Кирилл Николаевич, уже месяц наше воеводство просто разрывают слухи о помолвке Ольги Валентиновны. Утверждали даже, что жених прибыл вместе с ней, но никто его не видел... а боярских детей спрашивать... сами понимаете. Я ведь не ошибаюсь, правильно? Вы и есть тот загадочный молодой человек, что покорил сердце первой красавицы нашего города?
   - Это ещё кто кого покорил... - Вздохнул я, мимоходом погрозив кулаком довольной Инге.
   - Что ж, тогда... позвольте мне стать первым костромичом, который поздравит вас с помолвкой. - Улыбнулся агент, протягивая мне руку. - Честное слово, вот не думал, что обойду наших кумушек на повороте...
   - Игорь Сергеевич, я очень надеюсь, что эта информация...
   - Понимаю, понимаю. Сам не люблю сплетни и пересуды. - Покивал он в ответ. - Обещаю, что никому ничего не скажу. Это и в моих интересах. В противном случае, меня самого замучают расспросами. Наши кумушки, они такие... Кстати, надеюсь, вы будете на весеннем пиру в доме воеводы? Да? Тогда примите добрый совет, берегитесь его супруги. В умении вытрясать информацию она даст форы и Преображенскому приказу!
     

Глава 2. Встречи разные бывают

   Весенний пир. Да, приглашение на него пришло в имение Бестужевых ещё две недели назад. И у меня ещё тогда закрались определённые подозрения. Вот как увидел открытое приглашение на два лица адресованное Ольге, так и заёрзал. Намёк был уж очень толстым. Ведь по факту, о моём присутствии в Костроме никто не знал. А значит, достаточно было одного приглашения для всей семьи Бестужевых. Тем не менее, Ольге пришло отдельное письмо. Нет-нет, никакого нарушения этикета... помолвка объявлена, и чисто формально городской воевода был прав, присылая отдельное приглашение для Ольги и её жениха. Но лишь формально... М-да, вот где надо набирать настоящих разведчиков. Намекнуть что ли Валентину Эдуардовичу?
   Пока мы с Роговыми и Северским разъезжали по предместьям Костромы, ученицы успели укатить за покупками, ну а учитывая сколько времени они тратят на магазины... В общем, у меня появилось свободное время, чтобы решить ещё пару вопросов, до которых всё никак не доходили руки.
   Так что, пообедав в компании Аристарха, Георгия с Ингой и боярских детей Бестужевых, я заглянул в нашу с Олей спальню, где отыскал пакет со своими документами и, нацепив сбрую с рюгерами, отправился в гараж. Отыскав среди бестужевской техники "Лисёнка", вжикнул молнией куртки, захлопнул забрало шлема и, поддав огня, открыл окно во двор собственного московского дома. Ох ты ж!
   Тяжело... Выкатившись на утоптанную площадку перед домом, я еле удержал моментально ставшим неподъёмным мотоцикл и, тяжело вздохнув, мотнул головой. Рановато, похоже, мне такие коленца откалывать. Чёрт! Как будто бетонную плиту на своём горбу тащил, а не на мотоцикле пару метров проехал. Хм... а с ЛТК такой проблемы не было. Всё-таки, провести человека в броне через "окно" куда проще, чем мёртвое "железо" без оного.
   Кое-как отдышавшись, я сполз с седла и, поняв, что в таком состоянии далеко не уеду, решил дать себе с полчаса отдыха. Благо, с некоторых пор за домом приглядывает один из подчинённых Аристарха, так что проблем с наличием еды, чая и сигарет не предвидится. Ну, как "приглядывает"? Появляется здесь раз в два-три дня, смотрит всё ли в порядке, есть ли в холодильнике еда а в шкафу сигареты, докупает необходимое и уезжает...
   Правда, глянув на часы браслета-коммуникатора, аппетит пришлось урезать и обойтись вместо чая с плюшками, полулитровой кружкой кофе под долгую, первую за день сигарету.
   Полчаса истекли и, поднявшись на ноги и убедившись, что тело не собирается валиться в обморок от усталости, я нахлобучил на голову шлем и двинулся на выход. Фыркнув, заурчал двигатель "Лисёнка", ворота распахнулись и я выкатился на просеку. Одним уже привычным усилием воли закрыв створки, поддал огня и мотоцикл, взревев, понёсся по дорожке, плюясь весенней грязью из-под колёс.
   Первой остановкой в моей сегодняшней поездке, значился городской совет образования. В принципе, о сдаче экстерном экзаменов старшей школы я уже с ними договорился по коммуникатору. Дело осталось за малым. Вручить им мои документы и получить информацию по датам экзаменов. Ну и сдать их, само собой. А вот тут мне должны помочь уроки деда. Должна же быть хоть какая-то польза от этого старого... кхм. Да, я зол на него. Точнее, на себя самого. Обещал же в ноги поклониться? Во-от... а выполнять это обещание мне очень не хочется. Но деваться-то некуда, слово надо держать.
   Тряхнув головой, отделался от неприятных мыслей и, сбавив ход, свернул в нужный переулок. Вот, собственно, я и на месте.
   Пришлось побегать по этажам этой обители чиновников от образования, но в результате, не прошло и часа, как на руках у меня оказались все необходимые бумаги, включая направление в аттестационную комиссию, список подлежащих сдаче экзаменов... восемнадцать позиций! И расписание.
   Можно бы и домой отправляться, но есть у меня ещё одно дело. А значит... Короткий звонок на знакомый номер и вот, я вновь в седле "Лисёнка" мчусь по улицам Москвы. Мотоцикл вылетел на оживлённое Садовое... хм, и не скажешь, что полтора месяца назад улицу утюжила тяжёлая техника, а в городе почти повсеместно слышалась стрельба и взрывы. Москва быстро залечила раны, оставленные мятежом. Сейчас о нём напоминают разве что два позорных столба на Красной площади с поимённым перечислением родов, запятнавших себя предательством... Восемьсот шестьдесят девять фамилий, из которых лишь сто с небольшим - служилые. Остальные же... М-да. Не удивлюсь, если вскоре самые хитровымудренные из владетельных бояр начнут отдавать своих детей в службу. Уже сейчас отношение к владетельным в обществе далеко от прежнего. Смотрят на них с откровенной прохладцей. И без влияния государя и его наследника, тут точно не обошлось. Теряют позиции старые самодостаточные семьи, а вот служилые наоборот, только набирают очки. И то сказать, в стране чуть больше полутора тысяч владетельных родов и половина из них замазалась в мятеже по уши. А служилых-то десятки тысяч и из них лишь чуть больше ста родов примкнули к инсургентам. Меньше одной сотой! Нет, понятное дело, если считать по головам, то служилых подавшихся к инсургентам будет куда больше, но в том-то и соль... Если наследник служилого боярина примкнул к мятежникам, это же не весь род, правильно? И судить его будут именно как отдельную "несознательную личность". То есть, при этом ни родители, ни дети его, ни иная какая родня под удар не попадают. Если, конечно, тоже не участвовали в мятеже на стороне инсургентов. А вот с владетельными всё иначе. Если доказано участие в мятеже главы рода или его наследника, вся фамилия подвергается казни... Нет, на тот свет отправят только прямых участников, но вот их родня, бояричи и боярышни лишатся титулов. Потеряют боярское звание, и пусть скажут спасибо, если помимо конфискации имущества их не отправят в ссылку, как того же Евгения Разумовского, например. А ведь за меньшее, куда меньшее титула лишился... ну, если судить объективно, естественно. С моей-то точки зрения... вообще бы убил тварюгу! Ведь если бы не он, глядишь и повернулось бы тогда всё иначе. И кто знает, может быть, моя чуйка и Вердта спасла... бы. Невелик шанс, конечно. Но, кто знает, кто знает?
   Скрипнули тормоза, я слез с мотоцикла и, сняв шлем, засунул его в кофр под сиденьем. Огляделся по сторонам и, убедившись, что прибыл по адресу, шагнул в распахнутые ворота. Огромные витые чугунные створки остались за спиной, а передо мной открылось унылое зрелище ровных рядов серых обелисков, подножия которых лишь кое-где были подёрнуты робкой, почти невидимой апрельской зеленью.
   Говорят, первые могилы появились на этом кладбище ещё во время войны с Наполеоном. Правда, тогда здесь хоронили кирасир Московского гвардейского. Шло время, сменялись правители и проходили войны, менялось название полка. Там дальше, за вычурными обелисками тяжёлых кирасир времён Крымской войны, перемолотых французской артиллерией, под серыми невзрачными плитами лежат гвардейцы Первого Моторизованного стреломётного полка, защищавшие Ревель в четырнадцатом и бравшие Киль в шестнадцатом. А ещё дальше, ровные шеренги строгих надгробий гвардейцев Московского Бронеходного... это уже память о сороковых. Княжеский мятеж и Вторая Мировая... А вот и то, что я искал. Восемьдесят шесть чёрных прямоугольников и аккуратный ряд венков за ними. На каждом надгробии изображение стяга полка с трубами, мечами и копьями. И на каждом одна и та же эпитафия: "В чести и славе!".
   Восемьдесят шесть имён и фамилий. И среди них... гвардии Московского Бронеходного полка капитан Вердт, Вячеслав Еремеевич. Да, капитан... посмертно. И кавалер Ордена Архистратига Михаила... тоже посмертно.
   Не знаю, сколько я простоял у камня с фотографией, на которой Вячеслав, кажется, вот-вот должен был улыбнуться. Но отвлекло меня ощущение чужого внимания и послышавшийся хруст гравия под чьими-то ногами.
   - Кирилл? - Я выпрямился, поправив завернувшийся край уже чуть выцветшей ленты на присланном мною при первой же возможности венке, и обернулся на голос.
   - Здравствуйте, Осип Михайлович. - Кивнув, я пожал сутулящемуся начальнику полкового госпиталя руку. Тот слабо улыбнулся.
   - Рад видеть в добром здравии, Кирилл. - Нулин окинул меня долгим взглядом. - Ты здесь впервые?
   - Да, вот появилась возможность, выбрался.
   - Понятно.
   Мы помолчали. Кажется, доктор себя чувствует здесь очень неуютно...
   - Я бы хотел поговорить с вами об одном деле, если не возражаете, Осип Михайлович. - Прервал я неловкое молчание и Нулин с готовностью кивнул.
   - Тогда, может лучше у меня в кабинете? - Спросил он. Я пожал плечами. Действительно, разговаривать о делах лучше в тепле и... там, где Нулин не будет так сильно фонить эмоциями.
   - Не каждый врач имеет возможность взглянуть на собственное кладбище. - Тихо проговорил доктор, когда мы уже подходили к воротам кладбищенской ограды.
   Да, я полный идиот. Нашёл, как сообщить о визите. А ведь все эти восемьдесят шесть человек прошли через его госпиталь.
   - Извините, Осип Михайлович. Я не подумал...
   - Что ты... что ты, Кирилл! - Мотнув головой, проговорил он. - Я ведь мог тебя и в расположении дождаться. Какая вина, о чём ты говоришь! Всё в порядке... Просто... а! Идём, я тебя чаем напою. Знаешь, какой Галочка чай готовит, у-у! С травками, самое то по такой промозглой погоде. Ей бабка присылает... Галина, правда, утверждает, что от свежих толку больше, но разве ж свежие травы с Алтая к нам довезёшь? Если только частным заказным рейсом. А мы не Крезы... да, так я тебе скажу, что они и сушёные, очень даже ничего. А уж духмяные... чай получается, ну натуральный эликсир. Идём-идём.
   Пока доктор, по мере удаления от кладбища всё больше оживал и тараторил, я тоже немного пришёл в чувство и перестал укорять себя за глупый поступок. Пятница же, Нулин наверняка был на рабочем месте. Мог бы и позвонить ему, уже выйдя с кладбища. Так ведь нет, решил предупредить заранее. Эх, ладно!
   Чай действительно оказался выше всяких похвал. И сбор этот... я принюхался и довольно крякнул. Явно успокоительный. Ай да Галина, ай да травник-конспиратор... Я коснулся вниманием девушки, принёсшей в кабинет начальника госпиталя поднос с "заедками" и, улыбнувшись, благодарно кивнул, одновременно ткнув пальцем в чашку с чаем и погладив себя по груди в районе сердца. Поняла, нет? Поняла... Зарделась, смущённо улыбнулась и сбежала. А вот протиравший очки Нулин ничего не заметил и, соответственно, не понял. Ну и ладно.
   - Итак, Кирилл. О чём ты хотел со мной поговорить? - Осведомился нервный начальник полкового госпиталя, едва медсестра исчезла за дверью.
   - Понимаете, какое дело, Осип Михайлович... мне нужна ваша помощь. - Медленно заговорил я.
   - Хм... и в чём же, Кирилл? - Недоумённо протянул он.
   - Посоветуйте, пожалуйста, хорошего полевого целителя...
     

Глава 3. Главное, правильный подход

   Просьба юноши была несколько неожиданной. Да что там! Она просто выбивалась из всех возможных предположений и вариантов, перебранных Нулиным с момента звонка Кирилла, оторвавшего доктора от составления очередного, чёрт знает кому понадобившегося отчёта.
   - Хм, Кирилл... а можно поподробнее? - Осведомился успокоившийся врач, разглядывая своего собеседника через линзы очков.
   - Можно. - Невозмутимо кивнул тот. - К сожалению, несмотря на мой высокий статус эфирника, я почти ничего не смыслю в целительских техниках. И это упущение мне очень не по душе.
   - Однако... - Нулин задумчиво покачал головой и вздохнул. Ох уж эта молодёжь. Всё им кажется простым и понятным. Можно подумать, целительству так просто научиться...
   - Подождите, Осип Михайлович. Я понимаю, что именно вы хотите мне сейчас сказать. Я ничуть не собираюсь спорить по поводу учёбы вообще, и учёбы на врача в частности. Но, тут вот какая закавыка. Мне не требуются навыки полноценного целителя. Только первая помощь в полевых условиях. В том числе, с использованием подручных средств.
   - Зачем тебе это? - Недоумённо спросил Нулин.
   - Не только мне. Вы же в курсе, что я обучаю несколько человек работе с Эфиром?
   - О да! О николаевском гареме по столице уже слухи ходят... - Усмехнулся доктор и, увидев обескураженное выражение лица собеседника, не выдержав, рассмеялся.
   - Ну, Елена Павловна... ну! - Кирилл осёкся, прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Успокоился и, вновь открыв глаза, чуть натянуто улыбнулся. - Даже внучку родную не пожалела. Воистину, Великая Мегера!
   - Думаешь, она? - Поинтересовался Нулин и, получив в ответ уверенный кивок, развёл руками. - Ну, спорить не буду. Эта может. Ладно, возвращаясь к нашим баранам. Ты уверен, что девушкам действительно нужен этот курс?
   - Абсолютно. - Решительно кивнул Кирилл, моментально стерев с лица улыбку. - Мы подходим к следующему этапу обучения, и я бы очень не хотел, чтобы во время выхода в поле, с ними случилось что-то... с чем они не смогли бы справиться.
   - Походы в поле, говоришь... Ты что там, школу выживания устраиваешь, что ли? - Удивился доктор, но тут же сам себя оборвал. - Извини. Не моё дело, понимаю. Что ж... ты учитель, тебе виднее. Только один вопрос. Почему ты обратился именно ко мне, а не к Громовым, например, или Валентину Эдуардовичу?
   - Сильно сомневаюсь, что у них есть знакомые полевые целители... военные целители. - Медленно проговорил Кирилл.
   - Хорошо. Я тебя понял и... постараюсь помочь. Но, Кирилл, хочу сразу предупредить, услуги подобного... м-м-м... преподавателя будут стоить тебе очень недёшево. Если ты, конечно, рассчитываешь на серьёзного военного специалиста, а не на лекции по оказанию первой помощи из курса безопасности жизнедеятельности. - Заметил Нулин.
   - Порядок цен? - Не моргнув глазом, поинтересовался в ответ Кирилл.
   - Восемьсот - тысяча рублей за курс. Не меньше. - Отозвался Нулин и тут же уточнил. - И скажи спасибо, что цены уже вернулись на прежний уровень. С трудом себе представляю, во сколько обошёлся бы подобный курс полтора-два месяца назад...
   - Думаю, его просто невозможно было бы получить. Вам так не кажется? - Улыбнулся Кирилл.
   - Скорее всего. - После недолгого размышления, согласился врач и вопросительно взглянул на собеседника. - Смотрю, подобная перспектива тебя не смущает, а?
   - Я могу себе позволить подобные расходы. - Кивнул Кирилл без малейшей рисовки. А Нулин в очередной раз удивился тому, как отличается этот мальчишка от своих сверстников. Закрыть глаза, сделать скидку на голос и возникает чёткое ощущение, что перед тобой человек лет сорока, не меньше. Где гордость за то, какими средствами он может оперировать? Где хоть какой-то мальчишеский гонор? Странный он.
   Тут доктор вспомнил, как увидел его стоящим у могил бронеходчиков и... глаза. Когда он окликнул Кирилла, и тот повернулся, в глазах юноши не было того непонимания, что мелькает у любого человека, когда друзья и близкие уходят в мир иной. Боль, да... но и она была какой-то... привычной, что ли?
   Такой взгляд Нулин часто видел у командира полка, у боевых офицеров и нижних чинов... и в отражении зеркала, но чёрт подери, откуда мог взяться такой взгляд у пятнадцатилетнего мальчишки?! И не надо говорить о том, что он сам убивал и иначе относится к смерти. К чужой смерти, может быть... вот только смерть своих друзей и товарищей, поначалу, даже у не раз убивавших воинов вызывает одну и ту же реакцию. А здесь её не было... Ни тогда, в госпитале, ни сегодня на кладбище...
   Нулин вздрогнул и, поёжившись, бросил короткий взгляд на своего собеседника. А тот невозмутимо прихлёбывает чай и жмурится от удовольствия.
   Да ну, бред! Померещилось, должно быть. Осип Михайлович вздохнул. Конечно, померещилось. Не надо было сегодня на кладбище ходить. Каждый раз из колеи выбивает... Да и вообще, нужно бы к батюшке наведаться, поговорить, облегчить душу, а то уж как-то совсем придавило. Вон, чушь всякая в голову лезть начала. Не к добру. Точно... На исповедь и в отпуск! Прокатиться к морю, на острова. Снять стресс...
   Решено. Завтра же рапорт на стол полковнику, Галину в охапку и, как говорит один знакомый татарин: "алга!".
     
   * * *
   - Кхм, Кирилл... - Я открыл глаза. Ну, слава богу, кажется, получилось. Пришёл в себя наш доктор. И славно. А то уж больно нервным он вдруг стал. Даже чаёк не спасает. Пришлось пройтись по его эмоциям... тихонечко. Помогло? Помогло.
   - Да, Осип Михайлович? - Отозвался я.
   - Я помогу. Свяжусь с друзьями-коллегами. На днях дам ответ. - Коротко рублеными фразами проговорил Нулин, сняв очки и потирая переносицу. Снова нацепил "окуляры" на нос и слабо улыбнулся. - Ну а о месте и времени встречи, можно будет договориться по факту, так сказать. Идёт?
   - Конечно. Спасибо за помощь, Осип Михайлович. - Отразил я его улыбку, одновременно поднимаясь с кресла. Ну а что, время-то идёт, а я ведь ещё хотел с Фёдором Георгиевичем встретиться... да уж, видно не успею. Поздно уже. Ну так хоть к ужину домой вернусь, в Кострому. Тоже неплохо...
   Рисковать и нырять в окно на "Лисёнке", находясь на добрых полсотни километров дальше, чем в первый раз, я не собирался. А потому, покинув расположение полка бронеходчиков, покатил обратно к своему московскому дому. Можно было бы и дальше по Стромынке прокатиться, но... я совсем не горел желанием проезжать мимо разрушенного боярского городка. Там до сих пор смертью сквозит, да так, что мороз по коже...
   А оказавшись в костромском имении Бестужевых, я тут же попал в цепкие лапки учениц и... Инги. Ну да, разумеется, уезжая, я ведь обещал привезти ей сласти из Алексеевского на Воздвиженке. Вот она меня и караулит. И хорошо, что я догадался купить пирожных с запасом...
   Вошедшие в тренировочную "колею" девчонки, оказавшиеся под пристальным надзором специалистов медицинского крыла имения Бестужева, снова вынуждены были ограничивать себя в питании. Так что, контрабандные пирожные изрядно подняли им настроение. Ничего, если всё и дальше пойдёт так, как я задумал, то вскоре проблема внутренней регуляции организма перед ними стоять не будет. Думаю, как раз к окончанию курса первой помощи, они смогут забыть об этом страшном слове: "диета"... Но вот говорить им об этом я пока не стану. Задолбают просьбами об ускорении учёбы. А сейчас этого делать ни в коем случае нельзя. Уж слишком момент неподходящий. Девчонки находятся на том этапе обучения, когда любой несвоевременный шаг может отбросить их назад и навёрстывать уже пройденное будет о-очень сложно. Как бы не перегорели... В общем, потихоньку-полегоньку, идём вперёд. Шаг за шагом, не останавливаясь и не меняя темпа. Глядишь, скоро и придём... к результату, хм.
   - Кирилл, а давай после ужина съездим в город? - Неожиданно предложила Ольга, удобно устроив голову у меня на коленях, пока я, сидя на диване, ковырялся в списке предстоящих экзаменов, выведенном на экран коммуникатора, старательно пытаясь не отвлекаться на вид обнажённых стройных ног невесты.
   - Хм? - Я оторвал взгляд от экрана коммуникатора и, не позволив ему скользнуть в сторону, глянул на Ольгу. Чёрт! Хоть закрывайся от неё! Лежит, улыбается... и пуговка на блузке вроде как нечаянно расстёгнута. Ага, третья. - Оля!
   - Поедем, а? - И ресничками хлоп-хлоп... Точно, издевается.
   Я вздохнул и, свернув экран, смерил вытянувшуюся на диване невесту долгим взглядом.
   - Если не прекратишь меня соблазнять, то дальше спальни мы точно не уедем. - Констатировал я, по достоинству оценив открывшиеся виды. Ну а что? Блузка полупрозрачная, никакого бюстгальтера не наблюдается. Юбка - мини... задралась... немного, но фантазии больше и не надо... Совершенно крышесносное зрелище!
   - Ой! Извини-извини... я не хотела, честно-честно... - Затараторила Ольга, вскакивая с дивана. Я крякнул. Она даже встать умудрилась так, что в процессе... м-м! Зараза! Знает ведь, что мне готовиться надо. И провоцирует!
   - Ольга!!! Свяжу и запру в спальне. На два... нет, на три дня. - Зарычал я.
   - Не выйдет, милый. Тебе же к экзаменам надо готовиться. - Проворковала она в ответ с улыбкой.
   - Вот-вот. Тебя запру, а сам сяду за учебники. - Ощерился я. Ольга тут же замерла на месте.
   - Всё-всё-всё. Я поняла. Ки-ир... ну, давай в город съездим, а? А я обещаю тебя не провоцировать... сегодня.
   - В кино? - Обречённо вздохнул я, и невеста радостно кивнула. Ну да, не в первый раз. Кто же знал, что Ольге так нравятся мелодрамы?! Вот я не знал... и поплатился за это. Четыре раза. А на пятый отказался идти в кино на очередную "слезогонку" и теперь каждый поход предваряется целым спектаклем. Каждый раз новым, между прочим! Но сегодня невеста явно перешла все границы. Нельзя так со мной. Я ж, не железный, правда!
   - Ночной сеанс, последний ряд... р-романтика! - Вздохнула Ольга, но, заметив мой взгляд, тут же состроила серьёзное лицо. - Эм-м, не обращай внимания. Это я так, о своём о девичьем... И вообще, заканчивай с работой. Ужин вот-вот начнётся.
     

Глава 4. Деловая прогулка

   Ольга окинула суженого долгим изучающим взглядом. Чёрный китель с воротником-стойкой застёгнут на все пуговицы, бриджи в тон, сапоги надраены до зеркального блеска. Вроде бы всё? Стоп.
   - Милый, скажи мне, куда ты дел знак мастерства? - Девушка прищурилась.
   - Э-э... - Кирилл на миг замялся, но почти тут же выпалил, - Оленька, я и без него выгляжу последним идиотом! Давай обойдёмся без этой цацки, а?
   Бестужева прикрыла глаза, и, глубоко и размеренно задышав, принялась медленно считать до десяти.
   - Кир, надо. Понимаешь? На-до! - Проговорила Ольга. - В конце концов, мы не на домашний пир идём!
   - Долбанный этикет. - Пробормотал Кирилл, выуживая из кармана короткую ленту с небольшой серебряной четырёхконечной звездой. Покрутив её в руках, юноша взглянул на невесту. - Поможешь?
   - Иди сюда, горе моё. - Вздохнула Ольга.
   Закрепив на шее Кирилла чёрную ленту так, чтобы знак мастера Эфира лёг поверх кителя, девушка отошла на пару шагов и, вновь окинув взглядом фигуру суженого, удовлетворённо кивнула.
   - Вот теперь, всё. Можем отправляться. - Произнесла девушка и, улыбнувшись, подхватила Кирилла под руку. - Ну, не расстраивайся ты так, Кир! Можно подумать, что ты не на праздник идёшь, а на казнь.
   - Я выгляжу полным идиотом. - Вздохнул тот, открывая "окно" в московское имение Бестужевых.
   - Ты выглядишь замечательно! - Возразила Ольга, делая шаг в марево портала.
   - Но бриджи, Оля! И сапоги! - Тихонько взвыл Кирилл.
   - Праздник будет проходить на открытом воздухе, а это значит, охота. А охота подразумевает соответствующий стиль в одежде. Так что, ты не единственный будешь щеголять в таком виде. Смирись. - Объяснила девушка и усмехнулась. - И вообще, милый, у меня создаётся впечатление, что кто-то перепутал роли.
   - В смысле? - Не понял Кирилл.
   - По-моему, расточать комплименты должен кавалер, а напрашиваться на них, обязанность дамы. Но никак не наоборот. Не находишь? - С улыбкой произнесла Оля, одновременно, взмахом свободной руки приветствуя встречающих их в большом зале московского имения Бестужевых, отца и его пассию. Кирилл крякнул.
   - Понял, был дурак, исправлюсь! - Протараторил он.
   - Умница, но я пожалуй подожду, пока ты потренируешься на моей будущей мачехе. - Тихо проговорила Ольга. - А вот потом... потом я жду самых лучших и качественных комплиментов в свой адрес.
   - Солнышко, о чём ты говоришь? Любой комплимент будет лишь бледным отражением твоих реальных достоинств.- Улыбнулся Кирилл, окинув взглядом затянутую в тёмно-зелёный охотничий костюм фигурку невесты. Такой консервативный и... провокационный. А всего-то и нужно было, заменить юбку-брюки на плотно облегающие стройные ноги лосины, а классический твидовый сюртук сменить на незастёгивающуюся куртку, стилизованную под гусарский доломан, но короткую настолько, что из-под её куцей полы виден охвативший тонкую талию чёрный кушак, контрастирующий с белой сорочкой, поверх кружевного воротника которой лежит неширокая чёрная же лента с серебряной восьмиконечной звездой, говорящей о статусе воя своей носительницы. И вроде бы никакие правила этикета и морали не нарушены, но эффект!
   - О, совсем неплохо. - Ольга еле заметно кивнула, изображая просто-таки ледяную неприступность, но, не удержавшись, почти тут же закусила губу, чтобы не расплыться в улыбке, почувствовав, как на неё накатывает волна восхищения... и желания от стоящего рядом жениха. Впрочем, ей тут же пришлось себя одёрнуть, да и Кирилл, заметив приближение Бестужева и его будущей супруги, как-то подтянулся и построжел, моментально переключаясь с "домашнего" на "официальный" режим.
     
   * * *
   Подурачились и будет. Оля уже в порядке и больше вроде бы не нервничает, а значит, пора оставить шуточки в стороне и... впрягаться в работу. А её сегодня будет немало.
   Бестужев вернулся в боярский городок почти неделю назад, чтобы помочь Раисе проследить за восстановлением поместья, и за время его отсутствия в Костроме, у нас накопилось несколько вопросов, требующих решения. Но если бы только в них было дело!
   Помимо обсуждения совместных планов с Валентином Эдуардовичем, сегодня нас ждёт визит на торжество по поводу Дня Тезоименитства младшего сына государя, где Ольге предстоит продемонстрировать итог их с Жориком месячных трудов над несчастным "Визелем". Именно поэтому она и была на взводе с самого утра, фоня раздражением и волнуясь по делу и без. И да, Оля была права, настаивая на модернизации ЛТК. В этом меня убедило недавнее происшествие. Три дня назад, "Визель" был передан рындам, чтобы их специалисты могли удостовериться в безопасности машины. Но даже с учётом всех "конверсионных" работ проведённых над тактическим комплексом, эти перестраховщики чуть не запретили показ ЛТК августейшей фамилии. И если бы не помощь Вербицкого, ныне возглавляющего Преображенский приказ, боюсь, шоу могло не состояться вовсе. Нет, узнав о сопротивлении царской охраны, Анатолий Семёнович не стал даже пытаться давить авторитетом на Рындов двор, равно как и не ручался перед ними головой за безопасность показа. Он просто обронил пару слов в беседе с цесаревичем, при которой присутствовал и младший сын государя, а дальнейшее... в общем, рындам пришлось отступить.
   Как бы то ни было, рассказывать об этом эпизоде Ольге, я не стану, а то опять начнёт нервничать. Оно мне надо? И так добрых полтора часа убил на то, чтобы привести её в адекватное состояние.
   Бестужев-старший не стал тянуть с официозом, и так не свойственным ему в домашней обстановке.
   - Полагаю, ты решил отправляться на праздник из нашего имения, а не из своего дома, не только для того, чтобы удовлетворить каприз своей соскучившейся по отцу невесты, а? - Усмехнулся Валентин Эдуардович, поглядывая в сторону Раисы и Ольги, щебечущих о чём-то своём, женском и неимоверно важном, но нам мужчинам напрочь непонятном.
   - Скажем так, я решил совместить приятное с приятным и добавить в этот коктейль чуть-чуть полезного.
   - Вот как? - Бестужев приподнял бровь, демонстрируя "вежливое удивление и отстранённый интерес". Дьявольщина, эти формулировки из лекций Агнессы у меня скоро из ушей полезут! Спасибо суженой, в преддверии сегодняшнего торжества настоявшей на необходимости обновить мои знания этикета.
   - Тренировки были очень интенсивными, так что я дал своим ученикам три дня отдыха. Лина с Милой отправились в Беседы, Леонид под присмотром Елизаветы показывает достопримечательности Костромы Марии Вербицкой, ну а Оля изъявила желание провести неурочные выходные рядом с отцом. - Пояснил я, в ответ на немой вопрос Бестужева.
   - Приятное с приятным, говоришь?
   - И чуть-чуть полезного. - Кивнул я.
   - Излагай. - Коротко отреагировал Бестужев.
   - Во-первых, весь май ученикам придётся либо провести в моём московском доме, либо я вынужден буду доставлять их туда ежедневно, о чём заранее и предупреждаю.
   - И с чем это связано? - Нахмурился мой собеседник, явно прикидывающий в мыслях, сколько мороки доставит такое изменение расписания его детей, охраняющей их дружине.
   - С обучением, конечно. Мне удалось найти хорошего специалиста, который готов поднатаскать нашу компанию в оказании первой помощи в полевых условиях, но он наотрез отказывается мотаться меж Москвой и Костромой, даже за двойной гонорар. - Ответил я. - Так что, вместо него бегать туда-сюда придётся мне самому.
   - Считаешь, это необходимым? - Недоумённо спросил Бестужев
   - Безусловно. Собственно, это уже во-вторых: с наступлением лета я планирую устроить ученикам выезд на природу... месяца на два. И мне не хотелось бы, чтобы кто-то из них загнулся от потери крови, напоровшись на сук, просто от того, что не знает, как правильно наложить жгут.
   - Ого! - Изумился мой будущий тесть. - Ничего себе пленэр! И зачем ты решил устроить эту вылазку? Полигона мало?
   - Каким бы оборудованным и удобным ни был полигон, он всё равно останется имитацией. А ученикам пора нарабатывать "живой" опыт.
   - Хм. Допустим, не буду спорить, тебе виднее. - Вздохнул Бестужев. - Но что нужно от меня?
   - Место. - Пожал я плечами, но заметив непонимающий взгляд собеседника, пояснил. - Угодья, заказник... в общем, территория, на которой встреча с людьми исключена или хотя бы маловероятна. Можно было бы, конечно, махнуть за Урал-камень и высадить их посреди тайги, но время! Тратить три-четыре дня на дорогу только в одну сторону... меня ученицы съедят от скуки ещё до того, как я выпущу их на волю в пампасы!
   - Эти могут. - Понимающе кивнул Бестужев с едва заметной ухмылкой и, чуть помолчав, задумчиво произнёс. - Попробую помочь, Кирилл. Но сам понимаешь, отыскать безлюдные места в центральной части России, очень трудно, даже если учесть боярские угодья.
   Фух! Замечательно получилось. Даже уговаривать не пришлось, а я ведь больше всего опасался, что Бестужев начнёт сопротивляться. Как переезду дочери и сына в Москву, которую после неудавшегося и такого недавнего мятежа, Валентин Эдуардович откровенно недолюбливает, так и новостям о двухмесячном забеге его детей в леса. Ан нет. Не стал служилый боярин бучу поднимать. И это замечательно!
   - Так, дети! - Окликнул нас Бестужев, бросив взгляд на браслет-коммуникатор. - Машина у крыльца, можете отправляться.
   - А не рано, дорогой? - Повернулась к нему Раиса, отвлекаясь от беседы с Олей.
   - В самый раз. Пока доберутся до Александровской слободы, пока осмотрятся. - Покачав головой, ответил Валентин Эдуардович. - В общем, езжайте, дети... и будьте терпеливы, формальная часть празднества, это ещё тот балет.
   - Совет окольничьего Посольского приказа? - Улыбнулся я.
   - Именно. - Усмехнулся в ответ Бестужев, указывая нам на двери.
   Знакомый чёрный лимузин сыто чмокнул захлопнувшейся дверью и, хрустя гравием, покатился к воротам. Поехали.
     

Глава 5. Знакомства и знакомцы

   Александровская слобода - любимейшая из всех резиденций царской семьи и самая уютная, пожалуй. Здесь нет помпезности московского дворца, тяжёлой суровости Рюрикова двора в Новгороде и мраморной роскоши ливадийского имения. Кремль Александровской слободы скромен и светел, хотя помещения дворцового комплекса весьма просторны. Сам дворец пережил не одну перестройку, меняясь век от века согласно вкусам его владельцев и текущей моде. Учитывая же, что ни один из царей не рисковал поднимать руку на любимые покои своих предшественников, к нынешнему времени, дворец представляет собой весьма затейливое здание с помещениями оформленными в самых различных стилях самых разных эпох. По нему, пожалуй, можно изучать историю развития архитектуры и декора, начиная со средневековых палат помнящих ещё тяжёлую поступь Иоанна Монаха и заканчивая личными покоями прадеда нынешнего государя, исполненными в столь любимом им стиле ар-деко. Не дворец, а калейдоскоп. Но тем он и интересен. А кроме того, оказавшись здесь, почти сразу понимаешь, что для владельцев, это место и есть настоящий дом. Тёплый, уютный и родной. Здесь не проводятся большие приёмы и деловые встречи, не шастают по коридорам напыщенные сановники и не вручают верительные грамоты иностранные послы. Тут просто живёт семья... пусть и царская. А работу на дом, стараются не носить даже государи, по крайней мере, российские.
   Так описывала это место Ольга, по дороге в Александровскую слободу, словно задавшаяся целью вбить в мою голову абсолютно всё, что ей известно о кремле и его окрестностях. Волнуется невеста, что поделать? Причём, я до сих пор не могу понять, что именно доставляет ей такое беспокойство. То ли предстоящее выступление в ЛТК, то ли сам факт нашего приглашения на домашнее торжество царской семьи... впрочем, "домашним" его можно назвать лишь с большой натяжкой, поскольку, по утверждению Валентина Эдуардовича, на подобные торжества приглашается порой до пары сотен человек гостей.
   Узнать насколько правдиво описание Ольги мне не удалось. Во-первых, потому как для гостей был открыт лишь первый этаж основного корпуса дворца и отдельно стоящий павильон, соединённый с ним широкой галереей, так называемые Встречные палаты и Опричный дом, так что проникнуться домашней атмосферой в этих залах, при царившей в них толчее и суете гостей, кучкующихся у заставленных лёгкими закусками столов, было очень непросто. А во-вторых, у нас просто не достало времени, чтобы прогуляться по доступным помещениям. Не прошло и получаса с нашего приезда, как гости, сопровождаемые дворцовыми слугами, потянулись на улицу, причём разными маршрутами. Мы с Ольгой оказались в компании из двух десятков молодых парней и девушек, которых вывели к Малому крыльцу, а оттуда всё те же дворцовые слуги повели нас к конюшням. Вот теперь я понял, зачем Ольга заставила меня надеть сапоги. Конная прогулка!
   Оставалось удивляться лишь тому, куда делись остальные гости, не попавшие в нашу компанию. Впрочем, недоумевал я очень недолго. Стоило нам оказаться в сёдлах, как рядом появились егеря и нашу кавалькаду потянули к выезду из кремля, за воротами которого, уже слышался шум, гомон и ржание лошадей. Очевидно, среди приглашённых были предусмотрительные люди, приехавшие на празднество со своим четырёхногим "транспортом". Удивительно? Вот уж сомневаюсь. Это же бояре, они постоянно чем-то друг с другом меряются. Силой ли, богатством или, как в данном случае, лошадьми.
   Я не ахти какой кавалерист, да и Кирилла не особо-то учили подобному, но удержаться в седле могу... и не хочу ударить в грязь лицом при Ольге. Вот уж кто настоящий наездник! Глядя на восторженную, чрезвычайно довольную девушку, гарцующую на серой в яблоках кобылке, я не мог сдержать улыбки. Если бы ещё не масляные взгляды некоторых гостей мужеска пола. Хотя-а... какой пир без драки, верно?
   - Кирилл, - дав шенкеля лошади и во мгновение ока оказавшись рядом со мной, заговорила моя невеста, явно заметив происходящее.
   - Да?
   - Не надо на них так смотреть, пожалуйста. Нам только дуэлей здесь не хватает. - Попросила она и, схватив повод моего конька оттащила обратно к компании "безлошадных", подальше от основной массы гостей.
   - Солнышко, если эти господа глупы настолько, чтобы раздевать тебя взглядами в присутствии сопровождаемых ими дам, то я буду рад оказать услугу этому миру, немного сократив количество населяющих его идиотов. - Улыбнулся я в ответ, под смешки окружающих нас "безлошадников".
   - Какой знакомый стиль. Вы случайно не брали уроки сарказма у моей тетушки? - Отсмеявшись, спросил один из них. Я взглянул на собеседника. Невысокий, худощавый, на вид немногим старше Ольги, молодой человек в расшитом золотой нитью тёмно-синем костюме для верховой езды, стилизованном под литовскую моду века семнадцатого... и его черты лица мне точно знакомы. Ха, да здесь даже раздумывать нечего, к тому же он сам дал подсказку.
   - Полагаю, речь идёт о Елене Павловне Посадской? - Я решил уточнить, чтобы не попасть впросак.
   - Именно. - Кивнул он и спохватился. - Прошу прощения, я не представился. Лошинский Иван Алексеевич из детей боярских.
   - Кирилл Николаев, из опричных. - Ответил я с коротким поклоном и, взяв невесту за руку, представил новому знакомому. - Ольга Валентиновна Бестужева, моя невеста.
   - О! Рад, очень рад знакомству. Теперь я абсолютно точно уверен, что был прав. Тётушка о вас рассказывала. - Искренне обрадовался Лошинский. - Кстати, может, поведаете, как там поживает моя сестрица?
   - Не гони коней, Ваня! - Окликнула его одна из девушек. - Сначала нас представь, а потом уже будешь выспрашивать о своей любимой сестричке.
   - Прошу прощения. - Парень даже немного покраснел, но тут же улыбнулся и принялся исправлять оплошность. Чрезвычайно позитивный тип, за пять минут на ходу он успел познакомить нас со всеми "безлошадными", оказавшимися его приятелями, приятельницами и дальними родственниками. Вообще, как объяснил сам Иван, их компания сплошь состоит из молодых людей недолюбливающих официальные сборища. И у меня создалось впечатление, что они с удовольствием пропустили бы и сегодняшнее торжество, если бы оно не было организовано царской семьёй, что и подтвердил наш новый знакомый.
   - О, выходим к лагерю! Кирилл, встретимся у южного поста, все наши будут там. А вы мне ещё должны рассказ о сестре, помните? - Закончив с объяснениями, встрепенулся Лошинский, понукая своего коня перейти в галоп, чтобы не отстать от кавалькады, свернувшей в поле и тут же ощутимо прибавившей ходу. Отвлёкшись от разглядывания наездников, красующихся богатством одежд и упряжи, я глянул в ту сторону, куда потянулась вся эта "кавалерия" и вздохнул. На холме возвышался целый городок из белых и алых шатров в лучших традициях средневековья. Только баньер над ними не хватает. Впрочем, а чего ещё можно было ожидать от устроителей этого сборища? В конце концов, насколько мне известно, имениннику всего одиннадцать лет.
   От размышлений меня отвлекла Ольга, сопровождаемая егерем, седоусым дядькой средних лет в зелёном парадном мундире и лихо заломленной кубанке.
   - Кирилл, нас ждут у восточного поста, там уже развернут стенд для ТК.
   - А успеем проверить игрушку до начала действа? - Нахмурился я.
   - У вас есть около часа. - Тут же встрял егерь и я выжидающе взглянул на Ольгу.
   - Успеем. Прогнать основные тесты, больше десяти минут не займёт. - Кивнула она.
   - Добро. Тогда поступим следующим образом. Я сообщу Ивану, что мы немного задержимся, и нагоню тебя у стенда. Согласна?
   - Конечно. - Оля улыбнулась и, махнув рукой егерю, пустила лошадь в карьер. Ну а я отправился вслед за Лошинским.
     
   * * *
   - Ну, и кого ты нам на этот раз привёл, Ванечка? - Поинтересовалась у племянника Великой Мегеры невысокая, хрупкая на вид девушка, с самым задумчивым видом поправляя белопенное кружево манжет, и старательно не глядя на собеседника, дабы прыгающие в её глазах бесята не смазали образ скромницы.
   - Я не приводил! Это случайность, ты же сама всё видела, Капа! - С жаром воскликнул тот, по привычке уходя в защиту, под дружный смех собравшихся в шатре "безлошадников".
   - Верю-верю. - Покивала девушка. - И всё же, расскажи нам о нашем новом знакомом и его невесте, пока они не вернулись.
   - А волшебное слово? - На миг склонив голову к плечу, спросил Лошинский.
   - О? - Изящно очерченные дуги бровей девушки поднялись в недоумении, она чуть помедлила, словно размышляя и, ласково улыбнувшись приятелю, лязгнула сталью в голосе. - Докладывай!
   - Есть, мой генерал. - Деланно печально вздохнул Иван.
   - Как-как? - Изобразила гнев его приятельница, поднимаясь с удобного кресла.
   - Прошу прощения, фельдмаршал... конечно, фельдмаршал, будет исполнено, фельдмаршал! - Зачастил Лошинский под неумолкающий смех присутствующих.
   - Ладно, повеселились и будет, - махнула рукой Капа и улыбнулась приятелю. - В самом деле, Вань, рассказывай уже, что ты знаешь об этой парочке. И причём здесь твоя сестра? Почему ты спрашивал о ней не у тётушки, а у этого мальчика?
   - Стоп-стоп-стоп, не так быстро, Капа! - Замахал руками Лошинский. - Всё скажу, всё объясню. Но по порядку. Итак... Кирилл Николаевич Николаев, пятнадцать лет исполнилось в августе прошлого года, тогда же был эмансипирован и выведен из рода Громовых в мещане, в марте нынешнего года принят цесаревичем в опричные, признанный мастер Эфира, ведёт пятерых личных учеников, одним из которых является моя сестра Елизавета. Жених уже знакомой вам Ольги, дочери боярина Бестужева, окольничего Посольского приказа, будущий регент рода Вербицких-Скуратовых, если верить записям Гербового приказа и, соответственно, будущий первый боярин Николаев-Скуратов. Участвовал и победил в трёх дуэлях, одна из них, с боярским сыном Бродовым, закончилась смертью последнего.
   - Звучит, как полный бред, - пробормотал кто-то из присутствующих. - боярич, мещанин, опричник... и всё это меньше чем за год?!
   - Господа, празднество начинается. - Заглянувший в шатёр, егерь нарушил воцарившуюся тишину.
     

Глава 6. Кому война, а кому...

   Этикет на пленэре, совсем не то же самое, что и на приёме. Тем не менее, присутствие царской семьи накладывает свой отпечаток и на такое неофициальное, "домашнее" мероприятие, как выезд на природу, а посему, без некоторых протокольных действий и оно не обходится. Радует только одно, в этом случае "придворные расшаркивания" и "танцы заводных кукол" сведены к минимуму, так что, уже через полчаса после начала мероприятия, гости, отдав должное хозяевам праздника и поздравлениям в адрес виновника торжества, смогли расслабиться и обратиться к обычным для такого сборища занятиям, то есть, к тихим беседам о делах, досужей болтовне ни о чём и дегустации угощений и вин из царского погреба, от которых ломились стоящие под огромным навесом столы. Впрочем, были среди гостей и те, кто решил заняться иными вещами.
   Цесаревич Михаил, нахмурившись, перечитал пришедшее на браслет сообщение, переглянулся с отцом и продемонстрировал ему послание. Государь, прочитав написанное, нервно дёрнул верхней губой, отчего у близстоящих царедворцев заметивших это движение, резко испортилось настроение. Заметил это и его младший сын, Юрий. Именинник печально вздохнул.
   - Не расстраивайся, сын. - Неожиданно усмехнулся государь. - Сегодня, твой день. Я же обещал.
   - Благодарю, отец. - Вернув лицу прежнюю невозмутимость, кивнул тот. Но только полный идиот не заметил бы мелькнувшую в глазах младшего царевича радость.
   - А что с... - Выразительно стукнув пальцем по браслету, спросил Михаил.
   - Твоя забота, наследник. - Прищурившись, ответил государь.
   - План "Б" одобришь, отец? - После секундного размышления, проговорил цесаревич. - Без фейерверка.
   - Скинешь валета в отбой? - Удивлённо поинтересовался государь.
   - Скорее, придержу в рукаве до удачного момента. - Губы Михаила тронула слабая улыбка.
   - Хочешь сыграть его втёмную? А не боишься, что он сбежит и затаит зло?
   - Никаких игр, отец. Он не враг и я буду с ним в меру честен. Так что, нет. Не боюсь.
   - Не враг, но честен будешь в меру, а? - Усмехнулся царь.
   - Но и не друг, по крайней мере, сейчас. - Пожал плечами наследник. - Просто... я же обещал не втягивать его в политику. А этот вариант, неплохой способ сдержать данное слово.
   - Что ж... это твой выбор. Действуй, сын. - Коротко кивнул государь, а когда Михаил открыл рот для следующего вопроса, остановил его одним коротким движением руки. - О делах закончили. Сегодня праздник.
   - Разумеется. - Чуть склонил голову цесаревич и потрепал младшего брата по белобрысой макушке. - Извини, Юр. Больше никаких разговоров о делах сегодня. Обещаю.
   Двенадцатилетний царевич смешно сморщил нос и, вывернувшись из-под руки Михаила, улыбнулся.
   - Ловлю на слове, братец!
   Лошинский, краем глаза следя за окончанием скачек, устроенных на поле молодёжью, скользил меж шатрами в поисках Николаева и его невесты, и недовольно хмурился. Мало того, что они так и не объявились у южного поста до начала действа, как обещали, так они даже не соизволили присутствовать на официальной части мероприятия... вообще, как сквозь землю провалились. А как же обещание?
   Иван хлопнул кулаком левой руки о ладонь правой и, разочарованно вздохнув, решил вернуться к своим. А что делать? Он обошёл весь лагерь, но так и не нашёл ни Николаева ни Бестужеву. И это плохо, Капа будет расстроена. А когда его подруга не в духе, от неё даже старшие братья стараются держаться подальше. Вот ведь, га... жалость какая!
   К удивлению Лошинского, в своём предположении он ошибся. Когда он вернулся к компании и признался, что так и не смог найти разрекламированного им же Кирилла, подруга лишь пожала плечами.
   - Думаю, это не последняя возможность познакомиться с ним поближе. - Проговорила она и улыбнулась. - Не расстраивайся, Ванечка. Найдётся эта пара, и ты вволю потреплешь им нервы расспросами о сестре.
   - Да, я же не из-за этого! - Воскликнул Иван, под издевательски-понимающие кивки подруги.
   - Конечно-конечно. - Пропела Капа, но тут же построжела и, не дав другу разразиться негодующей тирадой, мягко толкнула его ладошкой в плечо. - Тихо, Иван. Мажордом!
   Лошинский выпустил сквозь стиснутые зубы воздух и повернулся лицом ко входу в шатёр, где, привлекая внимание всех присутствующих, действительно выросла двухметровая фигура мажордома, вооружённого чёрным обитым серебром посохом с навершием в виде двуглавого орла. Зычный голос, явно усиленный Ветром, пронёсся над столами, заставляя колыхаться скатерти и салфетки. Как только у гостей уши не заложило от такого приглашения выйти на свежий воздух?
   К всеобщему удивлению, покинувшие шатёр гости увидели на поле вовсе не ожидавшееся ристалище рыцарского турнира, обещанного к показу, а огромную полосу препятствий, явно выстроенную мощными техниками. Ничем иным столь скоростное строительство объяснить невозможно.
   Под медленно стихающий гул гостей, рассаживающихся на зрительской трибуне, место комментатора занял неприметный человек в зелёном вицмундире. Оно и понятно, не мажордому же заниматься такой ерундой!
   - Господа, сегодня нас ждёт крайне интересное зрелище! - Перекрывая шум, начал разливаться соловьём комментатор, представляя...
   Лошинский, устроившийся с Капой на скамейке прямо перед царской ложей, помотал головой, посчитав, что ослышался. Переглянулся с сидящей рядом подругой, но изумление на её лице уверило его, что никакой ошибки нет. А кому и знать о подобных вещах, как не дочери боярина Рюмина, чей род владеет знаменитыми верфями. Вот только в их ассортименте подобной модификации нет и в помине! Спортивный тактический комплекс? Что за чушь?!
   - Теперь я поняла, почему его высочество цесаревич прислал мне именное приглашение. - Пробормотала девушка, с жадностью глядя на поле, где как раз появился угольно-чёрный ТК. Иван вздохнул. Всё, милая Капа пропала для общества. Теперь, пока заместитель начальника проектного бюро Рюминских верфей не увидит всё на что способен этот аппарат, пытаться заговорить с ней бесполезно. Фанатичка, что тут поделаешь? Лошинский покосился на бормочущую подругу, с горящим взглядом следящую за кульбитами пилота. - М-м, какая прелесть! Лёгкий, манёвренный, явно предназначен для одарённых... но не наш. На громовский тоже не похож, как и на польский "Гусар". Самоделка? Не похоже. Стоп. Иксобразный силовой набор... "Визель"? Точно, "Визель" без навесного оборудования и съёмных бронеплит!
   - Капа. - Дёрнул подругу за рукав Иван, но та отмахнулась. - Капа! Капа-а!!!
   - Ну что тебе? - Недовольно откликнулась девушка.
   - Вот. - Лошинский протянул ей небольшой буклет, только что переданный ему одним из слуг, разносящих по трибунам напитки.
   - Что? А... Точно, спортивный тактический комплекс на базе "Визеля". - Капа зашуршала лакированными листами брошюры, не переставая одним глазом следить за скоростными передвижениями пилота по полосе препятствий. Так и косоглазие заработать можно. Но в этот момент, она наткнулась на ТТХ комплекса и... залипла окончательно.
   Наверное, только этим и можно было объяснить тот факт, что старший вой со склонностью к стихии Ветра, Капитолина Саввишна Рюмина не успела отреагировать на внезапно изменившуюся обстановку, и спасать её от удара массивного тела весом далеко за двести килограммов, несущегося на трибуны, пришлось её соседу, только-только получившему статус воя. Во мгновение ока вознёсшаяся перед первым рядом гостей, каменная стенка глухо хрустнула и врезавшийся в неё "снаряд" рикошетом ушёл в сторону под визг какой-то чересчур впечатлительной и скорой на реакцию боярышни.
   Творение Ивана ещё не успело осыпаться наземь, а воздух уже наполнился свистом и шипением многочисленных стреломётов. Над царской ложей тут же возник мощный артефактный купол, немедленно налившийся матовым чёрным цветом, а трибуны расцветились зашипевшими от соприкосновений стихийными щитами.
   Сошедший с ума пилот тактического комплекса метался по полю, почти не обращая внимания на искрящуюся от многочисленных попаданий встроенную броню, размахивал двумя тяжёлыми, причудливо вогнутыми клинками, и с упорством безумца всё пытался пробиться к чёрному куполу царской ложи... пока один из рынд не ссадил его мощной ледяной техникой. Огромная глыба льда просто вдавила ТК в землю, а в следующую секунду, рядом оказались аж три тяжёлых "громовских" комплекса. Глыбу снесло в поле, а поднявшиеся над головами пилотов широкие и тяжёлые словно рельсы, мечи замолотили по раздавленному противнику со скоростью вертолётных лопастей и мощью забивающих сваи копров.
   Иван ошеломлённо вздохнул. Всё действо не заняло и десятка секунд, а показалось, что прошло не меньше десяти минут. Он перевёл взгляд на Капу и нервно засмеялся. Девушка, кажется, даже не заметила, что происходит, настолько она углубилась в чтение брошюры.
   - Ты чего? - Капа оторвалась от буклета и недоумённо взглянула на хихикающего рядом друга.
   - Н-ничего. - Замахал руками тот и, покосившись на поле, передёрнул плечами. - Представление закончилось... по техническим причинам.
   - А? Авария? - Непонимающе спросила Капа, отвлёкшись наконец от чёртовой бумажки, и обвела взглядом поляну и до сих пор сияющую активированными щитами трибуну.
   - Ну, можно сказать и так. - Медленно проговорил Лошинский, поднимаясь со скамейки и подавая подруге руку.
   - И это хорошо! - Неожиданно улыбнулась девушка.
   - Чего? - Выпучил глаза Иван.
   - Ну... это эгоизм конечно, но я хочу открыть тему гражданских ТК в нашем бюро. А подобное происшествие на первом показе даст нам немалую фору в работе. - Протараторила Капа, но бросив взгляд на людей, по частям вытаскивающих из ямы искорёженные обломки тактического комплекса, резко побледнела. До девушки вдруг дошло, что именно она сказала, и на её ресницах повисли капли слёз. - Я-яа... я чёрствая дура, да Вань?
   - Тихо-тихо... тихо. - Прижав к груди содрогающуюся девушку, Лошинский мягко её обнял и забормотал что-то успокаивающее, не замечая, как рассеиваются поднятые щиты, а над трибунами поднимается гомон взбудораженных происшествием гостей. И уж совершенно точно он не расслышал голоса с царской ложи.
   - Да, здоровая конкуренция, она такая...
     

Глава 7. Встать и идти

   После слов цесаревича Михаила, произнесённых с невозмутимостью метронома, в царской ложе повисла тишина, правда, недолгая. И первым не выдержал именинник. "Дотянувшись" Эфиром до места уничтожения взбесившегося тактического комплекса, он недоумённо нахмурился и взглянул на старшего брата.
   - Миша, а что это сейчас было? - Продолжая удерживать мощный щит, тихо спросил младший. - В этом ТК... в нём ведь не было пилота, я чувствую!
   - Из тебя выйдет замечательный сенсор, братец. Ручаюсь, кроме тебя этого никто не заметил. - После недолгого молчания, усмехнулся цесаревич, но увидев как насупился Юрий, всё же ответил на его вопрос. - То, что ты сейчас видел... скажем так, это была "охота на зайцев".
   - Сможешь их подсчитать? - Поинтересовался поднявшийся с кресла государь, глядя на младшего сына.
   - Проверка боеспособности охраны, - Кивнув, заговорил Юрий, загибая пальцы и, взглянув на возведённый им самим купол, защитивший ложу от атаки ТК, уверенно продолжил. - Проверка моих умений и... всё? Хотя, нет. Братец говорил о конкуренции. Рюмины? Очевидно, вы хотите, чтобы они тоже занялись темой гражданских ТК. Итого, три "зайца".
   - Не то, что бы мы действительно были озабочены вопросом такой конкуренции. Ты просто не знаешь всей подоплёки этого дела. - Заметил Михаил. - Скорее, мы посчитали необходимым немного осадить авторов задумки гражданских ТК. Они хорошие люди и верные вассалы, но чуть окоротить их энтузиазм будет не лишним. Без унижения, и не превращая во врагов.
   - Это мне непонятно. - Вздохнул Юрий.
   - Ничего, какие твои годы! Поймёшь ещё. - Усмехнулся государь. - И кстати, "зайцев", на самом деле, как минимум, четыре.
   - А какой четвёртый? - Удивился Юрий.
   - Ты ведь хотел отпраздновать именины в кругу семьи? - Государь положил руку на плечо младшего сына и аккуратно развернул его в сторону гостей покидающих трибуны под пристальным вниманием рынд. - Считай, что мы исполнили твоё желание. Гости останутся здесь, а мы, как и следует по протоколу безопасности, отправимся домой, в Слободу, где нас ждут твои сёстры и накрытый стол.
   - Правда?! - Глаза младшего сына государя заблестели и он, не сдержав порыв, крепко обнял отца. Благо, в ложе не было никого, кроме них троих, а установленный Юрием щит надёжно ограждал их от нескромных взглядов. Так что, сейчас царевич мог безнаказанно наплевать на этикет. - Спасибо, отец!
   Убедившись, что младший сын не видит его лица, государь бросил хмурый взгляд на своего наследника и, сосредоточившись, открыл "окно" во дворец.
   - Сын, сделай всё правильно. - Подталкивая Юрия к линии перехода, произнёс он и, заметив кивок цесаревича, скрылся в моментально захлопнувшемся "окне".
     
   * * *
   Сознание вернулось рывком, в один момент. И это был не тот опыт, который я хотел бы повторить, поскольку вместе с ощущением реальности, ко мне пришла боль, пронзившая всё тело, словно электрическим разрядом. Боль была настолько сильной, что я не сдержал стона.
   - Очнулся? - Голос, задавший этот вопрос, колокольным звоном отозвался в моей гудящей голове. В только что открывшихся глазах, и без того, пострадавших от ударившего по ним режущего света, помутилось окончательно, и я еле успел перевернуться на бок, прежде чем содержимое моего желудка хлынуло изо рта. - Э, брат, да ты совсем плох! Чем вы его накачали?
   - Б-двенадцать, стандарт для бескровного захвата. - Ответ на вопрос раздался откуда-то из-за спины. - Возможно, это личная реакция?
   - Медика сюда. Пусть осмотрит. - Бросил первый. Послышалось какое-то шуршание, тихие, но быстрые шаги, а ещё через минуту, меня, всё ещё скрюченного в позе эмбриона и мало что соображающего, окатило теплом знакомой ещё по медбоксу в Беседах, диагностической техникой. А после... я вырубился.
   Во второй раз, возвращение в сознание прошло без осложнений. Не могу сказать, что почувствовал себя абсолютно здоровым, но и особой слабости я не ощущал. Хотя, отголоски боли ещё чувствовались.
   Открыв глаза и убедившись, что меня окружает непроницаемая темнота, я ощупал себя и пришёл к выводу, что тщательно подобранному Ольгой костюму можно помахать ручкой. То, во что я был одет ничуть его не напоминало. Свободная рубаха вместо кителя, джинсы вместо бриджей и кроссовки взамен сапог. Ну, хоть чистое...
   А теперь пора и осмотреться. "Кошачий глаз" включился без малейших проблем... и я вздохнул. Бетонный мешок без единого окна. Только забранное частой решёткой вентиляционное отверстие под потолком, слишком узкое даже для моего компактного тела, да низкая стальная дверь в дальней стене, которую не вынести и под моим любимым разгоном. Я попытался было открыть "окно", но и тут меня ждал большой облом. Эфир вибрировал, дрожал, не позволяя взять его под контроль, и ускользал от моей воли, словно песок сквозь пальцы.
   Грохот открывающейся двери заставил меня бросить попытки обуздать взбунтовавшуюся силу и приготовиться использовать те возможности, что остались в моём распоряжении. А это немало. Если судить по успешному применению "кошачьего глаза", проблем с разгоном у меня быть не должно.
   - Угомонись, Кирилл. Здесь никто не желает тебе вреда. - Резко произнёс возникший в дверях мужчина.
   - Ваше высочество? - Удивился я. Вот не ожидал...
   - Узнал, значит? Хорошо. Следуй за мной, есть разговор. - Удовлетворённо кивнул цесаревич и, развернувшись, вышел в коридор.
   Галереи, переходы и лестницы сменяли друг друга. Уже четверть часа мы шагаем по подземному лабиринту, расположившемуся под Александровским кремлём. Но вот идущий впереди, в окружении двух предельно настороженных охранников, Михаил остановился перед очередной дверью. Та отворилась, словно сама по себе, и шедший в двух шагах за моей спиной, рында исполнявший роль конвоира, осторожно подтолкнул меня к дверному проёму, за которым уже исчез царский сын.
   - Располагайся, Кирилл. - Кивнул мне наследник, указав на небольшой двухместный диван, стоящий в углу уютной, заставленной книжными шкафами, комнаты. Сам же цесаревич устроился за широким рабочим столом, расположенным рядом. - Чай, кофе? Разговор будет долгим, так что, не стесняйся.
   - Кофе, пожалуй. - В ответ на мою реплику, Михаил кивнул замершему в дверях рынде и тот моментально исчез из виду, чтобы вернуться через пару минут с огромным серебряным подносом заставленным чашками, мисками и блюдцами с какими-то сластями и возвышающимся посередине кофейником.
   - Итак, - цесаревич дождался пока я сожру половину печенья на подносе, прежде чем заговорить снова. - Полагаю, у тебя есть вопросы о происшедшем? Задашь их сейчас или сначала выслушаешь мой рассказ?
   - Я бы предпочёл сначала выслушать вас. - Чуть помедлив, проговорил я, справедливо предполагая, что на единственный вопрос, что крутится в моей голове: "Какого чёрта здесь происходит?!", цесаревич ответит всё тем же рассказом. Собственно, так оно и вышло.
   - Добро. - Кивнул Михаил и, побарабанив по столу тонкими сухими пальцами, вздохнул. - Наверное, стоит начать с того, что ты теперь труп, Кирилл Николаевич.
   - Э?
   - Частично. - Попытался успокоить меня цесаревич, и тем самым вогнал в ещё больший ступор.
   - А... можно то же самое, но с подробностями? - Помотав головой, спросил я.
   - Нужно. Ты был убит при покушении на царскую семью в День Тезоименитства его высочества царевича Юрия, пытаясь, таким образом, отомстить за смерть своего деда, погибшего четыре дня назад при нападении на Аркажский монастырь, которое, по циркулирующим в обществе слухам, организовал мой отец, обеспокоенный неумеренным усилением эфирников и подозревающий их верхушку в намерении узурпировать власть в стране. Разумеется, это версия для узкого круга посвящённых. Очень узкого. Для остальных же, личность "покушавшегося" останется неизвестной, а пострадавший от его нападения и впавший в кому, Кирилл Николаев будет проходить лечение в медицинском крыле костромского имения Бестужевых.
   Я вздрогнул.
   - Бой? Дед погиб? Это тоже "версия для посвящённых"? - Тихо спросил я, и цесаревич на миг опустил голову. А когда он вновь поднял взгляд, в нём была лишь пустота.
   - Нет. Аркажский монастырь действительно был уничтожен атакой неизвестных, четыре дня назад. И это был чудовищный удар по мощи государства. - Проговорил Михаил. - Собственно, именно поэтому мы и вынуждены были пойти на инсценировку твоей смерти. Россия не может позволить себе потерять ещё одного гранда.
   - Поня-атно. - Протянул я. - А Никита Силыч?
   - Извини, Кирилл. Но род Скуратовых-Бельских прерван. - Покачал головой цесаревич.
   Я не был близок с дедом. Более того, никакие родственные чувства нас не связывали. Я не мог простить ему бездействия в отношении того, прежнего Кирилла, но уважал, как можно уважать только настоящего профессионала своего дела. И факт его смерти меня... не порадовал. Совсем не порадовал. Из ступора меня вывел голос цесаревича.
   - Кирилл!
   - Ваше высочество... - Я откашлялся и с удивлением увидел на столе перед цесаревичем две невесть откуда взявшиеся полные рюмки, источающие слабый хлебный аромат.
   - Помянем, Кирилл. - Мой собеседник поднял одну из рюмок, и я последовал его примеру. Полугар обжёг глотку и выбил непрошенную слезу.
   - Что с Ольгой? - Спросил я, после недолгого молчания.
   - С ней всё в порядке. Я объяснил ситуацию и ей и боярину Бестужеву. Твои ученицы тоже в курсе дела, но видеться в ближайшее время вам нежелательно. По крайней мере, на людях. Сам понимаешь, будет странно, если на тебя наткнётся кто-то из "посвящённых". - Ответил Михаил, явно понимая, что от встреч с семьёй я не откажусь.
   - Значит, ухожу в подполье? - Я вздохнул.
   - Можно сказать и так. - Кивнул цесаревич, водружая на стол плоскую шкатулку. - Держи. Здесь документы, браслет с доступом к твоему новому счёту и кое-какие инструкции на первое время...
     

Глава 8. Поболтать и отболтаться

   - А теперь, выслушай кое-какие подробности. - Михаил откинулся на спинку кресла. - Я редко объясняю свои решения, и ещё реже прошу за них прощения, но сейчас в этом есть насущная необходимость. Я должен извиниться за то, что ТАК использовал ваше несостоявшееся выступление и не поставил тебя в известность заранее. Был шанс, что такого развития событий удастся избежать, но увы, не вышло.
   - И что же стало причиной? - Тихо спросил я, старательно давя в душе недовольство и гнев от того, что из-за игр сильных мира сего, мне в очередной раз приходится вертеться как ужу на сковородке. Да и осознание факта, что благодаря сидящему напротив человеку, вся моя только-только начавшая входить в колею жизнь, вновь сделала кульбит, тоже не способствовало спокойствию. Впрочем, пока мне вполне удавалось скрыть бурлящие эмоции.
   - Атака монастыря была не единственным происшествием. За четыре прошедших дня удалось предотвратить два из трёх покушений на жизнь известных в стране грандов. - Вздохнул цесаревич. - И у нас есть все основания считать, что ты тоже числишься в списке целей. Поэтому, получив во время праздника информацию об очередном нападении, я решил не терять времени и задействовать в отношении тебя один из разработанных планов. Возможно, не самый лучший, но... самый удобный для нас, если честно.
   - И что, остальных грандов вы тоже собираетесь "убить при покушении"? - Фыркнул я.
   - Почти. - Слабо улыбнувшись, пожал плечами Михаил. - У некоторых из них достаточно сил рода для защиты, а те, кто по каким-то причинам лишены такой возможности, будут тем или иным способом скрыты от преследования... как ты, например. Впрочем, это ненадолго. Думаю, уже через полгода, максимум, через год, мы полностью решим проблему, и вы сможете вернуться к обычной жизни.
   - Ясно. Это воодушевляет. - Кивнул я. - А в чём состоит "удобство" этого вашего варианта?
   - Я бы даже сказал "полезность". - Отозвался цесаревич. - Суть дела в следующем: как показали недавние события, некоторые секреты нашего государства таковыми уже не являются. Охота на глав специальных служб и атака Аркажского монастыря доказали этот факт. И у меня... у нас с отцом есть весьма обоснованные подозрения, что без утечки информации через клуб эфирников, дело не обошлось. Сейчас, полным ходом идут проверки всех участников клуба, а остатки ведомства Никиты Силыча переведены в одно из убежищ. О тебе разговор особый. Инсценировка твоего участия в покушении станет...
   - Дезинформацией для дальнейшего вывода на чистую воду возможных "кротов". - Завершил я фразу вместо своего собеседника. Цесаревич неопределённо хмыкнул.
   - Вообще-то, я хотел сказать, что эта инсценировка почти со стопроцентной гарантией избавит тебя от возможного преследования со стороны охотников на грандов, что, в свою очередь, позволит тебе спокойно заниматься подготовкой будущих мастеров Эфира, жизненно необходимых государству, не отвлекаясь на ненужную суету. - Произнёс он, после недолгого молчания.
   - И под куда более пристальным присмотром со стороны государства, нежели это было оговорено нами ранее, не так ли? - Ядовито дополнил я и, фыркнув, договорил. - Ну и конечно, у вас и в мыслях не было идеи, "слить" реальное положение дел самым вероятным подозреваемым, а потом использовать меня и моих "скрывшихся" коллег в качестве наживки, да?
   - Кирилл!
   - А что? Вполне ожидаемый ход. Могу поспорить, что тех самых "посвящённых", о которых мы говорили в начале нашей беседы, то есть, людей осведомлённых одновременно о моей "смерти", связи с Никитой Силычем, его до недавнего времени фиктивной гибели и о беспочвенности слухов вокруг вашего с ним "противостояния", очень и очень немного. Я бы даже сказал, что таких людей не больше десятка на всю страну. Так что, вам будет достаточно раскрыть каждому из подозреваемых информацию о местонахождении одного из грандов, а после останется лишь дождаться покушения и тем самым определить личность "крота". Не так ли?
   - У тебя извращённая фантазия, Кирилл Николаевич. - Покачал головой Михаил, еле заметно усмехнувшись.
   - Я читал много детективов, ваше высочество. - Парировал я, уже понимая, что ни подтверждения ни отрицания верности этого предположения, не дождусь. - Кстати, если позволите, я выдвину ещё одну гипотезу.
   - Ну-ка, ну-ка... с удовольствием послушаю. - Изобразил предельное внимание мой собеседник.
   - Полагаю, ваши действия по инсценировке покушения на празднике преследовали ещё одну цель, может быть и побочную, но от этого не менее неприятную для меня, а именно, возможность затормозить процесс получения положительного решения по вопросу организации производства гражданских ТК. Как вы сами сказали, чтобы эта суета не отвлекала меня от обучения будущих мастеров Эфира. Я прав?
   - Ну это уж совершеннейшая чепуха! - Не сдержал смешка цесаревич и, под моим удивлённым взглядом, пояснил. - Во-первых, Кирилл, я прекрасно осведомлён о том, кто именно в вашем тандеме с Ольгой Бестужевой действительно занимается проектом гражданского ТК, и это вовсе не ты. А во-вторых... впрочем, об этом тебе скоро расскажет сама Ольга. Через пару-тройку дней, не позже, вот увидишь. И честное слово, ты ещё спасибо мне скажешь за помощь.
   "Посмотрим". - Мысленно хмыкнул я, одновременно кивая собеседнику.
   - Скажешь-скажешь. - Заверил усмехающийся цесаревич, словно почуяв моё недоверие, но тут же стёр улыбку с лица. - Кирилл, а теперь, давай оставим пустые гипотезы, и поговорим о вещах более приземлённых.
   - Например?
   - Об условиях твоей жизни на ближайшие полгода-год. - Произнёс Михаил. - И начнём, пожалуй, с самого очевидного, имени и денег. В шкатулке ты найдёшь документы на имя рядного боярского сына рода Бестужевых, Кирилла Кратова. Возраст - шестнадцать лет, дату рождения посмотришь в паспорте. Теперь, о деньгах. На счету твоей новой личности находится та же сумма, что и на счету Кирилла Николаева. Можешь распоряжаться ей, как тебе угодно, но учти, по окончании этого театра, израсходованная тобою часть средств будет списана с твоего основного счёта. Уж извини, но благотворительностью наше казначейство не занимается.
   - Понимаю. - Кивнул я. Что ж, это неплохая новость. Не хотелось бы покинуть подземелья Александровского кремля голодранцем. А в том, что воспользоваться своим личным счётом без риска раскрытия, мне не удастся, я не сомневаюсь. Конечно, совсем без денег я бы не остался, Валентин Эдуардович, например, не откажется одолжить мне почти любую сумму, хотя необходимость что-то просить мне совсем не по душе. Как не по душе и тот факт, что цесаревич даже не заикнулся о компенсации за уничтоженный "Визель". Жирный минус ему.
   - Замечательно. С этим разобрались. - Михаил хлопнул ладонью по столешнице. - Теперь, о твоих планах и месте твоего жительства на ближайший год. Сам понимаешь, ни в Сокольниках, ни в Костроме тебе лучше не появляться. А посему... я бы хотел предложить тебе проживание на казённой квартире... и место инструктора в одном из наших закрытых учебных заведений. Естественно, с оплатой согласно твоему статусу.
   Ну, вот и стало окончательно ясно, почему цесаревич прибёг к этому фарсу. Вопрос лишь в том, с чего вдруг ему так приспичило заполучить меня в качестве учителя. Впрочем... это несложно. Единственный человек, что мог продемонстрировать ему свои успехи на ниве оперирования Эфиром, это Аристарх. Не думаю, что он стал бы рассказывать о методах моих тренировок, всё же, нарушать правила не в его стиле, но ведь ему достаточно было продемонстрировать своё немало возросшее мастерство в работе с Эфиром, и этого хватило. Ну, Михаил, чёртов манипулятор! Вряд ли, конечно, он изначально задумывал эту комбинацию, но воспользоваться подвернувшимся случаем... о да, это вполне в духе цесаревича. Ну, змей же, натуральный! Чешуйчатый и ядовитый, чтоб его!
   - Благодарю за беспокойство, ваше высочество, но я вынужден отказаться от этого щедрого предложения. - Медленно произнёс я. - Ваши недавние действия и без того затрудняют мне исполнение взятых на себя обязательств, а предложенная должность и вовсе лишит такой возможности.
   - Подумай хорошенько, Кирилл. - Проговорил цесаревич. - Думаю, администрация заведения пойдёт тебе на встречу и позволит обучать не только курсантов, но и личных учеников. А их можно будет доставлять к месту занятий и обычным "окном". Тебе это вполне по силам, не так ли?
   - Увы, ваше высочество, но как вы понимаете, в моё отсутствие, ученикам нет причин жить под одной крышей, более того, будет странно и опасно для нашего театра, если они вдруг откажутся разъезжаться по домам. А это значит, что вместо одного перехода, мне придётся открывать несколько. И о каких занятиях может идти речь, если после такой доставки я буду выжатым лимоном, как минимум, пару-тройку часов? Нет, даже не уговаривайте.
   - Это единственное препятствие? - Осведомился Михаил.
   - Нет, конечно. - Пожал я плечами. - Основной проблемой в данном случае, является тот факт, что я физически не в состоянии вести больше пяти-шести учеников одновременно, иначе рискую не выдержать нагрузки и свалиться с истощением. Собственно, я об этом уже как-то рассказывал Федору Георгиевичу... в смысле, нынешнему боярину Громову. И если необходимо, он может это подтвердить.
   Цесаревич скривился, но поверил и Эфир не помог. Ещё бы, я ведь ни словом не соврал. Просто чуть-чуть не договорил. Ну в самом деле, зачем ему знать, что в день я могу вести две-три группы, а?
   - "Вести", значит. - Протянул Михаил. - Это какая-то эфирная техника?
   - Можно и так сказать. - Кивнул я. - Во время тренировки я контролирую состояние учеников, не позволяя им "хапнуть" Эфира больше, чем способны выдержать их тела, ещё не достигшие своего потолка развития. Собственно, это единственное, что отличает мои тренировки от обычных. Остальное, лишь следствие этого приёма.
   - И ты так спокойно об этом рассказываешь? Делишься секретами? - Удивился цесаревич.
   - Почему бы и нет? Раз уж я не могу ответить согласием на ваше предложение, то почему бы не помочь хоть чем-то? - Ответил я. - К тому же, в этом нет никакого секрета. Главное, найти эфирника развившего своё чутьё достаточно, чтобы ощущать количество энергии в телах людей... и способного удержать их от "жадности".
   - Иначе говоря, таким учителем может быть только гранд и мощный сенсор, так? - Уточнил мой собеседник.
   - Именно, ваше высочество. - Кивнул я. Ну а о том, что этот гранд ещё должен обладать и некоторыми специфическими знаниями, я, пожалуй, промолчу. А что? Никто и не говорил, что я так просто отдам свои наработки.
   - Хм, занятно. - Проговорил Михаил, явно задумавшись, но, заслышав бой часов, опомнился. - Что ж, спасибо и на этом, Кирилл. А теперь, извини, но нам пора закругляться. Тебя проводят к выходу...
   Вспомнив, наконец, правила этикета, я поднялся с дивана и, отвесив полупоклон цесаревичу, шагнул к дверям.
   - Кирилл! - Окликнул меня Михаил, когда я уже взялся за дверную ручку. Пришлось притормозить. - В случае неприятностей... любых неприятностей! Вызывай подмогу. Красная кнопка на твоём браслете.
     

Глава 9. Логика действий

   Поиск в парке показал полное отсутствие каких-либо наблюдателей вокруг моего дома, а вот обыск самого здания и прилежащей территории закончился двухчасовой работой с найденными в нём чужими фиксаторами, которые пришлось максимально незаметно для операторов подключать к домашнему вычислителю. Уж не знаю, кто именно озаботился такими мерами контроля, цесаревич или какая иная сволочь, но теперь им здесь не светит. Спасибо Ольге за науку, отныне фиксаторы будут передавать лишь смену дня и ночи в пустом доме.
   Убедившись, что сделал всё возможное и оградил себя от чьего-либо наблюдения, я, наконец, скинул отвод глаз и, рухнув на диван, тяжело вздохнул. Покосился на купленную в Александрове пластиковую непрозрачную папку, в которую переложил переданные Михаилом документы, но даже не стал за ней тянуться, хотя очень хотелось спалить к чертям её содержимое, даже не читая.
   Усталость накатила волной, заставляя дрожать руки и ноги так, словно, я сутки разгружал вагоны. Подремать бы сейчас, да не могу. Мысли мечутся как испуганные зайцы, голова трещит и раскалывается, а глаза застилает красная пелена от гнева... положительно, соваться в таком состоянии к Ольге, не лучшая идея. Прости, милая, но придётся тебе ещё немного меня подождать.
   Чёрт, удавил бы цесаревича! Защитить меня он, видите ли, хотел, ага. Сказочник! Не предупредив, не оговорив, даже не приказав! Ладно, Там... там была присяга, был приказ, и на моей шее висело его исполнение. Служба такая, другой не бывает. Но при всей её строгости, ни один генерал никогда не использовал меня и моих людей с таким цинизмом. Нет, бывало, что перед бойцами ставили трудновыполнимые или попросту самоубийственные задачи, использовали как отвлекающий момент или отводили роль наживки, но всегда был приказ, а любые задачи нам именно с т а в и л и, всегда следуя завету Суворова: "каждый воин должен знать свой манёвр".
   Здесь же, кажется, этот принцип не в чести. По крайней мере, у одного ушлого умника с титулом наследника престола и задатками Ришельё. Да, какую бы ярость в отношении цесаревича я не испытывал, как бы не хотел его удавить, не могу не признать, что Михаил великолепный игрок и манипулятор. Фактически, идя к какой-то своей, неизвестной мне цели, он умудрился, эдак походя, использовать меня как пешку в своей игре и тем же действием обломать все мои возможные трепыхания. И даже, чуть было не заставил на себя работать. Да, как же я мог забыть? При этом, наследник умудрился соблюсти каждую букву нашего договора и оградил меня от политических игрищ, по крайней мере, на ближайшее время. Ведь втянуть во что-то коматозника или труп, довольно затруднительно, не так ли? Умно, конечно. Если не считать того, что эти действия сильно ограничили мои возможности и подарили цесаревичу возможность влияния на меня. С-сука!
   Так, стоп. Не кипешить и не спешить. Если Кирилл Николаев сейчас недееспособен, а его тёзка Кратов находится под колпаком, о чём ненавязчиво намекают найденные мною в доме фиксаторы, "жучки"-маячки на теле и в подаренных цесаревичем браслете-коммуникаторе и сейфе-шкатулке, это же не значит, что и Росомаха должен сложить лапки и смириться, правильно? Правильно. Осталось лишь решить, что делать. Пф, один из двух "вечных" вопросов. Хорошо хоть, что ответ на второй мне уже известен. Вот только дотянуться до шеи этого "виноватого", вряд ли удастся. Да и чёрт с ним! Не хватало ещё бодаться с царской семьёй. Один раз попал, узнал чего стоит царское внимание, и будет. Урок выучен, повторение не требуется, а значит, все благие пожелания Михаила и его же инструкции отправляются в печь.
   Хм. А вот, собственно, и задача номер один: обезопасить себя от манипуляций ушлого цесаревича и ему подобных личностей. М-да, большая проблема, как слон большая. А слона надо есть по кусочку...
   Что ж, приступим. Кусочек первый, личная безопасность. Дать бы себе по шее за то, с какой лёгкостью меня спеленали рынды на празднике... Расслабился, дурак, поверил, что на таком сборище никто не станет нападать. Ну, как же, ведь "...нет в государстве места безопаснее, чем под защитой ока государя...". Вот тебе и урок номер два. Каким бы крутым ты ни был, гранд, хлопни ушами и один-единственный дротик со снотворным окунёт тебя в дерьмо с головой. Принято и усвоено, отныне, контроль над окружающей обстановкой, наше всё. Паранойя, радость моя, просыпайся! Считаем, что мятеж продолжается, и каждый встречный-поперечный готовит если не атакующую технику, то стреломёт.
   Помимо этого, стоит внимательнее отнестись к своему окружению. Слабых мест у меня немного, но они есть. Кроме физической безопасности собственного тела, это мои ученики, Бестужевы и Вербицкие. Да, тут будет посложнее, особенно, учитывая место службы Валентина Эдуардовича и Анатолия Семёновича. Впрочем, если подумать... будущий тесть и его коллега отнюдь не безобидные овечки и сами в состоянии за себя постоять. А вот ученики и Мария, это другой вопрос. По всем законам, писанным и неписанным, их безопасность - моя задача, как учителя и будущего регента. Хм, а может быть стоит её немного упростить? Ведь, если они окажутся вне досягаемости манипуляторов, то и на меня через них надавить не выйдет, так? Так.
   Что ж, решено. Мария войдёт в число моих учеников, а после я сделаю всё, чтобы ни люди цесаревича, ни кто другой не смог до них добраться. Благо, сама Вербицкая уже месяц мнётся и не решается попросить меня об обучении. Как бы ни смешно это звучало, но наша непревзойдённая актриса, кажется, просто стесняется. Или вопрос в деньгах? Если вспомнить, сколько мне платят Громовы и Посадская... впрочем, это решаемо.
   Чёрт, чуть не забыл! Георгий и Инга... Но с ними всё гораздо проще. Официально, моё пребывающее в коме тело находится в медбоксе костромского имения Бестужевых, а где должны быть ватажники? При "атамане". Вот пусть и поживут пока под присмотром людей тестя. Валентин Эдуардович не откажет, а мне спокойнее будет. Но прежде, нужно обсудить с ними этот вопрос, иначе, чем я буду отличаться от Михаила с его отношением к людям, как к бессловесным инструментам? Не-не-не, такой хоккей нам не нужен! Решено, после встречи с Ольгой, обязательно загляну к будущему тестю, а оттуда к Жоре с Ингой.
   Щёлкнув зажигалкой, я прикурил сигарету, вытащенную из найденной на столе пачки, затянулся и, откинувшись на спинку дивана, уставился на поднимающуюся к потолку тонкую ленту дыма. Рука нашарила папку с документами и, выпотрошив её, ухватилась за несколько исписанных от руки листов и пакет с паспортом.
   "Инструкции на первое время", да? Что ж, думаю, прежде чем сжечь, стоит с ними ознакомиться. Хотя бы для того, чтобы знать, что именно мне НЕ СТОИТ делать и с кем НЕ НУЖНО встречаться.
   Пакет с паспортом я отложил в сторону, и принялся за чтение той белиберды, что написал для меня цесаревич. Данные моего куратора, на котором, оказывается, лежит задача решать любые мои вопросы, начиная с аренды подходящего жилья и заканчивая взаимоотношениями с властями любой губернии или уезда. Список мест, где мне ни в коем случае нельзя появляться и перечень лиц, с которыми мне категорически запрещено встречаться. Однако! Если верить этим двум спискам, то мне вообще нужно запереться в каком-нибудь подвале и перемещаться по стране исключительно с помощью "окон"... или под отводом глаз. Ха! И как апофеоз, список учебных заведений на случай, если я надумаю обзавестись документами об образовании или решу поиграть в школьника. Вот уж на фиг. Только-только отделался от этого геморроя!
   А сами инструкции можно свести к одному незатейливому выводу: "не высовывайся, слушайся взрослых дядек, они знают как лучше". Что и требовалось доказать. Как бы ни был умён цесаревич, сколько бы и чего он про меня не узнал, относиться иначе, как к пятнадцатилетнему недорослю, он не собирается. Что ж, оно и к лучшему!
   Я глянул на запястье, которое должен был украшать браслет-коммуникатор, переданный мне цесаревичем, и чертыхнулся. Не везёт мне на эти устройства, уж сколько я их сменил за прошедший год, не сразу и подсчитаешь! Я вздохнул и, отыскав взглядом стоявший на столе будильник, покачал головой. Выделенное самому себе "свободное" время на исходе, а я так толком и не отдохнул. Ну, хоть успокоился и то ладно.
   Хлопнув ладонями по коленям, я решительно поднялся на ноги и, убрав документы обратно в папку, отправился туда, где оставил браслет, шкатулку и "жучки"... и тот "маячок", что выудил из-под кожи на своей спине.
   "Сандуны". Это место я любил ещё Там, хотя бывать в нём доводилось нечасто. Сначала из-за службы, а потом запретили врачи. Да и мотаться за две сотни километров от дома до Москвы, только для того, чтобы посетить знаменитые бани, было проблематично. А вот сейчас, таких проблем с расстояниями нет, и что-то говорит мне, что теперь я стану довольно частым гостем в Сандунах в частности, и в банях вообще. По крайней мере, до поры до времени. Почему именно бани? Потому что тот "маячок"-волосок, что я обнаружил в своём теле, как показало его извлечение, весьма чувствителен к жаре и холоду. Иначе говоря, при изменении температуры окружающего его кожного покрова больше, чем на градус, он отключается, переходя в режим накопления энергии, и вновь начинает передавать сигнал в Эфир, когда температура возвращается к норме. Решение удобное, логичное, но не без изъяна.
   Покинув знаменитое заведение, кстати, здесь, до сих пор принадлежащее семье основателя, я свернул во дворы и, открыв "окно", шагнул в гостиную особняка Бестужевых в отстраивающемся заново боярском городке.
   Первой на моё прибытие отреагировала Ольга. Кажется, наше "приключение" заставило её прийти к тому же выводу, что и я недавно, и теперь моя невеста непрерывно мониторит окружающую обстановку в Эфире. Ничем другим её столь скорое появление в пустой гостиной отцовского дома, я объяснить не могу.
   Во мгновение ока преодолев разделявшее нас расстояние, Оля повисла на моей шее и, окатив шквалом эмоций, молча засопела куда-то мне в ухо. Попытка отцепить от себя переволновавшуюся девушку, ни к чему не привела. Невестушка ни в какую не желала размыкать стальную хватку, так что пришлось брать её на руки и в таком вот виде дефилировать по дому в поисках Валентина Эдуардовича.
   Впрочем, это оказался напрасный труд. Едва завидев меня с Олей на руках, Бестужев весело фыркнул и махнул рукой.
   - Потом поговорим, Кирилл. А сейчас, удели внимание невесте, она за тебя испереживалась. - Боярин подмигнул и, развернувшись, скрылся за дверью в кабинет, только замок щёлкнул.
   - Слышал, что папа сказал? - Прошептала Оля. - Надеюсь, где находится моя комната, ты не забыл. Неси.
   - Несу. - Улыбнулся я.
   Рассказ о событиях тех суток, что прошли с момента нашего расставания, занял не так много времени, и за эти полтора часа я успел поведать не только подробности встречи с цесаревичем, но и свои выводы по её итогам и даже, вкратце, дальнейшие планы. Но тут я не стал углубляться в детали, просто потому, что они пока отсутствуют.
   - Может быть, ты и прав, Кир. - Хмуро заметила Оля, выслушав мой рассказ. - Пусть мне хочется верить, что Михаил был искренен, убеждая нас в своём расположении, и доказывая, что желал лишь защитить тебя от тех, кто решил уничтожить грандов, но... Кирилл, я попрошу только об одном: не вздумай исчезнуть... без меня!
   - Обещаю. - Кивнул я в ответ. Какая у меня умная невеста, это что-то...
     

Глава 10. Обычаи народов мира

   - И что ты собираешься делать? - Поинтересовался Валентин Эдуардович, выслушав практически дословный пересказ моего разговора с цесаревичем.
   - Избавиться от контроля царской семьи.
   - А как же клятва опричника? - Нахмурившись, спросил боярин. Впрочем, в эмоциях его, точнее, тех куцых огрызках, что я мог ощутить, не было и намёка на недовольство.
   - А я и не собираюсь её нарушать... первым. - Пожал я плечами. - Но и соблюдать буду точно так же, как цесаревич, то есть, следуя не духу, а букве нашего договора.
   - Вот как? Интересно. - После долгой паузы протянул Бестужев. - И в чём будет выражаться это "следование букве"?
   - В данный момент, это исполнение явно выраженного намерения Михаила на ближайший год скрыть меня от чужих глаз и отстранить от общественной жизни. Я выполню его волю. - Спокойно! Не стоит заплёвывать дорогой ковёр в кабинете будущего тестя. - Выполню на все сто процентов.
   - И ты не собираешься ему мстить? - Боярин удивлённо приподнял бровь.
   - Я похож на идиота? - Ответил я вопросом на вопрос. - Смерть цесаревича в такой неспокойный период способна принести лишь новую смуту. А я пока ещё не настолько силён, чтобы гарантированно защитить моих близких в подобном случае.
   - То есть, полностью со счетов такую возможность ты не сбрасываешь? - Подозрительно прищурившись, уточнил Бестужев.
   - Пока Михаил не нарушает условий нашего договора и не угрожает моей жизни или жизням моих близких, ему нечего опасаться.
   - Не уходи от ответа, Кирилл! - Повысил голос боярин.
   - Мне не нужна месть. - Вздохнул я. - Да, меня взбесил поступок наследника и его попытка привязать к себе, подаваемая под видом беспокойства за мою безопасность и под прикрытием долга сюзерена по защите своего вассала. Да, мне чрезвычайно не нравится, что он уничтожил моё имущество и даже не подумал компенсировать его стоимость. Но это не значит, что я собираюсь перерезать глотку этой жадной сволочи. Не надо считать меня кровожадным идиотом. Как я уже сказал, Михаил действовал в рамках нашего с ним договора, хотя и следовал не его духу, а букве. Я отвечу ему тем же. У меня есть чётко прописанные обязательства перед сюзереном и я просто не стану выходить за их пределы. Иными словами, буду итальянить.
   Боярин смерил меня долгим взглядом и... расхохотался.
   - Да, такого я от тебя не ожидал. - Заключил он, вытирая выступившие от смеха слёзы. - Устроить сюзерену итальянскую забастовку... Кирилл, ты страшный человек!
   - Рано радуетесь, Валентин Эдуардович. - Вздохнул я и будущий тесть моментально насторожился. - Это означает, что в случае, если наш конфликт с цесаревичем не будет решён до наступления моего восемнадцатого дня рождения, открытие нашей школы не состоится.
   - Что? Почему? - Взвился Бестужев.
   - Потому что большая часть моих обязанностей по договору с наследником, касается именно школы.
   - Нет школы, нет и обязанностей, так? - Понятливо кивнул тесть.
   - Именно.
   - Что ж, будем надеяться, что вы решите свои противоречия меньше, чем за три года. - Вздохнул Бестужев, помолчал и, тряхнув головой, слабо улыбнулся. - Ладно, Кирилл. С этим разобрались, а теперь, давай поговорим о твоей затее с "исполнением воли сюзерена"...
   Разговор с будущим тестем закончился глубоко за полночь, когда в кабинет отца нагрянула Ольга, рассерженная слишком долгим отсутствием жениха в её спальне.
   А утром... очень ранним утром, был звонок назначенному мне куратору и, как итог, в полдень, вместо того, чтобы вплотную заняться вопросом перехода Марии под мою полную ответственность, я был вынужден, изображать джеймсбонда и идти на абсолютно не нужную мне встречу с этим... эх!
   Шаг в "окно" и вот я уже стою в одном из вечно пустых закоулков Замоскворечья. За углом находится дом, доставшийся от родителей Кирилла, но туда мне сейчас не нужно. Встреча назначена в кафе на соседней улице, и до неё ещё добрых полчаса. Достаточно для того, чтобы спокойно осмотреться и определить точки, где могут засесть наблюдатели или, куда те же наблюдатели могут напихать фиксаторы. Что ж, отвод глаз мне в помощь.
   Короткая пробежка по близлежащим улочкам и переулкам заканчивается у входа в нужное мне кафе. Наблюдатели действительно имеют место быть, точнее, один наблюдатель, занявший место на открытой веранде. Непримечательный тип в сером льняном костюме. Ёжик седых волос, невыразительное лицо... мимо такого пройдёшь и не заметишь. Единственное, что его выдаёт, это полная сосредоточенность, совершенно несовпадающая с расслабленным внешним видом. Браслет, отданный мне Бестужевым и заменивший "подарок" цесаревича, ныне покоящийся в кармане, щёлкнул. Вот и "фото". Не знаю, пригодится ли, но пусть будет.
   От наблюдений меня отвлёк шум двигателя и тихий скрип тормозов остановившегося у тротуара старенького купе "Гепард". Хм, подобную машину проще встретить в автопарке какого-нибудь гордого коллекционера, чем на улице, но конкретно этот экземпляр, не стесняясь, можно выставить разве что на свалке. Рыдван, видавший лучшие дни. А за его рулём, я вижу знакомое по недавнему сеансу связи, лицо моего "куратора". Правда, сейчас оно выглядит не таким помятым, как во время нашего недавнего разговора, что не удивительно. После моего звонка в пять утра, у него было достаточно времени, чтобы привести себя в порядок.
   Забавно. Не думал, что доверенные лица царской семьи получают настолько маленькое жалованье. И не надо про конспирацию. Даже если бы этот умник прикатил на нашу встречу, сидя за штурвалом спортивного болида "Формулы-1", он бы привлёк куда меньше внимания, чем сейчас. Эх... да и чёрт с ним! Три месяца... мне нужно продержаться только три месяца. И успеть завершить несколько дел, за всё те же проклятые три месяца.
   Именно с такими мыслями, я вошёл в кафе, естественно, предварительно скинув с себя отвод глаз в одной из близлежащих подворотен.
   - Кирилл? - Окликнул меня успевший устроиться за столом, и вооружившийся папкой с меню, куратор.
   - Добрый день, Сергей Александрович. - Усевшись в кресло напротив моего нового знакомого, кивнул я.
     
   * * *
   Чёртов день! Чёртово задание! Чёртов мальчишка! А ведь Сергей ещё утром понял, что это будет отвратительная миссия, но он даже не предполагал, насколько всё будет плохо.
   Сначала, этот идиотский звонок в шестом часу утра, когда сам он лёг спать в два часа ночи из-за незаконченного отчёта. Потом был обожжённый горячим чаем язык и, как следствие, залитая всё тем же чаем, любимая рубашка. Потом была неожиданная поломка машины, вместо которой пришлось выкатывать из гаража давно заросший паутиной отцовский "Гепард" и, как вишенка на торте, встреча с этим малолетним зас... занудой. А ведь солнце всего лишь час назад перевалило за полдень!
   Сергей тихо застонал, вспоминая ровный безэмоциональный тон, которым его подопечный перечислял список предстоящих дел и требующих скорого решения задач. И первым среди них, стал поиск жилья. Вот где мелкий мерзавец показал свою натуру конченного зануды. Сергей заранее ознакомился со своей миссией, и у него был готов обширный и весьма подробный на описания, список квартир и домов в самых разных губерниях страны, так что он совершенно не беспокоился об этой стороне дела. Как выяснилось, зря.
   Мальчишку интересовало всё! От характеристик и местоположения жилья и безопасности района, в котором оно располагается, до расстояния от ближайшей школы, магазинов, аптек, поликлиник и даже пожарных станций! Этот зануда разве что соседями не интересовался, и то лишь потому, что без выезда на место, этот вопрос не решить! И так с каждым, КАЖДЫМ предлагаемым вариантом. А их, между прочим, в списке Сергея, больше полусотни!
   Сначала, куратор предположил, что подопечный над ним просто издевается. После пятого рассмотренного варианта, глядя в глаза этого чудовища, Сергей понял, что готов его убить. А после двенадцатого, убедился, что собеседник абсолютно серьёзен и даже не понимает, почему сидящий напротив него мужчина, после очередного вопроса о наличии теннисных кортов поблизости от рассматриваемого дома, покраснел и начал скрипеть зубами.
   - И всё-таки, северо-восточное направление от Москвы, было бы предпочтительнее. - Вздохнул Кирилл. Его собеседник моргнул, перевёл взгляд на развёрнутый экран браслета, где красовалась карта с указанием обсуждаемого объекта... Подольск. Северо-восток. Подольск... северо-восток... По... подонок!!!
   - И зачем тогда расспрашивать о доме расположенном на юго-западе? - Старательно давя поднимающуюся в душе волну бешенства, медленно, с расстановкой спросил Сергей. Мальчишка, в ответ, беззаботно пожал плечами.
   - Просто интересно было. Красивый же домик.
   Куратор взвыл!
   - Ты... ты... - Задыхаясь от ярости, захрипел куратор.
   - Что случилось, вам плохо? Сергей Александрович? - Забеспокоился этот засра... зануда, и Сергей, медленно выдохнув, схватился за стоящий на столе стакан с газировкой. Одним махом опустошив сосуд, он осторожно вернул его на стол, разжал дрожащую ладонь и, прикрыв глаза, постарался успокоиться. Когда же куратору удалось справиться с гневом, он окинул взглядом чинно сидящего напротив него мальчишку и тяжело вздохнул.
   - Кирилл, давай договоримся, а? - Тихим бесцветным тоном заговорил Сергей.
   - О чём? - Поинтересовался тот.
   - Ты пообещаешь мне умерить своё любопытство и перестанешь попусту тратить своё и моё время. - Произнёс Сергей.
   - И что мне за это будет? - Губы сидящего напротив мальчишки растянулись в такой хищной улыбке, что куратора передёрнуло от одного её вида. Мало того, что ему попался подопечный-зануда, так он ещё и жадный! Чёрт, это будет о-очень долгий день.
     

ЧАСТЬ II. ЗАТИШЬЕ

Глава 1. Извините и спасибо

   Цесаревич отложил папку с только что прочитанным отчётом и взглянул на вытянувшегося перед его столом во фрунт, молодого боярича Зотова.
   - Любопытно. - Обронил Михаил. - Весьма любопытно... и сухо.
   - Ваше высочество? - Вопросительные интонации в голосе боярича легко выдали его недоумение.
   - Ну же, Сергей Александрович. Не делайте вид, будто не понимаете, о чём я говорю. - Покачал головой цесаревич и ткнул пальцем в папку. - "Видели-слышали, были-сделали...". Перевод бумаги исключительно для постановки галочки в графе "выполнение задания". Одно "но"! Назначая вас куратором, я вовсе не ставил целью умножение бюрократической писанины на моём столе. Так что скажете, господин Зотов?
   - Но, ваше высочество... - Вскинулся боярич, и тут же стушевался под требовательным взглядом своего августейшего начальства. - Я не понимаю.
   - Впечатления, Сергей Александрович... и ваше личное мнение о подопечном и первой неделе работы с ним. - Сжалился цесаревич. - Вы неплохо разбираетесь в людях, потому я и поручил это заданием именно вам. Итак?
   - Прикажете переписать отчёт? - Медленно произнёс боярич, мысленно укоряя себя за "залёт".
   - Позже, разумеется. - Кивнул Михаил. - А сейчас мне хватит и устного доклада. Вы готовы?
   - Да, ваше высочество. - После недолгого размышления, кивнул Зотов и, вызвав на экран браслета собственный отчёт, бумажная копия которого в этот момент покоилась на столе цесаревича, заговорил. - Первое впечатление, составленное мною при знакомстве с подопечным, было крайне отрицательным. Виной тому, неудачное начало дня... и поведение Кратова. Если честно, то он показался мне жадным, заносчивым, занудным зас... кхм.
   - Засранцем, да? - Усмехнулся Михаил, закончив фразу за своего подчинённого. - Это не новость. А вот насчёт заносчивости и занудства, прошу высказаться подробнее.
   - Хм, с вашего разрешения, я бы продемонстрировал запись нашего знакомства, ваше высочество. Думаю, так будет нагляднее.
   - О, это весьма предусмотрительно с вашей стороны, Сергей Александрович. - Довольно улыбнулся Михаил, откидываясь на высокую спинку кресла. - Показывайте.
   Экран браслета увеличился до метровой диагонали и Зотов, подобрав ракурс подачи картинки так, чтобы на экране можно было видеть и подопечного и его самого, запустил воспроизведение. Цесаревич смотрел "кино" молча и только время от времени качал головой.
   - Действительно, жадный, занудный засранец. - Вздохнул Михаил, когда запись закончилась, и боярич вернул экран к прежнему размеру, удобному для чтения документов. - Хм, Сергей Александрович, вы говорили о первом впечатлении. А что, впоследствии оно изменилось?
   - Немного, ваше высочество. - С готовностью кивнул Зотов. - Через пару дней после нашего знакомства, Кирилл вдруг резко прекратил выводить меня из себя. Не скажу, что мы стали приятелями, он по-прежнему холоден в общении, скрупулёзен в исполнении стоящих перед нами задач и в следовании правилами, придирчив к мелочам, но издеваться перестал и вообще стал предельно вежлив. Правда, от жадности он тоже не избавился.
   - Через пару дней, говорите? - Цесаревич в задумчивости щёлкнул пальцами, но почти тут же его лицо посветлело. - А можете назвать точный день, когда с вашим подопечным произошли эти перемены?
   - Разумеется, ваше высочество. - Взгляд боярича пробежал по листам отчёта. - Среда, десятое мая. В этот день мы разбирались с обстановкой квартиры на Акуловой горе, что в Морхинино. Он, кстати, при встрече, просил передать вам спасибо. Но за что именно, не уточнил, сказал только, что вам известно и этого довольно.
   - Вот как? Ладно. А Морхинино... это у Учинского водохрана, да? Хорошее место, душевное.
   - Да, красивое место. Мы немного поспорили о том, из каких средств будет обставляться его жильё, но даже во время этого обсуждения, подопечный ни разу не попытался вывести меня из равновесия.
   - Стоп! Что значит, из каких средств? - Удивился Михаил.
   - Ну, я полагал, что раз подопечному выделен счёт в банковской конторе казначейства, то все расходы должны оплачиваться именно с него.
   - А Кратов доказывал обратное, я прав?
   - Именно так. Точнее, он напрочь отказался тратить эти деньги, упирая на то, что они принадлежат ему лично, и не должны быть включены в "бюджет, выделенный для обеспечения мер безопасности", это дословная цитата, ваше высочество. Переубедить его сразу у меня не вышло, а поскольку терять время в тот момент мы не могли, мне пришлось задействовать оперативный резерв моего отделения. Деньги были взяты наличными по линии служебных расходов, информация об этих расходах занесена в имеющийся у вас отчёт.
   - Вы поступили правильно, Сергей Александрович. - Вздохнул цесаревич. - Моя вина, я не предупредил вас о некоторых моментах... просто забыл, как ни прискорбно. Счёт, открытый на имя Кратова, действительно, не предназначен для таких трат. Это его личные деньги, и запускать в них руку мы не можем, даже для обеспечения его собственной безопасности. Да... а у вас не сохранилась запись вашего спора?
   - Сожалею, ваше высочество. Я не посчитал необходимым фиксировать тот наш разговор.
   - Ну и ладно. Это не обязательно, к тому же, я прекрасно представляю, как этот юноша умеет вести переговоры. - Усмехнулся чему-то Михаил. - Он вам не угрожал?
   - Нет. - Ошеломлённо покачал головой Зотов.
   - И хорошо. И замечательно. - Цесаревич явно был доволен. - Что ж, у вас есть, что добавить к уже сказанному, Сергей Александрович?
   - Пожалуй, только общие слова, ваше высочество. - Кивнул боярич. - За прошедшую неделю Кратов показал себя как умный и исполнительный молодой человек, закрытый, но не замкнувшийся в себе. Своё положение он полностью осознаёт и стремления избавиться от опеки не проявляет, точнее, проявляет его в той же мере, что и любой юноша его возраста. Но сомневаться в его здравомыслии не приходится, так что вероятность того, что Кирилл попытается сбежать, невелика.
   - Невелика или отсутствует? - Прищурился Михаил.
   - Когда речь идёт о пятнадцатилетних юнцах, ручаться ни в чём нельзя. - Слабо улыбнулся Зотов. - Но могу заверить, что в случае Кирилла, такой вариант куда менее вероятен, чем в любой боярской семье. Кратов не производит впечатления вспыльчивого и импульсивного юнца, а как показывает практика, именно такие, в первую очередь склонны бунтовать против излишнего контроля со стороны взрослых.
   - Что ж... я полагаюсь на ваши слова, Сергей Александрович. - После недолгого молчания, проговорил цесаревич. - Но прошу быть внимательным и впредь. Как вы только что сами сказали, с пятнадцатилетними юнцами ручаться ни в чём нельзя. Я не предлагаю ужесточать меры наблюдения и формы контроля, всё же ваша задача состоит не в том, чтобы полностью оградить подопечного от мира, но бдительность лучше не терять.
   - Я понял, ваше высочество. - Кивнул Зотов. - В ближайшие пару недель нам с Кириллом предстоит немало встреч, так что у меня ещё есть время получше присмотреться к нему и уточнить уже сделанные выводы.
   - Добро, Сергей Александрович. А теперь, - цесаревич перевёл взгляд на часы в углу кабинета и те, словно повинуясь приказу, заиграли полдень. - Прошу прощения, меня ждут дела.
   - До свидания, ваше высочество. - Поклонившись, боярич испарился из комнаты, будто его здесь и не было.
   - Десятое мая... спасибо... А что у нас было десятого мая? - Глядя куда-то в потолок, протянул Михаил и вдруг рассмеялся. - Вспомнил, чёрт его подери! Вспомнил!
     
   * * *
   Утро среды я встретил в очень хорошем настроении, повредить которому не мог даже лёгкий недосып после ночи проведённой в особняке Бестужевых. А после первой чашки кофе и от него не осталось и следа. Причина же этого крылась во вчерашнем дне, точнее в полученной утром посылке, если морской контейнер можно так назвать, конечно, и в приглашении на встречу для Ольги. Правда, и то и другое стало моей ошибкой, но честно говоря, этим ошибкам я был только рад, как ни странно это звучит.
   Я весьма скептически настроен по отношении к цесаревичу и у меня для этого немало причин. Начиная с бардака в его эфирном клубе и попыток посадить меня на короткий поводок, заканчивая его легкомысленным отношением к чужому имуществу. В конце концов, из-за интриг Михаила я лишился своего последнего "Визеля"... да и первого тоже. Но тот, я в любом случае обязан был сдать в государственную оружейную комнату, так что о нём и вспоминать бессмысленно.
   В общем, недавнее заявление цесаревича о том, что я, дескать, ещё спасибо ему скажу, я воспринял... да никак не воспринял, пропустил мимо ушей и всё. Уж слишком очевидным было желание Михаила затормозить работу над созданием гражданских ТК. Как выяснилось, я оказался неправ, и стоящий в гараже бестужевского особняка контейнер с парой "Визелей" в уже собранных стационарных стендах, тому подтверждение. Два вместо одного, уничтоженного его рындами! Да, присланные ТК более чем полностью лишены вооружения, а их банки памяти девственно пусты, но как сказала Ольга, сделать копию системы управления с "Визелей" имеющихся в распоряжении самого Бестужева, проблемой не будет. Правда, сколько времени придётся убить на полную очистку обоих ТК от всех натыканных в них жучков, она ответить не смогла. Но это уже другой вопрос... и Жора ей в помощь!
   А вторым "подарком" стало приглашение на встречу, присланное Ольге Иваном Лошинским от имени некоей Капитолины Саввишны Рюминой.
   Да, невеста вдоволь повеселилась, наблюдая за моим ревнивым бурчанием. Ну не верил я, не верил, что Лошинский зовёт Ольгу на деловую встречу. Я же видел, как он на неё смотрел тогда, на празднике. Потому и был убеждён, что имя Рюминой он использовал только для прикрытия. В результате, на рандеву Ольга пошла в сопровождении братца, в кои-то веки отвлёкшегося от общения с Марией Вербицкой, а по их возвращении, я был вынужден признать свою неправоту во второй раз. Договор о сотрудничестве в области разработки и строительства гражданских ТК, заключённый Ольгой и Капитолиной, послужил доказательством беспочвенности моей ревности. Да, чую, Громовы будут в ярости... и почему даже здесь мне мерещатся длинные уши цесаревича, кто бы сказал, а?
     

Глава 2. Кто за что

   Сегодня был один из тех редких в последнее время дней, что я проводил в особняке Бестужевых. Это было одно из немногих мест, где я появлялся, не опасаясь выдать своё местонахождение любопытным подчинённым цесаревича. В конце концов, что может быть естественнее, чем пребывание боярского сына Бестужевых в их собственном доме, не так ли?
   Вот и сегодня, закончив тренировку с учениками, проходившую в огромном спортивном зале городского имения Валентина Эдуардовича и проводив их в Сокольники на занятие с нанятым медиком, я устроился в гостиной, чтобы подвести итоги своих двухнедельных мотыляний меж Москвой и Морхинино, отягощённых постоянной игрой в прятки с наблюдателями, приставленными цесаревичем, а заодно, чтобы перечитать один занимательный договор, заключённый моей невестой с некой Капой Рюминой... Но если с беготнёй всё было ясно и прозрачно, планы исполнялись, техника готовилась и даже сроки вроде бы не поджимали, то с договором всё было куда сложнее. Нет, сам документ не был чем-то зубодробительным. Права и обязанности сторон расписаны ясно, ответственность определена честно и без перекосов для любой из сторон, но кое-что мне всё же не давало покоя, и я никак не мог найти время, чтобы обсудить это с Ольгой. То я занят, то она уже не в состоянии говорить на серьёзные темы...
   Хлопок двери в холле отвлёк меня от размышлений, а появившееся на периферии чувств ощущение приближающейся невесты, заставило улыбнуться. На ловца и зверь бежит.
   Впрочем, начинать серьёзный разговор сразу я не хотел. В конце концов, я уже три дня не имел возможности побыть с Олей наедине! Так что, сначала ужин, потом "свободное время", а уж потом...
   Ворвавшаяся в гостиную, суженая тут же оказалась у меня в объятиях и мысль об ужине как-то сама по себе решила уйти... не попрощавшись. И если бы не появившаяся в комнате следом за Ольгой, Раиса, "свободное" время для нас началось бы прямо сейчас. Но чтобы будущая супруга Валентина Эдуардовича и повар от бога оставила обитателей её дома голодными? Пф, скорее наступит конец света!
   А за столом нас уже дожидался сам хозяин дома и неведомо когда вернувшийся с прогулки Леонид, тут же принявшийся сверлить меня недовольным взглядом. Ну да, конечно, Машенька в очередной раз нажаловалась своему кавалеру на "ужасно злого и требовательного садиста-учителя". Сейчас меня будут пилить.
   - Даже не вздумай, Лёнь. - Опередил я младшего Бестужева, усаживаясь за стол рядом с Олей. - У неё и так нагрузки вдвое меньше, чем у тебя. Это, во-первых, а во-вторых, если твою разлюбезную Вербицкую не устраивает учёба под моим началом, она всегда может от неё отказаться. О последствиях я её предупреждал... и передай своей подзащитной, что если она ещё раз попытается действовать через третьих лиц, о тех самых последствиях я предупрежу и тебя.
   - А что за последствия? - Тут же поинтересовалась Ольга.
   - Мария знает. - Вот ещё, стану я сдавать свои козыри... тем более, такие! Мне ещё жить хочется.
   - Ну, Кирилл... - Протянула было невеста, но её остановил внимательный и не обещающий ничего хорошего взгляд отца, единственного непричастного человека, знающего о том самом предупреждении.
   - Оставь, дочка. Это только их дело.
   Но когда подобные взгляды останавливали мою шебутную невесту? Итогом стало продолжение допроса после ужина. А я ведь так хотел заняться чем-то другим, эх! Придётся переносить "свободное время" и немедленно менять тему разговора, забалтывая невесту, пока она не опомнилась. К тому же... нам действительно есть о чём поговорить.
   - Оля, объясни мне, идиоту, откуда у Рюминых такой интерес к гражданским комплексам? - Вздохнул я, тряхнув папкой с договором. - Мы ведь предполагали, что такие монстры производства, как их верфи и Гром-завод, будут совершенно индифферентны к подобной "возне в песочнице". Где мы просчитались?
   - Не мы, а ты, милый. - Устало улыбнулась Оля, вытянувшись на диване и удобно устроив свою головку у меня на коленях. Услышав моё сопение, она протянула руку и, ласково погладив меня по щеке, договорила. - Ну, не дуйся, а то лопнешь!
   - Издеваешься? - Хмыкнул я.
   - Чуть-чуть. - Лениво кивнула Ольга. - На самом деле, могу тебя успокоить. "Большим дядькам" действительно не интересен этот проект. Не те объёмы и "выхлоп" будет слишком мал, а вот для таких людей, как Капа Рюмина, это возможность. Свой проект, абсолютно лояльный родовому делу, расширяющий номенклатуру производства и увеличивающий его гибкость, да ещё и не требующий серьёзных вложений... это прямой путь наверх. А Капа девочка умная, и прекрасно это понимает. Одно "но". Правление не выделит средств на такое производство и не позволит использовать собственных людей для разработки и постройки таких игрушек, а искать исполнителей на стороне, дело долгое и муторное.
   - И это всё? - Удивился я.
   - Тебе мало? Тогда добавлю, Капа намекнула, что искать сотрудничества с нами, то есть, со мной, если быть точной, ей посоветовала одна хорошая подруга, жаловавшаяся на то, что её любимый младший брат, повёрнутый на технике вообще и тактических комплексах в частности, своими сожалениями о несчастном случае, из-за которого такой интересный проект повис на волоске, прожужжал уши всей семье.
   - Вот так новости. - Я замер. - А фамилия у этой "хорошей подруги" есть?
   - Догадливый. Есть, конечно, но их род традиционно ею не пользуется. - Довольно произнесла Ольга. М-да, в России есть только один такой род, представители которого даже в сказках Гербового приказа числятся не иначе как по имени-отчеству, да личному прозвищу, если таковое было. А что, их и так все знают и ни с кем не перепутают. В конце концов, с начала письменной истории государства, правящая династия не менялась.
   - Ну, цесаревич... ну... - Я вздохнул и, справившись с накатившими эмоциями, договорил. - Осталось разобраться, почему он подвёл именно Рюмину...
   - Кирилл, не тупи, пожалуйста! - Откликнулась Ольга. - В стране всего два концерна занимающихся производством тактических комплексов. Гром-завод и Рюминские верфи, помнишь? Царской семье просто не нужно сближение и, соответственно, усиление Громовых и Бестужевых.
   - А наше предстоящее бракосочетание, как будто, этому не поспособствует. - Фыркнул я, но тут же осёкся. - Стоп. Ничего не говори. Я понял.
   - Что именно? - Поинтересовалась Оля.
   - Я ведь не имею отношения к Громовым, по крайней мере, официального, так? К тому же, сейчас, я опричник, а значит, никаких политических дивидендов род Бестужевых от нашего союза не получит.
   - Точно. - Щёлкнула пальцами моя невеста.
   - Но ведь в этом случае и от сближения с опричниками Громовыми, Бестужевы не получают ничего, кроме экономической выгоды, да и та будет не настолько велика, чтобы вызвать беспокойство царской семьи.
   - А вот тут ты ошибаешься. - Покачала головой Оля. - Опричным боярином был Георгий Громов, а твой дядя Фёдор клятвы опричника не давал и явно не торопится этого делать. И я не удивлюсь, если такое вот промедление и послужило одной из причин, почему цесаревич решил свести нас с Рюмиными, а не Громовыми.
   - Опять интриги. А ведь обещал, скотина венценосная! - Поморщившись, заключил я.
   - А вот это, ты зря. - Вдруг нахмурилась моя невеста.
   - Да ну?
   - Ну да. - Передразнила Оля. - Суди сам. Наш род не настолько богат, чтобы организовать не то что завод по производству гражданских комплексов, но даже малое производство. Десять-пятнадцать машин в год, наш предел, зато с участием Рюминых, мы вполне можем выйти на сотню-другую комплексов в год. Это понимаю я, это понимает Капитолина, это понимает и цесаревич, но в отличие от нас с тобой и Капы, прямой выгоды от этого сотрудничества он не получит, из чего можно сделать только один вывод... Михаил просто нашёл такой вот своеобразный способ извиниться за свою выходку на Дне Тезоименитства его младшего брата... да и подаренные "Визели" говорят о том же. Или ты считаешь, что и в этом его "подарке" есть второе дно?
   - Помимо тех трёх десятков "жучков" и фиксаторов, что вы с Жорой в них отыскали? Вряд ли. Вообще, может быть, конечно, ты и права, если не учитывать только что озвученной тобой же догадки о том, что таким образом, цесаревич получил возможность поторопить дядю Федора с принятием решения о вступлении в опричную братчину и воплотить в жизнь желание не дать сблизиться родам Громовых и Бестужевых за счёт совместных финансовых интересов. - Заметил я.
   - Вот ты упрямый. - Недовольно покачала головой Оля. - Даже если так, кто может запретить ему попутно добиваться исполнения своих целей?
   - За мой... за наш счёт! - Буркнул я. - Я тебе рассказывал, как он пытался меня засунуть инструктором в какую-то дыру, "пока не закончится эта возня с охотой на грандов"? Хорошее дело... то прощенья просит, то пытается на короткий поводок со строгим ошейником взять.
   - Но ты ведь отказался, не так ли? А он не стал настаивать. - Заметила Ольга, хотя упоминание этого момента удовольствия ей явно не доставило. - Кирилл, пойми простую вещь. Он - наследник престола, для него интересы государства всегда будут выше интересов личности... любой личности, понимаешь?
   - Понимаю. - Успокаиваясь, кивнул невесте и закончил. - Но не принимаю. Тем более, никаких гарантий, что удовлетворившись отказом, Михаил прекратит попытки посадить меня на цепь, у нас нет. Ты это понимаешь?
   - Да. - Нехотя кивнула Ольга. - Но надеюсь, что повторять этот опыт он не станет.
   - Хм... надежда... одной надеждой сыт не будешь. - Пробурчал я. - И на слово этому лису я не верю, уж прости, если это задевает твои патриотические чувства.
   - Кирилл, давай не будем ссориться, а? - Устало попросила суженая. - Я согласна, что с цесаревичем нужно держать ухо востро, но не принимай в штыки абсолютно всё происходящее вокруг, пожалуйста.
   - Даже и не думал. - Отозвался я и, после недолгого молчания, произнёс. - Попробуем договориться, милая? Я не возражаю против сотрудничества с Рюмиными, всё же, это твоя епархия, а ты...
   - А я не буду столь доверчива по отношению к действиям цесаревича, да? - Неожиданно улыбнулась Ольга и кивнула. - Договорились. Как показывает практика, твоя паранойя порой идёт только на пользу делу. Главное здесь, не переборщить!
   - Вот и замечательно. - Я расслабился. - А теперь, поведай мне, пожалуйста, как прошло ваше сегодняшнее занятие у медика?
     

Глава 3. Домашние обеды

   Деньги-деньги-деньги... После "покупки" земли в Сокольниках, приобретения спасплатформы с последующей её доработкой и прочих трат, от радующей взгляд суммы почти в четыреста тысяч рублей, на моём счету осталось всего сто девять тысяч. Это не считая оставленного родителями депозита в полсотни тысяч рублей, дотянуться до которого мне не светит до самого восемнадцатилетия, и ренты с завещанного ими же замоскворецкого дома. Казалось бы, огромные деньги? Да, немалые. Их, пожалуй, хватило бы на долгую и весьма безбедную жизнь, но только не в моём случае. Для исполнения задуманного этой суммы хватит едва ли не впритык, а это совсем нехорошо. Одна надежда на то, что мне не придётся приводить свой план в действие до того, как Громовы перечислят ежегодную плату за обучение близняшек. И чтобы такого не произошло, сейчас мне приходится быть предельно аккуратным и внимательным.
   - Добрый день, Кирилл. - Вошедший в квартиру, как к себе домой, куратор махнул мне рукой и, не дожидаясь приглашения, уселся за кухонным столом.
   - Неплохой денёк. - Кивнул я, наблюдая, как Сергей принюхивается к стоящим передо мной блюдам. А вот когда его рука потянулась к одному из них, не выдержал. - Руки!
   - Что? - Отпрянув так, что едва не грохнулся со стула, Зотов перевёл на меня шалый взгляд.
   - Руки, говорю, перед едой мыть надо. - Вежливо улыбнулся я. Куратор хмыкнул и, демонстративно создав перед собой сферу горячей воды, сполоснул в ней ладони, после чего, булькающий шар был направлен им в сторону кухонной стойки, где и расплескался о латунное дно мойки. Техника воя, между прочим.
   Продемонстрированный фокус не добавил мне хорошего настроения. Тем более, что куратор, хоть и не в курсе моего настоящего имени и прошлого, но о вечном "ученичестве" в стихиях своего подопечного, осведомлён. Бесит, тварь. Специально бесит.
   - Всё? - С еле заметной ухмылкой спросил Зотов, демонстрируя мне вымытые и уже высушенные ветром ладони. Детский сад...
   - Приборы в верхнем ящике рабочего стола, тарелки в шкафу. - Кивнул я и, дождавшись, пока гость, вооружившись вилкой, ножом и тарелкой, вновь устроится за столом, договорил. - Вы уже в третий раз приходите в мой дом без приглашения и точно к обеду. Вам так нравятся приготовленные мною блюда?
   - Да, ты очень неплохо готовишь, Кирилл. Вкусно. - Согласился Сергей, наворачивая телячий гуляш со сдобренной шкварками гречневой кашей. Я улыбнулся.
   - Что ж, тогда учтите, с этого дня столование в моём доме для вас становится платным. Обед - пятьдесят рублей, ужин - сто.
   - Ты... - Зотов аж поперхнулся, но справившись с собой, утёр салфеткой губы и, окинув взглядом стол, на всякий случай отодвинулся от него подальше. - Ты с ума сошёл?
   - Отчего же? Любой труд должен быть оплачен, не так ли? И раз уж вы решили питаться в моём доме, будьте любезны возместить мои затраты сил, времени и денег на ваш прокорм.
   - Но сто рублей!!!
   - Сейчас, обед. Пятьдесят рублей. - Поправил я охреневшего от происходящего куратора.
   - Да чёрт с ним! Таких цен ни в одном ресторане нет!
   - Это проблемы ресторанов, которые не ценят труд своего персонала. Я же свой талант и труд оцениваю по достоинству. - Пожав плечами, ответил я и осведомился, кивнув на почти пустую тарелку, стоящую перед моим невежливым куратором. - Добавки?
   - Обойдусь. - Буркнул он, поднимаясь из-за стола, а в следующую секунду я услышал щелчок зажигалки.
   - Ваши манеры ужасны, Сергей Александрович. Будьте добры дождаться, пока я доем или, если вам уж так хочется курить, выйдите на лестничную площадку.
   Вместо ответа, Зотов подорвался с места и, покинув кухню-столовую, скрылся за дверью гостиной. К тому моменту, когда я закончил с обедом и, вымыв и убрав посуду, вышел с кухни, мой куратор уже успокоился.
   - Я думал, мы обо всём договорились и больше никаких издевательств с твоей стороны не будет. - Со вздохом произнёс куратор, раскладывая на журнальном столике какие-то бумаги.
   - Если я не язвлю, это не значит, что вам позволено сесть мне на шею и свесить ножки. - Отозвался я. - К тому же, терпеть не могу хамов. Можете так и записать в выводах по проведённому вами сегодня психологическому эксперименту.
   - Кхм. Эксперименту? - Сергей приподнял бровь, изображая удивление. Актёр... погорелого театра. Его бы Машке отдать, она бы за месяц из этого боярича артиста сделала.
   - Вот только не нужно изображать иди... кхм. - Я осёкся и тяжело вздохнул. Надоело. Мне откровенно надоело участвовать в этом фарсе. И либо это прекратится здесь и сейчас, либо... я плюну на должок Громовых и приступлю к исполнению своих планов немедленно. В конце концов, с оплатой обучения близняшек тоже можно что-то придумать. Что ж, выбор за куратором и в его же интересах сделать этот выбор правильно. Если, конечно, будущая служба по охране льдов русской Арктики, не является пределом его мечтаний. - Сергей Александрович, вы уже вторую неделю только тем и занимаетесь, что отслеживаете мои реакции на различные раздражители, может быть уже хватит, а? По-моему, за это время можно было составить психопортреты доброго десятка людей.
   Зотов смерил меня долгим, очень задумчивым взглядом и, чуть погодя, кивнул.
   - Хм, ладно. Будем считать эту фазу законченной. - Пробормотал боярич и принялся собирать бумаги, только что разложенные им на столике, складывая их обратно в папку.
   - Ещё один эксперимент? - Спросил я.
   - Что-то вроде того. - Нехотя согласился Зотов. - Хотел предложить тебе школу на выбор.
   - Вот спасибо! - "Обрадовался" я. - Мне только этого не хватало. Извините, Сергей Александрович, но я уже сдал выпускные экзамены экстерном и совершенно не горю желанием возвращаться обратно за парту.
   - Знаю. В твоём деле стоит отметка о сданных предметах. Много времени ушло на сдачу? - Совершенно спокойным тоном спросил боярич.
   - Вся последняя неделя апреля и пара дней в мае. - Пожал я плечами.
   - Силён. - Качнул он головой и, на мгновение задумавшись, предложил. - Можно оформить такой же экстерн в одной из государевых школ, но не в столичных. Там всё на виду, так что сунуть в школу никогда не существовавшего ученика будет непросто. Точнее, просто, но слишком уж велик риск раскрытия такой подделки.
   - Да мне как-то без разницы. - Ответил я. - Пусть аттестат хоть в Дальнем выдадут, лишь бы он настоящим был.
   - Ну, Дальний, пожалуй, будет перебором. - Усмехнулся Зотов. - А вот, скажем, Тобольск... вполне подойдёт. Тем более, что там у Бестужевых, бояр твоих, своё имение есть. Да и костяк легенды по этому варианту у меня уже готов. Как, тебе подойдёт столица Сибири в качестве прошлого места жительства?
   - У меня говор не тот. - Предупредил я. - И имитировать его я не умею.
   - И не надо. - Отмахнулся куратор. - Там сейчас такая мешанина людей и народов, что ничего удивительного в твоём московском выговоре никто не обнаружит. Значит, Тобольск?
   В ответ я кивнул. Что ж, плюсик бояричу. Если он и отправится считать белых медведей, то точно не завтра.
   Дёрнувший руку, браслет прячущийся от взоров любопытных под длинным рукавом толстовки, отвлёк меня от размышлений на тему везучести отдельных представителей государственной власти. Чёрт, совсем не вовремя, придётся отклонить вызов. Ну да ладно, кто бы то ни был, звонивший на ЭТОТ браслет знает наверняка, что я не всегда могу ответить сразу. Так что, подождёт, пока я перезвоню.
   А куратор, как назло, всё тянул и тянул время, не желая оставить меня в одиночестве. И не сказать, что беседа у нас была ни о чём, скорее, наоборот, говорили только по делу. Зотов расписывал примерную легенду моей жизни в Тобольске, рассказывал о городе и его населении, не забывая сбрасывать соответствующие материалы на "подаренный" цесаревичем браслет. В общем, вовсю демонстрировал отличную подготовку к вопросу.
   - Съездить бы туда. - Я почесал кончик носа, одновременно пытаясь задавить довольную ухмылку от пришедшей в голову идеи. - На месте посмотреть, что к чему, по улицам походить, людей послушать. В школу, опять же, заглянуть.
   - Съездить? - Зотов нахмурился. - Вот... не знаю, Кирилл. Но зачем, ради полугодовой "маски"?
   - А где гарантия, что она не станет моим лицом больше, чем на полгода или даже год? - Спросил я. - Ни вам, ни мне неизвестно, когда, и главное, чем закончатся события, из-за которых я вынужден прятать своё настоящее лицо. Нет уж, работать над легендой, так всерьёз!
   - Хм... с этой точки зрения, я ситуацию не рассматривал. - Признался Зотов и развёл руками. - Но извини, Кирилл, принятие решения по такому вопросу, находится далеко за пределами моей компетенции. Мне нужно посоветоваться с начальством.
   - Понимаю. - Кивнул я. - Но согласитесь, идея хороша.
   - Не буду спорить. - Отозвался мой собеседник и, глянув на часы, поднялся на ноги. - Я доложу об этом разговоре сегодня же. Время ещё есть и начальство должно быть на месте, должен успеть. Если получится, тогда, завтра при встрече, расскажу о результатах.
   - Договорились, Сергей Александрович. - Улыбнулся я и, проводив гостя, аккуратно заглушил находящиеся в квартире фиксаторы. Мне совсем не нужно, чтобы наблюдатели засекли мою болтовню по "левому" браслету.
   - Привет, Лёнь. Что у тебя случилось? - Перезвонив по отклонённому недавно номеру, спросил я.
   - Кирилл, привет. Прошу, помоги. Поговори с Машкой, а то она меня уже допекла со своим нытьём о тяжести тренировок. - Тихо и очень устало произнёс он. Я присмотрелся и... действительно, допекла. Таким разбитым и замотанным, я Лёньку ещё не видел. Придётся спасать.
   - Ольга рядом? - Спросил я. Младший Бестужев кивнул, оживая на глазах. - Позови.
   - Кир? - Возникшая "в кадре", невеста так и лучилась любопытством.
   - Солнце моё, у меня к тебе одна просьба и одна новость. - Улыбнулся я. - Просьба: в моё отсутствие, возьми шефство над Марией, как старшая ученица над младшей. Погоняй её, ради братика, пожалуйста.
   - С превеликим удовольствием. - Промурлыкала Оля, да так, что Леонида передёрнуло. - А что за новость?
   - Я нашёл место для игр на свежем воздухе. Без лишних глаз и ушей. - А вот теперь вздрогнули они оба.
     

Глава 4. А время бежит

   На следующий день ответа на свой вопрос-предложение я не получил. Просто, по причине отсутствия куратора в зоне досягаемости. Нашу встречу он отменил, а найти его по браслету не удалось. "Абонент не доступен"...
   Ну, может быть оно и к лучшему? По крайней мере, у меня появилось немного больше времени на личные дела. Так что, убедившись в невозможности связаться с Сергеем, я, недолго думая, скинул маячки и, открыв "окно", шагнул к Ольге.
   Невеста со всей ответственностью отнеслась к порученной её задаче и сейчас, как оказалось, была занята её выполнением. Именно так я расценил витающий в тренировочном зале лёгкий запах озона и треск электрических разрядов, впивающихся в пятую точку бегущей по кругу Марии. И судя по тому, что кроме усталости лицо нашей актрисы не выражало никаких чувств, а врезающиеся в попу разряды, лишь заставляли её немного вздрагивать, не вызывая даже возмущения, бегает она уже давненько. И это хорошо.
   В этот момент Ольга почувствовала моё присутствие и очередная, но куда более мощная молния ударила не по трети... тренируемой, а в пяти метрах перед ней, отчего Мария резко затормозила и, не удержавшись на ногах, перекатом ушла чуть в сторону от образовавшегося на полу, обугленного, пышущего жаром пятна. Неплохие рефлексы.
   - Доброго дня, ученицы. - Поприветствовал я девушек и, послав обернувшейся в мою сторону Оле волну тёплых эмоций, направился прямиком к распластавшейся на холодном полу в форме морской звезды Марии. Суженая чуть сморщила носик, но настаивать на обнимашках не стала. И правильно, чувства чувствами, но на тренировках им не место.
   Остановившись перед тяжело дышащей младшей ученицей, уперевшей совершенно бездумный взгляд в потолок, я постарался оценить степень её усталости и... хмыкнул.
   - Вижу, ты подошла к исполнению моего поручения с полной самоотдачей. - Констатировал я, закончив визуальный осмотр Марии, и повернулся к своей невесте. - Такой энтузиазм меня безмерно радует.
   Оля довольно кивнула, а Вербицкая, вздрогнув, словно пришла в себя.
   - А вот у меня это вызывает совершенно противоположные эмоции. - Пробормотала валяющаяся на полу девушка, справившись с тяжёлым дыханием.
   - Поверьте, Мария Анатольевна, ваше мнение по этому поводу интересует меня в самую-самую последнюю очередь. - Радостно поведал я ученице. Хм, неужели у меня такая страшная улыбка, что её так передёрнуло?
   - Учитель, не пугайте Машеньку, она и так старается изо всех сил. - С преувеличенно серьёзным видом, высказалась Ольга.
   - Да ну? Уверена? - Прищурился я. Оля в ответ кивнула, хотя и несколько неуверенно. Хо-о! Проверим. Я вновь повернулся к Марии. - Ученица, подъём и бегом марш!
   - Не могу. - Вербицкая помотала головой, отчего слипшиеся от пота волосы, мокро шлёпнули по полу.
   - Я не спрашивал, что ты можешь. - Эфир волной изморози пополз от моих ног к младшей ученице. - Я сказал, встала и побежала.
   Белоснежные узоры достигли её тела и поползли вверх по одежде, превращая влажную от пота футболку и спортивные шорты в негнущийся картон и заставляя волосы сверкать от несвоевременной "седины". От прикосновения хлада Мария вздрогнула, но даже не предприняла попытки подняться.
   - Заболеешь. - Честно предупредил я. - И умрёшь.
   - Врачи не дадут. - Процедила она сквозь зубы, сверля меня злым взглядом. Вот, уже пошла реакция.
   - А кто сказал, что я их к тебе подпущу? - В деланном недоумении развёл я руками, не прекращая давить на упрямицу хладом. - И вообще, зачем тебе врачи? У вас уже две недели занятия по полевой медицине идут. Вот, заодно и проверим уровень знаний.
   - Мы только травмы проходили. - Буркнула Мария.
   - О! - "Обрадовался" я. - Хочешь, чтобы я тебе ещё что-нибудь сломал для полноты проверки знаний? Хоро-ошая идея.
   - Мария, вставай! - Из голоса Оли напрочь исчезли игривые нотки. - Он может!
   Какая вера в мои таланты, а? Это радует. Я покосился на завозившуюся на полу младшую ученицу и довольно кивнул. Поверила... точнее, почуяла серьёзность слов Ольги. Что и требовалось доказать. А то, "эмпатия - это врождё-онное, научиться невозмо-ожно..." Тьфу на этих теоретиков! Вот же оно, наглядное опровержение. Уже почти на ноги поднялось, ещё немного и заковыляет вдоль стеночки. Ну-ка!
   Стоило моей ярости "коснуться" Вербицкой, как та, взвизгнув, припустила через весь зал и, в три гигантских прыжка оказавшись у дверей, скрылась в женской раздевалке. М-да, перестарался. Я переглянулся с удивлённо глянувшей вслед удравшей ученице Ольгой, и пожал плечами.
   - Пожалуй, нагрузку можно увеличить. - Констатировала моя суженая.
   - Не стоит. - Покачал я головой. - Наша задача, на данный момент, привести её в тонус, а не наращивать физические кондиции. Она слишком расслабилась под тёплым крылышком матери.
   - Так ведь та и не готовила из дочери боевика. - Пожала плечами Оля. - Хотя начальная подготовка у неё всё же есть. И неплохая.
   - И мы не будем превращать её в машину смерти. Но в форму приведём и навыки самозащиты привьём обязательно, иначе в один далеко не прекрасный момент Машенька может стать для нас обузой. Или для вас.
   - Что-то задумал? - Осведомилась Ольга, жестом приглашая меня в круг.
   - Что-то задумал. - Эхом отозвался я, останавливаясь в двух шагах от невесты, уже вставшей в стойку. Вот и замечательно. Поговорим позже, а сейчас... бой!
   Хлёсткие удары гибких рук сменялись размашистыми и резкими ударами длинных и сильных ног, заставляя меня то и дело рвать дистанцию. За время наших тренировок, Оля многому научилась, в частности, не пускать меня в ближний бой. Знает, что в этом случае спарринг мгновенно закончится встречей её спины с полом. Блок, блок... уход вниз от "выстрелившей" мне в подбородок пятки и... зря она так. Удар под колено выбил её опорную ногу, и Оля, не удержавшись, полетела наземь. Дожидаться, пока она сядет на пятую точку, я не стал и подхватил невесту на руки.
   - А была б ты парнем, я бы ударил по "бубенцам". В следующий раз будь аккуратнее с ударами ног по верхнему уровню. - Проговорил я, поудобнее перехватывая устроившуюся у меня на руках невесту.
   - Я запомню. - Хихикнула Оля. - Без великой нужды ногами не размахивать, в бою лупить по... кхм.
   - Умница. - Кивнул я. - Что с Марией делать, поняла?
   - Грязные приёмчики? - Явно на всякий случай уточнила Ольга.
   - Именно. - Подтвердил я. - Как ты и сказала, боевика из неё делать бессмысленно. По крайней мере, в имеющиеся у нас сроки точно не уложимся. Но на эффективную защиту мы её натаскать обязаны. Со стрелковой подготовкой, как я помню, у неё более или менее всё в порядке, значит, на мою долю достанется "холодняк", а ты будешь натаскивать по рукопашке.
   - Почему не сам? - Спросила Оля. - Аристарх Макарович говорил, что твои навыки, как раз и "заточены" на... жёсткую и быструю ликвидацию угрозы.
   - Солнышко, моя техника боя не предназначена для женщин. Уж это-то, ты должна была понять.
   - Это сексизм. - Буркнула Ольга, отчего я чуть не уронил её на пол.
   - Я не буду спрашивать, где ты набралась этого бреда. - Медленно произнёс я, покачав головой. - Но это не сексизм, а чистая физиология. Или для тебя секрет, что мужчины и женщины отличаются? А что это мы так покраснели? Милая, какие пошлости пришли в твою светлую головку, а?
   - Дурак. - Пробормотала невеста.
   - Оленька, вспомни наши спарринги. - Вздохнул я. - Даже при нашей разнице в возрасте... ай! Отставить таскать учителя за волосы!
   - Что ты там сказал про возраст, а? Я что, старая?! - Сердито засверкала глазами Ольга. И ведь чувствую, что это не всерьёз, от невесты так и шибает весельем, но...
   - Уроню. - Пригрозил я. В ответ, руки суженой только крепче обняли меня за шею. Ну, хоть волосы в покое оставила, и то хлеб. Я пинком открыл дверь в раздевалку, где не было уже и следа Вербицкой. Уковыляла подальше от учителей-садистов, наверное. - Серьёзно, Оль. Суди сама: у тебя уже практически сформировавшееся взрослое тело, тогда как я только-только вышел из подросткового возраста и ещё долго буду расти и набирать мышечную массу, но даже сейчас, чисто физически, я сильнее тебя, и этот разрыв будет только увеличиваться, понимаешь? Все мои навыки рассчитаны именно на мужское тело со всеми его плюсами и минусами. Меньшая подвижность, но большая крепость. Меньшая гибкость, но большая сила... и так далее. В общем, мой стиль боя не для хрупких девушек. Поэтому, я вас ему и не учу.
   - Зачем же тогда ты на каждой тренировке устраиваешь спарринги с нами? - Нахмурилась Оля.
   - Чтобы вы привыкали к бою с физически развитыми противниками-мужчинами. И у вас уже неплохо получается, должен признать. - Ответил я, "сгружая" невесту на массажный стол. - И ты, и близняшки с Елизаветой, в бою со мной давно перестали чураться "грязных" приёмов. Вот и из Марии выбьете ненужную щепетильность. Понятно?
   - И как быстро мы должны это сделать? - Спросила Оля.
   - Как можно быстрее. Времени на раскачку у нас нет.
   - Совсем? - Мурлыкнула невеста, поднимая руки, чтобы мне было удобнее избавить её от футболки.
   - Почти. - Отозвался я, отбрасывая в сторону ненужный предмет гардероба, и взялся за завязки её шорт. Миг, и ещё одна тряпочка полетела за спину. Ольга ухватилась было за мою толстовку, но я отвёл её руки и, вновь подхватив девушку на руки, двинулся к двери, ведущей в соседнюю комнату. - По моим подсчётам, у нас есть примерно два с половиной месяца на всё про всё. К исходу этого срока, Маша должна вернуть форму, в которой она была до того, как госпожа Вербицкая взяла обучение дочери в свои руки.
   - Понятно. - Тихо проговорила Оля, млея у меня на руках. - Кирилл, а куда ты меня несёшь, а?
   - Сюда. - Коротко ответил я и, "оторвав" от себя суженую, резко подкинул её в воздух. Плюх!
   - А-А-АААА! Мерзавец! Она же холодна-ая-я-ааа! - Завизжала Оля, вынырнув из воды. Только эхо заметалось, отражаясь от покрытых кафелем стен бассейна.
     

Глава 5. Самоисполняющиеся планы

   - Тобольск, да? - Задумчиво проговорил Михаил, равнодушно взирая на суету за окном его кабинета. - И кто предложил именно этот вариант?
   - Я. - Зотов ничуть не обманывался тоном цесаревича и сейчас судорожно пытался понять, не допустил ли он ошибку.
   - Это точно? Кирилл не подводил вас к этой идее?
   - Совершенно точно. До последней встречи, эта тема нами вообще не поднималась ни в одном из разговоров. Да и... я продумывал как минимум три варианта, но остановился на Тобольске, поскольку там находится одно из владений рода Бестужевых и учёба их боярского сына в одной из местных школ выглядит более чем логично.
   - Ясно. А от кого исходило предложение отправиться туда для изучения обстановки на месте? - Всё с тем же безразличием в голосе спросил Михаил.
   - Кратов. Это его идея, ваше высочество. И осмелюсь заметить, не самая плохая.
   - Согласен. Но у нас там не так много людей, чтобы обеспечить должный надзор за этим юношей. - Побарабанив длинными пальцами по широкому массивному подоконнику, проговорил цесаревич. - Отдавать же приказ местным, значит, наделать шуму на всю губернию.
   - Предполагаете возможность покушения? - Тут же напрягся Зотов, но цесаревич только мотнул головой.
   - Нет. В этом случае, я уверен, что Кирилл справится. Я просто не хочу привлекать внимание к нему. А возня губернских вокруг Кратова, равно как и наплыв столичных специалистов насторожат даже тобольских городовых. Кроме того, у меня есть подозрение, что если вы с Кириллом отправитесь "осмотреться на местности", следом потянутся и некоторые его знакомые, которым лучше бы оставаться в столице. А это тоже лишнее внимание.
   - То есть, мне отказать Кириллу в поездке? - Уточнил боярич.
   - Пожалуй... нет. Потяните время. Идея хороша и будет странно, если мы сразу дадим резко отрицательный ответ. Да, пожалуй, так будет лучше всего. Тяните время, Сергей Александрович. "Начальство ду-умает"... - Михаил еле заметно улыбнулся. - Но не лишайте его надежды на положительный исход дела, тем более, что он вполне возможен. Вам всё ясно?
   - Кристально, ваше высочество. - Кивнул Зотов.
   - Вот и замечательно. Можете идти, Сергей Александрович. - Отпустил подчинённого цесаревич, но тот чуть задержался. - Вопросы?
   - Скорее, предложение. - Чуть замявшись, произнёс боярич.
   - Слушаю. - В интонациях повернувшегося к Зотову цесаревича, мелькнули нотки интереса.
   - Если всё дело во внимании, то его же можно отвлечь. - Медленно заговорил боярич, излагая только пришедшую ему в голову идею. - Например, организовать некую проверку из столицы. Это не только полностью переключит внимание губернских властей на другой объект, но и позволит...
   - Отправить достаточное количество людей, которых хватит для нормального наблюдения за Кратовым, вы это хотели сказать? - Цесаревич моментально подхватил идею подчинённого и покивал. - Что ж, ваша затея вполне может сработать. Я обдумаю это предложение, а пока действуйте, как и договорились.
   - Конечно, ваше высочество. - Боярич отвесил полупоклон и, подчиняясь жесту Михаила, покинул кабинет.
     
   * * *
   Тренировки с ученицами и Леонидом шли одна за другой. Ольга старательно приводила Вербицкую в утерянную той по недосмотру матери, форму, заодно выбивая из неё всякую щепетильность в спаррингах, то и дело подводя нашу актрису к необходимости использовать "запрещённые" удары. А та, наконец, начала понимать, что неиспользование подобных приёмов приводит лишь к одному результату... избиению. Пару раз, когда Маша была готова сорваться в истерику, мне приходилось самому выходить против неё. Клин клином вышибают, так что после каждого спарринга в полный контакт со мной, Вербицкая резко прекращала дурить... ну, когда приходила в сознание после боя. А судя по довольному выражению лица Леонида, про нытьё его подруга позабыла ещё раньше. Втянулась...
   В общем, учёба шла полным ходом. Если бы ещё не откровенно кошачьи взгляды близняшек... Но и с этим я справлюсь, есть кое-какие идеи. Правда, боюсь, что Мила с Линой их не оценят. Впрочем, это уже будут только их проблемы... и тех несчастных, за счёт которых я собираюсь решить вопрос с непозволительным интересом, что проявляют ко мне сёстры Громовы. Ну а пока, приходится действовать старым испытанным способом, известным любому офицеру. Чтобы подчинённые не дурили, их нужно выматывать до состояния нестояния, так чтобы сил на "дурость" просто не оставалось. Вот и летают близняшки на спаррингах, а после выкладываются на полную в "эфирных" тренировках. С Ольгой и Елизаветой проще, они уже вплотную подошли к своему потолку в развитии как стихийники, так что наши занятия с ними перешли на другую ступень. Конечно, говорить об абсолютном контроле над Эфиром, в их случае не приходится, но это только пока. А вот со стихиями дело обстоит куда лучше. У девчонок уже нет необходимости удерживаться в рамках известных техник. Так что теперь, когда опасность сгореть от переизбытка силы в теле, отпала, они вовсю экспериментируют со своими стихиями, отбросив принцип единого вброса энергии в технику, и на ходу превращают один приём в другой, порой получая весьма интересные результаты, не просто пригодные для реального боя, но и способные неслабо, можно сказать, до смерти удивить возможных противников. Пусть и за счёт своей неожиданности, но как говорил забытый здесь военный гений: "Удивить, значит победить!". Ну уж с оригинальностью и умением ввести в ступор кого угодно, у моих учениц дело обстоит более чем хорошо. А всего-то и нужно было приспособить принцип использования эфирных приёмов к работе со стихиями.
   Честно говоря, меня их успехи радуют не меньше, чем отпавшая необходимость в "ведении" двух из пяти своих учеников. А это такое облегчение! Минус два потока внимания, минус два объекта контроля... с того момента, как они вышли на этот уровень, я на тренировках просто парю, что, кстати говоря, почти моментально и определённо положительно сказалось на эффективности обучения всех пяти учеников.
   Или четырёх с половиной? Всё же, если Леонида я пока вообще не могу назвать полноценным учеником, то Мария, являясь таковым на бумаге, фактически, эфирными тренировками почти не занимается. Но ничего, за пару месяцев подтянем её физически, а там можно и интенсивность занятий Эфиром довести до оптимума. Пока же, ограничиваемся повышением её живучести, всё-таки, в нашей компании, Машенька пока самое слабое звено... но это ненадолго, честное слово!
   - Кирилл, а тебя куратор искать не будет? - Осведомилась Мария по окончании очередной тренировки, на которой ей впервые удалось вытереть пол Елизаветой.
   - Что, не терпится избавиться от учителя? - Улыбнулся я, протягивая ученице смоченное уксусом полотенце.
   - Это она так завуалировано пытается узнать, как обстоят дела с твоим планом. - Фыркнула за моей спиной, только что вышедшая из раздевалки, посвежевшая после душа Лина. Я бросил в её сторону короткий взгляд и тут же отвернулся, пока Ольга не заметила. "Сестрица" в коротеньком, мало что скрывающем полотенце выглядела... м-да. Я покосился на замершего сусликом Лёньку и невольно фыркнул. Началось...
   - Куратор отсутствует. Отписался, что его не будет неделю, попросил не высовываться из дома и канул в неизвестность. Пять дней из семи уже прошли. - Ответил я на вопрос Вербицкой, начисто игнорируя появление в поле моего зрения второй близняшки, одетой так же, как и первая. А вот и Лина вышла из-за моей спины... всё, теперь полный комплект. Двойная мужская штабелеукладка в действии... О, а как запыхтела Маша! Кажется, Лёнин остекленевший взгляд, прикипевший к близняшкам, расположившимся в раскованно-небрежных позах на лавке, не остался незамеченным. Хана бедняге.
   - Кирилл... - В голосе Ольги явно послышалось напряжение. А вот в эмоциях полный штиль. Странно...
   - Да?
   - Отец сказал, что ждёт тебя в кабинете. - Отключая браслет, проговорила моя невеста. - И не забудь, пожалуйста, обед будет через полчаса.
   - Иду. Спасибо. - Кивнул я и повернулся к близняшкам. - Надеюсь, к столу вы выйдете более... одетыми. Иначе, боюсь, мужская часть имения останется голодной, а в этом случае, от гнева Раисы вас не убережёт даже Инга. Хотя бы потому, что она осталась в Костроме с братом.
   Что правда, то правда. Казавшаяся поначалу такой скромной и тихой, Раиса, приняв из рук Ольги бразды правления бестужевским домом, довольно быстро доказала, что с её мнением следует считаться. Учитывая же её прошлое профессионального повара, она мало к чему относилась так же серьёзно, как к процессу принятия пищи. Настолько, что любые попытки помешать обеду или ужину, в глазах нынешней хозяйки дома граничили со святотатством, и горе несчастным, что решатся на него. Успокоить же бушующую Раису, оказалась способна лишь Инга, почему-то вызывающая у хозяйки дома море умиления. Вот только мы находимся в московском имении, а младшая Рогова в костромском.
   Сёстры прониклись. Сёстры побледнели... и, закивав, моментально испарились из зала, вызвав печальный вздох Лёни. Вот теперь ему точно хана.
   Валентин Эдуардович встретил меня в кабинете, сидя за огромным столом. Оторвавшись от изучения каких-то документов, он окинул меня долгим взглядом.
   - Что, загоняли тебя ученики? - Усмехнулся он, оценив мой растрёпанный вид. Ну да, в отличие от близняшек, я не успел принять душ, и пришёл к хозяину дома, как был, в пропотевшем спортивном костюме и со всеми следами проведённой тренировки.
   - А то. С каждым днём они становятся только сильнее. - Кивнул я в ответ.
   - Это радует, определённо. - Задумчиво протянул Бестужев, в противоположность своим словам, моментально растеряв всю весёлость. - Кирилл, ты уверен, что всё хорошо продумал?
   - На все сто процентов. - Подобрался я. - А что?
   - Хм... скажем так. Первая фаза твоего плана уже удачно осуществлена.
   - Не понял. - Честно признался я, и Валентин Эдуардович нахмурился.
   - Сегодня ночью охрана зафиксировала попытку проникновения на территорию костромской усадьбы. - Проговорил, словно выдержку из отчёта зачитал, Бестужев. - Разведчиков спугнули, как мы с тобой и договаривались, когда те уже покинули медицинское крыло. Кирилл, ты же обещал, что предупредишь заранее! Мои дружинники чуть не ухлопали твоих людей!
   - Это были не мои люди. - Тихо проговорил я, справившись с изумлением. Бестужев витиевато выругался.
     

Глава 6. Раз корзинка, два корзинка

   Не сказать, что новость, преподнесённая моим будущим тестем, была такой уж плохой. Неожиданной? Определённо, да. Маловероятной? Возможно. Да и вообще, она, скорее, была из разряда: "если бы это событие не произошло, его следовало придумать". Собственно, изначально так и было. Проникновение "левых" людей в медицинское крыло костромского имения Бестужевых, мы придумали специально, чтобы оправдать кое-какие действия и усиление активности дружины, а так же, чтобы подтолкнуть одного явно тормозящего цесаревича к определённому решению. Но вот то, что подобное действо произойдёт без всякого нашего участия... не ожидали. По крайней мере, так скоро.
   - Значит, пора. - Заключил я.
   - Вот так просто? - Прищурился Валентин Эдуардович. - И тебя совсем не беспокоит происшедшее?
   - А почему оно должно меня беспокоить? - Я пожал плечами. - Я видел развалины Аркажского монастыря, читал кое-что в отчётах Вербицкого об убийствах грандов... даже поклонился деду, точнее, его могиле, как и обещал. Визит "проверяющих" в медбокс имения был только вопросом времени. Я ни на секунду не сомневался, что рано или поздно, но замешанные в этой бойне люди захотят проверить, как на самом деле обстоят дела с самым молодым грандом в стране. Собственно, именно поэтому я и настаивал на том, чтобы сыграть на возможности этого события, поскольку цесаревич в него обязательно поверит.
   - А то я этого не понимаю. Иначе чёрта с два бы согласился на спектакль. - Пробурчал хозяин дома. Вот только в его эмоциях... Эх, да и так понятно, что Бестужев был бы очень рад, если бы оказалось, что вчера вечером я просто забыл предупредить его о грядущем визите "актёров", а случившееся ночью в действительности оказалось задуманным нами спектаклем, а не реальными происками неизвестных лиц. Понимаю и сочувствую, но ничего не могу поделать.
   - Вы отдали распоряжения? - Спросил я. Бестужев отрешённо кивнул.
   - Все владения взяты под усиленную охрану. Боярские дети возвращены в дружины, осталось только оповестить союзников и можно приступать к следующему этапу. - После долгого молчания проговорил мой будущий тесть и тяжело вздохнул. - Обещанную технику доставят на вторую точку. Всё по списку, исключений нет. О деньгах можешь не думать.
   - Валентин Эдуардович... - Я укоризненно покачал головой. - Спасибо за заботу, но в этом вопросе я не уступлю.
   - Хорошо. Вернёшь после "дела". - Тут же с готовностью кивнул Бестужев. Но желание спорить с ним пропало начисто. Толку-то? Не я один могу быть упрямым, и судя по выражению лица и царящим в душе моего собеседника эмоциям, он уже вошёл в режим железобетонной стены, а с ней даже кувалдой не поспоришь. Ну и ладно. Предложенный вариант приемлем, а это главное. Да и... не придётся извращаться со съёмом денег со счёта.
   - У меня для тебя ещё одна новость. - Бестужев протянул мне небольшой белоснежный конверт с короткой, но витиеватой подписью. Я недоумённо приподнял бровь. - Мила сегодня утром передала для тебя.
   Приглашение в "Беседы", неофициальное... но за подписью главы рода. Ну, чего-то в таком духе я и ожидал. Не зря старался, значит.
   - Пойдёшь?
   - Почему бы и нет? Дядя Фёдор, не дед Георгий, с потрохами не сожрёт, хоть косточки да выплюнет. - Я слабо улыбнулся. - Ну а кроме того, я же не зря делал столько намёков в присутствии близняшек. Можно сказать, сам упорно напрашивался на эту встречу. А они девочки неглупые, хотя и резкие как... в общем, резкие, но понятливые, да.
   - Ну, если ты уверен... - Протянул мой собеседник. - Тогда поторопись. С этими "ночными гостями", свободного времени у нас очень мало.
   - Понимаю и затягивать не буду. - Кивнул я и пробормотал, крутя в руках конверт. - Одного не пойму, почему Мила не передала приглашение через Ольгу?
   - Форма доверия, Кирилл. - Пояснил Бестужев. - Громовы демонстрируют, что не таят интерес от союзника своего родовича, и не собираются действовать в пику моей семье.
   - Бывшего родовича. - Дополнил я, на что Валентин Эдуардович покачал головой.
   - В таких вопросах, "бывших" не бывает. Это же не штамп в паспорте, Кирилл. - Заметил Бестужев и усмехнулся. - И вообще, не ерунди. Это была всего лишь дань традиции, и поверь специалисту, Мила сделала всё абсолютно правильно. Она, вообще, девочка умная.
   - Ну, раз уж вы так говорите... - Протянул я. - Уж кому и верить в подобных вопросах, как не окольничему Посольского приказа?
   - Именно так. - Покивал Бестужев и, бросив взгляд на огромные напольные часы, охнул. - Чёрт! Кирилл, на выход! Ещё пара минут, и мы опоздаем на обед... а этого допускать никак нельзя, я не хочу ночевать на диване!
   - Уважительная причина. - Согласно фыркнул я, вылетая из кабинета следом за его медведеподобных хозяином. А поскольку как и всякий косолапый, Валентин Эдуардович двигался удивительно быстро для своих габаритов, то, в момент, когда мы с хозяином дома усаживались за стол, часы в трапезной успели ударить всего лишь один раз из трёх. Успели.
   Я не стал терять время и сразу после обеда, подхватив близняшек под руки, шагнул на территорию поместья Громовых, прямиком в свою бывшую комнату. И вовсе не потому, что так уж опасался возможной слежки неизвестных или не хотел светиться на фиксаторах службы Гдовицкого, хотя последнее действительно лучше не допускать. Но первым и основным доводом в пользу нашего появления именно здесь, послужил тот факт, что это было единственное место в усадьбе, которое я помнил достаточно хорошо, чтобы открыть "окно". Точнее, одно из двух. Но появляться в медбоксе, было бы... опрометчиво. Там фиксаторы работают постоянно. Весело, конечно, за восемь лет жизни в этом имении, у Кирилла, оказывается, нашлось лишь два места, где он мог чувствовать себя в относительной безопасности и хоть и с натяжкой, но мог назвать своим жильём. Не домом, а лишь жильём. И всё из-за тётки с дедом! Ладно, к дьяволу... Хорошо уже, что такое место в усадьбе вообще нашлось, в противном случае, пришлось бы дождаться, пока сёстры доберутся домой и открывать "окно" уже к ним. А это потеря времени.
   - Так, девушки. Сейчас отправляетесь прямиком к отцу и просите у него аудиенцию для меня. По дороге никому ни слова о моём присутствии. Особенно, Гдовицкому. Молча пришли к отцу, попросили и дождались пока я открою "окно". Всё ясно? - В ответ, близняшки кивнули и выскользнули за дверь. А мне осталось только ждать.
   Пока ученицы добирались до отца, я занимался тем, что осматривал свою бывшую комнату. И это было... скучно. Ну а что? Те же обои, та же мебель и прожжённый ковёр на полу. Отличий от того, как эта комната выглядела раньше - минимум. Пыль да пустые полки. В остальном же, всё как и было. Ностальгия? Тьфу! О какой ностальгии может идти речь в ЭТОМ доме?! Честно говоря, я прекрасно понимаю дядю Фёдора, кардинально сменившего обстановку и даже планировку основного корпуса усадьбы после ухода старого паука. Тоже, наверное, хреново себя чувствовал в старых интерьерах.
   Пока я предавался размышлениям, близняшки, за передвижением которых я следил через небольшое "окно", прикрытые моим же отводом глаз и конечно совершенно ими незамеченным, добрались до кабинета отца.
   - То есть, он уже здесь? - Удивился дядя Фёдор, выслушав дочерей и, получив положительный ответ, махнул рукой. - Пусть заходит.
   В ту же секунду я заглушил все фиксаторы в кабинете главы рода Громовых, просто щёлкнув найденным в Эфире тумблером, скрытым под крышкой огромного рабочего стола и, полностью развернув окно, сделал шаг вперёд.
   - Добрый день, дядя Фёдор.
   - И тебе не кашлять, Кирилл. - Улыбнулся он. А в эмоциях, кроме небольшой доли удивления, только радость от встречи. Приятно.
   - Эм-м... ну, мы пойдём, пожалуй. - Встрепенулась Мила.
   - Попозже, хорошо? - Попросил я и близняшки, одновременно кивнув, молча устроились на диване. От дяди Фёдора повеяло изумлением. Вроде как: "И это мои оторвы?!". Мне же достался взгляд полный неподдельного уважения. Я аж загордился... секунд на пять.
   - Кирилл, ты уверен? - Спросил хозяин кабинета.
   - В любом случае, дальше них информация не уйдёт. - Пожал я плечами и Мила с Линой вновь кивнули, и опять абсолютно синхронно. Дядя Фёдор только хмыкнул.
   - Что ж, ты их учитель, тебе виднее. Поговорим?
   - Поговорим. - Я улыбнулся. Процесс раскладывания яиц по корзинам начался!
     
   * * *
   Только что закончившееся заседание Тайного совета оставило в подарок его председателю стойкую головную боль, усталость и злость. Много-много злости. Представленный бывшим начальником Пятого стола Преображенского приказа, а ныне его главой, генералом Вербицким, доклад о результатах масштабных проверок государственных учреждений, проведённых по итогам недавних событий сотрясших державу, удручал и вызывал вполне оправданное желание порвать его в клочки вместе с самим докладчиком и объявить профанацией и пусканием пыли в глаза. Количество найденных нарушений и даже прямого саботажа, зашкаливало настолько, что волосы вставали дыбом. И если бы не подтверждения из... других источников, цесаревич, наверное, так бы и поступил. Но увы, доказательства были железобетонные, а это значит... это значит, что по стране скоро прокатится вторая волна тихих арестов и громких судов... а за отцом окончательно закрепится прозвище "Кровавый", уж СМИ постараются.
   Цесаревич горько вздохнул. Идея отца с грандиозной чисткой ДО передачи титула наследнику, никогда ему не нравилась, но поделать с этим он ничего не мог. Государь желал отдать отмытую до скрипа державу в чистые руки, не обагрённые кровью подданных, и осознанно принимал всю тяжесть на себя, жертвуя своим добрым именем и местом в истории, но оставляя сыну спокойную и сильную страну... Михаил вздрогнул от раздавшегося стука в дверь.
   - Ваше высочество, окольничий Посольского приказа Бестужев только что сообщил о попытке проникновения в медицинское крыло его костромской усадьбы. - Едва получив разрешение войти, протараторил секретарь. Он бы может и не стал тревожить цесаревича в такое время, но полученные инструкции и гриф "Особой Важности" на послании боярина не оставили ему выбора.
     

Глава 7. Важней всего

   Мы с Ольгой редко ссоримся. За прошедшее с момента нашего знакомства время, я могу назвать лишь два или три таких случая, и то, один из них был вызван не различием мнений по какому-то вопросу и не чьим-то "косяком", а возникшим между нами недопониманием. Сегодняшний же день, кажется, станет четвёртым в этом "списке скорбных дат". Чёрт, как будто у меня других забот нет!
   А начался наш скандал с присланных мною на браслет Ольги документов. Вот тут-то оно и забурлило. "Да как ты мог?!", "за моей спиной!", "не предупредил!"... В общем, полный набор, осталось только посыпать голову пеплом и каяться, каяться, каяться. Да сейчас, бегу и падаю. Точку в скандале поставил заглянувший на шум к нам в комнату, Валентин Эдуардович. Внимательно выслушав сбивчивый, полный экспрессии рассказ дочери, боярин пожал могучими плечами.
   - И что? - С абсолютно индифферентным видом, выдал мой будущий тесть. Вот! Я всегда знал, что приём "и чё?", это вершина дипломатического искусства!
   - Как это... "и что"? - Опешила Оля. Действует!
   - А вот так. Я не вижу здесь поводов для такого шторма, дочь. - Спокойно ответил Бестужев, а едва моя суженая вскинулась, явно собираясь возразить, отец остановил её одним жестом. - Кирилл прислал тебе документы с предложением от Громовых. Коммерческим предложением, и только. Он не подписывал, не посоветовавшись с тобой, никаких договоров, не пытался что-то от тебя скрыть, так в чём проблема?
   - Как это в чём?! С какой стати он вообще отправился к Громовым на переговоры, не поставив меня в известность? - Зло сверкнула глазами Ольга. Хм... интересная постановка вопроса. Спасибо, тестюшка, мне за час "разборок" так и не удалось разобраться в претензиях невесты. Вот интересно, мне на переговоры по нашему общему делу ходить нельзя, а ей, значит, подписывать договора, не посоветовавшись со мной можно. Ор-ригинальная логика.
   - Да, Кирилл. Тут ты, конечно, дал маху. Тебе следовало бы сначала спросить у нашей королевы, не будет ли она против того, чтобы ты нанёс визит родственникам. Нехорошо, юноша. Очень нехорошо. - Деланно печально покивал мне Бестужев и повернулся к Оле. - Ваше величество, я пожурил недостойного, посмевшего удрать из-под вашей юбки. Какие будут ещё приказания?
   - Издеваешься? - Зашипела Ольга. - Мне нет дела, куда он ходит в гости... Меня бесит, что Кирилл полез в моё дело, понятно?! Кто просил его говорить с Громовыми об ателье?
   - Понятно. - Кивнули мы с Бестужевым, поднимаясь с кресел.
   - Прошу, Кирилл Николаевич. - Открыв дверь, сделал приглашающий жест боярин, не обращая никакого внимания на разевающую рот в удивлении от такого пренебрежения, дочь.
   - Благодарю, Валентин Эдуардович. - Кивнул я, оказавшись в коридоре. - Если бы не вы, я бы взорвался.
   - Потому и вмешался. Мне ещё только ваших ссор здесь недоставало. - Вздохнул он. Мягко хлопнула дверь и Бестужев, положив ладонь мне на плечо, молча подтолкнул к узкой лестнице, ведущей прямиком к его кабинету.
   - Обиделся? - Спросил боярин, когда мы устроились в креслах, а на журнальном столике перед нами, появился классический коньячный набор.
   - Есть немного, но больше удивился. - Честно ответил я. - Что за вожжа ей под хвост попала?
   - Пф, когда доходит до дела, которое Ольга считает своим, она моментально становится именно такой, как ты только что видел. Сатрап в юбке. Когда она освоилась с управлением имением, от неё поначалу вся прислуга волчьим воем выла. Потом привыкли, конечно, да и она постепенно в разум вошла и ерундить перестала.
   - А ничего, что это самое "ателье" задумывалось как наше с ней "семейное" дело? - Фыркнул я.
   - Ну так, семьи-то пока нет, а дело есть. И основная часть забот о нём сейчас лежит на Ольге и Рогове, которого она, кстати, воспринимает не как твоего ватажника, а как своего однокурсника и помощника, вот и бушует. Почувствовала себя самовластной хозяйкой... Кстати, а что за предложение ты принёс от Громовых? Вроде бы Гром-завод специализируется на выпуске тяжёлых машин, а не ЛТК?
   - Верно. Но мы и не говорили с Фёдором Георгиевичем о самих комплексах. Рюмины предложили собирать гражданские ТК на базе снятого с производства десять лет назад ЛТК "Пластун". Оно вроде и неплохо... убрать вооружение, СЭП и СУО, свинтить сегментную броню, и готов гражданский вариант. Но электрополимеры искусственных мышц у него сильно устаревшие, да и заточены они под груду навесного оборудования, включая мощный и тяжёлый двигатель большой автономности, а в нашем случае, это означает избыточную мощь мышечного каркаса, способную обеспечить своему оператору немало вывихов и переломов. Можно, конечно, бороться с этим минусом программными методами, но где гарантия, что ушлый владелец не полезет в "голову" комплекса и не снесёт ограничения ко всем чертям? - Проговорил я и, сделав маленький глоток коньяка, продолжил рассказ. - Громовы же могут предложить в качестве движущей системы для гражданского ТК, искусственную мускулатуру "Нитинол-6" вместе со стендами натяжки и прочей машинерией. Тоже, конечно, не вершина современных технологий, но по сравнению со штатными электрополимерами "Пластуна", это куда более продвинутая система. Время отклика меньше в три раза, масса мышечного "волокна" меньше на двадцать процентов, а тяговое усилие почти вдвое больше, чем у рюминского комплекса. Да, в пиковом усилии "Нитинол-6" уступает штатной мускулатуре "Пластуна" почти на тридцать процентов, но ведь в нашем ТК не будет брони и прочей военной дребедени, а это даст снижение снаряжённой массы комплекса почти вдвое и, как следствие, немалый относительный рост того самого пикового усилия. Кроме того, "Нитинол-6", при использовании соответствующего оборудования, позволяет заложить ограничение характеристик сплетаемого мышечного каркаса прямо во время натяжки на скелет, и процесс этот аппаратный. То есть, снять установленные ограничения через вычислитель, не получится. В общем, при таких условиях, наша будущая продукция с лёгкостью сможет поспорить с самыми современными военными моделями в мощности и скорости. Кроме того, предлагаемому Громовыми оборудованию, совершенно плевать на то, какой именно "скелет" обтягивать, будь то рюминский "Пластун" или германский "Визель", без разницы. Нам же такая универсальность только на руку.
   Я вздохнул и, смочив пересохшее горло глотком кофе, перевёл взгляд на задумавшегося собеседника.
   - Не боишься, что эта твоя затея пойдёт в разрез с планами цесаревича? Не зря же он за Рюминых так ратовал? - Помолчав, спросил Бестужев.
   - Если он не хотел этого сотрудничества, то должен был поставить меня в известность, и я, как верноподданный опричный государя нашего, непременно исполнил бы волю его и наследника.
   - Итальянская забастовка продолжается, да? - Усмехнулся боярин.
   - Именно. - Кивнул я и, обкатав неожиданно пришедшую в голову мысль, добавил. - Интересно, а не решила ли Ольга ступить на ту же дорожку? Всё-таки, её лояльность суверену...
   - Не идёт ни в какое сравнение с лояльностью семье и будущему мужу. - Резко отрезал Бестужев, и уже куда мягче договорил. - Поверь, Кирилл. Этот выбрык Ольги никак не связан с её доверием к царской семье, тем более, что недавние события его изрядно подорвали. Нет, она просто жуткая собственница.
   - Ясно. Что ж, будем лечить. - Кивнул я.
   - Только не переусердствуй. - Усмехнулся Бестужев, но тут же построжел и переключился на другую тему. Понимающий у меня тесть, однако. - Новости от куратора есть?
   - А как же. - С готовностью ответил я. - Вчера вечером встретились, поговорили. Билеты на поезд куплены, через неделю выезжаем в "столицу" Сибири.
   - Значит, началось? - Пробормотал Бестужев. Я кивнул. - Что ж, тогда и мы, пожалуй, приступим к делу.
   С этими словами, боярин залпом допил остатки коньяка в бокале, и я, поняв, что "аудиенция" окончена, слинял из его кабинета. Пора и мне приниматься за работу. И начну я, пожалуй, с Рогова. Развернувшийся над браслетом экран высветил нужный номер и отправил вызов. Правда, вместо ватажника почему-то ответила Инга.
   - Приветики, Кирилл! - Вечный позитив и улыбка до ушей. Я уже и не помню, когда видел эту реактивную девчонку в унынии. По-моему, её конструкцией подобный "мод" вообще не предусмотрен.
   - Привет, Инга. Как дела, что нового? - Невольно улыбнулся я в ответ.
   - Всё в порядке. Скучаю. - Отрапортовала моя собеседница и тут же пожаловалась. - Братец заперся в гараже, возится с присланными Рюмиными образцами, в усадьбе тихо, большинство сверстников разъехалось на отдых... А меня даже к складу с техникой не подпускают! Кирилл, а ты скоро приедешь?
   - Ох, Инга... пусть это будет для тебя сюрпризом. - Ответил я.
   - Ну во-от... - Изобразила печаль-тоску девчонка.
   - Эй, не вешай нос! Обещаю, мы скоро встретимся.
   - Ловлю на слове!
   - Так, стоп, мелкая... - Я нахмурился. - Чем, говоришь, твой братец занят? Какими-такими образцами?
   - Эм-м... ну, Рюмины же прислали пару дней назад образцы скелетов для ТК, вот Жорик их и гоняет на стенде, по просьбе Ольги. - Посерьёзнела Инга.
   - А почему я об этом узнал только сейчас? Впрочем, ладно. - Я осёкся. - Передай брату, чтобы бросал к чертям эти железки, приводил в порядок "Визели" и начинал готовить спасплатформу. А будет артачиться, скажи, что договор с Рюмиными вступает в действие только в следующем году, а техника мне понадобится уже через неделю!
   - А если Ольга... - Помешкав, заговорила Инга.
   - Отсылайте её ко мне. - Отрезал я. - Приказ ясен?
   - Так точно! - Весело ухмыльнулась Инга. - Есть посылать Ольгу на... к тебе.
   - Ох, кому-то точно давно уши не драли. Кстати об ушах... как у тебя дела с учёбой? - Улыбнулся я. В ответ, девчонка только показала мне язык и... отключилась. Вот ведь шебутная! Пришлось звонить снова, на этот раз через протокол принудительной связи, чтоб не смогла вырубить или проигнорировать вызов.
   - И даже не думай от меня сбежать. - Сообщил я удивлённой Инге, явно не предполагавшей наличие такой функции в браслете брата.
   - И-извини, Кирилл. - Девочка на ходу состроила виноватую мордашку.
   - Минус десерт.
   - Это как? - Она аж на месте застыла от удивления.
   - Просто. Учишься готовить десерты и, при встрече, угощаешь меня получившимся шедевром.
   - Гото-овить... - Недовольно протянула Инга, явно вспомнив наше житьё в "Девяточке", но почти тут же повеселела, и я, кажется, понимаю почему. Ну да, думаю, следующий её шантаж встанет мне вдвое дороже обычного.
     

Глава 8. Давай поговорим

   Московский дом Бестужевых опустел. Не в том смысле, что все разбежались, просто, большая часть прислуги была отправлена Раисой в оплачиваемый отпуск, дружинники, подчиняясь инструкции, и без того не слишком часто появлявшиеся в основном доме усадьбы, и вовсе перестали пересекать его порог, а мои ученицы разъехались по домам. Близняшки заперлись в "Беседах", Мария упорхнула под крылышко к родителям, Елизавета же отправилась в гнездовское имение Елены Павловны. Только Леониду и Ольге деваться было некуда, так что они остались в особняке, уже второй раз за год поднявшем крепостные щиты. Точно такие же, кстати, были активированы во всех без исключения усадьбах Бестужевых. Валентин Эдуардович объявил осадное положение, всячески демонстрируя серьёзность, с которой он воспринял недавнее вторжение в медицинское крыло костромской усадьбы.
   Из-за этих демонстративных пряток, кстати говоря, мне пришлось вносить изрядные коррективы в своё расписание. Ведь закрывшиеся под защитой родни, ученицы не могли разъезжать по городу, как им будет угодно, а потому, пришлось мне тратить время на то, чтобы переправить их "окном" перед очередным занятием в моём сокольническом доме, и вернуть их "где взял", по окончании. Кроме того, после того же занятия, я должен был забросить Марию к Бестужевым на тренировку... и, естественно, по окончании таковой, доставить её домой к маме с папой. В общем, вот уже три дня, как мои ученицы изображают монахинь-затворниц, а я... я чувствую себя самым натуральным таксистом.
   Ситуация усугублялась тем, что куратор вдруг воспылал жаждой общения, и на следующий день после истории с визитом неизвестных в костромскую усадьбу Бестужевых, взял за правило захаживать ко мне в гости в квартиру на Акуловой горе... и хоть бы раз предупредил, зараза! Спасибо установленному мною фиксатору, присылавшему на браслет сигнал каждый раз, как Зотов оказывался на пороге. Пару раз из-за этого мне пришлось срываться чуть ли не посреди разговора, в первый раз с Посадской, второй раз с будущим тестем и, свалив в Морхинино "окном", изображать приветливого хозяина для незваного гостя. И ладно бы, если бы он наведывался единожды за день, так ведь нет. Когда я поинтересовался, не надоело ли ему мотаться из Москвы в Морхинино и обратно, куратор радостно объявил, что с позволения начальства, он переехал в здешнюю гостиницу до самого нашего отъезда в Тобольск, и теперь, фактически, находится в недельном отпуске. Наверное, ему просто совершенно нечем заняться в этой дыре, вот он и взял за привычку заглядывать ко мне в гости, по два-три раза в день.
   Поверила ли Ольга в это объяснение или нет, я не знаю. Закрыв от неё свои эмоции, я одновременно обрубил и возможность ощущать её настроение. Так что, определить, как она отнеслась к моим "бедам конспиратора", стало невозможным. А выуживать что-то из разговоров... так, с момента нашего скандала мы и десятком слов не перекинулись, просто потому, что в московском особняке Бестужевых я стал бывать короткими наскоками, так, чтобы не попадаться на глаза вернувшемуся из Костромы Аристарху Макаровичу с его бойцами.
   - Не доверяешь ему? - Поинтересовался Бестужев во время одной из таких коротких встреч с ним в особняке.
   - Смотря в чём. - Пожал я плечами. - Если речь идёт о безопасности вашей семьи, то здесь моё доверие к Аристарху бесконечно. Но я не часть вашей семьи, и на меня его обязательства не распространяются. Учитывая же личность покровителя Аристарха Макаровича, хм... доверять ему в этом случае было бы, как минимум, странно, не находите.
   - А если я попрошу его не разглашать информацию о твоих появлениях в моём доме? - Осведомился боярин.
   - Бессмысленно. - Пожал я плечами. - Тогда придётся объяснять причины... хоть как-то. Не можем мы сказать, что весь этот спектакль разыгрывается именно для цесаревича, правильно? И что в этом случае помешает ему "сдать" нас своему покровителю, просто исходя из лучших побуждений?
   - Отправить его обратно в Кострому? - Задумчиво проговорил Бестужев.
   - Зачем? Там ему сейчас делать нечего и такой ход только возбудит лишние подозрения. - Возразил я и, заметив, что собеседник всё ещё пребывает в размышлениях, договорил. - Да будет вам, Валентин Эдуардович! Поверьте, необходимость такой конспирации мне только на руку. Хорошая тренировка... да и не так уж она меня напрягает, если честно. Я и у Громовых точно так же появляюсь, и до сих пор никто не спалил.
   - Да, но у Громовых тебя не ждёт невеста. - Всё так же задумчиво обронил боярин и, поняв, что сболтнул, хлопнул себя ладонью по лбу. Ну-ну, верю-верю. Глава "паркетной" разведки и окольничий Посольского приказа не уследил за языком, конечно, это ведь такая ерунда... Но демонстрировать своё понимание, я, пожалуй, не стану. Да оно и ни к чему, и Бестужев это прекрасно понимает. "Ты знаешь, что я знаю, что ты..." и так далее.
   - Так вот оно в чём дело. - Протянул я. - Ольга накрутила, да?
   - Она сожалеет о той ссоре и своей несдержанности, Кирилл. - Тут же откликнулся боярин, выразительно глянув в сторону своего настольного вычислителя с мерцающей на экране иконкой включенной селекторной связи. Решил, значит, провести закрытые слушания, да? Ну что ж, может быть оно и поможет. Объясняться с Ольгой глаза в глаза мне сейчас совершенно не хочется, поскольку, боюсь, ничего кроме криков и визгов в ответ не услышу, что не удивительно, учитывая мой демарш с Роговым. А так, есть возможность донести информацию до моей чересчур вспыльчивой невесты, не затрачивая времени на спор и последующее лечение расшатанной нервной системы.
   - Я тоже сожалею, Валентин Эдуардович. - Кивнул я в ответ. - Но извинения хотелось бы услышать лично, а не переданные через отца, который здесь вообще не причём.
   - Кирилл, давай хотя бы обсудим проблему? - Попросил ухмыляющийся боярин.
   - Обсудим? - Я сделал вид, что задумался. - Ну что ж, давайте попробуем. С чего начнём?
   - С самого начала. - Быстро, почти моментально отозвался мой собеседник. Я фыркнул.
   - Пожалуйста. Вначале было Слово...
   - Кирилл! - На этот раз вполне серьёзно поморщился Бестужев.
   - Ну хорошо-хорошо. - Я выставил перед собой открытые ладони. - Понимаю, затёртое клише, заезженный штамп, но вы сами нарвались, разве нет?
   - Паяц. - Констатировал Валентин Эдуардович.
   - Ладно. Сначала, так сначала. - Вздохнул я, поняв, что собеседник начинает терять терпение. - Итак, начало: с подачи Вербицкого, вовремя обронившего пару слов в присутствии цесаревича в мою защиту, мы с Ольгой получили возможность открыть небольшую компанию по производству так называемых гражданских комплексов. Семейный бизнес, так сказать. Для очень богатых людей, имеющих возможность заплатить за военный ТК и его "модернизацию". Изначально, я планировал вести закупки необходимых для работы тактических комплексов на территории СБТ, там же их "раздевать" и поставлять в Россию как набор дозволенных к ввозу деталей, а уже здесь собирать из них гражданские ТК. Собственно, руководить фактическими работами по сборке и наладке машин, по нашей договорённости должна была Ольга, с помощью Жорика Рогова, являющегося моим ватажником. Но после известных событий и с подачи цесаревича, вылез контакт с Рюмиными... и моя любезная невеста даже не поставила меня в известность, перед тем как подписать с ними договор о будущем сотрудничестве. Что ж, такой контракт должен пойти на пользу делу, поэтому я не стал поднимать пыль и лишь порадовался, что наш маленький проект начинает расти, обещая большую прибыль. Когда же я притащил коммерческое предложение от Громовых, заметьте, Валентин Эдуардович, не договор, даже не предварительное соглашение, а лишь предложение о сотрудничестве, ваша дочь устроила безобразный скандал и обвинила меня в том, что я, цитирую: "лезу не в своё дело". Собственно, вы и сами были свидетелем той сцены. Кирилл Ни... Кратов доклад закончил.
   - Не ёрничай, Кирилл. - Нахмурился Бестужев. - Лучше скажи, что ты теперь делать будешь?
   - Подожду, пока у вашей дочери мозги на место встанут... или минует ПМС, если дело в нём. - Я индифферентно пожал плечами. - Время у меня есть, терпения тоже в достатке, так что...
   - Значит, решил оставить дело на самотёк. - Почесал подбородок боярин и недовольно покачал головой. - Не ожидал от тебя такого. Не ожидал.
   Ну что, точка зрения озвучена, теперь можно и... Встав с кресла, я шагнул к вычислителю и отключил связь.
   - А что вы предлагаете, Валентин Эдуардович? - Спросил я, повернувшись к Бестужеву. - Приползти к ней на коленях с извинениями? Так это не мой косяк и не мои выбрыки. Как вы тогда сказали? Она почувствовала себя хозяйкой? Хозяйкой чего? Несуществующего предприятия? Вперёд. Рогов уже получил однозначный приказ не исполнять её распоряжения. У Оли есть ещё четыре дня, пусть наслаждается "властью". А потом начнётся действо, и единственное, чему она будет хозяйкой, это собственному телу, да и то... не могу обещать. Я выбью эту дурь из Ольги, Валентин Эдуардович, раз уж вы не озаботились сделать это сами. Но займусь я этим не раньше, чем через четыре дня. Я удовлетворил ваше любопытство?
   - Вполне. - Медленно произнёс боярин и неожиданно усмехнулся. - Только ты учти, зятёк, Оленька девушка упрямая, как бы тебе не получить "обратку".
   - Тем будет интереснее. - Ответил я.
   - Хех, ладно. Это ваше дело, вам и разбираться. Главное, не поломайте друг другу ничего в процессе. - Фыркнул окончательно повеселевший Бестужев.
     
   * * *
   - Надо было самим устроить это "вторжение". Какой результат, а? - Михаил даже причмокнул, читая доклад наблюдателей. - Все фигуранты сидят по домам и носу за дверь не кажут. И не надо заморачиваться с контролем, беспокоиться о том, что может взбрести в голову этим шустрым девушкам. Да и наш юный гранд радует своим здравомыслием и предсказуемостью маршрутов. Дом-спортзал-дом. Красота... Не находите, отец?
   - Ты слишком много времени уделяешь этой партии, сын. Но доля истины в твоих словах, конечно, есть. Приятно, когда фигуры не доставляют хлопот своеволием. - Вздохнул государь и тихо, совсем неслышно для своего довольного собеседника, договорил. - Вот только люди не фигуры, и чем быстрее ты это поймёшь, тем лучше.
     

Глава 9. Наш паровоз вперёд летит

   Гудок-свисток, знаменующий отправление, совсем необязательный для современного поезда, но... традиция! И стремительно учащающийся стук колёс на несуществующих стыках рельс, как начало симфонии путешествия. Сергей с детства любил долгие поездки в поездах, ещё тех, старых, с огромными пышущими жаром "титанами", усатыми проводниками и смешливыми проводницами, чаем в мельхиоровых подстаканниках и тонким звоном от дрожащих в них чайных ложек. Были, правда, и вещи, которые Сергею в поездах совершенно не нравились, а именно, ароматы холодной жареной курицы, отваренных "вкрутую" яиц и свежих огурцов. Смешиваясь с запахами металла и мазута, без которых был немыслим ни один вагон ни одного поезда, они порождали такую отвратительную какофонию... И вроде бы, в поездах уже давно не пахнет ничем, кроме освежителей воздуха, а брезгливое отвращение к "СПНП" у Сергея никуда не делось, впрочем, как и любовь к путешествиям.
   Боярич довольно вздохнул, но тут же задавив вылезшую на лицо усмешку, покосился на своего спутника и единственного соседа по купе СВ. Тот, что-то тихо пробормотав, как раз запихнул объёмистый рюкзак в шкаф над входной дверью. Из-под чёрной ткани послышался короткий железный лязг, дверца шкафчика с тихим хлопком заняла положенное место, а сам попутчик, рухнув на свою полку, почти тут же углубился в чтение какого-то текста на невидимом для окружающих экране своего браслета.
   Сергей отвёл взгляд от хмурого соседа. Последнюю пару дней, тот почему-то пребывал в отвратительном настроении и Зотову это совершенно точно не нравилось. Не хотелось бы, чтобы парень вспомнил ту манеру общения, которую он с таким успехом практиковал в начале их знакомства, а судя по состоянию Кирилла, до этого "радостного" момента осталось совсем немного времени. М-да, порученец цесаревича боится пятнадцати... прошу прощения, по паспорту, шестнадцатилетнего мальчишку. Ну не бред ли?
   Зотов сам себе кивнул, мол, бред, конечно... но так оно и есть. И дело даже не в умении этого самого мальчишки докопаться даже до столба. Просто, порой от него такой жутью несёт, что волосы дыбом встают во всех приличных и неприличных местах. Чёртова эмпатия.
   - Как насчёт чая, Кирилл? - Решил разбить тишину Сергей, едва в окне мелькнул край платформы.
   - М? - Его спутник оторвался от чтения и, словно опомнившись, кивнул. - Я бы и перекусить не отказался. Позавтракать-то не успел.
   - Ресторан должен открыться через полчаса. - Глянув на браслет, боярич поставил в известность своего спутника, и тут же поинтересовался. - Проспал?
   - Нет. - Вздохнул тот. - Забыл вещи в раздевалке спортзала, а абонемент завтра заканчивается. Пришлось бежать за ними, чтобы не выкинули. А там и ты заявился.
   - Понятно. - Протянул Зотов. Вот ведь тоже... Кирилл как-то незаметно и нечувствительно перешёл на "ты", и что самое интересное, совершенно не чувствует никакого смущения, обращаясь подобным образом к человеку, куда более старшему по возрасту. Нехарактерная привычка для боярского отпрыска, в которого этикет должны были вбивать чуть ли не с младенчества. Сергей тряхнул головой, отбрасывая несвоевременные мысли. Профессия, чтоб её!
   Современный поезд, это не только комфорт, удобство и отсутствие вызывающих ностальгию запахов, это ещё и первоклассная кухня вагона-ресторана. Вот уж где точно нельзя встретить ничего напоминающего пресловутый СПНП. Так думал Зотов, когда они с Кириллом приземлились за один из столиков. Но к своему разочарованию, попробовав принесённые стюардом блюда, Сергей вынужден был признать, что здешний повар схалтурил. Правда, через несколько секунд до него дошло, что он сравнивает поданные блюда с результатами кухонных экспериментов Кирилла, и невольно фыркнул, вспомнив недавнюю шутку Кратова с платными обедами-ужинами. С этой точки зрения, недешёвое меню вагона-ресторана было честным... если сравнивать его с ценой обедов в квартире Кирилла.
   От размышлений, Сергея заставил отвлечься спутник. Кирилл неожиданно напрягся... но через несколько секунд так же неожиданно расслабился.
   - Что-то случилось? - Не сдержал любопытства боярич.
   - Нет, ничего. - Помотал головой Кратов и легко улыбнулся. - Показалось.
     
   * * *
   "Показалось"... Да чёрта с два! Я, конечно, не профи в этом деле, как мои прежние коллеги из управления "С", но чтобы почуять чужой взгляд, и моей подготовки вполне достаточно. Враждебный взгляд...
   А в том, что я учуял буквально несколько секунд назад, доброты не было ни на грош. Правда, однозначно определить этот взор, как интересующийся именно мной, я бы не рискнул. Больше похоже на то, что кто-то последовательно оценивал всех присутствующих в вагоне, классифицируя по возможной опасности. Хм... нехорошо. Одно дело, знать, что какая-то бяка грозит лично мне, и совершенно другое, попасть под чужой замес.
   С другой стороны, это может быть и просто взгляд излишне ретивого комиссара из транспортной службы безопасности, не так ли?
   Слышал я, что здесь они в чести. В каждом поезде, дирижабле и самолете водятся такие полезные дяди и тёти, следящие за порядком на борту. Может, этот один из них? Проверить бы, но как?
   Аккуратно распустив клубок эмоций и чувств, я попытался "прозондировать" в Эфире окружающее пространство на предмет наличия у присутствующих чего-то эдакого. Глухо. Ну почувствовал я, что у двоих из дюжины находящихся в ресторане пассажиров, при себе имеется оружие. Взял их на заметку, разумеется, аккуратненько, чтобы не спалиться, если они сами в эфирных техниках шарят. Только оружие и у комиссаров есть, им по штату положено. Гарнитура? Во-первых, я её не почуял, а во-вторых... те же яйца, вид в профиль. И распознать наличие удостоверения в кармане, я не могу. Просто потому, что не знаю, как оно должно ощущаться в Эфире.
   Вот ведь гадство! Этот наблюдатель окончательно испортил мне аппетит. Никакого удовольствия от процесса. Не то что у Зотова. Жрёт, как ни в чём ни бывало. У-у... завидно. Хотя, кажется, моему спутнику кое-что из блюд тоже не особо понравилось. Ну да, конечно! Сравнил мою домашнюю солянку с этим. Я-то для себя готовил, с душой, а это... ширпотреб, иначе не скажешь. А вот холодные закуски здесь очень даже ничего, я оценил. Кстати, надо будет с собой в купе их забрать, съем, как аппетит вернётся.
   Так, размышляя о всякой ерунде и, тем самым, старательно размывая свой интерес к возможному наблюдателю, я покончил со ставшим безвкусным обедом и, дождавшись, пока боярич сложит свои приборы в опустевшую тарелку, двинулся к выходу из вагона.
   На обратном пути я, почти не переставая, продолжал сканировать окружающее пространство, автоматически отмечая наличие у пассажиров оружия. Подсчёт, произведённый по ходу движения, удручал. На три вагона, через которые мы прошли, возвращаясь в своё купе, мною было обнаружено аж восемь единиц стрелкового оружия. Вот что значит жить в стране с частично разрешённым оборотом оружия. В основном, это были обычные пистолеты малых калибров, не предназначенные ни для чего кроме личной защиты носителя, но пара автоматических стреломётов в купе одного из проводников, засечённая мною в Эфире, заставила немного напрячься. Мы что на войну едем? Или оно так и должно быть? Тьфу! Вот что мне стоило поискать нужную информацию в Паутинке, людей порасспрашивать? Сейчас бы голову не ломал. А я дурью маялся, занятия себе придумывал, только чтобы с Ольгой пореже пересекаться! Ну не идиот ли? Хм, интересно, может мой спутник что-то знает?
   - Оружие? - Удивился Зотов, когда я таки решился задать ему свои вопросы. - Да нет никакого запрета. Имеешь лицензию, таскай с собой хоть гаубицу. Но и комиссары в случае чего, имеют права стрелять без предупреждения и наповал. Да что я рассказываю? Ни меня, ни тебя на вокзале никто же не задержал, хотя кое-кто, не будем показывать пальцем, похоже, решил провезти с собой оружия на целое штурмовое отделение.
   - А автоматические стреломёты в купе проводника, это нормально? - Спросил я, пропустив мимо ушей язвительный намёк боярича на мою сумку.
   - Если у него находится арсенал всё тех же комиссаров, то да. - Пожал плечами Зотов и, чуть прищурившись, осведомился. - А откуда такой интерес, и что самое главное, познания?
   - Эфир, наблюдение, паранойя. - Буркнул я в ответ, кусая бутерброд, смастерённый из утащенной с ресторанного стола грудинки и ароматного белого хлеба, и запивая его чаем из классического стакана в не менее классическом подстаканнике.
   - Паранойя? - Удивлённо переспросил боярич, а я вздохнул. Ну да, моё недавнее прошлое ему неизвестно, так что интерес понятный и прозрачный. Ну а в том, что Зотов пропустил мимо ушей упоминание об Эфире, ничего странного нет. Своих умений в этой сфере, я хоть и не демонстрировал специально, но и не скрывал.
   - Она самая. - Кивнул я. - Полезная штука, но иногда чересчур утомительная.
   - Вижу. - Усмехнулся боярич. - Но сейчас, уверяю тебя, твоя паранойя может спать спокойно. Никаких поводов для волнений я вокруг не наблюдаю.
   - Успокоил, спасибо. - Справившись с бутербродом и прибрав оставшиеся от него крошки, откликнулся я, стряхивая мусор в контейнер под столом.
   - Вот и замечательно. - Боярич не повёлся на моё ехидство и, кивнув, принялся разбирать одну из своих сумок. - Кстати, об успокоении. Время уже позднее, так что давай-ка готовиться ко сну. Дольше спим, короче дорога.
   - Не возражаю. - Согласился я, глянув в окно, за которым уже сгущались сумерки. Одиннадцатый час. С одной стороны, время, вроде бы, "детское", с другой же... а чем ещё можно заняться в поезде, несущемся со скоростью в полторы сотни вёрст в час, кроме как есть, спать и читать? Водку жрать? Так, моему телу хватит ста грамм, чтобы захмелеть, схлопотать "вертолёт", а после всё утро промучиться от похмелья. Но это уже не пьянка, а бессмысленный перевод ценного продукта и форменное издевательство над организмом получается. Вопрос: оно мне надо? Ответ даже озвучивать не стану, а значит... на горшок, сказку на ночь и баиньки.
   Правда, пойдя на поводу у своей так не вовремя проснувшейся паранойи, я всё же внёс некоторые коррективы в этот план-график, уместив между походом в санузел и чтением "сказки" перед сном, некоторые манипуляции со своим арсеналом. Кхукри удобно устроились под боком, рюгеры отправились под подушку, а на двери разместилась простенькая ловушка-будильник. В общем, стандартный отход ко сну в условно-враждебной обстановке.
   Но каким взглядом наблюдал за моими приготовлениями боярич... м-да! Кажется, у кого-то разрыв шаблона.
     

Глава 10. Вагонные споры

   Вопреки моим ожиданиям, ночь прошла вполне спокойно. Если не считать того момента, когда сонный боярич посреди ночи решил наведаться в санузел, естественно, напрочь забыв об установленной мною на двери купе ловушке-будильнике. Хорошо ещё, что в свете пролетающих за окном фонарей, я успел рассмотреть ошалевшее лицо своего спутника, до того, как сорваться в атаку, иначе, боюсь, дело могло закончиться плохо.
   Правда, поутру, когда я умылся, позавтракал и, выпив две чашки кофе, наконец, проснулся, мне в голову стукнула одна идейка, явно навеянная не желающей засыпать паранойей. А именно, вспомнив ночное происшествие, я предположил, что таким образом Зотов просто-напросто решил проверить боеспособность своего спутника. Но, это была лишь версия, гипотеза, подтвердить истинность которой, у меня не было никакой возможности.
   В курительном салоне, расположенном сразу за вагоном-рестораном, было пусто. Собственно, и за столом в самом ресторане, мы с Сергеем были первыми посетителями за утро. Неудивительно, учитывая, что завтракать мы пришли в восьмом часу утра.
   - Кирилл, ты за ночь не накурился, а? - Недовольно проворчал мой сопровождающий, когда я, устроившись в одном из удобнейших кожаных кресел салона, достал пачку сигарет. - Ведь на каждой станции бегал!
   - А незачем было меня будить. - Откликнулся я. - Я из-за твоей забывчивости, до утра без сна провалялся.
   - Нервишки, да? Так сказал бы, у меня в аптечке успокоительное есть. - Преувеличенно участливо проговорил Зотов. Он меня ещё и подкалывает!
   - А укрепляющего в твоей аптечке нет? - Спросил я.
   - Зачем? - Не понял боярич.
   - Чтоб не бегать посреди ночи до туалета. - Фыркнул я.
   - Один-один. - Со вздохом отозвался Зотов и, развернув экран своего браслета, погрузился в чтение. И я, понаблюдав за действиями своего спутника, последовал его примеру. А что? Заняться всё равно нечем, места для ежедневной тренировки, в поезде днём с огнём не найдёшь. Так почему бы и не потратить немного времени на чтение, под кофе с сигаретой?
   - Кунгур! Подъезжаем к Кунгуру. Стоянка - сорок минут. - Объявившийся в салоне, стюард лениво, чуть ли не с зевком, озвучил новость и снова исчез за дверью в тамбур. Тоже не выспался, что ли?
   - Ну что, Сергей Александрович, прогуляемся, посмотрим на древний город? - Спросил я боярича. Тот оторвался от чтения и, чуть подумав, кивнул.
   - Можно, ноги размять дело хорошее. Правда, насчёт "посмотреть город", сомневаюсь. За сорок минут, разве что привокзальную площадь увидеть успеем. - Обстоятельно проговорил Зотов.
   - Всё лучше, чем в поезде сиднем сидеть. - Пожав плечами, отозвался я, поднимаясь с кресла.
   - Согласен. - Вновь кивнул боярич, сворачивая экран браслета и покидая насиженное за прошедшую четверть часа, место. - Но сначала нужно заглянуть в купе.
   - И не тебе одному, Сергей Александрович. - Я выразительно хлопнул себя по боку, намекая на отсутствие кобуры. - Ветровку накинуть было бы неплохо. А то, погодка в Кунгуре, нынче прохладная, если верить Паутинке. Хотя, казалось бы, середина лета на носу, а вот поди ж ты...
   - Параноик. - Буркнул себе под нос Зотов, совершенно правильно оценив мой жест.
   - На Аллаха надейся, а верблюда привязывай. - Откликнулся я и так же тихо добавил, - беспечный мальчишка!
   - Эй, я всё слышал! - Вскинулся мой спутник, отворяя дверь в тамбур очередного вагона.
   - Вывод, не надо путать укрепляющее с успокоительным. Я слышал, некоторые препараты этой группы могут вызывать галлюцинации. - Фыркнул я. - Твой случай, между прочим.
   Так, препираясь и подкалывая друг друга, мы добрались до своего купе, где и "экипировались" для предстоящей прогулки. Кстати говоря, несмотря на обвинения в паранойе, сам Зотов не побрезговал вооружиться небольшим полуавтоматическим пистолетом, тут же скрывшимся в кобуре под полой лёгкого льняного пиджака. Паранойя или нет, а безопасность прежде всего.
   Пусть Сергей был и прав, утверждая, что нормально прогуляться по городу за сорок минут не получится, но на то, чтобы развеяться и подышать свежим воздухом, этого времени вполне хватило. Хотя говорить о чистом воздухе на вокзале... м-да. Но всё лучше, чем сидеть в купе, пусть даже и с кондиционером.
   А вообще, Кунгур мне понравился. Маленький, провинциальный, сонный, но по-своему очаровательный городок, насчитывающий полтысячелетия истории, о чём недвусмысленно свидетельствует немалое количество белокаменных палат века семнадцатого, соседствующих с богатыми домами в стиле модерн, постройки начала прошлого века. Кто-то скажет, что нельзя оценивать город по одним лишь видам открывающимся с привокзальной площади, и чёрт бы с ними, любителями романтических прогулок. Мне хватило и короткой прогулки в окрестностях вокзала. И пусть я не увидел пригородов или рабочих кварталов Кунгура, но может оно и к лучшему, и в моей памяти он так и останется "пряничным" городом, этакой иллюстрацией к легендам о покорении Сибири и к куда более поздним, но не менее драматичным временам становления уральских заводчиков, их расцвета и упадка.
   Если бы ещё не это ощущение чужого взгляда на перроне, то и дело цеплявшего меня своей назойливостью. Кстати, если я не ошибаюсь, то мой спутник тоже чувствовал что-то эдакое. По крайней мере, шуточек о моей мнительности больше не было. Да и сам Зотов, к моменту отхода поезда выглядел несколько посмурневшим.
   Можно было бы, конечно, предположить, что у боярича просто испортилось настроение, но против этой гипотезы играл добрый десяток эфирных техник, расползшихся от Зотова во все стороны, словно змеи, невидимые такие, почти неощущаемые даже в Эфире, по крайней мере, для большинства сенсоров не имеющих статуса мастера.
   Вновь оказавшись в купе уже тронувшегося и теперь медленно ползущего по городу поезда, Зотов запер за нами входную дверь, достал из шкафа свою сумку и, выудив из неё небольшой вычислитель в противоударном исполнении, принялся что-то с ним мудрить. Молча. Наконец, подкрутив пару верньеров, довольно чужеродно смотрящихся на современной клавиатуре, он ткнул кнопку ввода. Хлопок, короткий свист и в пространство выплеснулась эфирная щитовая техника, укрывшая нас от возможных наблюдателей. Громоздко, но эффективно.
   - У тебя хорошее чутьё, Кирилл. - Отодвинув вычислитель, демонстрирующий на экране хаотическую пляску каких-то диаграмм, проговорил боярич. - За нами явно наблюдают. Ты, конечно, не видел, но на перроне я запустил пару поисковых конструктов и результат мне не понравился. Вагон, следующий за нашим и тот, что находится за салоном, плотно прикрыты в Эфире. Да и кое-кто из наших соседей проявляет нехарактерный для попутчиков интерес... А сейчас, давай подумаем...
   Договорить он не успел. Установленный бояричем, щит блеснул неяркой вспышкой и исчез, словно его и не было. А через секунду судьбу конструкта повторил стоявший на столике вычислитель. Правда, вспыхнув, он не исчез, а лишь зачадил чёрным дымком, а потом и браслет на моей руке на мгновение раскалился и вырубился. И судя по тихому чертыханию Сергея, его коммуникатор так же вышел из строя.
   Я попытался было потянуться к Эфиру и... теперь мы с бояричем матерились на пару. Какая-то гнида устроила в вагоне бурю, весьма похожую на ту, что я ощущал в подземельях Александровского кремля. Наверняка, артефакты! Вопрос лишь в том, как их умудрились протащить и, самое главное, установить в составе?! Они же должны жрать до хрена энергии, да и габариты у этих "игрушек" отнюдь не мелкие. Уж я-то помню, видел коробки возмущающих Эфир ретрансляторов, пока цесаревич вёл меня в свой подземный кабинет. Установить такие в поезде, незаметно для окружающих невозможно!
   - Хватай манатки, Сергей и уходим, пока нас здесь не положили. - Прошипел я, продевая руки в лямки своего рюкзака.
   - Я слаб в стихиях. Даже от воя не закроюсь. - Предупредил Зотов, выуживая из шкафа свою сумку.
   - А я вообще новик, зато с оружием. Попрыгаем! - Не в силах смотреть, как мой спутник пытается перехватить поудобнее свой полуспортивный баул, я подскочил к нему и, заставив напялить сумку, как рюкзак на спину, благо длины лямок вполне хватило, ударом кхукри выбил окно. Крупные осколки посыпались на стол и полки, и заскрипели под ногами. - Лезь на крышу. Здесь нам воспользоваться Эфиром не дадут.
   - А наверху, думаешь, получится? - Выбираясь в окно, успел пробурчать Зотов.
   - Там, хотя бы гранату в купе не закатят. - Просипел я, вылезая следом за бояричем и, ухватившись за поданную им руку, втянул себя на крышу выползающего из города поезда. - К тому же, здесь можно палить во всё что движется, не опасаясь положить "мирняк".
   К счастью, у нас нашлось несколько спокойных минут, так что, пока я, с рюгерами в руках, посматривал по сторонам, Зотов успел вооружиться одним из двух автоматических стреломётов, что покоились в моём рюкзаке. И вовремя! Первый же сунувшийся к нам "в гости" кадр получил выстрел в корпус и исчез где-то под колёсами поезда.
   - Не стоим, Серый. Бегом к хвосту состава! - Я ткнул замершего на месте боярича в плечо. Этого хватило, чтобы Зотов "разморозился" и помчался следом за мной. Честно говоря, устраивая этот забег, я надеялся только на одно, а именно, что мощности артефакта не хватит для накрытия такой большой площади.
   До последнего вагона оставалось совсем немного, когда чуйка взвыла сиреной. Я прыгнул вперёд, утягивая за собой Зотова, и воздух над нами прошила очередь из доброго десятка стрелок. Ответить я не успел. За меня это сделал боярич, разом ополовинив магазин стреломёта, но достав противника. До нас долетел воющий матерный перебор, но терять время, выжидая появления других "целей", мы не стали и с новой силой рванули к хвосту начинающего набирать скорость поезда.
   - Прыгаем. - Я мотнул головой в сторону железнодорожного полотна, со всё большей скоростью уносящегося назад. Зотов посмотрел на меня, как на больного, потом вздохнул и, бросив короткий взгляд за спину, где можно было увидеть выбирающиеся на крышу фигурки вооружённых людей, сплюнул.
   - Да чтоб я ещё раз! - Воскликнул он и... прыгнул.
   Я успел отметить почти профессиональный перекат, с которым Зотов погасил скорость при падении на откос, и последовал за ним. Земля приняла меня неласково, больно впившись в тело острыми гранями щебня, которым была отсыпана "подушка" железнодорожного полотна, вот только разлёживаться времени не было и я, кряхтя словно старый дед, поднялся на ноги. Подошедший ко мне, Зотов протянул выуженную из кармана пиджака фляжку, которую я с благодарностью принял, поднёс ко рту, глотнул и... тут же закашлялся. Взгляд упёрся в один из столбов, установленных вдоль "железки". Всё бы ничего, но на нём отчётливо виднелась знакомая коробка ретранслятора...
     

ЧАСТЬ III. ПОИГРАЕМ

Глава 1. "Окна" "Виндоуз" рознь

   Сергей, заметив ошеломление своего спутника, резко развернулся, вскидывая стреломёт, но, не увидев ничего подозрительного, чуть расслабился. Проводив взглядом хвост удаляющегося поезда, он облегчённо вздохнул и, опустив ствол автомата, вновь взглянул на Кратова.
   - Что случилось, Кирилл? - Спросил он.
   - Ничего, Сергей. - Ответил тот, но заметив испытующий взгляд Зотова, вынужден был пояснить. - Просто осознал, с какой верхотуры мы прыгали. Как только ноги не переломали...
   - А! - Сергей понимающе кивнул. - Адреналин, братец, это такая штука, что из самого последнего задохлика заправского гимнаста сотворит. На пару секунд, правда.
   - Уже убедился. - Хмыкнул Кирилл и махнул рукой в сторону города. - Идём?
   - Идём, конечно. - Согласился боярич. - Не здесь же нам ночевать, правильно? Да и в контору доложить надо как можно скорее, а браслеты в хлам.
   Сергей потянулся было рукой к ремню, чтобы снять стреломёт с плеча и отдать хозяину, но Кирилл отрицательно покачал головой.
   - Не факт, что засадой в поезде дело ограничилось. Пусть побудет у тебя. - Проговорил он.
   - Ага, не хватало мне ещё по городу с автоматом наперевес разгуливать. - Фыркнул в ответ Зотов.
   - До Кунгура ещё добраться надо. - Справедливо заметил его спутник. - И желательно не попадаясь никому на глаза.
   - И что ты предлагаешь? - Скептически поинтересовался боярич.
   - Пойдём лесополосой... и быстро. - Неожиданно резко закончил фразу Кирилл, а когда увидел вопросительный взгляд спутника, покачал головой. - К Эфиру прислушайся. Ничего не ощущаешь?
   Сергей попытался выполнить "просьбу" Кирилла и недоумённо охнул.
   - Не получается. - Констатировал он. - Хочешь сказать, что они не вагон и не поезд заблокировали, а местность? Но как?
   - Каком кверху. - Рыкнул Кирилл, поспешно набирая ход и чуть ли не кубарем скатываясь с насыпи, и Сергей, озираясь по сторонам, последовал за ним, мысленно костеря себя за глупость. Расслабился, называется. Удрали с поезда, и он тут же решил, что всё уже закончилось. А о том, что подобные операции без подстраховки не проводят, даже не подумал. А вот Кратов сообразил! Шестнадцатилетний губошлёп догадался, а порученец цесаревича ушами прохлопал! Стыдоба!
   Лесополоса встретила беглецов стеной зелени с густым подлеском и редкими птичьими трелями. Неудивительно. Мало какая птаха обрадуется соседству с железной дорогой...
   Как-то так получилось, что оказавшись в перелеске, Кирилл тут же выдвинулся вперёд, и его куратору пришлось взять на себя роль ведомого. Шагая вслед за Кратовым, непривычный к лесу боярич то и дело спотыкался о какие-то коряги и выступающие корни деревьев, цеплялся пиджаком за ветки, но старался смотреть в оба, чтобы не проморгать возможную атаку. Получалось плохо, но Сергей честно старался.
   Смахнув с лица невесть откуда взявшуюся паутину, Зотов еле слышно выругался и покосился на идущего впереди юношу. А тот не шёл, а словно плыл меж деревьев. Бесшумно, будто призрак. Ни ветка не шелохнётся, ни сучок под ногой не хрустнет. Вот как у него это получается, а?
   Боярич тяжело вздохнул и вновь зашарил взглядом по сторонам. Но стоило ему сделать пару шагов вперёд, как Кирилл вдруг вскинул вверх раскрытую ладонь. Стоп.
   - Что там? - Невольно понизив тон, спросил Сергей, замерев на месте.
   - Не знаю. - Ещё тише ответил Кратов, опускаясь на колено и настороженно глядя куда-то вперёд. - О... Сергей, тихонько подойди сюда. Только тихонько!
   Пригнувшись, Зотов подобрался поближе и, остановившись рядом с Кириллом, попытался отыскать взглядом то, что так насторожило его спутника. Но впереди виднелись лишь деревья да густой кустарник.
   - Видишь? - Почти прошептал Кирилл.
   - Нет. - Честно признался Сергей.
   - Да не там, левее. - Взволнованно, и потому, наверное, слишком резко ткнув ладонью в плечо спутника, отчего то чуть не онемело, Кратов кивком указал направление. Зотов всмотрелся в заросли, но, так ничего толком и не увидев, кроме, разве что, какой-то размытой тени, метнувшейся в сторону и исчезнувшей где-то в кустах, он повернулся к Кириллу. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как юноша, закатив глаза, валится наземь. - Кирилл, что...
   В глазах боярича потемнело, и земля толкнулась навстречу.
     
   * * *
   - Ну, рассказывайте, как вы додумались до такого! - Вздохнул я, увеличив изображение на экране браслета.
   - А что тебя не устроило? - В деланном недоумении приподнял бровь мой собеседник.
   - Ретрансляторы. - Честно ответил я. - Кому вообще пришла в голову идея использовать оборудование особого учёта для этого спектакля? А если бы Сергей их узнал?
   - Кирилл, я удивлён, что ТЫ их узнал. - Покачал головой Бестужев. - Кстати, а в самом деле, откуда ты знаешь, что это такое?
   - Почуял знакомое возмущение, точно такое же, как в подземельях Александровского кремля, где я разговаривал с цесаревичем. А присмотревшись, увидел не менее знакомые коробки на столбах вдоль пути. Сложить два и два, проблем не составило. - Пожав плечами, произнёс я.
   - Понятно. Ну так я могу тебя успокоить, сенсоров подобных тебе, способных уловить источник таких возмущений, в стране раз-два и обчёлся. Как и людей знающих, как именно выглядит прибор, генерирующий эти самые возмущения. Так что, насчёт Сергея можешь не переживать, он точно не в курсе дела. - Объяснил Бестужев.
   - Мне уже спокойнее. - Фыркнул я в ответ. - И всё же, где вы их взяли, Валентин Эдуардович?
   - Позаимствовал в своём хозяйстве для испытания. - Улыбнулся тот. - В "Аквариуме" должна работать только проверенная техника, знаешь ли.
   - Не засекут? - Нахмурился я.
   - Кирилл, давай ты не будешь задавать идиотских вопросов? - Покачал головой боярин. - Всё сделано без помарок. Комар носу не подточит. Тем более, что техника уже возвращена, а определить её применение на местности, невозможно. В общем, не кипеши. Так, кажется, ты говоришь?
   - И не только так. - Вздохнул я и, покрутив на запястье новенький браслет, ткнул в него пальцем. - А у вас в хозяйстве не найдётся чего-нибудь попрочнее, а? А то надоело уже коммуникаторы менять.
   - Сам виноват. - Фыркнул будущий тесть. - Нечего было палить всю аппаратуру при бегстве. У Громовых попробуй купить... штук пять. Себе и окружающим, а то мои люди, знаешь ли, жаловались на ту же проблему. Ты в следующий раз силушку соразмеряй, а то ведь давеча не только в своём купе всю аппаратуру пожёг, но и соседей зацепил. Михаила помнишь? Крестника Аристархова? Так вот, ты ему теперь полсотни рублей должен за коммуникатор.
   - Ого! Да ну на фиг! Обломится! - Невольно вырвалось у меня. - Будет знать в следующий раз, как на серьёзное дело понтовые цацки таскать!
   - Я ему передам. - Хохотнул Бестужев. - Но всё равно, Кирилл. С тем импульсом в купе ты перестарался.
   - Валентин Эдуардович, но мне же нужно было наверняка уничтожить все возможные "жучки" и маячки, правильно? Вот я и жахнул так, чтоб наверняка.
   - Да это-то понятно. - Вздохнул боярин. - Но люди-то всё равно ворчат.
   - Их проблемы. Премии, по сотне рублей на каждую наглую морду они получили? Получили. Вот пусть на премиальные себе новые браслеты и покупают. В следующий раз умнее будут. Так можете и сказать. Кстати, о людях... - Я щёлкнул пальцами. - Как там, среди "нападавших" никто не пострадал?
   - Нет, всё в порядке. - Отмахнулся боярин. - Кроме финансовых потерь от уничтоженных браслетов, ничего серьёзного. Работали со страховкой, так что, под поезд никто не угодил, да и твои резиновые пули себя неплохо показали, как ни странно. Зря я тогда настаивал, чтобы ты оружие не брал.
   - Я же понимал, что Зотов не может не взять с собой хотя бы пистолет. - Пожал я плечами. - И начни он палить из своего ствола, кто знает, как бы оно обернулось. Тем более, что мы не знали, какое именно оружие он предпочитает. А вдруг это оказался бы "слонобой" в четыре линии? Никакой бронежилет не спас бы. А так...
   - Да-да, ты был прав, признаю. - Замахал руками Бестужев, но почти тут же нахмурился. - Кстати, Кирилл, а куда ты своего куратора дел?
   - В ливнёвку спустил. - Честно ответил я, и боярин замер, глядя на меня широко раскрытыми глазами.
   - К-как "в ливнёвку"? - Выдавил он. - Грохнул, что ли?
   - Типун вам на язык! - Возмутился я. - Что я, маньяк, по-вашему?! Вырубил, связал небрежно и спрятал в трубе ливнестока под железнодорожной насыпью, чтобы людям на глаза раньше времени не попался.
   - Жестоко. - Протянул Бестужев.
   - На вас не угодишь. - Фыркнул я. - Убил - жестоко, в живых оставил, тоже жестоко. Может, мне его с собой надо было взять?
   - У меня свободных камер нет. - Тут же открестился боярин и, подумав, добавил. - Да и держать в плену порученца цесаревича, это, знаешь ли...
   - Жестоко? - Наивно поинтересовался я.
   - Да тьфу на тебя, скоморох! - Рыкнул Бестужев, но тут же успокоился. - Ладно... поплевались, и будет. Теперь, серьёзно. Когда тебя ждать?
   - Хм, надо посчитать. Так, сейчас я в Нижнем, после обеда прыгну в Кострому, сил должно хватить, оттуда вечерним поездом рвану до Вологды, а там уже открою "окно" прямиком к Ольге.
   - Ты уже в Новгороде?! - Удивился Валентин Эдуардович.
   - Ну так, зря я что ли, почти на каждой станции "курить" выходил? - Улыбнулся я. - Метки от самой Москвы ставил, теперь по ним и прыгаю. Так что, думаю, на месте буду ещё до того, как Зотов шум поднимет.
  

Глава 2. С добрым утром, страна

   Договориться с проводником, чтобы тот подыскал местечко в своём вагоне для едущего к родственникам паренька, решившего сэкономить пару рублей на билете, оказалось не сложнее, чем в Том мире. Можно было бы, конечно, воспользоваться отводом глаз, но хотелось ехать с комфортом, не прыгая с места на место и не таясь по углам, пусть даже всего три с половиной часа. Да и вымотался я, открывая "окна", чуть ли не одно за другим. А тут есть возможность хоть немного отдохнуть. Хорошо Зотову, спит себе в трубе и в ус не дует. И ещё часов пять спать будет, по крайней мере, должен. Отключил я его основательно, и фору во времени обеспечил себе неплохую.
   Вологда оглушила не умолкающим даже ночью шумом и гамом вокзальной суеты, грохотом товарных поездов и почти столичным гулом несущегося по улицам автомобильного потока. Да, здешняя Вологда в корне отличается от памятного мне города. Она больше, суетливее и совсем не производит впечатления провинциального города. Здесь, это действительно торговый центр, город-миллионник, мало уступающий по размерам тому же Великому Новгороду. И я бы с удовольствием погулял по его улицам, полюбовался бы на столицу Опричнины - Насон-город, наведался бы в Троицкий и Спасо-Прилуцкий монастырь, но... время!
   Я окинул взглядом ярко освещённую Привокзальную площадь, здесь никогда не переименованную ни в площадь Шмидта, ни в площадь Бабушкина и, с сожалением вздохнув, открыл окно к Ольге, предварительно бросив на себя отвод глаз. Вопреки моим предположениям, оказался я вовсе не в гостинице, а в чьём-то деревенском доме. С другой стороны, а с чего я вообще взял, что в этом населённом пункте имеется отель? Всё же, село Липин Бор, это далеко не Вологда. Село на берегу Белого озера встретило меня сонной ночной тишиной, характерной лишь для таких вот маленьких провинциальных городков, где жизнь замирает на закате, с закрытием магазинов и лавок и мелким моросящим дождём. Впрочем, и чёрт с ним. Дождь на улице, а я в доме, и мне это нравится.
   Привыкнув к темноте, я огляделся по сторонам, отметив и домотканые цветастые "дорожки" укрывающие пол, и кружевные салфетки на всех доступных поверхностях, и кровать с высокой периной и пятком подушек, из-за завала которых доносилось знакомое тихое сопение. Умиротворённое такое... Очень захотелось нырнуть в ту же перину, сграбастать в объятия сладко спящую Ольгу и самому вырубиться часов на десять. Но пришлось себя одёрнуть.
   Окунувшись в Эфир, я определился с количеством людей в доме и, убедившись, что среди них нет ни одного незнакомого человека, тихо вышел из комнаты Оли в коридор. Лестница вниз, скрипучая зараза, поворот и я в гостиной. Здесь уже можно особо не осторожничать, из опасения разбудить учеников, но повесить звукоизолирующий конструкт всё же не помешает.
   Включив свет в комнате, я скинул с себя изрядно запылившуюся за сутки одежду и, прошлёпал босиком в ванную комнату. Душ! Лучше бы, конечно, в баньку, тем более, что я явно ощутил её наличие на заднем дворе этого дома, но топить баню в третьем часу ночи у меня нет ни малейшего желания.
   Выбравшись из душа и переодевшись в чистое, благо, в моей сумке нашлось место не только оружию, я умытый и посвежевший, потопал на кухню, где уже через пять минут запыхтел небольшой полувёдерный толстяк-самовар, а ночной белый алтарь одарил меня колбаской, сыром и маслом. Чай с лимоном и бутерброды с колбасой и сыром, что может быть лучше для ночного жора?
   Ну а пока самовар не загудел, я вернулся в гостиную и, открыв свою походную сумку, принялся выкладывать на стол оружие. До этого времени у меня не было возможности его почистить и привести в порядок, ну а сейчас... перекушу и займусь. Да и боеприпас сменить надо бы, а то забуду, вот радости гипотетическому супостату будет, когда его очередью из резиновых пуль попотчуют.
   Расправившись с перекусом, я закончил чистку стреломётов, не забыв и про свои рюгеры и, с чувством выполненного долга, вооружившись кружкой с крепким кофе и сигаретой, выбрался на веранду. Усевшись на её ступени, отхлебнул из полулитровой кружки ароматного напитка и, затянувшись первой за прошедшие сутки сигаретой, уставился в темноту, в которой, даже с моим зрением, едва удаётся рассмотреть силуэты окружающих домов и тёмные громады возвышающихся над ними деревьев. Сквозь пелену дождя пятачки освещённых перекрёстков смотрятся зыбко и нереально, словно вырванные кусочки чьих-то миров в пустоте. А вот серебряную змею Боровки, местной речки, шипением откликающуюся на "приставания" дождя, то тут то там освещённую светом, льющимся из окон выходящих на неё домов, видно куда лучше, хотя и окон тех, по позднему времени, раз-два и обчёлся. И над всем этим царит неумолчный шум дождя и потоки прохладного ветра накатывающего с озера. Лепота... так и сидел бы здесь до утра, но увы. Завтра будет непростой день, и перед его наступлением, мне не мешало бы отдохнуть не только морально, но физически. То есть, нужно выспаться.
   Хлопнув ладонями по коленям, я поднялся со ступеней крыльца, затушил "бычок" в стоящей на веранде пепельнице и, прихватив опустевшую кружку, вернулся в дом. Искать свободную спальню я не стал, тем более, что здесь таких и нет. Вместо этого, я внаглую устроился на диване в гостиной, сунул под голову небольшую "думку" и, отгородив своё лежбище отдельными звукоизолирующим и кинетическим щитами, закрыл глаза. Опасность? Здесь? Ха, и соседние два дома пышут вниманием и настороженностью просто так, да? Ни на секунду не удивлюсь, если узнаю, что за нами здесь присматривают и Громовы и Посадские... а возможно, и Вербицкие с Бестужевыми, тихонько так, ненавязчиво... И это правильно, это замечательно. Будет моим ученичкам от кого побегать, ха!
   Утро началось с грохота. Открыв глаза, я обвёл сонным взглядом гостиную и цокнул языком.
   - И что это вы здесь устроили? - Поинтересовался я у запыхавшихся и раскрасневшихся учениц, сверкающих в мою сторону злыми взглядами. Ну, по крайней мере, звукоизолирующий щит им пробить удалось. Правда, при этом, комната приобрела такой вид, словно по ней ураган прошёлся. Сдвинутая с мест мебель и опрокинутые стулья, сорванные со стен картины и летающий тут и там пух из невесть откуда взявшейся и основательно подранной подушки. Мамаево побоище какое-то, честное слово!
   - Мы?! - Близняшки тут же изобразили невинность... и дружно ткнули пальцами, Мила в Елизавету, а Лина в Ольгу. - Это они. А мы их отговаривали тебя будить.
   - Понятно. - Вздохнул я, переводя взгляд на опешивших от такого наглого предательства Бестужеву и Посадскую. - Разбудили? Молодцы. Завтрак где?
   Елизавета пришла в себя первой. Весело рассмеявшись, она отсалютовала и, промаршировав через всю гостиную, исчезла за дверью, ведущей на кухню. Ольга же, глянув на ехидно улыбающихся близняшек, что-то тихо прошипела и, вздёрнув подбородок, уплыла на веранду. Дела-а...
   Я аккуратно ослабил блок и, прислушавшись к эмоциям суженой, довольно кивнул. Кажется, до неё уже дошла вся глупость её недавнего поведения, а признать ошибку не даёт лишь гордость. Что ж, это поправимо, и наши грядущие занятия должны помочь ей и с этим небольшим препятствием. Главное, не перестараться... С другой стороны, по выносливости ученицы уже мало уступают тамошним моим ученикам, а по возможностям, пожалуй, превосходят их на голову, так что, я могу их особо не щадить во время дальнейших занятий. Как говорится: жалеющий розог, портит ребёнка. Девчонки, конечно, уже далеко не дети, о чём их фигурки даже не намекают, а прямо-таки вопят в голос, но и до взрослых им далеко, и поведение Ольги тому лучшее доказательство, а значит... Будет весело.
   - Кирилл? - Как-то настороженно в один голос проговорили близняшки.
   - Да? - Я отвлёкся от размышлений и взглянул на Милу с Линой.
   - Ты что задумал? - Спросила Мила.
   - Ничего. Ровным счётом, ничего. - Открестился я и тут же перевёл тему. - Сестрицы, а вы что, на пляж собрались?
   - Эм-м, почему ты так решил? - Поинтересовалась Лина.
   - Ну как же, шортики на полпопы, рубашки узлом под грудь завязаны... Самый вид, чтоб всех парней, купающихся в Белом озере, заставить захлебнуться, не слюной так водой. - Ответил я.
   - Спасибо за комплимент. - Довольно улыбнулись близняшки.
   - Всегда пожалуйста. - Кивнул я, искренне любуясь формами сестричек, а заметив их торжествующие взгляды, вздохнул. - Но вам придётся переодеться. Через час после завтрака пойдём на тренировку, так что у местных мачо будет возможность пожить подольше, не рискуя угодить в гости к хозяину озера.
   Энтузиазм сестёр резко поубавился, но они бы не были Громовыми, если бы не попытались настоять на своём.
   - Но у нас ничего иного нет. - Протянула Мила.
   - В спасплатформе есть. - Отмахнулся я и, чуть подумав, договорил, - нет, если вы уверенны, в том, что такой одежды будет достаточно, то я не стану настаивать. Мошка, думаю, тоже только порадуется такому вашему выбору. Пир с доставкой на дом...
   - Мошка? - Переглянулись сёстры. - Какая мошка?
   - Лесная. Или вы думали, что мы забрались в эти места, чтобы наслаждаться отдыхом в деревне? - Ухмыльнулся я. Близняшки застыли на месте. Ступор, что ли?
   - А ведь это было так просто. - Первой отмерла Мила. Её сестрица согласно кивнула.
   - И надолго мы уйдём в леса? - Спросила Лина.
   - Пока не скажу. - Ответил я, поднимаясь с дивана, и добавил, - в спасплатформе лежат приготовленные для вас рюкзаки. Пока Елизавета колдует на кухне, притащите их в дом и распотрошите здесь в гостиной. После завтрака разберёмся с их содержимым, а ещё через сорок минут я буду ждать всю вашу компанию в саду. Пленэр пленэром, но тренировки никто не отменял. Всё ясно?
   - Да, наставник. - В один голос пропели близняшки, вот только тон у них был очень невесёлый.
   - Тогда, почему я ещё вижу вас здесь?
   - Уже ушли. - Мила подхватила сестру под локоток и утащила прочь из комнаты, пока я не придумал им ещё пару поручений. Хм, чуйка есть, гонор в минус, остальное приложится. С течением времени, мне всё больше нравится возиться с этой парочкой. Умнеют на глазах. А если бы ещё прекратили попытки меня соблазнить, вообще цены бы им не было. Хотя... нет, это было бы уже не так интересно.
   Закончив с приведением себя в порядок, я взглянул на своё отражение в зеркале ванной комнаты и усмехнулся. Кобелизм это или нет, не знаю, но точно уверен, что игнорировать внимание женщины могут только "звездуны" и заднеприводные. А я не тот и не другой, и лгать себе и окружающим, уверяя, что такой интерес меня напрягает, не стану. Наоборот, меня он радует... по крайней мере, когда речь идёт о таких красавицах, как мои ученицы.
     

Глава 3. Инопланетяне существуют!

   Во время завтрака, Ольга была как на иголках, близняшки светились довольными улыбками, а Елизавета с Марией недоумённо переглядывались, явно не понимая происходящего. Я же, исподволь следя за эмоциями невесты из-за приспущенных щитов, вовсю наслаждался завтраком. Всё-таки, никакой пир, никакая ресторанная еда не сравнится с домашними блюдами, приготовленными с душой, что называется, "для своих". Спасибо, Лиза.
   Рюкзаки приготовленные по моей просьбе людьми Бестужева, сначала привели учениц в недоумение, а через несколько минут, явно до чего-то додумавшись, Оля с Лизой и Мария облегчённо вздохнули. Решили, что выход в будет недолгим? Наивные, рюкзаки-то, конечно, классические "трёхдневки", но это не значит, что моих учениц ждёт лесной пикник с двумя ночёвками. А вот Мила с Линой, успевшие перед завтраком распотрошить эти самые рюкзаки, взирают на своих коллег по несчастью с грустью. Ну да, они-то уже успели убедиться, что содержимое ранцев несколько отличается от классического набора. Я бы даже сказал, в корне отличается.
   Я не профессиональный "сурвайвер" и не собираюсь учить девочек жрать личинок и пить мочу, но вот охоте и жизни в полевых условиях с минимальным оснащением, им придётся научиться. Именно поэтому в полупустых рюкзаках болтаются лишь котелки с фляжками, бухты троса, вспененные коврики, соль, чай, аптечки и комплекты рыболовных крючков. Ну и обувь с двойным комплектом одежды, включающим в себя термобельё, костюмы типа "горки" и тактические перчатки.
   - Что взгрустнули, красавицы? - Обратился я к близняшкам.
   - Соли много. - Откликнулась Мила, чем заслужила недоумённые взгляды Ольги, Лизы и Марии.
   - И чая. - Добавила её сестра.
   - И что? - Всё ещё не понимая глубины проблемы, спросила Вербицкая.
   - Два килограмма соли на человека, это слишком много для короткого похода в лес. - Ответила Мила.
   - Молодцы. Сразу видно школу Гдовицкого. Не зря он вас в полевых выходах третировал. - Ухмыльнулся я, и кивнул. - Да и с логикой всё в порядке. Действительно, для трёхдневного похода, продуктов в этих рюкзаках слишком много.
   - Продуктов? - Изумилась Мария. - Но здесь же их нет!
   - Как нет? - Деланно удивился я. - А соль? А чай?
   - Кирилл, может хватит издеваться? - В голосе Оли отчётливо послышалось напряжение, и кажется мне, оно мало связано с "пищевой проблемой". Скорее уж, невесте не нравятся те взгляды, что я бросаю на до сих пор не переодевшихся близняшек. А там есть чем полюбоваться, честное слово.
   - Хватит, так хватит. - Кивнул я и, стерев с лица улыбку, заговорил уже серьёзным тоном. - Как вы уже поняли, нас ждёт необычная прогулка на природе. В этих рюкзаках лежит то, что вам может понадобиться во время похода. Помимо этого, каждой из вас я разрешаю взять ещё по две вещи на свой выбор. Ограничений три. Первое - никакой еды. Второе - никакого оружия, и третье - кто что взял, тот то и тащит. Это ясно?
   - Да. - Ответила за всех Елизавета.
   - Замечательно. - Я обвёл взглядом подобравшихся учениц и, сделав видимым для них экран браслета, развернул на нём топографический план. - А теперь, вводная. Перед вами местность, на которой будет проходить наш "урок". Это, как вы уже заметили, квадрат со стороной в тридцать километров, ограниченный озёрами Долгое, Кинжозеро, Сокольское, Вещозеро. Начиная с завтрашнего дня, вы проведёте здесь два месяца своей жизни в полном отрыве от цивилизации. Задача - выжить и выполнить все задания, которые будут поступать на ваши браслеты. Выход за пределы периметра запрещён. Кстати, функционал этих устройств на время похода будет урезан до необходимого минимума. А это значит, только экстренная связь, маячки и... приём текстовых сообщений. Так же, с них постоянно будет вестись передача вашей биометрии, а значит сжульничать, сняв браслет или передав его кому-то из команды, чтобы выйти за периметр незамеченным, не получится. Нет, попробовать, конечно, можете, но если провалитесь, накажу. Вопросы?
   - Зачем это всё, Кирилл? - Хмуро спросила Ольга.
   - Обучение, дорогая моя невеста. А кроме того, можешь считать это проверкой ваших умений в реальной, хоть и не боевой обстановке. - Улыбнулся я. - Ещё глупые вопросы будут?
   - А если не глупые? - Спросила Мила.
   - Задавай, разберёмся.
   - Мы будем действовать командой или каждый сам за себя?
   - Действительно, совсем не глупый вопрос. - Кивнул я. - Общая задача рассчитана на командную работу, но некоторые задания в её рамках, могут быть индивидуальными... и состязательными.
   - Командира мы должны выбрать сами? - Тут же подключилась Лина.
   - Теперь, нет. - Ответил я. - Если бы не задали этот вопрос, решение осталось бы за вами, а так... Ольга! Отныне и до окончания похода, ты командир группы. Ну, или до тех пор, пока твой отряд не взбунтуется.
   Суженая глянула на меня, как на врага народа, но ничего не сказала. Что ж, молчание, знак согласия, верно?
   - Кирилл, извини, но я никогда не была в походе. Тем более, в таком. - Вдруг тихо проговорила Вербицкая.
   - Ничего страшного, Маша. Лина с Милой тебе помогут, если что. Да и Лиза, как уверяла меня боярыня Посадская, тоже не раз выходила в поле, пусть и не на такой долгий срок... Не переживай, всё не так плохо, как тебе кажется. - Успокоил я нервничающую ученицу.
   - Ага, всё ещё хуже. - Тут же фыркнула Лина, но поймав в бок удар локтем от сестры, стушевалась. - Извини, Маш. Дурная шутка.
   - Кирилл прав, Машуль. - Улыбнулась Мила. - Не волнуйся, мы будем рядом, и если будет нужно, поможем. Да, девочки?
   - Именно. - Одновременно кивнули Лиза с Милой.
   - Вот и замечательно. Так, завтрак переварили, о делах поговорили... а теперь, бегом на тренировку. - Я хлопнул в ладоши. - Вперёд, будущие амазонки. О выбранных в поход вещах сообщите по окончании занятия.
     
   * * *
   Ольга пнула огромное колесо когда-то оранжевой, а сейчас перекрашенной в утилитарный серый цвет спасплатформы, и тяжело вздохнула.
   - Подруга, ты чего вдруг загрустила? - Неслышно появившаяся рядом, Елизавета коснулась плеча Бестужевой, но та лишь мотнула головой. - Эй, да что с тобой?
   - Кирилл. - Тихо проговорила Ольга.
   - Он так и не открылся, да? - Понимающе кивнула Лиза.
   - Хуже. - Буркнула в ответ Бестужева, комкая в руках платок.
   - То есть? - Не поняла Посадская.
   - Он ослабил блок, а я... - Оля резким движением смахнула с ресницы слезинку и замолкла.
   - Подожди, но это же здорово! - Воскликнула Елизавета. - Ты же сама говорила, что...
   - Да-а, здорово... как же! - Скривилась Бестужева и быстро, зло договорила. - Он его нечаянно ослабил, а я почуяла. Так там такое удовольствие от вида близняшек было! А ты же видела, как они сегодня вырядились... Он меня разлюбил, Лиз?
   Посадская отступила на шаг, окинула взглядом замершую на месте подругу и, не удовлетворившись увиденным, обошла её по кругу.
   - Что? - Нервно спросила Ольга, не понимая действий Елизаветы.
   - Да вот, хочу рассмотреть получше. - Фыркнула та. - Давно таких дур не видела.
   - Издеваешься. - Мрачно произнесла Бестужева. - Давай, мне уже всё равно.
   - Оля, не страдай ерундой. Подумай, у тебя же есть мозги, я точно знаю. - Вздохнула Посадская.
   - О чём? - Скептически вопросила Оля.
   - Ты говоришь о гранде, о нашем учителе, о Кирилле. - Раздражённо заметила Елизавета. - А теперь сопоставь его имя, статус и слова "случайно ослабленный эмоциональный блок". Как, сочетаются они в одном предложении? Без отрицаний, я имею в виду.
   - Э-э... - Ольга зависла, но уже через пару секунд пришла в себя и, невольно улыбнувшись, покачала головой. - Не очень.
   - А значит... - Продолжила Лиза и выжидающе посмотрела на подругу.
   - Он сделал это специально, да? Чтобы меня позлить? - Неуверенно проговорила Ольга.
   - Браво. - Демонстративно изобразив аплодисменты, кивнула Елизавета и вздохнула. - Парни хоть и говорят, что терпеть не могут "женских штучек", но иногда способны выкинуть такое, что не всякой стерве в голову придёт. Но насчёт "позлить", думаю, ты не права. По крайней мере, это не было самоцелью. Подобное, не в стиле Кирилла, насколько мне известно. Скорее всего, ему зачем-то нужно было вывести тебя из равновесия.
   - Да зачем?! - Воскликнула Ольга. - Я и так из-за этой ссоры места себе не нахожу!
   - Не знаю. - Пожала плечами Лиза. - Но если тебя это так беспокоит, то нужно просто с ним поговорить. Да и вообще, ты бы с ним помирилась уже, что ли? А то ведь, с той вашей ссоры, он как с цепи сорвался. Что не тренировка, то ад кромешный. Близняшки и те уже взвыть готовы.
   - Ну, ты скажешь тоже, "ад"... - Фыркнула Бестужева.
   - А что, нет? - Вскинулась Посадская. - Да хоть сегодняшнее занятие возьми! Сколько щитов одновременно он заставил нас держать, забыла? Так я напомню: шесть. Шесть одновременных техник, Оля! Это, если ты не знала, уровень подмастерья, между прочим. Мирись с ним, подруга. Иначе, боюсь, из леса нас вынесут на носилках и отправят не в больницу даже, а прямиком в родовые усыпальницы.
   - Я... постараюсь. - Тихо ответила Ольга и совсем уж неслышно добавила, - мне без него плохо, Лиз.
   - Ему без тебя тоже. - Ответила та.
   - Незаметно что-то. - Пробормотала Бестужева, на что "штатный психолог группы", как недавно окрестил её Кирилл, закатила глаза.
   - Тебе незаметно. Те-бе. - Проговорила Посадская. - А вот я замечала, как он на тебя смотрит, когда ты не видишь. В общем, подруга, прекращай страдать ерундой и мирись со своим женихом, пока мы все ещё живы...
     

Глава 4. Учителя и ученики...

   Просторный кабинет с высокими окнами, через которые лился яркий солнечный свет, был полон... тишиной. Именно полон. По мнению гостя, застывшего навытяжку посреди комнаты, её можно было ложкой есть. Но мысль о еде и ложке вызывала у молодого человека дрожь. Особенно, когда он ловил на себе взгляд хозяина кабинета. Неприятный такой взгляд, полный интереса... гастрономического. Нет, поначалу, когда гость докладывал о происшедшем с ним за последние два дня, владелец кабинета проявлял разве что любопытство и недоумение, но когда до него полностью дошёл весь смысл сбивчивой речи докладчика... истину говорят, Рюриковичи буйны в гневе! Вот и Сергей Александрович Зотов ощутил на себе это буйство в полной мере. И сейчас, пятая точка настойчиво сигнализировала ему, что цесаревич действительно готов чуть ли не сожрать своего с таким оглушительным треском провалившегося конфидента.
   - Свободен. - Явно с большим трудом задавив гнев, прошипел Михаил. И Зотова как ветром сдуло. Если бы цесаревич не был уверен, что его помощник еле тянет на подмастерье Эфира, он бы точно заподозрил, что тот ушёл из кабинета "окном" грандов... или как ярый с большой склонностью к воздушным манипуляциям. Цесаревич покачал головой и, вздохнув, вызвал своего секретаря. - Полковник, свяжите меня с главой Преображенского приказа, боярином Бестужевым и... нет, всё. Связь на мой личный вычислитель под гриф "Корона", через полчаса.
   - Будет исполнено, ваше высочество. - Кивнул тот и бесшумно исчез за высокими двойными дверьми.
   Дождавшись щелчка дверного замка, цесаревич поднялся из-за стола и принялся наматывать круги по кабинету. Такой скорости реакции от своих противников, он не ожидал. И ведь вроде бы всё было предусмотрено, аналитики давали девяносто процентов гарантии, что игра в Неуловимого Джо с Николаевым в главной роли, даст столь необходимое для подготовки время и, впоследствии, позволит вывести на свет, как минимум, пару крупных "донных рыб". И такой провал! Как, как они смогли так быстро среагировать?! Опять "кроты"? Но среди готовивших игру их в принципе быть не может! Слишком мало людей, слишком явный прокол... разве что, "крот" решил сыграть последний аккорд и исчезнуть? А что, вполне возможно.
   Михаил прищурился и, набрав на браслете знакомый номер, заговорил резко и отрывисто, не разворачивая экрана. А зачем, если тот всё равно не покажет ничего кроме серой пелены?
   - Группу "А" под контроль по всем направлениям. Передвижения, встречи, звонки. Отсечка... два месяца от текущей даты. Отпуска отменить, дублёров на казарменное положение. Всю информацию выводить на основную систему вычислителей, без каких-либо исключений. Всей обработанной присваивать статус "нуждается в проверке", потоку с фиксаторов - статус "верно".
   - Ищем "крота"? - Раздался сухой безэмоциональный голос из динамика браслета.
   - Именно. Нам сломали "Неуловимого Джо". И похоже, это были наши основные оппоненты. - Ответил Михаил.
   - Это точно? - После недолгой паузы, произнёс его собеседник.
   - Куратор только что отчитался. Доклад высылаю. - Скривившись, проговорил цесаревич и, парой движений пальцев отослал собеседнику запись разговора с Зотовым. - Ещё и куратора в живых оставили. Издеваются, сволочи.
   - Очень похоже на то. К тому же, сомневаюсь, что в загашнике у наших родовитых найдётся глушилка, способная лишить гранда возможности уйти. Редкая вещь, слишком редкая... и безумно дорогая. - После ещё одной, на этот раз куда более долгой паузы, согласился абонент Михаила, в голосе которого на этот раз проскользнули странные нотки. Но в следующую секунду цесаревич понял, что ошибся. Тон собеседника так и остался сухим и безэмоциональным. - Приказ понял, ваше высочество. Приступаю к исполнению.
   - Найдите мне этого "крота". Живым. И размотайте всю цепочку. Проколов не прощу. - Резко произнёс наследник престола и отключил связь. Вовремя. В тот же миг, вычислитель на его столе развернул большой экран и сигнализировал о подключении двух абонентов.
   Цесаревич вздохнул. Его ждал тяжёлый разговор. И Вербицкий и Бестужев связывали с Кириллом Николаевым немалые планы, а новости которые Михаил собирался им сообщить, поставят эти планы под удар... если вообще не порушат ко всем чертям. Учитывая же, что в эту ситуацию Кирилла втянул сам цесаревич, м-да! Этот провал здорово аукнется на их отношениях. О любой доверительности можно будет забыть, если не навсегда, то очень надолго. Впрочем, в случае с Вербицким ещё есть шанс откупиться титулом, а вот Бестужев... кажется, в Посольском приказе сегодня образуется вакансия, и заткнуть эту дыру нечем. Учитывая же, что этот факт был единственной причиной, по которой "Медведю" до сих пор не предложили сменить свиток и меч окольничего на горлатную шапку комнатного боярина... Отец будет в ярости.
   Хотя, если поторговаться, может и удастся не испортить отношений с этим рвачом. А оно того стоит, определённо. И дело даже не в гневе государя, просто терять ТАКИХ людей Михаил себе позволить не мог, по крайней мере... впрочем, нет, без всяких "по крайней мере", "сейчас" или "в ближайшее время". Специалистов подобных Бестужеву нужно выращивать самому, долго и скрупулёзно, либо так же долго и скрупулёзно искать уже готовых уникумов, но тут даже знаменитая и легендарная княжья удача может спасовать. Ну и время, время будет безнадёжно упущено, а значит и влияние в том террариуме, что "опекает" Бестужев с его казановами и паткулями, рассекающими по вощёным паркетам дворцов и замков, можно считать утерянным на годы, что абсолютно неприемлемо. Вывод? Нужно крутиться ужом на сковороде, но не позволить боярину сыграть обиду. Чёрт, ну как же подгадили эти твари, а?! По всем уровням вскрыли защиту Николаева, словно гнилой орех хрупнули, в момент. Поневоле задумаешься о замене аналитического отдела, а с ней и половины личной службы.
   Цесаревич несколько раз глубоко вздохнул, успокаивая нервы, тряхнул головой и, усевшись обратно за стол, активировал связь.
   - Ваше высочество. - Появившиеся на экране боярин и генерал склонили головы, в унисон приветствуя Михаила. А тот внутренне поморщился. Ситуация с Николаевым явно слишком сильно выбила его из колеи, иначе он непременно сообразил, что говорить с вызванными абонентами лучше по отдельности. Может ещё не поздно переиграть, или... да нет, поздно. Придётся играть тем картами, что пришли.
   - Господа, у меня для вас очень неприятное известие. - Тихо заговорил цесаревич.
     
   * * *
   - Ну что, поздравляю тебя, Кирилл. - Усмехнулся Бестужев. - Считай, что зачёт по краткосрочному прогнозированию ты сдал.
   - Не понял. - Недоумённо произнёс я, глядя на экран браслета, звонок с которого пришёл аккурат к окончанию финального инструктажа учениц.
   - Да что здесь непонятного? - Пожал плечами довольный как слон боярин. - Добрался твой курьер до Москвы и доложился по инстанции.
   - Долго он что-то. - Заметил я.
   - А что ты хотел от штафирки? - Фыркнул мой будущий тесть. - Ну да, не о нём речь. Четверть часа назад, цесаревич связался со мной и Вербицким, чтобы сообщить о твоём исчезновении.
   - Понятно. - Кивнул я. - И что вам удалось с него стрясти?
   - Для Вербицкого слово о передаче титула Скуратовых первенцу Марии, при условии, что у ребёнка будет ярко выраженная линия Скуратовых, а сама она к совершеннолетию получит, как минимум, статус подмастерья.
   - Логично. Бельские, после недавнего афронта бучу поднимать не станут. Им, сейчас, перечить государю не с руки. - Кивнул я. - А вас каким печеньем купили?
   - Поддержкой царской семьи в принятии законопроекта о частных ТК, званием поставщика государева двора для вашей с Ольгой фирмы... и моей отставкой, не позже чем через пять лет, при условии, что смогу подготовить за этот срок достойного преемника. - С явным удовольствием проговорил Бестужев. Да какой он медведь? Котяра же, натуральный! По морде видно, что только-только жбан сметаны навернул и хозяину в тапки нассал...
   Отставка, значит? Ну-ну. Вот, я не я буду, если цесаревич себе соломки не подстелил. Он, вообще, как я заметил, большой любитель комфорта.
   - А его высочество не уточнил, о какой отставке шла речь? - Поинтересовался я.
   - С должности, конечно, о какой ещё? - Пожал плечами Бестужев.
   - Понятно. - Отозвался я, и будущий тесть ощутимо напрягся.
   - Что?
   - Ничего-ничего. - Отмахнулся я.
   - Уши надеру. На правах будущего родственника. - Предупредил Бестужев. - Ты явно видишь здесь какой-то подвох. Говори.
   - Ну, это же только предположение. - Я хотел было потянуть время, но наткнулся на выжидающий взгляд боярина и... передумал. - Ладно-ладно. Я просто хотел сказать, что это исключительно для служилых бояр отставка с должности означает автоматический выход на пенсион, да и то если они высоких чинов не выслужили, там уже и варианты возможны. Редко, конечно, но бывает. А вы, Валентин Эдуардович, хоть и привыкли себя видеть именно служилым боярином, но занимаете "генеральскую" должность, и к тому же, по всем законам совмещаете статус с владетельным. Иными словами, кто мешает цесаревичу, после вашей отставки, предложить вам должность не входящую в служилую роспись? Скажем, место в комнатных боярах...
   Чем дольше я говорил, тем отчётливее понимал, что все мои выводы для Бестужева уже пройденный этап. Опять проверяет. Зачем?
   - Молодец, Кирилл. Плюсик к своему зачёту ты заработал. Отставку с должности просчитал замечательно. Но только с одной стороны. - Усмехнулся боярин и, встретив мой недоумевающий взгляд, пояснил. - Я выбил себе пять лет отсрочки, благодаря которой, войду в комнатные бояре уже другого государя, не будучи связанным с тем кровавым маховиком, что продолжает раскручивать нынешний. Понимаешь?
   - Более чем. - Кивнул я. - Репутация - наше всё, да?
   - Именно так, Кирилл. Именно так. - Покивал Бестужев и, явно глянув мне за спину, усмехнулся. - Урок окончен, ученик. Тебя дела ждут не дождутся. До связи.
   Экран погас и я, обернувшись, хмыкнул. Действительно ждут. В количестве пяти с половиной штук. Стоп! А эта что здесь делает?!
     

Глава 5. Труба зовёт

   Сделал меня Бестужев. Как маленького сделал. Впрочем, я не в обиде. Всё же, опыт старого царедворца и бывшего инструктора не сравнить. Но хоть лицом в грязь не ударил, показал, что умею не только кулаками работать, но и головой. И то хлеб!
   Куда больше меня сейчас беспокоит другое. Откуда здесь, на Белом озере взялся мой ватажник со своей неугомонной сестрицей. И зачем? С этим вопросом я к ним и обратился, едва отправив учениц в спасплатформу.
   Как оказалось, идея переправить их поближе ко мне принадлежала всё тому же Бестужеву, и аргументировалась просто и без затей: "твои люди, ты и присматривай". Это если коротко и без подробностей пересказать то, что поведал мне Рогов, пока мы добирались до места высадки моих учениц, на Долгом озере.
   - Атаман, вышли на точку. - Жора заглушил двигатель, а я вздохнул. Чёрт знает чего поднабрался наш техник у людей Аристарха.
   - Это хорошо, что вышли. Инга, будь любезна, сообщи нашим дамам, что мы прибыли на конечную. Пусть выбираются на свежий воздух. - Георгий, в ответ на мою реплику, кивнув, разблокировал двери спасплатформы, а его шебутная сестрица, сняв с держателя "бульбу" микрофона, звонким и радостным голосом попросила сидящих в жилом отсеке девушек на выход. Издевается, точно говорю. Мы-то, как только расположились в кабине, тут же пристегнулись ремнями, а ученицы такую "мелочь" проигнорировали, и это несмотря на то, что перед посадкой я достаточно громко и внятно сообщил окружающим, что поедем мы по пересечённой местности. Не поверили? Не приняли во внимание? Их проблемы. Урок уже начался.
   Выбравшись из спасплатформы, я полюбовался на потирающих ушибленные бока и локти учениц. М-да. Нехило их по салону пошвыряло.
   - Оля, ты командир отряда или погулять вышла? - В ответ получил только недоумённый взгляд. Плохо. Ну ничего, у тебя впереди два месяца, научишься.
   - Почему дежурный медик до сих пор не осмотрел личный состав? Ах, ты не знаешь, кто у вас сегодня дежурный медик? Ещё не думали об этом? Ну-ну. Наверное, вы его выберете, когда кто-нибудь из вас горло себе ножом вскроет... нечаянно. Елизавета, поскольку ваш командир до сих пор тормозит, на ближайшие три дня становишься штатным медиком отряда. А там, глядишь, Ольга в себя придёт и назначит нового.
   - Поняла. - Тихо проговорила Посадская и, стараясь не смотреть в сторону опешившей от моей речи Ольги, принялась за лечение прихрамывающей Марии.
   Оставив девушек разбираться с полученными "травмами", я забрался в жилой отсек спасплатформы и, пошарив по салону, принялся вышвыривать в дверь оставленные ученицами рюкзаки.
   - Итак, девицы-красавицы. - Покинув жилой блок, я обратился к уже разобравшимся с лечением ученицам, сверлящим меня довольно злыми взглядами. - Возможно, вы не услышали... или не захотели услышать те слова, что я сказал перед выездом. Так я не гордый, повторю. Урок начался. Длиться он будет два месяца. Условия первого месяца пребывания на пленэре вам известны, направление на первую точку, тоже. Можете идти.
   - И всё? - Вырвалось у Лины.
   - Могу ещё пожелать удачи и счастливого пути. - Пожал я плечами. Девушки недоумённо переглянулись, но с места так и не тронулись.
   - Нет, Кирилл, я передумала. - Вдруг подала голос Инга. - Не буду у тебя учиться.
   - Почему? - Удивился я. - Ты же, вроде, давно хотела?
   - Перехотела. Вот посмотрела на то, как поглупели твои ученицы, и перехотела. - Фыркнула эта егоза. Не язык, а жало, что тут ещё скажешь?
   Со стороны девушек послышался чей-то сдавленный рык и вся пятёрка, подхватив сваленные у их ног рюкзаки, разом развернувшись, потопала прочь с поляны.
   - С меня десерт. - Я благодарно кивнул Инге, на что та довольно улыбнулась.
   - Два сегодня вечером. И шашлык сейчас. - Начала торговаться ехидная девчонка.
   - Шашлык и так предполагался. - Заметил я.
   - А кто тебя знает, вдруг ты и меня решил с ним "прокатить", как своих учениц? - Рассмеялась Инга. О! Вот теперь понятно, чего они ждали. Мясом-то заготовленным, небось, весь жилой блок пропах, пока мы ехали. А я, дурак, не догадался.
   Пришлось доказывать делом, что "прокатывать" с шашлыком эту непоседу я и не собирался. А пока я возился с заготовкой дров и установкой мангала, Жорик успел развернуть у борта спасплатформы тент и поставить под ним небольшой раскладной столик и три походных стула. Инга же занялась закуской. В общем, через пару часов мы уже сидели в теньке и лакомились шашлыком, а мелкая егоза при этом ещё и тренировала лёгкий кинетический щит. А что? И ей учёба и нам спокойствие без всякой мошкары. Удобно.
   - Кирилл, а ты действительно решил их бросить вот так, без всякой поддержки? - Притихшая было на время трапезы, Инга, очевидно, наевшись, вновь разговорилась.
   - Без поддержки - да. Без присмотра - нет. - Ответил я и, ткнув пальцем в браслет, перевёл звук с наушника-невидимки в моём ухе, на встроенный динамик. И до сидящих за столом Роговых донёсся бубнёж моих учениц. Они, как раз, в этот момент решили устроить привал, и теперь пытались разобраться с тем, кто и чем займётся при разбивке бивака. Довольно занимательная беседа, надо сказать. Правда, Ольга порадовала. Она, всё же, вспомнила, кто является командиром их маленького отряда и тут же принялась раздавать указания. Остальные ученицы фырчали, но подчинились. Впрочем, если суженая не прекратит вести себя с непринуждённостью Наполеона, то... Нет, Мария с Лизой, может и промолчат, а вот близняшки, не выдержав, запросто устроят ей и Березину и Ватерлоо с островом Святой Елены, да так, что небо Аустерлица с овчинку покажется.
   - Интересно-о... - Послушав разговоры моих учениц, протянула Инга. Вот уж кто любит подсмотреть-подслушать. Шпионка доморощенная. Ха! - Кирилл, а куда ты их отправил? Что за точки такие?
   - Да всё просто. - Пожал я плечами. - Человек - скотинка ленивая. Пока не пнёшь или не заинтересуешь, с места не тронется. А мне не нужно, чтобы ученицы, отыскав удобное место для лагеря, устроили себе отпуск на лоне природы на всё время похода. Подгонять их самостоятельно, мне совсем не хочется, я, всё же, тоже человек, и ничто человеческое мне не чуждо, в том числе и лень. Вот и обеспечил им постоянную движуху. Двенадцать точек в квадрате, на каждой есть подсказка к нахождению следующих двух точек. Выбор и построение маршрута остаются за ученицами. Учитывая условия местности и расстояния даже между ближайшими точками, скучать им не придётся.
   - А что за условия? - Поинтересовалась наша "почемучка".
   - Озёра, лес, река Мара с её болотистыми берегами. Если хотят успеть пройти весь маршрут, то больше пары дней на переход от точки до точки, у них не будет.
   - Но ведь... поход рассчитан на шестьдесят дней, а точек всего двенадцать, так? - Уточнила Инга.
   - Не совсем. "Блуждающая" часть их похода, рассчитана на месяц, а после, они будут выполнять придуманные мною задания. Но ведь помимо движения от точки к точке, им нужно будет ещё и стоянки себе обустраивать, еду добывать. Охотиться, рыбачить, ягоды-грибы собирать, уж до чего додумаются. - Пояснил я. - И я сильно сомневаюсь, что вначале пути мои ученицы смогут совмещать переходы и заготовку продуктов, сноровки-то почти нет. Разве что, Мила с Линой могут похвастаться приличным опытом походной жизни. Так что, запас по времени им пригодится. Да и... не все подсказки ведут к ближайшим точкам, между прочим.
   - То есть, их задача, просто пройти весь маршрут, и всё? - Чуть разочарованно протянула Инга.
   - На первом этапе, да. А потом настанет черёд заданий. Каких, не спрашивай, вернутся, сами расскажут.
   - Ну, Кирилл! - Насупилась егоза.
   - Инга, прекрати. - Тихо, но неожиданно внушительно произнёс её брат и, как ни удивительно, девочка его послушалась, тут же обратив всё своё внимание на принесённый Жорой пломбир. Минус один десерт, это уже хорошо. Долги надо отдавать.
   Вечером, когда набегавшаяся и набултыхавшаяся в озере Долгом, Инга уснула, сидя за откидным столиком в жилом блоке спасплатформы, мы с Жорой заговорили о делах. И первым стал подбор места под мастерскую будущих гражданских ТК. Изначально, мы планировали ограничиться относительно небольшим гаражом, где должна была производиться "доводка" единичных моделей, но с развитием темы, вышло так, что никакой гараж не вместит всё необходимое оборудование. Один стенд для перетяжки искусственной мускулатуры, обещанный дядей Фёдором, займёт не меньше сотни квадратных метров, что уж тут говорить об остальной машинерии, тоже, кстати, весьма и весьма габаритной.
   - А ты уверен, что Ольга согласится? - Осторожно поинтересовался Георгий.
   - Жора, согласится она или нет, вопрос десятый. Пойдёт на принцип, продолжим работу вообще без её участия. - Пожал я плечами.
   - Как так? - Удивился Рогов.
   - А вот так. - Вздохнул я. - Идея гражданского ТК принадлежит мне. Оборудование у Громовых закупается на мои деньги, и ты уж извини, что напоминаю, но даже основной технический специалист в этом деле, мой человек. Следовательно...
   - Понял. - Кивнул Жора, совершенно верно понявший мои слова о специалисте. Ну да, клятву принёс? Принёс. Атаманом назвал? Назвал. Вот и следуй правилам. Всё логично и совершенно прозрачно.
   - Я рад, что ты осознал ситуацию.
   - А как быть с самими ТК? Если Ольга всё же упрётся и нам придётся развивать дело без неё, то обещанный контракт с Рюмиными горит синим пламенем. Ведь так? - Уточнил Рогов. - Или ты рассчитываешь получить его через Бестужева?
   - Нет. Валентин Эдуардович, конечно, относится ко мне более чем положительно. Но пойти со мной на сделку, в этом случае, он не сможет. Будущий зять, это не родная дочь.
   - А как же тогда? - Нахмурился Жора. Понимаю его волнение, без поставок ТК, вся идея заработка на их демилитаризации идёт коту под хвост.
   - Ну, скажем так. У меня есть на примете места, где можно без помех достать нужные машины. Хоть германских "Визелей", хоть польских "Гусаров", хоть ниппонских "Ронинов" с французскими "Роландами".
     

Глава 6. Кто о чём

   Удивление на лице Рогова было написано большими буквами. Очень большими. Но пояснять, как и где я собрался доставать нужные "болванки", я не собирался. Во-первых, была у меня надежда и немалая, что Ольга образумится, и необходимость в претворении этого плана в жизнь, отпадёт сама собой. А во-вторых... ну незачем пока Жоре знать такие вещи, всё же законностью там и не пахнет. А то чего он не знает, ему и не повредит. В общем, отвечать на вопрос ватажника я не стал, а тот не посмел настоять. Ведомый, типичный ведомый. С другой стороны, он исполнителен, вполне надёжен и пусть не прыгает выше головы, но своё дело знает туго. А большего мне и не надо, да и ему самому тоже.
   На обратном пути, я-таки устроился за рулём спасплатформы, но вести машину старался как можно аккуратнее, чтоб не потревожить спящую в жилом блоке Ингу, а вовсе не потому, что опасался встретить служилых Дорожного приказа, как предположил Жорик, заметив мою осторожность. Пришлось пояснить, что места здесь глухие и дорожная полиция - редкость не меньшая, чем разгуливающие по улочкам Липиного Бора бояре.
   И то, откуда здесь взяться именитым, если земли эти, сплошь и рядом государевы, от Вологды и до самого Архангельска. Повелось так ещё со времён Новгородской Руси. Нет, бывало, конечно, что тогдашняя Господа пыталась посадить здесь своих владетелей, вроде как для обороны своей земли, к которой эти места официально относились. Но местные, немалая часть которых, как раз и осела здесь в попытке уйти от притеснений Господы, если от кого и защищались, так только от того самого Новгорода, а потому, присылавшихся оттуда бояр резали с не меньшим энтузиазмом. Так и пошло. Вольный край, вольные люди. И Иван Третий, собиравший державу, не стал ломать их уклад о колено. Чтил историю государь московский, а потому и объявил эти земли государевыми, на веки вечные. Так они до сих пор таковыми и остаются. Нет, конечно, принимая решение, государь руководствовался отнюдь не врождённой добротой, каковой за ним, если верить источникам, вовсе не числилось. Скорее уж, зная историю, не пожелал подрывать свой авторитет и гробить верных людей, вручая им дачи и вотчины в этих местах. Да и не подходят они для земледелия, с которого тогда большинство вотчинников кормилось. Места здесь больше промысловые, рыбный лов да охота. А на убоине вотчиннику ни прожить ни копейку заработать. Побегут работнички от поборов, попробуй поймай в здешних лесах. Тем более, что в отличие от землепашцев, рыбаки да охотники к той же земле не привязаны. Вот и не водятся в здешних местах бояре. Климат не тот.
   Да, собственно, и служилого люда здесь не так чтоб много. В городах разве что, а местные деревушки да сёла вполне довольны собственным самоуправлением. Что тут говорить, если даже полицейский участок здесь один на всё Белое озеро с близлежащими селениями. В Белозерске. Глухие места, в общем, как есть глухомань. Не зря Бестужев именно на Вологодском воеводстве настаивал, когда мы выбирали, где учениц тренировать сподручнее... и наказ цесаревича исполнять, тот, следуя которому, мне предписывалось забиться куда подальше да поглубже и не отсвечивать. Вот и не отсвечиваю.
   Когда мы вернулись в арендованный для девчонок дом, Жорик понёс самозабвенно сопящую в обе носопырки сестрицу в спальню, а я, устроившись в беседке с чаем и сигаретой, окружил себя щитом от мошкары и связался с Бестужевым, благо до полуночи ещё времени много, а раньше он спать не ложится, так что не разбужу.
   - Валентин Эдуардович, добрый вечер. Не помешал? - Поприветствовал я будущего тестя, когда экран браслета показал сидящего за рабочим столом боярина.
   - Добрый, Кирилл. Слушаю тебя. - Отозвался тот, откидываясь на спинку кресла.
   - Хочу спросить, зачем вы прислали сюда Роговых. - Я не стал тянуть кота за хвост и сразу перешёл к делу.
   - А тебе Георгий разве не сказал? - Деланно удивился Бестужев.
   - Объяснение вида: "твои люди, тебе за ними и смотреть", кажется мне несколько натянутым... хотя и справедливым. - Признал я. - Но почему именно сейчас?
   - Кирилл, ты же неплохо соображаешь. - Устало потерев переносицу, заговорил боярин. - Ну так подумай немного и попытайся сам ответить на этот вопрос.
   - Хм, полагаю, это как-то связано с моим статусом пропавшего без вести. - Заметил я. Тут и думать нечего.
   - Правильно. - Кивнул мой будущий тесть. - И не просто связано. В глазах цесаревича всё выглядит так, словно я убрал Роговых с глаз долой, чтобы их не могли взять те же люди, что похитили тебя самого, и не смогли давить ими на тебя. Собственно, и с твоими ученицами мы проделали сегодня тот же финт.
   - То есть? - Не понял я.
   - Кирилл. - Печально покачал головой боярин. - Ты меня разочаровываешь. Вспомни, как мне пришлось мотать туда-сюда того же Архипа, чтобы он не контактировал с Ольгой и случайно не пересёкся с тобой? Думаешь, Громовым пришлось легче? Конечно, Гдовицкой сейчас вне обоймы эфирников, но кто знает, сколько ещё наблюдателей может быть в их окружении. Да и Вербицкому пришлось несладко, правда, там было прикрытие в виде свиданий его дочери с Леонидом... но это столько мороки! А так, тебя "похитили" и мы убрали своих детей, как возможное средство давления на тебя, спрятали их куда подальше. И цесаревичу нечего возразить. Для остальных же, твои ученики и подчинённые до сих пор живут затворниками в нашем костромском имении, пока ты валяешься в коме.
   - А ведь ему захочется. - Задумчиво произнёс я.
   - Что? - Не понял Бестужев.
   - Возразить, конечно. - Ответил я и пояснил. - Если Михаилу я так нужен, а ведь нужен, согласитесь? Иначе, зачем ему устраивать такие пляски с бубном вокруг моей персоны? Так вот, если я ему так нужен, он постарается выйти на "похитителей". И какой способ для этого будет самым простым? Ловить их на живца. Но вы увели у него из-под носа практически всю "приманку".
   - Это да. - Довольно кивнул боярин, но тут же посерьёзнел. - И всё-таки, пусть, в случае с цесаревичем, это спектакль и сплошная игра теней, но ведь кто-то же уничтожил Аркажский монастырь и кто-то же влез в наше больничное крыло в костромском имении? Так может быть, мне и Лёньку к тебе отправить, на всякий случай и во избежание, так сказать?
   - Ага. И Алексея Громова, заодно. - Фыркнул я. - Не перегибайте палку, Валентин Эдуардович. Леонид - ваш наследник, так же как и Алексей. А цесаревич ещё не настолько заигрался в великого манипулятора, чтобы доводить дело до ссоры с вами и Громовыми. Нет, он, конечно, может попросить вас оказать содействие, а вы можете ему отказать, поскольку это несёт угрозу жизни наследника. Но действовать исподтишка, использовать их втёмную, в этом конкретном случае, он не станет. Что же до неизвестной нам третьей стороны... это проблема эфирников. Вот пусть сами её и решают.
   - Не любишь ты их. - Заметно успокоившись, усмехнулся Бестужев.
   - Есть за что. - Сухо отозвался я. - Пока, ничего кроме проблем, мне их игры и затеи не принесли. Так что, пусть держатся подальше.
   - Хм, а ведь Михаил может попросить содействия, апеллируя именно к тому, что это единственный способ тебя "спасти". - Протянул боярин. - И что хуже всего, он вполне способен обратиться к Леониду и Алексею напрямую.
   - Значит, ваша задача объяснить им всю опасность участия в этой бредовой постановке. - Развёл я руками, при этом чуть не столкнув пиалу с остывающим чаем. - Тем более, что они оба в курсе реального положения дел.
   - Но смогут ли они отказать цесаревичу? - Вздохнул Бестужев.
   - Валентин Эдуардович, я вас не узнаю. - Покачал я головой. - Что, Леониду трудно будет продемонстрировать свою обиду на меня за то, что я так и не взялся толком за его тренировки? Плюс неудовольствие от моего романа с его сестрой... да мало ли что придумать можно? Про Алексея вообще молчу. Мы с ним никогда не были дружны, если не сказать хуже.
   - Ну, насчёт Громова я не переживаю. Он, как я успел заметить, парень себе на уме. А вот Леонид... после ваших приключений, прошедших на глазах Аристарха, убедить цесаревича в том, что мой сын не желает участвовать в твоём "спасении" будет непросто.
   - М-да, с этим не поспоришь. - Кивнул я, и добавил после небольшой паузы. - Что ж, значит, нужно сделать так, чтобы вы присутствовали при встрече сына с Михаилом, если она, конечно, вообще состоится. Это будет несложно, тем более, что сам Лёня пока ещё несовершеннолетний. В крайнем случае, если финт не удастся, можно будет разыграть взбешённого отца, узнавшего, что его малолетний оболтус-сын влип в придворную интригу.
   - Что ж, неплохо. - После недолгого размышления, согласился боярин и усмехнулся. - Пяток лет поднатаскать, и из тебя выйдет неплохая замена.
   - Че-его?!!! - Меня аж на скамейке подкинуло. - НИ ЗА ЧТО!
   - О как! - Рассмеялся Бестужев. - Ладно-ладно, Кирилл. Успокойся. Шучу я. Пока шучу.
   - А можно без "пока"? - Настороженно глянув на развеселившегося собеседника, попросил я.
   - Можно, конечно. Но к этому разговору мы ещё вернёмся. Лет через пять, если не возражаешь. - Довольно улыбаясь, продолжил подкалывать боярин. Ему хиханьки да хаханьки, а меня реально передёрнуло от возможной перспективы. Мало мне затеи со школой и тактическими комплексами...
   - Говорю же, шутка это, Кирилл. Угомонись уже. - С легкостью расшифровав мой взгляд, вздохнул Бестужев и посерьёзнел. - Неужели ты и в самом деле думаешь, что можно так просто и легко занять должность подобную моей?
   - Да кто вас знает, с этим вашим боярским непотизмом? - Пробурчал я.
   - Нашим, Кирюша, нашим боярским непотизмом. - Нравоучительным тоном проговорил мой будущий тесть.
   - Нет уж, пока ещё, слава всем богам, именно "вашим". - Открестился я.
   - Вот же упрямый. - Хмыкнул Бестужев. - Ладно, пусть так... опять же, заметь, ПОКА так.
   - Валентин Эдуардович, вам, похоже, доставляет удовольствие меня пугать. - Заметил я, мельком глянув на часы. - Хотите, чтоб мне ночью кошмары снились?
   - Можно подумать, у тебя такая тонкая и ранимая психика. - Рассмеялся боярин, но уже через секунду договорил совершенно другим тоном. - Нет, Кирилл. Я просто хочу, чтобы ты был готов к тем передрягам, что готовит тебе жизнь. К сожалению, мне не удалось заменить тебе отца, как он, да и я, того хотели бы. И времени у нас немного, уж больно ты шустрый. Но я постараюсь. Так что терпи, казак - атаманом будешь.
   - Уже. - Откликнулся я и, заметив его недоумённый взгляд, пояснил. - Я уже атаман, если верить Рогову.
   - А, ну да. - Кивнул Бестужев. - Тем более, Кирилл. Значит, учиться придётся ещё быстрее.
  

Глава 7. О своём, о девичьем

   - Ну, и что мы теперь будем делать? - Грустно спросила Мария, когда серый силуэт спасплатформы окончательно исчез из виду.
   - Выполнять задание Кирилла. - С усмешкой ответила Мила, бросив короткий взгляд в сторону молчащего командира их группы, никак не отреагировавшего на реплику Вербицкой.
   - Оля, куда идём? - Осведомилась Лина.
   - На северо-северо-восток. - Глухо отозвалась та, продолжая торить путь через густой подлесок, то и дело норовящий вцепиться тонкими ветками в волосы или оцарапать лицо.
   - Долго? - Не обращая внимания на явное нежелание Ольги говорить, уточнила Громова, перебравшись через поваленное, затянутое мхом, полусгнившее дерево.
   - До заката. - Огрызнулась та, отмахиваясь от паутины.
   - Эм-м... госпожа командир экспедиции... поправьте меня, если я не права, но разбивать лагерь после заката, идея не очень хорошая, вам так не кажется? - Изобразив смущение, произнесла Лина. Услышав эти слова, Ольга замерла на полушаге, после чего, медленно развернувшись к идущей за ней следом Громовой, смерила её взглядом и, на миг задумавшись, резко кивнула.
   - Привал, девочки. - Ольга указала своим спутницам на очередное поваленное дерево, вдоль которого они шли. И девушки тут же с готовностью выполнили приказ командира, усевшись рядком, словно воробьи на проводе. - Рюкзаки не снимайте. У нас есть десять минут, чтобы обсудить наше положение и решить несколько вопросов, после чего двинемся дальше. Первая точка в десяти километрах отсюда, и нам желательно добраться до неё до заката.
   - Всего десять километров? - Удивилась Мария. - Но это же два-два с половиной часа пешего хода!
   - По асфальту. - Уточнила Елизавета, до сих пор не проронившая ни слова. - А здесь лес, так что, можешь смело делить скорость хода на два. Да и не везде можно пройти по прямой. В общем, учитывая, что время за полдень, а в лесу темнеет несколько раньше... нам нужно либо поторопиться, чтобы добраться до точки засветло, либо лагерь действительно придётся разбивать в сумерках.
   - Именно. - Согласно кивнула Ольга. - Поэтому, предлагаю не терять время и поступить следующим образом. Укрываемся кинетическими щитами от мошкары, и выдвигаемся вперёд. Я веду, за мной и чуть правее, идёт Елизавета, следом Мила, Мария и Лина в качестве замыкающей. Близнецы, я возьму высокий темп, так что на вас будет помощь Маше, если что. Кроме того, Мила контролирует левую сторону, Лина - правую. Лиза, ты тоже поглядывай. И не забывайте следить за Эфиром. При любых возмущениях, подаёте сигнал, и мы дружно останавливаемся. Я не верю, что Кирилл не приготовил нам пару сюрпризов по дороге к первой точке.
   - Но он же только приехал?! - Удивилась Вербицкая. - Когда бы он успел?
   - Так ведь и маршруты и точки на них, готовил тоже не Кирилл, а люди моего батюшки по его рекомендациям. - Ответила Ольга.
   - Логично. А зная Кира... - Протянула Мила. Близняшки переглянулись и, дружно посмурнев и одновременно передёрнув плечами, заявили в унисон, - ловушки будут. Обязательно.
   - Точно? - Нахмурилась Лиза, а Маша смерила сестёр долгим, изучающим взглядом, словно что-то прикидывая.
   - Может быть и не сегодня, но уж в следующие дни, наверняка. - Уверенно кивнула Мила. А Ольга в очередной раз сделала себе зарубку в памяти, разобраться с отношениями между близняшками и Кириллом. Но не сейчас. Время идёт, а дорога им предстоит долгая...
   - Ладно. С этим определились... возражения по порядку движения есть? Нет, замечательно. Вопросы, уточнения? Маша? - Ольга повернулась к Вербицкой, явно чувствующей себя не в своей тарелке и, окинув её внимательным взглядом, договорила, - сегодня, нагружать тебя не будем, попробуй по ходу движения уйти в лёгкий транс, должно стать полегче. Но с завтрашнего дня будешь втягиваться в темп без всяких хитростей. Лишняя пара глаз в нашей ситуации совсем не помешает. Да и Кирилл упоминал, что тебе следует развивать сенсорику. Вот и будешь осваивать её в обстановке приближенной к боевой. Ясно?
   - Я не буду обузой. - Хмуро ответила та.
   - Никто об этом и не говорит. - Покачала головой Ольга. - Если бы Кирилл считал, что ты не готова, он бы просто не пустил тебя в этот поход. Но... не всё сразу.
   - У меня одно замечание, как у медика отряда. - Вдруг вступила Елизавета. - Девочки, давайте без ненужного героизма. Если вдруг почувствуете недомогание или натрёте ногу, да неважно... любое ухудшение самочувствия, тут же сообщайте. В тот же момент, не дожидаясь пока та же мозоль запреет и превратится в язву. Хорошо?
   - Мы тоже были на лекциях нанятого Кириллом целителя, Лиз. Но за напоминание, спасибо. - Отозвалась Ольга. - Так, отряд... раз вопросов нет, поднимаемся и выдвигаемся. Порядок известен, направление тоже. Вперёд!
   На первую точку они вышли, когда солнце уже окрасило небо в алые тона, а лес начал погружаться в угольно-чёрные тени. Точкой оказалась небольшая, начисто лишённая деревьев и кустарника, покрытая травяным ковром, лесная полянка, с огибающим её ручьём, но, несмотря на близость воды, достаточно сухая и удобная для лагеря. Близняшки, правда, покрутили носами при виде столь удобного места и... настояли на том, чтобы разбить бивак чуть в стороне, под сенью деревьев. Правда, толком объяснить, чем им не понравилась поляна, девушки не смогли, а Ольге было лень с ними спорить. Долгий переход на довольно высокой скорости, сказался не только на непривычной к таким вещам Вербицкой, но и на остальных участницах похода.
   Впрочем, на скорости сооружения лагеря, их усталость почти не сказалась, и к тому моменту, когда на лес опустилась ночь, в лагере уже вовсю горел, зажжённый пущенной с пальца искрой, костёр, освещая небольшой наклонный тент и сидящих под ним на укрытом пенкой лапником, довольных, хотя и вусмерть уставших девушек, греющих руки о кружки-крышки с чаем. Ещё бы перекусить, но увы... рыскать по темному лесу в поисках съестного, было бы форменной глупостью, а потому, сегодня им придётся лечь спать на голодный желудок. Но уж завтра-то!
   - Хм, девчонки, я совсем забыла спросить... - Разбив царящую под тентом тишину, произнесла Ольга. - А что вы взяли с собой из разрешённого нашим суровым наставником?
   - Нож. - В один голос заявили все четверо и, переглянувшись, рассмеялись уже всей компанией. Бестужева тоже прихватила с собой небольшой удобный ножик, болтавшийся сейчас в ножнах на её поясе.
   - Нам ещё Гдовицкой говорил, что нож в лесу не оружие, а средство выживания. А поскольку Кирилл тоже у него учился, то и возражать не стал. - Объяснила Мила.
   - А я за близняшками подсмотрела. - Честно призналась клюющая носом Мария, и Ольга с Елизаветой смущённо хмыкнули. Признавать, что и они сами поступили точно так же, им не хотелось.
   - А вторая вещь? - После секундного молчания спросила Ольга.
   - Пехотная лопатка, малая. - Кивнула в сторону своего рюкзака Мила. - Я её, кстати, сегодня вместо топора использовала, когда с дровами для костра разбиралась. Она хорошо заточена.
   - И что, Кирилл не возразил? - Удивилась Ольга.
   - Так, это ж в умелых руках, оружие. А для нас... - Вздохнула Мила, вспомнив, как тот же Гдовицкой на макетах демонстрировал им работу с этим шанцевым инструментом "по живому".
   - Сеть... можно сказать, тоже "малая". - Продолжила Мария. - Можно будет наловить побольше рыбы и закоптить, меньше придётся тратить времени на заготовку пищи.
   - Брезент. Непромокаемый. Тяжёлый, зар-раза. - Ткнув пальцем в навес над головами сбившихся в кучку, греющихся у костра учениц, подала голос Лина и, поморщившись, повела плечами. Вещь, хоть и необходимая, но плечи ей оттянула очень неплохо.
   - Средства гигиены. Аптечка, всё-таки, не может предоставить всё необходимое. - Произнесла Елизавета.
   - СредствА? - Уточнила Бестужева. Посадская кивнула.
   - Весь женский набор. - Лиза неожиданно хихикнула. - Кирилл, как изображение прокладки на коробке увидел, так и шарахнулся, внутрь даже заглядывать не стал. Так что, ни с самими прокладками, ни с мылом, ни с прочими мелочами у нас проблем не будет.
   - Точно, штатный медик. - Уверенно кивнула Лина. - А мы, дуры, постеснялись, распихивали пакетики по всем карманам... чтоб Кирилл не заметил.
   - Не вы одни. - Вздохнула Маша, бросив короткий взгляд на отводящую глаза "начальницу экспедиции", кажется, поступившую точно так же, но не желающую признаваться в этом, и выудила из нагрудного кармана "горки" целый ворох герметичных пакетиков.
   - Кстати, девочки... понимаю, что вопрос из разряда интимных, но в медицинских целях прошу скинуть мне на браслет время начала ваших циклов. - Вдруг попросила Елизавета. Девушки переглянулись, но, набрав на своих коммуникаторах запрошенное, приложили их к браслету Посадской, благо, хоть этот минимум функционала, Кирилл не ограничил. Перечитав полученную информацию, Лиза сначала нахмурилась, а потом вдруг рассмеялась... правда, несколько истерично.
   - Что такое? - Нахмурилась Ольга.
   - Ничего-ничего. - Отмахнулась Лиза, но оценив взгляды спутниц, постаралась задавить смешок. - Правда, всё в порядке.
   - И что тебя так насмешило? - Осведомилась Мария. В ответ, Посадская просто продемонстрировала Вербицкой данные с браслета. Брови Маши сложились "домиком". - Это как так?!
   - А вот так. - Развела руками Лиза. - Синдром французского борделя, называется. Он же, эффект гарема.
   - Какой-такой бордель?! Какой, к чертям, гарем?! Ты что несёшь? - Взвилась Вербицкая, моментально забыв про всю свою усталость и гудящие после долгого перехода ноги. - Это вы Кирилла никак поделить не можете, а у меня, вон, Лёнечка есть!
   Правда, сообразив, что ляпнула, девушка ойкнула и, зажав рот ладонью, постаралась ретироваться. Но ввиду окружающей темноты, далеко не ушла и, спрятавшись за тентом, тихо, почти неслышно принялась выговаривать сама себе за длинный язык. А среди оставшихся у костра, повисла какая-то неуклюжая, напряжённая тишина. И почему-то никто из присутствующих не хотел смотреть друг другу в глаза. Особенно, Ольге.
     

* * *

   - Что-то девушки не в меру развеселились. - Вздохнул я, отключив звуковую связь, едва понял, что мои ученицы отправились на боковую. - Сил много осталось, наверное. Хм, а я ведь хотел дать им пару дней на привыкание. Придётся, наверное, сократить этот период и указать барышням на их ошибки. А то устроили пикник, понимаешь. А кое-кто забыл уроки Гдовицкого и его наставления о ночных вахтах. Вот и напомним, ближе к утру.
  

Глава 8. Всё в делах, в делах

   Неожиданный приезд Роговых несколько смешал мои планы, и я потратил несколько часов, чтобы привести их в порядок. Пришлось даже Бестужеву звонить, уточнять кое-какие детали, но я справился с задачей и смог извлечь из изменившихся обстоятельств максимум возможного. Осталась сущая малость - объясниться с Жориком и выполнить всё намеченное. Ну да, мелочь, конечно, говорить не о чем, хм.
   Я окинул взглядом устраивающегося за столом Георгия и удовлетворённо кивнул. Судя по настороженности, чуйка у моего ватажника уже работает на полную, а значит, наши с ним редкие и отрывочные занятия Эфиром, пошли Рогову на пользу. Вон как зыркает, понимает, что не на пироги позвали. Ха, в половину первого ночи-то?
   Точнее, не только на них. Подхватив пышку, я подвинул поближе к собеседнику чашку с чаем и приглашающе кивнул на горку сдобы, возвышающуюся на блюде посреди стола.
   - Девчонки неплохо тут устроились, пока я по буеракам бегал. Пришла пора поменяться местами. - Пояснил я. - Это соседка принесла на утро.
   - Понятно. - Протянул Жорик, впиваясь зубами в нежное тесто. Прожевал и, сделав глоток чая, выжидающе уставился на меня.
   - Ты правильно понял. У меня есть для тебя задание. - Я не стал "разочаровывать" Рогова и ответил прежде, чем он сформулировал вопрос.
   - Какое? - Подобрался он.
   - Простое, но побегать придётся. - Начал я. - Итак, слушай задачу. Первое. Необходимо подыскать место под мастерскую, где-нибудь на юго-западе, подальше от больших городов. В государевы земли не суйся, засветишься в базах. А мне это совсем не нужно, и без того внимания цесаревича к моим делам, выше крыши. Лучше всего будет, если тебе удастся договориться с кем-нибудь из червонных бояр... в идеале, служилых. У них, конечно, земли не так много, а значит и не так просторно, как у владетельных, но гонору и ненужного нам любопытства в разы меньше, а желания подзаработать, наоборот, больше. Договор будешь заключать от моего имени, всё равно, дальше владельца эти документы не пойдут. Необходимые условия... срок аренды не менее трёх лет, на территории может быть ангар, гараж, да хоть амбар. Главное, там должно разместиться всё оборудование, что вы обсуждали с Ольгой, и должно остаться место для имеющейся у нас техники и её обслуживания. Ну и небольшой полигон не помешает, конечно. Если строений нет, не страшно. Купим быстровозводимый ангар, им и обойдёмся. Что ещё? Деньги. Да... поступим следующим образом, я выдам тебе доверенность, подписанную задним числом, конечно, и открою доступ к моему счёту. Но! Никаких прямых переводов, вся оплата только наличными. Сам понимаешь, одно дело, если заинтересованные лица увидят как со счёта снимает деньги мой ватажник, и совсем другое...
   - Если они смогут проследить, куда именно ушли эти деньги. - Понимающе кивнул Рогов. - А почему бы не воспользоваться помощью боярина Бестужева? Он же предлагал взять расходы на себя...
   - Потому что в этом случае я окажусь в долгу перед ним. - Вздохнул я. - Не то, что бы это меня так уж тревожило, но долг долгу рознь. Одно дело, воспользоваться помощью в делах семейных, так сказать, и совсем другое, брать кредит на развитие собственного дела. Во-первых, это значит, взять на себя моральные обязательства перед человеком, одолжившим необходимую сумму. А во-вторых, может быть это и старомодно, но я не могу называть дело своим, если оно было построено за чужой счёт. Да и не хочу, чтобы у кого-то была возможность попрекнуть меня "помощью в трудный час", и тем самым поставить под сомнение сам факт моей самостоятельности, в том числе и финансовой. Ясно?
   - Кристально. - Пожал плечами Георгий. - Я так понимаю, что ты чётко намерен держать производство ТК под своим единоличным контролем, так, атаман?
   - Отчего же? - Улыбнулся я. - Как раз в ЭТОМ деле, я против участия Бестужевых не возражаю. Да и Ольгину долю в производстве со счетов скидывать нельзя. Нечестно это будет. А указанное место мне нужно совсем для другого. Хотя оборудование для работы с ТК будет находиться там же, но это временное решение. Позже, мы перенесём производство в более... "приличные" места, хоть в ту же Кострому, а на базе останется лишь пара стендов для ремонта и отладки.
   - Не понимаю, зачем такие сложности? - Спросил Рогов.
   - Затем, что я не хочу пока раскрывать свою затею Бестужевым. Не поймут, особенно Валентин Эдуардович. Да и оборудование там простаивать не будет, уж ты мне поверь. Кстати, о нём. Присмотри для мастерской хороший генератор. Такой, чтоб потянул питание не только самой рембазы, но и трёх-четырёх жилых армейских модулей.
   - А сами модули? - Нахмурился Жорик.
   - Купим позже. - Отмахнулся я. - А вот кое о чём другом, тебе придётся побеспокоиться если не одновременно с арендой участка, то сразу после... Экраноплан.
   - Да ну нах! - Выдал Рогов. - Это же тысяч сорок, не меньше!
   - Девяносто шесть. Мне не нужен двухместный понторез. Смотри. - Я развернул экран коммуникатора и продемонстрировал Рогову машину, найденную мною в Паутинке, после одного из разговоров с Бестужевым.
   - Вот это ду-ура! - Протянул ватажник, буквально пожирая взглядом объёмное изображение "игрушки", плывущее над коммуникатором.
   - Экранолёт "Борей", тип "малый шлюп". - Произнёс я. - Изменяемая плоскость "экран-крыло", два взлётных ускорителя, грузоподъёмность восемь тонн, десантный отсек, дальность полёта - полторы тысячи морских миль, максимальная скорость - четыреста шестьдесят. Твоя задача - приобрести и вылизать его до состояния новья. С первым проще. На эту покупку, как раз, деньги выделит Валентин Эдуардович, договорённость у меня с ним уже есть, деньги на оплату Бестужев передаст тебе при встрече. А вот модернизацию этого "чуда" придётся проводить самостоятельно. Модернизацию и вооружение.
   - А продадут? - Спросил Рогов, даже глазом не моргнув, когда я упомянул об оружии для экранолёта.
   - Мне продадут, как опричному. - Ответил я, криво ухмыльнувшись. - Издержки системы. В некоторых случаях, как оказалось, Юпитеру с быком не потягаться.
   - И кто будет управлять шлюпом? - Задал ещё один вопрос Георгий.
   - У тебя будет время научиться. А если не успеешь, то я сам сяду за рычаги. - Деланно печально вздохнув, я взял с блюда уже изрядно остывшую пышку и, надкусив её, взглянул на собеседника. - Что?
   - Нет-нет, ничего. - Помотал головой Рогов и, отведя взгляд от парящей над коммуникатором модели экранолёта, тоже потянулся за печевом. "Зажевав" удивление, Рогов, кажется, пришёл в себя и тут же ухмыльнулся. - А как выделенный Бестужевым кредит сочетается с твоим нежеланием влезать в долги?
   - Просто и незатейливо. Это называется умением договариваться и... правильно расставлять приоритеты. - Отразил я его ухмылку, но тут же посерьёзнел. - Аппарат нужен не только мне, он зачем-то вдруг понадобился и самому Бестужеву. К его великому сожалению, возможность приобрести такую игрушку законно, исчезла после того, как государь, ввиду недавних событий, в очередной раз закрутил гайки владетельным боярам, к которым относится, но постоянно об этом забывает наш Валентин Эдуардович. И ведь что интересно, пока царь не отнял у вотчинников право владения экранопланами, как в своё время отобрал право на собственную боевую авиацию, эти летающие лоханки Бестужеву были без надобности, а стоило появиться запрету, как вдруг сразу понадобились. Боярин, что тут скажешь...
   - А нам он зачем? - Спросил Жорик.
   - Для дела. - Отрезал я, но, заметив недоверчивый взгляд собеседника, смягчился. - Узнаешь, когда переберёмся на базу. Кстати, на поиск подходящего места и заключение договора аренды у тебя есть всего месяц, начиная с сегодняшнего дня. Ещё вопросы?
   - Нет. - Рогов покачал головой, но тут же встрепенулся. - Прошу прощения, есть один. Я так понимаю, что на рембазе у меня будет много работы. А как быть с обучением?
   - На этот счёт не беспокойся. - Ответил я. - Обустройством на месте я займусь сам, так что отвлекать тебя от учёбы не буду. По крайней мере, до окончания семестра. Кстати... я бы хотел, чтобы ты присмотрелся к выпускникам техотделения училища при вашем университете, особенно тем, что по каким-то причинам пока не нашли себе места службы, или не были завербованы боярами. Найдутся там такие?
   - В принципе, да. - Наморщив лоб, кивнул Рогов. - Это же не университет, там многие выпускники не имеют покровителей или подготовленного места работы. Вообще, большинство идёт на нижнюю ступень, с расчётом на получение льготы для поступления в университет. А там квота для лучших выпускников училища, всего в два десятка мест, так что многие остаются за бортом и вынуждены поступать на общих основаниях или искать работу. Думаю, найти среди таких пару способных ребят, не проблема. Хочешь их нанять?
   - Не совсем. - Покачав головой, ответил я и улыбнулся. - Ватага из двух человек выглядит несколько неполноценной, не находишь? Я бы хотел исправить это недоразумение, да и на базу нам понадобится хотя бы пара техников. Молодых, рисковых, но вменяемых и с руками, растущими из плеч, а не из задницы.
   - Понял. - Кивнул Жорик. - Значит, я могу обещать им не просто найм, а боярский ряд?
   - Сначала, только ватажный. Если они меня устроят, можно будет говорить о большем. По жалованью ориентируйся на две трети от своего и... да, учти, что эти ребята составят твоё личное звено и, соответственно, отвечать за их действия передо мной будешь именно ты.
   - Хорошо... - Протянул Рогов и резко повеселев, кивнул. - Сделаю.
   - Я и не сомневаюсь. - Посмотрев на довольного Жорика, я невольно ухмыльнулся.
   С одной стороны, ему действительно есть от чего быть весёлым, ведь, фактически, сейчас, я своим решением повысил его в "должности". С другой же стороны... хех, хотел бы я посмотреть, как он взвоет, когда поймёт, что за хомут я повесил ему на шею.
   - А как быть с поисками земли под дом в Костромском воеводстве? - Неожиданно задал вопрос Рогов.
   - Пока никак. - Развёл я руками в ответ. - С этими августейшими интригами, все мои прежние планы пошли прахом... точнее, пришлось их основательно перелопачивать и места постройке дома в них не нашлось. По крайней мере, в ближайшие полгода-год, точно. Но... знаешь, пусть Северский продолжает искать землю, и присылает тебе информацию о них. Если выдастся время, съездим, посмотрим. Только сразу его предупреди, что раньше следующего лета, никаких сделок не будет. Если же господин Северский упрётся и откажется, не беда. Он не единственный специалист подобного рода, да и Костромское, не последнее воеводство в России.
   - Думаю, он не откажется. - Чуть помолчав, выдал Георгий, - Зачем ему ссориться с Бестужевыми?
   - Вариант. - Согласился я и, глянув на часы, вздохнул. - Ладно, закончим на сегодня. Доверенность получишь утром, а сейчас - отбой по казарме.
  

Глава 9. Темна украинская ночь

   - Мила, тебе наше положение ничего не напоминает? - Раздавшийся по левую руку от Ольги, голос Лины показался девушке каким-то излишне безэмоциональным. Оля попыталась дёрнуться, и обнаружила, что не в состоянии даже пошевелиться. Кроме того, от резкого напряжения, в глазах потемнело, а когда муть рассеялась, она с удивлением обнаружила, что мир вокруг перевернулся... в буквальном смысле.
   - Опять. Он опять это сделал. - Стон Лины, как оказалось, висящей по правую руку от невесты Кирилла, встряхнул мозги девушки.
   - Эм-м, девочки, а что вы там делаете? - Откуда-то снизу до них донёсся полный удивления голос Маши.
   Ольга осторожно покрутила головой и, рассмотрев в предрассветных сумерках подруг, так же связанных и подвешенных за руки-ноги на трёхметровой высоте, вздохнула.
   - Висим, Машенька. Висим. - Констатировала она и, всё же справившись с собственной гордостью, попросила, - сними нас отсюда, пожалуйста.
  

* * *

   Казарма спит, а прапорщик Нечипоренко ползёт в каптёрку перепрятывать сало. Ну, не прапорщик, а бывший капитан, не Нечипоренко, а Росомаха, не в каптёрку за салом ползёт, а из лесу, где учениц проведал, бежит... но в принципе, верно.
   Миновав небольшой овраг, хлюпающий скопившейся на дне грязью, оставшейся единственным напоминанием о пересохшем по жаре ручье, я взобрался по скользкому склону и, перемахнув через забор, направился к дому. Оказавшись в сенях, я скинул изгвазданные в жирной грязи "прыжковые" ботинки и, лишь после этого позволил себе расслабиться и избавиться от отвода глаз, прикрывавшего мой ночной променад.
   Проходя мимо кухни, я покосился в сторону зазывно блестевшего белоснежным глянцевым боком, пузатого холодильника, но всё же справился с собой и ограничился лишь тем, что ополовинил кувшин с холодным клюквенным морсом, после чего решительно захлопнул тяжёлую дверцу "великого ночного алтаря" и, бесшумно пробравшись мимо спальни, в которой устроились Роговы, поднялся на второй этаж дома. Раз дверь, два дверь... вот. Здесь я и упаду. Оглядевшись в спальне Ольги, я удовлетворённо кивнул и, в темпе избавившись от одежды, нырнул в мягкую, словно пуховое облако, перину. Спа-ать!
   Утро я встретил выспавшимся и довольным, словно кот, совершенно безнаказанно навернувший жбан сметаны и нассавший в тапки хозяина. Учитывая подложенную этой ночью ученицам подлянку, примерно так оно и есть. Но ведь не из врождённой пакостности, а только во имя учебного процесса! Девочкам будет полезно... главное, чтоб никто из наблюдателей этим утром не попался им на глаза. Пришибут.
   Кто-то скажет, что на фоне происходящего вокруг меня бреда, "школьные" занятия с моими ученицами выглядят откровенной глупостью и разбазариванием времени и внимания... что ж, пусть это останется на совести болтающего. Ещё в том мире, в меня, как и в прочих курсантов одного не шибко известного, но славного в определённых кругах заведения, вколачивали простую истину: дело нужно делать хорошо, или не браться за него вовсе. Учитывая же наличие на наших плечах погон, и тот факт, что любое поручение было приказом обязательным к исполнению, вариант "не браться вовсе" отпадал сходу. Потому и приходилось выворачиваться из кожи вон, но "делать хорошо". Погоны истлели вместе с командирами, отдававшими теперь уже совершенно бессмысленные приказы, а привычка осталась.
   Правда, сказался на моём рвении и боярский мятеж, из-за которого занятия с ученицами некоторое время носили несколько отрывочный характер. Да, с тех недавних пор мы нагнали рассчитанную мною программу обучения, но это не повод расслабляться. Эфирные техники, умение швыряться огненными шарами и бить противника молниями, это, конечно, замечательно, но как говорил один из моих учителей, а потом и я сам, выуживая глупых желторотиков из полигонной грязи: "курсант, это не только наводящая приставка для оружейного комплекса, у него извилины есть. И ими тоже нужно уметь пользоваться". Именно поэтому, в ближайшие два месяца девчонки будут бегать по лесу и учиться думать. Правильно думать. А потом уже можно будет заняться закреплением полученных навыков в реальных боевых условиях.
   Жестоко? Да, а что делать? Такой мир, такие правила. Те же бояре, натаскивая своих детишек в стихийных техниках, порой устраивают им в качестве экзамена на взрослость натуральное крещение кровью, что нетрудно, учитывая не стихающие войны и конфликты, которых в этой реальности даже больше, чем в моём прошлом мире. И правительства закрывают глаза на участие в них наёмных отрядов, состоящих из родовитого "молодняка". А ведь подчас такое "крещение" оказывается куда более жестоким, чем то, что я запланировал для своих учениц. Но ведь я не готовлю чистых боевиков... хотя и паркетными воями их, после обучения никто не назовёт. А если найдётся такой глупец... что ж, мир его праху. Что близняшки, что Ольга уже сейчас способны разобрать почти любого недоброжелателя на запчасти, а если к стихийной дури добавить немного ума и знаний... Ха!
   От этих, чуть хвастливых размышлений меня отвлёк вошедший в гостиную Рогов, из-за спины которого выглядывала любопытная Инга. М-да, вот тоже вопрос, пока Георгий будет разъезжать по моим делам, что прикажете делать с этой пигалицей? Она же, в отсутствие старшего брата, мозг мне выест... чайной ложечкой!
   - Ну что, Жор, готов к новым свершениям? - Спросил я, жестом приглашая его присесть за стол. А вот перед попытавшейся проскользнуть следом за братом Ингой, дверь гостиной невежливо захлопнулась. Прямо перед носом. Из коридора плеснуло недовольством и азартом. Понятно, будет пытаться подслушивать. Что ж, флаг ей в руки и барабан на шею, пусть попробует.
   - Готов. Хотя не откажусь от ответов на пару уточняющих вопросов. - Кивнул Рогов, выкладывая передо мной папку с писчими принадлежностями. Ну да, я же обещал с утра написать ему доверенность.
   - Вот как? Что ж, тогда давай начнём именно с них. - Кивнул я. - Слушаю.
   - Червонные земли интересуют нас из-за близости границы? - Чуть помолчав, осторожно спросил он.
   - Скорее, из-за их удалённости от центральных воеводств и некоторой обособленности. Но в принципе... да, я хотел бы, чтобы база была размещена как можно ближе к границе. Максимально близко. - Несколько обтекаемо ответил, ну да умному достаточно.
   - Понял. - Кивнул Жорик. - Атаман, ты определил базу, как ремонтную... какого рода технику ты собираешься там ремонтировать?
   - ТК, нашу спасплатформу, возможно, тот же "Борей". - Произнёс я.
   - Значит, нужна посадочная площадка для шлюпа, а так же полигон и стрельбище, если я правильно понял твои вчерашние слова о вооружении, так? - Задумчиво протянул Георгий.
   - Именно. - Довольно улыбнулся я.
   - И лишнее внимание нам будет совсем ни к чему. - Вздохнув, мой собеседник взъерошил и без того растрёпанные волосы. - Значит, участок должен быть в каком-то если не безлюдном, то редко посещаемом месте. Карпатские горы? Но как туда доставить спасплатформу?
   - Вёрст на двадцать я могу её протащить через "окно", - заметил я. - Нужно только знать точку назначения. Но это паллиатив, как ты понимаешь, лучше, если к базе будет вести хоть какая-то тропа, а расширить её за счёт техник, не такая уж проблема.
   - Тоже верно. - Задумчиво покивал Георгий. - Тогда и место под службы, посадочную площадку и полигон мы сможем расчистить самостоятельно. Было бы разрешение от владельца земли.
   - Именно. - Ответил я. - Но прежде чем ты займёшься поиском участка, наведайся в Гнёздово. Я обещал Елене Павловне выкупить у неё шлюп в ближайшее время. Твоя задача - оплатить машину и оформить бумаги. Сам аэродин можно будет забрать позже. И да, не удивляйся дате, от которой будет составлен договор. Ввиду известных обстоятельств, мне сейчас светиться нельзя, потому продажа шлюпа будет оформлена апрелем месяцем, как и твоя доверенность, к слову.
   - Э-э... Елена Павловна? - Опешил Рогов и тут же взорвался вопросами. - Посадская?! Мы покупаем шлюп у неё?! А почему задним числом?
   - Великая Мегера избавляется от запрещённого имущества. - Пояснил я. - Что же до дат... первого сентября истечёт установленный государем срок, до которого владетельные бояре обязаны списать весь принадлежащий им летающий транспорт тяжелее воздуха, а затем начнутся проверки. Именно из-за них, наш договор купли-продажи будет составлен задним числом. Большая часть бояр, из тех, кто обо мне слышал, конечно, считает, что опричник Николаев находится в коме после инцидента на Дне Тезоименитства царевича Юрия. Цесаревич и его люди уверены, что меня похитили некие "неизвестные лица". Представь, что будет, если во время проверки всплывёт информация, что отсутствующий по таким уважительным причинам, Кирилл Николаев вовсю шустрит и занимается какими-то совершенно левыми делами, вместо того, чтобы спокойно лежать в медбоксе, или томиться в чьих-то там застенках?
   - Атаман, ты поэтому не хочешь отправиться к Посадской сам? - Спросил Рогов.
   - И не свечусь у Вербицких, Бестужевых и Громовых. На случай если за ними наблюдают. - Согласился я.
   - А если там появлюсь я, это не будет подозрительно?
   - С чего бы? - Пожал я плечами. - Ты мой ватажник, неудивительно, что у тебя имеются дела с теми же лицами, с которыми общался я сам. В общем, на этот счёт можешь не волноваться.
   - Понял... - Рогов пожевал губами. - Может, тогда и аренду земли попытаться оформить задним числом?
   - Нет. Это если не полностью исключит, то, несомненно, осложнит саму возможность заключения такого договора и значительно поднимет его цену. Да и практического смысла в таком финте с арендой, я не вижу. - Отмахнулся я. - Бояре не обязаны сообщать государству информацию об использовании своей недвижимости или операциях с ним, если, конечно, дело не касается вывода земли из владения рода. А то, что они не обязаны делать, они никогда и не делают. Иными словами, заключённый тобой договор лишние люди не увидят. А если вдруг случится, что информация об аренде земли, всё же, каким-то образом дойдёт до людей цесаревича, во что лично я не верю, ты всегда можешь откреститься выполнением приказов, естественно, отданных мною до всех событий этого мая. Но повторюсь, вероятность такого события стремится к нулю.
   - Мне нужен перечень "порученных дел". - Выслушав моё объяснение, выдал Рогов. Умник.
   - Держи. - Короткий приказ на коммуникатор, и браслет ватажника тут же пискнул, предупреждая хозяина о входящем сообщении. - Здесь электронная форма доверенности и список приказов, разбитый по датам и времени исполнения. Учти, это не бутафория. Все приказы должны быть выполнены от и до. Это ясно?
   - Так точно. - Подскочив со стула, Рогов изобразил стойку "смирно". Хреновенько изобразил, надо сказать, ну да... что взять с "пиджака"?
   - Вольно. - Вздохнул я и, взявшись за ручку, принялся строчить "бумажную" версию доверенности. Хлопок подаренного Ольгой перстня-печатки с небольшим воздействием через Эфир, и готовый документ лёг перед Георгием. - Держи. И собирайся. Бестужев будет ждать тебя в своём костромском имении к полудню.
   - А как... - Сложив бумаги в папку, начал было Рогов.
   - Открою "окно". - Перебил я его, и ватажник, кивнув, исчез из комнаты. Что ж, вот оно и началось.
  

Глава 10. Первым делом, первым делом...

   Вообще, услышав озвученную Бестужевым идею покупки у Великой Мегеры экранолёта, я, поначалу, несколько... удивился. И даже услышав объяснения тестя о введённом государем запрете на владение боярами подобной техникой, не сразу поверил, что Посадская готова вот так просто продать один из принадлежащих её роду экранолётов. Связался с самой Еленой Павловной, и старуха разложила затею по полочкам. В отличие от классических экранопланов, имеющих довольно ограниченное применение и потому разрешённых к покупке любому подданному российской короны, экранолёты, или как их ещё называют - экранники или аэродины, всегда были техникой строго учёта, ввиду своего двойного назначения. Правом приобретения таких машин могли похвастаться исключительно бояре. Но! Ввиду стоимости, позволить себе такую игрушку до недавнего времени, могли, по большей части, лишь вотчинники, служилым же такая роскошь была не по карману, да и без надобности. А что? В боярских войнах они почти не участвуют, собственными военными структурами, сколько-нибудь соизмеримыми с дружинами-гвардиями владетелей, не обладают. И зачем им в таких условиях, скоростной воздушный транспорт, дорогой не только при покупке, но и в содержании? Нет, понятно, что и из этого правила есть исключения, но большая часть служилых, испытывавших необходимость в аэродинах, давно их приобрела и использует. А расширять парк машин... это ж какие затраты!
   В общем, когда государь издал свой указ, продолжая традицию Василия Шестого, когда-то запретившего боярам владеть боевой воздушной авиацией, вотчинники оказались в замешательстве. От экранников нужно избавиться, желательно продать, иначе по окончании определённого в указе срока, машины будут у них попросту конфискованы. А кому продавать-то?! Служилым, в большинстве своём, эти игрушки без надобности. За рубеж? Так, Преображенский приказ тут же в гости пожалует... с претензиями.
   Нет, теоретически, можно было бы договориться с лояльными представителями служилого боярства и совершить "фиктивную" сделку, как, по сути, предложил мне Бестужев. Но в том-то и дело, что точки соприкосновения у владетелей и служилых больше способствуют напряжению отношений между ними, чем сотрудничеству... не без многолетних, можно сказать, многовековых стараний правящей династии, разумеется, но самого факта это обстоятельство не меняет ни на йоту. Вот и мечутся, ещё недавно гордые и счастливые обладатели аэродинов, не зная, куда приткнуть технику, вдруг ставшую запретной.
   Конечно, не у всех дела обстоят так плохо. Родственные и деловые связи тоже никто не отменял, но это капля в море. Вот, Посадской не повезло. Из четырёх принадлежащих её роду экранников, она умудрилась успешно "пристроить" лишь два. Оставшиеся "Борей" и "Атлант" повисли мёртвым грузом и грозили в ближайшем будущем обернуться для неё большими убытками. Так что, когда Бестужев подступился к Великой Мегере со своим предложением, старуха ухватилась за него обеими руками. Жаль только, что Валентин Эдуардович не смог откусить у неё и "Атлант". Но вытащить из оборота три четверти миллиона рублей Бестужеву было очень непросто. Убытки от такого поступка окупались бы эксплуатацией грузового аэродина лет десять. Пришлось моему будущему тестю, скрипя зубами, отказаться от покупки "Атланта". И я понимаю его грусть. Машина совершенная. Одна из немногих моделей, которую чисто физически нельзя превратить в исключительно боевую. Но грузоподъёмность! Скорость! Эх...
   Поймав себя на мыслях об организации собственных чартерных рейсов, я тряхнул головой и... на миг замерев, схватился за коммуникатор.
   - Фёдор Георгиевич, добрый день. - Мужчина на возникшем передо мной экране чуть удивлённо вздёрнул бровь.
   - Кирилл! Вот не ожидал. - Тряхнув головой, ответил он. - Ну, здравствуй, здравствуй! Как твои дела, как близняшки?
   - Дела бью ключом. Гаечным. - Фыркнул я в ответ. - А близняшки... тренируют вестибулярный аппарат, раз не захотели тренировать наблюдательность и осторожность.
   - Эм-м... чувствую, мне лучше не уточнять, что именно ты имеешь в виду. - После недолгой паузы, произнёс Громов с улыбкой. Я фыркнул в ответ.
   - Как пожелаете.
   - Кирилл... - С укоризной протянул он.
   - Да-да, дядя Фёдор, я помню. Никакого официоза. - Вздохнув, кивнул я. - Но в том-то и суть, что звоню я вам не просто так, а по делу.
   - О... и велико ли дело?
   - На миллион. - Ответил я и, заметив налёт скепсиса в глазах собеседника, заверил, - буквально, Фёдор Георгиевич.
   - Та-ак. - Подобрался Громов, и мой коммуникатор тут же блеснул иконкой закрытой связи. - Рассказывай, что у тебя там произошло.
   - Да, в общем-то, ничего. - Пожал я плечами. - Всё идёт как должно, никаких проблем... не решаемых, я имею в виду.
   - Кирилл! Не тяни беса за рога. - Фёдор Георгиевич нахмурился. - Как ты решаешь проблемы, я помню прекрасно. И две разнесённых ко всем чертям базы наёмников, и кровавую баню в подвале и поезд ворованных невест. Что будет в этот раз?
   - Стоп-стоп-стоп! - Замахал я руками. - Не надо мне шить свои подвиги! База была только одна. Вторую, если мне не изменяет память, разнесли именно ваши люди!
   - А ты вывез оттуда три "континентальника" трофеев. - Отразил выпад Громов.
   - И честно ими поделился! - Возмутился я.
   - Так. Стоп. - Опомнился Фёдор Георгиевич. - Мы, вообще, не о том говорим.
   - Почему же? - Откликнулся я. - Почти о том самом.
   - Хочешь сказать, у тебя появились новые трофеи, и ты уже успел оценить их в один миллион рублей? Так, что ли? - Фыркнул мой собеседник. - Но в сводках, в последнее время, ни о каких боях и взрывах в имениях старых родов, упоминаний не было. Так откуда у тебя ТАКИЕ трофеи?
   - Вот, что вы за человек такой, Фёдор Георгиевич? - Вздохнул я. - Я ведь ни словом о мародёрке не обмолвился.
   - Ладно, давай серьёзно. - Стёр ухмылку Громов. - Что задумал?
   - Вам "Атлант" не нужен? Экранник, я имею в виду. - Осведомился я. Дядя Фёдор завис. Потом моргнул раз... другой.
   - Где ты взял тяжёлый транспортник, Кирюша? - Вкрадчиво поинтересовался он.
   - Где взял, там больше нет. - Ухмыльнулся я.
   - За миллион? - Недоверчиво протянул Громов. Я кивнул. - И на кой он мне, если к сентябрю его всё равно придётся сдать государству? А за аренду машины на пару месяцев, это слишком дорого. Даже ТАКОЙ машины. Расходы не отобьются.
   - А если срок аренды будет больше? Например, лет пять? - Спросил я.
   - Ну, это уже другое дело... так, стоп! О чём мы вообще говорим?! - Тряхнув головой, рявкнул дядя Фёдор, сверкая глазами.
   - Мы говорим о десятилетнем тяжёлом транспортном экранолёте "Атлант", грузоподъёмностью в девяносто тонн, дальностью полёта восемь тысяч морских миль и крейсерской скоростью четыреста шестьдесят узлов, который я предлагаю вам арендовать у меня на пять лет за один миллион рублей... предоплатой. - С готовностью ответил я. - А что? Машина надёжная, один хозяин, небольшой пробег...
   - Дурацкая шутка, Кирилл. - Проскрипел Фёдор Георгиевич, справившись с собой.
   - Я не шучу. - Покачал головой в ответ. - У меня, действительно, есть возможность предоставить в аренду "Гром-заводу" тяжёлый транспортник на озвученных условиях.
   - А экипаж? - Наконец поверив, что это не обман и не галлюцинация, спросил дядя Фёдор.
   - Будет и экипаж, но оплачивать его работу вам придётся из собственных средств. Это не мои люди. - Кивнул я. Думаю, Посадскую только порадует возможность не потерять верных людей. Нет, понятно, что она их не бросит и без моего участия, но вот предоставить работу по профилю, точно не сможет. А так, и людей сохранит, и переучивать их не придётся. В общем, со всех сторон одни плюсы.
   - А чьи?
   - Елены Павловны Посадской. - Честно признался я.
   - Вот ты ушлый. - С каким-то изумлением протянул Громов и ухмыльнулся. - А ведь у тебя сейчас этого самого транспортника нет, я прав, Кирилл? Это же машина из парка всё той же Мегеры, да?
   - Великой Мегеры! - Поправил я дядю Фёдора, наставительно воздев указательный палец вверх.
   - Наха-ал. - Рассмеялся Громов. - А если я сам с ней договорюсь об аэродине?
   - Пф. И кому же вы его скинете, чтобы потом взять в аренду? - Ухмыльнулся я в ответ. - Напомню, Елене Павловне грозит конфискация лётного парка. Я могу сохранить для неё хотя бы половину машин, "выкупив" их на своё имя. А у вас есть такая возможность?
   - Нет. - После недолгого размышления, произнёс Громов и, чуть подумав, махнул рукой. - Я согласен, Кирилл. "Атлант" нашему заводу пригодится.
   - Тогда, готовьте договор. От моего имени его подпишет Рогов.
   - Твой ватажник, да?
   - Именно. У него доверенность на финансовые операции от моего имени. - Кивнул я и, улыбнувшись, добавил, - а пока вы разбираетесь с бумагами, я договорюсь с Еленой Павловной.
   - Жук. - Хохотнул дядя Фёдор. - Ладно, поработаем. Вечером жди документы на коммуникатор.
   - Тогда, до вечера, Фёдор Георгиевич. - Перейдя на официальный тон, отозвался я.
   - До вечера, Кирилл Николаевич. - И довольный Громов отключился.
   Откинувшись на спинку стула, я нашарил в кармане полупустую пачку и, уже привычно прикурив сигарету эфирным воздействием, уставился на коммуникатор. Осталось уговорить невесту, что называется.
   Пять минут отдыха, отведённые самому себе, как-то уж очень быстро истекли и я, тяжёло вздохнув, набрал номер Елены Павловны. Если дело выгорит, то уже завтра-послезавтра я смогу отдать Бестужеву те девяносто шесть тысяч, что он предоставил для покупки "Борея". Как бы я не убеждал Рогова в том, что подобный кредит меня ничуть не смущает, это всё же было не так. Игра в уверенность, не больше. И мысль о том, что этот должок можно скинуть с плеч, меня грела. Наверное, только этим, да пойманным куражом можно объяснить тот факт, что мне пришлось потратить всего четверть часа на убеждение Посадской. Так что, когда часы пробили полдень и в гостиную вошёл готовый отправляться в путь Рогов, его ждали дополнительные инструкции, документы и изменённый перечень приказов, якобы отданных мною ещё до майских событий.
   Ох, какими глазами смотрел на меня Жорик, когда прочитанная информация дошла до его мозга.
   - Я... я могу отправляться? - Справившись с собой, проблеял он.
   - Можешь. - Кивнул я, открывая "окно". Рогов оглянулся на меня и, глубоко вдохнув, шагнул вперёд.
   Удачи тебе, ватажник.
  

ЧАСТЬ IV. В ТЕНЯХ

Глава 1. Планы, планы, планы

   Третья точка. Ольга смахнула пот со лба и, внимательно осмотрев поросшую сочной зеленью низинку, окружённую колоннами вековых деревьев, обернулась к застывшим за её спиной близняшкам. Жестом указав каждой направление движения и получив в ответ два синхронных кивка, девушка осторожно, стараясь не потревожить мягкую, но от того не менее коварную, лесную подстилку, подалась назад. А хруст веток, как успела убедиться команда невольных "выживальщиц", может принести здесь немалые проблемы. Прокол на подходе ко второй точке, тому подтверждение. Тогда их команду как раз и поймали на шуме. Три шоковых гранаты прилетевших откуда-то со стороны, в один момент научили девушек одной простой истине: подходить к точке нужно тихо и осторожно, а не радуясь на весь лес своей удаче.
   Именно поэтому, прежде чем сунуться на полянку Ольга усадила Марию с Елизаветой, медитировать в сотне шагов отсюда, в надежде, что им удастся "прощупать" окружающую местность, как учил Кирилл, а на случай, если у них это не получится, чего нельзя исключать, Мила с Линой осторожненько пробегутся по округе, старательно выглядывая любые непонятности.
   Добравшись до спрятавшихся за стеной густого кустарника девчонок, с закрытыми глазами восседающих на своих рюкзаках, Оля, тихонько, чтобы не сбить концентрацию подруг, присела рядом, старательно мониторя окружающую обстановку через Эфир. На небольшом расстоянии, это не требовало особых усилий, и даже серьёзной сосредоточенности. Именно поэтому, она могла позволить себе в этот момент чуть расслабиться, и даже подумать о постороннем и не очень.
   А поразмыслить было о чём. Первое утро в этом лесу принесло их команде первые же неприятности. И Мила с Линой уверенно утверждали, что эти самые неприятности им устроил Кирилл. Не в смысле, организовал, как и сам этот поход в лес. А именно, устроил лично. И выслушав историю, рассказанную Милой о том, как Кирилл однажды отомстил сестрицам и брату, подвесив их в подвале громовского имения, команда была вынуждена согласиться, что в затее с подвешиванием на дереве спящих девушек, забывших выставить перед сном стражу, чётко просматривается почерк их учителя. Правда, в этот раз он, поступил мягче и, хоть и связал раззяв-учениц за руки-ноги, но подвешивать их лицом вниз, выворачивая конечности, не стал. Пощадил, называется... Впрочем, представив, как они себя чувствовали бы, повтори он тот давний фокус, Ольга вздрогнула и... вынуждена была признать, что таки да, пощадил. Им и так пришлось потратить полдня на то, чтобы привести себя в порядок после долгого висения на дереве. Руки-ноги затекли страшно, а если бы Кирилл подвесил их так, как когда-то своих родственничков... выход в лес можно было бы считать проваленным. По крайней мере, завершить поход в срок, у них точно не вышло бы.
   А второй день? Мало им было проблем с поисками пищи, когда до самого вечера пришлось довольствоваться лишь недозрелой малиной, собранной по ходу движения, да грибами, которые ещё следовало приготовить, так ещё и те гранаты! А ведь они так радовались, что до второй точки удалось добраться всего за день! Но нет, стоило им вывалиться из лесной чащи на маленькую полянку с установленным посреди неё шестом с оранжевым флажком, как тут же начались неприятности. И только шоковыми зарядами, моментально оглушившими и ослепившими всю команду разом, дело не ограничилось. Стоило им очухаться от такого "приветствия", как поляна заходила ходуном и лишь мгновенная реакция Елизаветы спасла привязанную к шесту с флажком подсказку от участи быть погребённой под землёй.
   На этот раз, Ольга приняла некоторые меры предосторожности и, прежде чем команда занялась разбивкой стоянки, назначила очередь ночных дежурств. Может быть, конечно, она несколько перестаралась с командным тоном, но события последних дней основательно её разозлили, и девочки могли бы это понять, вместо того, чтобы дуться на неё следующие сутки. Нет, они не перечат и приказы исполняют точно и в срок, но взгляды, фырканье... особенно отличились в этом плане всё те же близняшки. Мира с Линой всем своим видом демонстрировали, что уважать Ольгу, как командира, не намерены. А за ними и Елизавета начала поглядывать на неё с некоторым сомнением. Бесят, стервы!
   Мария тронула Ольгу за рукав и кивнула на приближающихся близняшек. Ага, разведка вернулась.
   - Ну что? - Спросила она.
   - Вокруг пусто. - Коротко ответила Лина под подтверждающий кивок сестры. Ольга обернулась к Елизавете и Марии.
   - В эфире чисто. Вроде бы... - Правильно расшифровав взгляд командира, ответила Елизавета.
   - Что ж, тогда здесь и устроимся на ночлег. - Протянула Ольга. - Лиза, Маша, на вас костёр и ужин, а мы с близнецами займёмся лагерем. Вопросы? Вопросов нет. Тогда чего сидим? Встали и занялись делом.
   Странно переглянувшись, подчинённые поднялись и, ни слова не сказав, направились в сторону только что "обнюханной" поляны. Вальяжно так пошли, не торопясь.
   Ольга тихо зарычала и, обогнав девчонок, первой шагнула из-под крон деревьев. Скользнула вниз по пологому склону на залитую солнечным светом лесную прогалину, шаг, другой, под ногой что-то влажно чавкнуло, и Бестужева, вдруг потеряв равновесие, беззвучно ухнула в открывшееся под ногами окно чёрной воды, только и успев нелепо взмахнуть руками. Но уже через секунду ноги Ольги коснулись твёрдой поверхности и, выпрямившись, Бестужева обнаружила, что оказалась по пояс в воде. Какого чёрта?! Болото?
   - Бочаг в ручье. - С готовностью пояснила Мила, с явной насмешкой взирая сверху вниз, на обтекающего командира. - Осторожнее нужно быть, Оленька... внимательнее.

* * *

   Двести пятьдесят тысяч. Ну хорошо, сто пятьдесят четыре, если считать возвращённый Бестужеву долг... и аэродин, стоимостью в три четверти миллиона, о котором будущий тесть даже не подозревает. А что делать? Условие Посадской было жёстким, и я её понимаю. Дружба дружбой, а родовые дела врозь... А раз я пока не связан узами брака с Ольгой, то и знать её семье о нашей с Великой Мегерой договорённости, ни к чему.
   Удачно получилось. Три дня заочных переговоров, встреч технических специалистов Громовых и Посадских, проверявших состояние техники, а после шесть росчерков пера, и в моём недавно показавшем дно кошельке уже звенят пенёнзы, а в кармане бряцают "виртуальные" ключи сразу от двух экранолётов... собственных. Вот не думал, не гадал, что когда-нибудь стану авиамагнатом, пусть даже и миниформата!
   Впрочем, об "Атланте" на ближайшие пять лет я вполне могу забыть, этот аппарат будет трудиться пчёлкой на благо Громовых, не принося мне никакого дохода, но и на кошелёк давить не будет. Налоги-то будут платить арендаторы. А вот шлюп останется у меня и Бестужеву будет лишь одалживаться время от времени, по надобности, так сказать. Да и сто пятьдесят четыре тысячи рублей, капнувшие на счёт, изрядно греют душу. Призрак банкротства сдавленно пискнул и сгинул в тумане, а перспективы вдруг засияли радугой над ним. Поэзия, чтоб её!
   А уж как был удивлён будущий тесть, когда ему пришло сообщение о возврате на счёт, недавно одолженных мне девяноста шести тысяч... Правда, пришлось слегка покривить душой, объясняя откуда взялись эти деньги. Не то, что бы Валентин Эдуардович этого требовал, но зачем мне неясности в отношениях с будущим родственником? А так... ну получил я оплату за обучение близняшек, ничего странного в этом нет. Сумма больше? Так это, из расчёта предполагаемого срока обучения. Вот тут Бестужев изумился.
   - Полтора года? - Опешил он. - Ты всерьёз рассчитываешь дотянуть их до мастерского уровня за столь малое время?
   - Честно говоря, нет. - Покачал головой я и боярин расслабился. Рано. - Мастерами они вполне могут стать и за год, на что я очень рассчитываю. Но ещё полгода я отвожу на практику, чтобы "отполировать" их умения, а не выводить на экзамен чистых теоретиков или салонных фокусников... Именно в оплату практики Громовы просто-таки настояли передать тридцать тысяч, сверх оговоренной платы за год.
   - Кирилл, ты... - Валентин Эдуардович вздохнул, прикрыл глаза и беззвучно зашевелил губами. Досчитав до десяти, боярин одарил меня тяжёлым взглядом. - Ты уверен, что разработки Николая действительно способны так значительно повлиять на скорость обучения?
   - Несомненно. - Уверенно кивнул я в ответ. - Скажу больше, если сейчас провести экзамен, то близняшки, а с ними и Ольга, без особого напряжения получат статус подмастерья. Ну, хорошо... не без напряжения, но такая высота вполне им по силам, в этом я более чем убеждён. Елизавета пока не тянет, о Марии и говорить нечего, но и у них прогресс виден невооружённым взглядом.
   - Я правильно понимаю, что практику ты разбил на несколько частей? - Осведомился Бестужев. - В смысле... устроенный тобой выход девочек на пленэр, это же её часть, правильно?
   - Да. Именно так. - Согласился я. - Первый этап, можно так сказать.
   - А какие будут следующие? - С прищуром взглянув на меня, поинтересовался Валентин Эдуардович.
   - Охрана, разведка, свободная охота. - Пожал я плечами, - что подвернётся, на том и будут оттачивать полученные навыки.
   - Зная тебя, могу предположить, что "подвернётся" им исключительно то, что ты сам захочешь. Не так ли? - Голос Бестужева стал вкрадчивым. Прощупывает возможность влияния? Хм, ну, как отца красавицы-дочери, я его понимаю, а вот как учитель...
   - А это уже как пойдёт, Валентин Эдуардович. - Не менее елейным тоном ответил я. Бестужев моргнул. Что, облом? А вот не надо лезть в учебный процесс. Я этого и в школе не намерен позволять, если она состоится, а уж в личном обучении и подавно.
   - Я понял тебя, Кирилл. - Вздохнув, кивнул мой собеседник. - Надеюсь только, что твоя забота об учениках...
   Я приподнял бровь. Будь на месте Бестужева незнакомый мне человек, и уже через час по окончании этой фразы, он получил бы картель, оформленный по всем правилам здешних обычаев и традиций. Сомнение в учителе, когда заказчик УЖЕ отдал ему в обучение своего человека, будь то родственника или подчинённого, это, как минимум, повод для разрыва ряда, а максимум - оскорбление, смываемое кровью, как ни пафосно это звучит. И дело здесь не в моей кровожадности, наглости или обидчивости, ничего подобного. Просто, как учитель, я не имею права не отреагировать на подобные слова. Глупость? Нет, традиция, на которую нельзя плюнуть. Ученики мне достались по такому же замшелому обычаю, давно считающемуся пережитком эпохи и чуть ли не варварством. И здесь, как говорится, сказал "А", говори "Б". Другими словами, раз уж выкопали подобный анахронизм из глубины седых веков, то и придерживаться его надо от и до. Иначе, грош цена всей затее с личным ученичеством.
   И кажется, Бестужев вовремя вспомнил о том же самом. Фразу не договорил, и можно считать, что ничего не было. Ну, мелкое неудобство, скажем так... не больше. Уже хорошо.
   - Прости, Кирилл. Чуть хе...ню не спорол. - Бестужев откинулся на спинку огромного, обитого скрипучей кожей, кресла.
   - Проехали. - Махнул я рукой. - Вы отец и беспокоитесь за свою дочь, не вижу здесь ничего оскорбительного.
  

Глава 2. История и география

   После поездок к Посадским и Громовым, Жорик пропал из виду любых возможных наблюдателей, чтобы объявиться в Липином Бору как раз в тот момент, когда мы с Ингой перешли от повторения расширенного рунного "алфавита" к составлению на его основе простейших цепочек - рунескриптов. Объявился и тут же был припахан к чтению лекций на тему рунных воздействий.
   Как и Георгий, его сестра почти лишена дара, ей даже статус "новика" не светит, не говорю о чём-то большем. С чувствительностью к Эфиру, у девочки тоже дела обстоят не очень хорошо. Бывает... таких людей в этом мире, вообще-то, большинство. Но кто сказал, что этот недостаток мешает в освоении рунных воздействий? Никто. Вот ими-то мы и занимались, тем более, что ещё со времён нашей беготни от боярского мятежа, я заметил, что Инга очень интересуется этой темой. На складах "Девяточки" её от рунных систем за хвост было не оттащить. Так что, когда я, со скуки, предложил ей занятия по этой теме, сестрица Жорика ухватилась за идею руками и ногами... а у меня резко поубавилось свободного времени, которого, как я вскоре понял, было и так не слишком много, особенно учитывая мой постоянный присмотр за похождениями учениц в "глухих и страшных лесах".
   Но помимо обучения сестрицы Жорика рунике, есть у меня одна идея, появившаяся, когда я увидел с каким упорством Инга учится. Идея, которую мне очень хотелось бы проверить. Не сейчас, конечно, пока девчушка слишком мала, но года через два-три, я хотел бы заполучить её в ученики. Зачем? Здесь считается, что любой одарённый теоретически способен развиться в "гранда", а я, вспоминая своих учеников в прошлом мире, предполагаю, что даже лишённый дара человек может добиться успехов в оперировании Эфиром. Больших или малых, это уже другой вопрос, наверняка, там найдутся свои ограничения... но есть у меня подозрение, что поставленная задача вполне выполнима. Вот, воплощением этой идеи в жизнь я и займусь, но так, чтоб клубные придурки нас не зашибли, как "рэволюционэров". Или Рюриковичи головы не открутили... во избежание, так сказать. Об иезуитах вообще молчу. Этим, в принципе, любой одарённый, не воспитанный под присмотром Нового Ватикана, как кость в горле. А ведь есть ещё ребятки, что устроили охоту на эфирников. В общем, здесь нужно действовать без шума, болтовни и не торопясь. Тихой сапой.
   - Я нашёл. - Ворвавшийся в беседку, Георгий ткнул в невидимый нам с Ингой, экран коммуникатора, и мой браслет отозвался короткой вибрацией. Развернув сообщение, я пробежал взглядом по тексту и кивнул.
   - Молодец. Интересный вариант. - Я улыбнулся довольному Рогову. - На осмотр поедем вместе. Отпиши этому... Ракоци, да? Отпиши, что мы готовы встретиться в любое время, в любом месте. Пусть выбирает.
   - Сделаю. - Кивнул Жорик и, чуть помявшись, спросил, - а всё же, атаман, почему червонные земли?
   - Георгий, давай поговорим об этом позже. - Я указал ему на Ингу, делающую вид, что полностью поглощена выполнением моего задания, но исподтишка бросающую на нас любопытные взгляды. Рогов ухмыльнулся и, кивнув, исчез из беседки так же скоро, как появился.
   Поговорить с Жориком без помех в виде одной излишне любопытной егозы, нам удалось только поздним вечером, когда ватажник, уложив сестру спать, явился "на доклад", по его собственному выражению.
   - Ну что, договорился? - Спросил я Рогова.
   - Да. Встречаемся через три дня в Водице, это городок в сорока верстах езды от Рахова... - Ответил он. - Но это было не просто. Чёртов Ракоци мне все нервы вымотал.
   - Что, такой въедливый?
   - Нет. - Качнул головой Георгий. - Просто высокомерная сволочь. Уж на что наши вотчинники бывают надменными, но им до этого потомка хустского сидельца, как до луны.
   - Хустский сиделец? Это кто? - Не понял я.
   - Был такой исторический персонаж, Дьердь Ракоци, младший сын трансильванского князя Ференца Второго, воспитанника "короля куруцев" Имре Тёкёли. - Георгий откашлялся, и заговорил ставшим ему привычным по урокам с Ингой, лекторским тоном. - Ференц известен тем, что поднял восстание против Габсбургов на рубеже семнадцатого и восемнадцатого веков и восстановил независимость Венгерского королевства. В отличие от папеньки, воспитанного в ненависти к австрийцам, и старшего брата Йожефа, принявшего из рук умиравшего Ференца корону венгерских королей, Дьердь оказался слеплен из другого теста. Он умудрился каким-то образом проср... потерять не только земли управлявшиеся им от имени короля Венгрии, но и те, что были отданы ему во владение, в том числе и Мукачевский замок князей Ракоци - Паланок, который у него отобрали австрийцы, так и не простившие трансильванским князьям потери Карпат и Венгрии. Самого же Дьердя, Габсбурги заперли в Хустском замке. Тогда, согласно заключённому его отцом договору, Россия оказала помощь венгерскому королю, и выпнула из Карпат австрияков, уже собравшихся идти дальше, воевать Венгрию. Официально, король Йожеф передал отвоёванные у Габсбургов имения своей семьи в Карпатах русскому царю в благодарность за помощь в освобождении венгерских земель от австрийцев. А неофициально... ходили слухи, что Йожеф Первый был в бешенстве от действий младшего брата, сдававшего родовые и королевские земли Габсбургам почти без боя, и именно поэтому отдал его владения русской короне, а непутёвому братцу всучил во владение гору Апецка, дескать, уж её-то у него никто не отберёт, и отдал "в управление" тот самый Хустский замок, в котором Дьердь провёл два года в плену у австрийцев... и говорят, условия проживания младшего брата венгерского короля в том замке после освобождения не сильно-то отличались от тех, в которых он жил, будучи в плену. Отсюда и прозвище "хустского сидельца".
   Рогов закончил экскурс в историю и, шумно выдохнув, присосался к стакану с морсом, выставленным мною на стол в награду за рассказ.
   - А ты немало знаешь об этих Ракоци. - Я уважительно качнул головой. - Не ожидал.
   - Ерунда. - Отмахнулся Георгий. - Просто, перед тем как связаться с возможным арендодателем, я немного покопался в Паутинке. Подготовился, как мог и... в результате, мне ещё больше стало интересно, почему ты выбрал такое странное место, атаман. Там же сумбура больше чем в СБТ!
   - Ну, насчёт сумбура, ты несколько преувеличиваешь, но именно из-за царящей в тех местах вольницы, я и выбрал их для размещения базы. - Развёл я руками. - Русины, чехи, венгры, ляхи. Бояре, паны, баны, наёмники... в этом котле сам чёрт ногу сломит. И затеряться в этой круговерти десятку людей будет проще, чем в русских воеводствах.
   - А Карпаты, можно подумать не русские? - Фыркнул Жорик.
   - Сказал бы ты - русинские или червоннорусские, я бы согласился. - Развернув над коммуникатором карту, проговорил я. - А так... говорю же, плавильный котёл, а не воеводство. К тому же, граница в тех местах довольно рыхлая, более того, реальный и, кстати, чрезвычайно жёсткий пограничный контроль установлен не по Тисе, как оно следовало бы, исходя из официальных соглашений о границах сопредельных держав, а по линии Перечин-Воловец-Колочава-Ясиня-Путила. Отсечённая же территория представляет собой этакий анклав-накопитель. Именно здесь собираются наёмники с нашей стороны, формируются и, зачастую, экипируются отряды для работы в СБТ, организуются домашние базы этих отрядов. Здесь же проще всего приобрести снаряжение, технику и оружие, причём не только разрешённое, но и то, за обладание которым на остальной территории России можно оказаться если не на плахе, то "во глубине сибирских руд", точно.
   - Не знал. В сети этого нет. - Покачав головой, констатировал Рогов.
   - Неудивительно. Государевым людям это не интересно... если, конечно, они сами не желают встать на путь наёмника, что, согласись, бывает довольно редко. Чаще всего, ряды этой братии пополняются за счёт бывших военных, детей боярских, по тем или иным причинам, оставивших службу, или отпрысков боярских родов, по настоянию родичей отправляющихся на военную практику в те же СБТ.
   - И ты собираешься там жить? - Пробормотал Георгий.
   - Работать, Жорик. Ра-бо-тать. - Ухмыльнулся я в ответ. - Представь себе территорию, где тактические комплексы так же обыденны, как... скажем, лёгкие экранопланы в Новгородском воеводстве, а специализированных мастерских по их ремонту нет, как и серьёзных специалистов, одна сплошная кустарщина, да и та в полуподвальных условиях. Об инструментах и ремонтном оборудовании, я и вовсе молчу.
   - Наша рембаза. - Охнул Георгий.
   - Я рад, что ты меня понял. - Кивнул я. - Спортивные ТК, это, конечно, хорошо и здорово, но дорого и мало. А мне не хотелось бы, чтобы присланные нам рюминские стенды стояли без дела.
   - А... Ольга в курсе? - Осторожно поинтересовался Рогов.
   - Пока - нет. Вот обустроимся на месте, тогда и сообщу. А сейчас - рано. К тому же, ей и без того есть чем заняться... в ближайшие полтора месяца, по крайней мере. А там как раз и база будет готова.
   - О-о! - Протянул Жорик но, заметив мой взгляд, тут же помотал головой. - Нет-нет, ничего. Это я так...
   Впрочем, понять его было несложно. Уж кому-кому, а Рогову прекрасно известен характер моей невестушки, он же с ней не один день бок обок работал.
   - Ну-ну.
   - Атаман, а ты уверен, что там действительно всё так плохо с ремонтом техники? - Поняв, что причины его беспокойства не остались для меня тайной, Жорик решил сменить тему.
   - Более чем. - Кивнул я. - Серьёзное оборудование стоит немалых денег, требует соответствующего обращения и, как следствие, немалых знаний техников, что выливается в серьёзную стоимость содержания такой "экипированной" мастерской. Для подавляющего большинства местных, это дорого. Конечно, есть ещё и наемники, которые могут позволить себе подобные траты, но у них совсем другой круг задач и, честно говоря, многим из них проще купить новый ТК вместо пострадавшего в бою, чем содержать специальную мастерскую и штат техников для ремонта.
   - То есть, конкурентов у нас не предвидится. - Проговорил Рогов.
   - Я этого не говорил. - Покачал я головой. - Тамошние паны-баны и бояре, из тех, что побогаче, вполне могут позволить себе содержание подобных мастерских. Но я ведь и не собираюсь отбирать их хлеб.
   - Это как? - Не понял Жорик.
   - Просто. Сам подумай, у нас есть спасплатформа и "Борей". Мы можем эвакуировать пострадавших людей и технику прямо с поля боя. Не всякую, конечно, но те же ТК, запросто. Особенно, если ты не будешь филонить, и как следует вооружишь шлюп, чтоб было чем огрызнуться в случае, если мы окажемся под огнём.
   - Значит, будем заниматься эвакуацией техники и её последующим ремонтом. - Вздохнул Рогов.
   - Именно. - Согласился я и позволил себе чуть-чуть помечтать. - А в идеале, хотелось бы, чтоб на нашей будущей базе имелось и медицинское крыло. Сам понимаешь, это уже совсем другой уровень. Впрочем, медицина, это не твоя головная боль. Ей, скорее всего, займётся Елизавета... и не сразу. Но как только база будет отстроена, я обязательно привлеку её к этой затее.
   - М-да, планы немалые. - Констатировал Рогов. Я в ответ развёл руками.
   - Кто не мечтает о большем, не получит и малого.
  

Глава 3. Своими глазами

   Полёт до Водицы, где была назначена встреча с Ракоци, мы с Георгием совершили на моей обновке. Да, это было не очень комфортно, всё же десантный отсек не может похвастаться обслуживанием первого класса, но нам было не до того. За время подготовки к вылету, мы с Жориком успели тщательно осмотреть экранолёт снаружи, а во время полёта исследовали его изнутри, не забираясь разве что туда, где были предупреждающие и запрещающие надписи. А поскольку большинство лючков и люков могло похвастаться таковыми, отдуваться пришлось пилотам Посадской, не догадавшимся свинтить с какого-нибудь гражданского борта и повесить на ведущую в кабину дверь, табличку, запрещающую ломиться к ним в гости.
   Пугать Ракоци шлюпом мы не стали, и высадились за пределами городка, недалеко от ведущей к нему грунтовки, для чего пилотам пришлось задействовать весьма прожорливый режим вертикального взлёта-посадки. Реально прожорливый! Сотня использований и пожалуйте на замену винтовой группы. И даже вездесущая руника, без которой этот агрегат в принципе невозможен, не спасает. М-да. Учитывая же, что счётчик "Борея" уже перевалил за полсотни, ждут меня вскоре солидные расходы. Нет, можно, конечно, плюнуть на это дело и оставить всё как есть, но тогда вскоре придётся забыть об идее эвакуатора. Сильно сомневаюсь, что поблизости от любого поля боя найдётся пригодная для посадки шлюпа грунтовка или река.
   Впрочем, когда у меня только появилась эта идея, я уже предполагал, что приобретение воздушного средства доставки не обойдётся без дополнительных расходов, а потому и не особо расстроился, когда узнал, что в "Борей" Елены Павловны придётся вложить некоторую сумму. Хотя, конечно, шестнадцать тысяч... м-да.
   Сразу после посадки, я настоял на том, чтобы Рогов нацепил-таки приготовленную специально для него амуницию и, лишь убедившись, что кривящийся технарь выполнил приказ, занялся собой. Счастье, что мы не в столице. Боюсь, несмотря на все имеющиеся разрешения, тамошние полицейские отнеслись бы к моему нынешнему виду весьма негативно. Здесь же, если верить имеющейся у меня информации, никому не будет никакого дела, ни до моих рюгеров, ни до кхукри, о бронежилете и шлеме я уже и не говорю.
   Убедившись, что с амуницией и оружием всё в порядке, мы выкатили из "брюха" шлюпа роговский квадр и моего "Рыжего" и, попрощавшись с пилотами, оставленными при "Борее" с жёстким наказом смотреть в оба и чуть что, поднимать тревогу, помчались в Водицу, у въезда в которую нас уже ждал проводник, присланный арендодателем, чтобы сопроводить будущих арендаторов для осмотра участка.
   Представитель Ракоци, завидев нашу экипировку и глазом не повёл. Да и сам он выглядел под стать. Броник, шлем, автоматический стреломёт за спиной и пистолет в поясной кобуре... я выразительно покосился на Рогова, недавно чуть ли не до истерики сопротивлявшегося моему стремлению упаковать его в броню, и тот печально вздохнул в ответ. Дошло до городского мальчика, что не на пикник выехали. Наконец-то!
   Проводник выполнил свою задачу на все сто. И на место доставил, и небольшую экскурсию провёл... попутно, так сказать. В общем, дело бывший егерь семьи Ракоци знал туго, и поведал о местных реалиях весьма немало, за что я ему был искренне благодарен. Собственно, он и место расположения нашей возможной базы со всеми окрестностями знал не хуже, поскольку там когда-то располагалась охотничья заимка Ракоци, в которой хозяйничал ещё прадед нашего проводника.
   Спустя три часа, мы вернулись в Водицу, довольные как предлагаемым в аренду местом, так и ведущей к нему стёжкой, несколько запущенной и кое-где даже заросшей, но достаточно широкой, чтобы в дальнейшем нам не пришлось рубить растущие вдоль неё здоровенные буки, расчищая путь для спасплатформы. А вот полосу для шлюпа всё же придётся строить. Мы и местечко для неё присмотрели, на самой границе лесистой части горы и полонины, где даже деревья корчевать не придётся. Впрочем, нам всё равно нужно будет делать террасы для жилых модулей и рембоксов, так что одной больше, одной меньше, невелика разница... особенно для стихийников с уклоном в Твердь.
   А в городе нас уже ждал хозяин земли, при встрече с которым я убедился, что краткая характеристика, данная ему Роговым, была весьма точной.
   Высокомерная сволочь. Владений - одна никому к чертям собачьим не нужная горушка, а гонору у пана с Эверест. Ну в самом деле, не называть же его князем? Хотя, судя по всему, ему бы этого очень хотелось, да вот незадача, каким бы фронтиром не числилась территория, на которой мы находились, де юре и де факто она принадлежит русской короне и, соответственно, здесь действуют её законы и установления, согласно которым, даже попытка прилюдно обозвать себя князем, уже есть серьёзный повод для весьма специфического интереса со стороны Преображенского приказа к такому безбашенному балаболу. В России есть только одна семья, чьи представители имеют право именоваться князьями - Рюриковичи, и никаких иных княжеских родов давно нет. Завещание Василия Шестого, его потомки воспринимают очень серьёзно, как и покушения на собственную исключительность.
   В общем, не повезло пану Ракоци, и его чувство собственной важности жутко от этого страдает, по кислой физиономии самого господина Петера это видно весьма отчётливо. Или это его от вида двух малолеток, явившихся на переговоры, так перекосило? Кстати, вполне возможно, что так оно и есть, по крайней мере, в мою сторону господин Ракоци косился весьма неодобрительно. А я что? Я так, за компанию со старшим товарищем, представителем некоего Кирилла Николаева, прикатил. Правда, всё это не помешало нам с ним договориться о долгосрочной аренде нескольких гектар земли вокруг старой охотничьей заимки, на южном склоне горы Апецка, чуть ли не у самого истока ручья со странным названием Большой Плавуц.
   Встречу, потомок незадачливого князя назначил в одном из кабинетов небольшого ресторанчика на окраине Водицы, оказавшейся действительно маленьким городком всего на пару сотен домов. И обозвать его сельцом или деревенькой, у меня язык не повернётся. Мощёные брусчаткой мостовые, каменные дома, прячущие за своими высокими силуэтами небольшие, ухоженные дворики... пряничный городок, да и только. А из высокого окна, возвышающегося над ним старинного здания, в котором расположился назначенный нам в качестве места встречи, ресторан, открывается совершенно великолепнейший вид, как на сам город, вытянувшийся вниз, вдоль неширокой реки Апшицы, так и на окружающие этот кусочек средневековья пейзажи. Красиво, чёрт возьми!
   - Интересно, сколько лет этому городку? - Протянул я... и был весьма удивлён ответом Ракоци.
   - Чуть меньше семидесяти. - Снисходительно пророкотал он, лениво поглядывая в сторону читающего финальную версию ряда Рогова. Скучно стало пану... ничем иным объяснить его слова не могу. Да и... к дьяволу! Какие ещё семьдесят лет?! Как так-то?
   - Мне показалось, что он старше. Сильно старше. - Произнёс я.
   - Всего лишь прихоть хозяев города, нашедшая полную поддержку у его жителей. - Пожал плечами пан Петер. - Здесь живут достаточно обеспеченные люди, не испытывающие тяги к суете вообще, и к новомодным архитектурным веяниям в частности. Кстати, настоятельно советую донести до арендатора эту информацию.
   - По поводу архитектуры? - Наивно уточнил я.
   - По поводу лишней суеты. - Ожидаемо не принял шутки Ракоци, но всё же снизошёл до пояснений. - Городской магистрат устроит серьёзные неприятности тому, кто станет буянить в городе или иным способом нарушать покой его жителей. Иными словами, если людям господина Николаева захочется развлечений, искать их в Водице настоятельно не рекомендую. Для этих целей в ближайшей округе имеются Рахов, Тячев, Хуст и иже с ними.
   - Благодарю за совет, я обязательно сообщу об этом нанимателю. - Бросив короткий взгляд в мою сторону, кивнул Рогов и, положив листы прочитанного ряда на стол, обратился к владельцу горы. - Насколько я могу судить, никаких расхождений с нашими договорённостями, в контракте нет. Подписываем?
   - Пожалуйста. - Пан Петер сделал неопределённый жест рукой и стоявший за его креслом помощник, тут же протянул Георгию ручку. Росчерк, другой... пять пачек купюр в руки помощника Петера, и вот у нас уже есть место для базы. Хорошо.
   Ракоци, оставив свой автограф на документе, поднялся с кресла и, коротко нам кивнув, ушёл, а следом за ним исчез и его помощник. Проводив взглядом обоих, мы с Роговым переглянулись, но едва он открыл рот, чтобы что-то сказать, я качнул головой. Тихо хрустнули установленные в кабинете фиксаторы...
   - Вот теперь можно говорить. - Я улыбнулся.
   - О... - Жорик проследил взглядом за поднимающейся к потолку струйкой дыма над одним из настенных светильников. - Понял. Какие наши дальнейшие планы?
   - Наведаемся в Рахов, осмотримся, оценим обстановку, глядишь, и закажем часть необходимого для будущей базы. Сам понимаешь, тащить материалы и работников из центральных воеводств, слишком дорого. Да, из Рахова отправишься в Кострому, переговоришь с Северским... только аккуратно, а я ещё покручусь на месте, посмотрю, чем живёт наёмничий город. Если понадоблюсь, коммуникатор тебе в помощь.
   - Это небезопасно. - Протянул Георгий.
   - Жить вообще опасно. - Пожав плечами в ответ, я, не дожидаясь ответа ватажника, хлопнул ладонями по коленям и поднялся со стула. - Всё, отправляемся.
   Соваться к официальной границе мы не стали. Ещё будет время её оценить. Вместо этого, мы добрались через Кобылецкую и Косовскую поляны, до Костылёвки, а там, поднимая столбы пыли, помчали вдоль Тисы и меньше чем через час оказались на месте.
   Несмотря на свой титул "наёмничьего логова", Рахов оказался довольно спокойным местом, побольше, чем та же Водица, но с куда большим натягом соответствующим званию города. Вообще, городскими здесь можно было назвать лишь несколько вытянувшихся вдоль Тисы "центральных" кварталов, застроенных каменными зданиями, красующимися многочисленными вывесками кабаков, борделей, магазинов и мелких лавок, а улочки, взбирающиеся по горным склонам, меж которыми зажат этот городок, были сплошь отданы "частникам". И вот что интересно, сами улицы узкие, а усадьбы за заборами просторные, основательно застроенные. Я там даже классические гуцульские крепости-гражды рассмотрел.
   А вот вид на противоположную сторону реки порадовал не в пример больше. Там раскинулся солидный железнодорожный узел и многочисленные склады. Думается мне, с доставкой всего необходимого для обустройства, у нас здесь проблем не будет. Железка есть, дорога до Водицы вполне приличная, хоть и петляет как сумасшедшая, а до базы... справимся. В крайнем случае, я же даже спасплатформу на десяток километров перекинуть могу, неужто с чем-то меньшим не справлюсь?
   Что интересно, на "городской" стороне я не нашёл ни одного здания или усадьбы, о которой можно было бы сказать, что там квартируют наёмники, хотя по самому Рахову вооружённого люда шлялось совсем немало. И только когда мы с Роговым сунулись на "вокзальную" сторону, эта загадка вскрылась сама собой. Я-то думал, что здешние "ловцы удачи" просто не афишируют места своего обитания, но всё оказалось гораздо проще. Они обосновались на складах, и это, в принципе, более чем логично. В случае чего, нет необходимости перекидывать технику через весь город, тревожа народ шумом и лязгом боевых машин. Да и тащиться далеко не надо. Вывел броневик из ангара, пропыхтел двести метров, вот тебе и погрузочный терминал. Умно.
  

Глава 4. Город тихий, город славный

   - Странное место. - Протянул Рогов, когда мы закончили, наконец, "обзорную экскурсию" по Рахову и устроились за столиком, под полосатым тентом маленького кафе, привлёкшего нас сногсшибательным ароматом кофе и свежей выпечки.
   - Не то, что ты ожидал, а? - Усмехнулся я.
   - Точно. Мне казалось, здесь должно быть как-то... как-то... - Не найдя подходящего слова, Жорик прищёлкнул пальцами.
   - Экстремальнее? - Помог я своему спутнику. - Ты ждал, что в здешних кабаках постоянно звенит битое стекло и трещит мебель, ломаемая в драке пьяных наёмников, шулеров отстреливают из эллиотов прямо за игровыми столами, а на улицах не смолкают перестрелки или, на худой конец, дуэли в лучших традициях новосветских скотоводов, не поделивших какую-нибудь лоретку или очередь к популярной батистовой фее, а вместо этого, такая пастораль... Какое разочарование.
   - Ну да, где-то так. - Вздохнув, чуть смущённо признался Рогов.
   - Понимаю. Честно говоря, и я ожидал, что это место будет более колоритным. - Ткнув ватажника кулаком в плечо, произнёс я. - А на поверку, оказалось всё не так.
   - Хех! Это ненадолго, молодые люди. - Сидящий за соседним столиком, седоусый, но ещё весьма крепкий мужчина в потрёпанном камуфляже, с внушительным короткостволом в открытой кобуре на поясе, вмешался в нашу беседу. - Просто недавно выдался довольно богатый заказ, вот большинство здешней братии и вымелось из города, в погоне за длинным рублём. Но если я не ошибаюсь, то срок контракта истекает через пару недель, так что скоро здесь снова будет шумно и людно. А пока у нас есть возможность насладиться тишиной и спокойствием.
   - Спасибо за объяснения. - Кивнул я и, чуть подумав, решил попробовать вытянуть из аборигена побольше информации о городе, наёмниках и... правилах здешнего общежития, если можно так выразиться.
   И ведь получилось! Дядечка оказался не дурак почесать языком и поведал немало интересного о жизни в приграничье вообще, и в Рахове в частности. Именно он рассказал, что, фактически, все наёмники, обитающие в этих местах, состоят в некоем подобии гильдии. Нет, название у этого эрзац-профсоюза ловцов удачи было вполне себе современное: Центр содействия частным военизированным структурам, или, сокращённо, ЦС. Но суть от этого не менялась. Именно в руках этой организации находится основной пул заказов для наёмников, активно пополняемый заинтересованными лицами из СБТ. Всё тот же Центр держит официальную торговую площадку, на которой можно обзавестись почти любым снаряжением, техникой или оружием. Причём, если верить новому знакомому, назвавшемуся Михаилом, в списках доступного для покупки вооружения, имелось и такое, провоз которого за фильтр-линию Перечин-Путила, на территорию России, категорически запрещён. А вот из России в приграничье, сколько угодно... если заказ на "запретку" делает ЦС. С частными же заказами, всё хуже. Пропустят их на фильтре или нет, бабушка надвое сказала. Вывод? Проще заплатить Центру долю малую и гарантированно получить нужное оборудование, чем сидеть и гадать, отдадут тебе уже оплаченную "посылку" с Большой земли, или откажут, да ещё и на карандаш возьмут.
   Этому же Центру принадлежат и все шесть медицинских комплексов, разбросанных по территории приграничья, причём, как сообщил Михаил, цены на обслуживание в них вполне умеренные... для этих мест. По крайней мере, лечиться у боярских целителей, выходит дороже, хотя порой и приходится. Медкомплексы Центра не резиновые, а работа наёмников всегда отличалась особой травмоопасностью.
   Что интересно, официального запрета на деятельность без регистрации в Центре, не существует. Но большинство наёмников предпочитают ежегодно расставаться с пятнадцатью процентами от доходов ради занесения в его базы данных, и их можно понять. Это богатенькие боярские отпрыски, приезжающие в здешние места "на практику", могут не беспокоиться об экипировке, медицинском обслуживании и заказах, всё это им обеспечивают родичи, а вот обычным волкам войны такая халява не светит от слова "совсем". И пятнадцать процентов от дохода, не такая уж большая плата за возможность выбирать подходящие контракты и иметь доступ к обширному перечню товаров, в любом другом воеводстве страны, проходящих под грифом "ограниченно разрешённых к продаже" или даже "номенклатуры строгого учёта".
   Понятное дело, что сверхсовременного или просто тяжёлого вооружения, мощнее автоматических гранатомётов, среди позиций предлагаемых самим ЦС, просто нет, но и ископаемым дерьмом динозавра их ассортимент не назвать. К тому же, кроме собственных товаров, на его площадке можно приобрести трофеи наёмников, среди которых чего только не попадается, и вот на это... "б.у." никакие ограничения уже не распространяются. Хоть батарею дальнобойных орудий продавай-покупай, никто слова не скажет, хотя отметочку в досье, конечно, поставят. И, разумеется, Центр снимает с таких сделок свой посреднический процент.
   Есть у него и ещё одна статься дохода. Когда наёмник решает завязать со своим небезопасным ремеслом, ему приходится делать выбор: либо уезжать на территорию СБТ, либо избавляться от снаряжения и оружия, запрещённого к обороту и использованию на территории России. И вот тут снова появляется ЦС, готовый приобрести всё то барахло, что наёмнику не протащить через фильтры... по остаточной стоимости, конечно. В общем, неплохо устроился этот самый Центр. Даже завидно немного.
   Разговор с Михаилом, упорно открещивавшимся от обращения на "вы" или по имени отчеству, затянулся на добрых три часа. И если бы не необходимость сопроводить Георгия до "Борея", наверняка продлился бы до позднего вечера. Но время, время не ждёт и мы, распрощавшись со словоохотливым дядькой, отправились в обратный путь. Рогов улетел в Кострому, а я, забрав из аэродина полупустую сумку с вещами, вернулся в Рахов.
   Отыскать здесь недорогую гостиницу оказалось несложно, спасибо всё тому же Михаилу, при прощании подсказавшему приличное место для ночлега. Так что уже через час я сидел на открытой веранде небольшого гостевого дома, расположившегося на взгорке среди частных владений местных жителей, и любовался на открывающийся панорамный вид. Горы, Тиса, и отражающийся в ней жёлтый свет уличных фонарей на набережной. Этим тёплым вечером даже неумолкающий шум железнодорожной станции на противоположном берегу, казался уютным, почти умиротворяющим. Понимаю Рогова, в такой атмосфере трудно поверить, что находишься в одном из самых буйных городов "цивилизованного" мира. Пусть на окраине, пусть отсюда до СБТ рукой подать, а три четверти жителей Рахова составляет наёмничий люд, в это просто не верится. Ну никак!
   Сидя за столиком, я черкал в найденном в номере тонком блокноте, набрасывая планы на следующий день, и потягивал совершенно умопомрачительный кофе, под который даже не тянуло закурить. Табачный дым и кофейный аромат, до этого момента казались мне двумя частями одного целого, но попробовав предложенный барменом напиток, я даже не стал тянуться за сигаретами, портить такой вкус дымной горечью было бы настоящим кощунством! Вот, кстати, второй раз за этот день я пью кофе, и второй раз изумляюсь вкусу. Надо будет завтра прошвырнуться по городку и проверить в других кафе, совпадение это или здешние жители просто знают какой-то секрет приготовления моего любимого напитка.
   Допив чашку, я ради шутки внёс в список дел появившуюся идею и, вздрогнув от разнёсшегося над тесниной низкого "паровозного" гудка, бросил взгляд на послушно высвеченные коммуникатором часы. Однако, время к полуночи, пора бы и в номер вернуться. Почитаю на сон грядущий присланный Бестужевым доклад от его людей, наблюдающих за похождениями учениц, и баиньки. Завтра будет долгий и суматошный день, поиски, встречи, переговоры... а как финал, поход в гости к недавнему знакомцу и, чую, вопросов у меня к нему будет о-очень много. А значит, нужно хорошенько выспаться.
  

* * *

   Михаил Стенич задумчиво тянул дым из глиняной "сопелки", уставившись куда-то в пустоту. Взгляд отставного майора был почти мечтательным, что тут же заметила его жена. Илона подсела на лавку к мужу и, выхватив из его руки курительную трубку, выжидающе уставилась на Михаила.
   - А? Что?... - Взгляд бывшего командира наёмничьего отряда тут же потерял "нездешность". Мужчина крутанул головой и, заметив суровое выражение лица любимой супруги, неслышно вздохнул.
   - Что опять случилось, Михал? - Не став держать паузу, спросила жена с вновь прорезавшимся акцентом, что, как успел выучить за прошедшие двадцать шесть лет супружеской жизни Стенич, было верным признаком раздражения когда-то лучшего снайпера его отряда.
   - Ничего, совершенно ничего. - Помотал он головой.
   - Кого ты хочешь надурить, старый? - Протянула женщина. - Рассказывай!
   - Но ведь в самом деле ничего не случилось. - Искренне ответил тот. - Просто встретился сегодня с одним интересным человеком.
   - Тьфу ты, я уж думала, ты какую-то авантюру затеял. - Облегчённо вздохнула Илона. - А оказывается, это твой "коллекционер" снова проснулся.
   - Какие авантюры в нашем возрасте, милая?! - Возмутился Стенич... и, спустя секунду понял, что допустил страшную ошибку. - Э-э...
   Но исправить её бедолага не успел.
   - В нашем возрасте? - Интонацией выделила первое слово женщина, а в тёмных глазах блеснули искры гнева. - Хочешь сказать, я старая, да? Пенёк ты трухлявый!
   - Илоночка, я...
   - Значит, вот так? Ну что ж... - Прошипела она и, подхватив мужа под руку, заставила его подняться на ноги, после чего решительно потянула в дом. - Я тебе сейчас покажу "старую". Ты у меня до утра не уснёшь! А ну не вырывайся! Не вырывайся, кому сказала! Шагай в спальню, пескоструйня ходячая!
   Проводив взглядом затеявших очередной спектакль родителей мужа, выглянувшая на шум, жена младшего Стенича тихо хихикнула и вновь скрылась в своей комнате, предусмотрительно укрыв её оглушающим куполом, чтобы не рисковать сном. Несмотря на свой весьма приличный возраст, хозяева дома сохранили совсем неприличный темперамент, что и доказывали с завидным пылом, чуть ли не каждую ночь. Это после четверти века в браке! Всё же у Стеничей сильное наследие и кровь... Размышления молодой женщины были прерваны посыпавшейся на голову пылью с потолочных балок. Началось...
   - Так что за человека ты нашёл? - Спросила Илона засыпающего мужа. Тот глянул на окно, за которым уже занималась заря и, покосившись на довольно потягивающуюся супругу, мстительно ухмыльнулся.
   - Сегодня сама увидишь. Я его к ужину пригласил. - Пробурчал Михаил.
   - Что? Как сегодня? - Всполошилась Илона, вцепившись в плечо мужа. - Раньше предупредить не мог?!
   - Я пытался, ты не слушала. - С зевком ответил он и, избавившись от железной хватки супруги, закрыл глаза. Но получив чувствительный удар в плечо, не выдержал. - Уймись уже, женщина, и дай мне поспать!
  

Глава 5. Мама - анархия? Папа - порядок и учёт

   - Так, что ты нашёл в этом мальчишке? - Поинтересовалась Илона на следующий день, когда позавтракавший и от того изрядно подобревший, супруг устроился на лавке у входа в дом и, щурясь от яркого солнца, залившего двор светом, запыхтел своей низменной глиняной трубкой.
   - Пока не могу сказать точно. - Еле заметно усмехнулся мужчина. - Он интересный.
   - Рассказывай с самого начала. - Вздохнула жена, давно выучившая привычки Михаила наизусть, и настропалившаяся читать его, словно открытую книгу.
   - Хм... - Колечко сизого дыма поднялось вверх и рассеялось под порывом прохладного ветра. - Вчера, обедая у старого Мазо, я увидел за соседним столом двух молодых людей. Мальчишек, фактически, одному на вид лет семнадцать-восемнадцать, второй ещё моложе. Первый - долговязый, вполне обычный, не боец, хотя и на маменькиного сынка не похож. Такой, вполне себе самостоятельный паренёк. А вот второй...
   - Тот, который младше? - Уточнила Илона, удостоившись деланно сурового взгляда.
   - Не перебивай, женщина. - Рыкнул Михаил и, вновь затянувшись, скрыл лицо за облачком дыма. - Да, второй отличается от первого как небо от земли. Невысокий, но в пятнадцать-шестнадцать лет, это нормально. Вытянется ещё. Крепкий, сильный... умный. И явный лидер в этой паре, несмотря на разницу в возрасте.
   - Сила солому ломит. - Пожав плечами, заметила Илона.
   - Вообще, согласен, но не в этом случае. - Покачал головой Михаил. - Ведущий он вовсе не потому, что сильнее первого. Тот мальчишку пару раз чуть атаманом не назвал, да от одного его взгляда язык укорачивал.
   - Атаман? Не боярский сын, значит, не боярич? - Прищурилась жена. - Интересно.
   - Ага, зацепило? Вот и я заинтересовался. - Усмехнулся её муж. Илона фыркнула и Михаил, довольно кивнув, продолжил, - и ещё одно. Младший, как раз, боец. Нет, не так. Воин, причём опытный. Это заметно, если взглянуть на его поведение и оружие. И холодняк и стреломёты для него, как родные. Опять же, никакого неудобства от экипировки он явно не испытывает, словно родился в ней. Повторюсь, это в шестнадцать лет. Достойно, не находишь? И этот самый мальчишка, судя по его вопросам, собирается присоединиться к нашему обществу. Причём явился он явно не пустым, и окапываться здесь решил основательно. С собственной базой, техникой и людьми.
   - М-да. Будь он из бояр, я бы не удивилась. Там щенков натаскивать умеют, но безродному-то откуда таких привычек набраться? - Протянула Илона. - А что у него со статусом?
   - Ну, ты спросила, мать! - Откликнулся её муж. - Я же с ним не бился, а в лоб спрашивать... невежливо.
   - Пф! - Женщина рассмеялась. - Это мне говорит человек, двадцать лет откликавшийся на позывной "Грубиян"? Дожили! Не прибедняйся, ты же статусы без всяких поединков чуешь. Ну, или хватку прокурил-потерял, на завалинке сидючи?
   - По ощущениям - новик, максимум, младший вой, но... - Буркнул Михаил, пропустив подколку мимо ушей. Впрочем, Илона тут же посерьёзнела.
   - Но что?
   - Он в потолке. - Отрезал Стенич и, не выдержав, воскликнул, - представляешь, парень ещё до совершеннолетия не дожил, а свой потолок развития выбрал до донышка!
   - Изгнанный. - Моментально просчитав возможные варианты, заключила его жена, заслужив недоумённый взгляд мужа. Заметив это, Илона пояснила, - бывает в боярских семьях такое. Если отпрыск - слабосилок, его могут изгнать из рода или сменить фамилию и переписать в боярские дети... чтоб генофонд не ухудшал и линию не портил. Сейчас-то это редкость, а раньше сплошь и рядом бывало. Должно быть, и паренёк этот из таких вот, отсечённых.
   - Собственных детей выкидывать? - Изумился Михаил. - Ну и нравы в этом вашем гадюшнике!
   - В ИХ гадюшнике, дорогой. - С еле слышной угрозой в голосе, "мурлыкнула" женщина. - Я, если не запамятовал, уже третий десяток лет как из него сбежала... к одному "грубияну".
   - Да-да, в их гадюшнике. - Согласно покивал Стенич с довольной улыбкой. Жена ласково взъерошила короткий седеющий ёжик волос мужа. - И ты была совершенно права. В нашем гадюшнике, куда лучше.
   Бамц. Ладошка, только что перебиравшая волосы Михаила, отвесила ему хлёсткий подзатыльник. Впрочем, сам "награждённый" даже не поморщился. Только ухмыльнулся довольно.
   - Так что там с атаманством? Кажется, ты что-то об этом знаешь, а, истязательница? - Спросил он, перехватив руку супруги.
   - Да, кое-что знаю. - Задумавшись на миг, Илона прикусила губу, но уже через секунду заговорила, - Знаешь, а этот мальчишка - большой хитрец. Ему по возрасту в наёмники ходу нет, никто не позволит малолетке назваться майором. Просто завернут и всё, мол, мальчик погуляй до совершеннолетия, а вот потом, если не передумаешь, приходи, примем с распростёртыми объятиями. А вот стать атаманом - не проблема. Никакой регистрации это действо не требует, нашлись бы ватажники, что ему роту дадут. Обычай-то старый, ещё с тех времён, когда ни о какой бюрократии никто и слыхом не слыхивал. Новгородцы из простых, так людей под руку собирали, чаще всего, чтоб ушкуйничать, да купцов охранять.
   - И что, всё вот так просто? - Удивился Михаил. - Обозвался атаманом, набрал бойцов и всё? А разрешения на оружие, технику... да кто им контракт даст без регистрации-то? Круг тут же на дыбы встанет!
   - Конечно, всё не так просто. - Пожала плечами Илона. - В реестр наёмников, его людям всё равно вписываться придётся. Но вот с формированием и, главное, регистрацией отряда, проблем уже не будет. Кто бы ни значился в нём майором, подчиняться отряд будет только атаману, согласно клятве. И возраст его тут не помеха. Понимаешь? Майор в таком отряде, будет лишь официальным представителем, а реальным командиром останется этот самый атаман. И никаких проблем с разрешениями и контрактами. Умно.
   - Та-ак. А если эти "ватажники" своего атамана кинут? - Осведомился Михаил.
   - Ну, во-первых, это будет вина только самого атамана. - Ответила жена. - А во-вторых... ты сам-то понял, что сказал? Кто с такими наёмниками связываться будет, если они даже не ряд, а клятву верности нарушили? Я же говорю, парень - хитрец. Мог бы финансово людей повязать, но это ненадёжно. В случае чего, выплатили бы ему бойцы стоимость на них потраченного, и ручкой махнули, всем отрядом, а тут, шалишь! Без разрыва роты, хрен они куда денутся.
   - Понял. - Стенич задумчиво пыхнул трубкой.
   - Не обмануло тебя любопытство. Интересный персонаж. - Заключила Илона. - Во сколько он к нам в гости придёт?
   - Часам к семи вечера. - Ответил Михаил. - Так мы договорились.
   - Это хорошо. - Женщина поднялась с лавки и, оглядевшись по сторонам, крикнула невестку. - Майя! Где тебя носит, вертихвостка?!
  

* * *

   Аккурат в обед следующего дня, Рогов отзвонился с новостями из Костромы. Как оказалось, мой ватажник не стал терять время, и сразу по приезду отправился к Северскому. Бывший геолог, а ныне специалист по недвижимости, посетовав на "несчастье, случившееся с Кириллом Николаевичем", с удовольствием согласился помочь Георгию в "выполнении задания атамана, отданного аккурат накануне злосчастного события", так что Рогов просил разрешения воспользоваться "Бореем" для доставки Игоря Сергеевича на место нашей будущей базы.
   Возражать я не стал. Глупо? Недальновидно? Ничуть. Нет, я, конечно, мог наказать Рогову скрытно найти другого специалиста, но ввиду затеи с выполнением приказов отданных мною "задним числом", обращение Георгия к Северскому, в глазах любого заинтересованного лица будет выглядеть куда более естественно, чем поиски какого-то "левого" человека, что нам только на руку. Да и сам агент болтать о месте своей внеплановой командировки не станет. И не потому, что не сможет определиться на местности. Всё же, он профессиональный геолог. Но если кто-то станет задавать ему вопросы на эту тему, то, как максимум, Северский ответит такому не в меру любопытному индивиду, что был в Карпатах... а вот где именно, это другой вопрос, ответа на который у него не будет. К тому же, следуя профессиональной этике, имя заказчика он может сдать только по прямому требованию Преображенского приказа, но здесь у меня есть свой козырь, по имени Анатолий Семёнович Вербицкий. И нет, я совершенно не опасаюсь, что на Северского попытаются надавить, чтобы выбить информацию. Игорь Сергеевич находится под протекторатом бояр костромского воеводства, как носитель весьма важной информации, распространение которой может повлиять на безопасность домов и имений этих самых бояр. Так что, бывшего геолога в Костроме берегут и охраняют, чуть ли не всем воеводством разом. Об этих особенностях положения Игоря Сергеевича в обществе, незадолго до майских событий, мне сообщил Аристарх Хромов, а его информированности я доверяю если не на сто процентов, то близко к тому. Собственно, именно поэтому, мой выбор специалиста и пал на Северского. Во всех смыслах удобный персонаж.
   Конечно, варианты могут быть разные, но опасаться того, что благодаря геологу, возможные недоброжелатели отыщут нашу базу, мне кажется, не стоит. А вот как индикатор чужого интереса к моим делам, он подойдёт очень даже неплохо. И нет, я не испытываю по этому поводу никаких угрызений совести. Северский прекрасно осознаёт возможные риски своей работы и, между прочим, получает за это очень немалые деньги. Всё честно.
   В общем, выслушав Рогова, я дал ему добро на исполнение планов, а сам отправился на очередную экскурсию по городу. С утра я успел наведаться в пару оружейных магазинов, торгующих в розницу, и сейчас мой путь лежал на склады "оптовиков". Нет, можно было бы, конечно ограничиться просмотром их инфоров в местной Паутинке, но есть у меня подозрения, что там представлен далеко не весь ассортимент имеющейся в продаже техники. А основания для этих сомнений были найдены мною именно на инфорах. Ну а как ещё можно оценить наличие в продаже деталей и "навесов" к некоторым маркам и моделям вооружения, при отсутствии в каталоге самих этих моделей? Вот и я, решив, что это странно, пошёл на разведку.
   И не прогадал. В первом же навещённом мною магазине-складе на "железнодорожной" стороне Рахова, оказался куда больший ассортимент, чем было засвечено на его инфоре. Почему так? Ответ прост. ЦС не любит, когда ему перебегают дорогу, а официально тяжёлым вооружением торгуют только они. Подобные же склад-магазины выкупают трофеи у наёмников, в том числе и на площадке самого Центра, ремонтируют при надобности и пускают в такую вот, полуоткрытую продажу. И им хорошо, и покупателю не приходится переплачивать ЦС за посредничество. Прикрыть магазин конкурента? Центр не в состоянии это сделать, поскольку, несмотря на влиятельность, остаётся лишь одной из контролирующих наёмников структур. А такие магазины зачастую принадлежат участникам другой структуры, бывшим наёмникам и некоторым боярам, входящим в так называемый "наёмничий круг" - этакий совет самоуправления этого сообщества.
  

Глава 6. Местные особенности

   Зацепившись языками с пареньком, стоявшим за стойкой, сшитой из швеллеров и толстых листов металла, местами залитого чем-то вроде резинового покрытия, я успел немало узнать от него о местных особенностях торговли, даже "разговаривать" юного продавца, особенно не пришлось. Тот был явно горд своим местом работы и, кажется, готов болтать о нём часами. Честно говоря, я его прекрасно понимаю. Предложи мне кто-нибудь в Той юности поработать в оружейном магазине, я бы тоже перед ровесниками индюком надувался, и радовался как щенок возможности помацать "настоящие боевые стволы". Хех, даже завидно немного. Нет, не возможности ежедневно и безвозмездно чистить многочисленные стреломёты и прочие бабахалки, а вот этому его энтузиазму, чистой, незамутнённой мальчишеской радости завидую по-настоящему. Я - Росомаха давно забыл, какова эта радость на вкус, а Кирилл... Кирилл этого чувства и вовсе не знал. Разве что в совсем раннем детстве, но то иное. Впрочем, спасибо его родителям, хоть сколько-то его у мальчишки было.
   Тряхнув головой, я избавился от неприятных мыслей и постарался забить ногами обратно в темноту, непонятно с чего вдруг вылезшую грусть. После чего разжился у своего нового знакомого "русскими чёрными" для своих рюгеров и, попрощавшись с гордым продавцом, продолжил экскурсию. Сейчас мой путь лежал в сторону совсем других магазинов. Техника.
   Спасплатформа и шлюп, это, конечно, хорошо. Но мало. И мне хотелось сравнить здешние цены на транспорт с ценниками в центральных воеводствах. Мотоциклы, вездеходы, тягачи, может быть даже лёгкие броневики. Мне было интересно всё и сразу. А ещё очень хотелось взглянуть на жилые модули, о которых я много слышал, и даже видел их довольно подробные изображения в Паутинке, но не имел возможности пощупать, так сказать, "вживую".
   Сравнил и посмотрел, да... Если бэушная, читай, трофейная техника торгуется здесь даже дешевле, чем в центральных воеводствах, то цены на новые машины заставляют в неверии протирать глаза. Полюбовавшись на ценники и почесав затылок, я вышел на крыльцо магазина, закурил сигарету и, с трудом "переваривая" увиденное, уставился в никуда. Спустя пару минут, ясность мыслей, наконец, вернулась и в голове, как-то сама собой возникла идея наладить сюда поставки техники с Большой земли. Останавливает только понимание, что за демпинг меня на ближайшей горушке и прикопают, может быть даже, на той самой Апецке. Нет, ну цены у них, это что-то! Я, конечно, подозревал, что покупка техники здесь влетит в копеечку, но чтоб настолько... Впрочем, учитывая сложности с доставкой и участие в этом деле ЦС, такой уровень цен вполне понятен, правда, мне от этого не легче.
   Придётся покупать технику в центральных воеводствах и изыскивать способ доставить её сюда так, чтоб не возникло волокиты на фильтре. Может задействовать "Атлант"? Ага, так Громовы мне его и одолжат... для нелегального полёта в приграничную зону, ну-ну! Пилоты и "Борей" еле смогли прикрыть, хотя опыта полётов на малых высотах им не занимать, да и сами они вои с уклоном в Ветер. Стоп. А зачем, вообще, нужны эти сложности? Только для маскировки? Пф! Глупость. Вот что значит, глаз замылился. Проблему можно решить и иначе.
   Как я выяснил, задержки на фильтре могут возникнуть с техникой, подготовленной для продажи на территории пограничья, или с оборудованием, заказанным наемничьими отрядами. Но ведь я не собираюсь торговать здесь техникой, верно? Мне она нужна сама по себе, а значит, с этой стороны причины препятствовать доставке оборудования, у ЦС нет. Конечно, они порой прижимают доставку на фильтре, просто, чтобы склонить наёмников к покупке техники через их площадку, но... если оформить отправление, как боярскую собственность, например, тех же Бестужевых, то Центр в его сторону даже не посмотрит. Пломбы и печати с гербом Бестужевых на контейнерах надёжно отпугнут этих ушлых ребят. Ведь одно дело, ставить палки в колёса обычным наёмникам, и совсем другое дело, лезть в дела бояр...
   А ещё можно оформить под это дело отправку Ольги в приграничье, дескать, не просто от горя в горы сбежала, а огорчённый папа решил устроить дочке серьёзное испытание, в стиле вотчинников, чтоб девочка забыла о потере... да и остальных учениц можно сплавить на базу под ту же сурдинку. Естественно, трезвонить об этом во всеуслышанье никто не будет, но если тот же цесаревич поинтересуется, то такое заявление станет неплохим прикрытием для отсутствия моих учеников в столице и основанием для отправки техники, если кто-то её отследит. Отбыли на обкатку навыков в боевых условиях, и амба.
   Ну а если вдруг проявятся те же личности, что устроили повальный мор эфирников в России, так милости просим. Уж здесь-то, в приграничье, мы сдерживаться не будем, встретим гостей с огоньком и задором, заодно, глядишь, и чего интересного у особо невезучих экземпляров узнаем-выведаем.
   Стерев с лица непрошенную злую ухмылку, я выбросил окурок в урну и, надев шлем, оседлал Рыжего. Щебень ударил шрапнелью из-под колеса по стене магазина-склада и мотоцикл, рыкнув, помчался по узкой улочке, петляя меж редкими машинами. Выскочив на берег Тисы, я поддал огня и, свернув на мост, выехал в "жилую" часть Рахова. Дела делами, а обед по расписанию, да...
   Искать какое-то кафе я не стал и отправился прямиком в гостевой дом, где снял номер по совету Михаила Стенича. Несмотря на то, что до звания гостиницы это место несколько не дотягивает, с кухней и выбором блюд в нём полный порядок. А от добра, как говорят, добра не ищут. Вот и я не стал искать и, оставив мотоцикл на небольшой площадке у входа в дом, двинулся прямиком на заставленную столиками веранду, решив, что в такую погоду просто грех запираться в четырёх стенах. К тому же, что может быть лучше, чем плотный обед на открытом воздухе, с совершенно сногсшибательным видом на горы?
   Тем же вечером у меня состоялась ещё одна встреча с давешним знакомцем. И надо заметить, она оказалась ничуть не менее интересной, чем первая.
   Как и большинство местных жителей, не желающих постоянно лицезреть шастающих по улицам наёмников, Стеничи построили свой дом на террасе одной из окруживших Рахов горушек, и если бы не Рыжий, я бы запыхался до них добираться. Уж больно крут подъём, да и Стеничи обосновались почти на самом гребне горы. Нет, конечно, можно было бы и под разгоном до них добежать, но зачем демонстрировать окружающим свои возможности? Как говорится, умеешь считать до десяти, остановись на семи... и то не гарантия, что все твои тайны останутся при тебе. Уж очень люди здесь приметливые, как я успел убедиться на примере всё тех же Стеничей.
   Когда я прибыл к ним в гости, на крыльце меня встречал хозяин дома. Поздоровавшись, он проводил меня в беседку, где уже накрывали стол две женщины, его супруга и невестка - жена младшего сына, сейчас выполняющего заказ в СБТ, под началом своего старшего брата.
   Ужин прошёл в молчании. Точнее, не так. За едой мы говорили, конечно, но немного и большей частью о всякой ерунде, вроде моих впечатлений от города и новостей с Большой земли. А вот когда женщины убрали пустую посуду со стола и вытащили бутыль домашнего вина, разговор оживился. Отказываться от такого угощения я не стал, хотя, зная коварство этого лёгкого напитка, старался лишь смачивать им губы. О да, я ещё по Той жизни помню, как действует домашнее вино. После пары стаканов ум ясный, да ножки не идут. А после четырёх, готов весь мир возлюбить, но сил уже даже на то, чтоб голову от стола оторвать, нет. Так что, на фиг-на фиг такое счастье.
   Естественно, моя осторожность не осталась незамеченной хозяевами дома, но давить на меня они не стали. И, по-моему, своим поведением я даже заработал пару очков в глазах жены Михаила. Уж очень многозначительно она на него покосилась, бедолага даже свой наполовину опустошённый стакан на стол поставил, правда, быстро отошёл от обжёгшего его взгляда и, с удовольствием допив вино, вновь наполнил стакан до краёв. Илона только печально вздохнула.
   По ходу беседы быстро выяснилось, что эта семья уже второй век живёт с наёмничьего дела. Можно сказать, родовое ремесло у них такое. Сам Михаил возглавлял "Червонный Пардус", один из старейших раховских отрядов, и лишь четыре года назад передал руководство им своему старшему сыну, как когда-то поступил и его отец, передав майорский флаг старшему отпрыску.
   - Значит, сейчас, вы, вроде как на пенсии? - Спросил я. - Или... сменили стреломёт на перо?
   - Хм. - Михаил покосился на свою жену, и в его эмоциях явно плеснуло чем-то, что можно было бы расшифровать, как: "я же тебе говорил!".
   - Ты прав, Кирилл. - Кивнул он. - Я, как и мой отец, пусть земля ему будет пухом, оставив управление отрядом на сына, вошёл в наёмничий круг.
   - Вот как... - Протянул я. - И зачем же я понадобился наёмничьему кругу?
   - Любой отряд, базирующийся в приграничье, входит в область интересов нашей организации. - Пожав плечами, ответил Михаил. - Думаю, ты не станешь убеждать меня в том, что твоё появление здесь, не связано с желанием основать собственный отряд?
   - Не буду. - Кивнул я. - Хотя, и утверждать, что собираюсь заниматься классической наёмничьей деятельностью, тоже не намерен.
   - Вот мы и подошли к основной теме нашего разговора. - Ухмыльнулся Стенич, переглянувшись с супругой.
   А в следующие несколько минут Илона вывалила на меня целый ворох информации, в основном, аналитического толка. И честно говоря, я был очень удивлён. На основе весьма небольшого количества фактов и наблюдений, она смогла построить весьма стройную систему выводов, как в отношении меня самого, так и целей моего появления в этих местах. Красивую, логичную и... не сказать, чтобы совсем уж неверную. Я ведь действительно был выведен из рода Громовых, а что причиной был вовсе не мой малый потолок стихийных способностей, так это уже другой вопрос. Мещанин? Ну, не боярич и не боярский сын, точно. А что имею привилегии опричника... так, никому, кроме меня самого и августейшей фамилии до этого и дела быть не должно. Традиции атаманства поддерживаю? Есть такое, а что "спасибо" за эту тему надо говорить Рогову, об этом и промолчать не грех. Ну и наёмничество... здесь, Стеничи тоже попали в яблочко. Самый простой способ легализовать базу на Апецке и нашу будущую деятельность, в том и состоит, чтобы повесить её на свободный отряд наёмников. А что реально охраной чужих богатств или боевыми действиями за чужой интерес мы заниматься не собираемся, так это мелочи, право. Впрочем, о последнем, как раз, лучше упомянуть.
   - Ремонтная база, значит. - Протянул Михаил, набивая трубку ароматным табаком. Я покосился на неё и сам невольно потянулся за сигаретой, проигнорировав суровый взгляд хозяйки дома. - Это интересно, Кирилл. Весьма интересно. Но есть загвоздка. Если ты не бездельничал по приезду, то мог заметить, что с мастерскими по ремонту техники у нас... не очень. Да, существуют магазины, скупающие битую технику и приводящие её в порядок путём замены разбитых узлов, для последующей продажи. Но отдельных мастерских, занимающихся серьёзным ремонтом, увы... Центру это невыгодно, магазинам тоже. Уверен, что сможешь выдержать такую "конкуренцию"?
   - А эвакуацией техники с поля боя они занимаются? - Улыбнулся я. - Или восстановлением ТК? Я имею в виду полный цикл, включая перетяжку скелета и наладку "мозгов", а не замену брони или ремонт движков.
   Стенич закашлялся и с изумлением уставился на меня. Есть попадание.
  

Глава 7. Поговорить, решить и сделать

   С тактическими комплексами дело здесь обстоит довольно... странно. Бояре, как не имели права на владение такой техникой, так и не имеют. Наёмники же, вполне официально вправе приобретать подобные "устройства", но за рубежом. То есть, сделка должна быть оформлена за пределами страны. Более того, в России они не могут распоряжаться этой собственностью по своему усмотрению. То есть, продать-купить-подарить, отдать в залог... сделки подобного рода с участием ТК, на территориях, подпадающих под юрисдикцию русского монарха, запрещены. Собственно, как и использование самих комплексов, но здесь вступает в действие особый статус приграничья.
   То есть, как и в случае с тяжёлой боевой техникой, пока наёмник не суётся со своим тактическим комплексом через фильтр-линию, и не ведёт в нём боевых действий на территории пограничья, его никто не тронет... а вот помощи в обслуживании комплекса или его сложном ремонте не окажет. Прежде всего, потому, что оборудование для такой работы, на территории червонного боярства просто отсутствует, а Рюмины и Громовы не спешат открывать здесь свои представительства. Надобности нет. Продавать ТК частным лицам они не имеют права, а делать ставку на ремонт иностранных комплексов, или той малости их собственного производства, что покупается наёмниками за рубежом... не тот гешефт. Вот и перебиваются наёмники, как могут, зачастую бросая ещё вполне пригодные для ремонта ТК прямо на поле боя, а потом вынуждены покупать новые или бэушные комплексы на территории тех же СБТ.
   Расходы? И немалые, но кого это волнует? В общем, с ТК ситуация здесь как бы не хуже чем с тяжёлой боевой техникой и мощным вооружением. Есть надобность? Покупай, пользуйся... вон там, за разделительной полосой, а ремонт... ну что ремонт? Крутись, как хочешь. А в случае с ТК, даже вездесущий ЦС не особо поможет. Разве что наводку на площадке даст, где можно обзавестись новым комплексом, взамен "убитого".
   Нет, кое-какой ремонт, местные производят. Но именно, что "кое-какой". Смена бронеплит, ремонт движков, замена приводов или других узлов, то есть, работы гаражного уровня. Удивительно ли, что после моего заявления, Стенича так проняло?
   Впрочем, кое в чём я, пожалуй, ошибся. По крайней мере, Михаила, как оказалось, больше заинтересовал не комплексный ремонт ТК, а работа с их "мозгами", что, на самом деле, неудивительно.
   - Машины в большинстве отрядов - разные. Мало кто может себе позволить закупку тех же тактических комплексов одного производства. - Пустился в объяснения Стенич. - И дело здесь, как ты понимаешь, не только в цене, хотя и она важна, а в разнообразии и скудости рынка, как ни странно это звучит. Иными словами, в продаже можно найти самые разные комплексы. Хоть наши, хоть китайские, хоть заморские, но... вразнобой и не постоянно. То есть, пару машин одного производителя подобрать ещё можно, а вот больше, уже проблема. А это значит, что при восполнении потерянной в бою техники, отряд вынужден брать, что есть. Отсюда прямо вытекают проблемы с совместимостью техники. Если те же режимы связи и целеуказания ещё можно привести к единому знаменателю, то объединить, скажем, пару "Гусаров" и "Альбу" в единую тактическую группу - работа муторная и крайне ненадёжная. Я не большой специалист в программировании, но за годы наёмничества успел наслушаться от техников и пилотов матов на эту тему. Все эти эмуляторы и конвертеры данных, надстраиваемые поверх оболочек ТК, изрядно замедляют производительность и легко "слетают" в самый неподходящий момент, что крайне негативно сказывается на эффективности, боевом взаимодействии и, как следствие, на живучести всего отряда в целом. Это старая головная боль всех пилотов, Кирилл. Теперь понимаешь, почему я так удивлён твоими словами?
   - Понимаю. - Кивнул я, выслушав моего взбудораженного собеседника. - Но если вы считаете, что мы придумали что-то совершенно новое, то вынужден вас расстроить. Увы и ах, полную совместимость систем различных производителей мы тоже обеспечить не можем... если говорить о тактических комплексах. Зато, нам вполне по силам привести все имеющиеся ТК любого отряда к одному знаменателю иным способом, правда, о родных РСУ в этом случае придётся забыть.
   - А функционал? - Осведомился Михаил. - Наши "умники" неоднократно пытались установить единое ПО на отрядную технику, и каждый раз оказывалось, что такая унификация, в тех редких случаях, когда она вообще удаётся, сильно урезает возможности машин.
   - Функционал останется прежним. - Заверил я его. - Конечно, обойтись без тонкой настройки не получится, но это вполне рядовое мероприятие, его и без того проводят при любой модернизации "носителя". Здесь же придётся лишь потратить немного больше времени на "эталонное" тестирование техники, чтобы при запуске новой РСУ не возникло проблем с допустимыми режимами работы установленных на машине узлов и навесного оборудования.
   - Понятно. - Стенич вновь затянулся забытой было трубкой и, обнаружив, что та потухла, с тихим рыком принялся её раскочегаривать по новой. А пока муж был занят, слово взяла Илона.
   - Кирилл, вы сказали, что не можете совместить "родные" системы ТК... а есть ли возможность обеспечить совместную работу иных устройств? - Спросила она, моментально ухватившись за мою оговорку.
   - В принципе, да, - кивнул я. - Хотя, здесь многое будет зависеть от объединяемого оборудования, его назначения и функционала.
   - Скажем, создать рабочее поле из эмиттеров СЭП разных производителей? - Привела пример Майя.
   - Вполне возможно. - После недолгого раздумья ответил я. - Нужно будет только воткнуть ОСО в управляющий вычислитель, установить поверх служебные программы и пройтись встроенным сканером по связываемым устройствам.
   - Что такое ОСО? - Спросила женщина, переглянувшись с присевшей на край лавочки невесткой.
   - Изобретение студентов Тверского политеха, созданное специально для коммутации устройств различных производителей. - Улыбнулся я. - Открытая системная оболочка. Очень удобная вещь, особенно, когда нужно заставить работать вместе устройства, производители которых видят друг в друге непримиримых конкурентов. Если хотите, могу даже переслать вам её, на пробу, так сказать...
   Обе женщины довольно кивнули.
   - Спасибо, Кирилл. Будем рады. - Отозвалась Илона, а Майя тут же развернула экран своего браслета. Намёк понятен. Секунда-другая, и вытащенный мною из архива домашнего вычислителя, дистрибутив ОСО ушёл на её коммуникатор.
   Утаивать эту информацию я не стал по нескольким причинам. Первая - любой нормальный специалист при первом же тесте системы обнаружит наличие открытой оболочки, а значит, и хранить в секрете сведения о ней бессмысленно. А второе... ну вот не верю я, что сидящие напротив меня дамочки, явно очень неплохо соображающие в технике, ничего не знают об ОСО. Уж кому-кому, а наёмникам с их разношёрстым "железом", подобное ПО просто жизненно необходимо. Вывод? Меня незатейливо прощупывают на грамотность. Спасибо невесте и ватажнику, за прошедшее время изрядно поднатаскавших меня в этой области, и заставивших вспомнить практически всё, что знал Кирилл Громов о рунике вообще, и рунном программировании в частности.
   Ну и третье... почему бы не продемонстрировать готовность к сотрудничеству члену наёмничьего совета и бывшему майору одного из старейших отрядов наёмников в здешних местах? Непотизм, он ведь, не только у бояр в ходу. У нормальных людей понятие "ты мне, я тебе", тоже в почёте. Да и отказываться от потенциального клиента было бы неблагоразумно. Мне ещё базу на что-то содержать нужно...
   Дальнейший разговор со Стеничами крутился вокруг уже озвученных тем. Женщины продолжили импровизированный "неявный" экзамен, умудрившись пару раз поставить меня в тупик своими вопросами, Михаил осторожно расспрашивал об "отряде" и возможных сроках его появления в окрестностях Рахова, а когда он ненавязчиво заметил, что может помочь с доставкой оборудования для обустройства на выбранном для базы месте, я понял, что дело наладилось... но от помощи отказался. Совершенно не намереваюсь допускать каких-то "левых" людей на свою территорию. Будут ходить, смотреть... вынюхивать. Оно мне надо? И плевать, что к тому времени, вместо базы будет только пятно под застройку. Умному хватит и такой подсказки.
   Не то что бы я всерьёз рассматривал возможность противостояния с наёмниками приграничья, таких целей у меня нет. Наоборот, я намерен работать с ними долго и плодотворно. Но вот тот факт, что кто-то из "гостей" может погнаться за длинным рублём и слить увиденное или зафиксированное на стройке куда-то на сторону, исключать не могу. И вообще, безопасности никогда не бывает много.
   Оставаться в Рахове ещё на сутки я не стал и тем же вечером отправился в путь. Благо, железнодорожный узел в этом городке, предназначен не только для грузовых перевозок, и проблем с проездом у меня не возникло. Правда, пришлось довольно активно пользоваться отводом глаз, поскольку светить документами, что оригинальными, что подложными, как и оставлять в памяти официальных фиксаторов свой портрет, я совершенно не желал.
   В Липин Бор я вернулся только к концу следующего дня, проклиная себя за желание опробовать "Борей". Если бы добирался до приграничья своим ходом, мог бы хоть меток понаставить, как проделывал это по пути в Тобольск, и вернулся бы тогда, намного быстрее. Но ведь нет, захотелось поиграться... В гостиную дома, где ещё не так давно обосновались мои ученицы, ныне обживающие ближайший лес, я ввалился уже в полной темноте, уставший и вымотавшийся так, словно целый день мешки с цементом таскал. И как будто этого было мало, стоило мне усесться в кресло и облегчённо вздохнуть, как откуда-то сзади на меня обрушился визжащий комок радости... Инга.
   Всё. Следующий час меня топили в болтовне. Соскучившаяся по общению, сестра Жорика просто вынесла мне мозг. Выела его чайной ложечкой. Честное слово, если бы не улыбка и искренние эмоции девчонки, я бы, наверное, кого-то придушил. В частности, охранничков Бестужева, присматривавших всё это время, как за моими рыскающими по маршруту ученицами, так и за Ингой. И ладно ученицы, с которыми охранникам было строго-настрого запрещено не то что разговаривать, но даже на глаза попадаться, если это не обусловлено очередным испытанием. Но ведь эти дуболомы и за Ингой присматривали так же... то есть, молча и не показываясь на глаза. И даже еду ей приносили, оставаясь незамеченными. Неудивительно, что гиперактивная девочка чуть с ума не сошла от одиночества и невозможности с кем-нибудь поговорить. Она же и часа помолчать не может, а тут несколько дней кряду. В общем, хреновый из меня воспитатель получился. Или охранники у Бестужева какие-то... кривые. Эх, хорошо ещё, что "прыгая" через Вологду, я не забыл заскочить в одну из тамошних лавок, где обзавёлся большим пакетом самых разных сластей. Как чувствовал, что пригодятся...
   В конце концов, соскучившийся по общению, ребёнок выговорился и, пригревшись у меня под боком, заснул. Я отнёс Ингу в кровать и, укрыв её пледом, наконец, сам отправился на боковую.
   А утром, чуть свет, меня разбудил звонок неугомонного Рогова. Ватажник бил копытом и только что конём не ржал, демонстрируя свою готовность к работе. Ну что за неугомонная семейка, а?!
  

Глава 8. Учёба и ответственность

   Как оказалось, пока я общался со Стеничами и добирался до Липиного Бора, Георгий успел не только наведаться в Кострому и сагитировать Северского на поездку, они уже и на горе побывали, и осмотр места провели. На мой удивлённый вопрос, дескать, "когда успели?", Георгий поверг меня в натуральный шок, ответив просто и незатейливо: "Так ведь, Игорю Сергеевичу обследование провести, только ногой топнуть! Гридень Тверди, всё-таки". И как я мог упустить такую "мелочь" из виду, спрашивается?!
   Теперь же, как доложил Жорик, агент сидит у себя в конторе, сводит результаты инспекции и свои впечатления в один документ и настоятельно рекомендует воздержаться пока от обращения в строительные фирмы, обещая через неделю представить нечто "эдакое". Что ж, подождём. Мне даже интересно, что предложит этот тихушник.
   Выслушав доклад Георгия, я предложил ему чуть сдвинуть планы по его записям и заняться подбором необходимого оборудования для будущей мастерской. Она ведь, одним перетяжным стендом не ограничится. Да и хотелось бы иметь возможность ремонтировать не только ТК, но и другую технику. А это значит, генераторы, подъёмники, прессы, сварочные аппараты и прочее счастье автомеханика. Об инструменте и соответствующей "мебели", я и вовсе молчу.
   Со скрипом выделил Жорику двадцать тысяч рублей на эти покупки и посоветовал поискать поставщиков ГСМ, готовых поставлять необходимые материалы до Ворохни.
   - А почему не до Рахова? - Спросил Рогов.
   - Потому что для этого, поставщик должен будет переправить груз через фильтр в Ясине. Догадаешься, сколько нужно будет заплатить, чтоб местные не чинили препон? - Фыркнул я в ответ.
   - И как же... - Георгий на миг замолк.
   - А вот так. Доставка до Ворохни за счёт грузоотправителя. Там перегрузим его на собственный транспорт, и "окном" на трассу за фильтр-линию. - Ответил я. - Кстати, с оборудованием для мастерской поступим так же. Мне не нужны задержки и любопытство ЦС на данном этапе.
   - Ну, оборудование, ладно. Пару континетальников перебросим. А с ГСМ как? Нам же нужны будут постоянные поставки. - Чуть подумав, проговорил Жорик.
   - С первым забросом - так же. - Ответил я. - А последующие пойдут под пломбами Бестужевых. Их тормозить на фильтре точно не будут.
   - Может быть и с оборудованием так же поступить? - Спросил Рогов.
   - Изначально, я предполагал поступить именно так, но по размышлении, вынужден был отказаться от этого варианта. - Признался я и пояснил, - тому есть две причины. Первая: то, что увидев клейма и пломбы боярского рода, контейнеры с оборудованием не станут тормозить на фильтре, ещё не значит, что их не просветят чисто из интереса. Не хотелось бы, чтобы в свете пошли слухи о Бестужевых, вывозящих из страны оборудование для строительства тактических комплексов. Вторая причина: ввиду возможности проявления подобного любопытства, предполагаю, что некоторые безбашенные паны-баны или наёмники, узнав о таком лакомом куске, прибывающем в приграничье, могут попробовать отжать его в свою пользу. По пути на базу, или когда техника уже будет на её территории, что тоже возможно, поскольку я планирую доставить оборудование ещё до полного завершения строительства, а значит, и до установки всех охранных систем. Не хочу терять время.
   - Понятно. - Протянул Рогов. - А что с медицинским оборудованием?
   - Об этом говорить пока рано. - Поморщился я. - Вернутся девчонки из леса, тогда и обсудим. Эта тема не первоочередная, сам понимаешь. Сначала нужно наладить работу рембазы, а уж потом можно и медициной заняться.
   - Но нам нужно будет заранее предусмотреть место для медбоксов. - Заметил Георгий. - Может, я сообщу Северскому? Да и с профессионалами в этом деле посоветоваться нужно, мало ли что?
   - Думаешь, там нужно что-то специфическое?
   - Почти уверен. - Кивнул Жорик.
   - Ладно. Решим вопрос. - Согласился я. - Свяжись с Вербицкой-старшей от моего имени, она в целительстве соображает побольше Елизаветы, посоветуйся.
   - Эм-м... а может, лучше ты сам, атаман? - Помявшись, пробормотал мой собеседник.
   - Интересно. Я чего-то не знаю?
   - Нет, в общем-то. Но... меня эта семья пугает, если честно. - Признался Жорик. Однако, новости...
   - Ла-адно. - Протянул я, окинув Рогова внимательным взглядом. - Разберусь сам. Занимайся оборудованием для мастерской.
   Распрощавшись с изрядно сконфуженным ватажником, я потянулся и, схватив с тарелки ещё тёплый пирожок, через Эфир дёрнул ручку двери на себя и еле сдержал усмешку, рассматривая распластавшуюся у моих ног Ингу.
   - Подслушиваем, значит... подсматриваем. - Констатировал я, поднимая сопящую от негодования девочку. Та смерила меня сердитым взглядом и демонстративно отвернулась. Обиделась, ага...
   - Всё равно ничего слышно не было. - Буркнула она себе под нос. - Ты щитом закрылся.
   - И ты сдалась. - Улыбнулся я. Ответом мне был злой взгляд и обиженный фырк.
   - А что мнё ещё оставалось?! - Выдала Инга, в глазах которой мелькнули слезинки. Ну да, понимаю, отсутствие дара, когда вокруг столько "колдующего" народа, бьёт по самолюбию. Но впадать из-за этого в истерику, не дело.
   - Воспользоваться рунами? - Пожал я плечами. - Или мы с тобой зря занимались?
   - Как? - А вот это уже был крик души. - "Занимались", "занимались". Надавал мне заданий и сбежал, как Жорик! А мне... а я...
   Присев рядом с упавшей на лавку, уже ревущей в голос девочкой, я утёр салфеткой катящиеся по её щекам слёзы и вздохнул. Чего-то в этом роде следовало ожидать. Правда, я думал, что её накроет в присутствии моих учениц, а оно вот как вышло. Да, здесь ещё её вынужденное и такое неожиданное одиночество наложилось. Всё же, пребывание одной в пустом доме, для гиперактивного ребёнка, успевшего привыкнуть к огромному количеству народа вокруг, да после не такого уж давнего "заключения" в больнице, где тоже поболтать было особо не с кем... Эх. Вот что стоило подумать об этом раньше? Идиот.
   - Эй, не плачь. - Я легонько толкнул Ингу в бок. - Обещаю, больше я никуда не сбегу. А если и вынужден буду куда-то уехать, то одна не останешься, точно. Либо учениц отдам тебе на растерзание, либо братца. Договорились? Ну же, Инга... посмотри на меня.
   Спустя полчаса моих уговоров и её всхлипов, девочка всё же успокоилась и... пулей вылетела из кухни. Правда, вскоре вернулась, умывшаяся и посвежевшая.
   - Что ты там говорил о рунах? - Тряхнув гривой пышных волос, спросила она, глядя куда угодно, только не в мою сторону. Ну да ладно, хоть успокоилась.
   - А что я о них говорил? - Пожал я плечами. - Только то, что ты могла ими воспользоваться, чтобы разбить мой купол тишины... или хотя бы обойти его.
   - Ну... допустим, простую цепочку я бы составила, но... как её заставить работать, если у меня нет ни одного кристалла, а самой не хватит сил на активацию даже одной руны? - Хмуро спросила Инга, устраиваясь за столом и наливая себя полную чашку чая.
   - Кажется, кто-то не выполнил домашнее задание. - Констатировал я. Девчонка тут же заалела, как маков цвет.
   - Неправда! Я всё выучила! - Запальчиво воскликнула она. - И задачи все решила!
   - Во-от как... выучила, значит. - Покивал я. - А поняла?
   - Д-да. - Уже менее уверенно проговорила Инга.
   - Что ж, проверим. - Хлопнув себя ладонями по коленям, сообщил я. - Итак, первый вопрос. Что такое стихиальный эгрегор?
   - М-м... зримое воплощение стихий. - Тут же откликнулась мелкая. - Природное или созданное искусственно. К первым можно отнести, например, ручей, вулкан, ветер, обвал, ещё удар молнии и... ну, всё такое. А ко вторым... плотину, костёр, ветряную мельницу, песочные часы... ой.
   - Что такое? - Участливо взглянув на вдруг смутившуюся егозу, спросил я.
   - Я поняла, как можно было активировать рунескрипт. - Печально вздохнув, произнесла она. - У меня в комнате есть песочные часы, можно было бы запитать руны от них, как от эгрегора Тверди.
   - А в летней кухне лежат спички и зажигалка. - Добавил я. - А в ванной комнате, в ящике для хозяйственных принадлежностей, лежит воронка и, наверняка, найдётся пара пустых ёмкостей для воды. Уж на запитку четырёхрунной цепочки, одного из таких приспособлений точно хватило бы.
   - Я поняла. - Кивнула Инга, и на этот раз, печали в её голосе было куда меньше, хотя недовольство в эмоциях никуда не делось. Но сейчас оно было направлено исключительно на себя.
   - Рад за тебя. - Искренне улыбнулся я и, ткнув мелкую пальцем в лоб, договорил, - думать, Инга. Прежде чем опускать руки, нужно обязательно хорошенько подумать. И поверь мне, по размышлении, в девяноста девяти случаях из ста выяснится, что отступать незачем, или, как минимум, рано. Мало сил? Найди того, у кого их много. Мало денег? Найди способ и заработай. Нет возможности сделать что-то самой? Найди того, кто тебе поможет. Архимед говорил: "Дайте мне точку опоры, и я переверну мир". И знаешь, что интересно?
   - Что? - Спросила Инга.
   - Он его-таки перевернул. - Усмехнулся я. - Своими идеями и изобретениями. Ум этого учёного и стал той точкой опоры, которая сдвинула наш мир с места. А ведь он, насколько известно, не имел и малейшей склонности к Эфиру или стихиям.
   - Вот ты завернул. - Задумчиво протянула мелкая, после чего тряхнула головой и с лихорадочным блеском в глазах потребовала... нет, даже констатировала, без единой нотки сомнения в голосе, - ты поможешь мне сделать носимые эгрегоры.
   - В смысле?
   - Песочные часы, это хорошо, но их неудобно всё время таскать с собой, могут и разбиться. Да и улучшить отдачу энергии за счёт формы и правильного расположения рунного съёмника, тоже не помешает, согласись. - Пояснила она. - А ещё можно сделать клепсидру и доработать зажигалку. Опять же, с электричеством... тоже зажигалка подойдёт, только с пьезоэлементом. Вот с Ветром... не знаю как поступить.
   - Хочешь собрать все основные эгрегоры? - Понимающе кивнул я.
   - Именно. И чтоб они всегда были со мной. Насколько я поняла, многие рунескрипты лучше относятся к стихийному наполнению, чем эфирному. - Протараторила повеселевшая девчонка. - Ну, так что, поможешь?
   - Помогу, конечно. - Кивнул я в ответ. - Такой энтузиазм надо поощрять. Кстати, для получения стихии Ветра тебе достаточно будет сделать рунный съёмник в виде кольца и дунуть в него.
   - Здорово! - Улыбнулась Инга. А теперь, спустим её с небес на землю.
   - Но расчёт съёмников будешь делать сама.
  

Глава 9. Честность - лучшая политика

   Ольга терпеливо дождалась, пока Елизавета нанесёт мазь на её уже наливающуюся красным цветом скулу, равнодушно и коротко кивнула в благодарность "штатному медику" и, молча поднявшись с подстилки из мха, направилась к ручью. Бездумно шагая вдоль журчащей воды, она остановилась у огромного валуна в сотне метров от лагеря и, усевшись на холодный камень, уставилась на медленно текущую воду. Сейчас, Оле было плевать на состояние своего лица и саднящую боль в рёбрах. Собственно, ей вообще было плевать на всё.
   Когда Кирилл назначил её командиром отряда, Ольга ни на секунду не сомневалась в правильности этого действия. А кого ещё-то? Елизавету? Смешно. Она и в своей-то лаборатории никогда никем не командовала, мастер-евгеник, чтоб её. Маша? Ещё круче. Ни авторитета, ни умений, да и кем она когда командовала-то? Партнёрами на сцене? А вот Ольга, в отличие от тех же близняшек, кстати, опытом руководства обладает, и довольно большим, как-никак, с двенадцати лет боярский дом вела, а в этом деле без умения командовать, никуда.
   Так она думала. Потому и назначение приняла легко и без сомнений. И руководить отрядом взялась так же, как когда-то командовала домашними в усадьбе. Домочадцы воспринимали приказы двенадцатилетней соплячки, как должное. Она была на тот момент единственной женщиной дома Бестужевых, как бы громко не звучало это словосочетание в отношении сущей девчонки. Тем не менее, для прислуги её слово было последним и обязательным к исполнению, если, конечно, не вмешивался отец. А он предпочитал оставаться в стороне от домашних дел. Традиции.
   И этот опыт она перенесла на нынешнюю должность... точнее, теперь уж точно, бывшую должность. Девчонки и раньше-то с крайней неохотой воспринимали её единоличные решения, но до поры до времени не перечили. Но месяц закончился и, кажется, их терпение тоже пришло к концу. Оля непроизвольно коснулась ноющей скулы, зашипела от укола боли и, мотнув головой, вновь погрузилась в размышления.
   Пожалуй, недовольство подчинённые начали проявлять, спустя неделю после начала похода. Тогда, Ольга ошиблась с выбором направления движения к очередной, на этот раз весьма хитро спрятанной точке маршрута и... проявила излишнее упрямство, даже когда близняшки указали ей на ошибку. Это вылилось в два дня петляний по болотистой местности. Разумеется, они нашли нужную точку, но время потеряли. Да, наверное, именно после этого события, Ольга стала замечать, что девчонки начали своевольничать. Они стали меняться ночными дежурствами, не ставя командира в известность, сами стали определять, кто чем занимается на разбивке очередной стоянки... Ольга пыталась прекратить это своеволие, но девушки даже в спор не вступали. Просто продолжали молча заниматься каждая своим делом, а попытки назначить наказание за ослушание и вовсе привели к пшику. Это она поняла, когда к Елизавете, которой Ольга, в качестве воспитательной меры, приказала заняться рытьём и последующим закапыванием отхожей ямы, присоединились Мила с Линой. Маша осталась в стороне, но в тот момент она была занята разведением огня, а когда костёр запылал, девушки уже закончили с земляными работами. А через день, когда их отряд готовился покинуть стоянку, Вербицкая молча помогла Елизавете закопать ту яму. В общем... отряд начал игнорировать своего командира. Естественно, Ольга не могла снести такое пренебрежение, и пошла на обострение.
   С того момента, она перестала советоваться с остальными девчонками по поводу маршрута. Все подсказки, взятые на точках, хранила при себе и им не демонстрировала, ограничиваясь короткими, абсолютно недвусмысленными приказами... потому что любой иной, сокомандницы могли извратить самым неочевидным образом. И ведь извращали же! В пику, в отместку... Да и она хороша. Повела себя, как идиотка. А уж финал... О!
   Закончилось всё сегодня утром. Последний её выбор направления движения вновь оказался неверным, не без "помощи" назначенных ею разведчиц, как предполагала сама Бестужева. В результате чего, команда проблуждала вокруг точки добрых три дня, напрочь выбившись из графика. А утром и без того раздражённая Ольга вспылила окончательно, стоило Вербицкой обронить пару язвительных реплик на эту тему. Марию поддержали близняшки, и результатом стала безобразная драка. Самая натуральная! Кирилл узнает, будет недоволен. Очень. И плевать, что Ольга вышла из противостояния с сёстрами победительницей. В смысле, оказалась единственной стоящей на ногах к тому моменту, когда спохватившаяся Елизавета окатила их водой из ближайшей заводи, холоднющей и воняющей тиной!
   - Обиделась? - Голос Посадской, возникшей рядом, с трудом вырвал Олю из размышлений.
   - Думаю. - Буркнула она в ответ.
   - Это полезно. - Кивнула Елизавета. Ольга с подозрением покосилась на "штатного медика", но не увидев и намёка на насмешку в её глазах, тяжело вздохнула.
   - Надо было раньше сообразить. - Тихо проговорила Бестужева.
   - Что мы не домочадцы твоего батюшки? - Еле заметно улыбнулась Посадская, но в этой улыбке не было ни превосходства, ни злорадства.
   - Именно. А вы могли бы и сказать, что я зарываюсь. Тогда не произошло бы... того, что произошло.
   - Ты бы не услышала. - Беззвучно подобравшаяся к ним, произнесла Вербицкая. - Уж слишком сильны командирские замашки, которые никто никогда не окорачивал.
   - Иными словами, батюшка и домочадцы меня разбаловали, да? - С вымученной ухмылкой, Ольга обобщила собственные выводы и аккуратные намёки Марии. В ответ, Вербицкая только пожала плечами, а Елизавета и вовсе отвела глаза.
   Оля тяжело вздохнула и, чуть помедлив, неожиданно резко поднялась с камня.
   - Идёмте, мне нужно с поговорить с вами... со всеми. Хочу извиниться. - Проговорила она и решительно двинулась в лагерь.
   Разговор не затянулся надолго. Мила с Линой, конечно, пофыркали, погрозили кулачками, мол "если ещё раз, то сразу и ещё как!", но извинения Ольги приняли, как и Мария с Елизаветой.
   Бестужева даже не поверила сначала, что всё прошло так просто и "безоблачно", но заметившая её нервное состояние, Вербицкая нашла слова для успокоения... или повод для взрыва?
   - А теперь ты задумалась о том, нет ли в нашем столь скором согласии, какого-нибудь подвоха, да? - Маша хитро сверкнула глазами.
   - Пф. - Ольга вздёрнула подбородок, но тут же стёрла высокомерное выражение с лица. - Что, так заметно?
   - Не то, что бы так уж заметно, но... просто на твоём месте, я бы повела себя именно так. - Честно призналась Вербицкая. - Но могу заверить, у тебя нет повода для беспокойства... по крайней мере, до тех пор, пока ты вновь не "напялишь корону", как сказал Кирилл.
   - А причём здесь мой жених? - Нахмурилась Ольга.
   - Как бы тебе сказать... - С лисьей улыбкой протянула Мария, постукивая пальчиком по губам. - М-м, может быть дело в том, что он нас настрого предупредил не переходить черту? Чтоб воспитательный эффект не смазывать, и не превращать его в вечное противостояние, как он заявил.
   - Подожди-ка, подожди... - Ольга нахмурилась. - Хочешь сказать, что всю эту травлю затеял Кирилл?!
   - Не травлю. - Неожиданно резко заявила Мария. - Урок. И мы, между прочим, поначалу тоже были не в восторге от его затеи. Но когда ты начала себя вести именно так, как предсказывал Кирилл, наше мнение изменилось, и мы довели дело до конца. До логического, прошу заметить, конца.
   - Вот засранец! - Ольга еле сдержалась, чтобы не выругаться ещё крепче. - То есть, все эти ваши выходки...
   - Были прямой реакцией на твои действия. - Перебила Бестужеву самая младшая участница похода. - А то, что Кирилл всё это спрогнозировал и заранее дал добро на твоё "курощение", не так уж важно. Не находишь?
   - Ну, Кир! Ну, женишок... дай только до тебя добраться! - Рыкнула Ольга, и волосы на её голове затрещали от пробежавших по ним искр, на миг придав причёске вид "одуванчика".
   - Ты сначала с ним помирись, а уж потом новую ссору затевай. - Неожиданно вклинилась в их разговор Мила. И вот уж у кого-кого, а у Громовой насмешки в голосе было хоть отбавляй. Впрочем, сама Оля на это не обратила почти никакого внимания. Сейчас её разум был занят совершенно другими мыслями.
   - Ну не сволочь, а? "Я терпеть не могу, когда людей играют втёмную"! А сам?! - От избытка чувств, Бестужева даже стукнула кулаком по стволу небольшого деревца, тут же осыпавшего её какой-то трухой и сухими веточками.
   - А он никого "втёмную" и не играл. - Пожала плечами Мария, с интересом энтомолога рассматривающегося новый вид бабочки, наблюдавшая за ярящейся Ольгой. - Кирилл ещё во время сборов объяснил нам, чего добивается и как лучше будет тебе досадить. Никогда бы не подумала, что у него такая богатая фантазия, честно говоря...
   - А я?! - Взвилась Бестужева. - Со мной он, что, не играл? Мог бы, вообще-то, действовать прямо!
   - И как ты себе это представляешь? - Улыбнулась невозмутимая Маша. - "Дорогая, учти, если в походе не спрячешь свою корону куда подальше, девочки тебя достанут своими выходками, и я их даже наказывать за это не буду". Так что ли?
   - А хоть бы и так! - В запале воскликнула Ольга. - Он же... я... и вообще...
   - Он хотел, чтоб ты своим умом дошла и поняла, что такое работа в команде, и чем руководство равными, отличается от командования слугами. И кстати, именно Кирилл просил, чтобы по окончании "урока" мы рассказали тебе "кто, зачем, за что". - Ровным тоном произнесла Мила. - Жёстко получилось? Может быть. В чём-то даже жестоко, даже спорить не буду. Зато справедливо, не находишь? Да и Кирилл, между прочим, совсем не любитель "мягкого подхода" в обучении. Уж ты мне поверь, проверено на личном опыте. Да, Лин?
   - Абсолютно точно. - Хмуро кивнула та.
   - И всё равно, обидно. - Уже куда тише проговорила Бестужева.
   - Поверь, уж лучше так, чем с переломами руки и ног. - Заметила Мила, а её сестра поёжилась, словно вспомнив что-то очень неприятное... и явно связанное с Кириллом.
   Ольга насторожилась, но обстановка для расспросов показалась неподходящей, да и близняшки, кажется, совсем не горели желанием продолжать эту тему, если судить по тому, как они, резко замолчав, вернулись к прерванным делам. Разговор завял сам собой, а там, к сёстрам присоединились и Посадская с Вербицкой.
   Заметив, что "подчинённые" заняты делом, задумавшаяся было Бестужева, встрепенулась и рванула на помощь, приняв горячее участие в сворачивании лагеря и подготовке выхода к последней точке маршрута, на которой они должны были появиться ещё позавчера.
   А спустя час, маленький отряд из пяти изрядно потрёпанных скитаниями по лесу, но вполне жизнерадостных девчонок, привычно и почти незаметно для самих себя, построившихся "уступом", двинулся к цели, до которой оставалось всего каких-то семь с половиной километров. Если, конечно, совместные выводы всех участниц похода, были верны...
  

Глава 10. Тяжело в учении...

   Месяц, точнее, пять недель, когда я был предоставлен сам себе и своим планам, до майской свистопляски значившимся под ярлыком "обязательно к исполнению через год", прошли. За это время ученицы научились если не жить в лесу, то выживать точно, что меня несомненно радует, но теперь нужно уделить им несколько больше времени. Иными словами, на этом этапе мне не удастся ограничиться парой вылазок к ним в гости, докладами наблюдателей, да редкими прослушиваниями самых интересных разговоров. Теперь придётся самому хотя бы раз в неделю наведываться на "полигон" и, наверное, устроить девчонкам пару-тройку обломов. А то после трёхдневного отдыха на лесной заимке, что я организовал им в награду за успехи, они так рьяно взялись за вторую часть нашего "балета", что исполняя переданные им задания, уже дважды выносили "защитников флага". Без потерь, чисто на кураже. Могут и загордиться, а мне это совсем ни к чему. Рано им носы задирать, рано... и опасно, могут обжечься. Так пусть уж лучше проиграют пару раз сейчас, чем во время реального дела. Самолюбие пострадает? Зато живы останутся, а мне другого и не надо.
   Хотя, тот факт, что дружинники Бестужева, приехавшие ради этих испытаний из тобольского имения семьи, были в шоке, греет моё сердце. Впрочем, сами виноваты, если бы они изначально подошли к делу серьёзно и, прежде чем садиться "в крепость", посоветовались с наблюдателями, следившими за действиями моих учениц весь прошлый месяц, глядишь, и не просрали бы так бездарно два боя подряд.
   Хм, вот интересно, а если бы девчонки уложились в срок и отдыхали на заимке не три дня, как вышло, а всю неделю, как я предполагал, они бы вдвое быстрее дружинников вынесли или нет? Как бы то ни было, а в третьем задании мне явно придётся поучаствовать лично. На учениц полюбуюсь... и бестужевских бойцов проконтролирую, чтоб им башни не посрывало, как у того линкора. А то ведь, со злости начнут ещё девок всерьёз лупасить, нехорошо может получиться. А в том, что дружинники сейчас злы как черти, я почти уверен. Мало того, что их девчонки-малолетки "прилюдно" высекли, так и товарищи, посмотревшие записи обоих столкновений, теперь проходу не дают насмешками. В общем, решено. Откладываю дела и выдвигаюсь в лес.
   Решил, ага. Стоило мне начать собираться, как рядом возникло сердито сопящее, лохматое со сна нечто, сверлящее меня о-очень подозрительным взглядом. Да куда ж я от тебя денусь-то? Эх, а ведь действительно не денусь. Придётся брать Ингу с собой. Ну да, наверное, оно и к лучшему. А то лето на улице, а девчонка над рунами корпит день и ночь, вместо того чтобы гулять да в озере плескаться. Точно, беру её с собой, хоть проветрится ребёнок, лесным воздухом подышит. А вечерком после "боя", шашлыки устроим.
   Визг, писк и искры. Таким был результат сообщения Инге о том, что мы вместе наведаемся в гости к ученицам. Визжала мелкая, пищал её коммуникатор, на который как раз поступил звонок от братца, а искрили руны, выцарапанные на металлических пластинках, присобаченных Ингой с внешней стороны невесть откуда ею вытащенных перчаток с обрезанными пальцами. Ага, вместо кастетов. Умная девочка, а уж какая добрая, просто что-то с чем-то.
   К моему удивлению и нескрываемой радости Инги, в атаке дружинники Бестужева показали себя куда лучше, чем в защите. Что действительно странно, поскольку, именно охрана и оборона поместья и является их профессиональной задачей, так сказать. И тем удивительнее их прошлые проигрыши Ольге и её команде. Нет, я понимаю, что ребятки просто расслабились и не восприняли задачу всерьёз, но... как так-то?!
   А вот с нападением на "крепость" в которой засели мои ученицы, у них всё вышло куда лучше. Девушкам даже старательно развиваемая сенсорика не особо помогла. Их противники, очевидно, учли некоторые применявшиеся ученицами в прошлых столкновениях эфирные приёмы, и сделали из этого факта верный вывод о повышенной "внимательности" девушек. А потому, к бревенчатым, наскоро сложенным стенам "форта", они подходили с максимальной осторожностью, закрываясь в стихии Тверди. Это не мой отвод глаз, поскольку действует совсем иначе, но предназначение у приёма то же самое: ускользать от внимания возможных наблюдателей, прикрывшись фоном основной окружающей стихии. Правда, с воздухом это не прокатывает, слишком он "лёгок" и прозрачен для сенсоров, а потому, приходится извращаться. Я, точнее, ТОТ Кирилл, перед попаданием в реанимацию, помнится, подкрадывался к Алексею вдоль ручья, старательно используя всё своё мизерное сродство с Водой, а дружинники закрылись Твердью. Ну, им-то проще. Сил немеряно, вот и... эх.
   К ограде они подошли незамеченными, а вот в последнем броске спалились. Им бы растянуться и переваливать через стену по одному, а они решили сыграть разом... и нарвались, естественно. Ученицы начали бить по ним, ещё до того, как нападающие приземлились, по-моему. И одному из шести бойцов не повезло. Попал под сдвоенный удар огненной плети от близняшек. "Стальной" щит, прикрывавший дружинника, не выдержал атаки двух старших воев и потёк. Парень кубарем ушёл в сторону и тут же попал под "Синий невод". Ковёр из молний, организованный затаившейся чуть в стороне Ольгой, только и ждавшей подходящего момента, накрыл его с головой, да ещё и соседа зацепил. Выбыли оба под недовольное фырканье Инги. Она на дружинников два десерта поставила. Говорю же, добрая душа у девочки.
   Понятное дело, что бойцы не стали вести себя, как тетерева на току. Они защищались, огрызались и, уже через пару секунд перестроившись, пошли в атаку. Вот тут девушкам пришлось тяжко. Дружинники били мощно, скоординировано и, зачастую, совмещали атаки, демонстрируя великолепное взаимодействие. А Ольгу, так и вовсе глушили втроём, отдавая четвёртому на откуп щиты... и очень удивились, когда она, настроившись на потоки Эфира, закрыла глаза, качнулась, словно ветка на ветру, и с видимой лёгкостью "просквозила" через их атаку. Я аж загордился...
   Мила с Линой от моей невесты не отставали и устроили настоящую огненную карусель, отвлекая дружинников, пытавшихся очередной слаженной атакой выбить Ольгу. А там и Елизавета присоединилась. Втроём, девушки быстро раздербанили "каток" атакующих, разбив бой на поединки и дав время Ольге на передышку. Дружинники сначала даже обрадовались... потом взвыли.
   Близняшки действовали вроде бы поодиночке, но уж я-то помню, как обманчиво это их "незамечание" друг друга. И вскоре один из бойцов Бестужевых познал коварство огненных сестричек на себе. Мила технично развернула бедолагу спиной к сестре, вроде как занятой боем с другим противником, а в следующую секунду, Лина, шагнув на созданную в воздухе эфирную линзу, спружинила и врубилась ногами в спину противника Милы, отправив того точно под удар сестрички. Счёт три - ноль.
   Оставшиеся на ногах, дружинники поняли, что дело швах и... закончили игры. Первой выбыла Елизавета, получив в плечо "каменным ядром", разрушившим её щит и отшвырнувшим девушку к самой ограде. Но и сама она успела "приласкать" своего противника "воем баньши", модифицированной эфирной техникой, изначально, очень слабой и предназначенной лишь для усиления звука. От звукового удара, щедро сдобренного эфирным возмущением, защищавший бойца "каменный доспех" осыпался пылью, а следом и его носитель уплыл по волнам беспамятства, схлопотав лёгкий сенсорный шок. Ничего, очухается, Лиза его вполсилы приложила. Четыре - один.
   Следом досталось Ольге, пытавшейся подобраться к кружащим вокруг застывших близняшек дружинникам. Не успела уйти из-под удара льдом по площади и отрубилась. Четыре-два. Остались два дружинника и близняшки. Вербицкая, понятное дело, в бою не участвовала вовсе. На этом я настоял ещё до начала действа, и возражений ни от одной из сторон не было.
   Естественно, профессиональные бойцы дожали близняшек, переведя бой в позиционный. Просто вымотали их непрерывными атаками на дистанции, всякий раз пресекая попытки сестёр сблизиться. В конце концов, они заперли девушек в каменной ловушке, воздвигнутой одним из дружинников, пока напарник осыпал Громовых градом ударов, заставляя их "танцевать" на одном месте и не давая разбежаться в стороны. Филигранная работа, на самом деле. После чего, оба дружинника торжественно прошагали через половину "форта" и, поднявшись на вышку, сорвали флаг.
   К этому времени мы с Вербицкой уже привели в порядок выбывших из боя участников и, убедившись, что никто не получил серьёзных ранений, принялись обрабатывать полученные ими ушибы и синяки. И лишь закончив с медициной и извлечением близняшек из устроенного им "зиндана", всей толпой принялись накрывать на стол. Как говорится, война войной, а обед по расписанию. Точнее, ужин.
   Поедая шашлык в большой, оживлённо общающейся компании, я пребывал в абсолютном довольстве. Пусть успехи учениц в стихийном противостоянии я себе приписать не могу, за них нужно благодарить прежних учителей девушек, но вот продемонстрированное сегодня Ольгой скольжение на волнах Эфира, "вой баньши" Лизы, эфирный "батут" Лины, и другие приёмы неоднократно и крайне неприятно удивлявшие дружинников, как сегодня, так и в прошлых двух стычках, это чисто моя заслуга. И я искренне рад, что мои ученицы не просто научились кое-каким эфирным воздействиям, но и применяют их с толком и вовремя!
   Конечно, в их действиях были огрехи и откровенные ошибки, но они касаются тактики боя и общего взаимодействия команды, а это нормально, на данном этапе обучения, иначе и быть не могло. В остальном же... девушки действовали уверенно, не терялись, свободно применяли всё, чему научились, в том числе и у меня, и даже импровизировали в Эфире. Вспомнить, хотя бы, скольжение Ольги... это же не техника, не приём, просто чёткое ощущение эфирных возмущений. Мне действительно есть чем гордиться, в самом деле. И даже два проигранных десерта, о которых Инга напоминала чуть ли не каждые полчаса, не могли испортить мне ни настроение, ни аппетит. А может, дело было в прижавшейся к моему боку Оле? Чёрт, я даже подумать не мог, что так соскучился по ней...
  

* * *

   - И всё-таки мы проиграли. - Вздохнула Мила, лениво подбирая с тарелки кусочек помидора. Дружинники переглянулись и, фыркнув, весело расхохотались.
   - Что? - Нахмурилась Лина.
   - Четыре пигалицы, недавно сдавшие на воя, против четырёх старших воев и двух опытных гридней. Как думаешь, стоит ли стыдиться такого проигрыша? - Подал голос Кирилл, поднимаясь с бревна, и поднимая следом за собой невесту.
   - Гридни? - Брови Милы поднялись высоко-высоко.
   - Они самые. - Кивнул один из дружинников... Сергей, кажется. - А если учесть, что первые два столкновения мы позорно слили, не уследив за флагом... флагом, спрятанным в тайнике, прошу заметить, то ещё вопрос, кто должен быть в депрессии!
   - Валентин Эдуардович отправит нас на переэкзаменовку, однозначно. - Отозвался черноволосый Хасан, тот самый, что запер близняшек в каменной ловушке.
   - Это вряд ли. - Усмехнулся Кирилл. - Кому как не эфирникам должно уметь находить скрытое, приходить незамеченным и уходить, не потревожив охрану?
   - В том случае, когда речь идёт о подмастерьях, как минимум. - Тихо произнёс старший из дружинников.
   - Так вот же они. Все четверо. - Рассмеялся Кирилл, окинул взглядом резко замолчавшую в ошеломлении компанию и, подхватив на руки льнущую к нему Ольгу... исчез вместе с ней. Соскучились же.
  

ЧАСТЬ V. Лучше гор

Глава 1. Всякие умствования

   Тёплое солнечное утро как нельзя больше способствует расслаблению и неге. За окном поют птицы, шелестит зелёной кроной старая сирень, на небе ни облачка и, кажется, можно вечно валяться в постели, предаваясь ленивому безделью... Эх, если бы оно так и было. К сожалению, такая идиллия просто не может быть вечной, и я уже загривком чую грядущую бурю с грозой, молниями и, может быть даже, хлещущим ливнем.
   Первая за месяц встреча с Олей, сорвала нам обоим крышу. Эмоции плеснули через край, так что никакая блокировка не помогла, её просто снесло ураганом чувств. А сегодня, невестушка, кажется, уже пришла в себя, так что вскоре меня ждёт скандал. Насколько редкий в наших отношениях, настолько же и грандиозный. Не уверен насчёт "ливня"-слезоразлива, но молний, думается мне, будет в достатке...
   Я приоткрыл один глаз и полюбова... эм-м, принялся наблюдать за неожиданно прервавшей сборы в ванную сердитой невестой, расхаживающей из угла в угол небольшой спальни в полном неглиже. Нет, но до чего же красива, а! Как там было? "Ах, боярыня, красотою лепа, червлёна губами, бровьми союзна..." Видел бы Иван Васильевич сейчас Ольгу, слюною бы изошёлся старый греховодник! Высокая, стройная, гибкая... хотя, нет, раньше по кумполу своим же посохом схлопотал бы. А нечего на мою обнажённую невесту пялиться. Будь ты князь, царь или император вселенной, утрись и не отсвечивай. Моё!
   - Кирилл, кончай притворяться, я же чувствую, что ты не спишь! - Воскликнула Ольга, застыв перед кроватью в классической позе суровой жены, встречающей мужа после попойки. Что называется, руки в боки, и плевать, у кого на каком глазу тюбетейка! Сейчас жахнет. - Я кому говорю!
   Кубарем скатившись с кровати, я выглянул из-за неё и невольно присвистнул. Прямо посреди перины красовалось солидное выжженное пятно, ещё тлеющее и воняющее жжёным пером. Но долго рассматривать эту "красоту", Ольга не позволила. Я пригнулся и очередная молния с треском впилась в стену над моей головой. Эка она разошлась!
   Скрип несчастной кровати, на которую запрыгнула Оля, заставил меня метнуться вдоль стены к входной двери... и я еле успел закрыться кинетическим щитом от удара эфирной волны. Мощно. Всю дурь вложила, кажется, гридня недоделанная! Ещё один рывок, на этот раз к окну, в которое тут же врезалась миниатюрная шаровая молния. Это что, она пытается не дать мне уйти? Глупая, не собираюсь я никуда сбегать, мы же только начали веселье... Разгон! И бегом по кругу.
   Надо отдать должное невесте, она не стала швыряться техниками наобум. Я с удовольствием отметил, что после первых неудачных попыток, Ольга резко успокоилась и вошла в транс. Ага, точно. Наводится на эфирные возмущения... Хлопок!
   Ускорившись до предела и проскользнув на коленях по домотканому половичку, нырнул под кровать и невольно хмыкнул, увидев цепочку обожжённых проломов в досках пола, там, где только что проехался. Разошлась, однако, невестушка. Удары-то, точечные, но вот сил она в них вкладывает... и ведь не просто молнией шарахает, она свои удары Эфиром усиливает, иначе, чёрта с два бы обычные, пусть и мощные электроразряды проломили пол! И вновь прыжок, на этот раз к шкафу... к окну... к кровати... О, кажется, устала. Скорость реакции падает, да и сила последнего удара... вяленько как-то. Что ж, поправим.
   Рывок вверх. Шлёп!
   - Ай! - Ольга схватилась за левую ягодицу, по которой я только что отвесил смачного леща, а в следующий миг в воздухе отчётливо запахло яростью и... озоном. О, раскочегарилась. Прыжок. Линза. Щит!
   Зависнув под потолком, я окинул взглядом поле боя и невольно хмыкнул. На кровати, в полный рост стоит Ольга, а вокруг неё, с треском облизывая стены, пол и мебель, пляшут огни знакомого "синего невода". Редкие молнии бьют вверх, истощая щит, прикрывающий мою "подушку"-линзу. Электрический ад!
   Техника истощилась и Ольга, недоумённо оглядевшись по сторонам, слезла с подпаленной кровати. Заглянула под кровать... эх, какой вид! Я аж языком цокнул. Невеста услышала и подняла голову. А глаза-то как горят. Убьёт, не пожалеет. Пришлось отлепляться от потолка, спрыгивать вниз и тут же рвать когти с места приземления. Кровать жалобно скрипнула и... рухнула с подломившихся ножек, не выдержавших кинетического удара ученицы.
   Простимулированной мною, Ольги хватило ещё на пять минут гонок по спальне, прежде чем она полностью исчерпала свой резерв и тяжело осела на пол. Впрочем, я не дал ей коснуться покрытых копотью досок и, подхватив невесту на руки, метнулся в ванную комнату.
   Опустив тяжело дышащую, пребывающую практически на грани обморока Ольгу в ещё не успевшую остыть воду, я пробежался пальцами по позвоночнику невесты, надавил на пару точек и, заметив, как прояснился её взгляд, удовлетворённо кивнул. Теперь не отключится.
   - Приводи себя в порядок и спускайся вниз. Завтраком покормлю. - Произнёс я.
   - Сволочь. - Тихо ответила она. Ну, хоть нападать не стала. - Тебе, кстати, тоже не помешало бы освежиться.
   - Мне летнего душа хватит. - Откликнулся я и, не дожидаясь язвительного замечания, явно готового сорваться с алых уст уже начавшей приходить в себя Оли, открыл в полу "окно" в сад... куда и провалился под потемневшим взглядом невесты. Кажется, до неё дошло, что смотаться из спальни я мог в любой момент. М-да, об этом я как-то не подумал. Ну да ладно, что уж теперь...
   - Ну что, теперь ты в состоянии вести конструктивный разговор? - Спросил я Ольгу, когда мы устроились за накрытым мною столом.
   - Вполне. - Ответила она.
   Окинув взглядом невесту и прислушавшись к её эмоциям, я даже немного удивился. Она действительно успокоилась! А всего-то и надо было спустить пар... И ведь это не усталое безразличие, вовсе нет. После ванны и медитации, Ольга так и пышет энергией, но при этом не проявляет и сотой доли той ярости, что час назад ураганом прошлась по спальне. Эх, придётся возмещать хозяевам ущерб...
   Пока я приглядывался и прислушивался, моя невестушка успела соорудить себе пару солидных бутербродов и уже вцепилась зубами в один из них. Мне оставалось только подвинуть поближе к Ольге огромную кружку чая с лимоном, на что та благодарно кивнула и... оказалась потеряна для общения. А ведь только что утверждала, будто готова к беседе. М-да уж, видимо, придётся отложить серьёзный разговор ещё на некоторое время, а его у нас не так уж много.
   Глянув на стремительно исчезающую со стола еду, я поторопился присоединиться к Ольге, пока она не смела всё подчистую. Всё же, наши ночные и утренние экзерсисы и у меня отняли немало сил, которые следовало бы восполнить.
   После плотного завтрака, мы с невестой устроились в беседке за домом.
   - Итак... - Ольга воткнула в меня "прокурорский" взгляд. - Маша с Лизой сказали, что автором затеи с неподчинением отряда командиру, был ты. В принципе, я понимаю, зачем ты так поступил со мной, но... неужели нельзя было обойтись без таких радикальных методов? Может быть, следовало просто объяснить, что к чему, а не устраивать этот спектакль?
   - Трижды.
   - Что "трижды"? - Не поняла Оля.
   - Ещё до начала вашей "лесной практики", мы с Валентином Эдуардовичем трижды пытались достучаться до твоего разума. Но слов о недопустимости подобного поведения и отношения к окружающим, ты просто не слышала. В упор. Это первое.
   - А есть ещё и второе? - Хмуро спросила невеста.
   - Есть, конечно. - Кивнул я. - Вопреки твоим представлениям, я не действовал за твоей спиной и не устраивал никакого "спектакля". Всего лишь разрешил ученицам наглядно выказать своё "фи", в случае, если ты зарвёшься на посту командира, ну и подсказал им пару способов воздействия в такой ситуации. Ты же не кричала о недопустимых манипуляциях и не возмущалась, когда я присылал тебе рекомендации по тренировкам Вербицкой, например? Здесь, то же самое...
   - А если бы я... продолжила вести себя по-прежнему? - На миг запнувшись, проговорила она.
   - Разжаловал бы. - Я ткнул пальцем в коммуникатор и продемонстрировал на экране одну из целого списка "вводных", загодя приготовленных мною для шастающего по лесам девчачьего отряда, и подразумевающих самые разные варианты развития событий. В частности, сейчас я показал Ольге вводную, согласно которой, нынешний командир лишается "должности", а выборы нового ложатся на плечи учениц. Убедившись, что Ольга внимательно прочла весь текст, я договорил, - и дал бы твоей "преемнице" несколько рекомендаций по дальнейшему отношению к её бывшему командиру. Конечно, пришлось бы потратить немного больше времени, но к концу вашей практики я бы всё равно добился нужного результата. Уж поверь.
   - Вот так, да? - Протянула невеста.
   - Именно. - Кивнул я. - Так или иначе, но ты перестала бы относиться к подчинённым, как к неодушевлённым кускам мяса, не имеющим права на собственное мнение и чувства. Самодурство, оно, знаешь ли, никогда до добра не доводит.
   - Воспитывать, значит, решил, да? - Прищурившись, ядовито осведомилась Ольга. - Покладистость во мне выпестовать захотел?
   - Не моя задача. - Усмехнулся я в ответ. - Воспитывать тебя должен твой любезный батюшка. А я всего лишь учу. Учу думать, учу правильно использовать доступные возможности и расширяю их спектр, применяя для этого все доступные методы. Тебе они кажутся жёсткими? Увы, но ты со всей очевидностью доказала, что мягкие меры не всегда оказывают на тебя нужное воздействие. Далеко не всегда. А мне хочется видеть в своей ученице некоторую долю... не покладистости, нет, она с боярским званием не сочетается. Но толику здравомыслия, понимания окружения, пределов своих сил и влияния, определённо, да.
   - И какое же отношение имеет к Эфиру, это самое "понимание"?
   - Самое прямое. - Улыбнулся я в ответ и поднялся с лавки. - Смотри внимательно...
   Раз. Дыхание замедляется. Два. Сознание раскрывается, охватывая всю беседку разом. Три. Течение энергий замедляется, подстраиваясь под эфирное излучение этого места. И шаг назад.
   - Кир? - Ольга ошарашено закрутила головой, пытаясь найти меня взглядом, но уже через секунду опомнилась и постаралась прочувствовать окружающий Эфир. Естественно, без результата.
   Оказавшись у неё за спиной, я скинул отвод глаз, и невеста негромко вскрикнула, обнаружив "пропажу".
   - Видишь, я скрыл своё тело и ты меня потеряла, упустив, что Эфир, это не только энергия доступная для манипуляции, но ещё и информация, которую можно и нужно читать. Вспомни хотя бы наши уроки по "чтению" истории различных предметов. Со своим отношением к подчинённым, как неодушевлённым исполнительным механизмам, ты отбрасываешь целый пласт этой информации, в виде эмоций людей, их мыслей, мироощущения, в конце концов, и таким образом сама урезаешь собственные возможности.
  

Глава 2. Инспекция

   Порка, нотация и очень конкретный стимулирующий пример с эмоциональной встряской на закуску. Это сочетание неплохо показало себя ещё в той жизни, и здесь сработало с не меньшим успехом. Ольга задумалась, а значит, как минимум, половина дела сделана. Остальное... до остального она должна дойти сама, своими мозгами, иначе, грош цена её учителю. С другой стороны, что мешает мне проконтролировать этот процесс? Ничего, кроме отсутствия достаточного времени для наблюдения за ситуацией... эх.
   Разговор с Ольгой постепенно свернул с темы её "учёбы" на новости, которых у меня за прошедшее с начала лесной практики время, накопилось весьма изрядное количество.
   Известие о начале строительства мастерской и ремонтной базы Оля встретила радостным писком, плавно перешедшим в задумчивое "эм-м...".
   - Что такое? - Спросил я. - Какие-то непонятки?
   - Да. - Резко кивнула она, вынырнув из водоворота мыслей. - Кто и когда будет там работать? У нас же учёба впереди. А Михайловский университет, не то место где легко спустят прогулы лекций или неявки на семинары.
   - До зимы придётся решить вопрос с академическим отпуском для тебя и Жорика, - ответил я. - А там, он обещал подобрать в училище при вашем университете, толковых выпускников из мещан или отказников, готовых пойти под нашу руку. Но тоже ближе к концу семестра, благо у них, как раз, зимний выпуск.
   - И кто их будет проверять на... профпригодность? - Осведомилась Ольга.
   - Вы же с Роговым ими командовать будете, так кому, как не вам экзаменовать своих будущих подчинённых? - Невозмутимо произнёс я.
   - А ты? - Вскинулась невеста.
   - Оленька, в отличие от тебя и Жорика, мои познания в технике мизерны. Рунную схематику отдельных узлов и деталей того же "Визеля", да и то не всех, я ещё потяну, но что-то более серьёзное, увы, это уже ваш жернов, вам его и крутить. А у меня хватит и иных дел на базе. Снабжение, обслуживание, ремонт... за всем этим тоже кто-то следить должен, знаешь ли. Да и обязанностей учителя с меня никто не снимал. Так что, не волнуйся, работа там всем найдётся. И мне и тебе и остальным девчонкам. Кстати, имей в виду, сразу по окончании здешней практики, мы всем кагалом полетим туда. Предупреждаю заранее, чтоб потом не было ненужной суеты и лишних телодвижений.
   - Полетим? - Ольга приподняла изящно очерченную бровь.
   - Именно. Так быстрее получится. - Улыбнулся я в ответ. - Да и обновкой похвастаться хочется. Разжился я тут интересным транспортом с подачи Валентина Эдуардовича, вот и продемонстрирую его заодно.
   - Тебе спасплатформы мало? - Покачав головой, вздохнула невеста.
   - Она не летает. - Констатировав очевидное, я развёл руками. - Да и места, где база расположена, не слишком удобны для подобного транспорта. Аэродин куда сподручнее.
   - Ты купил экранолёт?! - Изумилась Ольга.
   - Ну да. - Кивнул я. - Десантный шлюп "Борей" из запасов Посадских. Хорошая, надёжная машина, Рогов в неё уже даже две спарки воткнул, для пущей безопасности.
   - Это что за места такие, если туда без тяжёлого стрелкового соваться нельзя? - Пробормотала Ольга. - СБТ, что ли?
   - Почти. Червоннорусское воеводство. - Уточнил я.
   - Мастерская будет находиться в Карпатах? Там же кругом одни бандиты и наёмники! - Нет, вот это и есть настоящее изумление. А то, что продемонстрировала Ольга минуту назад, было так... намёком.
   - Зато, там нас будет труднее достать, в случае чего, да и лишним любопытным пробраться в мастерскую будет совсем непросто. Особенно, если за построение сигнальных и защитных систем возьмётся кто-то вроде сидящей у меня на коленях боярышни. - Ответил я невесте. - А кроме того, ваш отъезд в те места и, соответственно, уход из-под возможного наблюдения, удачно прикрывается идеей обкатки приобретённых вами навыков в боевых условиях, как это принято в некоторых боярских родах. С родителями я эту тему уже обсудил, и идея почти не встретила возражений.
   - Хочешь сказать, что Громовы, Вербицкие, Посадские... и мой отец, вот так запросто отпустят нас в регион, где боевые действия - норма жизни, а перестрелки - неотъемлемая часть серых будней?
   - Разумеется, убедить их в этом было не так уж просто. - Вздохнул я. - Мне пришлось пойти на определённые уступки и дать некоторые обещания, чтобы успокоить родителей, но как учитель, я имею полное право самостоятельно определять место, способы и методы вашей подготовки. И с этим они поспорить не могли. Хотя им очень хотелось, да...
   - Дела-а. - Как-то совсем по-простецки протянула Оля, но тут же встрепенулась. - Нет, в принципе, я понимаю твой выбор места, и не возражаю против него, но... а что там с твоими обещаниями?
   - Ну, ваши родители прекрасно понимают, что я, как учитель не могу упустить такую возможность поднатаскать вас в боёвке, и выставили несколько условий, которые я предпочёл принять. Никаких контрактов на захват владений или их защиту, ликвидацию или охрану людей. Вообще, Валентин Эдуардович настоятельно рекомендовал воздержаться от чисто боевых заказов. А поскольку, я и так не намеревался делать из вас штурмовиков, то и спорить с будущим тестем не стал. Нам хватит и контрактов поддержки. - Ответил я, мысленно порадовавшись, что Ольга не стала артачиться и критиковать мою затею с размещением базы в Карпатских горах. Впрочем, она же пока не видела подобранного нами с Жориком места. А там, посмотрит, оценит, глядишь, ещё и устроит "концерт по заявкам". Ну да ладно, придёт время, разберёмся, если что. А сейчас... пора собираться. Через два часа прибудет шлюп, и к этому времени Ольга должна быть уже в лесном лагере, а я готов к вылету. И не только я. Обещал ведь Инге не оставлять её в одиночестве. Эх...
   К прибытию "Борея" мы с младшей сестрой ватажника успели едва-едва. Сначала долгое "прощание" с Ольгой, потом прыжок "окном" в лагерь и суматошные сборы... в общем, в шлюп мы с Ингой забирались изрядно запыхавшись, что, впрочем, не помешало мелкой с радостным визгом повиснуть на старшем брате, встретившем нас в десантном отсеке "Борея".
   Кстати, за время подготовки шлюпа к работе в приграничье и СБТ, Рогов успел не только обеспечить его вооружением и комплексом рунных щитов, которыми он тут же не преминул похвастать, но и несколько "облагородил" десантный отсек, закрыв прежде обнажённые "рёбра" фюзеляжа пластиковыми панелями. Кроме того, этот дизайнер срезал длиннющие сварные лавки вдоль бортов, и установил вместо них два комплекта по шесть кресел, в носовой части отсека, расположив их, словно в сидячем вагоне поезда, "лицом" друг к другу, по три штуки с каждой стороны от центрального прохода, ведущего в кабину пилотов. И даже про столики не забыл. А на освободившемся пространстве в центральной и хвостовой части отсека, я заметил комплекты универсальных креплений в переборках, настиле и подволоке.
   - Увидел уже? - Гордо улыбнулся Георгий, когда Инга, наконец, оставила его шею в покое, и отправилась обследовать шлюп. - Это для оборудования. Хочешь, крепи мобильный медкомплекс на трёх человек, хочешь, разворачивай походную мастерскую с парой унистендов для ТК.
   - Толково. - Кивнул я, хотя идея устраивать в "Борее" рембокс меня не радует. Проще доставить на нём раздолбанную технику на базу и уже там приводить её в порядок. С другой стороны, мало ли, как дело может обернуться. - Ты уже, небось, и аппаратуру для установки присмотреть успел?
   - Ну, было дело. - Потупился наш маньяк от техники, но тут же улыбнулся. - Да ты не переживай, атаман, она не дорогая, в пределах пары тысяч рублей за полный комплект.
   - Это что за стенд такой? - Удивился я, краем глаза поглядывая за нацелившейся на вскрытие какого-то люка Ингой. - Китан-тайван, что ли?
   - Э? - Не понял Рогов.
   - Не бери в голову, это я так, о своём. - Поморщившись от собственного промаха, вздохнул я. Здесь, Китай никогда не был империей подделок, это "гордое" звание давно и надёжно застолбило за собой западное побережье САСШ, так что если кто-то хочет указать на отвратительное качество предмета, ему достаточно сказать "сделано на Западе", и всем всё становится ясно. - Откуда такие цены, Жорик?
   - Да там же ничего сложного или особо дорогого. - Пожал он плечами. - Четыре балки-распора, откидной рабочий стол, ручной инструмент, да генератор для питания тестового оборудования и точечника.
   - Понятно. - Кивнул я в ответ, выуживая из открытого люка, почти нырнувшую туда Ингу. Георгий взглянул на успевшую перемазаться в машинной смазке сестру и, вздохнув, потянул её к креслам, на ходу вытаскивая из кармана чистый платок.
   - Горе моё! Пятнадцать минут со взлёта не прошло, а ты уже выглядишь так, словно вручную разобрала двигатель этого шлюпа. - Бормотал он насупленной егозе, старательно оттирая её лицо и руки. М-да, а ведь если ставить реанимокомплекс, то придётся озаботиться водой. Не таскать же с собой магазинные кеги?
   Место будущей базы встретило нас гомоном и суетой. По расчищенной площадке, рыча, раскатывает строительная техника, слышны крики рабочих и редкий, но от того не менее смачный мат бригадиров. Работа идёт, и здесь, на границе букового леса и полонины уже можно видеть кое-какие результаты. В частности, короткую стометровую ВПП, на которую сел наш "Борей", сэкономив на режиме вертикального взлёта далеко не вечный ресурс двигателей. Чуть в стороне от полосы виден ангар, в который пилоты уже закатили шлюп, а рядом с ним строение поменьше. Судя по антенному полю на крыше, там должен находиться центр управления.
   Впрочем, я приехал сюда не для того, чтобы осматривать стройку. Точнее, эту стройку.
   - Георгий! - Окликнувший моего ватажника, Северский обошёл груду строительного мусора и с открытой улыбкой протянул руку Рогову. Меня он, как можно догадаться, не увидел вовсе. Отвод глаз, наше всё. А расхаживать здесь без него я не собирался, как раз во избежание встречи с Игорем Сергеевичем.
   В принципе, я мог бы и не прилетать сюда, ограничившись получением информацией с фиксатора Жорика, но уж очень хотелось пройтись своими ногами по будущей базе, лично поприсутствовать при беседах со строителями и с Северским. Не из недоверия к ватажнику, совсем нет. Но, в конце концов, реальным заказчиком строительства являюсь именно я, а значит, и контроль происходящего здесь, тоже лежит на мне. В противном случае придётся взвалить ответственность за любой провал на Рогова, что было бы, как минимум, нечестно, учитывая его нулевой опыт в подобных вещах, и тот факт, что сам Жорик не имел возможности отказаться от выполнения порученной ему работы. Заодно, кстати, посмотрю, как он справляется с задачей.
   Зал оказался огромен и темён. А ещё здесь царит тишина. Полная, абсолютная. Но с появлением в нём нашей небольшой компании, всё изменилось. Тихо зарокотал генератор и на пятиметровой высоте, вдоль стен вспыхнула цепочка ярких ламп, моментально осветивших полусферу зала. Полированные своды заискрили, заиграли бликами, бросая яркие отсветы на невыразительно-серый, словно рифлёный пол. И мы замерли.
   - Ну и как вам, результат моего труда? - С гордостью осведомился Северский.
   - Это потрясающе. Вы действительно настоящий мастер Тверди. - Ошеломлённо произнёс Георгий. Полностью поддерживаю. Создать такое всего за месяц... я в восторге! Какие "вои", какие "гридни"?! "Каменные шипы", "стены", "шрапнель"... ерунда всё это. Игрушечки-войнушечки. Куда им до этого шедевра, созданного волей одного-единственного человека! Шедевра, что может простоять века, если не тысячелетия.
  

Глава 2. Кто куда, зачем, о чём...

   Хозяин кабинета проводил взглядом направившегося к выходу помощника и, непроизвольно дёрнув щекой, уставился в окно, за которым привычно сиял золотом "Иван Великий".
   - Ну что? - Осведомился, неслышно появившийся в кабинете посетитель, вынырнувший из-за тяжёлой портьеры, скрывавшей узкую невысокую дверь в соседнее помещение. - Твоё мнение?
   - В их верности сомневаться не приходится. - Медленно проговорил Михаил, оторвав взгляд от окна. - Да, они оба весьма недовольны происшедшим, но продолжать служить будут с тем же рвением, как и прежде.
   - Ты уверен в этом? Благодаря твоей игре, они потеряли солидный и, самое главное, невосполнимый ресурс. Более того, кое-кто даже лишился будущего зятя. - Спросил посетитель, совершенно непринуждённо усевшись на стул перед огромным рабочим столом цесаревича. Впрочем, хозяина кабинета, такое наплевательское отношение к этикету даже не удивило. Его сейчас беспокоило другое, и гость, прекрасно это понимая, с мастерством достойным лучшего применения, давил на болевые точки цесаревича.
   - Абсолютно. - Процедил он сквозь зубы.
   - А то, что они сплавили своих детишек подальше от света... и от тебя? Как это расценивать? - Спросил визитёр, делая вид, что не замечает полыхнувшего злостью взгляда Михаила.
   - Осторожность и забота о родне. - Отрезал тот. - Я бы на их месте поступил так же. Если уж противник сумел нанести удар по моим эфирникам, и даже выкрал молодого, но известного своей силой мастера, то его ученицам сам бог велел спрятаться в самую тёмную нору и не высовываться оттуда, пока проблема не будет разрешена.
   - Что ж, пусть так. - Неожиданно отступил визитёр и, стерев с лица холодную полуулыбку, договорил куда тише и серьёзнее, даже сменив форму обращения. - Возможно, вы не лишились их верности, и я верю, что они будут так же ревностно служить вам, как и раньше. Но вот доверие этих людей вы потеряли. И, ваше высочество, молите бога, чтобы ваша игра вскрылась после того, как они оставят свои посты. А лучше, после их смерти. Иначе более верных и последовательных... врагов у вас не будет.
   - А ты? - Вырвалось у цесаревича.
   - Я? - Недоумённо приподнял седую бровь его собеседник.
   - Да, ты! - Вздёрнув подбородок, настойчиво повторил Михаил. - У тебя разве нет повода стать моим врагом?
   - Есть. - Невозмутимо кивнул тот, своим признанием изрядно выбив из колеи цесаревича. - Повод есть. Возможности нет. Как и выбора.
   - Монстр. - Тихо произнёс Михаил и услышал в ответ тихий, продирающий внутренности холодом смешок.
   - Верно. - Утвердительно кивнул гость. - Я бездушная тварь, отрёкшаяся от своей крови, ради моего сюзерена и его страны. Монстр, как и твой отец, сейчас железной рукой наводящий порядок в собственном доме, и уже претендующий на звание "Палача" в учебниках, как покойный Георгий Громов в своей одержимости готовивший из внука бомбу, как сотни бывших патриархов боярских родов, добровольно передавших главенство своим детям и уехавших в чужие земли, чтобы не ввергнуть страну в бессмысленную мясорубку всех против всех. Мы все монстры, да. Наследники Великой войны. А ты, пока, глупый юнец, возомнивший себя гроссмейстером, но до сих пор не научившийся ценить имеющиеся ресурсы.
   - Чего ты хочешь? - Устало спросил цесаревич, с невольной дрожью взирая на собеседника.
   - Ничего. - Тот мотнул головой, поднимаясь со стула, но, уже оказавшись у прикрытой портьерой двери, обернулся. - Наше время не бесконечно, ваше высочество, а польза, которую старые, помешанные на крови волки могут принести государству, огромна. Подумайте об этом.
   Тихо хлопнула низкая дверь и в кабинете воцарилась тишина.
   - Помешанные на крови волки... - Почти прошептал цесаревич, буравя невидящим взглядом портьеру, за которой скрылся его гость. Но уже через миг в его глазах зажёгся чуть сумасшедший огонёк - Старая тварь! Как он сказал? Наследники войны? Нет... Последняя когорта победителей! И я, чёрт возьми, заставлю их ещё раз послужить короне.
   Наследник престола ткнул пальцем в экран вычислителя, послушно развернувшийся над столом.
   - Государь. - Михаил склонил голову перед появившимся изображением.
   - А, сын... слушаю тебя.
   - Я хочу просить вас об аудиенции. - Безэмоциональным тоном выдал цесаревич. Отец смерил его удивлённым взглядом, но, уже через секунду, словно вспомнив о чём-то забавном, усмехнулся и кивнул.
   - Через час в Малахитовой шкатулке. - Бросил правитель, и экран вычислителя погас сам собой.
   Наследник еле заметно улыбнулся и, проведя ладонью по тяжёлой столешнице, обитой старомодным зелёным сукном, повернулся к шкафу с документами. У него есть сорок пять минут на подготовку,
   - Думаешь, получилось? - Государь перевёл взгляд на того же визитёра, что только что взбаламутил его сына, но тот пожал плечами.
   - С некоторых пор я не даю прогнозов в отношении столь молодых людей. - Проговорил гость.
   - Ладно, подождём его самого. - Вздохнул его собеседник и указал визитёру на небольшой, скрытый от глаз обычных посетителей, шкафчик в углу комнаты. Тот понятливо кивнул, и минуту спустя, мужчины, расположившись в удобных креслах, наслаждались мягким ароматом "шустовского" коньяка.

* * *

   Как я и обещал, Рогову пришлось взять несколько уроков управления шлюпом. Точнее, я просто направил его на обучение к "нашим" пилотам. Конечно, вести воздушный бой за пару месяцев он не научится, но так и "Борей" вовсе не истребитель. Другое дело - боевое маневрирование. Вот эту часть обучения, после пары вылетов с капитаном шлюпа, подтвердившим достаточность моей квалификации, я взял на себя, благо азы этого дела, как выяснилось, я ещё неплохо помню. Противозенитный манёвр, "змейка", пикирование и прочие радости, отчего-то не показались Жорику такими уж интересными, но учился он серьёзно и плотно, как привык в университете. А вот Инге, на время наших учебных полётов прочно устроившейся в кресле бортинженера, эта игра понравилась, как "американские горки". Восторженных писков было море.
   Я же кайфовал и... недоумевал. Там, в прежней жизни, я относился к полётам, лишь как к необходимым, да и то нечасто, навыкам, и никогда не испытывал какой-то особой радости от управления самолётом или вертолётом. Здесь же, стоило в руках оказаться штурвалу и меня просто накрывало волной удовольствия. Радость так и пёрла. Я искренне наслаждался каждым манёвром, а послушная машина, кажется, реагировала даже не на управление, а всего лишь на оттенки мыслей!
   И лишь спустя несколько занятий, до меня дошло. Причиной озарения стал сон-воспоминание, в котором я, будучи двенадцатилетним мальчишкой, летал на дельтаплане. Вот только в моей прошлой жизни, такого момента не было. Впервые в небо я поднялся в брюхе семьдесят шестого ИЛ-а, уже будучи курсантом, а дельтаплан, как и "крыло" появились в моей жизни ещё позже и, опять же, никогда не вызывали особого удовольствия. Всего лишь способ достижения цели, выполнения задачи, не более. В общем, несложно было понять, что накрывавшие меня в полёте чувства были не моими, точнее... моими, но ТОГО Кирилла. Вот кто любил небо беззаветно и преданно, как только может любить его прирождённый лётчик. Напугало ли меня это осознание? Ничуть. Я скорее благодарен этому стойкому пареньку за подаренную радость, и надеюсь, что где бы ни оказался, у него всё в порядке и... он исполнил свою мечту о полётах. Очень надеюсь.
   А время бежало и заставляло меня рваться на части. Тренировки учениц, настропалившихся водить за нос и глушить противника в лучших традициях диверсантов и ориентирующихся в лесу не хуже, чем в родной спальне. Полёты с Жориком и занятия руникой с Ингой. Сопровождение грузов на наконец достроенную базу и организация её временной охраны. Установка оборудования и разворачивание мастерской... Дел было море, и везде нужно успеть и всё проконтролировать. Кто бы знал, с каким удовольствием я свалил часть этого груза на своих учениц, когда они всё же выбрались из леса, заслужив за последний месяц "игры" изрядное уважение и даже некоторую опаску со стороны дружинников Бестужева, составлявших им компанию в этой "Зарнице".
   Сентябрь наступил незаметно и неумолимо. Мы начали готовиться к переезду в приграничье, и тут выяснилась одна вещь, о которой все как-то дружно забыли, а единственный помнивший о ней человек, не пожелал извещать о проблеме. Ну, признаюсь, честно, оказавшись на месте Инги, да в её возрасте, я бы, наверное, тоже постарался умолчать об этой... га... радости. Школа. За всеми пертурбациями весны этого года, мы напрочь позабыли о том, что девочку нужно устроить в школу. Ну уж, я-то точно забыл. А Жорик? Рогов только переводил беспомощный взгляд с меня на свою сестру и молчал. Рассчитывал на атамана? Может быть. Но, извините, с какого перепугу?! Может быть, я за своего ватажника и шнурки завязывать должен?
   - Ладно, что уж теперь. - Успокоившись, я вздохнул и покосился на отползшего в уголок Георгия. Кажется, переборщил с давлением. - Жорик, берёшь документы сестры, и отправляешься в Москву. Департамент образования тебя ждёт. Но сначала заглянешь в полковой госпиталь к Нулину, он тебе выдаст справку для Инги. Уже вооружившись ею, отправишься к чиновникам от образования и напишешь заявление о продлении срока домашнего обучения. Ясно?
   - Так точно. - Вытянувшись во фрунт, гаркнул моментально просветлевший Рогов. При его комплекции весла и абсолютно "ботаническом" виде, подобный жест выглядел просто смешно. Настолько, что даже мелкая не сдержала смешка. Впрочем, Рогову было сейчас плевать на всё. Проблема, так неожиданно влупившая ему по голове, оказалась решаемой, и эта мысль, кажется, отправила настроение замотанного летними событиями и делами ватажника высоко-высоко в небеса.
   Поморщившись, я притушил восприятие и, отвернувшись от облегчённо вздыхающего Рогова, набрал на коммуникаторе номер старого знакомого. Нулин ворчал, Нулин ругался на "лоботрясов, которым даже котёнка доверить нельзя", но всё же дал добро на визит Жорика, и отключился.
   - Кирилл, а ты не боишься, что он может тебя сдать? Пусть даже нечаянно? - Спросила Ольга, внимательно наблюдавшая за моими действиями.
   - Не боюсь. - Мотнул я головой, всем видом давая понять, что не намерен распространяться на эту тему. Невеста поняла и не стала настаивать на объяснениях. Нет, возможно, позже она и попытается выяснить причины такой моей уверенности в докторе, но устраивать "допрос" под взглядами остальных учениц, Жорика и мелкой егозы, не станет. А вдруг дело окажется серьёзным, и я упрусь рогом, не желая просвещать её в этом вопросе? Нет, Ольга достаточно умна, чтобы не оконфузиться, давая понять окружающим, что есть вещи, о которых некий Кирилл Николаев отказывается рассказывать даже своей невесте. На чём и играю. Бессовестно.
   Как итог, уже к вечеру довольный Рогов, отправленный мною в Москву всё тем же "Бореем", отзвонился, чтобы поделиться радостью по поводу успешного выполнения задания. А уж как ликовала Инга, всё это время нервничавшая от упомянутой мною перспективы загреметь в школу с полным пансионом, это что-то. Ну да, я, такая мстительная скотина, не стал напоминать о своём обещании не оставлять девочку в одиночестве. А нечего было утаивать вопрос школьного образования! Сама себя наказала, хитрюга малолетняя.
  

Глава 4. Солнце ещё высоко

   Наёмники, найденные Роговым для охраны базы на время строительства, взяли расчёт и, погрузившись в "Борей", отправились домой, за Уральский хребет. Рано? Возможно. Но теперь, держать здесь чужих людей нельзя. Оборудование доставлено, в Зале вовсю кипит его установка, на которой вся наша команда буквально упахивается так, что не всегда есть возможность добраться до жилых модулей, и кто-то то и дело кемарит среди ящиков с ещё не распакованной аппаратурой. В деле охраны полагаемся на дежурных в "Визелях" и временную систему раннего обнаружения, раскинутую Ольгой в первые два дня нашего здесь пребывания.
   Но любая работа рано или поздно заканчивается, так что спустя неделю я проснулся в нашем с невестой модуле и, открыв глаза, недоумённо огляделся. Обстановка в кубрике какая-то незнакомая... даже не так, странная. Точно! Солнце бьёт в глаза через узкие смотровые щели под потолком, чего я прежде не видел...
   Постепенно, до сонного, измотанного постоянным недосыпом, но на сей раз почему-то весьма резво соображающего разума дошло: конечно, не видел! Всю эту авральную неделю просыпался задолго до рассвета и мчался на работы, то шататься по периметру в "Визеле", охраняя базу, то устанавливать "плети" фиксаторов, то в Зал, возиться с громоздкой техникой, показывать которую местным было бы идиотизмом чистой воды. А сегодня, я впервые проснулся не от зуммера будильника посреди ночи, а почти в полдень, выспавшийся и свежий, как огурчик. Хм, это ж сколько я спал?
   Взгляд сам собой метнулся к браслету, послушно высветившему время, и я вздохнул. Ну да, почти полдень, ага. Половина третьего дня, если быть точным. А спать я лёг сразу после ужина, то есть, в двенадцатом часу ночи. Итого, около шестнадцати часов сна. Две трети суток. Нехило ухо придавил! Но ведь имею право. Первичная система контроля проложена, установка оборудования завершена, и база, наконец, может считаться функционирующей... в первом приближении, конечно, так не всё же сразу! По крайней мере, мы уже готовы принимать заказы на ремонт тактических комплексов, а при необходимости, и постройку их демилитаризованных версий. Ну а окончательную "доводку" базы можно вести уже в процессе работы и по мере увеличения штата.
   Кстати, о штате! Надо бы выбраться из постели, привести себя в порядок и собрать команду для беседы. Заодно и позавтракаем. Или пообедаем? А, один чёрт, жрать будем!
   Осторожно покинув кровать, чтоб не побеспокоить спящую без задних ног Олю, я отправился в душ, а после, приведя себя в порядок и одевшись в боевой комбез, давно ставший привычным для всей нашей команды, за исключением разве что Роговых, двинулся на поиски еды. В кухонном блоке, расположенном в двух переходах от нашего с Ольгой модуля, я оказался первым. Нет, это не я такой "жаворонок", просто бодрствовавшие близняшки, взявшие на себя ночную вахту, уже успели совершить налёт на кухню, и вновь скрылись в блоке охраны. А вот остальные обитатели "Апецки", кажется, действительно продолжали очень медленно моргать в своих постелях.
   Проверив холодильник на предмет чего-нибудь съедобного, не требующего долгих стояний у плиты, я с сожалением вынужден был признать, что лени придётся отдохнуть. За прошедшую неделю, увлечённые делом и нежелающие тратить время на готовку, мы, кажется, успели уничтожить всё быстроразогреваемое или не требующее разогрева вовсе. Остались, разве что, армейские ИРП-ы, купленные Роговым с моей подачи, и завезённые на базу в качестве неприкосновенного запаса. И это не есть хорошо. Нужно будет сгонять в город за восполнением запасов. А пока... пока мне предстоит озаботиться приготовлением полноценного завтрака на всю команду. Хех, невелика плата за возможность оправданно устроить побудку этим суркам. Зловредный? Нет, правильный командир. И как всякий правильный командир уверен, что если я не сплю, то и личный состав должен быть бодр, весел и... занят. Желательно, чем-нибудь общественно полезным, но и работа ложкой тоже сойдёт. По крайней мере, сегодня - точно. Всё же команда за эту неделю действительно выложилась на все сто, а значит, имеет полное право на отдых. Ну а приготовленный мною завтрак пусть считают частью награды за трудовой подвиг.
   Кстати, стоит добавить ещё один пункт к предстоящей беседе. Поваров у нас здесь не будет ещё долго, а кушать, как ни странно, хочется каждый день. Вот и введём уже опробованную в подвалах "Девяточки" систему дежурств по кухне. Нужно будет только правильно состыковать её с вахтами, но это уже другой вопрос.
   Закончив с приготовлением завтрака, я окинул взглядом кухню, покосился на коммуникатор и, махнув рукой на злодейские планы побудки учениц и Роговых, убрал большую часть приготовленного в тёплый шкаф, начал собирать поднос. Хреновый из меня командир, выходит, если я готов променять издевательства над подчинёнными на подачу завтрака невесте в постель.
   - Оладушки... с вареньем. - Сквозь сон пробормотала Оля, расплываясь в улыбке... и открыла глаза.
   - Малиновым. - Подтвердил я сонную догадку невесты, осторожно устраивая поднос на тумбочке рядом с кроватью. А что делать? "Постельный" столик, как оказалось, не входит в комплектацию обычного жилого модуля.
   Любуясь, как довольная, словно кошка, Ольга уплетает оладьи, запивая их чаем с лимоном, я всё же нашёл в себе силы отвлечься от этого умиротворяющего зрелища и присоединился к ней. Всё же, я тоже пока не завтракал. А есть-то хочется!
   - Учитель у меня, натуральная сволочь, а вот жених самый лучший! - Заключила Ольга, наградив меня долгим поцелуем и, с толикой сожаления глянула на опустевший поднос.
   - В душ я тебя, так и быть, отнесу. А вот в столовую за добавкой пойдёшь сама.
   - Эх... такой момент испортил. - Деланно печально вздохнула невеста, выбираясь из кровати. И взвизгнула, когда я, подхватив её на руки, направился в сторону душевой. - А может и нет... Спинку потрёшь?
   - А как же добавка? - Спросил я, когда за нами закрылась дверь санузла.
   - М-м... обойдусь. - Решительно мотнув гривой распущенных волос, заявила невеста и, соскользнув с моих рук, потянула в душ. Но почти тут же остановилась и, глянув на мой наряд, недовольно покачала головой. Короткий жест ладонью, и комбез, вынесший установку натяжного стенда, осыпался на пол непритязательной кучкой жёстких ниток, а вместе с ним развеялось и бельё. Я фыркнул.
   - Однако, если ты так же поступала с противниками в лесу, то я не удивлён их осторожности во время ваших встреч. Бегать по болотистой местности в разгар лета голышом... не самое приятное занятие. Хотя, комары, наверное, были счастливы. - Проговорил я.
   - Издеваешься? - Притворно насупилась Ольга, стягивая с себя клочки одежды, что она, по какому-то недоразумению, называет бельём.
   - Горжусь. - Честно ответил я. - Ведь это не какая-нибудь жутко секретная родовая техника соблазнителей из рода Бестужевых?
   - Р-р! - Сверкнув глазами, Ольга выхватила из держателя душевую лейку и обдала меня потоком холоднющей воды. Точнее, попыталась. Струи ударились о выставленный щит и стекли на пол, а я шагнул вперёд, заставив невесту попятиться. Крутануть вентиль, отобрать и вставить исторгающую теперь уже приятный тёплый поток воды лейку обратно в держатель, прижать к себе фырчащую девушку. Вот теперь можно и договорить, поскольку, сама Ольга, кажется, так и не поняла, что именно она только что сотворила.
   - Так что там насчёт техники? - Спросил я, когда невеста перестала пытаться выбраться из объятий и, угомонившись, прижалась ко мне всем телом. Впрочем, судя по тому, как скользят её ладошки по моей спине, насчёт "угомониться" я поторопился.
   - Кир! - По спине полоснули острые ногти.
   - Шучу я, шучу. - Погладив Олю по влажным волосам, произнёс я. - Но если это не техника, то...
   - То что? - На этот раз во взгляде невесты не было и намёка на игру. Серьёзный такой взгляд, вопрошающий.
   - Оленька, ты, наверное, ещё не проснулась. - Посочувствовал я отказывающейся трезво размышлять девушке. Правда, чем сильнее она ко мне прижимается, тем меньше я сам готов думать... верхней головой, по крайней мере. И невеста, кажется, это тоже заметила. Вон какой блеск в глазах.
   - М-р-может быть. Но ведь ты мне поможешь... проснуться, а? - Мурлыкнула она мне в ухо. Вот чёрт! Доигрался. Теперь к этому вопросу мы не вернёмся ещё час, как минимум!
   Так и вышло. Душ, постель, душ... и повторить по желанию королевы. Если бы не Инга, прибежавшая поблагодарить за "вкусные оладушки", думаю, нам и трёх часов не хватило бы. А так, пришлось выбираться из модуля. Обещал же себе устроить "совет в Филях" с командой, вот и пришлось наступать на горло собственным низменным позывам. Всё ради общества, ага... С другой стороны, будет повод объявить об успехе Ольги во всеуслышанье. Простимулирую учениц на свершения, так сказать. Объявив общий сбор в столовой уже успевшим разбежаться по расположению обитателям базы, я устроил довольную и пышущую энергией невесту за столом, а сам, подхватив крутящуюся вокруг мелкую егозу, повёл её на кухню, искать для нас с Ольгой очередной перекус. Хождения из душа в спальню и обратно, оказывается, вызывают дикий аппетит!
   И ведь нашёл. Значит, не зря я корпел у плиты добрый час. Не смогли мои ученички сожрать всё приготовленное за раз! Это радует.
   К тому моменту, когда в столовой собрался весь "личный состав", мы с Ольгой, при небольшой помощи Инги, оккупировавшей банку мёда, успели ополовинить оставшееся блюдо оладьев.
   - Котяра. - Фыркнула Елизавета, заметив мой чуть осоловевший, умиротворённый взгляд на входящих в помещение учениц и Жорика.
   - Счастливый котяра, прошу заметить. - Я воздел указательный палец к потолку. - И у меня есть для этого замечательный повод.
   После этого заявления зафыркали уже все присутствующие, явно сдерживая смех, а Ольга, отчего-то покраснев, вдруг ткнула меня локтем в бок. Не понял? Что я такого сказал-то?! Тьфу!
   - Меня окружают извращенцы. - Вздохнул я, возведя очи горе, но тут же сменил тон и обвёл серьёзным взглядом учениц, моментально почуявших эту перемену настроения. Рогов чуть запоздал, правда. - Итак. У меня два объявления для вас, друзья мои. Первое. Как вы заметили, мы закончили установку рабочего оборудования, и готовы приступать к исполнению заказов. С чем вас и поздравляю.
   - Рады ст-раться, ва-ше-ство! - От хорового ответа учениц я даже чуть поморщился, настолько звонким и громким он оказался. Инга же, ничтоже сумняшеся, поковырялась пальчиком в ухе и вздохнула.
   - Не, не извращенцы. Идиоты. Кто ж так орёт в закрытом помещении? - Выдала мелкая, после чего показала опешившим от её наглости ученицам язык и, схватив ополовиненную банку с мёдом и остатки оладий, слиняла на кухню, по ходу дела, ловко увернувшись от вразумляющего подзатыльника брата.
   - И вторая новость. - Решив проигнорировать выступление Инги, я повернулся к невесте. - Среди нас появился человек, поднявшийся до потолка своих способностей. Поздравляю вас гриднем, Ольга Валентиновна.
  

Глава 5. Лекции там, лекции тут

   Оно того стоило. В самом деле стоило. Вытянутые в удивлении лица учениц, ошеломление Жорика... и мерный звук железной ложки, скребущей по стеклу. Инга.
   Ухмыльнувшись, я щёлкнул фиксатором коммуникатора, сохраняя на память эту картинку. И от имитации звука фотозатвора, застывшая на миг сценка буквально взорвалась движениями и звуками. Девчонки пищали и трясли Ольгу, не сводящую с меня застывшего, полного непонимания взгляда, Рогов тихо, почти беззвучно матерился... и только Инга продолжала с невозмутимой деловитостью выскребать из банки остатки лакомства. Из литровой банки, ещё пару минут назад наполовину полной. У неё ничего не слипнется, а?
   - Но, как это возможно... - Тихо произнесла Елизавета, присев напротив меня за столом, пока остальные ученицы крутились вокруг Ольги.
   - Не веришь? - Улыбнулся я.
   - Верю, но... это противоречит всему, что я знаю о развитии стихийной одарённости. - Покачав головой, отозвалась Посадская.
   - Просветишь? Кратко. - Улыбнулся я.
   - Ну, если кратко, то известны два способа развития контроля... "Долго, нудно, постепенно" и "Быстро, больно, я щас сдохну". Но ни тот ни другой, в нашем случае, как ты говоришь, не катят. Тем более, что второй хорош лишь на заключительном этапе, когда одарённый уже и так близок к потолку своих возможностей.
   - Кстати, да! - Рядом тут же очутились близняшки, а следом за ними подтянулись и остальные участники действа, за исключением Инги, которой, кажется, было вполне комфортно на высоком табурете у кухонной стойки. Лина покосилась в ту сторону, но узрев пустую банку из-под мёда, тяжело вздохнула и вновь переключилась на меня. - Нам всегда говорили, что подобный "взрывной" рост можно обеспечить только запредельными нагрузками на тело и разум. А наш лесной поход вряд ли можно отнести к таковым.
   - Уверена? - Фыркнула Вербицкая. - Лично я не удивилась бы, узнав, что за время похода достигла уровня старшего воя. Совсем не удивилась бы.
   - Ерунда. - Поддержала сестру Мила. - Ты, Машенька, просто не в курсе дела, подобная информация обычно служилым недоступна. По крайней мере, не слишком родовитым служилым. Но наш выход на пленэр, если пользоваться терминологией учителя, совсем не то, что могло бы вызвать у Оли столь стремительный рост в контроле стихий.
   - Опять ваши заморочки насчёт "худородных", да? - Скривилась Мария. Близняшки, переглянувшись, пожали плечами, явно не зная, что ответить на такой наезд... чтоб не обидеть подругу. А вот Елизавета нужные слова нашла.
   - Вовсе нет, Маш. Это не оскорбление и не попытка унизить. Просто, у действительно древних родов, заботящихся о боевой составляющей своего дара, есть собственные, весьма действенные, хотя и жестокие методы по скорейшему развитию дара. Очень старые наработки, ещё тех времён, когда вотчинные бояре обязаны были являться на боевую службу "конно, людно и оружно". И одним из таких методов, кстати, до сих пор применяющихся почти повсеместно, был бой. Лютый бой, фактически, мясорубка. То есть, погружение одарённого в среду, крайне неблагоприятную, как психически, так и физически, где он, пребывая на грани жизни и смерти, вынужден применять максимум своих умений и способностей, чтобы просто выжить. Именно это нахождение на грани с постоянным использованием дара и гарантирует быстрый рост контроля стихий, иногда вплоть до достижения потолка всего за несколько месяцев. Собственно, это и есть одна из причин, почему многие одарённые до сих пор отправляют своих детей "грызть горбушку наёмника" в СБТ, Азию или Южную Америку. - Договорив, Елизавета выжидающе уставилась на меня.
   - М-да, полагаю, это не наш случай. - Тихо вздохнула Маша, и присутствующие поддержали её согласными кивками. - А других способов быстрого роста не существует?
   - Почему же? - Пожала плечами Посадская, не дождавшись от меня ответа. - Препараты определённой группы тоже могут ускорить развитие, но в виду их цены, а также учитывая, что медикаментозный курс рассчитывается сугубо индивидуально и применяется только под постоянным контролем квалифицированного медика, стоимость его... в общем, сама понимаешь. Мало того, подобный подход применим далеко не ко всем одарённым, и к тому же не исключает обычных тренировок. Скорее, наоборот, под воздействием препаратов, человек должен посвящать тренировкам, как минимум, восемь-десять часов в сутки. В общем, тоже, та ещё живодёрка с потогонкой получается. А у нас и этого не было.
   - Но тогда... как? - Озвучила вопрос всех учениц разом, Вербицкая.
   - Эфир. - Щёлкнула пальцами Ольга и, заметив взгляды окружающих, пожала плечами. - Нет, ну а что, вы видите какие-то иные особенности в нашей подготовке?
   - Дошло, наконец. - Вздохнула из своего угла Инга, возведя очи горе.
   - Мелкая, ты что-то мяукнула? - Тут же прищурилась невеста.
   - О да. Кирилла пожалела. - Ядовито отозвалась та. - Похоже, из всех его учениц, я, хоть таковой и не являюсь, единственная, кто действительно слушает, о чём он говорит на лекциях.
   Ну, в данном случае, егоза несколько передёргивает. На ежедневных тренировках, я не так уж много времени уделяю какой бы то ни было теории, хотя и стараюсь всегда объяснять что и для чего мы делаем. А вот самой Инге, во время наших занятий руникой, я неоднократно давал куда более развёрнутые пояснения, в том числе и по своему видению Эфира. Но... уела мелкая. Уела.
   Чёрт, я не я буду, но сделаю из неё такого спеца, что царские подшефные от зависти передохнут.
   - Кирилл! Ты-то что молчишь? - Ольга смерила меня возмущённым взглядом. Не понял? Я что, должен даже от этой "виннипушки" её защищать?! Да ну, на фиг. Сами разбирайтесь.
   - Что? - Вздохнул я.
   - Ну... я права, насчёт Эфира? - Неожиданно смешавшись, спросила Ольга. О! Кажется, до неё дошла вся глупость ситуации.
   - Права-права. И ты, и Инга. - Кивнул я и, не дожидаясь, пока невеста вновь вспылит, договорил, - Да, заслуга столь скорого твоего развития большей частью лежит на наших тренировках с Эфиром. Они повышают контроль куда быстрее, чем обычный метод зазубривания техник. Самое забавное, что это известно очень многим... А пользуются - единицы. Такие, как мой отец, например, или те же целители. Правда, у них, по большей части, это процесс неосознанный, связанный скорее с тем, что большинство используемых ими профессиональных техник, как раз и лежат в области Эфира.
   - Эм-м, это ты сейчас о чём? - Спросила Лина. Я повернулся к Посадской.
   - Скажи мне, о величайший из юных евгеников, в каком возрасте целители достигают своего потолка в развитии дара? В среднем, конечно.
   - Около двадцати восьми - тридцати лет. - Тут же отозвалась она.
   - Вот именно. Но вместо того, чтобы попытаться понять, почему в этом аспекте они, в целом, опережают обычных одарённых на восемь-десять лет, бояре заняты лишь тем, чтоб затащить самых молодых и сильных из них в свои рода, в надежде, что эту, в кавычках, способность можно привить, как склонность к стихии, например. И по-прежнему, словно и сто лет назад, продолжают смотреть на эфирников свысока. Где логика? Где разум?
   - Кирилл, а тебе-то это откуда известно? - Спросила Мила.
   - Записи отца. - Я ткнул себя указательным пальцем в лоб. А что? Сработало один раз, почему не сработает в другой? И действительно, близняшки тут же сделали понимающие лица и, задумчиво покивав, оставили тему в покое. Ну и слава богу, объяснять, что я сам себе птица-говорун и отличаюсь умом и сообразительностью, нет никакого желания. Всё же, одно дело, измышления малолетки, каким бы "учителем" он ни был, и совсем другое - исследования известного, пусть и в узких кругах, эфирника.
   Ну а пока Громовы многозначительно переглядывались под шепотки Ольги и Лизы, Инга успела просквозить мимо задумчивой Вербицкой и устроиться на лавке рядом со мной.
   - А как ты узнал, что Оля достигла своего потолка? - Спросила любопытная мелкая. И градус интереса вокруг значительно повысился... особенно, после того, как девушки увидели покрасневшие щёки моей невесты.
   - Помнишь, я рассказывал тебе о необходимости развивать чувствительность к проявлениям эфирных возмущений? - Я поспешил переключить на себя внимание присутствующих. Инга кивнула. - Так вот, имея опыт в сенсорике, ты можешь не только почувствовать творимую поблизости технику, но и определить её стихийный окрас, направленность и даже умение её создателя дозировать свои силы, вкладываемые в действие. Последнее, кстати, позволяет, пусть и косвенно, определить уровень способностей одарённого. Оля при мне создала эфирную технику на голом контроле, очень точно, без малейшего переизбытка сил, не вызвав даже мелкого паразитного возмущения в Эфире. Подчеркну, создала впервые и, при этом, мгновенно, без каких-либо запинок. Да, техника была несложной, да, она не требовала от создателя вложения огромной прорвы энергии, но её лаконичность... завершённость, если хочешь, говорит об идеальном контроле потока сил, проходившего через Ольгу. А это, в свою очередь, свидетельствует о чём?
   - О достижении твоей невестой потолка в развитии дара. - Утвердительно кивнула мелкая. - Я поняла.
   - Вот и замечательно. - Улыбнулся я. Чтоб все мои ученицы были такими же жадными до знаний, как эта кнопка! Я был бы счастлив!
   - Только один вопрос. - Неожиданно перебила мои мечтания Инга.
   - Да?
   - А что за технику она сотворила? - С о-очень ласковой улыбкой спросила она, стрельнув хитрым взглядом в снова покрасневшую Ольгу. Что я говорил о таких учениках? Убейте меня.
   - Ну... спроси об этом саму Олю. Ей, наверняка, будет интересно поделиться с тобой информацией об этом опыте. - Вывернулся я и, резко поднявшись из-за стола, увлёк Рогова прочь из столовой. Уже на выходе я обернулся и, поймав многообещающий взгляд окружённой девчонками Оли, тихонько фыркнул. Отомстит, как пить дать, отомстит. И ладно бы лично, я боюсь представить, что она может наболтать остальным ученицам... и Инге. Так, отбросить суицидальные мысли. Отбросить, я сказал. Что бы она не придумала, у меня всегда есть шанс отбиться... или откупиться. Например, десертами. Или тренировками. Долгими и тяжёлыми. Хех.
   Чёрт, со всеми этими расспросами, я совершенно забыл о "повестке дня". Эх, ладно, не горит, перенесём на вечер. А пока, оставим хиханьки, и за дело. Размещение оборудования завершено, работоспособность проверена, значит, пора навестить Стенича, напомнить о себе и, заодно, объявить об открытии рембазы.
   - Значит так, Жорик. - Остановившись на веранде у входа в столовый блок, я выудил из кармана сигарету и, привычно прикурив её от разогретого воздушного потока, повернулся к ватажнику облокотившемуся на подпирающий навес столб. - Пока ученицы шушукают и хихикают, а моя невеста строит планы жуткой мсти, мы с тобой займёмся общественно полезным делом. Иными словами, ты отправляешься в Водицу к Ракоци, с официальным уведомлением о начале нашей работы, а я в Рахов, в ЦС. Заодно навещу нашего общего знакомого, попробую пробить заказ. И не вздыхай. Руки в ноги, жопу в седло и вперёд...
  

Глава 6. На ловца и зверь бежит

   Бросив взгляд на сдвоенные жилые модули, жирной гусеницей вытянувшиеся под стеной верхней террасы, на которой возведена основная рабочая зона, ангары и ВПП, прикрытые маскировочной сетью, я довольно кивнул и, подав знак Рогову, направил "Лисёнка" к единственному выезду с базы. Квадр ватажника, взметнув из-под широких колёс облако пыли, послушно двинулся за мной. Обогнув короткую оборонительную стену перед воротами, мы выехали на небольшой пятачок перед бетонной "змейкой" на уходящей под уклон грунтовке, и тяжёлая створка бронированных ворот с еле слышным гудением встала на место. Расположенные в стенах по обе стороны от неё, автоматические спарки почти бесшумно повели стволами, заставив меня невольно поёжиться, а в следующую секунду, в визоре шлема мигнула пиктограмма "вставшего на взвод" охранного комплекса и по ушам ударил дуэт звонких девичьих голосов, настоятельно просивших вернуться до ужина. Ну да, близняшки бдят.
   Не в пример первому моему посещению Рахова, сегодня на улицах городка было шумно и многолюдно. Не сказать, что такой вид был совсем непривычен, всё же я здесь бывал уже далеко не единожды, но... первое впечатление, всегда остаётся самым ярким. Если не навсегда, то очень надолго.
   Впрочем, сегодня, кажется, здесь и впрямь многовато народа. Не сказать, что по улицам снуют толпы, но почти, почти. Тут и там виднеются компании, в которых наёмников от местных можно отличить лишь по нашивкам их отрядов. В остальном же, никакой разницы. Камуфляж и оружие есть у тех и у других. Разве что местные женщины не стремятся нарядиться в невыразительный и мешковатый "камок". Ну так и наёмницы, коих здесь немало, вне "работы" тоже предпочитают одеваться поярче, пряча брутальную "тактическую" одежду, поглубже в шкафы. Но с оружием в городе не расстаются и они. Конечно, ТСС не очень-то сочетается с каким-нибудь сарафаном, но ведь в городе вообще не принято шастать по улицам с тяжёлым или автоматическим оружием. Обходятся короткостволом. Мужчины носят его открыто на поясе, а женщины... держать в сумочке девятизарядный "Беррер" или, на худой конец, эллиот, что может быть невиннее? Кстати, учитывая, что скрытое ношение оружия в городе запрещено, это вполне можно назвать уступкой прекрасному полу... или сексизмом, если следовать логике некоторых убогих, поддавшихся заокеанским веяниям.
   В общем, безоружных здесь нет. Даже одарённые, априори не слишком нуждающиеся в подобной демонстрации, предпочитают не выбиваться из общей массы, и таскают с собой разнообразные пистоли. И ножи. Открытое их ношение, здесь традиция, и наёмники с удовольствием её подхватили, правда, своеобразно. Те же пастушьи "чепалики", как и многие другие результаты полёта мысли здешних кузнецов, их, по вполне понятным причинам, не устроили, так что наёмники стали открыто носить собственные "свинорезы", кому какие по душе. Думаю, если собрать клинки со всего Рахова, получится самая разношёрстая коллекция ножей, которую только можно представить. И кажется, на фоне некоторых экземпляров померкнут даже мои вполне себе экзотические кхукри. М-да, учитывая их и рюгеры в поясных кобурах, меня от местного общества наёмников отличает лишь рост, возраст, да отсутствие отрядной нашивки. Но ведь я и прибыл сегодня в Рахов, именно для того, чтобы в числе прочих решить вопрос создания отряда. И если мои расчёты верны, то уже завтра одним отличием станет меньше. Остальные же... что ж, это недостатки из разряда преходящих.
   Отделение Центра содействия встретило меня тишиной и прохладой. С кондиционированием здесь, как впрочем и с технической оснащённостью, явно всё в полном порядке... да и с охраной тоже. В этом я убедился, обнаружив в фойе две громады тяжёлых тактических комплексов. Знакомые по зимним событиям, "Гусары", то и дело жужжащие приводами плечевых стреломётов, в современном помещении, выглядящем, как присутствие солидной конторы, смотрелись откровенно дико, даже гротескно. Но изумила эта картинка, похоже, лишь меня одного. Остальные посетители, либо к ней давно привыкли, либо... имеет место быть профессиональная деформация. Да и чёрт с ними.
   Сняв шлем, я прошёл мимо рядов довольно удобных на вид кресел и, остановившись перед стойкой, окинул взглядом дежурно улыбнувшуюся мне барышню. Хм, а женский вариант униформы сотрудников Центра мне нравится. Весьма... облегающе, да.
   - Добрый день, чем я могу Вам помочь? - То, что улыбка дежурная, можно понять, взглянув в глаза стоящей напротив меня девушки. Там, кроме скуки и лёгкого намёка на снисходительность нет ровным счётом ничего. Что неудивительно, учитывая, кого она видит перед собой.
   - Добрый день. - Отзеркалив улыбку, я коротко кивнул в ответ. - Мне необходим реестр документов для регистрации отряда и открытия листа заказов на площадке вашего инфора.
   - Да, конечно. Одну секунду. - Девушка опустила взгляд, наманикюреные пальчики отстучали затейливую дробь по невидимой мною клавиатуре, а уже через несколько секунд на стойку лёг информационный кристалл угрожающе багрового цвета. - Прошу, ваш носитель. Идентификационный номер три нуля восемьсот сорок два. На нём вы найдёте полный комплект регистрационных форм. Копировать и переносить их на иные носители запрещено. При подаче документов на инфоре Центра, формы должны быть заверены индивидуальным ключом будущего командира отряда и только им. Здесь же, вы найдёте свод правил и установлений воеводства, обязательных для исполнения наёмными отрядами, и соглашение с Центром об информационном сотрудничестве. Настоятельно рекомендую ознакомиться с ними до подачи документов. Некоторые положения влияют на вопрос регистрации. Кардинально, я бы сказала.
   - Благодарю. - Ответив, чуть притормаживаю перед тем, как развернуться и уйти. - Скажите, а зачем нужны такие сложности с документами и носителями? Не проще было бы высылать регистрационные формы по запросу через "Паутинку", или напрямую, на коммуникатор?
   - Такова политика Центра. - Ещё одна механическая улыбка. - Я не вправе её обсуждать.
   - Что ж, и на том спасибо. - Покачав головой, я подхватил со стойки кристалл и, сунув его в карман на предплечье, покинул присутствие. М-да, и здесь облом. Стенич, в своё время, тоже не смог внятно ответить, зачем было так усложнять процедуру регистрации. Единственное, он предположил, что этот порядок сохранился ещё с тех пор, когда создание наёмничьего отряда проходило через присутствие воеводы и посадника, то есть, ещё в "бумажные" времена. Верить этому или нет, личное дело каждого. Я же, пожалуй, поверю своей паранойе и начисто снесу все личные файлы и сведения из банков памяти коммуникатора, с которого пойдёт регистрационная информация на инфор ЦС. Во избежание "накладок". Кстати, о Стеничах!
   Я глянул на часы в визоре шлема и, поддав огня "Лисёнку", помчался по знакомому адресу. Илона терпеть не может, когда гости опаздывают к накрытому столу, и сегодня, кажется, у меня были все шансы, чтобы заслужить гнев хозяйки дома Стеничей. А виной тому, целая колонна автотехники, непонятно как оказавшаяся на этой стороне Рахова, да ещё и на узкой, взбирающейся вверх по склону горы, улице. Единственной, кстати говоря, по которой можно быстро добраться до нужного мне дома. Нет, конечно, я мог бы сделать крюк, метнувшись по соседней улице, выбраться на гребень горы и уже оттуда спуститься к владениям Стеничей, но... это, пожалуй, заняло бы ещё больше времени. Пытаться же обогнать автоколонну, дело гиблое. Машины и так идут, едва не сдирая о заборы краску с бронированных бортов. Так что, остаётся только плестись у них в хвосте, глотая серую дорожную пыль.
   Каково же было моё удивление, когда вся эта железная "змея" втянулась в распахнутые настежь ворота нужного мне владения. Кажется, сегодня у Стеничей будет шумно. Очень.
   - О, молодой атаман! Рад видеть тебя в моём доме. Ты вовремя. - Неожиданно возникший рядом, хозяин дома хлопнул меня по плечу. И как только высмотрел среди всех этих машин и толпы народа.
   - Доброго дня, Михаил. - Кивнул я в ответ, пожимая протянутую Стеничем руку. - Торопился как мог, и вижу, не зря. Боюсь, с таким количеством едоков, опоздав, я бы был лишён удовольствия попробовать все те лакомства, до которых женщины вашего рода, такие мастерицы.
   - Отец? - Из толпы суетящихся во дворе людей, разгружающих машины, вынырнул рослый, худощавый мужчина в потёртом камуфляже и забитой разгрузке. От сына Стенича резко пахло потом, железом и оружейной смазкой. Кажется, отряд "Червонных пардусов" только-только закрыл контракт... Уж больно уставшие лица у наёмников и их командира.
   - Сын. - Кивнул в ответ старший Стенич, обнимая свою молодую копию. - Ты в порядке?
   - Да. - Твёрдо ответил тот, отстраняясь и, бросив взгляд в мою сторону, коротко "отпальцевал" отцу. Ну да, серьёзные разговоры при чужих не ведут.
   - Это замечательно. - Улыбнулся Михаил, и повернулся ко мне. - Знакомься, Кирилл. Перед тобой майор отряда "Червонный пардус", Владимир Стенич. Мой старший сын. Володя, позволь представить тебе этого молодого человека. Мой хороший знакомый и, как уверяют твоя матушка и Майя, весьма толковый техник. Кирилл. Он планирует открыть в наших местах ремонтную базу.
   - Уже открыл. - Я кивнул смерившему меня чуть удивлённым взглядом сыну хозяина дома. - Сейчас мои люди отдыхают после аврала, но уже через пару дней мы будем готовы принять первые заказы.
   В этот момент нас отвлёк тяжёлый грохот, раздавшийся со стороны одной из дальних машин. Обернувшись вместе со Стеничами на звук, я увидел, как по откинутой аппарели, со скрежетом катится рухнувший плашмя обгорелый ТТК. Под матерный крик, машина, весом почти в тонну, тяжко рухнула на утоптанный до каменной твёрдости грунт, подняв вокруг облачка вездесущей пыли.
   - Неужто, настоящий "Лось"? - Изумился я, разглядывая распластавшийся на земле низкий тактический комплекс, отметив характерный для этой модели, высокий гаргрот, скрывающий под собой движок машины и давшие ей название, разлапистые "рога" антенн, выступающие по обе стороны от глухого, закрытого бронещитком "фонаря" кабины, точно над боевыми манипуляторами. А кроме того, я увидел следы недавнего боя. Многочисленные сколы и борозды на броневых плитах, длинная трещина на матовой поверхности "фонаря", и отсутствие одной из шести "ходуль"... Этот ТТК явно побывал в серьёзной переделке. И хотел бы я знать, чем ему срезали ногу. Ровный оплавленный след. Техника Пламени или плазма? Если первое, то отряд повстречался в бою с опытным и сильным гриднем. А если второе, то у противника, с которым столкнулся "Пардус", денег просто куры не клюют. Плазменное оружие не редкость, но стоит дорого. Точнее, очень дорого.
   - Эльх, тип шесть в штурмовом исполнении. - Откликнулся Владимир, с нескрываемой жалостью глядя на ТТК. - Был. Теперь его только на свалку.
   - Уверены? - Прищурился я, под короткий смешок старшего Стенича, кажется, моментально угадавшего мои намерения. Надеюсь, он не станет вмешиваться в торг.
   - Ходовая убита, силовые тяги правого манипулятора разнесло вместе с ракетным контейнером. Бронеплиты по большей части только на смену. Движок... нет, движок, вроде бы в порядке, как и "мозги", в остальном же, дело швах. - Грустно перечислил повреждения машины Владимир. - Можно, конечно заменить уничтоженное, но цена... думаю, дешевле будет купить нового "Лося".
   - Вот как... И на какую же сумму вы рассчитываете? - Осторожно поинтересовался я. Младший Стенич нахмурился, а старший... Михаил, кажется, решил насладиться представлением, молча. И это хорошо.
  

Глава 7. Надежды юношей питали

   Вопреки моим надеждам, продолжить беседу нам не удалось. Стоило только мне завести речь о возможности ремонта "Лося", как мой визави тут же срочно понадобился своим подчинённым. Владимир небрежно извинился и ушёл, а я... я даже не успел объясниться! Наверное, у меня было уж очень забавное выражение лица, поскольку увидев, каким взглядом я провожаю удаляющуюся спину младшего Стенича, старший не сдержал хохотка.
   - Угомонись, Кирилл. Успеете ещё поговорить о делах. После обеда. А пока, пусть сын разбирает имущество и отправляет машины на тот берег. Не до ночи же им у меня на дворе стоять. - Заметил Михаил и кивнул в сторону просторного навеса, укрывающего от солнца длинный ряд широких и массивных столов, вокруг которых уже суетились женщины, накрывая их к обеду для прибывшего отряда. Что интересно, "сервировкой" занимались не только уже знакомые мне Илона с Майей, но и ещё пара весьма привлекательных дам, ещё не успевших сменить форму на цивильное платье. Однако, оперативность действий отряда впечатляет, ведь едва ли прошло полчаса с момента их появления во дворе этого дома. Или здесь нужно сказать спасибо административным талантам супруги хозяина?
   М-да, как-то не ожидал я попасть на такое многочисленное сборище. Старший Стенич ведь ни словом не обмолвился о том, что сегодня должен прибыть отряд его сына. Впрочем, глядя на раздолбанного "Лося" и пару убитых в хлам лёгких "Беофульфов", с матами выгружаемых с транспортника бойцами "Пардуса", не могу сказать, что такой поворот мне совсем не нравится. Скорее, наоборот. Ведь, одно дело - переговоры с представителем наёмничьего круга, и совсем другое, возможность получить первый заказ прямо здесь и сейчас.
   - О чём задумался, Кирилл? - Толкнул меня в плечо Михаил.
   - О деньгах, конечно. - Кивнул я в сторону раздолбанных тактических комплексов, и невольно поморщился, глядя как один из бойцов, подцепив "Лося" крюком, оседлал квадр и потащил ТК куда-то в дальний угол двора. Бедняга "Лось" скрипел, скрежетал и оставлял за собой полосу вывороченной земли. Очаровательно. Если они всегда так относятся к технике, не вижу ничего удивительного в том, что нормальные специалисты-ремонтники не хотят браться за восстановление пострадавших в бою тактических комплексов. Это ж дурная работа! Наёмники на одной погрузке-разгрузке убитой машинерии, наносят ей больше вреда, чем все ракеты противника.
   - Думаешь, сможешь это починить? - Осведомился Михаил, от взора которого моя реакция на действия наёмника точно не ускользнула.
   - Если его не добьют люди вашего сына, вполне. - Пожав плечами, ответил я.
   - Ну-ну. - Протянул мой собеседник, но тут же спохватился. - Ладно, об этом поговоришь позже с Владимиром. Пока же все заняты своими делами, мы с тобой пройдёмся, поговорим о наших. Согласен?
   - Разумеется. - Кивнул я. Старший Стенич тут же повернулся на сто восемьдесят градусов и потопал в сторону калитки, ведущей в сад за домом, и мне не оставалось ничего иного, как следовать за ним.
   Беседа вышла короткой, но весьма... ёмкой. За те четверть часа, что мы кружили меж фруктовых деревьев, заполонивших старый сад, мы успели переговорить о моих планах на ближайшее время, о возможной помощи старшего Стенича, ну и об оплате этой помощи, соответственно. Всё же, советник наёмничьего круга, это далеко не благотворительная организация.
   - Давай поступим следующим образом, Кирилл. - После недолгого молчания, проговорил Михаил. - Я посоветую Владимиру отдать тебе в ремонт повреждённые комплексы. Если твои люди справятся с работой, выполнят ремонт качественно и в срок, то и в дальнейшем я буду рекомендовать наёмникам обращаться с подобными заказами на вашу базу... за десять процентов от стоимости работ. Устраивает?
   - Пять процентов. И только за первое обращение. - Откликнулся я.
   - На ходу подмётки режешь. - Скупо улыбнулся Стенич. - Десять, это ведь стандартный процент посредника.
   - Лишь когда тот берёт на себя всю бумажную волокиту... или выступает гарантом сделки. - Напомнил я в ответ. - С бумагами у нас проблем нет и быть не может. А гарантии... ты же не станешь брать на себя такие обязательства, я прав?
   - Хм, прав. - Нехотя кивнул Михаил. - Ладно. Пять процентов, начиная с этого момента. Договорились.
   - Сына не жаль? - Ухмыльнулся я.
   - Отчего же? - Стенич задумчиво почесал заросший щетиной подбородок. - Эти деньги вернутся в семью, так чего ж мне жалеть?
   - Тоже верно. - Продолжить мысль, я не успел. Рядом с нами нарисовался одетый в вездесущий камуфляж, молодой человек лет восемнадцати, может двадцати на вид, в облике которого легко угадывались черты, как Михаила, так и Илоны.
   - Отец, добрый день. Матушка велела передать, что стол накрыт. Ждём только вас. - Бросив на меня короткий взгляд, произнёс он.
   - О, замечательно. - Стенич старший благодарно кивнул и, положив руку на плечо сына, уже собравшегося сбежать от нашего общества, легко его притормозил. - Знакомьтесь. Мой сын - Игорь, позывной "Чур", штурмовик отряда "Червонный Пардус" и супруг уже знакомой тебе Майи.
   На последних словах отца, Игорь ожёг меня злым взглядом. Вот это ревность, однако. Эх, гуталином бы ему морду намазать, и готов Отелло, хоть сейчас на сцену.
   - Кирилл. - Сделав вид, что ничего не заметил, с лёгкой улыбкой отозвался я, протягивая руку младшему сыну Стенича. - Квартирмейстер отряда "Гремлины".
   - Квартирмейстер... - Протянул со странной интонацией Игорь, пожимая мне руку. - Это по аналогии с начальником ХОЗУ?
   - Скорее, по аналогии с Сильвером. - Со смехом отозвался Михаил, и я не сдержал ухмылки. А что, действительно, сходство имеется, по смыслу, по крайней мере.
   Да, роман "Остров Сокровищ", пусть и весьма сильно изменённый с моей точки зрения, известен и здесь. Правда, о том, что написавший его капитан Джордж Норт, и конфидент короля Шотландии, Роберт Бэлфур одно и то же лицо, знают разве что исследователи творчества сего последователя Казановы и Дефо.
   А младший Стенич, похоже, намёка не понял. Что ж, его проблемы. Я переглянулся с удручённо качающим головой Михаилом, и тот развёл руками. Мол, кто ж мог предположить, что сынок не знает, чем отличались пиратские квартирмейстеры от квартирмейстеров регулярного флота.
   - Игорь... - Начал было старший Стенич, но тут же махнул рукой. - Идём, люди ждут.
   За столом на меня практически не обращали внимания. Разве что Илона с Михаилом, да Майя, под злое сопение мужа, время от времени втягивали в короткую ничего не значащую беседу, да Владимир изредка поглядывал с интересом в мою сторону. Остальным же двум десяткам наёмников, не было до меня никакого дела. А вот после позднего обеда, когда большая часть народа рассосалась по своим делам, пришло время для серьёзного разговора, и старшие Стеничи, прихватив по пути Владимира, утянули меня в уже знакомую беседку.
   - Итак. - Михаил сделал паузу, чтобы благодарно кивнуть жене, подвинувшей к нему поближе чашку с чаем. - Сын, Кирилл прибыл с предложением, которое должно тебя заинтересовать. Кирилл?
   - Как я уже говорил, наша команда занимается ремонтом боевой техники. Для этой цели, мы взяли в аренду участок земли и возвели на нём ремонтную базу полного цикла.
   - Техника моего отряда не нуждается в ремонте... - Качнул головой Владимир, но оборвал фразу под взглядом отца.
   - Вы противоречите сами себе и тому, что я видел во время разгрузки вашего каравана. - Улыбнулся я.
   - Тактические комплексы? - Нахмурившись, выдал майор отряда. - Они годны только на переплавку.
   - Позвольте судить об этом мне.
   - Вот как... - Владимир откинулся на спинку лавки и смерил меня долгим, изучающим взглядом. - То есть, в момент нашего знакомства мне не померещилось и вы, Кирилл, в самом деле считаете, что можете восстановить того же "Лося" до работоспособного состояния?
   - Именно так. - Кивнул я.
   - Ни одна мастерская в приграничье не возьмётся за такую работу. - Недоверчиво протянул Владимир.
   - Не сомневаюсь. У них просто нет необходимого оборудования. - Согласился я.
   - А у вашего отряда, выходит, такое оборудование есть? - Не скрывая скепсиса отозвался майор.
   - Как я уже сказал, наша мастерская позволяет проводить работы полного цикла. Разумеется, мы располагаем всеми необходимыми знаниями и аппаратурой для этого.
   - Отец, он серьёзно? - Повернувшись к Михаилу, спросил майор, заслужив тем самым, весьма недобрый взгляд от поднявшейся из-за стола матери. Ну да, пренебрежение отчётливое и ясное как день. С другой стороны, а как ещё мог отреагировать командир наёмничьего отряда на заявление наглого юнца, которого он видит впервые в жизни?
   - Мы с Кириллом договорились, что если он проведёт ремонт твоих ТК в срок, то я буду рекомендовать его услуги другим отрядам. - Пожав плечами, сообщил старший Стенич, провожая взглядом жену, скрывшуюся за дверью в летнюю кухню и тут же отвлёкся на запищавший на его руке браслет. Владимир же на миг застыл, прикрыв глаза, словно что-то просчитывая, после чего резко кивнул.
   - Что ж, пусть будет так. Я согласен передать в вашу мастерскую пострадавшие в бою машины... по остаточной стоимости.
   - Предлагаете мне ВЫКУПИТЬ этот хлам? - Искренне удивился я.
   - Вовсе нет. - Майор отчего-то зло усмехнулся. - Считайте это платой за участие семьи Стеничей в продвижении вашей мастерской.
   - Жаль, что мы не поняли друг друга. - Я поднялся из-за стола и повернулся к хмурому Михаилу. Тот не отреагировал, очевидно, был слишком занят, терзая свой коммуникатор, так внезапно потребовавший от него внимания. - Всего хорошего господа. Было приятно познакомиться.
   Я коротко кивнул обоим Стеничам. Старший, увлечённый работой с браслетом, вообще не отреагировал на мои действия, а младший лишь выдал издевательскую улыбку. Да чёрт с вами обоими. Пять шагов до калитки, ведущей из сада во двор, проскользнуть меж двух ещё не убравшихся отсюда транспортников, и оседлать "Лисёнка". Шлем на голову, поддать огня, и вперёд.
   Заметив, что ворота закрыты, я выстроил "линзу"-трамплин, и Рыжий, взлетев, в миг преодолел двухметровые створки. Ещё одна "линза". Колёса коснулись твёрдого грунта, жалобно скрипнули амортизаторы и мотоцикл, ударив шрапнелью щебня из-под заднего колеса по запертым воротам, рванул вниз по улице. Переговоры можно считать проваленными.
  

Глава 8. Лучшее средство от забот

   Было ли мне обидно? Нет, скорее, досадно. Я привык к тому, что меня воспринимают всерьёз, как взрослого человека, и столкнувшись со столь явным пренебрежением, был несколько обескуражен. И да, мне, разумеется, совсем не понравилось поведение Михаила Стенича, с которым мы, вроде бы, уже пришли к определённому соглашению. И такой вот поворот оверштаг в его исполнении, мягко говоря, не пришёлся мне по душе. За прошедшие пару месяцев я успел привыкнуть к взвешенности старого наёмника, и его сегодняшняя выходка изрядно выбила меня из колеи. Гнев? О да, я был крайне зол на Михаила, и только запредельным усилием смог сдержаться, не выдав своё состояние ни взглядом, ни мимикой, ни поспешностью. И лишь вырвавшись со двора Стеничей, я "отпустил вожжи" и, выдав матерную тираду, дал огня Рыжему.
   Остановив "Лисёнка" у знакомого заведения со скромным названием "У Мазо", я заглушил двигатель и, отыскав свободное местечко на открытой веранде, двинулся прямиком к нему. Не то, что бы во мне бурлил гнев, его я успел "переварить", пока нёсся по кривым переулкам Рахова, но осадочек, как говорится, остался, и недовольство следовало бы как-то погасить. А что может быть лучше для успокоения нервов, чем сигарета и чашка крепкого ароматного кофе? Только сигарета и чашка кофе с парой капель коньяка для аромата. Точно!
   Официант, ловко лавируя меж тесно составленных и большей частью занятых столиков, наконец, добрался до меня и, выставив на стол заказ, так же шустро удалился. Кофе в белоснежной чашке, столь же ослепительно белая сахарница, стакан холодной воды и хрустальная "капелька", в которой плещется глоток закатного солнца. Святящаяся мягким янтарём жидкость, ароматная и тяжёлая. Не коньяк. Его, к моему удивлению в меню кафе просто не оказалось. С другой стороны, в крепком алкоголе и его приготовлении гасконцы разбираются ничуть не хуже жителей Шаранта. По крайней мере так было ТАМ, и я не вижу причин, почему должно быть иначе ЗДЕСЬ. Именно поэтому, выбирая арманьяк вместо отсутствующего коньяка, я ни на секунду не усомнился, и не проиграл. Аромат у напитка оказался выше всяких похвал, а вкус... сделав лишь один мелкий глоток, я почти тут же отказался от кощунственной идеи смешивания арманьяка с кофе. Слишком хорошо, тоже нехорошо.
   Перемежая кофе и арманьяк глотками холодной воды, я опустошил и чашку и "капельку", после чего, откинувшись на спинку лёгкого креслица, с удовольствием закурил. Хо-ро-шо.
   Настроение исправилось, злость ушла, и даже мысли о случившемся в доме Стеничей, больше не вызывали недовольства. Только недоумение. Конечно, я не так долго общаюсь с тем же Михаилом или Илоной, но смею предполагать, что ни старший Стенич, ни его супруга не стали бы поступать так глупо, как я имел счастье видеть всего час назад, по крайней мере, без веских причин. Отсюда вывод: причины были. Но какие? Вопрос вопросов.
   Самое простое предположение: это была часть учёбы, моей или Владимира. И оба варианта мне не нравятся. В первом случае, потому как Стеничи мне никто, и "учить" просто не имеют права. Подобные действия в отношении малознакомых людей здесь просто не приняты. "Учить" может родственник, наставник, даже начальник, но не человек с улицы, грубо говоря. Общество у нас дюже традиционное и такого "филантропа" просто не поймёт. Презрением, конечно, обливать не станет, но отношение будет очень настороженным, как к выскочке, присвоившему себе чужие права. И этот стопор вполне действенен. Во втором же случае... я не бессловесное учебное пособие, могу и огрызнуться на такое использование. Каким бы "отрезанным ломтем", Стеничи меня ни числили, логику родовитых они понимают хорошо, и предполагать жёсткую реакцию с моей стороны, в ответ на такое использование, они должны. Илона слишком умна и осведомлена о привычках именитых, чтобы упустить такой вариант развития событий. Отметаем? Хорошо. Что остаётся?
   Стеничи решили р е з к о прекратить наше общение. Кто-то неожиданно надавил? Не думаю. Что Михаил, что его сын, всё время были у меня на виду, как и Илона, и случись что-то подобное, я бы заметил смену поведения. А её не было. Отметаем.
   Можно предположить, что им зачем-то понадобилось "проучить малолетнего выскочку". Почему? Я не перебегал дорогу наёмникам или ЦС и не конфликтовал с ними напрямую. Разве что... та самая "конкуренция"? Решили показать, что в здешнем обществе мне не рады? Может быть, но это можно было проделать более открыто и честно, без таких вот подстав. К тому же, супруга Михаила, как я успел заметить, достаточно умна и проницательна, чтобы не плодить недоброжелателей, и вполне могла удержать мужа и сына от такой глупости. Но не удержала. Просто ушла, "умыла руки", так сказать. Пыталась, не получилось, решила демонстративно показать своё нежелание участвовать в этом спектакле? Возможно, возможно...
   Впрочем, даже зная цель, которую преследовал старший Стенич, допуская такой косяк со стороны собственного сына, прощать подобное пренебрежение, я не собираюсь.
   Месть? Нет, я не настолько мелочен, но внести "Червонный пардус" в список клиентов, на которых действуют "особые" расценки, не забуду. Думаю, пятидесятипроцентная надбавка на услуги "Гремлинов" будет для них достаточным наказанием. Дорого? Так пусть походят по базару, приценятся, глядишь, и найдут цены ниже, хех. Кстати, а не заняться ли мне поиском других клиентов, раз переговоры с "Пардусом" провалились. Ну-ка... Коммуникатор развернул экран и я углубился в поиски нужных позиций на инфорах наёмников. В первую очередь, меня интересовали те из них, кто только что закрыл контракт. Определить это было нетрудно, достаточно заглянуть на инфор ЦС и посмотреть доступную любому пользователю историю отрядных контрактов. Разумеется, никаких описаний выполненных заказов, за исключением общей информации, там не найти, но мне оно и не нужно. Главное, в истории указаны даты закрытия контрактов.
   Можно, конечно, было бы просто ориентироваться на отряды, обозначенные на инфоре ЦС, как свободные для найма, но это лишнее. Среди них же тоже придётся проводить временной отбор, поскольку, чем больше срок простоя, тем больше шанс, что отряд успел "скинуть" трофейную или собственную пострадавшую технику на площадку ЦС или в склад-магазины. В общем, проще сразу искать возможных клиентов по последним исполненным контрактам, что я и делаю. Фильтр, составление перечня... и у меня на руках имеются названия тридцати трёх отрядов, завершивших заказы за последние две недели. Отлично. Теперь стоит взглянуть на выставленные ими на продажу лоты. Для начала, ЦС. О как!
   Судя по всему, эти "тридцать три богатыря" участвовали в одной и очень мощной заварушке. Об этом говорят и одинаковые даты закрытия контрактов, и внушительный список выставленной на продажу техники. Правда, разобрать, какая из них своя, а какая трофейная, не выйдет. Но судя по количеству и качеству продаваемого, точнее, по идущим сплошными столбцами отметкам: "неполный набор узлов ТК" и "на разбор", дело было очень жарким. Война, что ли, в СБТ началась?!
   Стоп-стоп-стоп... Название... лоты... и да, "неполный набор узлов ТК", а цена? О да, это просто песня. Кажется, мне повезло.
   - Жорик. - Я вызвал ватажника.
   - Да?
   - Слушай задачу. - Я в двух словах обрисовал Рогову ситуацию, продиктовал номера лотов и, отключив связь, довольно ухмыльнулся. Повезло, что тут скажешь... Всего четыре тысячи рублей. Вот не думал, что можно обзавестись "боевой тройкой" за такие деньги! Ну, хорошо, пусть ремонт сожрёт ещё столько же, но, чёрт возьми! Даже за восемь-десять тысяч получить ТТК и два лёгких комплекса поддержки, где-то ещё, кроме как в приграничье, просто невозможно! А нам такой комплект очень даже пригодится. Не для штурма, конечно, а для защиты базы от тяжёлой техники. Надо будет только озаботиться перепрошивкой "мозгов", как на "Визелях" и заменой штатных НУРСов, на управляемые ракеты, но с этим затруднений быть не должно. Найти в продаже подобные "карандаши", здесь точно не проблема... так, стоп. Лот ещё не выкуплен и не отремонтирован, а я уже размечтался, да так, что об изначальной цели покупки забыл. Нехорошо, Кирилл. Совсем нехорошо. Сначала дело, заработок, а уж потом можно и собственную оружейку набивать... хотя, конечно, серьёзное оружие для защиты базы нам необходимо. В случае чего, от какого-нибудь ТТК одними спарками, пусть и тяжёлыми, мы не отмашемся. Да и бронемашины в штурм-варианте, стреломётами, даже с "заряженным" боеприпасом, тоже не взять. М-да...
   За этими размышлениями, я расслабился настолько, что перестал следить за окружающей обстановкой. И очевидно, зря. Иначе бы заметил, что меж двух, расположившихся за соседними столиками компаний, недалеко от меня, затевается какая-то свара. В себя, меня привело пролетевшее над головой кресло, грохот ломаемых столов и азартные вопли посетителей. Я говорил, что Рахов - тихий и спокойный город? Врал, бессовестно врал! Смеялся над сравнением его с городами Дикого Запада? Дурак был, исправлюсь. Эх, то-то было бы радости Рогову, если бы он увидел происходящее сейчас у старого Мазо.
   Во всеобщую драку, накрывшую кафе, меня втянули быстро и непринуждённо. Хватило пары скользящих ударов по корпусу, прилетевших откуда-то из кучи дерущихся наёмников, пока я пробирался к выходу. Потом кто-то попытался схватить меня за шиворот, за что тут же схлопотал шлемом по зубам и... меня закружило в людском водовороте. Всё в лучших традициях кабацких драк, народ лупил друг друга самозабвенно, с радостью, не разбирая, кого и за что. Все против всех! И, каюсь, я тоже поддался этому азарту, отвешивая люлей любому, кто подворачивался под руку. И ведь даже мысли открыть "окно" и смыться, не возникло. Всё здравомыслие потонуло в угаре этого сумасшедшего месилова и злом, весёлом кураже.
   В себя я пришёл, когда обнаружил, что стою спиной к спине с каким-то здоровяком, а вокруг валяются злые вороги, поверженные, само собой. В отдалении видно ещё несколько "компаний", продолжающих вялую драку, больше похожую на "медляк" боксёров-тяжеловесов в двенадцатом раунде. Иначе говоря, висят друг на друге и изредка дёргаются в попытке заехать противнику в бочину. Кое-кто из валяющихся на полу, стонет, кто-то баюкает пострадавшие конечности и тихо матерится, а мой нежданный напарник, держащий на вытянутой руке какого-то бедолагу, с методичным хеканьем выбивает из него душу. Бедняга, впрочем, на это только щербато улыбается и держит кинетический щит.
   - Да чтоб тебя, мурло белобрысое! - Не выдержал здоровяк и его рука, засветившись алым светом, врезалась в лицо противника. Щит пропал с лёгким щелчком, и улыбка щербатого буквально смялась о кулак моего "напарника". Нокаут.
   - Ты его не убил? - Спросил я. Здоровяк похлопал свою "грушу" по щекам и довольно хмыкнул.
   - Не. Живой... Да и что ему станется? - Ответил он. - Не в первый раз, поди. И не в последний...
   - Тогда, клади его аккуратненько на пол и пойдём отсюда, пока не повязали.
   - Верно мыслишь, паренёк. Машинки уже едут, пора линять. - Прислушавшись к чему-то, согласился напарник. А через секунду, и я услышал раздавшийся где-то в отдалении вой сирен. Переглянувшись со здоровяком, мы кивнули друг другу и ломанулись с веранды в зал, тоже, кажется, носящий на себе следы побоища. Мой напарник с хищной грацией проскользнул под стойкой в открытую дверь кухни, и я за ним. Ушли.
  

Глава 9. Новый день, новое дело

   - Чёртов круг, чёртов Григош! И мой сын... мой сын - идиот! - В который уже раз взвыл старший Стенич. Илона вздохнула. Ну, хоть перестал у неё спрашивать, как они могли зачать... такое. А ведь ещё немного, и она сама прибила бы обоих олухов. На секунду же оставила! Буквально, на минуточку, и мужчины тут же наломали дров.
   Нет, права была матушка. Дома мужчин нужно крепко за химок держать, иначе обязательно что-нибудь учудят. И хорошо, если просто налево побегут. Там с последствиями всё понятно. Мужа огреть скалкой по хребту, помурыжить и простить. Дуре, что на него позарилась, космы повыдергать... в крайнем случае, ребёнка признать, да приличным человеком вырастить. Сына, коли девчонку какую спортит, выдрать розгами, чтобы неделю сидеть не мог, да и женить на той стерве, что порушила уже построенные планы на брак кровиночки с приличной девушкой.
   А вот если в домашних делах мужика хоть на миг из виду упустить, тут только держись. Такого наворотит, всей семьёй не разгребёшь. Вот как сейчас, например. На минуту вышла, понадеявшись на мужа, и сын тут же гостя оскорбил, чуть не взашей со двора вытолкал, а супруг драгоценный ничего не заметил. Отвлёкся он, видите ли... Не мог попозже с Гришкой-собутыльником поговорить? Так ведь нет, как же! Глава круга, не хухры-мухры! Зато теперь сколько вою... "Мы зачали"... "Мы родили"... Да ёж твою медь! Мы пахали, я и трактор! Зачал он, велик труд, можно подумать. Все-то ноченьки пыхтел-старался, так что к утру от усталости уже не стоял, даже на ногах, да... А уж это его: "мы родили"... Ты, что ли, этого охламона рожал-мучался?! У-у, балбесы великовозрастные.
   Илона тяжело вздохнула, собралась с мыслями и, поднявшись из-за стола, резко хлопнула по нему ладонью. Муж, в этот момент заливавший в глотку уже четвёртый стакан домашнего вина, аж поперхнулся от неожиданности. Горе он заливает... клоун. Артист погорелого театра!
   - Так. - В голосе женщины звякнула сталь и Михаил тут же подобрался. Короткий, выверенный жест ладонью у лица, и пьяная муть, успевшая поселиться в его глазах, исчезла, будто её и не было. Вот, умеет же, когда хочет. Илона смерила мужа долгим взглядом. - Закончил спектакль?
   - Спектакль? - И взгляд такой знакомый, наивно-наглый. Убойное сочетание. Именно на него когда-то и повелась девчонка из старого, но изрядно обедневшего боярского рода. Вот только с тех пор прошёл не один десяток лет, иммунитет выработался, будь здоров.
   - Мишенька... - Тут главное, голоском поласковей, чтоб был как бархатная перчатка... на стальном кулаке.
   - Всё-всё. - Махнул рукой супруг и, покосившись на недопитую бутыль, вздохнул. - Эх, чутка не додавил.
   - Михайло!
   - Да всё уже, говорю. - Скривился тот, и в один момент сбросил маску придури.
   Глава семьи поднялся из-за стола, повёл плечами, словно разминаясь перед боем, и повернулся к недоумевающему от происходящего, Владимиру. По лицу старшего Стенича скользнула ухмылка. Недобрая такая, многообещающая. - Ну что, сынку, вспомним былое?
   - Ты о чём, бать? - Хмуро, с явным ожиданием подлянки, спросил Володя. Надо же, а чуйка на неприятности работает. Сильная кровь у Стеничей, хоть и не бояре. Вот, даже этому охламону чуток способностей перепало. Хотя... лучше б он мозгов от материного рода получил. Хоть сколько-то.
   - Как о чём? - Деланно удивился Михаил. - О детстве твоём, голоштанном да безоблачном. О лавке вот этой вот самой, да о прутиках ивовых, хлёстких, в водичке вымоченных. А что это ты побледнел так, кровинушка моя?
   - Ба-ать... - Изменившись в лице, Владимир зашарил взглядом по комнате в поисках возможности для побега.
   - Портки скидай, говорю, дуб неструганый! - Неожиданно рявкнул Михаил, от души придавив первенца "яростью". - Учить буду. Вежливости и уважению!
   - Да ты ополоумел, что ли, старый? - Опешил Владимир, явно не ожидавший ТАКОГО поворота.
   - Ополоумел? Я?! Старый?!!! Ах ты ж, тля заштанная! - Ещё пуще взъярился муж, и от его рёва задрожали стёкла в окнах. - Зовсiм з глузду з'їхав?! А ну снимай штаны, кур-рва! Я тебе сейчас вобью ума в задние ворота! Ты у меня не неделю, месяц за жопу схватиться не сможешь. Срать стоя научишься! Стоять, ушлёпок! Куды побёг?!
   Понаблюдав за происходящим, Илона покачала головой и, дождавшись, пока муж поймает улепётывающего отпрыска, тихо покинула комнату, чтоб не видеть того, что будет дальше.
   Уже закрывая дверь, она услышала мычание сына.
   - Ба-ать, мне ж уже не пять лет! Ну, ба-ать! Дитя ж бьют, только пока оно поперёк лавки помещается! А я... это ж не учение уже получается, а извращение!
   На миг в комнате воцарилась мёртвая тишина, а потом...
   - Как-как ты меня сейчас обозвал?! - Прошипел Михаил. - Ну всё, молись сынку. За пи...ра, втрое больше отхватишь.
   Свист, удар... сдавленное "ой"!
   - А ну, скинул щит! - Снова рык мужа и... свист, удар... вопль! Илона кивнула, и плотнее прикрыв дверь, наложила на комнату заглушающий полог. Учебный процесс, он не только вдумчивости, но и тишины требует.
   - Надо признать, дорогая, старший сын не оправдал наших надежд. Провалился с треском при первой же проверке на самостоятельность. - Вздохнул Михаил, обнимая только что забравшуюся под одеяло жену.
   - Скажи честно, почему ты не остановил его, как только он начал хамить гостю? - Сонно спросила Илона. Муж поморщился. Естественно, в темноте спальни, она не могла этого видеть, просто... почувствовала.
   - Не успел, представляешь. - Выдохнул Михаил. - Общение с Григошем действует на меня как-то...
   - Отупляюще? - Усмехнулась Илона. Муж крякнул.
   - Чёрт его знает. Споры с ним затягивают так, что обо всём на свете, кажется, забываю. - Нехотя проговорил Стенич и, помолчав, посетовал, - и дёрнуло же меня ему позвонить на самом деле. Ну что стоило сымитировать звонок, а? Проверил сына, называется.
   - Да уж. Наломали вы с Володей дров. Как теперь с Кириллом объясняться будешь?
   - Понятия не имею. - Признался Михаил. - Глупо всё получилось. По-идиотски.
   - Думай. Парень-то перспективный, не зря твоя чуйка на него сработала. - Тихо проговорила Илона и почувствовала, как муж напрягся. - Что?
   - Ты ещё не всё знаешь. - Вздохнул Михаил. - Тут, видишь ли, большой вопрос, чьё чутьё на кого сработало. Знаешь, что наш идиот сотворил сразу после "вразумления"?
   - Ну? - Пришла очередь насторожиться Илоне.
   - Выставил разбитые ТК на продажу. Со злости, и чтоб не было повода для общения с мальчишкой, по его собственным словам. И лоты были выкуплены спустя полчаса... неким Георгием Роговым.
   - Это не ватажником ли нашего юного атамана?
   - Им самым. - Удручённо подтвердил Михаил.
   - Дела-а. Прямо, хевдингова воля, какая-то. - Заворожённо проговорила Илона. Муж неопределённо хмыкнул и женщина сразу его поняла. - Ну да, ты же не знаешь. У бояр есть... поверье? Нет, не так. И не верование... не знаю, как точно объяснить. В общем, все более или менее древние боярские и дворянские роды верят в особый вид удачи, присущей некоторым людям. Называют её везде по-разному. В Новгородских пятинах, в восточных германских марках, в Норвегии, Швеции и Дании, зовут волей хевдинга. В низовских землях, и от Дуная до Урала, кличут княжьей или боярской удачей. В Европе раньше звали карловым венцом, сейчас называют фельдмаршальской славой. И это не просто вера, не смейся. Мы знаем, что это свойство действительно существует. Более того, раньше к нему относились как к определённому качеству человека. Те же викинги, например, или дружинники. Для них хевдингова воля, то есть военная удача предводителя была таким же человеческим качеством, как смелость или хитрость, великодушие или слабоволие. Понимаешь?
   - Ты серьёзно? - Удивился Михаил.
   - Более чем. За удачливым вождём могли пойти, даже если он был незнатен, или откровенно беден. Если удача была достаточно велика, такого вождя могли даже правителем провозгласить, в обход права крови. Вспомни хотя бы историю Олега Вещего.
   - Э-э... а что с ним не так? - Протянул Стенич.
   - В договорах с Византией его называют великим князем русским, хотя своему предшественнику и повелителю он приходился шурином, то есть, братом жены Рюрика Гостомысловича, Ефанды. Из этого следует, что сам он не природный Рюрикович, но, тем не менее, это не помешало ему занять престол после смерти Рюрика и возглавить его дружину, хотя претендентов по крови Гостомысла было куда больше, и по лествичному праву, наследовать должен был кто-то из них.
   - Дворцовые интриги. - Фыркнул Михаил.
   - В то время князь не был самодержцем, он был, прежде всего, военным вождём и, в очень редких случаях, судьёй. А с дружиной особо не поинтригуешь. - Заметила Илона. - Там всё на личной верности держится. Понимаешь? И чтобы дружина признала своим предводителем "чужую кровь", её обладатель должен был очень многое доказать своими делами и... той самой хевдинговой волей. То есть, в походах его должна была сопровождать удача!
   - И бояре в это верят? - Недоверчиво спросил Михаил.
   - Они знают, дорогой. Просто знают. - Вздохнула жена. - Более того, в этом уверены и боярские дружинники, по крайней мере, те, что служат не по ряду, а по роте. А знаешь, почему в Европе это явление называют фельдмаршальской славой?
   - Ну?
   - Истории неизвестен случай, когда бы фельдмаршал попал в плен. Ни один фельдмаршал за всю историю, с момента появления самого звания. Вот так-то, Миша.
   - Понятно. О воинской удаче я, конечно, слыхал, как и многие наёмники. Но никогда не придавал ей особого значения, всё же не в доисторические времена живём, а вот мой дед... впрочем, сейчас не о том. Я понял, о чём ты говоришь, и у меня только один вопрос: какое отношение хевдингова воля имеет к нашей проблеме?
   - Ну, это же просто, милый. Чем оборачивается удача полководца для его дружины?
   - Эм-м... прибылью? - Предположил Михаил.
   - Умничка, дорогой. - Улыбнулась супруга. - А теперь представь, что получил Кирилл от нашей сегодняшней... неприятности?
   - Тройку убитых в хлам тактических комплексов, по бросовой цене. - Фыркнул Стенич.
   - Восстановив которые, он сможет заработать на перепродаже, как минимум, две трети заводской стоимости, а это тысяч шестьдесят-семьдесят. - Закончила за мужа Илона. Михаил залип...
  

Глава 10. Солнце ещё высоко

   То, что нам с Андреем так легко удалось улизнуть от здешних правоохранителей, назвать иначе, как удачей, я не могу. Пришлось немало попетлять по узким раховским улочкам и переулкам, пока запыхавшиеся охранники не потеряли нас из виду и не отстали. И правильно! Подумаешь, кабацкая драка. Не убили же никого... вроде бы.
   - Не-не. Стылых там точно не было. - Согласился со мной нежданный напарник по мордобою и побегу. - Я бы почуял.
   - И я о том же. - Кивнул ему в ответ, устраиваясь на лавке под чьим-то забором.
   - О... собрат-сенсор, а? - Андрей подмигнул.
   - Да я больше по железкам. Руны там... ну и кое-что по мелочи из эфирных техник знаю. Выучил из интереса. - Ответил я.
   - Займись сенсорикой. Если Её дыхание чуешь, значит, это точно твоя тема. - Серьёзно посоветовал здоровяк, после трёхкилометровой пробежки на всех парах, выглядевший так, будто совершил небольшую ленивую прогулку по саду... маленькому такому, на шесть соток. А в Андрее, чтоб не соврать, центнера полтора точно есть. При росте в метр девяносто. Точно эфирник. И профи.
   - Мастер?
   - Угадал. Старший вой в потолке и мастер Эфира. Бывший государев мещанин, а ныне вольный стрелок приграничья, Евтихов, Андрей Вячеславович, по прозвищу "Толстый". - Мой визави ради этого представления даже с лавки поднялся и отвесил короткий, "кавалергардский" поклон. И если бы не ирония в эмоциях, да смешинки в глазах, я бы поверил, что он серьёзен, как ксендз на похоронах единственного набожного миллионера в приходе.
   Окинув взглядом возвышающегося надо мной гиганта, я тяжко вздохнул и, в свою очередь, оторвал задницу от лавки.
   - Новик в потолке и подмастерье Эфира. Бывший государев мещанин, а ныне ватажник и квартирмейстер отряда "Гремлины", Кирилл... Обухов, прозвища пока не имею. - А что? Не Кратовым же мне называться, и уж тем более, не Громовым или Николаевым. А эта фамилия, точно никому ни о чём не скажет. Тем более, что она настоящая, просто... не отсюда. Да и на Стеничах я её уже опробовал, так сказать.
   - Однако. - Андрей покачал головой. - Занятно.
   - Что?
   - Подмастерье эфира и новик в потолке, такого сочетания я ещё не встречал. Далеко пойдёте, юноша, если не остановят. - Ухмыльнулся Андрей и, выудив из кармана разгрузки тихо булькнувшую флягу, моментально свернул крышку. - Ну что, за знакомство?
   Я посмотрел на быстро темнеющее небо, вспомнил об оставленном у входа в кафе "Лисёнке" и, тяжко вздохнув, кивнул. Евтихов сделал глоток из фляжки и протянул её мне.
   Огненная жидкость обожгла глотку и метеором ухнула в желудок. Да, это не арманьяк... и даже не наливка. Больше похоже на первач самого отвратительного качества. И как он это пьёт?!
   - Маленьких спаивать нехорошо. - Прохрипел я, возвращая Андрею его собственность. Здоровяк жизнерадостно захохотал и, в свою очередь, отхлебнув из фляжки, довольно крякнул.
   - Запомню. - Кивнул он и, покрутив головой, цокнул языком. - А время-то летит, вечер на подходе. Ну что, разбегаемся, мелкий?
   - Можно. - Согласился я.
   - Тогда... а, ладно! Если вдруг ещё в какую драку влезешь, зови. - Андрей приподнял руку с браслетом, и я хлопнул по нему своим коммуникатором.
   - Я запомню, великан. И если что, обязательно позвоню. - Откликнулся я, после чего, мы пожали друг другу руки и, развернувшись, потопали, каждый в свою сторону.
   - А сенсорикой, всё же займись. Не зарывай талант в землю. - Крикнул уже откуда-то издалека Андрей и окончательно исчез в переплетении переулков.
   Вернувшись на базу, я обнаружил, что команда, вместо отдыха, собралась в нижнем зале, а Ольга с Жориком уже вовсю суетятся вокруг доставленных последним, раздолбанных тактических комплексов. Более того, Рогов ещё и лекцию зрителям читает. Я прислушался...
   - Тяжёлые тактические комплексы, в массе своей можно разделить на те, которые носят операторы, и те которые носят операторов. Первые, сохраняя принципиальное сходство схемы с ЛТК, отличаются большей мощью брони и вооружения, а также непременным наличием энергоустановки, далеко не всегда обязательной для их более лёгких "собратьев", вспомним хотя бы ваши любимые "Визели". Соответственно, внешняя схожесть, и принцип управления ЛТК и ТТК сохраняются, хотя последние, конечно, выглядят куда более массивными. Второй тип тяжёлых тактических комплексов, как вы можете видеть на примере этого образца, отличаются от "гуманоидных" ТК, и весьма серьёзно. Во-первых, конечно, внешним видом. Низкий силуэт, высотой не более полутора метров, значительно уменьшает область возможного поражения, а так называемое "паучье" шасси обеспечивает шагоходу высокую проходимость и весьма приличную скорость передвижения. Что из себя представляет такой ТТК, вы можете видеть на примере вот этого "Лося". Собственно, конструкция его довольно проста: шасси-"секстапод", то есть оснащённое шестью многосуставчатыми "лапами", пара боевых манипуляторов, способных, как облегчить передвижение машины в особо стеснённых условиях, так и нести некоторое вооружение, вроде тяжёлых стреломётов, двигатель, питающий всю эту машинерию, основной боевой комплекс в виде артиллерийской или ракетной установки, и бронекапсула кабины оператора... или операторов, поскольку, некоторые модели ТТК требуют для управления двух человек: пилота и оператора боевых систем. Как вы понимаете, при подобном строении, управление машиной серьёзно отличается от управления ЛТК в частности, и "гуманоидными" комплексами вообще.
   - Жорик, заканчивай лекцию, пока твоя аудитория не уснула окончательно. - Ухмыльнувшись, проговорил я... и близняшки, вздрогнув, принялись озираться, осоловело хлопая глазами. Точно, задремали.
   - О, Кирилл! - Обрадовался Рогов. - А я тут... мы... вот рассказываю девушкам о нашем приобретении.
   - Вижу-вижу. Оседлал любимого конька. - Махнул я рукой. - Надеюсь, ты догадался не подпускать к машинами Ингу?
   - Ох. - Георгий обвёл настороженным взглядом зал и, не обнаружив поблизости нашего штатного гремлина-сладкоежки, констатировал с облегчённым вздохом. - Похоже, она ещё не разобралась с моим подарком.
   - Каким? - Удивился я и девчонки, собравшиеся в зале, зафыркали.
   - Твой ватажник умудрился подарить своей сестричке кучу металлолома. - С нескрываемым смешком доложила Елизавета.
   - Это не металлолом! - Возмущёнию Жорика не было предела. - Это её собственный квадр... будет, если она ничего не напутает при сборке.
   - Гениально. - Восхитился я и повернулся к ученицам. - Так, подробный осмотр техники, если он кому-то из вас зачем-то нужен, можно отложить на завтра. А сейчас, прошу в штаб. Будем говорить о делах наших скорбных. Точнее, о том, что не успели "зацепить" до нашего с Георгием...
   - Бегства? - С невинной улыбочкой предположила Оля.
   - Кто-то нарывается на трёпку? - Я ощерился в ответ. - Не вопрос, устроим. А потом тренировку до упада, так что этот "кто-то" ещё дня два до рембокса доползти не сможет. Хм?
   - Оля, технарь ты наш долбанутый, молчи. - Громким "театральным" шёпотом произнесла Мила. - Тренировку-то он для всех устроит, а "ночная реабилитация" светит только тебе.
   - Отомстим же. - Тут же мурлыкнула Лина.
   - Вот-вот, чисто из зависти отомстим. - Поддержала Мила и... отчаянно покраснев на пару с сестрой, замолчала. Не понял.
   В воцарившейся тишине, ученицы... ВСЕ ученицы обожгли меня о-очень странными взглядами и, под тихие смешки Марии и Елизаветы, испарились из зала, будто их и не было. Я посмотрел на Жорика.
   - Крепись, атаман. - Вздохнул Рогов и, сочувственно похлопав меня по плечу, удалился. И что это было?!
   Впрочем, когда я появился в столовой, громко названной "штабом", ученицы вновь вернулись к обычному своему поведению, в котором ничто не напоминало о странной сцене в мастерской. Ну и замечательно, мне же проще.
   Беседа о планах и отряде затянулась далеко за полночь, но к её завершению у нас на руках был целый список решённых вопросов, старательно записанных Ингой в тетрадь. Эту же тетрадь, гордая званием "Почётного Секретаря Высокого Собрания", все слова с большой буквы, и никак иначе, пожалуйста, сестрица Жорика торжественно передала будущему майору наёмного отряда "Гремлины"... Георгию Рогову. От такого поворота, ватажник опешил настолько, что даже не попытался оспорить это решение. Поначалу, но когда до него дошёл смысл вопля мелкой егозы...
   - Ура! Мой братик будет самым главным! - Жорик взглянул на нас, и его левый глаз нервно дёрнулся.
   - Но почему - я?! - Это был не вопрос и даже не восклицание, это был "хрип души"... предсмертный, ага.
   - А кто ещё? - Удивилась Ольга и, встретив непонимающий взгляд ватажника, вздохнула. - Ты, вообще-то, единственный среди нас, кто может взять на себя эту должность.
   - Не понимаю. - Помотал головой Рогов. Девушки переглянулись и... дружно уступили право объяснения ситуации всё той же Ольге.
   - Причин, на самом деле, несколько. Мне не хотелось бы столь ярко светить свою фамилию в здешнем обществе, близняшки ещё не достигли совершеннолетия, а Кириллу, помимо того, что он возрастом не вышел для создания собственного наёмного отряда, подобный ход вообще противопоказан. Почему, думаю, и сам догадываешься. Кроме того, есть ещё и вопрос... местничества.
   - Но его же давно изжили! - Нахмурился Георгий.
   - В официальных структурах, на государевой службе, да, так и есть. - Кивнула Ольга. - Но в частных делах местничество актуально до сих пор. Например, бояре, затеяв совместное дело, никогда не поставят во главе предприятия, члена более молодого рода. Так и здесь. Посадские будут в ярости, если обнаружится, что Лиза подчиняется представителю Бестужевых. Шесть веков истории моего рода, против десяти, да с кровью Рюриковичей... как говорит Кирилл, "ваши не пляшут". Мне, конечно, проще, но и мой отец крайне отрицательно отнесётся к возможным слухам о том, что его дочь служит под началом не наследного представителя рода Посадских. Так что, твоя кандидатура, в этом случае, идеальна. Ты - мещанин, государев человек, к местническим спорам отношения не имеющий, и не назначен кем-то со стороны, что было бы действительно оскорбительно. Нет, мы выбрали тебя сами. А значит, для любого, даже самого ревностного хранителя традиций, это решение законно и не обсуждаемо... как это не забавно.
   - В общем, Жорик, держи кристалл ЦС и работать, работать, работать. - Хохотнул я.
  

ЧАСТЬ VI. ОХОТА ПУЩЕ НЕВОЛИ

Глава 1. Хороший у вас план, товарищ...

   - Кирилл... атаман, я ведь понимаю, что Ольга сказала не всё. - Протянул Рогов, когда следующим вечером мы, поужинав, выбрались под навес веранды, подышать свежим воздухом. - Вопрос с майорством можно было бы решить и иначе. Разве нет?
   - Как, например? - Я прищурился.
   - Не знаю. Ну, можно было бы назначить командиром кого-нибудь из гвардейцев-дружинников... детей боярских. Да хотя бы просто взять подставное лицо на должность. В СБТ так многие отряды делают, как я успел узнать.
   - В принципе, все эти варианты, действительно, возможны. - Покивал я в ответ на рассуждения Георгия и, затянувшись дымом сигареты, договорил, - но... то, что считается допустимым в СБТ, не приветствуется в нашей стране, пусть даже и в окраинном воеводстве, точнее, особенно в Червоннорусском воеводстве. Что же до командира из боярских детей рода Бестужевых или даже Громовых с Посадскими, тут дело сложнее. В отличие от мещан, дети боярские, как раз, подпадают под традиции местничества. Но исключение в этом вопросе возможно. В том случае, когда такой майор-"пестун" сильнее и значительно старше своих подопечных боярских отпрысков. Напомню, Ольга уже гридень. Близняшки вот-вот шагнут на эту планку. А у Бестужевых только один гвардеец может похвастаться большей силой, чем мои девоч... ученицы, и достаточно солидным возрастом и опытом, это небезызвестный тебе Аристарх Макарович Хромов. Он - ярый. Но этот плюс полностью перекрывается огромным, в нашем положении, минусом. Хромов - человек цесаревича, и, несмотря на все клятвы и дружбу с Бестужевым, преследовать он будет только интересы своего сюзерена. Исключительно. Учитывая же мои текущие отношения с наследником престола... в общем, сам понимаешь.
   - Значит, я - единственный вариант? - Поморщился Рогов, и тут же встрепенулся. - Но ведь есть ещё Громовы и Посадские, Вербицкие, в конце концов. Неужели у них не найдётся подходящего человека?
   - Может и найдётся. - Согласился я. - Но, во-первых, Громовым я не доверяю. И поверь, для этого у меня есть очень веские основания. Вербицкие - служилые, небогатый род, который не может похвастаться не только сильной гвардией, но даже её количеством. Посадские же... из их рода я знаком лишь с двумя представителями, собственно, Елизаветой и Великой Мегерой. Нет, я почти не сомневаюсь, что если попросить Елену Павловну, то она с удовольствием "одолжит" нам своего человека, но от этого он не станет нашим. Его верность всё равно будет принадлежать только дому Посадских. Ты же, мой ватажник, на крови клявшийся в служении именно мне и никому больше. Так в чью пользу должен быть выбор?
   - Значит, единственный. - Вздохнул Жорик.
   - Лучший. - Поправил его я и договорил с улыбкой. - С моей точки зрения, разумеется. Кроме того, ты действительно прав в своих подозрениях насчёт того, что Ольга кое-что не договорила. Точнее, я попросил её умолчать о некоторых деталях.
   Брови Георгия поползли вверх.
   - Это о каких-таких деталях? - Осторожно поинтересовался он.
   - О, ничего страшного или неприятного. - Рассмеялся я, но справившись с неожиданно накатившим весельем, заговорил серьёзнее. - Посуди сам. Кто ты сейчас есть?
   - Ватаж...
   - Нет-нет. - Перебил я Рогова. - Объективно, то есть, с точки зрения любого внешнего наблюдателя от именитых. Ну, думай, Георгий!
   - М-м... для наблюдателя со стороны, да? - Ватажник действительно задумался и, потерев указательным пальцем кончик носа, чему-то кивнул. - Я - человек пребывающего в коме жениха старшей дочери рода Бестужевых. Технарь... повисший в неопределённости.
   - Пригретый родом Бестужевых из благого отношения к твоему покровителю. Студент Павловского университета, со светлой головой и большими перспективами. И только. - Дополнил я. - А теперь, прикинь, как в твоём резюме будет смотреться запись о том, что ты, в свои восемнадцать лет возглавил наёмничий отряд родовитых боярских отпрысков? А когда всплывёт информация о том, что ты мой ватажник?
   - Это... это будет сильно. - Выдавил из себя Жорик.
   - Вот именно. И для твоей и для моей репутации, это будет весьма увесистый плюс. Тебе, как мещанину, сумевшему показать талант, умения и силу, мне, как опричнику, будущему регенту и главе рода, открывшему твой талант и поставившему его себе на службу. Понимаешь?
   - Понимаю. Но зачем всё это нужно? - Как-то потеряно пробормотал Рогов.
  

* * *

   Атаман пристально посмотрел на искренне недоумевающего Георгия и неожиданно сгорбившись, печально и устало улыбнулся. Всяким его видел ватажник, злым и довольным, радостным и грустным, собранным и расслабленным, но вот таким, как сейчас... впервые. И впервые же отметил, что сейчас тот выглядит куда старше. Словно ему не шестнадцать лет, а все шестьдесят.
   Миг, и это наваждение сгинуло, словно его и не было. Перед ватажником вновь оказался знакомый ему Кирилл Николаев. Сильный, уверенный и хладнокровный. Лидер, которому он без колебаний вручил всё, что у него было. Жизнь, верность и семью. Улыбка, только что поразившая Георгия печалью, вдруг превратилась в жёсткий оскал.
   - Зачем? - Протянул Кирилл. - Чтобы сделать имя. Себе и своим людям.
   - То есть, всё это просто ради славы? - Не поверил Рогов.
   - Вот уж нет. - Фыркнул в ответ атаман. - Это только инструмент, позволяющий достичь независимости.
   - Не понимаю. - Покачал головой ватажник.
   - Посмотри на меня, Жорик. - Развёл руки в стороны Кирилл. - Из-за игр сильных мира сего, мне пришлось бежать самому, да ещё и вас тащить в этот медвежий угол. Не буду скрывать, я и сам обдумывал возможность перенести место занятий с ученицами в эти края, но лишь на следующий год, когда они достигнут потолка в развитии и вплотную подойдут к мастерскому уровню, не раньше. Меня же вынудили перекроить все планы, загнали в цейтнот, доставили кучу ненужных проблем, и мне не помогли никакие договоры о невмешательстве. Да, я смог минимизировать урон от действий интригана, умудрившегося не нарушить букву нашего соглашения, полностью похерив при этом сам его дух, но насколько проще было бы, если бы чёртов цесаревич просто оставил меня в покое или хотя бы довёл информацию, так сказать, "в части их касающейся"?
   - Но... ты же... а как же служба? - Опешил Рогов, в голове которого никак не укладывалась сама возможность столь неуважительного отношения к августейшей особе.
   - Служба, Жорик, подразумевает отношения "начальник-подчинённый", а не "игрок-пешка". - Резко ответил Кирилл. - Если бы цесаревич, устраивая... то, что он устроил, предупредил меня заранее о своей "постановке", я бы и слова против не сказал. Ещё и помог бы по мере сил, как того требует заключённое нами соглашение. Увы, его высочество решил пойти другим путём. Что ж, флаг ему в руки, барабан на шею и электричку в ж... спину, чтоб шагалось веселей. Не хочет он действовать, как положено сюзерену, его проблемы. Как говорится в Священном Писании, "какой мерой меряете, такой и вам отмеряно будет". Я свой вассальный долг буду исполнять ровно так же, как минимум, до тех пор, пока не добьюсь достаточной силы и признания. Вот тогда и посмотрим, посмеет ли цесаревич вновь втянуть меня в свои игрища хоть пешкой хоть ферзём, или, всё же, предпочтёт действовать открыто, учитывая интересы вассала, как то и предполагает клятва сюзерена.
   - И ты думаешь, что за год мы сможем достичь такого результата? - Осведомился Рогов.
   - Мне нравится это "мы", Жорик. - Усмехнулся Кирилл и покачал головой. - Разумеется... не сможем. Но сделаем очень большой шаг в нужную сторону. Свой отряд, свои ученики, своя мастерская, а значит и финансовая независимость, личная сила, в конце концов... всё это кирпичики в той колокольне, с высоты которой мы сможем спокойно плевать на любые попытки интриганов тягать нашими руками каштаны из огня.
   - Ну, отряд и личная сила, это понятно. - Задумчиво проговорил Георгий. - С мастерской и финансами, тоже всё ясно. Но как нам в этом помогут твои ученики?
   От улыбки атамана, Рогова передёрнуло.
   - Знаешь, когда мне навязали, да-да, не удивляйся, именно навязали обучение близняшек, я был вынужден очень серьёзно закопаться в историю личного ученичества... и обнаружил очень интересную вещь. Как ты, наверное, знаешь, институт этот, старый настолько, что у большинства европейских стран считается замшелым пережитком времён волосатых слонов. Но, несмотря на этот факт, он по-прежнему ПРИЗНАЁТСЯ, практически, всеми государствами мира, как действующий. В основном, из-за его распространённости в странах Азии. Так вот, как и любой пережиток прошлого, институт личного ученичества отличается весьма простым и бескомпромиссным сводом правил. Наши предки, вообще, не особо любили разводить бюрократию на пустом месте. - Кирилл замолчал, задумавшись о чём-то. Георгий выждал с минуту, но, поняв, что атаман так просто из раздумий не выплывет, аккуратно толкнул его в плечо.
   - И? - Спросил он, заметив, что Кирилл вроде бы пришёл в себя.
   - Да, извини, задумался. - Тряхнув головой, отозвался Николаев. - Правила... точно. Одним из общих для "личных школ" всего мира, обычаев, является запрет ученикам на причинение вреда учителю и однокашникам, а так же, обязательство ученика, даже бывшего, Жорик, прибыть на помощь "школе" и учителю, когда бы это не потребовалось. Довольно мудрое требование, поскольку в прошлом конкуренция между "личным школами" частенько выливалась в весьма кровавые побоища. Собственно, если вспомнить те же Китай, Японию и иже с ними, там подобные разборки до сих пор не редкость.
   - Нас закопают. - Констатировал Рогов. - С учётом отношения к эфирникам в стране, и объявленной охотой, долго твоя личная школа не проживёт. И мы вместе с ней.
   - А кто сказал, что я буду брать в личные ученики "эфирников"? - Ощерился атаман.
   - А... как же... - Не понял Георгий.
   - Вот так же. - Передразнил его Кирилл и, весело рассмеявшись, пояснил, - я собираюсь не мастеров Эфира выпускать, а "вышедших в потолок" стихийников. Это куда более перспективная тема.
   Рогов открыл рот... потом закрыл. Взглянул на довольного, словно объевшийся сметаны кот, атамана. Помотал головой... и тяжело вздохнул.
   - Я уже даже думать боюсь, что на самом деле будет представлять собой наша мастерская. После откровений-то об ученичестве. - Поёжившись, произнёс Георгий.
   - Да у тебя, брат, интуиция прорезалась. - С ехидцей ответил Николаев, но тут же посерьёзнел. - Ну да, ты прав. Одними гражданскими ТК, столь полюбившимися Ольге, мы не ограничимся. Но тут нет ничего такого уж пугающего. Собственно, я всерьёз рассчитываю, что основной прибыток нам принесёт не постройка игрушек для богатеньких барчуков, а толковый ремонт боевых комплексов.
  

Глава 2. Комментарии и дополнения

   По паутине прослушки, растянутой Ольгой и Елизаветой, пробежалась странная вибрация, словно специально обращая на себя внимание хозяек, а в следующую секунду они услышали довольный "хмык" Кирилла и эфирная техника рассыпалась без следа. Сконфуженные ученицы переглянулись и, подхватив под руки сидевших рядом близняшек, быстренько слиняли из столовой... в спальню Вербицкой, на совет.
   - И что вас так взбаламутило? - Поинтересовалась Мила, глядя, как Посадская и Бестужева мечутся по кубрику.
   - А то ты сама не слышала? - Вскинулась Елизавета, но тут же сдулась под недоумевающими взглядами близняшек. Мария же печально вздохнула.
   - Кажется, кое-кто пренебрёг поиском информации. - Констатировала Вербицкая, одарив Громовых сожалеющим взглядом. - А ведь вы первые попали в ученичество к Кириллу.
   - Ученичество... - Лина, нахмурившись, побарабанила пальцами по крышке тумбочки. - Ошибаешься, девочка. Когда отец с дедом решили отдать нас в обучение, мы с сестрой нашли всё что возможно по теме личного ученичества. И именно поэтому, я не понимаю, что вас так взбудоражило в речи Кирилла.
   - Значит, вы нашли не всё. - Неожиданно резко отозвалась Посадская, одновременно кладя руку на плечо недобро прищурившейся Марии, которой явно не понравилось обращение Лины. Почувствовав, как сжалась рука Елизаветы, Мария, собиравшаяся, кажется, высказать всё что думает о снисходительном тоне собеседницы, медленно выдохнула и, чуть качнув головой, расслабила плечи. Рука Елизаветы тут же исчезла, а сама Посадская обернулась к Ольге. - Расскажи им.
   - Хорошо. - Медленно произнесла Бестужева и, окинув взглядом насторожившихся близняшек, тряхнула головой. - Итак. Насколько я понимаю, когда глава рода объявил свою волю, вы ограничились поиском сведений об обычаях личного ученичества и только. Я права?
   - Можно сказать и так. - Кивнула Мила. - Большего нам было не нужно.
   - Понятно. - Кивнула Ольга и договорила, - наверное, будь я на вашем месте, и сама, наверняка, ограничилась бы лишь этой информацией. Но, поскольку изначально подразумевалось, что наши с Кириллом отцы откроют совместную школу, я вынуждена была изучить этот вопрос значительно глубже. А Елизавета с Марией...
   - Меня родня заставила экзамен сдавать по этой теме, прежде чем глава рода отпустила к Кириллу в ученицы. - Призналась Посадская.
   - Профессиональная деформация. - Безразличным тоном произнесла Мария, но, увидев, что её не поняли, пояснила, - батюшка любит повторять, что владеющий информацией, владеет миром. Приходится соответствовать.
   - Это всё, конечно, познавательно, но давайте всё же поближе к сути. - Ожидаемо вспылила Мила.
   - Уже перехожу. - Невозмутимо кивнула Ольга. - Но начну с теории. Как вам известно, сейчас существует несколько систем обучения одарённых. Первая - государственная. Она нам не особо интересна, поскольку, прежде всего, рассчитана на даровитых мещан, планирующих идти на государеву службу. Плюсы государственной школы просты и понятны. Единый стандарт обучения и, соответственно, такой же стандарт экзаменов. Минусы - чрезмерно узкая или, напротив слишком широкая специализация. Как результат, большая сложность с развитием собственного дара в потолок. Вторая - обучение в роду или в родовых школах. Классическая форма обучения для отпрысков боярских родов и детей боярских. Именно родовую школу собирались создать наши с Кириллом отцы, да и сам Кирилл с моим батюшкой говорил об этих планах не раз и не два. Здесь тоже есть плюсы и минусы. Плюс в многовековых наработках и обучении не общей массы, а каждого конкретного ученика на максимально возможный результат. Экзамен на статус принимают признанные мастера, требующие не демонстрации стандартных наборов техник, а выкладки на все сто. Минусы... да чёрт с ними, всё равно, это не наш случай. А вот третий, наш. Личное ученичество. Здесь всё просто и понятно. Учитель принимает на себя полную ответственность за учеников, взамен выводя их на обещанный уровень сил. В нашем случае, на статус мастера Эфира. Экзамен на статус сдаётся мастерам, нанятым заказчиками. Плюсы - действительно индивидуальная работа с каждым учеником, минусы... скорее для учителя, поскольку если учеников завалят на экзамене, отвечать будет именно он. Здесь всё ясно?
   - Вполне. - Кивнула Лина, придерживая готовую взорваться сестру. - Неясно, отчего вы вдруг засуетились.
   - От того, что Кирилл озвучил дальнейшие планы. А именно, создание личной школы. - Вздохнув, ответила Елизавета.
   - Это четвёртый вариант, который довольно легко, при желании, превратить во второй. - Поддержала её Мария.
   - И в чём проблема с этим "четвёртым вариантом"? - Осведомилась Лина.
   - Для создания такой школы, Кирилл должен получить признание, как минимум, трёх уже существующих личных школ. - Проговорила Мария.
   - Полагаю, проблема именно в этом, да? - Спросила Мила.
   - В точку. - Кивнула Елизавета. - Признание можно получить лишь одним способом: провести состязание между учениками претендента на создание собственной школы и учениками существующих школ. Побеждать всех и вся, ученикам претендента не обязательно, но если побед не будет вообще, то кто пойдёт в такую слабую школу?
   - Зато, чем больше побед, тем выше рейтинг. - Поддакнула Мария.
   - Ну, Кирилл, понятно. Личная школа, имя и допинг для чувства собственной важности. А что нам даст участие в этом состязании? - Спросила Мила.
   - Подтверждение статуса. В вашем случае, старших гридней. - Раздавшийся от входа в кубрик, голос Николаева заставил девушек вздрогнуть. - Кроме Марии, разумеется. Ей выше младшего не подняться, но... я не думаю, что тебя это так уже расстраивает, правда?
   - Ничуть не расстраивает. - Подтвердила та. - А как быть с мастерством в Эфире?
   - Государственный экзамен или комиссия подобранная вашими родителями. - Пожал плечами Кирилл. - Не думаю, что после выхода в потолок, это станет для вас большой сложностью. Скорее, сущей формальностью.
   - И зачем тебе нужна эта самая личная школа? - Задала вопрос Лина.
   - Ну как же?! - Деланно удивился Николаев. - Сестричка же сказала: имя и допинг для моего ЧСВ.
   - А если серьёзно? - Не поддалась на провокацию Громова, бросая предупреждающий взгляд на недовольно засопевшую Милу.
   - Если серьёзно, то Мария была совершенно права. Я намерен создать личную школу именно потому, что впоследствии её несложно будет превратить в родовую. - Ответил Кирилл. - Видите ли, при нынешних условиях и моих натянутых отношениях с Рюриковичами, рассчитывать на то, что царская семья выдаст конфирмацию на создание родовой эфирной школы, не приходится. По крайней мере, я в это не особо верю. Да и слово "эфирная", как мы все успели убедиться, приносит лишь нервотрёпку и лишние проблемы. Про интерес августейшей фамилии ко всему, что содержит в названии слово "эфир", я вообще молчу. Лишнее беспокойство.
   - Поэтому, ты сказал Рогову, что планируешь создать школу для стихийников? - Спросила Ольга.
   - Точно. - Кивнул Кирилл и улыбнулся. - Мои практики позволяют быстро выводить одарённых в потолок, и это тот плюс который легко продвинет школу в лидеры... в узких кругах, разумеется. А то, что большая часть этих практик относится к эфирным... это же такая мелочь, правда?
   - Зачем тебе, вообще, нужна эта самая личная школа? - Вздохнула Бестужева.
   - Мой отец дал слово твоему, и я это обещание подтвердил. - Развёл руками Николаев. - Когда мы разговаривали на эту тему с Валентином Эдуардовичем в последний раз, и я признался, что не стремлюсь воплотить затею со школой в ближайшее время, он не стал возражать. Ситуацию с цесаревичем он знает не понаслышке. И я благодарен твоему отцу за понимание, но... слово было дано, и обещание должно быть выполнено, рано или поздно так или иначе. Мною или нашими с тобою потомками. Вот только я не хочу вешать на их шеи необходимость каким-то образом договариваться с Рюриковичами, которые непременно выставят свои условия в обмен на конфирмацию. А быть обязанными царской семье, как показывает практика, дело опасное и неприятное. Одним из способов решения этой проблемы, я вижу создание собственной, личной школы. Три поколения одной семьи, владеющие ей, автоматически переведут школу в разряд родовых, со всеми правами и обязанностями, без всякого участия Рюриковичей. И я думаю, нам с тобой будет не так уж сложно воспитать своих детей и внуков так, чтобы они даже не думали отказаться от управления созданной школой, в пользу учеников, не связанных с нашей семьёй кровными узами.
   - Мы ещё даже не обвенчались. - Буркнула покрасневшая Ольга, но больше никаких возражений с её стороны не последовало.
   - Дурное дело нехитрое. - Пожал плечами Кирилл. - Через пару лет организуем.
   - Дурное?! - Вскинулась Оля под согласное бурчание подруг, сверлящих учителя недобрыми взглядами.
   - Так, хорошее дело браком не назовут. - Широко улыбнулся Николаев и... ухнул в открывшееся под ногами "окно", раньше, чем ученицы успели высказать своё "фи".
   Стена коридора содрогнулась от слаженного удара ледяных и огненных игл, щедро сдобренных синими росчерками электроразрядов... но даже не обуглилась.
   Инга, всё это время простоявшая у перехода в соседний блок, гордо улыбнулась. Рунескрипт защиты, разработанный и нанесённый ею под ненавязчивым присмотром Кирилла и родного братца, с лёгкостью поглотил несложные техники учениц.
   - Значит, состязание, да? - Протянула Мила, глядя куда-то в пустоту, когда подруги вдоволь нарычались на сбежавшего от их гнева "мужлана, ни черта не понимающего в настоящей романтике". - Как думаете, он организует его до сдачи экзамена на мастерство, или после?
   - До. Однозначно. - Отрезала сестра.
   - Почему? - Не поняла Мила.
   - Потому что по договору, наше обучение у Кирилла будет завершено сразу после получения статуса мастера Эфира. - Пожала плечами Лина. - А значит...
   - Он не будет иметь легальной возможности вписать нас в состязание. - Завершила за неё Елизавета.
   - Девушки, нам нужен хороший тренер-стихийник. - Заключила Ольга. - Эфир, это конечно, хорошо, выход в потолок ещё лучше, но без серьёзных стихийных техник на арене нас просто размажут.
   - Не торопись. - Елизавета покачала головой. - Думаю, Кирилл прекрасно это понимает, и наверняка уже что-то придумал.
   - Будем надеяться. - Вздохнув, Ольга покосилась в сторону дверного проёма и нахмурилась, заметив мелкую егозу, внимательно осматривающую ничуть не пострадавшую от совместного удара стену и, одновременно что-то набирающую на коммуникаторе. - Инга, а что там делаешь?
   - Вношу результаты осмотра в лабораторный журнал. - Как ни в чём ни бывало, отозвалась девочка.
   - Клуб сумасшедших открывает двери. - Вздохнула Бестужева.
  

Глава 3. Железки и бумажки

   Выкуп пострадавших в бою тактических комплексов, был лишь началом дела. Для приведения машин в идеальное, "заводское" состояние, пришлось раскошелиться на закупку пары совершенно убитых в хлам тактических комплексов того же типа, на разбор. Ну да, зачем тратить время и силы, а значит и деньги, на восстановление развороченного взрывом дешёвого узла, если его легко можно заменить?
   Порадовало, что при покупке "донора" для Лося, нам удалось приобрести не только сам тактический комплекс, но и сервисный стенд к нему, во вполне приличном состоянии. Учитывая, что обычно на площадках ЦС и в склад-магазинах торгуются трофеи, в которые подобные "игрушки" попадают крайне редко, ввиду того, что никто не таскает их с собой на боевые операции, это можно считать самой настоящей удачей.
   Замена растерзанной прямым попаданием ракеты "ходули" ТТК, перетяжка её "мышц", полная переборка узлов, замена пострадавших в бою бронещитов, ремонт боевых манипуляторов и потрошение мозгов Лося, затянулись на добрых две недели, и обошлись в дополнительные четыре тысячи рублей, включая стоимость машины-донора, новых стволов, боеприпасов и покраску ТТК. Но результат того стоил.
   После обкатки Лося на построенном в лесу полигоне, я даже начал почти всерьёз прикидывать возможность оставить машину на базе. А что? Вполне приличная скорость и огневая мощь, да и здешние буераки для шагохода не проблема. Разнообразить ракетное вооружение для работы не только по наземной, но и по летающей технике, и готова мобильная оборонительная платформа, не хуже чем классический "Партизан". Понятное дело, что с маскировкой в этом случае дело будет обстоять хуже, чем у настоящего "Партизана", но ведь нам и не нужно выдавать Лося за какой-нибудь молоковоз. На "пересечёнке" и в лесу, ему хватит и простейшей оптической маскировки, а против внимания сканеров на борту имеется собственная, "родная" СЭП, пусть не очень мощная, но находящаяся в отличном состоянии и, по словам Рогова, почти не использовавшаяся.
   Впрочем, по зрелому размышлению, от идеи вооружить наш отряд "Лосем" пришлось отказаться. Держать на базе такую машину только для защиты, не используя в работе, невыгодно, а таскать с собой, занимая этой бандурой полезную площадь шлюпа, учитывая специфику предполагаемых заказов, бессмысленно.
   Да, Лось хорош в обороне, и толковый оператор вполне может "держать" на нём весьма внушительный периметр, накрывая огнём любого подбирающегося супостата, желающего помешать эвакуации людей и техники, но... во-первых, нам проще прикрыть тот самый периметр мощным "глухим" щитом, благо транспортировка соответствующего блока питания на "Борее" не представляет особых проблем. А во-вторых, в нашей компании, Лосем, увы, банально некому управлять. Команда тяготеет к лёгким комплексам, даже малявка Инга игнорирует этого "паука", но бросает о-очень заинтересованные взгляды в сторону распятых на ремстендах Беовульфов и... я полностью поддерживаю эту тягу учениц, хотя и с ужасом представляю себе момент, когда егоза дорастёт до того, чтобы "оседлать" ЛТК. Лёгкие комплексы подходят нам куда лучше тяжёлых. Они мобильнее, шустрее и не требуют серьёзной выучки, в отличие от того же Лося, управлять которым довольно непросто даже в насквозь мирной обстановке, что уж тут говорить о бое. В то время как ЛТК, по сути, представляют собой латную броню, оснащённую экзоскелетом, и, соответственно, не требуют специфических знаний для управления. Костюм, путь и бронированный, он и есть костюм. А встроенное в него оборудование достаточно просто в освоении и использовании, и не требует много времени для изучения.
   Ну да, есть и минусы, конечно. Например, ЛТК нельзя оснастить действительно тяжёлым наступательным вооружением, какое могут нести их тяжёлые "собратья", но ведь мы и не собираемся серьёзно воевать "на чужой территории, малой кровью", брать крепости, ДОТы или идти во встречный бой с тяжёлой техникой. У нашего отряда совсем иные задачи: прилететь, высадиться, забрать раненых-убитых, упаковать побитые ТК, и быстро слинять. Расчистку места для посадки "Борея", вполне обеспечат его собственные орудия, защиту периметра - разворачиваемый над эвакоплощадкой щит, а за личную оборону членов отряда, отвечают имеющиеся на каждом ЛТК тяжёлые стреломёты. И этого, на мой взгляд, вполне достаточно.
   Использовать Лося для обороны... те же яйца, вид в профиль. Время на обучение, расходы на содержание и... зачем это надо, если у нас есть куда лучшие средства для защиты базы?
   По запросу Ольги, для этой цели я закупил несколько мощных щитов, аналогичных тому, что уже установлен на шлюпе, пару установок залпового огня и четыре автоматических зенитных орудия среднего калибра, в дополнение к уже имеющимся восьми тяжёлым спаркам. Оля же связала всю эту машинерию с системами контроля и наблюдения, получив в результате единый боевой комплекс, управляемый из построенного Северским полусферического зала, где моя невеста решила оборудовать полноценный БИЦ. Да, пока Рогов, при посильной помощи близняшек и Инги, корпел над "Лосем", мы перенесли управление системами обороны и наблюдения в полусферу, поскольку их размещение в одном из жилых модулей на нижней террасе, вызывало у нас с Ольгой натуральный нервный тик.
   Впрочем, на меня в этом плане, больше повлияла стоимость всех этих приобретений. Одна радость, купленные щиты и вооружение отобьются за счёт продажи отремонтированных ТК. С лихвой, если посчитать...
   Полная переборка обоих ЛТК, перетяжка пострадавших в бою частей и замена сдохших узлов с последующей калибровкой, обошлись в три с половиной тысячи рублей, включая стоимость донора. Четыре тысячи стоил ремонт Лося, плюс те же четыре тысячи рублей были отданы за все три машины, "Пардусу". Прошерстив торговые площадки СБТ, где тактические комплексы продаются как любая другая техника, я определил примерную стоимость Лося в пятьдесят тысяч рублей, а обоих Беовульфов в тридцать, то есть, по пятнадцать тысяч за штуку. Таким образом, чистый доход от продажи отремонтированных машин, с учётом их доставки на территорию СБТ, составит порядка шестидесяти восьми тысяч рублей. Жаль, конечно, что не получилось найти подходящие для Беовульфов сервисные стенды, они бы подняли цену этих машин раза в полтора, но и так как есть, тоже неплохо. Приобретённые щиты и вооружение, считая те восемь спарок, что были установлены на базе ранее, обошлись нам всего в тридцать семь тысяч. Итого, тридцать одна тысяча в плюсе. Хороший расклад, теперь нужно только найти покупателя на боевую тройку, и этим, пожалуй, я займусь сам, как, впрочем, и положено "по должности". Да и вообще, незачем отвлекать Жорика от занятий с Ингой. Пусть наслаждается, ха.
   Первым делом, в поисках клиентов я заглянул на инфор ЦС... и был разочарован. Отдавать пятнадцать процентов от общей стоимости комплекса ушлым дядечкам из Центра мне совсем не хотелось, а ведь придётся, если проводить сделку через них. Конечно, есть здесь свои плюсы, но я не считаю, что поиск клиента, вывоз продаваемого имущества на территорию СБТ и сопровождение сделки специалистами Центра, стоят таких денег. А значит, придётся искать покупателя самому. Что ж, инфоры Балкан к моим услугам.
   В результате двухчасовых ползаний по сети, я разместил предложение о продаже скомпонованной боевой тройки, на паре наиболее понравившихся мне зарубежных инфоров, с условием совершения сделки в Сигету-Мармации, приглянувшемся мне своим географическим положением. А что, действительно, удобный городок, туда даже "Борея" гонять не нужно. Проще погрузить тактические комплексы в прицеп спасплатформы, да и перевезти на место, благо сам Сигету-Мармацией находится всего в тридцати километрах от базы.
   Уже к вечеру этого дня, я получил четыре письма от потенциальных покупателей, но ни один меня не устроил. А всё потому, что писали лишь наёмники-одиночки, которые просто не потянут приобретение сразу трёх тактических комплексов. Мне же очень не хотелось разбивать скомпонованную боевую тройку, собственно, именно поэтому, я и размещал объявление о продаже одним лотом. Но как показала практика, это действие не принесло желаемого результата. С другой стороны, выгоду можно получить и здесь.
   Я не стал категорически отказывать наёмникам, но выслал им объяснения своего нежелания разделять готовое подразделение, и выдвинул ответные предложения. Из четырёх несостоявшихся покупателей, откликнулись трое. А один из них даже потрудился выслать список требований к желаемому ТК, и указал примерную сумму, что он готов потратить на покупку "тактического комплекса, восстановленного до заводских кондиций". Как следует прошерстив представленный список в компании с Роговым, и, не обнаружив каких-то проблем с выполнением такого заказа, я взял у клиента таймаут до следующего дня и вновь отправился рыскать по инфорам. И лишь не задолго до полуночи, на одном из склад-магазинов Рахова, я, кажется, сумел найти необходимое "железо". На следующий день, Жорик отправился осматривать возможное приобретение, а по его возвращении, мы вновь связались с покупателем.
   - Восемнадцать тысяч за битый "Аквилон"? Дороговато выходит. - Поморщился наёмник, представившийся Лукашем Млинаржем... Мельником, по-русски.
   - Не битый, а восстановленный до заводских кондиций, с сертификатом о прохождении всех испытаний и тестов. - Поправил я. - Конечно, износ скелета мы не учитываем, но уверяю, он не составит более двадцати-двадцати пяти процентов.
   - А псевдомышцы? - Прищурился Лукаш.
   - Нитинол-шесть или арматол, на ваш выбор. Новьё. - Пожал я плечами. - Учитывая выбранную вами штурмовую комплектацию ТК, я бы посоветовал второй вариант. Арматол лучше держит пиковые нагрузки.
   - Новьё? Перешитое с какого-нибудь ТТК, да? - С нескрываемым скепсисом протянул Мельник.
   - Мы используем только материалы "первой натяжки". Иначе, ни о каких "заводских кондициях" и речи бы не шло. - Мой ответ заставил собеседника на миг замереть.
   - Секунду, вы хотите сказать, что предлагаете к продаже ЛТК с абсолютно новым мышечным каркасом, в полном штурмовом обвесе... за восемнадцать тысяч? Две трети цены нового "Аквилона"?
   - Без сервисного стенда. Именно так. А что вас не устраивает?
   - Не знаю... может, сказочность предложения? - С насмешкой отозвался наёмник.
   - Это называется рекламным ходом. - Улыбнулся я в ответ. - Мы только вышли на рынок и нуждаемся в клиентах. А чем их можно привлечь? Ценой и качеством. Имея возможность проводить качественный ремонт и восстановление техники, мы вполне можем позволить себе не обдирать покупателей как липку.
   - То есть, это счастье ненадолго? - Спросил Лукаш.
   - Посмотрим, как дело пойдёт. - Я пожал плечами. - Но мы отклонились от темы.
   - Да-да. - Задумчиво протянул Мельник. - Полагаю, я готов заключить с вами контракт, но при некоторых условиях. Полная оплата по приемке ТК в колизее Сигету-Мармация. Срок исполнения заказа - три недели, начиная с...
   - Со дня согласования технического задания. - Подхватил я. Чех чуть подумал и кивнул. Вот и славно.
   Ну, с первым заказом, что ли, Гремлины?
  

Глава 4. Замена на поле

   Утро на обширном подворье Стеничей выдалось шумным и... недобрым. Совсем недобрым. Шипение старшей женщины семьи и рык её супруга, периодически, громовыми раскатами колебавший мощный заглушающий купол, уже привычно воздвигнутый Майей при первых намёках на скандал, заставили старшего сына Стеничей - Владимира, фигурально выражаясь, искать пятый угол.
   Майор отряда "Червонные пардусы", точнее, как уведомил сегодня отец, теперь уже бывший майор, матерясь сквозь зубы, словно спившийся портовый амбал, зло огрызался на возмущённые речи родителей, в очередной раз закативших скандал из-за какой-то ерунды... Дожили! Его третируют в собственном доме!
   За месяц, прошедший с момента закрытия крайнего контракта, Владимир проклял всё, и в первую очередь, того малолетку, из-за которого привычный образ жизни наследника известной семьи и главы солидного наёмного отряда, со всеми сопутствующими этому статусу, приятными для самолюбия возможностями, превратился в сплошной поток неприятностей. Порка от отца... это на третьем-то десятке лет жизни! Тяжёлый разговор с матерью, разочарование в глазах родителей и завуалированные, но от этого не менее болезненные насмешки младшего брата, сегодняшний скандал, и всё из-за какого-то мелкого поганца... Мальчишка, юнец неоперившийся, возомнивший о себе чёрт знает что, оказался для Стеничей важнее родного сына!
   Естественно, после первой обструкции, устроенной семьёй, обиженный Владимир и не подумал исполнять распоряжение родителей. Вот ещё! Просить прощения у этого молокососа?! Гордость и упрямство просто не позволяли ему поступить подобным образом... и Владимир пошёл на поводу у своих чувств. Как показало сегодняшнее утро, это было большой ошибкой. Прощай командирская должность.
   К ней он шёл со своего двенадцатого дня рождения, когда отец подарил ему первый боевой ствол. Десять лет. Десять лет адского труда, пота и крови, пролитых на полигонах и в боях, сотни вечеров и ночей за учебниками, картами и наставлениями. Тысячи часов тренировок, переломы, ожоги, растяжения и ушибы. Кровавые мозоли и боль... Зарабатывание авторитета в отряде, одиночные задания, победы и поражения, выполненные контракты и потерянные бойцы. Владимиру было всего двадцать два года, когда отрядные старшины, под началом каждого из которых, он прослужил не меньше года, на чьих глазах он рос, превращаясь из нескладного пятнадцатилетнего мальчишки, в сильного бойца... старшины крикнули Владимира новым командиром, когда отец решил уйти с должности. Михаил Стенич тогда гордо улыбнулся и молча передал старшему сыну баньеру и майорский темляк. Есть повод для гордости, казалось бы? О да, даже ветераны отряда, прошедшие со старшим Стеничем огонь, воду и медные трубы, признали талант и умения молодого командира.
   И вот, четыре года спустя, отец, вспылив из-за какой-то ерунды, снимает его с должности. Не научился ладить с людьми, видите ли! Да, в конце концов, он майор наёмничьего отряда, а не стряпчий! Его дело командовать бойцами, а не обсуждать пункты и параграфы контрактов, особенно, когда в отряде имеется неплохой специалист в этих вопросах. Но разве ж старого осла переубедишь?!
   - Старшины приняли моё решение. С сегодняшнего дня ты поступаешь под начало Павла, будешь учиться административной работе у него, раз уроки матери не пошли тебе впрок. - Рыкнул Михаил Стенич, и Владимир заскрежетал зубами. Павел с позывным "Рыжий", всегда казался ему если не самым бесполезным старшиной в отряде, всё же, кто-то должен и наволочкам с одеялами учёт вести, то уж самым слабым точно. А личную слабость Владимир не переваривал. Органически.
   - Я ж ему кости переломаю. - Выдал он, вспомнив извиняющуюся улыбку, с которой рыжебородый наёмник-ветеран всегда отказывался от спаррингов. Упитанный, среднего роста, любящий выпить, но избегающий, а подчас и откровенно сторонящийся шумных компаний... какой-то серый и незаметный, несмотря на огненно-рыжие волосы, вечно погружённый в свои мысли, почти не отрывающий взгляда от коммуникатора... одним словом: "бумажный старшина". Именно так называли его молодые наёмники, за глаза, конечно, и когда не слышали другие старшины, субординацию-то никто не отменял. Разумеется, сам Владимир, получив майорский темляк, про кличку "забыл", понимая, что толковый каптенармус необходим, тем более, что сам он терпеть не мог заниматься хозяйственными делами отряда, но уважения к Рыжему, это совсем не прибавило.
   - Попробуй. - Прищурившись, неожиданно кивнул отец и, смерив рослого сына долгим изучающим взглядом, усмехнулся в усы. - Только потом не жалуйся.
   Владимир еле слышно хмыкнул, но сказанное запомнил. На всякий случай.
   - Рассчитываешь, что его другие старшины защитят? Ну, так, если он меня допечёт, я мордобой устраивать не буду, в круг его вызову и на госпитальную койку определю. А там и из отряда спишем. - Он решил честно предупредить отца... и был обескуражен реакцией.
   - Да-да, как скажешь. - Помахал ладонью старший Стенич, и глянул колко, недобро. - Твоим первым заданием под началом Павла, станет покупка скомпонованной боевой тройки тактических комплексов. Эльх и два Беовульфа, взамен тем, что ты так бездарно прос... потерял. Где ты отыщешь сыгранное трио, меня не касается. Лимит на покупку - восемьдесят тысяч рублей. Свободен... сын.
   Владимир заскрежетал зубами. Очередной плевок в лицо не стал для него неожиданностью, но и радости, как можно догадаться, не принёс. Ведь отец специально уточнил модели требующихся комплексов, попробуй теперь купить что-то другое и будет, как говаривал тренер, посылая на повтор: "Незачёт, боец. На позицию!". Дьявольщина.
   И ладно бы ещё просто конкретные машины затребовал, можно было бы поискать в "Паутинке" что-то подходящее. Не факт, что повезёт выловить нужные модели сходу, но шанс есть и немалый. Германские тактические комплексы достаточно известны и распространены. А вот "сыгранное трио", это совсем другой коленкор! Три тактических комплекса, связанных в одно подразделение, с тщательно подобранным, дополняющим друг друга вооружением и оборудованием, с настроенными на одну волну "мозгами"... найти такой "комплект" не просто сложно, почти невозможно! Их, вообще-то, в каждом отряде годами под себя настраивают, и продавать такое подразделение никто без серьёзной причины не станет. Эх!
   Михаил проводил удаляющегося сына долгим взглядом и, разочарованно покачав головой, повернулся к возникшей за его плечом супруге.
   - Рано с должности ушёл. - Посетовал он. - Надо было сына ещё лет пять в помощниках продержать, глядишь, и научился бы не только метко стрелять да команды в бою отдавать...
   - Ну, дорогой, ещё не всё потеряно. - Илона погладила мужа по плечу. - Ты же знаешь Павла, он пока нужные знания в ученика не вколотит, не успокоится.
   - Вот-вот. Дурака я свалял, когда пошёл у бойцов на поводу. Гордость разум помутила. - Вздохнул Стенич. - И ведь хотел же ещё тогда Володьку под руку Рыжего отдать, да уж очень рад был, что старшина его на майорство крикнула. Ну как же! Сын в двадцать два года командиром стал. Да не потому, что Стенич, а по уважению и признанию отряда, что может быть лестнее?! А оно, вон чем обернулось. Поторопился.
   - Мы все поторопились. - Фыркнула Илона. - Или ты думаешь, я не была горда за сына? А может старшины считали иначе, и это не они решили, что Владимир дозрел до командирской должности?
   - Предлагаешь, всех обложить матом? - Усмехнулся в ответ Михаил и, глянув за спину жены, подмигнул выходящим из дома Игорю и Майе, до сих пор пребывающих в некотором шоке от решения старшего Стенича о низложении Владимира. Уж больно громко он сообщил об этом факте, так что и не захочешь, а услышишь.
   - Меня, матом? - Вздёрнула тонкую, изящно очерченную бровь Илона.
   - Ну уж совсем солдафоном меня не считай. - Деланно обиделся Михаил и тут же улыбнулся. - Ладно-ладно, ты права. Виноватых так много, что можно считать, будто их вовсе нет. А значит, обвинения и посыпание голов пеплом, отменяются. Но есть ведь и другой вопрос...
   - Кто возглавит отряд. - Договорила женщина, прижимаясь к мужу и одновременно разворачиваясь в его объятиях так, чтобы видеть младшего сына с женой. - Так?
   - Не надо на меня так смотреть. - Почуяв, что запахло жареным, Игорь замотал головой. - Во-первых, я ещё моложе и дурнее брата, во-вторых, меня жена загрызёт, если я ей с майорской должностью изменять буду, а в-третьих, я, вообще, беру отпуск в связи с грядущим пополнением личного состава семьи. Вот!
   - Тц, соскочил. - Со вздохом констатировал Михаил, но тут же почувствовал, как напряглась Илона, и только после этого в полной мере осознал сказанное младшим сыном. - Стоп-стоп-стоп! Ну-ка, повтори!
   - Поздравляю папа, мама. - С широкой улыбкой произнёс Игорь, обнимая краснеющую Майю. - Вы скоро станете дедушкой и бабушкой.
   Старший Стенич ошеломлённо крякнув, мотнул головой и, радостно оскалившись... заткнул уши, по которым ударил восторженный визг жены. Вот ведь... мудрая женщина, но иногда ведёт себя, как сущая девчонка. Впрочем, новость преподнесённая Игорем, её оправдывает.
   Михаил покосился на женщин, уже принявшихся обсуждать "грядущее пополнение" и, со вздохом вынужден был признать, что вопрос командования отрядом вновь повис в воздухе. Старший сын хорош как тактик и сильный боец, но его презрительное отношение к "небоевой" части работы главы отряда, сводит все плюсы на нет. История с "Гремлинами" тому пример. Младший сын... взвешеннее и в чём-то даже взрослее старшего, но у него, во-первых, нет совершенно никакой тяги к майорской должности, а во-вторых, он уже заявил об уходе в отпуск в связи со скорым рождением первенца, на что, по контракту, имеет полное право... То есть, в ближайшие два с половиной года, его вообще дёргать нельзя. А это значит, что отряд потерял не только командира, но и очень неплохого бойца. М-да... Назначить майором кого-то из старшин? Дурная затея. "Червонный пардус" почти триста лет принадлежит Стеничам, майоров с другой фамилией у него никогда не было... и не должно быть. Самому возглавить отряд? Ага, а на собственное место в наёмничьем круге посадить старшенького оболтуса, чтоб всем веселее было.
   Старший Стенич печально вздохнул, взглянул на Игоря с Майей, Илону и... щёлкнул браслетом. Экран развернулся над коммуникатором и, разделившись на шесть квадратов, выдал в каждом изображения старшин отряда. Михаил накрыл себя заглушающим куполом, и только после этого поприветствовал старых друзей.
   Переговоры длились недолго. Уже спустя десять минут, Стенич внимательно читал подписанный старшинами протокол, после чего, заверив его своей подписью, отправил документ на инфоры ЦС и наёмничьего совета. Получив подтверждение о получении протокола, Михаил свернул экран и, сняв купол, довольно ухмыльнулся. Вот так, и овцы сыты и волки целы. И традиции не нарушены, и проблема решена.
   - Дорогой, а чем это ты так доволен? - Манипуляции старшего Стенича с защитой от прослушивания и коммуникатором, явно не прошли мимо внимания жены. Да и сын с невесткой посматривали с любопытством.
   - Я решил вопрос с майором отряда. - Отыскав в кармане трубку и кисет с табаком, произнёс Михаил.
   - И кто же им станет? - Спросила Илона.
   - Уже стала... ты. - Усмехнулся Стенич, пересылая жене заверенный протокол. И тишина. Хорошо.
  

Глава 5. Новости без горестей

   Утренняя тренировка осталась позади, и после обеда близняшки, по сложившейся традиции вновь заступили на парное, двенадцатичасовое дежурство, на этот раз, для разнообразия, без "Визелей". Их забрали Елизавета с Марией, и отправились на полигон, оттачивать свои умения по управлению тактическими комплексами. Я же отправился в отведённый под кабинет, жилой модуль, чтобы разобраться с некоторыми документами и принять у Инги очередной экзамен по рунике, математике и немецкому языку. Её успехи по остальным предметам, вроде литературы и русского, истории и географии, Громовы проверили ещё вчера. Химию и биологию взяла на себя Елизавета, экзамены по логике и риторике завтра будет принимать Маша, а Ольге с Жориком достались физика, геометрия, этикет и... испанский язык. Да, я был весьма удивлён, когда узнал, что моя невеста говорит на языке Сервантеса, не хуже самого дона Мигеля. Но экзаменовку по последним четырём предметам пришлось немного отложить, поскольку на наших штатных техников свалилось слишком много работы по профилю. Тут и наш первый заказ, и необходимость "вправить мозги" четырём "Визелям", ради приобретения которых, пришлось гонять "Борей" аж в Дебрецен.
   Эта покупка ощутимо ударила по кошельку, даже несмотря на то, что приобретая эти ТК, я отказался от комплектования их сервисными стендами, решив, что нам хватит и тех двух, что имеются в нашем распоряжении на базе. Впрочем, на самом деле, с деньгами всё обстоит не так уж плохо. Георгий обещал закончить работу над "Аквилоном" в ближайшие два дня, а там сдадим его клиенту и пополним копилку отряда. Да и Лось с Беовульфами, до сих пор висящие в списках продаваемых лотов, тоже рано или поздно должны "выстрелить". Кроме того, буквально позавчера Громов и Посадская внесли плату за обучение близняшек и Елизаветы на открытый в одном из банков всё того же Дебрецена, анонимный счёт, а значит, даже если отрядная казна покажет дно, без денег мы не останемся. Хотя, конечно, этот вариант на крайний случай.
   От размышлений о насущном, а заодно и от проверки письменной работы Инги, меня оторвало сообщение, поступившее на майорскую учётную запись, доступ к которой Рогов открыл для меня сам, без всяких просьб или намёков. Ну да, всё равно всем документооборотом отряда "Гремлины", как и заключением договоров и контрактов, занимаюсь именно я. Сам же Жорик, несмотря на майорский темляк, по-прежнему предпочитает пропадать в рембоксе... Но это ненадолго, ручаюсь, я ещё сделаю из Рогова толкового руководителя. Тем более, что сам он, хоть и не испытывает особой тяги к начальственному креслу, учится премудростям управления с полной самоотдачей. Что не может не радовать, ведь именно на его плечи я планирую спихнуть руководство всей технической частью базы, включая и специалистов, что должны появиться здесь зимой.
   - Доброго дня, Кирилл. - Появившиеся на экране коммуникатора, лицо Бестужева расплылось в довольной улыбке.
   - И вам не хворать, Валентин Эдуардович. - Откликнулся я. - Рад вас видеть.
   - Взаимно. - Кивнул Бестужев. - Как там Ольга, как ученицы?
   - Живы-здоровы, работают на благо общества. - Усмехнулся я в ответ. - Но ведь, вы вроде бы общались с дочерью не далее, как два дня назад?
   - Так, может я соскучился. - Бестужев откинулся на спинку кресла, и то жалобно скрипнуло. Да, кажется, Раиса продолжает закармливать своего мужа, раньше это произведение интерьерного искусства так не жаловалось на своего хозяина.
   - Верю, но тогда вы бы связались с ней, а не со мной, не так ли?
   - Что ж, не могу не признать, ты прав. Я звоню тебе по делу. Точнее, хочу поделиться кое-какими новостями. - Протянул боярин. И предвкушающие, довольные нотки в его голосе заставили меня насторожиться.
   - Внимательно слушаю, Валентин Эдуардович. - Отозвался я.
   - Помнишь некое письмо, что мы рассылали моим знакомым служилым по поводу попытки похищения их родственниц? - Прищурился Бестужев.
   - Ещё бы. - В отличие от боярина, меня это воспоминание совсем не порадовало.
   - Они всё сделали.
   - Как? Что? - Не понял я. В ответ, мой собеседник сокрушённо покачал головой.
   - Совсем ты отстал от жизни в своей глуши. - Сообщил он и усмехнулся. - Почитай новостные инфоры. Проведи поиск по известным тебе трём фамилиям.
   - Валентин Эдуардович, не тяните! - Попросил я.
   - Эх, не даёшь мне насладиться моментом... - Вздохнул тот и, заметив мой взгляд, махнул рукой. - Ладно уж. Если помнишь, мы рассчитывали раскачать ситуацию и обрушить репутацию трёх не упоминаемых здесь человек и их родов... наши респонденты так же поучаствовали в этом процессе, а знакомых в европах у них ой как немало. Как результат, два из трёх родов, ныне полные банкроты и политические трупы.
   - Надолго ли? - Фыркнул я.
   - Полагаю, навсегда. - Развёл руками Бестужев. - Ты же сам понимаешь, в высшем свете, как нигде больше, полагаются на правило: "падающего толкни". Можно вести войну с двумя-тремя, даже пятью родами, но когда противников становится больше, и ты уже не знаешь откуда ждать удара... процесс полностью теряет всякое управление, и уже не просчитывается никакими аналитиками и вычислителями. Как видишь, этим двум хватило полугода, чтобы даже непричастные увидели и осознали их слабость... и присоединились к травле, пусть и в надежде урвать кусок для себя, а не ради восстановления справделивости и мести, о которой они вовсе не в курсе. Ручаюсь, обе эти фамилии будут "утоплены" окончательно, ещё до рождества.
   - А третий?
   - Третий род был вырезан под корень неизвестными, буквально вчера. Скотланд Ярд предполагает участие в этом действе, как минимум, пяти стихийников, уровнем не ниже "экселенц".
   - Это кто ж такой резкий-то? - Удивился я.
   - Ходят слухи, что шотландские эрлы очень не любят всех англичан скопом и род Говардов в частности, ещё со времён вторжения Томаса Говарда, второго герцога Норфолка и графа Суррея на их земли. Обиды эти сумасшедшие горцы помнят, оказывается, просто-таки, неприлично долго.
   - М-да уж. - Я почесал затылок. - Запутанная история.
   - А я о чём! - Откровенно рассмеялся Бестужев. - И заметь, ни одного намёка на "русский след".
   Дальнейший наш разговор свёлся к обмену новостями и моему короткому рассказу о том, как обстоят дела в отряде. Интерес будущего тестя к ним был вполне понятен. Как и все родители, он хотел быть уверен, что его дочь в полном порядке, а её жених и по совместительству учитель не планирует устраивать кровавые эскапады с её участием. Собственно, в данном случае, Бестужев интересовался происходящим не только от своего имени, но и от имени Громовых, Посадских и Вербицких, в чём он честно признался сам.
   Ну да, родственники остальных учениц знали, кому "делегировать полномочия". У моего будущего тестя есть возможность получить несколько больше информации о происходящем в отряде, чем у них, по нескольким довольно веским причинам. Первая: мы будущие родственники; вторая: мы компаньоны по общему делу. Пусть идея "ателье ТК", как, собственно, и её воплощение принадлежит Ольге и мне, но моя невеста в этом деле, фактически, представляет свой род. Ну и третья причина: будущая школа Николаевых и Бестужевых. По отдельности, эти факты не настолько значимы, чтобы я вовсю откровенничал с Бестужевым, но если учитывать их все вместе... да, Валентин Эдуардович вправе рассчитывать на несколько большую откровенность с моей стороны, чем Громовы или, тем более, Посадские. С Вербицкими чуть сложнее, но и им, даже с учётом взаимных обязательств, принятых мною и Анатолием Семёновичем, я бы не рассказал столько, сколько поведал Бестужеву о делах отряда "Гремлины" и наших планах.
   - Я рад, Кирилл. - Честно признался боярин, когда я закончил свой небольшой рассказ. - Честно говоря, у нас у всех были некоторые опасения, что оказавшись так далеко от дома, да после всех событий последнего года, девчонки возомнят себя великими воинами и рванут на подвиги в СБТ, и ты не сможешь их удержать. Нет-нет, не прими это как сомнение в твоих силах. Просто согласись, красивые девушки обладают просто-таки волшебной способностью вить верёвки из любой половозрелой мужской особи. А наших дочерей уродинами не назовёшь.
   - Хотел бы я взглянуть на такого идиота. - Рассмеялся я. - Сожгут, утопят, закопают, а потом скажут что так и было и, вообще, ничего и никого здесь не было.
   - Точно. - Вслед за мной развеселился Бестужев, но уже через секунду хлопнул себя ладонью по лицу и неразборчиво выругался. - Вот же... склероз проклятый!
   - Что-то случилось? - Спросил я.
   - Да нет, просто за нашей беседой я совсем забыл о второй новости. Одну секунду... - Бестужев отвёл взгляд куда-то в сторону, пальцы пробежались по невидимой клавиатуре, а в следующий миг мой коммуникатор пискнул, сообщая о полученном сообщении.
   - Что это? - Спросил я боярина.
   - Здесь отчёт о завершении работ в московском представительстве вашего "ателье" и кое-какая информация от Капитолины Рюминой. И то и другое я получил сегодня. Думаю и тебе и Ольге это будет интересно.
   - Ну, уж Ольге точно. - Улыбнулся я. - Она столько сил вложила в этот проект. Ох и писков же сегодня будет! Хм... Валентин Эдуардович?
   - Да, Кирилл?
   - Это же значит, что скоро грядёт открытие ателье, правильно? А на открытии должны присутствовать хозяева. - Протянул я. Бестужев развёл руками, мол, а как иначе-то?
   - В принципе, вас никто не торопит с открытием, - протянул боярин, и я так и почувствовал недосказанное "но" в его интонациях. И не ошибся. - Но я бы советовал провести церемонию до конца ноября, пока Двор не перебрался в Новгород.
   - Вот не было печали. - Вздохнул я.
   - А что такого? - Не понял мой собеседник.
   - Времени мало. - Честно ответил я. - Уж середина октября, а значит, у нас есть меньше полутора месяцев на сборку хотя бы пары-тройки образцов, которые можно было бы продемонстрировать на открытии.
   - Тогда, можно отложить его до марта следующего года. - Задумчиво покивав, предложил Бестужев и пояснил. - Проводить церемонию зимой нецелесообразно, на мой взгляд. Основной интерес к спорт-ТК, как мне кажется, будут проявлять, в основном, дети бояр, а зимой их в Москве будет немного.
   - Скорее всего, так мы и поступим. - Подумав, кивнул я. - Но это пока только моё предположение. Сначала надо посоветоваться с Ольгой, а там решим.
   - Спасибо, Кирилл. - Неожиданно произнёс Бестужев, а на мой вопросительный взгляд, усмехнувшись, ответил. - За то, что не стал загонять мою дочь в "Домострой", после той её выходки.
  

Глава 6. Богатым будешь...

   Поговорить с Ольгой о новостях из "большого мира" и прочитать присланный её отцом доклад и письмо Рюминой, удалось только вечером, когда мы заступили на дежурство. Невеста была довольна, но радовалась известиям довольно вяло, сказался долгий и нелёгкий рабочий день. А потому, моим волевым решением, обсуждение и принятие решения о времени открытии представительства и некоторых сопутствующих ему вещах, было отложено на утро. Ольгу же, невзирая на её сопротивление, я объявил "подвахтенной" и отправил отдыхать на ближайшие шесть часов... как минимум. В конце концов, за показаниями сети наблюдения, я могу и сам последить, а если что, врубить тревогу, разбудить напарницу и засунуть её в "Визель", будет делом одной минуты. Оля чуть побрыкалась для проформы, но уступила моей настойчивости, зарылась в огромный плед на тахте, и уже через минуту сладко засопела. М-да, совсем они с Роговым загоняли друг друга. Что ж, спокойной ночи и приятных ей снов.
   Ночь, как и ожидалось, прошла спокойно и без приключений. Правда, проснувшаяся невеста пожелала устроить мне разнос за то, что я предательски не разбудил её, как обещал, через шесть часов, но была зацелована, медленно и с наслаждением выкупана и накормлена завтраком, после чего все претензии исчезли, будто их и не было.
   - Одного не понимаю. Ты вчера целый день работал, ночью дежурил, а утром... - Оля, запнувшись, бросила короткий взгляд по сторонам и, не увидев поблизости мелкой егозы или своих подружек, договорила, на всякий случай, сбавив тон, - а утром устроил форменный разврат в душе. И сейчас, совсем не выглядишь усталым. Как так?
   М-м... вот ведь нашла время. Да, к чёрту! Не до того сейчас, потом объясню.
   - Тебе не понравилось? - Я постарался изобразить печаль. Очень постарался, но мне не поверили.
   - Кирилл. - Ольга хлопнула по моей ладони, скользнувшей по её пока ещё прикрытому банным халатом бедру. - Я не... я не о том! Да перестань же ты... ну, Кирилл! О-ох...
   Продолжение "разврата" прервал резкий стук в дверь нашего кубрика.
   - Вот ведь, не дают спокойно лекцию прочитать. - Проворчал я, скатываясь с кровати. Ольга фыркнула и, поправив сбившийся халат, продефилировала мимо меня к двери.
   - Инга? Доброе утро. - Произнесла она, обнаружив на пороге мелкую егозу.
   - Доброе-доброе. - Покивала девчонка, обвела взглядом комнату и, потянув носом воздух, ехидно ухмыльнулась. - Наши уже все в сборе, ждут начала летучки. Так что, вы бы поторопились, а?
   - Спасибо, милое дитя. - Протянул я и, бросив взгляд сначала на невесту, а потом на разворошенную постель, тяжело вздохнул. - Сочувствую твоему горю.
   - Это какому? - Напряглась только что улыбавшаяся девочка.
   - Необходимости пересдачи экзаменов, конечно. - Откликнулся я. Инга резко побледнела и... испарилась. Если бы не знал, что у неё отсутствует Дар, решил бы, что передо мной был самый молодой в мире гранд. Словно "окном" ушла, без шума и пыли. Миг, и пропала.
   - Тц, даже не спросила, каких именно. - Покачал я головой.
   - У неё проблемы по твоим предметам? - Поинтересовалась Оля. Я перевёл на неё недоумённый взгляд.
   - Пока нет, вроде бы, а что?
   - А о какой пересдаче, ты говорил? - Не поняла невеста.
   - Ты думаешь, в её будущем вообще не будет проваленных испытаний? - "Изумился" я. - Что ж, я рад, что ты так высоко оцениваешь таланты нашей маленькой ученицы, но вынужден тебя разочаровать. Так не бывает, и в жизни её ждёт пересдача не одного зачёта или экзамена.
   - Издеваешься. - Вздохнула Ольга.
   - Не больше, чем она над нами. Ведь специально под дверью момент выжидала, обломщица мелкая. Дождалась, так пусть теперь не жалуется. - Развёл я руками.
   - То есть, ты знал, что она там стоит, и всё равно начал ко мне приставать, так? - Ольга прищурилась. Однако, косяк.
   - Ну, положим, так.
   - Стыда у тебя нет, Кир! - Ольга обожгла меня суровым взглядом.
   - Что естественно, то не безобразно. - Буркнул я в ответ. - И вообще, я рассчитывал, что услышав твои охи-ахи, она смутится, покраснеет и сбежит. Не получилось. Вывод?
   - К-какой ещё вывод? - Изумилась невеста.
   - Простой. Стыда нет не только у меня, но и у Инги. - Ответил я и с печалью в голосе договорил, под показавшийся мне немного истеричным, смешок Оли, - эх, совсем распустилась молодёжь.
   Очередная летучка прошла без запинок и неувязок, что неудивительно. Все присутствующие знают свой "манёвр", затыки и проблемы по имеющимся делам и планам, отсутствуют. А если что и есть, то это лишь рабочие моменты, не требующие каких-то особых усилий, для их разрешения. Так что, надолго наше заседание не затянулось, и мы с Ольгой, в оставшееся до очередной тренировки время, смогли толково обсудить вчерашние новости и определиться со временем открытия представительства.
   - Думаю, отец прав. - Задумчиво протянула Ольга, посматривая на экран коммуникатора с развёрнутым перечнем дел и планов по ателье. - Открывать представительство нужно либо до отъезда царского двора в Новгород, либо по его возвращению. Проводить церемонию зимой - бессмысленно.
   - Согласен. И я склоняюсь ко второму варианту. Меньше спешки, больше времени, чтобы уладить любые возможные косяки, а такие обязательно всплывут во время подготовки. - Кивнул я.
   - Да и работать над первыми моделями, что мы представим на открытии, лучше без авралов. Вдумчиво и не торопясь. - Подхватила Оля. - К тому же, к весне у нас уже должен быть набран штат, если, конечно, Георгий справится с вербовкой. А это значит, что мы сразу сможем взять хороший темп производства.
   - Если будут заказы. - Я постарался чуть пригасить энтузиазм невесты. - Да и с набором штата... сможет Рогов набрать людей или нет, это ещё вилами на воде писано.
   - Нет, Кирилл. - Покачала головой Ольга. - Даже если Жорик не справится с вербовкой, людей нам всё равно нужно будет найти. Обязательно. Тянуть вдвоём с ним производство гражданских машин и ремонт наёмничьих одновременно, мы не сможем. Пусть сборка и натяжка спорт-ТК, не так сложна, как восстановление "убитых" боевых комплексов, но она тоже требует времени и внимания. Посмотри, даже сейчас, когда у нас нагрузка совсем невелика, мы потратили почти месяц на ремонт одного "Аквилона". Да, его пришлось восстанавливать почти с нуля, но сам факт! А если учесть будущие заказы ателье...
   - Хм, один спорт-ТК, без особых условий заказчика, можно собрать и настроить для работы за неделю, разве не так? - Уточнил я.
   - Это гражданская модель, конструктор для сборки. Скрутил скелет, натянул мышцы, установил ПО и готово. А я говорю о восстановлении и ремонте боевых машин. Их недостаточно сунуть в стенд на перетяжку и тиснуть в "голову" РСУ, там на одну подгонку и тестирование узлов уйдёт от недели до двух... при нынешнем количестве техников. В общем, я считаю, что для нормальной работы и ателье и рембазы, нам нужно, как минимум, человек пять, помимо меня и Георгия, иначе утонем в заказах, даже если будем получать по паре контрактов в месяц. - Жёстко припечатала Ольга.
   - Что ж, тогда так и решим. Церемонию открытия откладываем на весну. В декабре я отправлю Жорика в Москву на недельку, пусть пошарится по училищу и разыщет подходящих людей. "Борей", тем временем, доставит необходимые комплектующие от Рюминых, и ты потихоньку начнёшь сборку спортивных моделей для презентации. А до того времени, будем заниматься исключительно текущим ремонтом боевых машин. Согласна?
   - Абсолютно. - Кивнула Оля и, чмокнув меня в щёку, поднялась с лавки. Потянулась, смерила меня долгим взглядом и... обломала. - Нам на тренировку не пора, учитель?
  

* * *

   Павел "Рыжий" взглянул на своего недовольного подчинённого и, вставив протянутый Владимиром кристалл памяти в зев приёмника, с тяжёлым вздохом развернул экран вычислителя.
   - Значит, не нашёл? - Задал он риторический вопрос. Бывший командир, в ответ, только покачал головой. - Понятно. Что ж, посмотрим-посмотрим.
   Пальцы старшины забегали по невидимой собеседнику клавиатуре и окно поисковика на экране начало быстро заполняться адресами исключаемых адресов, взятых с кристалла. Миг, другой и вычислитель выдал несколько инфоров, в базах данных которых встречалось упоминание нужных тактических комплексов. Понятное дело, в большинстве своём, каждый ТК шёл отдельным лотом, но... кто ищет, тот всегда найдёт.
   - Плохо искал, значит. - Нейтральным тоном заметил Павел, глядя на результат работы поисковой системы. - Я вижу, как минимум, четыре подходящих варианта, исключая продажу отдельных машин.
   - Где? - Взвился Владимир. Старшина вздохнул и, несколько раз ткнув пальцем в строки на экране, крутанул открытой ладонью. Повинуясь его жесту, вычислитель развернул изображение к собеседнику, и тот увидел четыре выделенных алой каймой лота.
   - Два из них - битые. Третий в архиве. А вот четвёртый... то что надо. - Лениво произнёс Рыжий и, вновь ткнув пальцем в последний лот, развернул его описание.
   - Но это же восстановленные машины. - Нахмурился Владимир.
   - И что? - Приподнял бровь Рыжий и, отхлебнув из фляги, указал на один из пунктов описания. - Читай. Стопроцентная работоспособность. Гарантия - три года. Тестирование на лицензионных стендах включено в стоимость. Это профессионально восстановленная тройка, а не уродец из местных мастерских. А кроме того, у тебя что, есть другие варианты?
   - Нет. - Признал Владимир.
   - То-то же. - Наставительно воздев палец к потолку, проговорил Рыжий, и усмехнулся. - В общем, так. Вот тебе номер коммуникатора продавца. Узнавай цену, договаривайся о тестировании и вперёд, за покупкой.
   - Есть. - Буркнул подчинённый и собрался покинуть комнату старшины, когда тот его тормознул.
   - Закончишь с этим делом, проверь свою учётку. - Проговорил он. - Я скину тебе нормальные поисковые программы, установишь их на своём вычислителе. Иначе, нормальной работы не получится.
   - Спасибо. - Выдавил из себя Владимир, покидая кабинет Павла.
   Оказавшись в знакомом кабаке, куда он зашел пообедать после нудного разговора со старшиной, Владимир устроился за любимым столом и, сделав заказ моментально подлетевшему официанту, покосился на свой коммуникатор. Вздохнул... и решительно набрал нужный номер.
   Логотип, изображающий мультяшного зеленошкурого и большеголового чудика с крючковатым носом, ушами-лопухами и серебристым ирокезом, сжимающего в руках непропорционально огромный гаечный ключ, исчез, и на экране появился молодой человек, фон за спиной которого, был размыт до полной нечитаемости...
   - Отряд "Гремлины", приветствую. - Ровным тоном проговорил юноша, холодно глядя на Владимира.
   - Ты?! - Прохрипел Стенич...
  

Глава 7. Встречи разные бывают

   Девяносто семь тысяч. На одну тысячу больше, чем стоил шлюп. Правда, торговаться со Стеничем-младшим пришлось куда дольше, чем с Посадскими. Уж очень прижимист оказался Владимир Михайлович... даже не смотря на его состояние тотального изумления. Впрочем, надо отдать должное разжалованному майору, справился он с собой довольно быстро. Но если бы не помощь "за кадром", думаю, мне удалось бы выжать из него все сто тысяч. Эх...
   - О чём задумался, Кир? - Спросила Вербицкая, устраиваясь за столом напротив меня.
   - Да вот думаю, не накрутил ли я себя, после неудавшегося разговора со Стеничами. - Вздохнул я.
   - Расскажи. - Маша уложила салфетку и, аккуратно расправив складки, сняла крышку со стоящего перед нами блюда. Аромат мясного рагу поплыл по столовой.
   - Ну, саму ситуацию ты помнишь. - Проговорил я, бросив на свою тарелку пару ложек картофельного пюре. - Я, тогда, грешным делом, подумал, что старший Стенич решил таким хамским образом отказать мне от дома или устроить "проверку на вшивость", что, в принципе, не сильно отличается от первого варианта.
   - Да, это было крайне невежливо со стороны хозяев дома. - Кивнула Мария, одновременно накладывая рагу устроившейся рядом с ней Инге. - Мелкая, не крутись! Иначе Ольга тебе испытание по этикету не зачтёт. Извини, Кирилл. Продолжай, пожалуйста.
   - Хм, так вот... Не далее как полчаса назад, я имел удовольствие пообщаться с Владимиром Стеничем, и заметил одну интересную деталь, - я прервался на секунду, чтобы передать Елизавете соусник, - у моего визави отсутствовала нашивка майора. Вместо неё были только две лычки старшего бойца.
   - Не показатель. - Покачала головой Вербицкая. - Он мог быть в чужой рубахе или в своей, но старой.
   - Как вариант. - Согласился я. - Но прочитав подпись под предварительным договором, я убедился, что это не случайность. Как ни странно, но из заключённого нами документа, следует, что нынешним майором отряда "Червонный Пардус" является некий или, точнее, некая И. Стенич.
   - Договор? - Встрепенулся Рогов, до этого увлечённо уничтожавший всё съедобное в пределах досягаемости, и не обращавший никакого внимания на ведущиеся за столом беседы.
   - То есть, у отряда сменился командир? - Одновременно с Жориком отреагировала Оля.
   - Именно так. И из всей компании Стеничей, я знаю только одного человека с соответствующим именем, это Илона, супруга главы семьи. - Ответил я невесте и усмехнулся, заметив, как ёрзает на стуле Рогов. - Кажется, уроки этикета нужны не только Инге, а?
   - Атаман! - Жорик попытался спрятать смущение за громким возгласом.
   - Ладно-ладно. Живи уж. - Махнула рукой Оля и, обернувшись ко мне протянула, - так что там с договором?
   - С договором всё замечательно. - Улыбнулся я в ответ. - Если покупателя устроит качество, и машины пройдут квалификационный тест, то мы получим за них девяносто семь тысяч рублей.
   - Это... это на добрых двадцать тысяч больше, чем мы рассчитывали. - Моментально подсчитала Ольга.
   - Восемьдесят пять тысяч чистого дохода. - Подтвердил я. - И я надеюсь, что уже сегодня мы пополним нашу кубышку ещё на восемнадцать тысяч рублей.
   - "Аквилон". - Понимающе кивнула Ольга. - Сегодня повезёте?
   - Да. В семь вечера нас будут ждать у колизея в Сигету-Мармации. - Повернулся я к нашему майору.
   - Слышу-слышу. - Отозвался тот, продолжая наворачивать рагу так, будто неделю не ел. - ЛТК уже в прицепе спасплатформы, полностью подготовлен к транспортировке.
   - Можешь вытаскивать его оттуда. - Фыркнул я. - Боевую тройку принимать тоже будут сегодня и там же. Так что, сначала надо разместить в прицепе Лося, а уж потом утрамбовывать туда ЛТК.
   - Не поместятся. Эльх - машина объёмистая. - Прекратив жевать и что-то мысленно прикинув, Жорик покачал головой. - "Аквилон" ещё кое-как приткнуть можно, а вот остальные в прицеп просто не влезут.
   - Запихнёшь Беовульфов в карманы для "Визелей", они, всё равно, будут на нас с Ольгой. - Ответил я и, опомнившись, хлопнул себя ладонью по лбу. Обернулся к невесте и повинился. - Боярышня, прости убогого, совсем я зарапортовался. Милая, составишь мне компанию в прогулке до соседнего городка?
   - Свидание в ЛТК, это так... романтично. - Пискнула Инга. Язва.
   - Как же можно отказаться от такого заманчивого предложения? - Развела руками Оля, пряча предательски изгибающую уголки губ, улыбку. - Вечер, горы... ТК и горящие мишени. Ну, как я могу устоять?
   По столовой прокатился искренний смех, и только со стороны Милы с Линой полыхнуло недовольством, впрочем, довольно споро задавленным.
   - Кстати, Кирилл, а как ты собираешься пересечь границу? - Осведомилась Лина.
   - Незаметно. - Улыбнулся я в ответ, но всё же, пояснил, - примерно так же, как наша спасплатформа каталась по Москве-реке. Помните?
   - А это не опасно? - Нахмурилась Мила. - Тогда, помнится...
   - Ерунда. - Перебил я. - Я же не собираюсь в этот раз прятать машину со всеми её пассажирами. У Ольги с Жориком документы в полном порядке, они поедут открыто, а я высажусь со спасплатформы в Солотвино, и тихонько доберусь до арены своим ходом. Ничего сложного или выматывающего, уж можете мне поверить.
   Успокоив явно не обрадовавшихся неприятным воспоминаниям учениц, я собрал грязную посуду и потащил её в мойку. Атаман не атаман, а дежурство по камбузу никто не отменял. Пока, по крайней мере.
   Перебраться через границу оказалось проще простого. Всё же, это не фильтр-линия, отделяющая Червонорусское воеводство от основной части страны. Вот там, да, пограничный контроль очень жёсткий, правда, большей частью для людей покидающих воеводство. Здесь же... пара блок-постов, да редкие, разбросанные вдоль реки наблюдательные пункты. Впрочем, удивляться нечему. Охрана границы с сопредельными государствами, в воеводстве, по большей части, возлагается на местных вотчинников, чьи владения примыкают к землям СБТ.
   Скрыться под отводом глаз, миновать блок-пост, пройти прогулочным шагом через мост, проскользнуть под шлагбаумом румынского поста, и вот я уже на сопредельной территории. Честно говоря, если бы не КПП по обе стороны моста, я бы и не понял, что оказался в другой стране. Сигету-Мармацией, архитектурой мало отличался от соседа за рекой. Те же неширокие, прихотливо изгибающиеся, чаще всего мощёные брусчаткой улицы, и выстроившиеся вдоль них сплошными стенами дома с высокими скатами крыш... разве что барочных зданий несколько больше, чем по ту сторону Тисы, да церкви не блестят золотом куполов. Вместо них, в небо возносятся шпили костёла и реформатской церкви, а сам город просто утопает в осеннем разноцветье. Были бы здесь фахверковые здания, решил бы, что нахожусь где-то в Швейцарии или Германии.
   Арена, или как её принято здесь называть, колизей расположился на окраине городка и... он меня разочаровал. Наверное, подсознательно, услышав это название, я рассчитывал увидеть наследие римлян, а оказался перед невзрачным новостроем. Да, арену в Сигету-Мармации возвели не более полувека назад, хотя, возможно, стоит она на месте более старого сооружения. Как бы то ни было, ни о каких архитектурных изысках, здесь и речь не идёт. Массивное овальное строение из железобетона, грубое и функциональное, явно не предназначенное для спортивных игр... если только для очень специфических, наёмничьих состязаний. Впрочем, стоило ли ожидать иного?
   Отыскать спасплатформу труда не составило. К тому моменту, когда я добрался до колизея, Рогов, под присмотром Ольги, только-только начал снимать крепёж с зафиксированных в прицепе Лося и Аквилона. Никакого интереса со стороны окружающих к разгрузке тактических комплексов, я не заметил, хотя народу вокруг было немало. Но это не удивительно, как минимум, половина снующих вокруг личностей была упакована в ЛТК, а у арочного входа в колизей я заметил и несколько тяжёлых комплексов. Так что, на общем фоне, мы со своей техникой и "нарядами", не особо-то и выделялись.
   Оглядевшись по сторонам, я активировал экран браслета и отослал сообщение о нашем прибытии на вычислитель администратора арены. Надо отдать должное здешнему сервису, Георгий только закончил возиться с крепежом комплексов, как рядом с нами нарисовался ярко-жёлтый кар с гидроподъёмником, оператор которого ловко перегрузил Лося на грузовую площадку, а следом за ним отправились и ЛТК, сначала Аквилон, а за ним вытащенные из "карманов" спасплатформы Беовульфы. И пяти минут не прошло.
   - Добрый вечер. Вы заказали испытательный стенд на шесть часов, он готов. - Подошедший вслед за оператором кара, представитель арены безошибочно заговорил с нами на русском, безупречном русском, без малейшего акцента и тонировки. Словно мы не в одном из пограничных городков СБТ, а где-нибудь в Твери.
   - Добрый вечер. - Отозвался Георгий, ревностно посматривая в сторону оператора, крепящего технику на платформе. - Наши контрагенты прибыли?
   - Да. Господин Млинарж уже дожидается вас в переговорной. Пройдёмте? - Администратор махнул рукой в сторону арки и мы, переглянувшись, дружно кивнули. Уже на ходу, заметив взгляд Жорика, наш проводник его успокоил. - Не волнуйтесь, технику доставят на стенды в течение пяти-семи минут.
   - Сначала, Аквилон. Эльх и Беовульфы могут подождать. - Заметил Рогов и представитель арены, понимающе кивнув, отдал соответствующее указание через коммуникатор.
   Млинарж-Мельник не захотел дожидаться результатов проверки работоспособности тактического комплекса в переговорной, и представители арены позволили нам перебраться в технический блок. Увидев универсальный испытательный стенд, Рогов с Ольгой печально вздохнули, а я понял, что мои мечты набить кошелёк, беспочвенны. Эти фанаты железа с меня не слезут, пока не добьются покупки подобной игрушки.
   Через полчаса техники колизея предоставили нам итоговую сводку испытаний Аквилона, а следом за ней, выдали квалификационный сертификат. Лукаш был доволен, как слон. Даже необходимость расстаться с весьма внушительной суммой не стёрла улыбки с его лица. Коммуникаторы дружно звякнули, сообщая о транзакции. Распрощавшись, Лукаш тут же удалился на арену обкатывать обновку, а мы, проследив за установкой на стенд Лося, отправились обратно в переговорную, на встречу с "Червонным пардусом".
   На этот раз, обошлось без участия Владимира. Вместо него, на встречу явилась его мать, в сопровождении полноватого, можно сказать, рыхлого, рыжего наёмника со скучающим взглядом.
   - Здравствуйте, Илона. - Шагнув через порог комнаты, проговорил я.
   - Добрый вечер, Кирилл. - Майор отряда Стеничей поднялась нам на встречу и, окинув меня и Ольгу оценивающим взглядом, чему-то кивнула. - Представишь своих спутников?
   - Нет ничего проще. - Я повёл рукой, указывая на Рогова. - Знакомьтесь, майор отряда "Гремлины", Георгий... "Весло", а это, Ольга, наш начальник технической части.
   - Ольга... - Стенич сделала паузу, словно дожидаясь, что я договорю. А оно мне надо?
   - У неё пока нет прозвища. - Развёл я руками и обернулся к своим спутникам. - Друзья, позвольте представить вам майора одного из старейших отрядов воеводства, Илону Стенич, позывной "Ведьма".
   - Приятно познакомиться, господа. - Голос Илоны чуть похолодел, а сама она едва заметно скривилась. Не любит своё старое прозвище? Запомним. - Предлагаю, сразу перейти к делу...
  

Глава 8. Монетка к монетке

   Вопреки моим ожиданиям, встреча прошла как по маслу. Более того, когда Илона, выслушав своих пилотов, протестировавших представленные нами тактические комплексы на арене, подписала контракт и переслала обещанную сумму на счёт отряда, у нас с ней состоялась короткий, но весьма информативный разговор, в ходе которого, женщина смогла меня убедить, что случившееся в доме Стеничей, во время моего последнего визита, было не более чем недоразумением. Действительно, убедила. Хотя, к Владимиру я теперь поостерегусь поворачиваться спиной, о чём и уведомил его мать. Илона понимающе покивала и со вздохом констатировала, что прекрасно понимает мои опасения, так как все мужчины Стеничей отличаются некоторой злопамятностью.
   - Тебе не стоит волноваться об этом, Кирилл. Я присмотрю за сыном, чтобы он не наделал глупостей. - Заверила меня майор. Что ж, посмотрим.
   - Надеюсь, что так и будет, госпожа Стенич. - Кивнул я в ответ, и от Ольги прямо-таки пахнуло удивлением. Да и Жорик от неё не отстал.
   Распрощавшись с Илоной, мы молча покинули колизей, а затем и город. И лишь когда я подсел в спасплатформу, к тому моменту миновавшую Солотвино, мои спутники не сдержали любопытства.
   - Кирилл, я тебя не узнаю. - Протянула Ольга. - Мне казалось, что ты предпочитаешь решать проблемы кардинально. Но с этой Илоной...
   - Не ревнуй, невестушка. - Ухмыльнулся я и, следуя примеру Оли, снял шлем Визеля.
   - Я не ревную. - Нахмурилась Ольга. - Но ты мог хотя бы предупредить её о своей возможной реакции на... неадекватные действия её сына.
   - Зачем? - Пожал я плечами. - Есть старая римская поговорка: "praemonitus, praemunitus", то есть, предупреждён - значит, вооружён. Так почему я должен давать оружие в руки возможного врага?
   - А тот факт, что это предупреждение могло бы уберечь этого мстителя от опрометчивых действий, ты не учитываешь?
   - Сомневаюсь, честно говоря. Если парень действительно решит мстить мне за свои собственные огрехи, то такого дурака никакие предупреждения не остановят. - Отмахнулся я. - Ну а если мать с отцом сумеют-таки вправить ему мозги, то предупреждение просто ни к чему. В общем, бессмысленное это дело. А я, как любой профессиональный лентяй, не люблю лишних телодвижений.
   - Лентяй? Ты? - Неожиданно расхохотался в голос Жорик.
   - Именно. - Со всей возможностью серьёзностью кивнул я в ответ на этот вопль души моего ватажника и, покосившись в сторону еле сдерживающей смешок Оли, вздохнул. - А что не похож?
   - Как-то, не очень. - Справившись с собой, помотал головой Рогов.
   - Ошибаешься. - Усмехнулся я и, поймав недоумённые взгляды спутников, уточнил, - точнее, путаешь лентяя и бездельника. Я ленив, и не стесняюсь в этом признаться. То есть, не люблю работать. Но не любить работать, и не работать, это разные вещи, согласись?
   - И? - Нахмурился Жорик.
   - И всё. Как ленивый человек, я стараюсь действовать таким образом, чтобы любая работа была выполнена быстро и хорошо... чтоб потом не переделывать, то есть, не загружать себя ещё больше. Бездельник же, человек безвольный, идущий на поводу у своего желания не работать. Дармоед. Теперь видишь разницу?
   - Кхм... ну, если в таком разрезе... - Протянул Георгий. - Но, в таком случае, можно сказать, что любой человек ленив. Разве нет?
   - Нет, конечно. Например, сейчас рядом со мной сидят два человека, которых ни при каких обстоятельствах нельзя назвать лентяями. - Ответил я. - Вам обоим работа с техникой приносит удовольствие и деньги. Я прав?
   - А как же наше обучение? - С улыбкой спросила Оля. - Разве ты не получаешь удовольствие от работы наставника?
   - Это не работа. - Покачал я головой. - Скорее, внутренняя потребность. Можно сказать, психическое отклонение... в некотором роде. Поверь, даже если бы мне пришлось приплачивать за право преподавать, я бы не смог отказаться от этого занятия. К тому же, оно ничуть не мешает мне лениться. Это же такое удовольствие, сидеть в тепле, попивать кофе, "закуривая" его сигаретой, и считать круги, наворачиваемые учениками... или наблюдать, как они пыхтят, пытаясь одолеть очередную медитативную технику.
   - Извращенец. - Вздохнула Ольга.
   - А что должен думать я, наблюдая как ты чуть ли не облизываешься на какую-нибудь железную самодвижущуюся хрень? - Улыбнулся я. Невеста неожиданно покраснела, Жорик странно булькнул, а я, мысленно прокрутив сказанное, крякнул. Как-то двусмысленно прозвучало. Впрочем... - Милая, ты сейчас о чём вообще подумала, а? Или я чего-то не знаю?
   - Кирилл, ты... ты! Ар-ргх! Говорю же, извращенец. - Припечатала невеста, моментально сменив колёр с красного на белый, и ткнула меня кулачком в бок, железным, между прочим. Хорошо, что я тоже в "тактике", иначе, хана рёбрам. Ольга же, поняв, что удар пропал втуне, вздёрнула подбородок и решила бить наверняка. - Посмотрим, что ты ночью запоёшь.
   - Вот так, Жорик. Живёшь с женщиной, думаешь, что уже изучил все стороны её характера, понял чаянья и стремления, а потом, "бац"! Кулак в бочину, окрик "извращенец", а ты сиди и думай, что это было... Я же теперь ночью глаз не сомкну, буду ждать её страшной мести. - Пожаловался я Рогову, под его же сдавленное хрюканье. Иначе, этот сдавленный смех я назвать не могу. Впрочем, Ольга от него не отставала.
   - Кирилл, атаман, будь человеком, прекрати меня смешить! - Наконец, выдавил Рогов. - Иначе, я не справлюсь с управлением и мы упоремся в лес.
   - Ну и что? - Пожал я плечами. - Будет ещё одна дорога до базы, подумаешь.
   - Кстати, о железе. - Наконец сумев задавить так и рвущееся из неё веселье, проговорила Ольга. - Деньги у нас есть, так?
   - Ну-у, да. - Протянул я в ответ. Ой, что-то не нравится мне это. Совсем не нравится!
   - А испытательного стенда нет. - Прищурилась невеста. Вот, я ж так и думал. Теперь не отцепится...
   - Его много у кого нет. - Я попытался съехать с темы. - И ничего, не жалуются.
   - Кирилл. - Ольга принялась настойчиво ловить мой взгляд. И хотя я чувствовал, что она просто развлекается... раскошеливаться очень не хотелось. А ведь если я сейчас пойду у неё на поводу, пусть и в шутку, то покупать стенд придётся. Я же её знаю. Сейчас хи-хи, ха-ха, а завтра: "дорогой, ты же обещал!".
   - Вот, смотри, Жорик. Так они нами и вертят. Смена темы в нужный момент, хоп, и ты уже должник. Но я ещё потрепыхаюсь! - Провозгласил я. Ольга сверкнула глазами, и началось...
   Оставшиеся километры до базы, я крутился как уж на сковородке, открещиваясь от необходимости тратиться на испытательный стенд, а Ольга, с упорством достойным лучшего применения, старательно загоняла меня в угол. По-моему, они с Жориком получали просто феерическое удовольствие. Ольга от нашего спора, а Рогов от разыгрывающегося на его глазах спектакля. Но, всё рано или поздно заканчивается, и наша поездка тоже подошла к концу. Ватажник загнал спасплатформу под навес масксетки, и я слинял от не на шутку разошедшейся невесты в тот же миг, как машина замерла на месте.
   Рогов отыскал меня спустя час там, где никто искать не догадался бы. В ангаре с "Бореем".
   - Сбежал, атаман? - Сунувшись в открытый люк шлюпа, проговорил он.
   - Не сбежал, а предпринял тактический манёвр. Ретировался, иначе говоря. - Улыбнулся я в ответ.
   - Боюсь, не поможет. Ночью-то, всё равно сам к ней придёшь.
   - Приду, конечно. - Кивнул я. - И даже денег на стенд выделю. Может быть не прямо сейчас, но после следующего выполненного заказа, точно. Хорошая штука, нам такая пригодится.
   - Так... а чего ж ты в машине-то устроил? - Опешил Жорик. - Зачем?
   - Ну, надо же было как-то напряжение снять. - Пожал я плечами. - Я же не слепой, вижу, как вы устали. А некоторых дам, небольшой скандал освежает не меньше, чем неделя отдыха на море. Главное, черту не перейти. Да и ты нас послушал, и немного расслабился. Скажешь, не так?
   - Так. - Чуть подумав, согласился Георгий.
   - Вот то-то и оно. - Я подмигнул ватажнику. - Иди, обрадуй наших девчонок предстоящим отдыхом. Неделю безделья могу обещать без проблем.
   - А ты? - Прищурился Рогов.
   - А я... я попробую поднять эту машинку в ночной полёт. - Хлопнув по переборке шлюпа, произнёс я.
   - Тренировка? - Тут же вскинулся ватажник. - А я? Как без меня-то?
   - Не совсем, Жор. - Покачал я головой. - У меня тут одна конфиденциальная встреча образовалась, внезапно. Так что, тренироваться будем в следующий раз. А сейчас, извини, я лечу один.
   - Понял. Ольге что передать? - Тут же посерьёзнел Рогов.
   - Скажи, что я вернусь к утру, так что моё ночное пение в этот раз отменяется. - Развёл я руками. Георгий вздохнул и, кивнув, покинул борт. Вот и славно. А мне пора...
  

* * *

   Над водной гладью стелился густой туман, словно периной укрывая воды неглубокой, но довольно широкой речки, и осторожно, словно щупальцами цепляясь за стволы голых по осени берёз, выползал на низкий берег, скрывая под собой щетину кустов и молодые деревца, на тонких ветвях которых, кое-где ещё виднелись редкие пожелтевшие листья. Тишина природы, уже приготовившейся к приходу зимы, оглушала.
   Одинокий турист, устроивший себе стоянку на высоком берегу реки, почти у самого обрыва, глубоко с наслаждением вдохнул холодный, пропахший прелой листвой воздух и, невольно улыбнувшись, уставился в темноту над своей головой. Эта ночь выдалась удивительно ясной для поздней осени, да и поблизости не было ни одного городка, который мог бы "засветить" небо своими огнями. И человек, бросив взгляд вверх, так и застыл на месте, созерцая звёздный ковёр во всём его великолепии.
   - Красиво. - Голос, произнёсший это слово, заставил туриста вздрогнуть. Но он тут же взял себя в руки.
   - Очень. - Согласился человек и, отведя взгляд от зачаровавшей его глубины космоса, повернулся к гостю лицом. - Тоже редко смотришь вверх?
   - Увы. - Повинился тот. - Дела-заботы... но, кому я это говорю, а?
   - Это точно. С моей работой, красотами любоваться некогда. - Согласился турист. - Присядем?
   - А на разговоры, значит, время найдётся? - Усмехнувшись, гость, тем не менее, воспользовался приглашением и приземлился на одно из брёвен, приготовленных для ночного костра-нодьи.
   - Некоторые разговоры тоже можно отнести к работе. - Вздохнул тот. - Или к исполнению долга.
   - Долга перед государем? - Гость напрягся.
   - Нет, Кирилл. Я имею в виду долг чести. - Грустно улыбнулся "турист".
   - Интересно. - Голос его собеседника похолодел. - И что же от вас требует "долг чести", Владимир Александрович?
  

Глава 9. Русский ронин

   Гдовицкой меня удивил. Вот от кого не ожидал ничего подобного, так это от него. Это ж как должно было тряхнуть бедолагу, что он вдруг развернул оглобли на сто восемьдесят градусов?! А ведь именно так он и поступил, вызвав меня на эту встречу.
   О том, как ему удалось меня отыскать, равно, как и о причинах своего поступка Владимир Александрович рассказал сам и без всякого давления. А я ещё раз удивился тому, какими извилистыми путями порой ходит мысль человеческая... и тому, как по-разному люди могут реагировать на происходящее, даже не с ними, а всего лишь рядом.
   То, что Владимиру Александровичу совсем не в радость происходящее с одним из отпрысков Громова, было понятно не только мне, но и прежнему Кириллу. И как и мой предшественник, я понимаю, что изменить отношение родни к мальчишке, Гдовицкой был не в состоянии. Чуть облегчить жизнь, прикрыть в совсем уж убийственных ситуациях, научить чуть большему, да. Это он мог и делал, но что-то большее, увы. Хватило одного предупреждения старого урода, чтобы начальник его службы безопасности перестал пытаться донести всю пагубность творимого с Кириллом до его родственничков. И этот факт бросил ещё один чёрный камень на весы мнения самого Гдовицкого относительно именитых бояр вообще, и рода Громовых, в частности. Надо ли удивляться, что мечта Рюриковичей о полном переводе бояр в разряд служилых, нашёл горячий отклик в сердце Владимира Александровича? Их правила и устои казались ему куда более вменяемыми, чем абсолютная власть над родовичами, составляющая основу обычаев именитых вотчинников.
   Он был искренне рад, когда его ученик, придя в себя после очередного смертельного номера, вдруг вырвался из-под опеки сумасшедшего старика и обрёл свободу. Интерес проявленный к моей персоне клубом эфирников, Владимир Александрович тоже посчитал положительным моментом. Ну как же, мещанина ведь каждый обидеть может. А государь с его присными может дать достаточную защиту от любых посягательств. И пребывал в такой уверенности до моей экскурсии в "белый куб". Вот тогда, и этот камень дал трещину. Дальнейшие события и происшествия с моим участием, за которыми Гдовицкой имел возможность наблюдать сразу с двух точек, как начальник не самой слабой в Москве службы безопасности, и как член клуба эфирников, ту трещину старательно увеличивали, а известие о моей "гибели", как ему казалось, окончательно подорвали доверие Гдовицкого к прежним кумирам.
   Смешно, но действительный крах всех идеалов у Владимира Александровича произошёл, когда Фёдор Георгиевич Громов всё же заметил, что с его подчинённым творится какая-то фигня, и вызвал начальника СБ на откровенный разговор, во время которого выяснились причины терзаний Гдовицкого, а чуть позже, после разговора Громова со мной, Владимиру Александровичу был объявлен, как сам факт моего отсутствия в списках безвозвратных потерь, так и действия-бездействия цесаревича, приведшие ситуацию к нынешнему её виду.
   Честно говоря, когда дядя Фёдор предупредил меня о своём внезапном желании просветить Гдовицкого в отношении истории с моим исчезновением, я был сильно удивлён и... настроен крайне отрицательно. Но надо отдать должное Громову, он сумел убедить меня в том, что Гдовицкой не побежит с этой информацией к эфирникам. Долго убеждал, правда, но у него получилось. Я поверил. И даже не столько потому, что дядя Фёдор бил себя пяткой в грудь и клятвенно обещал, что всё будет путём, сколько потому, что помнил Владимира Александровича, пусть это и были, по большей части, воспоминания прежнего Кирилла. Но даже с удвоенным недоверием, коего хватало и у Росомахи и Кирилла Громова, я не смог отыскать в памяти ни одного намёка на то, что Гдовицкой хоть раз повёл себя бесчестно. Даже слухов таких среди громовских людей не ходило. Зато свидетельств его честности и какой-то почти болезненной щепетильности в делах, было хоть отбавляй.
   В общем, я дал добро на рассказ, а когда посмотрел запись разговора, продолжившегося после нашей с дядей Фёдором беседы, увидел то, чего никак не ожидал. С Гдовицкого в тот момент можно было писать картину-аллегорию "Крушение идеалов". Я бы заподозрил его в мастерской актёрской игре, если бы не тот шторм в эмоциях, что записал качественный фиксатор, установленный в кабинете главы рода Громовых. Да, он не предназначен напрямую для запечатления эмоций, но те тоже оставляют свой след в Эфире, иначе в этом мире не было бы эмпатов, и хороший фиксатор вполне может их засечь. Что и произошло. Эмоции Гдовицкого весьма ощутимо врезали мне по мозгам, я потом ещё несколько часов головной болью мучился, и жрать ничего не мог, словно после серьёзного сотрясения мозга, всё тут же выплёскивал. Это был очень неприятный опыт.
   Спустя ещё пару дней, дядя Фёдор вновь связался со мной и сообщил, что его подчинённый просит встречи. Я был удивлён.
   - Зачем ему это?
   - Хм, не могу быть полностью уверен, но... есть немаленькая вероятность того, что Гдовицкой хочет перед тобой извиниться. - Как-то неопределённо высказался Фёдор Георгиевич.
   - А это обязательно делать лично? - Скривился я.
   - Кирилл, я тебя прошу, уважь эту просьбу. - Неожиданно усталым тоном произнёс дядя Фёдор. - Ему действительно это очень нужно.
   - Да зачем?!
   - Он сломается, Кирилл. - Вздохнул Громов. - Гдовицкой всегда был ведомым. Он великолепный специалист, служака, каких мало. Да, не обделён инициативой и умением управлять и направлять. Но для этого ему самому нужен тот, кто будет вести вперёд. Тот, кто укажет направление. Твой... мой отец его разочаровал, как и все именитые скопом. Рюриковичи тоже показали себя... в общем, сам понимаешь. Владимира эта ситуация просто ломает, выжигает, можно сказать.
   - А я здесь причём? - Невольно скривившись, проворчал я.
   - Мне очень хочется надеяться на то, что если ты его простишь, он сможет справиться с собой. - Медленно произнёс дядя Фёдор.
   - А если нет?
   - Его прадед когда-то заключил ряд с ниппонским родом Кагеяма, служил им почти сорок лет и только в шестидесятых вернулся с семьёй на родину. Он и правнука воспитал... соответственно. - Развёл руками Громов, и я опешил.
   - Да ну... бред. - Протянул я. - Он что, всерьёз решил сделать сеппуку?
   - Этот может. - Кивнул дядя Фёдор.
   - Ша-антаж! - Я ошеломлённо покачал головой. Громова перекосило, словно он лимон сожрал. Целиком.
   - Это не шантаж, Кирилл. Это только моё предположение. - Произнёс он. - Но, я же хорошо знаю Владимира, так что, поверь, у меня есть все основания предполагать, что так и будет. Живот себе вспарывать, он может и не станет, но выкинуть что-то самоубийственное, вполне способен. Особенно, учитывая, что не далее, как сегодня утром я освободил его от клятвы.
   - Жуть. Двадцать первый век на дворе. - Схватившись за голову, промычал я. - А тут, понимаешь, самураи, ронины, харакири... сакуры только не хватает, повеситься не на чем. Бр-р...
   - Так что, Кирилл? Встретишься с ним? - Даже глазом не моргнув от моей реакции, спросил дядя Фёдор.
   - Куда ж я денусь?
   Вот так и получилось, что поздним осенним вечером, практически ночью, я оказался на берегу небольшой подмосковной речушки, в компании с первым ронином земли русской. И не могу сказать, что это было приятное соседство. Разочарованием и чёрной безысходностью от него несло так, что я вынужден был признать факт: если ничего не сделать, этот человек умрёт. Собственно, он уже и так почти труп.
   Признаюсь честно, никогда не верил в то, что самураи действительно сами лишали себя жизни, потеряв сюзерена. Но вот в тот момент, когда я увидел Гдовицкого, больше похожего на тень, чем на сильного человека, каким он был ещё год назад, почувствовав его эмоции... понял, что был неправ. Не в сюзеренах дело. Дело в служении. Для Гдовицкого служба была смыслом жизни, но вот те, кому он служил, не оправдали доверия своего вассала, не вписались в чёткий кодекс его чести, и тем самым обесчестили его самого. На самом деле, это жутко, видеть такую веру в свои убеждения, жутко и... восхитительно. Страшное сочетание.
   Мы проговорили с Владимиром Александровичем до самого утра. Точнее, говорил Гдовицкой, а я слушал. Он не просил прощения, как предполагал Громов, не пытался оправдаться или в чём-то убедить, ни меня, ни себя. Владимир Александрович рассказывал о себе и своей жизни, о чём-то долго и красочно, о чём-то сухо и коротко... но исчерпывающе. Он словно читал собственное жизнеописание, а в эмоциях этого странного, ни на кого не похожего человека, я чувствовал, как он переживает каждое воспоминание, словно проживает его заново. Я не перебивал его, не переспрашивал. Просто сидел рядом и слушал, запоминал...
   К утру Владимир Александрович выдохся и его хриплый голос утих. Гдовицкой поболтал в руке флягой, содержимым которой он всю ночь смачивал горло и, печально вздохнув, отбросил её в сторону. После чего повернулся лицом к восходящему солнцу и застыл на месте.
   Дядя Фёдор был неправ. Гдовицкой не сломался. Он просто решил, что его служение закончено. Люди, которым он доверил свою жизнь, силы и умения, не смогли по достоинству оценить доверенное. Но ведь это не вина клинка, что ему достался косорукий хозяин, правда? Да, Владимир Александрович не клинок, у него есть своя воля. Вот только думается мне, что будь такая воля у того меча, он бы тоже предпочёл треснуться со всей дури о ближайший камень, так чтоб сразу в осколки! Собственно, за этим, как выяснилось, Гдовицкой и явился.
   Долг чести. Владимир Александрович почему-то посчитал, что во всех моих бедах есть немалая доля его вины, и он решил её избыть. Избыть так, как сам считал правильным. От такого завихрения в мозгах нипоннутого эфирника, я слегка... да кой чёрт! Я был в шоке!
   - Владимир Александрович, я правильно понимаю ситуацию: вы хотите, чтобы я помог вам откинуть копыта? - Произнёс я, окинув взглядом сидящего напротив меня мужчину. Тот вздохнул.
   - Я хочу, чтоб ты проводил меня боем, Кирилл. - Ответил он. - Боем... а не зарезал, как глупую курицу.
   - Понимаю. - Я на миг застыл, вспоминая, как сам ушёл из прошлого мира. А в следующую секунду, в голове искрой проскочила совершенно сумасшедшая мысль. - Хорошо, Владимир Александрович, я вас понял и готов помочь. Но у меня есть условие.
   - Выполню, если это в моих силах. - Словно ожидая такого поворота, невозмутимо кивнул мой визави. Что ж, и это хорошо. - Озвучишь?
   - Разумеется. - Ответил я. На формулировку требуемого условия у меня ушло несколько секунд. Услышав же мои пожелания, Гдовицкой вздрогнул.
   - Ты уверен, что этого хочешь? - Спросил он.
   - В том случае, если вы уверены, что такой исход вас устроит. Только честно. - Кивнул я в ответ.
   - Я буду рад такой твоей победе. Но учти, сделаю всё, чтобы ты бился беспощадно. - Неожиданно улыбнулся он, поднимаясь на ноги. - Честный бой, честная плата, а, Кирилл Николаевич?
   - Именно, Владимир Александрович. Поединок без ограничений, победитель получает всё! - Отскакивая от резко зафонившего эфиром противника, воскликнул я. Бой!
  

Глава 10. Агрессивные переговоры

   Гдовицкой не зря прослыл серьёзным бойцом. Быстрый, жёсткий и с потрясающе развитой чувствительностью, позволяющей ему предугадывать атаки противника. Но самое паршивое, что он, каким-то образом смог блокировать мою способность к перемещениям. Первое же "окно", открытое за его спиной, тут же пошло рябью и схлопнулось, попутно отшвырнув меня на добрых пять метров. А в следующую секунду, в меня прилетела мощная водная плеть. Она моментально изорвала в лоскуты куртку, рубаху, личный кинетический щит и достала до плоти, чтобы тут же истаять, оросив землю кровавыми брызгами.
   Только разгон и совершенно сумасшедший бросок в сторону уберегли меня от следующей водной техники, пушечным ядром ударившей в грунт. Рывок вперёд, с рук слетают воздушные серпы, почти безобидные для противника, прикрытого мерцающим щитом воды, но я и не пытался его пробить. Достаточно того, что поток этих самых серпов, вспарывая воду, мутит её, заставляет вспениться, перекрывая обзор. И этого хватает, чтобы отвести глаза и скользнуть в сторону, огибая Гдовицкого по большой дуге. Чёрт!
   Потеряв меня из виду, противник не стал крутить головой, а просто накрыл пространство вокруг себя рукотворным туманом. И стоило мне коснуться его полупрозрачных языков, как в центре техники что-то ухнуло, и я едва успел пригнуться, пропуская над головой очередное ядро воды. Пролетев надо мной, техника угодила в дерево и то, вздрогнув от корней до верхушки, с жутким треском рухнуло наземь. Отпрянув от тумана, который мой противник, оказывается, способен чувствовать, словно собственное тело, я, не снимая отвода глаз, отошёл в лес... подумать.
   Итак, что мы имеем? "Окно" не открывается. Гдовицкой каким-то образом искажает собственные эфирные вибрации, отчего я попросту не могу на него "навестись". Отвод глаз не действует в созданном им тумане. Так как же мне подобраться к Владимиру Александровичу, чтобы его вырубить?
   По всему выходит, пат. Я не могу подойти к нему вплотную, он же не может учуять меня за пределами своего "туманного тела" и, соответственно, не способен атаковать. Попробовать взять под контроль Эфир? Не получится. Область, укрытая туманом, раза в три больше радиуса моего воздействия. С другой стороны, кто сказал, что я обязательно должен контролировать весь объём? Ну-ка...
   Выбравшись на поляну, но держась на некотором расстоянии от туманного облака, я осторожно снял отвод глаз, приготовившись удирать под разгоном, если вопреки всем предположениям, Гдовицкой сможет меня заметить, находясь в самом центре своего творения. Но, нет, вроде бы не видит... правда, двигаться сейчас с места я не рискну. Помимо Воды, Владимир Александрович неплохо управляется с Твердью и без отвода глаз он определит моё местонахождение по вибрации земли под ногами... с первого шага. В общем, стою, не шевелюсь. Статуй, фактически, ха.
   Сосредоточившись, я мысленно очертил укрытую туманом область и, воспользовавшись простейшим кинетическим щитом, стал медленно сокращать площадь получившегося "цилиндра", окружившего туманное облако. Вот телекинетическая "стенка" коснулась туманного языка и в неё моментально врезалась техника водной плети. Ага, сейчас. Нет, был бы щит воздушным, и у Гдовицкого вполне получилось бы его уничтожить, но чистый телекинез не материален. Эфир и воля... Так, не спать! Теперь нужно действовать предельно быстро!
   Резко сократив площадь созданного мною телекинетического "цилиндра" до минимума, отчего сгустившийся до предела туман тут же взметнулся вверх, принимая вид эдакого столба, добрых пяти метров высотой, я, не теряя времени, под разгоном устремился к стоящему в центре этой конструкции Гдовицкому.
   Он почти успел уклониться! Эфир полыхнул возмущениями и, прорвав-таки стенку моего щита, противник кубарем покатился по земле. Удар получился почти футбольным. Кому другому, он бы голову оторвал, а Гдовицкой только тихо охнул и обмяк. Вот это я понимаю, личная защита! Такая, пожалуй, и выстрел из стреломёта выдержит... один.
   Окинув взглядом валяющегося на земле противника, я поморщился от резко усилившейся боли в распаханной водной плетью спине и, вздохнув, взялся за диагностику своего новоявленного "пациента". Я, конечно, не доктор-целитель, но уж курс полевой медицины помню, и даже несколько подходящих лечебных техник в запасе имею, так что, смело могу рассчитывать на почётное звание калекаря.
   Короткая диагностика порадовала. Череп у Владимира Александровича оказался достаточно крепким, так что мой противник отделался лишь сотрясением, хотя и весьма серьёзным. Ну да ничего, одарённым такие травмы не слишком опасны. Может потому, что жизненных сил у них куда больше, чем у обычных людей, а может и потому, что в их черепушках, отбитых годами тренировок, сотрясаться просто нечему, ха!
   На всякий случай я перевёл бессознательное состояние Гдовицкого в крепкий оздоровительный сон, и лишь после этого занялся собственной раной. Правда, для этого мне пришлось сначала прыгнуть "окном", вместе со своим недавним противником, к шлюпу, оставленному в нескольких сотнях метрах от лагеря моего визави, на поле у кромки леса. Загрузив Владимира Александровича в салон, я отыскал аптечку и... порадовался, что Гдовицкой перетянул меня своей плетью в районе поясницы, а не выше. Садани он по лопаткам, и чёрта с два я смог бы наложить нормальную повязку, пришлось бы извращаться с телекинезом, зажимая им кровавую борозду, и всю дорогу отвлекаться на его контроль. Разумеется, даже с таким "везением", зашить довольно широко разошедшуюся рану, мне не удалось, но хотя бы смог закрыть её тампонами и перевязать. И то хлеб.
   Кое-как справившись с работой медбрата, шипя от боли, я поднял "Борея" в воздух и, сориентировавшись на местности, погнал шлюп на базу, где меня, уже наверняка заждались ученицы и ватажник со своей неугомонной сестрицей. Во время полёта я старался держаться малой высоты, чтоб не светиться на военных радарах, и стороной обходить владения вотчинников, чтоб не тревожить их системы ПВО, в отличие от радаров, вполне способных пеленговать низколетящие цели, правда, лишь на очень небольшом удалении. Именно поэтому, до базы я добирался не три часа, как могло бы быть, а целых пять. Так что, Борея я загнал в ангар, когда до полудня оставалось чуть больше полутора часов.
   И это были жуткие пять часов, пережить которые, не потеряв сознания, мне помогла, пожалуй, только усиливающаяся боль, отзывавшаяся ударами раскалённого шомпола по пояснице, с каждым неловким движением. На полпути даже возникла мысль посадить где-нибудь в глухом уголке "Борей", да попробовать перенести нас с Гдовицким через "окно", но сначала расстояние было слишком велико, а потом я просто побоялся, что у меня не хватит концентрации на это действо.
   Как бы то ни было, но до базы я дотянул и даже без проблем посадил машину, хотя из кабины выбирался, уже откровенно пошатываясь от усталости. К счастью, ещё в воздухе я связался с заступившей на дежурство Марией, так что стоило открыть люк, как меня в восемь рук буквально вытащили из шлюпа.
   - Гостя нашего не забудьте. - Я растянул губы в улыбке, слабо отбиваясь от попыток меня ощупать и осмотреть. В ответ же, услышал только раздражённое фырканье... а уж какой раздрай был в эмофоне учениц, ух!
   - Какого гостя? - Тут же спросила Оля. Но ответить я не успел. Вместо меня это сделали близняшки.
   - Ой, это же Владимир Александрович! - Изумилась Мила. - А он... без сознания?
   - Спит. Девочки, прошу, разместите его в одном из жилых модулей. И... пусть Елизавета его осмотрит. По-моему, у господина Гдовицкого сотрясение мозга. - Откликнулся я и, неловко повернувшись, потерял равновесие, земля словно качнулась под ногами, и я впечатался спиной в обшивку шлюпа. Бо-ольно...
   - Стоп, его я потом осмотрю. А сначала с тобой разберёмся. - Заметив мою гримасу, постановила Елизавета, окидывая меня подозрительным взглядом.
   - Да, со мной почти всё в порядке. В медпункте осмотришь. - Я кое-как отлепился от железного бока машины, как раз в тот момент, когда Посадская схватила меня за плечо.
   - Не вырывайся, придурок, или оглушу к чертям! - Взвизгнула Елизавета, уже умудрившаяся приложить меня диагностической техникой, и тут же начала разводить панику. - Девочки, осторожнее, у него вся спина, сплошное кровавое месиво! Как ещё позвоночник цел остался! Держите его! Инга, тащи носилки!
   - Да ерунда... - Я попытался отмахнуться, но взбеленившаяся Посадская только зарычала, а в следующую секунду я ощутил как с её руки, схватившей меня за плечо, срывается какая-то эфирная техника. Моё тело моментально обмякло, мягко завалилось на бок, и почти тут же в глазах померк свет. Усыпила...
   Открыв глаза, я моргнул, но темнота вокруг не рассеялась. Ночь. Потянувшись, я дёрнулся, вспомнив о ране, но... боли почти не было. Разве что её тень, почти не ощущаемая, далекая, как воспоминание.
   - Кирилл? - Рядом полыхнул костёр беспокойства.
   - Оля... Давно я здесь? - Попытался проговорить я, и сам удивился, каким хриплым оказался мой голос.
   - Третьи сутки. - Откликнулась невеста, а в следующий миг, моих губ коснулась трубка "поилки". - Пей.
   - Спасибо. - Я сделал несколько глотков холодной воды с явным добавлением лимона, и жажда отступила, хоть и не до конца. Но хотя бы "великая сушь" прошла, и то хорошо. Почувствовав касание нежных губ Ольги, я успел улыбнуться, а в следующую секунду, моё лицо обожгла хлёсткая пощёчина, и эмоции невесты взбурлили диким коктейлем из злости, волнения и... облегчения.
   - Дурак! Дурак! Дурак! - Кажется, от того, чтобы вытрясти из меня душу, Ольгу удерживала только боязнь потревожить рану. Впрочем, этот страх не помешал ей сопровождать каждое слово мощной оплеухой. К концу экзекуции, мои щёки горели похлеще, чем спина во время полёта на базу, а сама невеста, уткнувшись лицом в мою грудь, заливалась слезами. Осторожно обняв содрогающуюся в плаче девушку, я погладил её по плечу и, прижав к себе, принялся шептать всякие нежности. Должно помочь... наверное.
   Утром мы проснулись одновременно и, пусть койка в медпункте не отличалась большими размерами, теснота не помешала нам хорошо выспаться, наоборот, было очень уютно проснуться в объятиях невесты.
   Правда, она с чего-то решила, что мне могло быть неудобно или больно, но... да к чёрту! Если для того, чтобы каждое утро вот так просыпаться, нужно устроить "самострел", я его себе организую.
   - Проще сменить нашу кровать в спальне, на такую койку. - Услышав меня, рассмеялась Ольга.
   - Я уже говорил, что ты умница? - Улыбнулся я.
   - Неоднократно, но я не против слышать это почаще. - Мурлыкнула она и я покрепче прижал Олю к себе.
   Жаль, что долго эта лафа не продлилась. В медбокс просочилась Елизавета, заставив мою невесту с писком умчаться прочь, и устроила мне основательный осмотр, по завершении которого заверила, что рана почти зажила и вечером уже можно будет снять швы, "а сейчас, симулянтам пора вставать и нестись на завтрак". Эх, даже поболеть со вкусом не дала... отрядный медик. А я ведь только-только настроился.
   В столовой собрался весь наш отряд, так и фонящий любопытством. Хорошо ещё, что не накинулись с расспросами, как только мы с Владимиром Александровичем сели за стол, а дали сначала утолить голод.
   - И что же с вами случилось, Кирилл? Владимир Александрович отказался поведать подробности вашей встречи, так может, ты нас просветишь? - Спросила Ольга. Я бросил короткий взгляд в сторону меланхолично дожёвывающего свой десерт Гдовицкого, и ухмыльнулся.
   - Скажем так, это были агрессивные переговоры с претендентом на должность начальника охранного отделения отряда "Гремлины". - Ответил я. Внимание присутствующих тут же переключилось на "претендента", а Мила с Линой побледнели. Владимир Александрович молча кивнул, подтверждая мои слова.
   - И каков результат? - Осторожно поинтересовалась Вербицкая.
   - Положительный. - Внезапно произнёс Гдовицкой. - Я решил принести атаману Николаеву роту.
   Хм, а ведь мы говорили только о ряде... Чудны дела и затейливы мысли твои, правнук русского самурая.
  

Эпилог

   Это утро для Капитолины Рюминой выдалось очень суетливым. и нервным. Она встала в половину шестого утра, чтобы к восьми часам быть в ателье ТК, в обустройство которого, девушка вложила немало сил. И если бы только сил, фактически, сейчас на кону стояла её репутация и от того, насколько доходным будет предприятие, зависело её будущее положение в иерархии рода. Правда, как бы не повернулось дело, некоторые плюсы затея с созданием гражданских ТК на заказ, уже принесла.
   В результате месяца напряжённой совместной работы, она успела подружиться с владелицей будущей мастерской, Оленькой Бестужевой, оказавшейся весьма милой и сведущей в технике боярышней, не хуже самой Капы разбирающейся в устройстве тактических комплексов. И не только с ней. Сёстры наследника рода Громовых тоже оказались в числе её добрых знакомых. Правда, близняшки проявляли к экзоскелетной технике лишь практический интерес, зато Георгий Рогов, работаюший на Ольгу, пока её жених и, соответственно, его атаман пребывает в лечебнице, сумел удивить Капу обширностью своих познаний в строительстве ТК, да и сама Ольга не стеснялась обращаться к нему, как к судье в очередном их споре о достоинствах и недостатках различных комплексов. Но сегодня им совсем не до споров. На двенадцать часов дня назначено открытие ателье с представлением сразу пяти разных вариантов "спортивных экзоскелетных машин", как было решено обозначить гражданские версии ТК. Сокращённо, "СЭМ".
   Честно говоря, никогда раньше Капа так не волновалась, как сегодня. Даже когда проходила испытания родичей, решавших, принять или нет юную энтузиастку боевой техники на работу в родовое предприятие. И тем больше она завидовала Ольге, с невозмутимостью айсберга следящей за последними приготовлениями к открытию. Саму Капу только что не трясло от волнения. Ну как же! На представлении будет весь московский свет! Ваня Лошинский уже успел отчитаться по коммуникатору, и в своём коротком послании он предрекал приближающемуся действу самый настоящий аншлаг.
   А ещё, Капу нервировали охранники, нанятые Бестужевой. Десяток затянутых в чёрные комбезы бойцов, лица которых невозможно было рассмотреть за глухими щитками чёрных же, матовых шлемов, рассекал по залам и техническим помещениям ателье, то и дело пугая присутствующих своим внезапным появлением. Оружия у них не было, по крайней мере, Капитолина его не заметила, но ощущения опасности, исходящего от молчаливых охранников, этот факт не отменял. А значит... значит, Ольга раскошелилась на наём десятка сильных одарённых. А это дорого. Очень.
   С другой стороны, если учесть статус ожидаемых гостей, может, так оно и должно быть?
   - Волнуешься? - Спросила Оля, заметив, как поёжилась Капа, когда мимо неё прошёл один из бойцов, невысокий и, судя по движениям, довольно молодой, но не менее пугающий, чем его более старшие коллеги.
   - Немного. - Покосившись на безликого охранника, со вздохом ответила та и не удержалась. - Где ты только наняла таких бойцов? У меня от них мурашки по коже.
   - Я? - Удивилась Ольга. - Даже не думала. Рогов, майор нашего отряда, он и людей для охраны сегодняшнего праздника отбирал... целый вечер с Сильвером спорили, пока состав утвердили.
   - Твой отряд? - Хлопнула ресницами Рюмина. Оля кивнула и выразительно постучала указательным пальцем по круглой нашивке на предплечье её форменной рубашки. Зелёный монстрик с гаечным ключом в руке, заставил Капу улыбнуться... а в следующую секунду до неё дошло, что похожие эмблемы она видела на рукавах охранников, только там зелёношкурый гремлин с серебристым чубом, держал в руке секиру. Капа перевела взгляд на Олю. - Ну, конечно! Я совсем об этом забыла. А кто такой Сильвер?
   - Наш квартирмейстер. - Пояснила Оля.
   - Квартирмейстер, говоришь... - Задумчиво проговорила Капитолина, и весело улыбнулась. - Не ошибусь, если предположу, что ему очень не нравится прозвище "Окорок".
   - Оно ему не подходит. У нашего Сильвера с ногами-руками полный порядок. - Рассмеялась Бестужева, кивком указывая куда-то за спину Капитолины. Та обернулась и вздрогнула, оказавшись лицом к... э-э... щитку с одним из бойцов.
   - Что-то случилось? - Из-за динамика, голос наёмника казался глухим и каким-то безжизненным, словно механическим.
   - Нет-нет. Просто, Капа заинтересовалась твоим прозвищем и... комплектностью конечностей. - С улыбкой сообщила Оля. - Вот я тебя и позвала.
   - Приятно знать, что в этом мире ещё остались любители творчества Бэлфура. - Обронил охранник и, больше не сказав ни слова, исчез... будто растворился.
   - Да уж, этот квартирмейстер точно не простынки на складе пересчитывает. - Пробормотала Капитолина, под довольный смех Оли.
   Веселье девушек перебил долгий сигнал, пронёсшийся по помещениям ателье. Полчаса. До открытия осталось всего каких-то тридцать минут. И сейчас, даже невозмутимость Бестужевой дала трещину.
   - Так, Капа... давай-ка пробежимся по залам, посмотрим, как там обстоят дела. - Резко собравшись, проговорила Оля и, схватив подругу за руку, потянула её за собой.
   За пять минут до официального открытия, суета, царившая в ателье, сошла на нет, и в помещениях воцарилась почти мёртвая тишина. Техники исчезли из виду, охранники заняли свои места, и в центре основного зала остались лишь пять человек. Бестужева, Рюмина, Громовы и... Сильвер, так и не снявший шлем.
   - Ну что, готовы? - Повернулся к девушкам наёмник. Те дружно кивнули. - Тогда, начинаем...
   Первый день марта, несмотря на холод, выдался очень солнечным, а потому, когда тяжёлые, нарочито массивные, испещрённые заклёпками, железные створки главного входа с шипением подались в стороны, и в просторный, но довольно скупо освещённый зал хлынул поток света.
   Юрий был доволен. Отец разрешил ему присутствовать на открытии мастерской по изготовлению гражданских ТК, первой в мире, между прочим. Но не это главное, прежде всего царевич был рад, что пойдёт на открытие инкогнито! А это значит, что вместо двух десятков сопровождающих, крутящихся вокруг и не дающих по-человечески отдохнуть, с ним будет всего пятеро охранников, считая дядьку Игната... и не считая рынд, но те не станут лезть на глаза и портить настроение. Служба у них такая, видеть всё, оставаясь невидимыми для окружающих.
   Разноцветные ТК, или, как Юрий успел узнать из релиза, СЭМы, конечно, были лишены вооружения и потому смотрелись не столь брутально как тяжёлые машины в Арсенале или лёгкие комплексы кремлёвского гарнизона. Но то, что их пилоты выделывали на полигоне, расположившемся за приземистой коробкой самой мастерской, которую владелица, чисто по-девчачьи обозвала "ателье", поразило царевича до глубины души. Таких кульбитов в исполнении ТК, он никогда не видел. Хотя неоднократно посещал боевые части и видел устраиваемые военными представления, в которых, в том числе, задействовались и тактические комплексы. Но там упор шёл на боевую мощь, в крайнем случае, на скрытность, а здесь... скорость, скорость и ещё раз скорость. Да чего стоят одни только прыжки по бетонным блокам, стенам и площадкам. А уж когда алый СЭМ вдруг сиганул с двадцатиметровой высоты и, как ни в чём не бывало, перекатившись, поднялся на ноги, чтобы тут же продолжить покорение совершенно дикой полосы препятствий, одобрительно загудели все присутствующие.
   Если до представления на полигоне, среди гостей ещё встречались унылые скептики, считающие поделки Бестужевой блажью и глупостью, то после продемонстрированных возможностей, облегчённых до предела машин, летавших по нагромождениям металла и бетона, словно на крыльях, даже самые отъявленные брюзги и консерваторы были вынуждены признать, что "в этой игрушке что-то есть".
   - И почему эта девчонка не родилась лет на двадцать раньше? - Тихо прогудел сопровождавший царевича, дядька Игнат, бессменный воспитатель уже второго поколения правящего дома, в миру больше известный, как генерал-майор Шапошников. - Я б её под крыло взял, и сейчас такие "ателье" по стране десятками считались бы. И все мальчишки мечтали бы о таком... СЭМе. Это ж какие кадры для нашей армии, а?!
   - Так может, ещё не поздно? - Улыбнулся Юрий, лукаво глянув на своего пестуна.
   - Поздно, ваше высочество. - Возникший чуть в стороне от окружившей царевича свиты, человек в форме охранника ателье демонстративно прижал ладони к груди, напротив сердца. Известный жест для одарённых. В таком положении ни одну технику не сотворить... если жить хочешь. Ярые, заслонившие Юрия, чуть расслабились, но внимания не ослабили.
   - И почему же? - Проигнорировав поведение своей охраны, осведомился царевич.
   - Так ведь, господин генерал хотел бы её за своего внука выдать. Но тот нынче женат, а правнуки слишком малы. - Проговорил охранник. - Но на случай матримониальных планов, которые, после сегодняшнего представления, возможно появятся у некоторых... излишне торопливых или самонадеянных личностей, спешу напомнить, что у Ольги Валентиновны уже есть жених, и другой ей не нужен.
   - Вот как? - Протянул Юрий. - Занятно. А я слышал, он где-то сгинул почти год назад.
   - Слухи, ваше высочество. - Отозвался безликий охранник. - Могу вас заверить, господин Николаев жив и здоров, хотя, и вынужден пока вести весьма уединённый образ жизни. Но ведь это не навсегда...
   - Беспокоитесь за семейное счастье друга? - Поинтересовался Юрий.
   - Можно сказать и так. - Протянул наёмник, после чего вдруг замер на миг и, глянув куда-то в сторону, почти тут же неглубоко поклонился царевичу. - Ого, это, кажется, по мою душу. Прошу прощения, ваше высочество. Вынужден прервать нашу беседу. Всего вам хорошего и... передавайте привет старшему брату от его верного вассала.
   Юрий проследил за взглядом собеседника и увидел приближающихся к их компании трёх рослых охранников. А когда царевич вновь повернулся к своему визави, тот сделал шаг назад... и исчез в моментально схлопнувшемся "окне".
   Приближавшиеся наёмники застыли на месте, закрутили головами, но, видимо, получив приказ, тут же развернулись и скрылись в толпе гостей. Юрий же смерил взглядом своих охранников, покосился на дядьку Игната, шарящего взглядом по людям, невольно обходящим по широкой дуге их настороженную, готовую к бою компанию и, вздохнув, махнул рукой.
   - Едем домой, Игнат Павлович. - Проговорил царевич. - Кажется, у меня есть новости, которыми цесаревич непременно заинтересуется.
   - Да, ваше высочество. - Ответил тот и двинулся к выходу, взрезая толпу, словно ледокол первый лёд.
  

* * *

   - Посмотрел? - Спросил цесаревич. Его собеседник медленно, задумчиво кивнул. - И что думаешь?
   - Ушлый мальчонка. - Проговорил тот. - Шустрый, наглый... весь в деда.
   - Мальчонка?! - Взбеленился Михаил. - Этот "мальчонка" умудрился уйти из-под наблюдения и пропасть на целый год так, что о нём ни слуху ни духу не было. Я ж думал его ЭТИ взяли, похоронил парня заочно. А он! Гранд, чтоб его! Знаешь, теперь, я, кажется, начинаю понимать ниппонцев, столь яростно резавших эфирников у себя на островах.
   - Себя тоже вырежешь? - Хохотнул собеседник, но тут же посерьёзнел. - В общем так. Ты хотел слышать моё мнение, слушай. Судя по записи, точнее, по поведению Кирилла на ней, он не только от тебя ушёл, он вообще от всех прятался. В том числе и от невесты с ученицами. Могу его понять, Вербицкий с Бестужевым, просто, по долгу службы притащили бы его к тебе. Но! За жизнью девчонок он следит внимательно. Учитывая же переданный привет... делай выводы, твоё высочество. Этот лисёнок просто так ничего не делает. По крайней мере, не в нашем случае.
   - Угроза? - Зло ощерился тот.
   - Скорее, заявление о намерениях. - Покачав головой, поправил его собеседник.
   - М-м... с такой стороны эту клоунаду я не рассматривал. - Признался Михаил и, задумавшись, побарабанил пальцами по мраморной столешнице. - Ну-ну... и что у нас получается?
   - Самому просчитать его действия, лень-матушка не даёт? - Усмехнулся собеседник.
   - А ты мне тогда на что? - Деланно изумился цесаревич, и сидящий в кресле мужчина тяжело вздохнул.
   - Что ж. Ладно. Только коротко и по пунктам. Первое. Как я уже сказал, мальчишка скрылся от всех, иначе не драпал бы от охранявших ателье наёмников, состоящих, на минуточку, на железном контракте в отряде его ватажника. Да и его собственное заявление об "уединённом образе жизни", говорит само за себя. Второе. За девчонками он наблюдает и не приемлет никаких игр с их участием. На это он намекнул явно и недвусмысленно. Вспомни его слова о Шапошникове. Третье. Год, на который ты хотел убрать его подальше от общества, истекает, и Кирилл считает, что срок его "несуществования" истёк. О чём он тебя и предупредил. Заметь, мог бы и просто выпрыгнуть чёртом из табакерки, походя ломая нам планы. Ну и четвёртое. Он сам назвал себя твоим вассалом. Верным вассалом, прошу заметить. Исходя из того, что я о нём знаю, это... не пустые слова. К своей свободе Кирилл относится трепетно, и давления, как ты уже успел убедиться, не терпит.
   - Браво, друг мой. - Неслышно вошедший в комнату, человек хлопнул в ладони. - Замечательный разбор. А теперь, позволь, я скажу то, что ты в виду своего подчинённого положения, озвучить не решился.
   - Государь. - Подскочив с кресла, мужчина уважительно поклонился, а следом за ним и цесаревич склонил голову перед отцом. Тот пересёк кабинет и, лишь с удобством устроившись в кресле, заговорил.
   - Как ты думаешь, сын, о чём именно умолчал наш дорогой советник? - Осведомился государь.
   - М-м... не могу знать, ваше величество. - Отозвался Михаил.
   - Не гвардействуй. - Скривился тот. - Ты и дня в армии не служил, так будь добр, не строй из себя записного вояку. Думай, Михаил. Или прав советник? Лень-матушка одолела, мозги скисли? - Настроение правителя явно было где-то ниже точки замерзания. Цесаревич принялся судорожно крутить так и этак увиденное в записи, но в голову, как назло, ничего не лезло. Вроде бы, его недавний собеседник всё объяснил... что тут ещё добавить?
   - Видишь, друг мой? Именно этого я опасался, когда вы уговаривали меня отдать Михаилу штат аналитиков. - Перестав разглядывать задумавшегося сына, государь обратился к своему советнику. - Чужие умозаключения расхолаживают. Конечно, всегда проще выбрать один из предложенных вариантов действий, чем продумывать их самому. Но это не позволительно для управленца. Тем более, для эфирника, способного разгонять собственное сознание и ускорять мышление до чудовищных пределов. Михаил! - Цесаревич вздрогнул и поднял взгляд на обозлённого отца. - Забудь о выводах советника. Их нет. Вспоминай запись и думай. Сам. Или тебе её заново прокрутить?
   - Я бы взглянул. - Осторожно кивнул цесаревич. Повинуясь взмаху руки правителя, экран вычислителя тут же включил остановленную запись с самого начала.
   Вот, Кирилл появляется в пяти шагах от группы Юрия. Разговор... интонации... не то. Сначала. Юрий идёт в "коробочке" ярых, разговаривает с дядькой Игнатом. Останавливаются. Появляется Кирилл... Стоп. А почему Шапошников промедлил с указанием цели контроля?! Где... запись сначала! Лицо генерала крупным планом, вот оно! Дядька великолепно владеет эмоциями, но сейчас в его глазах мелькнуло изумление. Он НЕ ЗАСЁК появление угрозы. Это с его идеальной сенсорикой! Стоп-стоп-стоп... может, показалось? Назад, ещё. Так... идут, фокус на лице Шапошникова. Точно, он не успел заметить появление Кирилла.
   - Дошло? - В голосе государя послышались скрипучие нотки, словно железом по стеклу провели. - Вижу, дошло. Игнат прошляпил твоего "вассала". Прохлопал ушами. Разжаловать его, что ли?
   - Кирилл не подошёл, не протолкался через толпу, он появился в зоне контроля, словно всё время там стоял. - Тихо проговорил Михаил.
   - Но его никто не замечал. - Кивнул отец. - Скажу больше, сколько я ни крутил запись, я не успевал заметить момент его появления. Просто, раз... и он есть. Но выглядит это так, словно иначе и быть не могло.
   - Будь на его месте убийца, у тебя сегодня был бы траур по брату. - "Добил" Михаила советник.
   - В общем, так. - Государь поднялся с кресла и, глянув на своего "дорогого друга" и сына, заговорил жёстким, не приемлющим возражений тоном. - Мальчишку под ненавязчивый присмотр. Никаких "игр" с его участием или участием его женщин. Не плодите врагов на пустом месте. Что с ним делать дальше, я сам решу. Негоже таким талантам пропадать в безвестности. А ты, Михаил, завтра же убываешь в расположение Ахтырского полка, в чине поручика. Интриги ты крутить худо-бедно научился, пора учиться командовать... заодно, от дворцовых порядков немного отвыкнешь. И учти, узнаю, что ты и в полку начал свои "кошки-мышки" устраивать, судьба Годунова тебе раем покажется. Понял?
   - Так точно, ваше величество. - Отбарабанил цесаревич. Задавать вопрос о сроке "ссылки" он и не подумал. С обозлённого отца станется его до полковничьих погон в гусарах продержать.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
     
   Итальянить (итальянская забастовка) - форма протеста, заключающаяся в исполнении бастующими своих обязанностей, со скрупулёзным следованием всем установленным правилам и инструкциям, что приводит к мгновенному падению производительности труда, а то и полной парализации производства.
   Морхинино в нашей реальности - город Пушкино Московской области
   СБТ (т.н. Свободные Балканские Территории) - государственные и псевдогосударственные образования, возникшие после развала Австрийской империи, не сумевшей удержать всё нахапанное за полторы сотни лет завоеваний. Разобраться в государственном устройстве этого "монстра"почти невозможно, поскольку он слишком разнообразен. Здесь есть всё, от городов-государств с абсолютной монархической властью и карликовых государств с авторитарным режимом, до парламентских республик и неприкрытой анархии. СБТ - известное место для натаскивания бойцов-стихийников и рай для наёмников. Из реальных известных нам государств сюда входят территории Словении, Венгрии, Западной Румынии по линии Орадя-Дева-Тыргу Жиу-Крайова, Хорватии, Сербии, Черногории, Албании, Боснии и Герцеговины, Македонии.
   СПНП (шуточное сокращение авторства боярича С.А. Зотова) - Стандартный Пищевой Набор Путешественника.
   Червонные - здесь, бояре (служилые или владетельные), чьи родовые имения расположены на условной территории Червонной Руси.
   Экранолёт (аэродин) - в отличие от классических экранопланов, у э. есть возможность отрываться от экрана и держать большую полётную высоту, подобно обычному самолёту.
   История семьи Ракоци в тексте изменена. Кому интересно, как оно всё было в реальной истории... вики в помощь.
   Эллиот - название самого распространённого типа карманных пистолетов, можно сказать, аналог дерринджера.
   Лоретка - здесь употреблено в значении "вертихвостка", "кокетка".
   Батистовая фея - эвфемизм для слова "проститутка".
   Рота - здесь, в значении клятва.
   РСУ - рунная система управления (она же, "оболочка"). ПО, используемое в технике от ЛТК и ТТК до боевых платформ и авиации.
   ИРП - Индивидуальный Рацион Питания. Полевой набор быстроприготвляемой пищи, содержащий дневную норму калорий и необходимых взрослому человеку веществ и элементов.
   ТСС (аббр.) - Тяжёлый стреломёт Симонова. Оснащённый мощным оптическим прицелом, пятизарядный стреломёт предназначен для стрельбы на дистанции до 4-х тысяч метров. В зависимости от типа снарядов, может применяться как против живой силы противника, так и против небронированной или легко бронированной техники.
   Последователь Казановы и Дефо - здесь, имеется в виду совмещение талантов литератора и тайного агента... шпиона, грубо говоря.
   Боевая тройка - здесь, общее название подразделения, состоящего из трёх ТК. Одного тяжёлого, вооружённого артиллерийской установкой или ракетным комплексом, и двух лёгких ТК, призванных защищать "старшего собрата" от атак на средних и малых дистанциях.
   "Партизан" - здесь, наименование замаскированной автономной мобильной платформы, способной нести на себе комплекс систем эфирного подавления (СЭП), ракетную систему залпового огня (РСЗО) или артиллерийскую установку среднего калибра с большим углом возвышения, позволяющим вести огонь по воздушным целям (АУ(з)).
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 7.37*751  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  С.Суббота "Я - Стрела. Академия Стражей" (Любовное фэнтези) | | С.Александра, "Демонов вызывали? или Попали, так попали!" (Любовное фэнтези) | | Н.Геярова "Академия темного принца" (Попаданцы в другие миры) | | К.Корр "Императорский отбор. Поцелованная Тьмой" (Приключенческое фэнтези) | | К.Фарди "Моя судьба с последней парты" (Женский роман) | | М.Эльденберт "Танцующая для дракона. Книга 2" (Любовное фэнтези) | | О.Чекменёва "Спаситель под личиной, или Неправильный орк" (Приключенческое фэнтези) | | А.Платунова "Искры огня. Академия Пяти Стихий" (Приключенческое фэнтези) | | Е.Мелоди "Условный рефлекс" (Романтическая проза) | | Р.Навьер "Искупление" (Молодежная проза) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"